Отвергнутая истинная короля белых песков

Мур... наконец Моэль дорвался до нашей воительницы ❤

🔥Будет горячо, листаем =>>

Глава 9. Тайны пустыни. Следы

– Встань, пожалуйста, – попросила смущённо, когда их примирительный поцелуй закончился. Моэль поднялся с колен и, придерживая под спину, помог Ленси принять вертикальное положение на скульптурном камне, расписанным древними рунами.

После пережитого в её теле ещё ощущалась слабость. А также было неловко от их не большой стычки и того всего, что она наговорила.

– Нам нужно добраться до воды, промыть одежду. И твоя и моя пропитались кровью, – встал перед ней, взяв обе руки Ленси в свои, растирая ладони и согревая пальчики горячим дыханием.

– Удивительно как быстро затянулись, – рассматривала кожу в месте глубоких ран. – Ни следа. Что ты сделал?

– Драконья кровь, – обронил тихо, тоже не желая рушить момент. – Она способна не только снять блокирующие магию браслеты, но и запустить ускоренную регенерацию у обычного человека или мага.

На словах с подковыркой о антибраслетах Ленси вскинула голову и сразу увязла в потемневшем взгляде короля. Серые глаза пронизали золотистые прожилки, дракон хотел быть ближе к паре, но заклятие запретане выпускало крылатую сущность на волю.

Больше вторая ипостась не пугала Валенсию.

– Однако редко кому удаётся выжить. В основном исцеляемый чаще погибает. Сгорает в агонии. – Двумя пальцами Моэль приподнял подбородок Валенсии, ловя взгляд и улыбаясь уголками губ. – В нашем случае нам повезло, поскольку ты оказалась моей парой, хотя я рискнул.

– Значит, – взволнованно сглотнула, дыхание её участилось, и она перешла на шёпот, – ты больше не станешь отрицать нашу связь? Больше не отвергнешь и будешь бороться вместе со мной?

– Не стану. Прости меня, моя хитрая, храбрая лиска… – соприкоснулись лбами, жадно вдыхая острый запах близости.

Повелитель юга заключил свою единственную в бережные объятия, а Ленси расположила свои ладони на могучей груди, чувствуя, как часто и сильно толкается в ладонь драконье сердце.

Лиска. Улыбнулась на детское прозвище.

– Я хочу поверить, также как и ты в призрачный шанс. Хочу познать с тобой любовь и счастье, – привлёк к себе теснее, зарываясь пальцами в светлые спутанные локоны, озвучивая вслух тайные мечты. – Видеть тебя женой по всём обычаям. Хочу держать нашего сына на руках, услышать его первый крик.

– Услышишь, – внутри всё дрожало от признания любимого мужчины.

Валенсия подалась вперёд и сама нашла губы короля, интуитивно провела по ним языком, прося впустить её. Моэль вздрогнул и ответил со всей своей давно сдерживаемой страстью, оплëл руками талию и надавил на затылок, углубляя их поцелуй.

Ленси обхватила бёдра короля своими, прижимаясь к нему ближе, ощущая, как натренированное в сражениях и битвах тело и руки напрягаются, а в паху наливается твёрдостью его желание.

– Подожди… – поймал руку, останавливая, когда она принялась расстегивать на нём рубашку и стягивать лишнюю в данный миг ткань с плеч.

Но она не слушала. Другой рукой взялась за пряжку ремня пояса и потянула.

– Ленси! – перехватил вторую проворную ладонь, и тяжело дыша прохрипел в податливые уста: – Ты что такое творишь?

– Хочу быть твоей, – ошеломила прямым ответом, смотря на него снизу вверх из-под полуопущенных вееров ресниц блестящими глазами, закусив припухшую от поцелуев нижнюю губу.

– Здесь?..

– Здесь. Сейчас. Назад пути нет, – потерлась скулой о его колючую щёку. – Наша любовь… она вопреки, понимаешь. Вызов судьбе!

Моэль смотрел на неё такую всю чарующе красивую, решительную в его руках. Сильную духом.

Распалённую. Дрожащую от страсти.

И не мог не нарадоваться, что она именно его смелая девочка. Боролся, гоня от себя прочь страхи и сомнения, не слушал больше голоса внутренних демонов.

