Рокх. Том II. Нейтральный мир

— Олвен, сколько времени можно говорить?

— Пока наверху разгружают камень. Здесь приказали проверить нижние крепления. Один сторож у лестницы. Ходит редко.

— Кто приказал?

— Человек по имени Весс. Без знаков. Но вчера при нём стоял печатник и всё время спрашивал, успеют ли к приёму. Через верхнюю контору ничего не передавайте. Распорядитель принимает бумаги при Вессе. Я потому и полез к стене.

Рокх взглянул на щель. Она была шириной в ладонь и высотой в два пальца. Выше и по бокам оставался сплошной камень. Сквозь такой проход нельзя было протиснуться, но письмо, нож или наконечник стрелы прошли бы легко.

— Как открыл?

— Здесь такая же рама. Под ней ящик с ползунами. Нас заставили подгонять железо по оттискам. Вчера днём всё загудело. Потом вода ушла и вернулась горячей. Нижний ползун закусило. Я выбивал его, услышал ваши шаги.

— Раньше ничего не было?

— Раньше была стена. Теперь тоже стена, пока рычаг не прижмёшь. Я не знаю, почему. Мне за железо платили.

Он помолчал и добавил:

— До позавчерашнего дня.

Рокх показал Тиррену белую крупинку, которую сохранял в бумаге. Мастер растёр её ногтем и кивнул. Обычная пыль из карьера. Никакого нанесённого знака, никакого следа очищающего фонаря. Маг убрал бумагу.

— Что хотят сделать? — спросил он.

Олвен ответил не сразу.

Сверху по ту сторону прогрохотали колёса. Человек дождался, пока шум стихнет.

— Привезти смену, которую здесь никто не заказывал. Ваших грузчиков со вчерашнего утра не выпускают со двора. Вместо них набрали людей. Одели в рабочее. Выдали инструменты.

— Наши знают своих в лицо, — сказал Иллис.

— Знают. Поэтому Ласса поедет впереди. С настоящими бирками. Ей велели сказать, что прежняя смена заболела. Беран будет с ней. Я должен показать новое крепление. Будто мы закончили заказ.

— И вы согласились?

Лицо у щели исчезло. Рокх услышал, как человек переменил положение. Вернулся он с тяжёлым дыханием.

— У Лассы сломаны два пальца. Берану ночью не давали сесть. Я пока торгуюсь.

Тиррен стиснул край своей сумки. Иллис неподвижно смотрел в узкое отверстие.

— Что за крепление? — спросил Рокх.

— Длинная рама. Разбирается на три части. Везут как опору для грузовой тележки. На самом деле её велели поставить поперёк ворот, когда нас впустят на нижний склад. Чтобы нельзя было опустить заслон.

Ромгар поднял голову.

— Захватят приёмный двор.

— Наверное. Я слышал: держать до второго груза. Что придёт вторым, не видел. Ночью во дворе стоят закрытые повозки. Возле них меняются вооружённые.

— Сколько?

— Считавших здесь не любят.

— Ты всё-таки посчитал? — спросил Рокх.

— Восемь, пока носил петли. Ещё двое у конюшни. В остальных дворах не был.

Тиррен нагнулся к щели.

— Олвен, ты можешь выпустить Лассу?

— Я могу достать до стены. До сушильни отсюда лестница, дверь и человек с копьём. Дай мне ваш большой проход — выведу всех троих.

Мастер посмотрел на Рокха.

Маг не отвёл взгляда.

Вчера в пороге стоял глухой камень. Сегодня человек разговаривал с ними через прорезь, которой мгновением раньше не существовало. Соблазн был ясным: найти следующий ползун, следующий знак, заставить маленькое отверстие стать дверью. На той стороне ждали сведения, люди, возможно, часть пути к Башне.

— Я не знаю, как открыть большой, — сказал он.

Олвен тихо втянул воздух сквозь зубы.

— Ты же…

— Я не собираюсь проверять на твоём теле, насколько неверно мне это известно.

Лицо снова отодвинулось. Слышно было, как замочник вытирает нос рукавом.

Ромгар заговорил прежде, чем Тиррен успел что-нибудь попросить:

— Есть выход из этой комнаты, кроме лестницы?

— Старый люк. За ним ход к известковой яме. Засов с этой стороны. Мне ногу к скобе приковали, чтобы не ушёл. Длина цепи до рычагов.

— Замок?

— Клёпка. Я замочник, а они не дураки.

