Влюбиться разрешается

— Нет, точно нет.

— Слышали? Говорит компетентный специалист. Если серьёзно, мы запретили ему приближаться ближе чем на 15 метров. Если нарушит правило, вы знаете, к кому обратиться.

Я уже бежала домой со всех ног. Запыхалась, потому что сил ждать лифт не было и до третьего этажа я добежала по лестнице. Дверь была приоткрыта.

Влетела, и сразу на кухню. Там сидел Борис и пил чай как ни в чём не бывало. Будто он у себя дома.

— Всё?

— Всё.

Я пробежалась по комнатам. И не было ни одной вещи Степана. Я не верила своим глазам.

Вернулась на кухню и устало опустилась на табуретку напротив Бориса.

— Уютненько у вас тут, — прокомментировал он обстановку, но мне было не до этого. Чувство невероятной благодарности охватывала все клеточки моего тела.

— Ох, и не знаю, как вас благодарить! Теперь я ваша должница навеки.

Борис чуть не поперхнулся.

—Для меня это обычный рабочий момент. Но вообще, я рад, что мы подружились…

И он как-то странно посмотрел в мою сторону, а я поёжилась под его взглядом и на автомате поглубже запахнула полу своей кофточки.

— Да нет, нет, конечно, — при этом от души рассмеявшись, сказал Борис. — Я не принуждаю юных дев к сексу, обычно ко мне записываются на приём.

Молчала и переваривала информацию. Мы реально говорим с отцом Лизы о сексе. Что за ерунда? Мои брови уже находились в крайней стадии возмущения, выше поднимать было некуда. И видя, что разговор зашёл куда-то не туда, Борис поспешил всё исправить.

— Лиза… Пожалуйста, замолвите за меня словечко перед ней! Ну скажите, что я не такой уж деспот, переживаю и всё такое. Ну вы же женщина, найдёте правильные слова. Я её люблю и хочу для неё только счастья.

Выдохнула всё напряжение разом. Борис по-прежнему подтверждал своё звание сумасшедшего папашки. Это было так мило и так не вязалось с его брутальным образом идеального мужчины, что, кроме умиления, не вызывало никаких эмоций, и злиться в этот момент на него было невозможно, какую бы ерунду он ни нёс.

— Конечно, не волнуйтесь. Но и вам нужно как-то стараться. Она должна видеть подтверждение моих слов.

— Конечно, буду. За это не переживайте, не подведу.

— Это меня и настораживает.

Я косо посмотрела на него, и перед глазами пронёсся его проект по слежению за дочерью.

— Нет-нет, не думайте, не облажаюсь.

Я молчала. То, что в голове, лучше было не произносить. Он, видя, что я напряжена и не расположена к разговору, засобирался на выход.

— Ну ладно, все устали. Мы, пожалуй, пойдём.

— Да, — ответила слишком быстро, что выдавало моё нежелание их больше видеть. Все темы, которые мы обсуждали, были очень странными: депортация моего бывшего, секс, дочь — и всё это скопом в один раз. Борис, безусловно, был самым странным моим знакомым.

Я следовала за ним, но даже со спины старалась держать дистанцию. Чтобы в случае неожиданного разворота не столкнуться. Достаточно спокойно проводила его до двери, он попрощался и напоследок окинул меня и мою квартиру хозяйским взглядом, будто застолбил это место или пометил. Было неприятно всего лишь минуту, пока спешно не закрыла за ним дверь, и вот, оставшись в своей квартире одна, я не могла поверить в своё счастье! Я свободна! Я совершенно свободна!

Глава 13. Всё сложно

Борис

— Ну как всё прошло? — сразу же с порога спросила дочь. — Она тебя простила?

— Да, Лиза, всё очень удачно сложилось. Я уверен, она на меня совсем не злится.

— Так, папочка, мне нужны подробности. А то я полна недоверия к твоим словам.

И она взяла меня за руку и повела на кухню, там, словно самая заботливая хозяйка, налила чай, дала пирог и приготовилась слушать.