Осторожно опустил Ленси спиной на камень, любуясь желанным отзывчивым телом, пленëнный её томным взглядом, чувствуя, что окончательно проиграл. Невозможно постоянно противиться притяжению между ними.

Всё внутри накалялось... С каждой прожитой секундой крепла и нарастала связь между ними, дикая потребность закрепить её.

Моэль стиснул челюсть. Пусть место неподходящее, не достойное её, ему до боли в чреслах хотелось овладеть своей воительницей. А бестия нарочно изогнулась другой, соблазняя, порванная туника со шнуровой на груди обтянула упругие холмики, вырывая из горла короля рычание.

Склонился, нависая над часто дышащей Валенсией, теперь еë грудь при каждом вздохе соприкасалась с его, напрочь снося контроль!

Рванул вверх её одежду, оголяя плоский, чуть подрагивающий живот, и припал к нежной коже губами. Прикусил до звонкого вскрика, а ладонями сжал ягодицы, вдавливаясь меж стройных ножек.

– М..моэль?

– Всё, лиска, разбудила голодного зверя, – прохрипел, встречаясь с ней взглядом, не обещающим пощады. – Вопреки, помнишь? Не проси остановиться… не остановлюсь.

– Не стану.

Моэль выводил влажные узоры на теле истинной, рисовал дорожки поцелуев к ключицам и изгибу шеи, по подбородку, прикладывая себе путь к губам.

Впился в них, словно они являлись оазисом в пустыне. Жадно, властно, но тем не менее, очень нежно изучал их мягкость и вкус.

– Ты знаешь, что для моего дракона ты источаешь аромат диких яблок. Ты вся дикая, сильная, непокорная, – хрипло шептал, перемежая слова с поцелуями и касаниями, с наслаждением слушая стоны её отзывчивости. – Но сегодня я покорю тебя.

Проникновенные слова задевали что-то внутри. Валенсия тонула в его жаждущем, пламенном взгляде – в них плескалось нежность и безумное желание.

Моэль таксмотрел, будто пытался запомнить каждое мгновение момента, прочувствовать их единение до самого сердца, впитать в себя каждой клеточкой кожи, чтобы навеки отпечаталось в памяти.

– Люблю тебя, лиска...

Глаза в глаза. Биение сердец в унисон. Одно на двоих дыхание. Признания рушат выстроенные бастионы.

– И я тебя, мой король…

Валенсия ласкала его оголённую кожу на плечах. Ощущала, как напряжены его мышцы. Прижималась, желая ощутить его тепло. Припала губами к выпирающей венке на шее и провела по ней языком.

Король песков рыкнул, вздрогнул, его пальцы погрузились в шёлк светлых волос, на затылок, надавливая, и он завладел податливыми устами. Пара. Бесценная. Единственная.

Когтями и зубами выгрызет еë жизнь у судьбы, свою на кон положит, если потребуется! Но сделает Ленси счастливой…

Голова Валенсии кружилась, мир раскачивался, она цеплялась за широкие плечи, грудь. Ловила бешеные толчки драконьего сердца в ладонь. Его губы снова мягко, обжигающе нежно скользнули по лицу, оставляя за собой огненные всполохи от прикосновений, и у неё перехватило дыхание.

Не уловила в какой момент Моэль избавил их обоих от одежды и приник кожа к коже. Близко. Горячо. Немного пугающе.

– Не бойся, я буду осторожен, – ласковый, успокаивающий шёпот у самого уха развеял оставшееся напряжение, заменяя его необыкновенно томительным предвкушающим трепетом. – Ты прекрасна…

Моэль любовался ей, вгоняя Ленси в краску. В помещении рассеивался голубовато-серый мерцающий лунный свет с поверхности, благодаря установленной древними строителями сложной системе зеркал. Над пустыней властвовала уже глубокая ночь.

И Ленси откликалась, выгибалась навстречу откровенным ласкам дракона, плавясь от нереальности захвативших чувств. Боль настигла неожиданно, король замер и поймал вскрик губами, превратив его в будоражащий поцелуй.

– Потерпи, сейчас пройдёт, – смахнул с ресниц мелкие бисеринки слёз. Шептал утешения, просил прощения умелыми касаниями вскоре вновь окуная в пучину удовольствия и наслаждения.

Ленси почувствовала, как мышцы его плеч, до этого напряжённые, чуть расслабились, и он плавно и осторожно качнулся, призывая откликнуться, выгнуться навстречу, раствориться в этом ощущении... Потерять себя.

