Странники. Рубеж Каина

— А они использовали знания о твоих сильных и слабых сторонах против «Капром инк.»! — тут же взвился Жодфу.

— Замолчи, сын, — тяжело уронила Дайха. — Лемичи, насколько секретны планы по нашей эвакуации?

— Общая картина — только у меня. Всеми деталями занимались пять изолированных ячеек нашей службы безопасности. Профилактические утечки информации прошли под моим персональным контролем. Я считаю, что вам нечего бояться. А здесь, над Оазисом, вас будет встречать корпоративный флот. Все, кто решит нам противостоять, пожалеют о своём решении!

Лемичи стиснул вскинутый кулак, словно уже держал в руках вражеское сердце. Дайха на это лишь хмыкнула и разорвала связь. Она всегда пренебрегала прощаниями. Её примеру последовали остальные учредители, и господин Лемичи остался в комнате в полном одиночестве.

— Джованни, ты слышишь меня?

— Да, господин Лемичи. — Перед директором немедленно возникла голограмма ассистента.

— Докладывай, что вам удалось обнаружить за трое суток?

— Пока что обнадёживающих новостей немного. Странники используют нашу сканирующую технику и изучают Ветреные овраги. За последние сутки мы дважды наткнулись на экранированные подземные убежища. Это что-то вроде точек временной стоянки: анализы говорят, что там хранилась пища, вода, какие-то элементы персональной гигиены и одежда. Всё разложилось.

— И давно их там установили?

— Около трёх сотен лет назад, — качнул головой Джованни. — Судя по всему, они из имперского стаалита.

Господин Лемичи задумался. Сфера обитания корпораций дотянулась до этого сектора галактики меньше века назад, а экспансия всего человечества длилась чуть больше тысячелетия записанной истории. Война человечества против искусственных интеллектов без этического ядра оставила после себя огромные дыры в архивах. И теперь вот: в месте, где не должно быть следов цивилизации, стоят не самые старые постройки из особого металла, который обычно использовали как броню. Ещё и экранированные.

— Что-то, чего я не знаю из отчётов?

— Да, секунду. — Джованни включил дополнительное шифрование. — Я смог разобраться в некоторых графических кодах, которые не истлели. Это имперская инфраструктура. Возможно, брошенные лаборатории.

Это предположение Лемичи оставил без ответа. Оазис-427 достался «Капром инк.» на аукционе. Звёздная система была открыта давно, неплохо изучена, но никакого интереса у Научного корпуса не вызвала. Повышенный уровень радиации на спутнике Глаза был признаком богатых залежей ирума, но ещё долго его добыча не принесёт прибыль. Кому нужен капризный металл, когда есть послушная термоядерная реакция и бесконечный водород? А теперь выясняется, что когда-то Империя решила, что здесь можно вести исследования, но по итогу их не закончила. Лемичи знал, как это работает: максимально удалённый объект, запрятанный чуть глубже, чем самая далёкая дыра в галактике, на нём совершаются всевозможные действия, которые обычно называют преступлениями против морали, бесчеловечными опытами и дают им прочие нелестные определения. Финалом такой истории служила или бесперебойная работа объекта до принятия решения о его закрытии и заметании следов, или то, с чем столкнулись сейчас странники и Джованни. Брошенные постройки.

— Личный отчёт каждые двенадцать часов. Если встретите угрозы — Ахид главный. Никаких споров о полномочиях.

— Да, господин Лемичи.

— Тогда до связи.

Джованни отключился, а через несколько секунд от Ахида пришло сообщение: «Никаких споров!» Лемичи позволил себе лёгкую улыбку. Он и не сомневался, что Ахид прослушивает все разговоры Джованни.

***

Вонг потёр лицо. Да, его кожа была синтетической, её чувствительность отключалась мысленной командой, но за эти несколько суток он использовал уже второй комплект регенераторов и стимуляторов. Сеть подземных сооружений глубокого заложения, всё ещё изучаемая дронами, словно решила свести с ума тех, кто её потревожил. Странники, боевики корпорации, автоматические системы — она поглощала всех, чтобы оставить без результатов. Никто ничего не находил. Личные записи? Пластбумага исчезла, словно произошло срабатывание какого-то протокола защиты. Твердотельные информационные хранилища всех форматов от кристаллов до квантовых юнитов памяти девственно пусты, лишены даже информационной оболочки.