Я обалдевал от увиденного. И знал одно: хочу, чтобы моя дочь так всегда себя вела, чтобы любила и заботилась, чтобы была ласкова и нежна со мной. Долго и в красках, опуская, на мой взгляд, невыгодные моменты, рассказывал, пытаясь продлить повествование. А Лиза внимательно слушала.

— Кажется, ты и вправду отлично справился. Пап, ты молодец. Через два месяца уже никто и не вспомнит этого недоразумения.

И она меня обняла. Не потому, что нужно, а потому что я сделал дня неё что-то ценное.

— Я к себе.

Она вроде уже уходила, но в дверях остановилась и спросила.

— А вообще, как тебе Полина Леонидовна?

Я не сразу понял, в чём вопрос.

— Хороший учитель, так лихо с вами справляется.

— Да нет. Это я и без тебя знаю. Ну она тебе нравится?

— Симпатичная, но слишком молоденькая, на мой вкус.

Лиза продолжала сверлить требовательным взглядом.

— Ну да. В общем, ничего, — заключил я.

— Ясно.

— А что за вопросы?

— Думала, может, тебе с ней замутить. Видишь, так удачно сложилось, что она в поиске. Ты у меня отличный, она что надо! Где таких ещё найти? Ты знаешь, мы живём в век эмансипации, тебе будет очень сложно отыскать послушную и покладистую женщину.

Если б Лиза знала, как она права! Женщины явно пошли не такие. Но всё же я не понял, она сватает мне свою учительницу?

— Эм… Не знаю. Это как-то неправильно.

— Ну ты подумай. А то такой товар долго не залёживается.

— Лиза! Что за лексикон! Вообще, что за разговор?!

— Ой, ладно. Ну тебя! Ведёшь себя, как подросток. А мы могли бы построить план. Я бы помогла, мы с ней хорошо общаемся.

Она задумчиво закатила глаза, но я сразу расставил точки над «и».

— Нет, давай пока оставим эту тему. Я не готов это обсуждать.

И она ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. И мысли, которые меня и так преследовали, сейчас обретали отличную мотивацию и начинали играть новыми красками. На горизонте сразу забрезжили картинки идиллии. И я открыл снимок, где фотографировал дочь, но в кадр попала Полина Леонидовна. И да, она мне очень даже нравилась, как ни посмотри: и внешность, и фигура, и ответственность, и имидж хорошей девочки в образе жертвы, который ей так шёл и так подходил мне. Смущал только возраст. Но в конце концов, Полина же не невинная девственница, она уже успела почти развестись. Так, в общем, да, кандидатура мне очень даже нравилась. И с Лизой ладят. Пусть это и не отношения «мама — дочка», но такой полноценный контакт «сестра — сестра», что тоже, в общем, неплохо. И чем дольше я смотрел на фото этой Полины, тем выше поднимался мой уровень заинтересованности, и тем большее количество фантазий заполняло мой мозг. Да, пожалуй, мы вполне можем сойтись.

*********

Ушёл рано на работу, и мысли о том, чтобы начать встречаться с учительницей Лизы, мне уже не казались адекватными. Всё же это нетактично, ненормально. Да знает ли дочь, что мне надо, и почему это я должен делать, как она придумала. Что за ерунда?! Придя к выводу, что этого и быть не может, как-то успокоился. Потому что мысли об ухаживаниях и всяких прочих моментах, которые могут быть на виду, меня ввергали в жуткий дискомфорт. Нет, я не могу и не хочу.

Сразу же написал Вере. Она, как всегда, была занята, но сказала, что тоже соскучилась, и пригласила на работу. Я не очень любил такие публичные выходы, несомненно, всегда сопровождавшиеся пересудами, но именно сегодня, чтобы прогнать неугодные моему мозгу мысли, твёрдо решил идти.

