Под бой курантов. Новогодние истории

Под бой курантов. Новогодние истории. Сборник рассказов

Серия «Праздник-Праздник»

Серийное оформление: Юлия Межова

© Авторы, текст, 2026

© Межова Ю. С., ил., 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Вместо предисловия

В последние дни декабря особенно остро начинает казаться, что вот-вот должно произойти что-то хорошее. Подсознательно, с детства, утренников, елок и веры в Деда Мороза, именно в эти дни мы привыкли рассчитывать на то, что случится чудо.

Среди зимы запоет соловей, кто-то вновь обретет смысл жизни, врач спасет, казалось бы, безнадежного пациента, осиротевшая дочь получит весточку из прошлого от отца, а люди, давно потерявшие друг друга, снова встретятся.

Может быть, именно наша надежда делает все эти большие и маленькие чудеса возможными.

В этой книге мы собрали целую коллекцию историй о самых разнообразных предновогодних и рождественских чудесах. И пусть каждый найдет здесь частичку чуда для себя.

Евгений ЧеширКо

Сувенирная лавка

Максим прикурил сигарету и задумчиво взглянул на витрины небольших магазинчиков, ярко сверкающих новогодними гирляндами. До праздника оставалось всего несколько дней, а подарки еще не были куплены. Поэтому Максим решил потратить весь сегодняшний день именно на их приобретение. Его взгляд упал на один из магазинов, который выделялся среди своих собратьев. Он не светился разноцветными огоньками, а за стеклом не стояла елка. К стеклянной двери была приклеена небольшая табличка, на которой аккуратными буквами было выведено: «Сувенирная лавка». Магазин хоть и выделялся среди других, но не вызывал покупательского интереса. Люди проходили мимо, не обращая на него абсолютно никакого внимания.

Толкнув дверь, Максим тут же увидел продавца. Тот стоял у входа с веником в руке и быстрыми движениями смахивал на совок осколки какого-то разбитого сувенира.

– Неаккуратный клиент? – улыбнулся он продавцу.

– Да… Именно неаккуратный, – серьезным тоном ответил тот, продолжая свое дело, – а может, просто невезучий. Но, судя по всему, очень щедрый.

Максим в это время осматривался по сторонам. Снаружи магазин казался гораздо меньше, чем был на самом деле. Длинные стеллажи с сувенирами простирались далеко внутрь помещения, теряясь в полумраке.

– Сколько у вас здесь всего… Можно посмотреть?

– Кто же вам запретит? – ухмыльнулся продавец. – Я хочу что-нибудь продать, а вы – купить. Поэтому глупо будет не позволить вам этого сделать.

Максим покосился на странного продавца и шагнул к стеллажам, которые сверху донизу были заставлены самыми разнообразными сувенирами. Здесь было все. И керамические фигурки, и картины из шелка, и пепельницы с выгравированными изображениями, и полотенца с вышитыми на них рисунками, и многое-многое другое. Некоторые сверкали новизной, другие же были покрыты многолетним слоем пыли. Максим подошел к ближайшей полке и взял в руки первый попавшийся сувенир. Он уже хотел спросить цену у продавца, но так и замер с открытым ртом.

– Вы хотели что-то спросить? – поинтересовался продавец.

– Это… Это что такое?

Максим протянул ему фигурку из гипса, мастерски раскрашенную рукой талантливого умельца.

– Это сувенир, – усмехнулся продавец, – вы же в сувенирной лавке. Согласитесь, странно было бы увидеть здесь сыровяленую колбасу.

– Да хватит вам острить! – возмутился Максим. – Посмотрите на это! Это же я!

Он подошел к продавцу и сунул сувенир ему под нос. Фигурка изображала молодого человека, удивительно похожего на Максима, который подбирал с асфальта какой-то предмет, похожий на денежную купюру. Одежда, обувь, даже черты лица были прорисованы настолько искусно, что трудно было отличить оригинал от копии.

– О! Вы недавно нашли деньги? Поздравляю! – даже не моргнув глазом, произнес продавец.

– Да, я нашел тысячу сегодня утром! – Ошарашенный Максим уже почти кричал. – Посмотрите! На мне даже одежда та же, что и на фигурке! И купюра у него тысячная!