Рокх посмотрел на инструменты Тиррена.

— Зубило есть?

Олвен усмехнулся. Смех кончился кашлем.

— В руке. Бить по ноге при стороже? Он не настолько редко ходит.

— Тогда пока говори. Где держат бумаги на смену?

— В верхнем столе. Часть у меня. Приказали проверить размеры груза по ведомости.

— Передай.

Пауза затянулась.

— А вы за нами придёте?

Рокх собирался ответить сразу. Уверенное обещание стоило бы ему двух слов и дало всё, что лежало рядом с человеком. Но Ромгар сидел достаточно близко, чтобы замочник слышал обоих.

— Пойдём к Сухому двору, — сказал маг. — Я не обещаю, что найду там вас живыми. И не обещаю вытащить всех, если двор уже занят войском.

— Мне надо лучшее обещание.

— Лучше у меня есть. Правдивее — нет.

Тиррен отвернулся. Ромгар не вмешался.

Через щель показался угол сложенного листа.

— Возьмите, — сказал Олвен. — Только Лассу не считайте своей, если она завтра скажет не открывать. И чужой не считайте, если скажет открыть. Ей велят.

Рокх взял бумагу.

— Сам начерти сушильню. Двор. Где сторож. На изнанке.

— Я только что отдал лист.

Маг развернул его, оторвал чистую нижнюю полоску и протолкнул обратно вместе с коротким угольком.

Рисунок появился не сразу.

По другую сторону скрипел уголь. Замочник дышал через рот и время от времени переставал чертить, когда наверху передвигали груз. Иллис ушёл к повороту лестницы, отправил одного из караульных за князем и вернулся.

Рокх прочёл ведомость.

Двенадцать сменных рабочих. Три повозки. Два воза зерна, один — с маслом и крепёжным железом. У каждой повозки свой возчик; имена не исправляли. Ниже отдельным столбцом были указаны люди, которым предстояло остаться в приёмном дворе для установки новых опор.

Установщиков было больше, чем грузчиков.

На полях стоял знак дорожного надзора. Такой же Рокх видел на пропуске младшего печатника у водосборника. Однако печати прелата здесь не было. Ведомость выглядела частным распоряжением склада.

— Верхних хотят пропустить как наёмную смену, — сказал Ромгар. — А у нижних потребовать помощь в разгрузке. Когда люди разойдутся по тележкам, у ворот останется меньше стражи.

— Вы так входили в города?

— Я видел, как входят другие.

Гном прочёл оборот.

— Здесь не вся группа. Это только первые.

— Остальные подождут, пока поставят раму.

Рокх ещё раз взглянул на подпись. В ней не было ни угроз, ни призывов к очищению. Указания о сроке сдачи и количестве рабочих. Несколько коротких строк обещали сделать то, с чем не справилось войско на дороге.

Из щели показался рисунок.

Маг потянулся за ним.

— Олвен!

Голос за стеной прозвучал громко и близко.

Угол бумаги дёрнулся назад.

Кто-то поставил ногу на деревянный настил. Подошва тяжело прижалась к доске, и Рокх увидел через щель её край.

— Что под ногами?

— Стружка.

— Я о воде.

Олвен молчал.

Послышался лязг цепи.

— Встань.

Тиррен резко наклонился. Ромгар перехватил его за плечо, не позволяя приблизить лицо к отверстию.

— Встань, я сказал.

— Нога затекла.

Раздался удар. Глухой, мясистый. Тиррен дёрнулся в руке гнома.

Рокх придвинулся к щели с другого края. Видел он только доски, часть сапога и железную цепь, которая легла поперёк настила. В нескольких пальцах от прорези показалась человеческая лодыжка в расклёпанном обруче.

Маг поднял руку.

Ромгар посмотрел на него, затем на щель.

— Железо, — беззвучно произнёс Рокх одними губами.

Гном отпустил плечо Тиррена. Наклонился так, чтобы слова ушли вниз:

— Олвен. Подай скобу к стене.

Тот услышал. Рокх увидел движение: обруч повернулся, клёпаная головка оказалась возле самого края.

Сапог переступил.

— С кем ты…

Рокх протянул тень.

Она скользнула по нижней кромке щели, легла на железо и вытянулась в тонкое тёмное жало. Клёпка была новой. Головку расплющили торопливо, оставив с одной стороны небольшой наплыв. Маг нашёл его обычным взглядом прежде, чем коснулся силой.

Тень поддела наплыв.