Прелат Странников находился в таком очевидном возбуждении, что это было заметно через непрозрачный шлем. Те два объекта, что были доступны исследователям, он едва ли не облизал, благо бункеры выдержали испытание временем и ходить по ним в скафандрах не требовалось. Портативные атмосферные генераторы за несколько часов вернули жизнь в подземные коридоры.

Помогло ли это? Работать стало комфортнее, но проще не стало. Даже личные вещи, которые обычно приносили на рабочие места все люди, отсутствовали.

Вонг поджал губы и окинул комнату, в которой находился, новым взглядом:

— А может быть такое, что вас построили, но не успели воспользоваться?

— Чего только на свете не встречается, юнец. — Ахид ввалился в комнату и запер за собой дверь. — Но новую звезду на небе ты не открыл. Любому мало-мальски опытному человеку это очевидно. И то, о чём ты так громко молчишь, мне ясно с первого взгляда. Странники, уверенно нашедшие имперский заброс, да?

Вонг бесстрастно посмотрел на Ахида:

— Можешь добавить что-то по делу?

— А то ж! Арктурианские цыпочки — выбор настоящего мужика, а эти ваши синтетические куклы — так, замена кулаку. Неадекватная, хочу заметить! — Ахид рассмеялся и сел напротив Вонга.

В движениях солдата концентрировалось столько силы и власти, что Вонг против воли отшатнулся.

— Юнец. — фыркнул Ахид. — Скажи мне, Вонг, неужели ты не чувствуешь, как здесь всё смердит чужой болью? Я уверен, что если мы найдём хотя бы одну целую видеозапись, то на ней персонал стройными колоннами будет уходить в неизвестность.

— Ты что-то знаешь?!

— Да нет… — Ахид отмахнулся от внимательного взгляда Вонга. — Но сценарий не хуже других. Имперцы не бросают свои инсталляции — это общеизвестный факт. Рачительные до скупости. Тут важно другое: наше шапито с гордым званием корпорации, возможно, зачищают именно потому, что мы работаем в этой системе. Когда по нам отбомбятся термоядерными зарядами, пара-тройка лишних воронок погоды не сделают. Хотя это могут быть лишь домыслы старого наёмника.

Если бы у Вонга осталась кровь, она бы заледенела. Какой бы фантастической ни была эта идея, отбрасывать её не стоило.

— Ты доложил господину Лемичи?

— Да, со стариком я поделился.

— Тогда нам нужно заняться своей задачей. Чем быстрее странники найдут искомое, тем…

— …хуже. — Ахид посмотрел в глаза Вонгу: — Пока по планете топчется прелат Ордена, где-то в округе болтается ковчег крейсерского класса, к гадалке не ходи. А это тысячи тонн ракетных шахт и лазерных орудий. Так что молись… в кого ты там веришь, чтобы они рыли до упора, в смысле — до ядра планеты.

Внезапное сообщение отвлекло Вонга от беседы. Он несколько секунд поизучал приложенную схему и тяжело вздохнул:

— Они нашли сервисный тоннель.

— Ещё бы они не нашли, — ухмыльнулся Ахид. — Пойдём взглянем.

Странники скучковались перед вскрытыми панелями облицовки, за которыми Вонг мог видеть короткий коридор и какие-то механизмы.

— Господа, что у вас здесь? — спросил Вонг.

К нему повернулся конфессор Сатр. Вонг почти сразу каталогизировал странников по особенностям моторики и отметкам на скафандрах, но не был уверен, что узнает хоть кого-нибудь в обычной одежде: за эти несколько суток они не вылезали из брони и даже спали в ней. На самом деле жители Пустоты оказались на удивление компетентными бурильщиками, археологами и исследователями. Да, большую часть оборудования выделила корпорация, но странники управлялись с ним очень умело, а их собственные дроны словно создавались для работы под землёй.

— Грузовой лифт, — ответил Сатр.

Он посторонился, позволяя Вонгу рассмотреть просторный зал с грузовыми кранами, манипуляторами и огромным квадратным отверстием в полу. Массивные направляющие соединяли его углы с высоким потолком. Очевидно, что лифт мог подниматься на поверхность, но при первичной разведке лифтовую шахту не нашли.

— И где он? — хмуро спросил Ахид, проходя внутрь.

— На глубине ста метров у нас под ногами. — Сатр вошёл следом, и Вонгу пришлось последовать за ними. — А ещё вот… — Странник указал на направляющие в глубине шахты.