– Я не очень понимаю, чему вы удивляетесь, – нахмурился продавец, – вы зашли в сувенирную лавку и, увидев сувенир, кричите так, как будто вы обнаружили здесь вход в метро. Что не так? Вам знакомо значение слова «сувенир»?

Максим пробормотал что-то нечленораздельное и вопросительно уставился на продавца.

– Это слово в переводе с французского означает «вспоминать, помнить», – продолжил тот, – здесь представлены все ваши воспоминания. Вся ваша жизнь на этих полках. С самого рождения.

Молодой человек хотел что-то ответить, но только лишь беззвучно открыл рот. Затем, развернувшись к стеллажам, он снова бросился к сувенирам. Хватая их один за другим, он только и делал, что выкрикивал какие-то междометия. Наконец, поняв, что продавец, судя по всему, не врет, он снова подошел к нему.

– На каждом сувенире изображен я. Это что, действительно мои воспоминания?

– Да.

– Но… Но почему именно мои?

– Потому что в этот магазин зашли именно вы, а не кто-то другой, – вздохнул продавец, – не задавайте глупых вопросов, молодой человек. Это называется клиентоориентированность.

– Но зачем все это? Для чего?

– Ради любви к людям, молодой человек. Ну и, конечно же, с целью немного заработать. До этого у меня был небольшой бизнес, но он оказался убыточным, и я его закрыл. Может, слышали что-нибудь о «Лавке Времени»?

– Что это? Магазин часов?

– Значит, не слышали, – кивнул продавец, – впрочем, это неважно.

– Но как вы на этом зарабатываете? И при чем здесь любовь к людям? Как это связано?

– О, это очень просто, – потер ладони продавец, – я знаю, что каждый человек хотел бы избавиться от кучи своих воспоминаний, которые он накопил за свою жизнь, но, сами понимаете, память – такая вредная штука, что с ней порой бывает очень трудно договориться. Я помогаю людям в этом. В моем магазине вы можете абсолютно бесплатно совершить экскурсию по своим воспоминаниям, а также купить любое из них и уничтожить. Разве это не прекрасно?

Максим молча посмотрел на длинные ряды стеллажей.

– Это правда? Все, что вы говорите, – это действительно не розыгрыш?

– Если бы это было шуткой, то она бы вошла в историю как самая дорогостоящая. Посмотрите на все эти сувениры. Неужели вы думаете, что кто-то специально создал бы это все для того, чтобы посмеяться над вами?

– Бред какой-то, – тряхнул головой Максим, – хорошо, я могу пройтись и посмотреть на эти ваши сувениры?

– Конечно. – Продавец метнулся к столу и выудил из-под него небольшую корзинку. – Вот, возьмите. С ней вам будет гораздо удобнее.

Максим бродил по магазину и все больше осознавал, что все это никакой не розыгрыш. Он смахивал пыль с уже почти забытых событий своей жизни, рассматривал фигурки и, в зависимости от того, что они изображали, улыбался, смеялся или тяжко вздыхал. Когда корзинка, которую ему любезно предоставил продавец, уже наполнилась доверху, Максим снова оказался у входа.

– Вот. Эти я хотел бы выкупить, – произнес он, стараясь не смотреть на свои неприятные воспоминания.

– Давайте посчитаем, – улыбнулся продавец, – кстати, как вам экскурсия в прошлое?

– Да как вам сказать… – скривился Максим. – С одной стороны – много чего хорошего и интересного накопал, а с другой… Вот это все, – он кивнул на корзинку, – лучше бы я не видел. Стояли бы лучше там под пылью и не показывались мне на глаза.

– Больше и не увидите, не переживайте, – закончил подсчет продавец, – здесь пятнадцать сувениров. С вас пятнадцать лет.

– Чего? Каких лет?

– Пятнадцать лет вашей жизни.

– То есть за уничтожение плохих воспоминаний нужно расплачиваться своей жизнью?

– Нет разницы – негативные они или позитивные. За все воспоминания мы расплачиваемся жизнью. Чему вы так удивлены? Хотели приобрести воспоминания, не потратив на них своего времени? Это невозможно.

Максим, который только обрадовался тому, что наконец-то избавится от этих воспоминаний, снова нахмурился.

– Но… Пятнадцать лет – это слишком много. Я не готов отдавать их.

Продавец понимающе закивал.