Ожог на запястье отозвался резкой болью. Рокх выдохнул, удержал движение. В щели не хватало места ни для широкого плетения, ни для ошибки: рядом находилась чужая нога.

Клёпка выскочила.

Обруч раскрылся с коротким звоном.

Олвен ударил первым.

Рокх не увидел чем. Услышал хруст дерева, злой вскрик, затем грохот падающего ящика. Сапог исчез из поля зрения. Кто-то задышал тяжело и часто, загремела цепь, брошенная по доскам.

— Уходи, — сказал Ромгар.

— Бумагу…

— Уходи!

В отверстие ткнулась рука. Скомканный клочок выпал в желоб.

— Вторая яма под навесом, — выдохнул Олвен. — Если выберусь… там. С востока. Не свистите. Сторожевой…

Наверху крикнули.

Снова ударило дерево. На этот раз не ящик — дверь.

Рокх вытащил рисунок из воды.

— Закрой за собой, — сказал он. — Как открывал.

— Там заело.

— У тебя осталось зубило.

Человек по ту сторону коротко, почти безумно рассмеялся.

— Теперь хороший совет.

Металл заскрежетал. Рокх отдёрнул пальцы за мгновение до того, как полоска света сузилась. Последним он увидел тёмное пятно крови на доске. По нему скользнула тень человека, уходящего в другую сторону.

Щель закрылась.

За стеной ещё некоторое время глухо стучали. Потом звук исчез.

Тиррен опустился на пол.

Иллис встал возле него. Не прикоснулся, ничего не сказал. Мастер сидел, глядя на собственные сапоги. В его сумке лежали инструменты, которыми здесь уже никому нельзя было помочь.

Рокх развернул мокрый клочок на колене.

Двор. Длинный склад. Сушильня под стеной. Рядом с ней два маленьких креста. От нижней комнаты шла извилистая линия к восточной стороне рисунка. На самом краю стояли слова «вторая яма».

Ни ответа, удалось ли до неё добраться, ни знака, что человеку не нужна помощь.

Ромгар взял у караульного сухую ткань и протянул магу.

Рокх посмотрел на своё запястье. Под рукавом выступила кровь.

— Одна клёпка, — сказал он с раздражением.

— Сядь. Перевяжем.

— Я сижу.

Гном оглядел его, затем опустился рядом.

— Тогда хотя бы не спорь с той частью совета, которую уже выполнил.

Рокх прижал ткань к ожогу и снова посмотрел на стену.

Человека по ту сторону он больше не слышал.

Саэрра хотела впустить подменную смену до первого склада.

— За ними должны прийти старшие, — сказала она. — На дороге мы возьмём наёмников. Здесь сможем взять тех, кто отдаёт им приказы.

Перед ней лежал план северного приёма. Длинный крытый двор, два подъёмника, наружный заслон и низкая галерея, уходящая к жилым лестницам. Князь стоял напротив, придерживая бумагу ладонью. В зале пахло свежей краской: писарь заново отмечал повреждённые участки.

Рокх указал на галерею.

— Что здесь?

— Склады масла.

— А над ними?

— Жильё.

Он убрал палец.

Саэрра посмотрела на Ромгара.

— Мы умеем брать пленных в собственном городе. Лучники будут наверху. Людей из ближних домов выведем.

— А раму они начнут ставить до второго груза? — спросил гном.

— Мы остановим раньше.

— По какому признаку?

— Когда увидим оружие.

— А если сначала перевернут бочку масла?

Советница раздражённо отодвинула план. Рокх впервые заметил, как она устала. Прядь у виска выбилась из тугой причёски; на манжете темнело пятно чернил. Искала способ закончить хотя бы одну угрозу целиком.

Ваэль сел.

— На дороге пленники окажутся у них под рукой, — сказал он Рокху. — У ворот мы хотя бы знаем, где стоят наши.

— На дороге можно узнать то же самое. До того, как они поднимут оружие.

— Ты предлагаешь разведку.

— Я предлагаю перестать ждать их во дворе, который они уже обмерили.

Маг придвинул рисунок Олвена.

— Пойдём сюда. Найдём настоящую смену. Посмотрим на груз. Если получится, уберём подмену до выхода. Если нет — передадим, какие повозки задерживать и кто в них сидит. Северный приём до условленного сигнала никого не впускает.

— Зерно останется наверху, — сказала Саэрра.