Вонг присмотрелся, его импланты поменяли режим восприятия, отсортировали помехи.

— Кто-то убедился, что лифт гарантированно не вернётся на поверхность, — заключил Ахид.

Вонг промолчал. Перекрученные взрывами металлические балки не требовали комментариев.

— Любой грузовой дрон способен поднять из этой дыры человека в скафандре, — авторитетно заявил Ахид. — Глупость какая-то, а не меры предосторожности. Если только… дрон не может поднять что-то определённое и лифт — безоговорочная необходимость. Гранаты вниз уже кидали?

— Что? — одновременно спросили Сатр и Вонг, но ничего сделать не успели.

Из широкой ладони солдата выпали два шарика ударных гранат и канули в темноту шахты. Через секунды пара ярких вспышек осветила отполированный камень стен и скрытые излучатели лазерной решётки.

— Вона как… местечко-то живое. И с выдумкой.

— Триста лет работы? — недоверчиво спросил Вонг.

— Изотопные батареи на ируме, — ответил Сатр. — Правда, я не слышал, чтобы их делали такой ёмкости. Может быть, здесь сохранилась энергетическая инфраструктура? Реакторам, конечно, требуется обслуживание, но при минимальной рабочей нагрузке, нескольких роботах и хранилище с изотопами — почему бы и нет?

— Я надеюсь, что корпорации так же, как и нам, интересно спуститься вниз. — Конфессор Валдан вместе с телохранителями словно возник из пустоты. Как минимум сенсоры Вонга не смогли его обнаружить, пока не стало поздно.

— Сейчас, когда появилась угроза жизни и здоровью персонала корпорации и её гостей, командование с нашей стороны переходит Ахиду Итнесу. — Вонг кивнул на солдата. — Он наиболее компетентен в этой ситуации.

— Когда штафирки начинают признавать правду, мне всегда становится страшно, — хмыкнул Ахид и бросил ленивый взгляд на Валдана: — Я вам так скажу, святейшество, у нас здесь не оружейное производство. Несколько управляемых зарядов мы, безусловно, найдём, но, если тут какая-то эшелонированная оборона, проще пробуриться рядом, натурально. Мы геологи-экологи, а не военная корпорация.

— Да-да, а боевые импланты у вас только для форса, — покивал Валдан. — Я тебе так скажу, боец: если кишка, или что там у тебя вместо неё, не тонка, то давай об заклад побьёмся? Там, в шахте, не больше трёх слоев защиты, и если ты с ними справишься, то честь тебе и хвала в деле Пути. Если нет, то будешь внимательнее меня слушать.

— А если слоёв больше? — ухмыльнулся Ахид и развернулся к Валдану всем телом.

— То остальные слои снимут мои братья и сёстры и, Пророк свидетель, сделают это быстрее, чем твои подчинённые! — хлопнул ладонями Валдан.

Вонг наблюдал за происходящим молча. Он уже не пытался рассмотреть скрытое тенью лицо Валдана и теперь разбирался со своими ощущениями. Конфессор-наставник очень сильно напоминал господина Лемичи. От него исходили волны власти, его распоряжения выполнялись безоговорочно, странники постоянно бросали на него взгляды.

«Словно он носитель сакрального знания. Временно исполняющий обязанности их пророка». — Вонг улыбнулся про себя нехитрой шутке, но немедленно отбросил несерьёзное отношение.

Валдан с телохранителями и боевым отрядом были опасны. Новые находки стали опасны. Угроза от других корпораций приобрела ореол смертельной опасности.

Вонг и не заметил, как вызвал Арабеллу Джулиану Пятую.

— Ах, Джованни, ты наконец состряпал обвинительное заключение о моей невинной душе? — Она прищурилась, но в глазах уже вспыхнули яркие алые огни.

Вонг действительно собрал такой материал и, всё ещё пребывая далеко в своих мыслях, отправил его Арабелле. Глаза девушки расширились, а через несколько секунд округлились до геометрического идеала.

— Это не приглашение на ужин, юноша! Это заявка на сексуальное рабство! И я даже не знаю, как отказать… Ты, вроде, личное поручение господина Лемичи выполняешь. Тебе там заняться нечем?! — Последнее было произнесено срывающимся голосом.