– Да, я понимаю. Цена достаточно велика. Но, к сожалению, вам придется или платить, или жить дальше со всеми этими сувенирами. Вы смахнули с них пыль, а это значит, что они теперь снова будут терзать вас. Да не по одному, а сразу всем скопом. Я даже не знаю, сколько пройдет времени, пока они снова не покроются пылью.

Максим покосился на корзинку и тут же с отвращением отвернулся.

– Не хочу помнить их…

– Да, я вижу, – покачал головой продавец, – здесь и статуэтка с предательством, и брелок с воровством, и медальон с обманом друга, и…

– Не обязательно вам рассматривать все это, – рявкнул Максим, – скидка есть какая-нибудь?

– К сожалению, нет, – покачал головой продавец.

– Эх… – Максим на секунду задумался. – Нет. Пятнадцать лет – это слишком много. Я не могу так просто ими разбрасываться.

С этими словами он нерешительно зашагал к выходу.

– Подождите, молодой человек, – сжалился продавец, – я вижу, как вам теперь тяжело. Хорошо, я пойду вам навстречу.

Максим остановился и посмотрел на продавца, который вытащил из под стола какой-то небольшой предмет. Подойдя поближе, он взял его в руки и приблизил к глазам. Это был обычный стеклянный шарик на подставке, который нужно было встряхнуть для того, чтобы бутафорские снежинки начали изображать снегопад, медленно и красиво опускаясь на статуэтку, которая при ближайшем рассмотрении снова оказалась его точной копией. Маленькая фигурка в центре шарика изображала Максима, открывающего дверь в эту самую сувенирную лавку, в которой он сейчас находился.

– Я готов продать вам этот сувенир всего за три года вашей жизни.

– Это воспоминание о посещении вашего магазина?

– Именно.

– И я не буду помнить ничего из того, что здесь произошло?

– Абсолютно.

– И все эти воспоминания, которые я увидел на полках, тоже не вспомню?

– Нет.

– Я согласен.

– Вот и отлично, – улыбнулся продавец, – по рукам?

– По рукам.

Максим схватился за протянутую руку. Какие-то синеватые искорки пронеслись по его руке и перебежали на руку продавца, как будто впитавшись в его кожу.

– Вам упаковать сувенир или вы предпочтете разобраться с ним здесь?

– Здесь.

Максим взял в руки протянутый шарик и со всего размаха бросил его на пол. Сувенир разлетелся на маленькие осколки, а молодой человек в это время уже закрывал за собой входную дверь.

– Не самый правильный выбор, – произнес продавец, глядя ему вслед, – есть такие вещи, за которые лучше переплатить один раз. Впрочем, это не мое дело. Жаль только, что мне сегодня придется задержаться на работе.

С этими словами он снова взял в руки веник и принялся сметать осколки.

Максим стоял на тротуаре и докуривал сигарету. Когда огонек уже дошел до фильтра, он огляделся по сторонам в поисках урны. Взгляд упал на скромную вывеску небольшого магазинчика прямо за его спиной. На ней аккуратными буквами было выведено: «Сувенирная лавка».

– Неаккуратный посетитель? – кивнул Максим на разбитый сувенир, зайдя в помещение.

– Скорее жадный, – ответил продавец и улыбнулся странной и жутковатой улыбкой.

Наталья Левених

Пеленашка

Вероника еле разлепила глаза – выспаться опять не удалось. Утро, как всегда, началось с оповещений на телефоне. Сегодня информация была приятной, от журналистки областной газеты:

«Вероника, текст готов, направляю вам на согласование. Буду признательна, если ответите сегодня, – тогда успеем опубликовать до Нового года».

Она открыла вложение, пробежалась глазами по строчкам:

«Основательница первой в городе фирмы по изготовлению ватных игрушек, пример успешной женщины-предпринимателя, добилась всего сама, рабочие места для женщин, производственные традиции, возрождение народных промыслов, ностальгия по советскому детству…»

Ссылка на сайт, на аккаунт магазина, на блог Вероники.

Пока все хорошо.

Так, а это что?

«Несмотря на то что Ника лишилась родителей в раннем возрасте, она сохранила веру в чудо».

