Хирургия чувств

— Мы будем рядом на каждом этапе. Мы сделаем всё, что в наших силах. Но вам нужно знать, путь будет долгим и не всё зависит от нас. Главное, верить и быть рядом?!

Мать подняла на неё взгляд, полный отчаяния и мольбы:

— Вы вы правда думаете, что у него есть шанс?

Я посмотрел на Лану и она не отвела глаз.

— Да! — сказала она твёрдо.

— У вашего сына есть шанс и мы его не упустим!

Отец медленно поднялся. Его руки дрожали, но в глазах появилась искра, та самая, за которую стоит бороться и он спросил:

—Что от нас требуется?Мы заплатим любые деньги,только помогите!

— Ваше присутствие.—ответил я спокойно.

— И ваша любовь. Это важнее любых денег.Сейчас речь больше не о них!

Лана мягко положила руку на плечо матери:

— И ещё доверится нам. Мы знаем, как это тяжело, но поверьте,мы не оставим его!

В этот момент я почувствовал, как чтото внутри меня окончательно встало на место. Операция ещё не началась, но битва уже шла, не только за жизнь Артёма, но и за то, чтобы эти люди не потеряли веру. И я знал, с Ланой рядом я смогу пройти через всё.

Мы стояли в приёмной, врачи, родители, единая цепь, где каждое звено держалось друг за друга. И в этой хрупкой, но нерушимой связи была сила. Сила, которая может победить даже болезнь.

Глава 13 Ярослав

Мы начали готовить мальчика к операции,взяли все недостающие анализы и я назначил её на следующий день.Я снова хотел видеть Лану и эта операция была поводом.

И я понимал,что меня к ней влечет и это была не просто симпатия.Когда после разговора с родителями Лана уехала,пообещав мне ассистировать завтра,у меня в груди разрасталось странное, доселе незнакомое чувство, будто внутри меня пробудилось что-то давно забытое, спящее под слоем профессиональной сдержанности и годами выстроенных барьеров.

Я стоял у окна в своем кабинете,обдумывая, как пройдет всё завтра.Ведь кроме операции у меня была текучка документов по работе клиники.И вдруг дверь кабинета тихо открылась,я не обернулся, знал, кто это.

— О чем задумался? — голос Ани звучал мягко, без упрёка.

Я медленно повернулся,она стояла на пороге, такая знакомая, такая своя,но теперь между нами будто пролегла невидимая черта, которую я сам же и начертил.

— Прости. — сказал я, проводя рукой по лицу.

— Много мыслей!

Она вошла, села в кресло напротив. В её глазах читалась не просто забота,в них была та самая тихая мудрость, которая всегда меня удивляла. Аня знала меня лучше, чем я сам и наверное, именно поэтому сейчас ей было тяжелее,чем мне.

— Это из-за неё? — спросила она прямо, без предисловий.Я на миг взглянул на нее,но всё же ответил:

— Да!

Тишина повисла между нами, густая, почти осязаемая. Я ждал упрёков, может быть, слёз,но Аня лишь улыбнулась, грустно, но без горечи.

— Я заметила это,когда она впервые пришла к нам в клинику! — сказала она.

— Просто не хотела признавать!

— Аня…

— Нет…— она подняла руку, останавливая меня.

— Ярослав,не надо оправданий! — твёрдо произнесла она, не давая мне вставить ни слова.

— Я не ребёнок и всё вижу, всё понимаю!

Её голос звучал спокойно, но в этой сдержанности чувствовалась такая боль, что мне стало не по себе. Я сжал кулаки, пытаясь найти нужные слова, но они словно застряли в горле.

— Я понимаю,но это не зависит от меня! — наконец выдавил я.

Аня медленно покачала головой, её взгляд скользнул к окну, где уже сгущались вечерние тени.

— Нет! Думаю, ты просто плыл по течению, пока не появилась она!

Каждое её слово било точно в цель. Я сделал шаг вперёд, но она отстранилась.

— Не надо Ярик!

— Аня, послушай? — начал я.

— Что слушать, Ярослав? — она резко встала и в её глазах всё-таки появились слёзы.

— Что ты мне скажешь? Что это не то, что я думаю? Что всё не так?

Я замолчал. Потому что знал, любые оправдания сейчас будут звучать жалко.

— Ты даже не попытался! — её голос дрогнул, но она тут же взяла себя в руки.