— Теперь это не только моё поручение. — Взгляд Вонга сфокусировался на виртуальном аватаре девушки. — Беру тебя в свои верные помощницы. Кофе в постель, стирка, грузовики с оружием. Слушай меня очень внимательно…

Глава 4

Сата произвела несколько витков вокруг спутника газового гиганта, и Каин уже мог сделать первые выводы об обстановке на поверхности. Плотный облачный покров мешал визуальному наблюдению, радиация заставляла постоянно калибровать сенсоры, но основное стало понятно быстро — нет признаков процесса кристаллизации ирума, который обычно сопровождается именно таким равномерным радиационным фоном. Это придавало планете ещё больше загадочности.

Собственного магнитного поля у неё не было, вулканической активности — тоже. Ядро, скорее всего, твёрдое. Только гравитация планеты-хозяина заставляла спутник претерпевать хоть какую-то эволюцию, создавала трещины в коре, а через них уже радиоактивные материалы попадали в атмосферу и разносились ветрами. Но для таких показателей излучения руда должна была находиться сразу под поверхностью.

— Воды нет. Растительности нет. Роботов нет. Ничего нет. Ионизирующее излучение всех видов есть.

Каин задумчиво стучал пальцем по подбородку, разглядывая нависшую над ним планету. Автоматика Саты продолжала сканирование, одновременно транслируя стандартные коды Ордена на всех частотах. Бессмысленное в своей сути, но логичное в сложившихся обстоятельствах действие: они же ищут следы Пророка, а некоторые стандарты в Ордене не менялись никогда.

Что более удивительно, он получил ответы. Целых два: один — с поверхности, второй — с курса в сторону завода на орбите Глаза.

— Эгей, бродяги! Что мигаете, как ёлка на Равноденствие? Проблема в Пути?

На голограмме перед Каином появились мужчина и женщина. Неопределённого возраста, чем-то неуловимо похожие, хотя вроде бы абсолютно разные.

У мужчины был низкий лоб, выдающиеся вперёд надбровные дуги, огромные густые брови, под которыми в глубине прятались чёрные глаза. Горбатый, чуть крючковатый нос давил к верхней губе короткие усы, а подбородок и шея скрывались за лопатообразной бородой.

На его фоне женщина словно терялась, аккуратные черты казались слишком простыми, и лишь высокие острые скулы задавали индивидуальность её овальному лицу. Белая радужка глазных имплантов мягко светилась, привлекая внимание, но не более. Чудовище и красавица, и Каин не знал, кто из них более впечатляющий.

— Доброго Пути, — наконец отозвался он. — Нет, провожу поиски оборудования Ордена.

— А-а-а, потеряли шмотки? Это бывает, да, дорогая? — Мужчина подмигнул и притянул к себе женщину. Каин понял, что на их корабле нет гравитации. — А мы вот потихоньку каботажим.

Системы Саты уже рассмотрели и опознали небольшой транспортник: круглая командная капсула с вращающимся вокруг продольной оси корабля жилым модулем, длинная ферма, на внешней стороне которой размещалась полезная нагрузка, а внутри — транспортный коридор, и в противоположном конце — машинный отсек с реактором, двигателями и баками с топливом. Таких неторопливых трудяг были сотни тысяч по всему обитаемому космосу.

— Меня зовут Каин, — представился юноша и вопросительно посмотрел на собеседников.

— Я Джеймс, она Джун, и мы лучшая парочка на все руки мастеров в этой системе! — широко улыбнулся мужчина. — Мы муж и жена, если ты знаешь, что это такое.

— Да, я в курсе странных обычаев оседлых, — тонко улыбнулся Каин, не сумев скрыть издевку в голосе.

— Какой колючий юноша. — Джун прищурилась. — Но это правильно: мой благоверный порой не думает, что несёт. Может, тебе нужна помощь? Не слишком ли ты молод для путешествия в одиночку?

Каин лишь качнул головой. Ему начало казаться, что пара над ним потешается, и он попробовал сменить тему:

— Вы, наверное, изучили здесь всё что возможно? Каждый камешек рассмотрели в системе?

— За десяток лет у нас нашлось время, чтобы присмотреться к округе, — хмыкнул Джеймс. — Но скажу тебе, юный бродяга, что скучно здесь до безумия. Глаз собирает вокруг себя весь мусор в системе, поэтому нам часто приходиться проверять, ремонтировать и утилизировать повреждённое оборудование или там автоматические бурильные установки.

— Никаких достойных находок, я уж не говорю про следы чужой интеллектуальной деятельности! — закатила глаза Джун.