Сон слетел, как не бывало. Где они это раскопали? Вероника нахмурилась и стала быстро набирать ответ:

«Вроде норм, позже еще гляну, но про родителей уберите, я не даю согласия, это моя частная жизнь. И мое имя – Вероника, никакой Ники».

Она вылезла из-под одеяла и направилась в ванную. Трубы загудели, из крана потекла ржавая струйка. Горячую воду опять отключили. Ну ничего, недолго осталось. Скоро новая квартира будет готова, она переедет из этой жалкой однушки и начнет жить по-человечески. «И даже с горячей водой, как успешная женщина-предприниматель», – усмехнулась про себя Вероника и начала одеваться. Через час открывать магазин, а еще в цех нужно успеть.

☆ ☆ ☆ 

Стряхивая с пальто мокрый снег, Вероника вошла в магазин. Сапоги оставили следы на светлом полу. Надо положить коврик, а то вмиг натопчут. Когда планировали интерьер, прораб предлагал темный ламинат цвета «Графит», но Вероника встала на дыбы: «Мы продаем блеск, радость! Все светлое, чтобы глаза болели, как от снега под солнцем! Испачкается – отмоем!»

Она выбрала «Заснеженный дуб» для пола и «Снежную белизну» для стен.

И, как всегда, оказалась права. Покупатели уже на пороге ахали: «Царство Снежной королевы!»

«Мы продаем не игрушки, а праздник, – внушала сотрудницам Вероника. – У нас всегда Новый год. Покупатель уносит домой не снеговика из ваты, а кусочек сказочного царства. Самого красивого на свете!»

Вероника довольно оглядела магазин. Включила кофеварку, вставила капсулу – сегодня с ванилью, – нажала на кнопку. Аромат наполнил помещение. Вероника подождала пять минут, потом вылила приготовленное в раковину. Она пила только чай, к кофе так и не привыкла. Но запахи создают атмосферу.

За дверью раздался топот – кто-то стряхивал с обуви снег. Наверняка кассирша Танечка, посетители о чистоте ног не заботятся.

Вероника намеревалась пожурить ее за опоздание, но румяная с мороза Танечка показала на телефон и одними губами произнесла магическое слово «клиент». Пару раз поддакнула, завершила разговор и тут же продолжила тараторить – уже начальнице:

– Вероника Игоревна, простите, только из дому вышла – и сразу позвонил, всю дорогу на ушах сидел, это спонсор интерната для детей-инвалидов, хочет большой заказ – елку украсить, по срокам вписываемся, он на почту все пришлет; и еще предложил мастер-класс сделать для подопечных в нашем магазине – ну, для тех, кто руками двигает, ведь мы же согласны, да?

Вероника нахмурилась. Заказ – дело хорошее, но мастер-классы для инвалидов, да еще в магазине… Танечка могла бы сообразить, что это неуместно. Материалы испортят, посетителей распугают.

Танечка хоть и дурочка, но догадалась, что сморозила глупость. Съежилась вся, пробормотала, что откажет, мол, помещение маленькое и условий нет.

Вероника кивнула, и обе занялись текущими делами. Танечка пошла выгружать из машины новые поступления – девочки в цеху за ночь постарались. Вероника переставила на видное место комплекты «Сделай сам»: до Нового года больше недели – подходящее время для рукоделия. Выстроила в шеренгу дедов-морозов – все размеры, на любой кошелек. Все в длинных белых шубах и с окладистыми бородами до пояса – не чета Санта-Клаусам в их красных обдергайках.

Танечка вернулась с коробками, молча отдала Веронике ключи и зашуршала в уголке.

– Что не так? – окликнула ее Вероника.

Танечка выпрямилась, вытерла глаза рукавом.

– Да вот, Вероника Игоревна, я все про детишек этих думаю, в интернате. Может, все-таки сделаем мастер-класс? Необязательно же у нас, можно к ним съездить. Я в свой выходной, можно? В январе. Мне бы только материалы…

Вероника пожала плечами – мол, поезжай, раз так неймется. Разрешила зайти в цех, набрать у девочек материалов – только не премиум: все равно испортят, сама понимаешь. Танечка обрадованно закивала. Что ж, работникам иногда нужно уступать, трудиться лучше будут.