Вера была директором сети фитнес-центров. Сама и лицо своей компании, и менеджер, и грамотный руководитель, вовлечённый в процесс. Мне пришлось немного подождать, пока она обговорит вопросы с рекламщиком. Я почти уверен, что Вера специально так рассчитала время. Иногда меня выбешивали эти штучки. Почему нельзя просто нормально относиться к человеку? Быстро находил себе ответ на этот вопрос, который только подтверждал ценность этой мудрой женщиной.

Вера, увидев меня, просияла и, встав из-за стола, подошла и обняла, как самого близкого человека. Мне стало легче, я словно приобрёл опору, и всё вернулось на свои места.

— Я соскучилась.

— И я.

— Приходи завтра, после обеда буду дома.

— С удовольствием.

— Как поездка?

— Сложно. Но зато с дочерью как-то устаканилось.

На лице Веры застыла стеклянная улыбка, я забыл, что тему детей мы не обсуждаем.

— Пойдём пообедаем?

— Да, только возьму сумочку.

Мы вышли вместе.

Глава 14. Жестокая правда жизни

Борис

Шёл на работу, и мне отписались, что букет доставлен Вере. Я похвалил себя за то, что подготовил благодатную почву для завтрашней встречи. Всё шло как надо. И теперь мысли о Полине Леонидовне казались такими далёкими и нелепыми. Всё это походило на ночной бред. Я и учительница дочери?

Вечером Лиза ждала меня дома с улыбкой на лице. О боже! Только не это! В глубине души я надеялся, что она всё это не всерьёз. Но она взялась за сватовство по-настоящему. А настойчивости моей дочери не занимать, это я уж точно знал!

— Привет, милая! Как я рад тебя видеть! Встречаешь папку!

— Да. Каникулы же. Делать нечего. Лентяйничать не привыкла.

Она, как в детстве, словно котёнок, залезла ко мне под руку, и мы вместе пошли домой.

— Есть хочешь?!

— Да нет. Жарко, да и форму нужно держать. А что?

— Я тут готовила новое блюдо. Конечно, мне хотелось, чтобы ты попробовал.

— Ну в этом случае я голоден как волк!

И я её схватил и потащил в дом, словно она моя добыча, Лиза по обыкновению визжала от радости.

Второй день было всё идеально, мы, как в детстве, прыгали в бассейн, веселились, играли в мяч, но я чувствовал, что скоро расплата.

Лежали в гамаке, и тут Лиза спросила:

— Пап, ну что ты думаешь насчёт моего плана? С Леонидовной.

Я тяжело вздохнул, предвидя непростой разговор, и всё-таки, настроясь на худший вариант, решил не лукавить.

— Лиза, нет. Я не готов. Скажу честно, мне как-то стрёмно. Блин, она моложе меня, и, в конце концов, это твоя учительница.

Повисла тишина.

— Нет, пап, ты слишком легкомыслен, это всё не те оправдания, они не идут ни в какое сравнение с той выгодой, которую ты можешь получить в результате.

— Лиза, тебе тринадцать, а ты рассуждаешь, как девушка бальзаковского возраста на выданье, о выгоде.

— Ну я-то не себе выбираю и хорошо её знаю. Правда, хороший вариант. Вы толком-то не общались, она точно то, что тебе нужно, вот увидишь! У тебя что, есть кто-то? — неожиданно проницательно предположила она.

— Эм, да. И в этом дело тоже.

— Так-так, а что же ты ничего мне не говорил? С этого надо было начинать!

— Ну как-то… Не хотелось с тобой обсуждать своих любовниц.

— Фу! Какое слово-то подобрал.

— Какое? От слова любовь…

— А есть любовь?

— Ну не знаю… Нет, Лиза, это точно не любовь. Любовь в моей жизни была одна — твоя мама. А эта женщина мне просто нравится, и мне с ней приятно проводить время.

— Тогда вообще не понимаю, что ты теряешь. Хочешь прожить всю жизнь в нелюбви? Ты, вообще, у меня вон какой молодой и красивый! Как ты можешь так растрачивать себя?