— На несколько часов. Если груз вообще дадут вывезти. Но закрытые ворота можно открыть позже. Сгоревшие приходится делать заново.

Ваэль посмотрел на Иллиса.

— Проведёшь?

— По восточной тропе. К складам спустимся не с дороги. Меня там знают, но сначала посмотрю сверху.

— Возьмёшь двоих из северного дозора. Один останется для передачи вести. Второй с тобой.

— По тропе пятеро пройдут медленнее.

— Значит, выйдете сейчас.

Рокх повернулся к Ромгару.

— Останешься с записями?

Гном поднял на него глаза.

— Нет.

— Рука…

— По дороге объясню, чего ею не буду делать. Лассе с Бераном может понадобиться тот, кто умеет наложить шину. А наёмникам я могу объяснить кое-что об их жалованье. Печать казны действует на них лучше молитвы.

— Ты уже вернул полномочие.

— Поэтому врать о полномочии не стану.

Рокх прикусил ответ.

Саэрра собрала ведомость и ночное письмо.

— Оригиналы останутся здесь. Копии получите. Списки настоящих грузчиков тоже. На поверхности их можно проверить, если найдёте распорядителя.

— И пусть ваши северные не стреляют в людей, которые побегут от повозок, — сказал Ромгар. — Не все побегут на город.

— Предупредим.

Тиррен подошёл к Рокху с металлической накладкой.

— Забери свою находку. Я снял размеры. К Сухому двору она относится так же, как к нашему порогу. Но вставлять её куда-нибудь наугад не советую.

— Ты успел составить список?

— Чего?

— Вещей, которые мне не советуют вставлять.

Старый мастер неожиданно улыбнулся. Улыбка тут же исчезла.

— Ласса смеётся, когда ей страшно. Очень громко. Не думайте, что она не понимает, что происходит.

Иллис отвернулся к дверям. Рокх завернул накладку в ткань и убрал к своим бумагам.

Перед выходом он задержался возле карты восточной ветви. Тиррен уже приготовил копию, отдельно обозначив места, где оттиск был сомнительным. От северного приёма уходили две старые линии. Одна возвращалась к городу, другая терялась за пустым местом на листе.

Маг взял копию.

За последней отметкой начиналось пустое место. Рокх убрал копию к остальным бумагам.

Ромгар тем временем оставил образцы у княжеского писаря. Для каждого продиктовал место, имя лекаря и обстоятельства сбора. Потом вынул собственный лист для Дорны, дописал две строки и вложил в пакет с наблюдениями.

— Напишешь, что идёшь спасать незнакомых мастеров? — спросил Рокх.

— Написал, где меня искать.

— Всего?

— И что мазью пользуюсь. Этому она обрадуется больше.

В Светограде в тот день выносили из учёной службы старые шкафы.

Двор был заставлен ящиками. Служители спорили, какие записи оставить под крышей, а какие могут постоять на воздухе. Дождя не было со вчерашнего вечера, и распорядитель считал это достаточным основанием не искать другого помещения.

Лиор сидел у дверей и переписывал перечень принятых бумаг. Его не отпустили после донесения. Сначала велели дождаться вопросов, затем передали в распоряжение канцелярии. Теперь у него было много работы и ни одного ответа о том, когда она закончится.

Магистр Сейр прошёл мимо, заметил лист у него на коленях и остановился.

— Второй экземпляр у тебя?

Лиор поднял голову.

— Какой?

— Не заставляй спрашивать при них.

Молодой жрец посмотрел на служителей возле шкафов.

— Донесение Ромгара передано. Время записано.

— Это не ответ.

— Другого не дам.

Сейр постоял ещё немного.

— Тогда храни так, чтобы не нашли вместе с тобой.

Он вошёл в здание, оставив Лиора решать, услышал тот совет или предупреждение.

Варн ждал в бывшей комнате переплётчика. Большой зал передали воинским писарям; там считали прибывающих всадников. На столе прелата стоял ящик дорожных печатей. Рядом лежала грамота с гербом человеческого правителя, согласившегося дать конницу за отсрочку долга.

— Их командир требует, чтобы людей Престола не ставили над его сотниками, — сказал Варн.

— Вы обещали совместные действия.

— Они иначе поняли слово «совместные».

— Такое бывает с договорами, в которых оставляют место для удобного прочтения.

Прелат поднял глаза.

Сейр положил перед ним перечень деталей, отправленных на северные склады. Несколько строк он обвёл.

— Что это?