Телефон брякнул сразу несколькими оповещениями. Ну все, деловое утро началось. Через полчаса мастер-класс у цветочников, первый опыт. Вероника привыкла проводить мероприятия у себя в магазине, но надо расширять аудиторию. Интересно, как там Марина в чужих стенах справляется, да и рекламки завезти не помешает. Вероника махнула рукой порозовевшей Танечке и начала собираться.

☆ ☆ ☆ 

На двери цветочного салона висел вполне приличный сосновый венок, увитый зелеными лентами. Пестрело объявление: «21 декабря рождественский мастер-класс по ватной игрушке».

Звякнул колокольчик, в нос ударили запахи хвои и корицы. За длинным деревянным столом дети мазали клейстером ватные заготовки, рядом внаклонку суетились взрослые. В глубине салона сотрудницы расставляли ветки. Хозяйки видно не было.

– Пеленашка – самая простая елочная игрушка, но всегда смотрится эффектно, – вещала ведущая.

Вероника поймала ее взгляд и одобрительно кивнула. Марина была настоящей находкой. Вероника заметила ее в сетевом супермаркете, где та упаковывала в бумагу подарки. Руки порхали, с лица не сходила улыбка, сгибы были аккуратными, уголки – острыми, а бантики – разными, но неизменно идеальными. Вероника дождалась своего подарка и тут же предложила Марине работу. Умелые руки и дружелюбие – сочетание редкое, нужно ценить.

Марина продолжала:

– Пеленашка – это маленький ребенок, которого завернули в одеяльце. Основы с личиками уже готовы. Такие можно заказать на нашем сайте, если вы захотите создавать игрушки дома. Пеленашки – самые простые, с ними и малыши справятся. Детки постарше могут делать снегурочек или хоккеистов. Что? Да, супергероев тоже можно, но мы выступаем за традиционную игрушку. У нас в продажу как раз поступили новые наборы.

Марина перевела дух, улыбнулась и стала похожа на героиню своих рассказов. Пухленькая, в пушистом белом свитере – вот-вот засмеется, зарумянится и прыгнет на елочку. Но волшебный миг ушел, и Марина опять сосредоточилась на работе: стала разбирать на слои шелковистую вату.

– Одеяльце для нашей пеленашки делаем из ваты. Промазываем клейстером легонько, без нажима. Чтобы игрушечки оставались пухлыми.

Вероника показала Марине большой палец и решила пройтись по салону – может, удастся подхватить идеи по оформлению. Цветы жались в угловом холодильнике, а все полки и столы были заняты новогодними товарами. На видных местах красовались композиции из еловых веток, увитые лентами венки, охапки лапника. Надо купить такой при случае. В глубине зала светилась елочка, обложенная наборами шариков, а у кассы выстроилась деревня пряничных домиков. Если бы маленькой Нике показали хоть кусочек такого великолепия, она бы решила, что попала в сказку.

Мастер-класс близился к завершению, дети украшали игрушки. У Вероники зарябило в глазах от обилия материалов. Мероприятие было не из дешевых, но и Марина расстаралась: принесла и блестки, и ленточки, и золотистые подвесы, и кружевные тесемки для чепчиков. Какой-то непоседа просыпал целый флакончик блесток. Марина только улыбнулась – ничего, мол, страшного, у нас еще много, – а дети тут же начали тыкать в серебряный сугроб пальцами и разнесли блестки по всему столу.

В голове Вероники зазвучали слова из юности: «Стоимость игрушки зависит от ваты. Белую медицинскую бережем, только сверху покрываем. Для основы берем подешевле». Что только не всплывет в мыслях. Пора уходить, Марина справляется. Вон как ловко втыкает в игрушки подвесы, упаковывает коробочки, да при этом улыбается и не забывает каждого похвалить.

Вероника направилась к двери, но тут из подсобки вышла хозяйка салона в вязаном зеленом платье с красным воротничком.

– Вероника Игоревна, вы пришли!

И тут же провозгласила:

– Дорогие друзья, сегодня у нас в гостях Вероника Игоревна! Именно она возродила в нашем городе ватную игрушку!

Родители запели обычные благодарности: «Как в детство вернулись», «У меня дома такой же снеговик был», «Думала, моего от гаджетов не отвлечь, а смотри-ка, получилось», «Вы просто волшебница», «Возрождать промыслы так важно».