Опять тяжело вздохнул.

— Лиза, всё сложно. Мне бы тебя уже вырастить и отдать замуж, а я и так нормально себя чувствую.

— Нет, пап. У нас может быть опять нормальная семья, чтобы полной грудью дышать, и всё в унисон, и полное взаимопонимание. А не вот это. Познакомь меня со своей… девушкой. Почему ты меня не знакомишь? Я хочу, чтобы ты не разрывался на части. Хочу, чтобы у тебя был один дом, в который ты спешишь.

— Я думал, что тебя будут травмировать мои… э… женщины.

— Пап, я взрослая и понимаю, мужчинам без них никак. Я совсем не против, чтобы ты опять женился, или как там тебе удобнее. Ты же меня не разлюбишь?

— Нет, конечно. Я, может, и не хочу никого сюда приводить, потому что слишком сильно тебя люблю.

— Пап, расслабься. Я не эгоистка и уже взрослая. Придёт время, и нам придётся расстаться. Или ты планируешь избавляться от конкурентов?

И дочь засмеялась, как взрослая. Как дошло до того, что мы обсуждаем такие темы? Она выросла, а я и не заметил! Для меня всё это было шоком, но решил: раз так, можно быть с дочерью откровенным.

— Лиза, тут такая проблема, она не любит детей.

— В смысле?

— Ну вот так. Она интересный собеседник и в целом меня устраивает, но… В общем, я не буду тебя с ней знакомить.

Лиза замолчала, и мне её даже как-то стало жалко. Не знал, чем обнадёжить дочь.

— Да, взрослая жизнь не такая простая, как кажется. И порой ничего не поделать.

Она опять закрылась.

— Ты понимаешь, что ты сам ставишь крест на наших отношениях, а главное, на себе? В такой ситуации ты всегда будешь разрываться между нашим и другим домом просто потому, что тебе лень напрягаться и найти нормальную женщину.

— Милая, не драматизируй. Это как поход в фитнес-зал. Какой дом?

— Папа, какая гадость. Ты что, используешь эту бедную женщину? Когда ты стал таким? Не могу больше с тобой это обсуждать!

Она встала и убежала, оставив меня с ощущением, что я монстр, каких свет не видывал.

Глава 15. Новый день — новые ощущения

Полина

Новый день был прекрасен во всём. Не нужно идти на работу, не нужно тревожиться, что слишком долго пробыла в ванне, не нужно ходить на цыпочках, боясь кого-то разбудить, и прочие, прочие мелочи, которые сильно портили жизнь в компании со Степаном. В комнате был порядок, и из окон веяло свободой!

Я не могла не вспомнить двух мужчин, подаривших мне такое ощущение. Одного хотелось навсегда забыть, а про другого было стыдно думать.

Прекрасный завтрак, новости, куча восторгов от фотографий в школьном чате, составление планов на каникулы. К двенадцати, насладившись новым чувством свободы, я решила покончить окончательно с бывшим и вычистить всю квартиру от малейших его проявлений. Генеральная уборка, а завтра уже всё по плану.

Генеральная уборка забрала все оставшиеся силы, и вместо культурного мероприятия, сил хватило только на телевизор с попкорном.

Ко мне присоединилась Тася. Ей нужно было выговориться. И если физически я была не в ресурсе, то морально воодушевлена, поэтому сегодня роль психолога выполняла я.

Попкорн резко был заменён на бутылку красного полусладкого и сырную тарелку, и понеслось.

— Ты понимаешь, я его люблю!

Я вздохнула.

— Но он же тебя обесценивает и не считается с твоим мнением. Знаешь, ничего хорошего не выйдет из таких отношений, — выдавала я уже заученную фразу, которую не раз мне говорила подруга.

— Нет, ты не понимаешь! Я его люблю. Я готова быть его рабой. А он… А он не хочет даже этого.

— Слушай. Так вы виделись всего три раза. Откуда такие глубокие чувства?