— Я всегда была рядом,но ты держал меня на расстоянии вытянутой руки,ни разу не сказав о своих чувствах мне! Я ведь люблю тебя Ярик! А теперь.. теперь я тебе не нужна?

— Это не так! — вырвалось у меня.

— Ты для меня очень важна!

— Важна? — она горько рассмеялась.

— Важна, это когда ты делишься своими мыслями, когда говоришь люблю, когда не смотришь на другую женщину так, как ты смотришь на Лану. Важна, это не ты заслуживаешь лучшего, Ярослав. Это я хочу быть с тобой.

В кабинете повисла тяжёлая тишина. Я чувствовал, как внутри меня всё сжимается от боли, не только за неё, но и за себя. За то, что не смог быть тем, кем она меня видела.

— Я не хотел тебя ранить! — прошептал я.

— А ты думаешь, это что-то меняет? — она шагнула к двери, но на пороге остановилась.

— Знаешь, что самое обидное? Не то, что ты влюбился в другую. А то, что ты никогда не пытался влюбиться в меня!

Её слова ударили сильнее любого упрёка. Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но она уже вышла,хлопнув дверью,а я остался один. В пустом кабинете, с эхом её последних слов.

Глава 14 Лана

После того,как мы с Ярославом поговорили с родителями Артема,я попрощалась и поехала в отделение.Операцию он назначил на завтра.

Я понимала,что взяв такого пациента он и я шли на неоправданный риск,но мальчику нужна была срочная операция,иначе бы потеряв время,ему уже никто не помог и мы должны были сделать все невозможное.А еще нас с Ярославом друг к другу тянуло и я боялась себе в этом признаться.

Сев в такси, я долго не могла собраться с мыслями. В голове крутились обрывки разговора с Ярославом, его прикосновения, взгляды, слова, от которых замирало сердце.

"Что со мной происходит?" — думала я, глядя на мелькающий за окном пейзаж города.

Завтра операция. Серьезная операция и не только потому, что случай сложный, а потому, что от её успеха зависит не только жизнь мальчика, но и что-то большее между мной и Ярославом.Доехав до больницы, я вышла из такси и глубоко вздохнув, направилась к входу.

Поднявшись в отделение и зайдя в ординаторскую, я увидела Олега Петровича и Ирину. Они о чём-то оживлённо беседовали, но при моём появлении замолчали.

— Лана Владимировна? — начал Олег Петрович, поднимаясь мне навстречу.

— Мы вас совсем что-то потеряли? Где вы пропадали?

Я почувствовала, как краска приливает к щекам.

— Были важные дела! — уклончиво ответила я, стараясь не встречаться взглядом с Ириной, которая, казалось, прожигала меня любопытным взглядом.

— Да ладно тебе Лан,знаем мы,что ты ездила в клинику "Здоровье Плюс! — махнула рукой Ирина.

— Слышали от Смирницкого, что ты будешь участвовать в завтрашней операции с самим Ярославом Александровичем Шаховым?

Я кивнула, стараясь сохранять спокойствие:

— Да, операция сложная!

Олег Петрович, словно не замечая моего напряжения, продолжил:

— Говорят, случай редкий! Венозная мальформация у ребёнка!

— Именно так Олег Петрович! — подтвердила я, стараясь говорить сдержанно.

— Случай действительно сложный и нам предстоит серьёзная работа!

Ирина, не унимаясь, продолжала:

— А правда, что ты предложила какой-то особенный метод доступа? Говорят, Шахов сам заинтересовался твоими идеями!

Я почувствовала, как внутри всё закипает. Не хватало ещё, чтобы пошли слухи и домыслы о наших профессиональных взаимоотношениях.

— Давайте не будем обсуждать детали операции? —мягко, но твёрдо произнесла я.

— Это врачебная тайна и я не могу разглашать информацию!

В этот момент в ординаторскую вошла медсестра Люда:

— Лана Владимировна, вас ждут пациенты. У вас сегодня назначены две операции,пациенты из третьей и двенадцатой палат!

Я с благодарностью взглянула на неё:

— Да!Спасибо, Люд!

Олег Петрович попытался было что-то сказать, но я прервала его:

— Коллеги, у меня действительно много работы! И завтра важный день и мне нужно быть в форме. Давайте обсудим все вопросы потом?