Вероника встала во главе стола, оттеснив Марину. Сфотографировалась с детьми, держа в руках Маринин образец пеленашки. Сделала селфи с хозяйкой салона, селфи с автором самой удачной игрушки, селфи на фоне пестрой стайки детей.

У нее даже кружилась голова, но прогретую аудиторию упускать было нельзя. Пока Марина возилась с детьми: вытирали их липкие от клея ладошки салфетками, помогала выбирать ленточки, – Вероника рассказывала про бизнес.

Видеокурсы: базовый и продвинутый. Наборы для начинающих: каркасы скручены, личики нарисованы, цвета и детали подобраны специалистом, видеоурок в подарок. Материалы для продвинутых: основы из полимерной глины запекаете в обычной духовке, раскрашиваете по своему вкусу, льняная вата и аксессуары в наличии.

Вовремя выложенные на стол буклеты с цветными фотографиями – и вот, началось.

– Боже, какая красота!

– Это же из сказки про двенадцать месяцев, да?

– У нас точно такая же девочка на санках была, я для мамы сделаю!

– Как это медвежата закончились? Только что было три штуки! Девчонки, вы раскупили, что ли?!

– Машенька, иди сюда, как тебе этот наборчик? Смотри, какие зайчики славные!

Вероника продолжала вещать. Детям важно заниматься рукоделием: мелкая моторика, усидчивость. Семейный досуг опять же. Лучше мамы никто не научит, мы все это знаем!

– А вас тоже мама учила? – Машенька уже выбрала зайчиков и теперь с любопытством смотрела на Веронику.

– Нет, не мама… – запнулась Вероника.

– А кто? – не унималась Машенька. Мамочки тоже вслушались: увлеклись лекцией о семейных традициях.

– Спасибо вам, что пришли! – выпалила Вероника. – К сожалению, мне нужно бежать. Предновогодняя пора для нас жаркая, сами понимаете!

Вероника накинула пальто и, стуча каблуками сапог, прошла к выходу, оставив за дверью и не дождавшуюся ответа Машеньку, и растерянных мамочек, и хозяйку цветочного салона, которая не успела вручить почетной гостье фирменный еловый венок «Снежное волшебство».

☆ ☆ ☆ 

В тот год второклассникам интерната разрешили посещать кружки.

Сначала, в сентябре, их водили в местный Дом культуры. Но родители нормальных детей были недовольны, что их сокровищам приходится заниматься с интернатовскими. А Ника с девчонками жались по углам, портили с непривычки ценные заготовки и стеснялись своих одинаковых платьев.

Весь октябрь они просиживали в интернатовской библиотеке и бесконечно делали уроки. А потом появилась Нина Ивановна со своими кружками по рукоделию.

Ника записалась на «Ватную игрушку». Не то чтобы она увлекалась поделками. Но там был самый маленький список желающих, а Нике хотелось отдохнуть от вечного шума. Ватная игрушка казалась проще всего. И воспитательница обещала, что поделки разрешат оставить себе. В итоге их все равно забрали, но Ника ухитрилась стащить свою и хранила ее под подушкой.

Простота оказалась обманчивой. Да, ватная игрушка – не выжигание и не выпиливание, огрехи можно подправить кисточкой или пальцами. Но Нина Ивановна подходила к делу ответственно. Приносила из дома в укутанной старым свитером кастрюльке собственноручно сваренный клейстер – теплый, без комочков. Добивалась, чтобы вата ложилась ровно. Учила мальчишек доставать из старых телефонных кабелей проволоку и крутить из нее ровные каркасы. Старшеклассникам разрешали толочь разбитые стеклянные игрушки в бумажке: блестящий порошок смешивали с канцелярским клеем, и получалась серебряная краска.

Нина Ивановна всегда работала в синих перчатках. «Чтобы вата к рукам не липла», – объясняла она. Ника тоже не любила, когда вата льнула к коже, но перчаток было взять неоткуда.

Кружок быстро стал популярным, но Ника все равно не уходила. Нина Ивановна разглядела в ней способности. Сажала рядом, подсказывала и даже давала свою кисточку. Когда очередную партию игрушек поставили сохнуть на подоконник, Ника долго рассматривала кособоких снеговиков и пеленашек и дивилась, как ладно на их фоне смотрится ее снегурочка. «Талант! – раздался над ее ухом голос Нины Ивановны. – Будем учиться по-настоящему».