— Несоответствие. В отправке указано крепёжное железо. Из мастерских получили также основания для световых пластин.

— Железо и есть.

— Если перепутать порядок установки, они сработают внутри приёмного двора. Там не только стража.

— Значит, надо установить правильно.

Магистр не убрал руку с листа.

— Нужны мастера. Живые. Пригодные к работе.

Варн некоторое время смотрел на него, затем придвинул чистую бумагу.

— Пиши Вессу. В этой части распоряжаешься ты.

Сейр взял перо.

Он мог потребовать отменить отправку. Мог приложить к новому приказу описание того, что случилось в третьем водосборнике. Вместо этого написал о порядке установки рам, проверке опор и недопустимости повреждения работников до окончания приёмки.

Последние слова ему не понравились.

Он зачеркнул «до окончания приёмки».

Варн наблюдал молча.

— Отправить верховым, — сказал магистр. — С ответной распиской.

— Через зеркало быстрее.

— В частном дворе нет постоянного приёмника. Ближайшая застава прочтёт приказ прежде Весса.

— Боишься чужой небрежности?

Сейр положил перо.

— Теперь да.

Снаружи застучали копыта. Во двор вводили лошадей для восточного посольства. На сёдлах были закреплены мешки с подарками, два одинаковых кожаных футляра и запасные подковы. Один проводник отказался принять расписку вместо денег и теперь терпеливо ждал у ворот, пока принесут недостающее.

Варн подошёл к окну.

— Шаманы уже знают, что мы едем?

— Письмо передали через торговцев. Приглашения на совет ещё нет.

— Послы дождутся.

Сейр не ответил. На столе оставалась карта с пустыми местами за человеческой границей. Никаких обещанных орочьих отрядов на ней не было.

Прелат велел уплатить проводнику остаток и снова позвал воинского писаря. Спор о старшинстве человеческих сотников требовал решения раньше, чем переговоры с теми, кто ещё не согласился разговаривать.

Сейр свернул свой приказ.

Когда он вышел, Лиор всё ещё сидел у дверей. Магистр заметил на его коленях другую книгу. Не спросил, куда исчез прежний лист, и прошёл к конюшне.

Из столицы вышли через маленькую дверь за канатной мастерской.

Рокх до этого дважды проходил рядом с ней и считал дверью кладовой. За ней оказались восемь узких ступеней, проход между отвесными стенами и лестница, на которой приходилось ставить ноги боком. Местами камень был вытерт так гладко, что Иллис велел держаться за канат.

Ромгар послушался первым.

Наверху ветер шёл с востока. Небо затянули длинные серые облака; между ними иногда проступал болезненный солнечный диск. После света подземных цветов Рокху понадобилось время, чтобы перестать видеть зелень на собственных пальцах.

С ними шли двое эльфов из северного дозора. Один нёс маленький лук и сумку с перевязками, другой — скрученный сигнальный шнур с узелками. Имена Рокх услышал, но не запомнил с первого раза. Пришлось спросить снова. Лучник назвался Эреном, второй — Дайсом.

— Кому поручено возвращаться? — спросил маг.

— Мне, — ответил Дайс.

— Тогда не лезь первым.

Эльф взглянул на Иллиса, дождался короткого кивка и перешёл в середину цепочки.

Тропа огибала карьер. По ней давно не возили груз, зато хорошо знали козы. Мелкие камни осыпались под ногами; кусты цеплялись за плащ. В одном месте Рокх слишком поздно заметил низкую ветку и получил хлёсткий удар по щеке.

Ромгар остановился позади.

— Не говори, — предупредил маг.

— Хотел попросить подержать. Мне в глаз придётся.

Рокх отвёл ветку. Гном прошёл под ней, пригнув голову. Топор оставался завёрнутым: обмотка защищала лезвия от камней и не давала металлу блеснуть издалека.

Через час пришлось остановиться у ручья. Ромгар проверил повязку, Иллис поднялся на гребень. С дороги за холмом доносилось ржание. Несколько всадников шли к северной заставе. На них не было белых плащей. Ромгар узнал жёлтые нашивки, но дождался, пока отряд скроется.

— Те, о ком писал князю его торговец, — сказал он потом. — Уже пришли.

— За нами?

— Прибыли на службу. Куда отправят, решит командир.

Рокх проследил взглядом пыль над дорогой. Теперь инквизиции не требовалось стоять на каждом повороте самой. Чужие солдаты могли задержать путника, даже не зная, почему его объявили врагом. Им было достаточно примет и оплаченного приказа.