— Ты не понимаешь! Он — пожарный! Ты понимаешь, что это за человек! Он способен жертвовать собой ради других! Он герой! Да он вообще идеален во всём! Блин, а какой он в сексе…

— Нет, давай без подробностей.

— А мне так хочется кричать об этом на весь мир! Я нашла свою вторую половину! Понимаешь?! Это ж ничтожно низкая вероятность!

— Тась, я, может, что-то не понимаю. Скорее всего. Но какая половина, если он не хочет с тобой…

— Он сам ещё не знает о том, что лучше меня ему никого не найти.

— Но ты же сама мне говорила, что не стоит растрачивать себя на тех, кто не ценит тебя.

— Нет, Полин, ты, наверно, меня не поняла. Я его люблю. А это совсем другое дело.

Я решила молчать, потому что явно не понимала работы этих двойных стандартов. Единственное, чтобы подбодрить подругу, добавила:

— Если любишь, всё будет хорошо, только стоит дождаться.

— Да, — мечтательно сказала Тася и обняла меня. Мы в полной идиллии досмотрели «Скарлетт» и вместе уснули, наплевав на вечерние процедуры. Зато счастливые и полностью свободные.

За утренним кофе Тася уже не была в такой эйфории и смогла переключить внимание на меня.

— Ну а ты как?

— Боюсь сглазить. Полное умиротворение, свобода и счастье. Лучше я себя, наверное, никогда не чувствовала.

— Понятно. Какие планы?

Я достала уже готовый список из тридцати пунктов и дала ей.

— Ничего себе! Кажется, кто-то засиделся и открыт новым встречам. Компаньон тебе нужен на все эти мероприятия. Найди себе на сайте знакомств, глядишь, и сложится у вас что-нибудь.

— Нет, только не сайты знакомств, я их презираю.

— Вот мы с Димой там и познакомились.

И она опять закатила глаза. Нет, только не это. Но Тасю уже несло, она в сто пятидесятый раз рассказывала о достоинствах Димы. Через полчаса я мягко напомнила ей, что у меня уже куплены билеты в музей и время приближается. Она всё поняла и ушла.

Выбегая из подъезда, с ужасом увидела, что дорогу моей машине перекрыл большой чёрный автомобиль. Водителя внутри не было. Я, как обезумевшая собачонка, бегала вокруг и не знала, что делать, время поджимало. И тут увидела номер телефона, который было очень проблематично рассмотреть из-за моего роста и высоты машины. Я быстро кинулась его набирать.

— Добрый день, могли бы убрать свою машину, она перекрыла мне выезд! — не совсем вежливо и крайне нервно произнесла я.

— Да, конечно, минуту, Полина Леонидовна, — сказал знакомый голос, и я, посмотрев на экран телефона, увидела, что номер определился как «сумасшедший папа Лизы». Жар и холод меня окатили с ног до головы попеременно, но только я успела прийти в себя, как ко мне уже приближалась знакомая фигура. Я смотрела на него и не могла понять, в действительности это происходит или какой-то дурной сон.

— Здравствуйте, извините, я, наверное, грубо с вами говорила. Если честно, и машину не узнала, и номер не поняла, что ваш, — заикаясь, пыталась объяснить своё поведение. Борис улыбался очаровательной и доброй улыбкой и вроде как был даже рад меня видеть.

— Полина Леонидовна, давно не виделись, — явно шутя, произнёс Борис. — А я думаю, ну откуда ваше лицо мне так знакомо, теперь вот увидел вашу машину и понял, где мы виделись. Помните, помогал вам выезжать с парковки?

— А, да… С парковками у меня вечная проблема…

Тоже смутно припоминала ситуацию.

— Не было места, я поставил машину намеренно рядом с вашей, думаю, симпатичная девушка не будет сильно злиться…

Он засмеялся. Я слегка усмехнулась такому незатейливому подкату. А девушка оказалась мегерой.

— А вы тут зачем?