Улыбка Каина стала понимающей. Шутка про другие разумные виды давно стала бородатой среди пустотников. Человеческая цивилизация при всём своем любопытстве и желании засунуть нос в каждую щель не смогла найти братьев по разуму. Биосферы на планетах — да, но ни одного вида, хотя бы ступившего на путь прогресса.

— Может быть, у вас есть данные по сканированию пустотных тел, которыми вы можете поделиться?

— Легко. — Джеймс пожал плечами, и у Каина на краю поля зрения возник значок входящего файла. — Там орбитальные наблюдения, данные спектрального анализа, расчёты поправок и коэффициентов орбит с учётом местной специфики движения. На Веках нет ничего интересного. Голые каменюки: одна — обугленная, вторая — фонящая радиацией.

— Нижнее Веко — то ещё местечко, — перехватила Джун. — По всем показаниям на планете должны быть россыпи ирума, но автоматические пробы — мусор. Ионизирующего излучения хоть клизмами кушай, а толку немного. Думали даже сдуть атмосферу и поставить экраны-поглотители. Стал бы спутник гигантской батарейкой.

— Очень специфическая задумка. Я бы не рискнул. Дорого, эффективность на технологиях седьмого уровня процентов пять… Только если установить систему лазерной транспортно-оборонной сети. Но зачем? В смысле, зачем морочиться с планетой, когда можно воткнуть на орбите несколько термоядерных реакторов и запитать их от Глаза? А лазерная сеть — само по себе развлечение очень дорогое. Да и замыкать природные процессы ирума — путь к взрыву ошеломляющей мощи. В общем, как я и сказал, задумка специфическая. — Каин выплыл из размышлений и встретился с двумя парами очень широких глаз. — Что?

— Не привыкли к таким рассуждениям от столь юных людей. Корпоративная молодёжь в твоём возрасте как-то больше по развлечениям, — ответил ему Джеймс.

— Я — странник и уже успел побывать в первом самостоятельном паломничестве. А как оседлые предпочитают проводить свою молодость — это их выбор. Кто мешает корпоративной молодёжи учиться и быть похожими на меня? — пожал плечами Каин.

— Ох уж эти ваши сектантские нормы. Ты хоть представляешь, какая кабала — контракт на обучение? — хмыкнула Джун. — Корпораты удавятся за каждый кредит. Долговое рабство на пятнадцать—тридцать лет — вот что им мешает. Ну а те, у кого деньги есть, те учатся, да. Но сколько их таких? Не так уж и много в процентах и абсолютных числах. Можно, конечно, сменить статус с гражданина на работника, как мы с муженьком…

— Но геморроя меньше не становится. Обучение бесплатно, а зарплата — далеко не предел мечтаний, — закончил за жену Джеймс.

— Чего только не встречается на Пути. Выбор есть всегда. — Каин не знал, что ещё добавить.

В Ордене не могло быть людей без образования. Циклы обучения под контролем Ариадны готовили специалистов всех областей, необходимых для развития маленького общества странников. Иметь две-три отметки об аттестации по серьёзным направлениям было в порядке вещей. И ведь то одному, то другому могло прийти в голову отправиться в паломничество. Идеи Пророка заставляли его последователей быть готовыми и к таким ситуациям.

Поэтому Каин считал, что можно потратить десятилетия, отдавая корпорации долги за учёбу, а потом ещё долгие годы жить для себя. У него же будет ровно наоборот: сначала годы для себя, а потом десятилетия для Ордена. Выбор есть всегда, и он сделал свой давным-давно.

— Ладно, юноша, занимайтесь своими сектантскими делами, а мы отправимся дальше: пополним запасы, отдохнём. Мечтаю помыться при нормальной гравитации…

— Доброго Пути! — махнул Каин и отключил канал связи.

Теперь ему следовало разобраться со вторым сигналом. Источник почти скрылся за горизонтом, поэтому Сата собирала последние крохи информации. Каин развернул перед собой виртуальный интерфейс: умные программы уже отсортировали и расшифровали поток данных, теперь человеку требовалось их осознать.

С этим возникли проблемы. Частота и особенности передачи чётко описывались наставлениями Ордена, а вот шифрование оказалось абсолютно чуждым и настолько сложным, что ресурсов Саты не хватало.

Передать на ковчег? Пусть вскрывает Ариадна?

Каин уже собирался исполнить это решение, когда заметил знакомую последовательность в шифре.