Он поправил капюшон.

После полудня пошёл мелкий дождь. Тропа стала скользкой. Иллис выбрал более длинный обход: вести гнома по размокшему склону было опасно. На другом пути пришлось ползти под корнями, но здесь падать было невысоко.

Сухой двор показался незадолго до сумерек.

Сверху он выглядел обыкновенным складским двором: длинная крыша на толстых столбах, навес для телег, конюшня, низкое здание сушильни. В воротах стояли двое. Под навесом прохаживался пёс на длинной цепи. За оградой дымила печь. Несколько рабочих разгружали камень, перекрикиваясь через двор.

Иллис лёг возле кустов и долго смотрел вниз.

— Обычно у навеса уже ставят завтрашний груз, — сказал он.

Место было пустым.

Рокх достал рисунок Олвена. С востока находились две старые известковые ямы. До ближайшей можно было добраться под прикрытием низкой стены. Дальняя лежала возле пролома в ограде.

— Я проверю, — сказал Иллис.

— Вдвоём, — ответил Ромгар. — Если лежит раненый, один не вынесешь.

Разведчик кивнул Эрену. Дайс остался на гребне, следя за дорогой. Рокх с гномом спустились ниже, к заброшенному сараю, откуда были видны обе ямы.

Ждали недолго.

Иллис появился у пролома и показал ладонью вниз. Затем подозвал их.

Олвен лежал под сваленными досками. Рокх узнал потрескавшиеся губы прежде остального лица. Человек оказался пожилым, с редкими волосами, прилипшими к вискам. На шее проступил синяк. Раскрытый обруч всё ещё болтался на лодыжке: замочник не сумел снять его с опухшей ноги.

Ромгар опустился рядом.

— Не вставай.

— Да я… особенно…

Олвен закашлялся. Гном дал ему немного воды, подождал, пока он проглотит, и принялся осторожно ощупывать бок.

Рокх присел с другой стороны.

— Узнаёшь?

Человек долго всматривался в безбровое лицо под капюшоном.

— Значит, всё-таки пришли.

— Где Ласса и Беран?

Олвен закрыл глаза.

Из двора донёсся стук: кто-то выбивал клин из оси. Обычная работа перед дорогой. Рокх едва удержался от того, чтобы принять обычный рабочий шум за ответ: пленники ещё во дворе.

Замочник снова открыл глаза.

— Увезли. Когда нашли сторожа.

— Давно?

— После полудня. Три повозки. С теми людьми.

Иллис повернулся к дороге.

— До вечернего приёма больше суток.

— Теперь не будут ждать, — сказал Олвен. — Весс велел ехать к нижнему складу на ночь. Будто на дороге опасно. Ласса должна попросить, чтобы впустили под крышу.

Рокх посмотрел на Дайса, всё ещё стоявшего наверху. Поднял руку, подзывая.

Гонец спустился почти без звука.

— К князю, — сказал маг. — Груз вышел раньше. Будут просить ночлег. Лассу заставят говорить за них. Ворота не открывать, пока не получат второй вести от Иллиса. Повтори.

Дайс повторил. Иллис подтвердил распоряжение и показал короткую тропу к городу.

Когда гонец исчез, Рокх снова склонился над Олвеном.

— По какой дороге пошли?

Человек потянулся к рисунку дрожащим пальцем.

— Там, где старый навес. Потом через каменный мост. У второй повозки спица треснула. Беран должен был…

Он застонал и перестал говорить.

— Хватит, — сказал Ромгар. — Дальше я.

Рокх поднялся. На мокрой бумаге темнел след пальца. До города повозкам было дальше, чем путникам по узкой тропе, но догонять их предстояло с другой стороны.

Иллис уже снимал с плеча лук.

— На мосту можно остановить.

— Сначала посмотрим, кто сидит рядом с Лассой.

Разведчик задержал на нём взгляд, затем убрал лук обратно.

Внизу запирали ворота Сухого двора. Над крышей сушильни поднимался дым, и рабочий у навеса накрывал брезентом оставленную телегу. Всё выглядело так, будто здесь закончили дела на сегодня.

Рокх сложил рисунок.

Они пришли к пустому складу. Люди, которых следовало найти, уже ехали к городу и должны были сами попросить открыть врагу ворота.

— Эрен останется с вами, — сказал он гному.

Ромгар кивнул, не отрывая рук от раненого.