— Э… Приятель у меня тут живёт. Бывает, заезжаю кое-какие дела обсудить. — Ясно.

Мне теперь не хотелось уходить, да и видеть счастливое лицо Бориса, который рад встрече со мной, было приятно.

— А вы куда, если не секрет? Может, я вас подвезу?

— Я еду в музей… В Оружейную палату, если быть точной.

Борис засмеялся.

— Кто-то ходит по музеям в наше время?

Мне стало немного обидно.

— А мне нравится. С детьми всегда нет времени что-то рассмотреть, а сейчас отпуск. Для меня музей точно лучше, чем кинотеатр.

— Мне дочка про вас все уши прожужжала. Возьмите меня с собой, я вам не буду мешать, вот увидите. А она будет рада.

— То есть? Будет рада? Вы что, серьёзно?

— Ну а вдруг вы меня очаруете, как и всех ваших детей?.. Стану фанатом истории.

Последнюю фразу он добавил своевременно, а то наш разговор опять становился с каким-то нехорошим подтекстом.

— Вряд ли, — сказала я недовольно.

— Нет, серьёзно. Поедемте вместе. У меня как раз сегодня свободный день. Почувствовал, что резко захотел в Оружейную палату. Я никогда там не был. Что я за москвич такой!

— Скорее всего, там уже не осталось билетов, а у меня электронный, на определённое время.

— Вы серьёзно? Думаете, музеи популярнее кинотеатров? И там аншлаг по вторникам в обеденное время?

Я приподняла бровь, не сомневаясь в своих словах ни разу.

— Безусловно. Вы знаете, сколько туристов в Москве? Да и просто образованных, интересующихся людей. Ну если только вы меня подвезёте? С парковками в центре туго.

Похоронив заживо его идею ехать со мной, я продолжала давить на свою правоту.

— Нет, ну теперь это прямо дело принципа. Даже если вы не поедете со мной, мы там точно встретимся, достану билеты во что бы то ни стало, составлю вам компанию.

Почему диалог с Борисом совсем не был похож на официальный разговор с родителем ученика? Я ни с одним из них не могла позволить себе разговаривать в таком тоне. Мы с Борисом перешли опасную черту, когда каждый говорит то, что думает. Панибратство — ничего хуже быть не может в деловых отношениях!

— У вас через сколько вход?

Я посмотрела на часы и недовольно сказала:

— Через 40 минут. Там проблема с парковкой, мы уже не успеем.

— Полина Леонидовна, да что вы такое говорите. Садитесь! Это вы не успеете, а я вас домчу, ещё и по парку пройдёмся.

Борис галантно мне открыл дверь своей машины, и я буквально запрыгнула внутрь. Пока он обходил джип, с кем-то говорил по телефону. А я в каком-то предвкушении приключений сидела и словно ждала чего-то очень необычного. Будто со мной сейчас должно было произойти какое-то сказочное событие. И да, я была рада компании Бориса. Он продолжал олицетворять в моих глазах какого-то супермена и идеального мужчину с милыми тараканами в голове. Когда он сел за руль, меня окутал освежающий запах его уже знакомых терпких духов. Мы резко развернулись и не менее резко тронулись, так что мне, как водителю — приверженцу очень спокойной езды, стало как-то не по себе. Но я успокаивала себя тем, что машина высокая, надёжная и всё будет нормально, главное — пристегнуться. Увидев то, как я тянусь за ремнём, Борис не удержал смешок.

— Не доверяете?

Я промолчала. Не собираюсь оправдываться.

— Безопасность прежде всего.

— Одобряю.

Я возмущённо на него посмотрела. Будто мне требовалось его одобрение!

Глава 16. Оружейная палата

Борис

Всё было странно. Мы переходили от экспоната к экспонату, она мне многое комментировала по учительской привычке, потом осеклась и сказала:

— Простите, вам, наверное, неинтересно…

— Нет, что вы, очень даже наоборот.

Но после получаса хождений я приуныл.