Что-то заскреблось в памяти, нейросеть дополнительно простимулировала ткани мозга, Каина окатило головной болью, но в следующий момент настигло озарение. Он уже видел подобные шифры!

Привычными командами Каин запустил несколько приложений, но в этот момент в рубку заглянула Милица.

— Ты решил поиграть?

— Это не то, что ты думаешь, — смутился Каин, не прекращая работу. Несколько последовательных квантовых соединений и так грозили вычерпать его социальный кредит до дна, медлить не стоило.

— Реалистичные космические сражения. Разве это не многопользовательская игра?

— Это было игрой когда-то… — задумчиво ответил Каин, входя в аккаунт. — Сейчас это самое известное место, где в качестве игровых спецификаций используются реальные тактико-технические исходники. Количество секретной информации, загруженной на их сервера, поражает воображение. Я там находил несколько броневых сплавов, которые используются в Корпоративном секторе, с весьма реалистичной физической моделью. Хотя, конечно, есть там и бесконечно фантастические концепты… но тоже интересные!

Каин погрузился в менюшки, переходя в записи своих сражений. Далеко не все могли позволить себе очные схватки, поэтому часто они проводились в автономном режиме, с учётом всех настроек игрока. Каких-то особых тайн сам Каин не мог раскрыть, потому что никого в галактике не интересовали весьма специфичные корабли странников, а тех, кого интересовали очень сильно, находили специально подготовленные странники с вопросами и инструментами для получения ответов.

Все механики строились вокруг типичных моделей корпораций, пусть их и было очень много. Но сейчас Каина волновала одна из модификаций основного клиента игры, где каждый давал волю своим хотелкам и умениям — только не каждый был квалифицированным кораблестроителем.

В нескольких схватках с завсегдатаем Каин столкнулся с похожим шифрованием. Осталось только найти…

— ЛысыйВыморозок333 — это тот, кто нам нужен? — с иронией спросила Милица, наблюдавшая за действиями Каина.

— Он абсолютно отбитый, какой-то офицер в отставке или что-то такое. Чувство самосохранения у него отсутствует как класс, а уж какие он посудины клепает, о-о-о!..

— И сколько ты у него выиграл?

— Раз пять…

— Так здесь двести двадцать схваток! — Милица нависла над Каином.

— Я же говорю: мужик абсолютно отбитый, но корабли у него — одно загляденье! — пожал плечами Каин. — Обычно он всегда в сети. Надеюсь, сегодня не исключение.

Тут же в игровой чат прилетело приветствие:

«Йо, малыш! смахнёмся?!) Я тебя протяну под килем моего нового фрегата!»

«Не сегодня — я на лимитном канале с варварским ценником. У меня вопрос про шифрование, которое ты используешь в схватках».

Курсор моргал, но собеседник молчал почти минуту.

«Какой конкретно? Ты решил сдаться?»

«Нет, просто любопытство. У этого шифрования существует реальный прототип?»

Вместо ответа в чат пришла длинная ссылка, которая вела на один из серверов рынка услуг наёмников.

«Приходи сюда, поговорим предметно».

Выморозок вышел из сети, и Каин повернул голову к Милице:

— Внезапная реакция.

— Значит, какая-то правда в твоём вопросе есть. Может, он тебе подскажет ключ к шифрограммам? — Девушка с сомнением поджала губы.

Каин не ответил, переключаясь между приложениями. Ещё в паломничестве он зарегистрировался на Бирже, поэтому проблем с доступом не возникло. Ширины канала не хватало для полноценного виртуального чата, поэтому связь шла в режиме обычного видеопотока не самого высокого разрешения.

Милица жестом вывела в отдельное окно информацию о собеседнике, и оба странника на несколько секунд зависли в крайнем удивлении: они вышли на связь с очень известным и, откровенно говоря, очень опасным наёмником. Даже странники знали, кто такой Эдем Джонсон.

— Надеюсь, ты посмотрел мои регалии, Каин, пока я читал скупую строчку о твоих приключениях на «Хароне». И кретину видно, что писалось под диктовку юристов. Поэтому давай ты мне расскажешь, как на самом деле прошла ваша прогулка и с чем вы там столкнулись, а взамен я не стану выковыривать тебя из той глухомани, откуда идёт звонок. И, может быть, отвечу на твои вопросы. А чтобы облегчить тебе мыслительный процесс… гля, чо у меня есть!