Тело Валенсии отзывалось на каждое проникновение, пронзаемое сладкими судорогами от плавных движений мужчины, его горячих поцелуев, которыми он покрывал все доступные ему участки кожи.

Дыхание давно уже сорвано, его не хватало, и Моэль щедро делился своим, взамен упивался её протяжными стонами, впитывал её сладкую дрожь, заставляя вновь и вновь тянуться за новыми поцелуями.

Шаг за шагом подталкивал к краю пропасти. Внизу живота до предела всё стянулось в тугой узел.

Казалось, воздух вокруг стал густым и тягучим. И вдруг внутри всё задрожало и завибрировало, захлестнув обжигающей, неведанной ранее горячей лавиной с головой.

Моэль задрожал, и подземелье наполнил раскатистый рык, почудилось, что даже стены содрогнулись. А потом наступила умиротворенная, оглушающая тишина, в которой оба слышали только стук собственных сердец, как одно.

***

Позже Ленси сидела в объятиях короля у него на коленях, одетая в его рубашку. Моэль крепко прижимал драгоценную истинную к себе за талию, свободной рукой перебирал золотые локоны, накручивал пряди на пальцы, играясь и с наслаждением вдыхая запах.

С прикрытыми веками Ленси откинулась головой на сильное плечо, прислушиваясь к новым ощущениям в теле. Так вот каково это быть желанной женщиной. Безумно приятно.

Её руки обвивали мужское предплечье с рисунком змей – отпечаток проклятия. Немного страшило будущее, но в ней окрепла уверенность, что вместе они обязательно справятся. Они уже бросили вызов судьбе!

– Нам нужно дойти до усыпальницы воинов Мрака, – нарушила тишину первой. – Хочу лично взглянуть на надпись пророчества.

У Валенсии давно назревал вопрос, и она наконец решилась его озвучить. Теперь, когда они стали едины, Моэль не станет скрывать.

– Расскажи, как ты получил проклятье?

– Это случилось в одном из путешествий по мирам… – вздохнул, напрягая память, фрагменты которого хотелось стереть навсегда. Но Ленси имела право знать. – С отрядом воинов мы искали заточенного местными дикарями планеты нашего собрата в Чёрной пустыне. Им был Римор, мой давний друг.

– Римор? А его жена и сын тоже попали в тот мир?

– Нет. Их разлучило порталом и раскидало по разным.

– Какой ужас… бедная драконица и малыш! Столько лет жить вдали от пары, – сокрушалась, глядя на посуровевшее лицо короля. Моэлю было неприятно копаться в воспоминаниях.

– Его жена сильная и смелая. С ней были рядом другие драконы, поэтому им удалось выжить.

– Так что произошло в пещере, где был пленён Римор? – вернулась Ленси к сути вопроса.

– В пещерах на входе в грот, где Римора держали скованного зачарованными цепями, я прикоснулся к выбеленному солнцем черепу и нескольким костным фрагментам. Как скелет неожиданно «ожил» и кинулся на меня с недюжинной силой.

– Ох! Ничего себе.

– Да, Ленси, в иных мирах какого только колдовства и существ мы не повстречали. Некоторые просто ужасали. – Моэль оставил поцелуй на светлой макушке и принялся рассказывать дальше: – Это был страж. Мы стали биться с ним, и вскоре он рассыпался в груду праха. За весь бой я получил лишь одну лёгкую рану на груди, которая тут же затянулась под лунным светом… но вместе с ней в моё тело проникло зерно проклятия.

– Как оно начало проявляться? – заворочалась обеспокоено в объятиях.

– Я стал чувствовать, что слабею. Силы утекали, проклятие начало сжирать магический резерв и вскоре проявилось чëрными узорами змей на коже рук. Оно разрушало мою связь с драконов, делая меня безумцем с неконтролируемыми вспышками гнева и ярости. – Моэль коснулся щеки Валенсии, в серых глазах разлилось глубокое сожаление. – Я стал опасен.

– И поэтому ты… – взволнованно сглотнула, не представляя как ему пришлось тяжело.

– Во снах меня стали посещать кошмарные видения, где ты беременная гибнешь от моих рук, поэтому я отверг тебя. Прости. Я знал, слышал цокот твоих каблучков по мраморному залу во дворце Генриха, и просил его подыграть.

Моэль склонился и в нежном поцелуе дотронулся губами до лба Ленси.

– Мне очень жаль, что я принёс тебе столько боли. Тогда это казалось мне лучшим выходом, проклятие… оно лишает рассудка. Я боялся сойти с ума и потерять контроль над зверем. Причинить вред окружающим. Камень «Пламени» хоть как-то сдерживал его мощь.

– Я верну тебе камень. Мы найдём другой выход! Я верю в это.

– И я тоже стараюсь. Твоя близость тоже усмиряет эту чужеродную силу, но я всё равно… боюсь сорваться, – признать слабость оказалось не легко, но Валенсия должна знать, что может ей грозить. – Пообещай, если такое случится, ты побежишь от меня как можно дальше и не вернёшься.

– Нет… – с выдохом вырвался протест, голос Ленси дрожал, но она упрямо произнесла: – Я не оставлю тебя.

– Обещай, Ленси! – прикрикнул на эмоциях. Внутри всё кипело от страха. – Пойми, возможно, моё семя уже укоренилось в тебе. Я хочу, чтобы наш сын и ты жили!

– Х-хорошо… обещаю.

В тягостном молчании они стали одеваться, каждый витая в своих мыслях. Было решено выдвигаться дальше на поиски усыпальницы.

Как взгляд Валенсии вдруг привлёк валяющийся на песчаном полу наконечник стрелы, который Моэль вытащил из её раны. Она наклонилась и взяла его в руки.

– Это же… – глаза расширились от удивления и жуткой догадки.

Такие стрелы использовались только в ордене Террака. Слежка ранее ей не показалась.

Кто-то из ассасинов действительно идёт по её следу, чтобы убить.

И ему почти удалось.

– Что такое?

Ленси повернулась к Моэлю и показала ему наконечник, приставив указательный палец к выгравированному на стали клейму ордена.

– Смотри, – а сама погрузилась в анализ, мысленно прокрутила в голове последние дни.

Когда она не вернулась с задания и не принесла второй камень «Водного истока», глава Руд послала кого-то из братства проверить, что с ней произошло и при необходимости устранить.

С того момента, как Моэль поймал её, она стала для Тиаши угрозой, которая слишком много знает. И Ленси вдруг ясно поняла, что её не отпустили бы при любом раскладе… Когда ассасин напал на её след?

Вёл от стен Закхарии или настиг возле храма Прародителей? Сколько было попыток? И главное, кто это?

Она не помнила, чтобы сама случайно активировала ловушки, она не нажимала на рычаги, не наступала на подставные камни, Ленси всегда предельно осторожна. Вот оно – в тот момент при встряске в сокровищнице, во время того, пока Моэль взмахами крыльев очищал храм от засыпи, скорее всего ассасин намеренно скинул её на острые железные колья. И обрезал верёвку тоже он, при её попытке уйти в сторону о смертельной опасности.

Затем слежка на лестнице, когда она заметила его и обратилась мышью – тоже был убийца. И в конце полосы препятствий он пустил в неё стрелу, замаскировав под атаку стрел ловушки. Странно это всё, ассасин действовал будто исподтишка, словно не желал быть узнанным. Не всё ли равно для той, кто обречена?

Моэль взял обломок в руки и нахмурился.

– Забудь про артефакт «Пламени». В орден ты больше не сунешься, туда тебе вход заказан.

– Я не могу, мне нужно вернуться, – запротестовала, встречаясь с недовольным взглядом короля. С тяжёлым вздохом призналась: – Руд держит в плену мою мать.

– Мать? – переспросил, удивлённо выдергивая брови. – Тебе удалось найти родную мать… значит глава ордена шантажирует тебя ей, заставляя выполнять задания. Плохо. А что отец?

– Об отце мне ничего не известно. А мама… – на лице Валенсии отразилась глубокая печаль и боль. – Она под действием какого-то заклятья, не узнаёт меня, но это точно она. Мы с ней похожи, как две капли воды.

– Не переживай, – Моэль заключил в объятия, оплетая спину руками и прижимая поникшую Ленси к груди. – Мы обязательно освободим её.

.

Глава 10. Тайны пустыни. Враг или друг?

Лунный свет, проникавший внутрь гр