И вышла,чтобы переодеться и приступить к осмотру пациентов.День шёл своим чередом и прошел как всегда в суматохе,что к концу рабочей смены,я была как выжатый лимон.

Ночную смену я не стала брать,так как надо было подготовится морально к операции мальчика.Приехав домой и поднявшись в квартиру,я приняла душ и только успев выйти из ванной и накинуть халат,я услышала как зазвонил мобильный.

Взяв в руки телефон,я увидела,что звонил Ярослав и сердце пропустило удар.Я замерла с телефоном в руке, чувствуя, как пульс участился. Пальцы слегка дрожали, когда я нажала на кнопку приёма вызова.

— Да? — мой голос прозвучал чуть тише, чем обычно.

— Лана, добрый вечер! — голос Ярослава был спокойным, но в нём угадывалась какая-то непривычная мягкость.

— Надеюсь, я вас не отвлекаю?

— Нет, всё в порядке! — я прислонилась к стене, пытаясь унять волнение.

— Что-то случилось? С пациентом? С подготовкой к операции?

Он тихо рассмеялся:

— Ничего срочного, не волнуйтесь!Просто.. Я подумал, что перед таким днём,как завтра, нам стоит ещё раз обсудить ключевые моменты! Но не в суете клиники, а где-то в спокойном месте! Может, встретимся где-нибудь? Чашка кофе, полчаса разговора и…

В груди что-то ёкнуло.

"Просто обсудить ключевые моменты" — повторила я про себя, но сердце отказывалось верить в такую простоту,но слова сами вылетели вперёд мыслей.

— Да, конечно! — я постаралась говорить ровно, хотя внутри всё трепетало.

— Где и когда?

— Через полчаса в кафе у парка Заречье?Там тихо и нам никто не помешает!Если вы не слишком устали, конечно!

Я взглянула на своё отражение в зеркале,мокрые волосы, халат, глаза, в которых читалось и волнение и предвкушение.

— Ну хорошо,я буду! — улыбнулась я, сама удивляясь своей решимости.

— Отлично! Жду!

Он отключился, а я ещё несколько секунд стояла, прижимая телефон к груди. Тысяча мыслей вихрем проносилась в голове:

"Зачем он позвал меня? Почему именно сейчас? Ключевые моменты по операции мы обсудили ещё утром.А может Лана,он тебя пригласил таким образом на свидание!"

Быстрыми движениями я высушила волосы, накинула тёплый свитер и джинсы, чуть-чуть подвела глаза, просто чтобы не выглядеть совсем измотанной. Пальцы всё ещё подрагивали, но теперь уже не от тревоги, а от странного, волнующего ожидания.

Выбегая из квартиры, я поймала себя на мысли, операция завтра, да, это страшно и ответственно. Но сейчас, в этот момент, меня больше волновало другое, взгляд Ярослава, его голос, тот едва уловимый оттенок в интонации, который говорил больше, чем слова.Дорога до кафе на машине показалась одновременно бесконечно долгой и слишком короткой. Я замедлила шаг у входа, сделала глубокий вдох и толкнула дверь. Он уже был там, сидел у окна, смотрел на улицу, но, увидев меня, тут же поднялся и улыбнулся И в этот миг всё остальное перестало иметь значение.

— Вы выглядите…уставшей,но всё равно потрясающе! — тихо сказал Ярослав, отодвигая для меня стул.

Я села напротив, чувствуя, как краска приливает к щекам:

— Спасибо! Но думаю, нам действительно есть что обсудить.

Он кивнул, подозвал официанта, заказал два капучино,а потом посмотрел мне прямо в глаза, серьёзно, внимательно, так, что дыхание перехватило.

— Лана! — начал он.

— Завтра будет тяжёлый день,но я хочу, чтобы ты знала,я верю в нас,в тебя и не только как в хирурга!

Глава 15 Лана

— Лана! — продолжил Ярослав, чуть понизив голос и подавшись вперёд.

— Я давно не встречал человека, который так беззаветно отдаётся своему делу! Ты не просто хирург, ты видишь пациента целиком, чувствуешь его, переживаешь за него так, будто это кто-то из твоих близких. И это.. это восхищает меня!

Он на мгновение замолчал, словно подбирая слова, а потом продолжил, ещё более искренне:

— Я следил за твоей работой, за тем, как ты готовилась к этой операции, как прорабатывала детали и я увидел не просто профессионализм? Я увидел смелость, готовность идти до конца! И знаешь, что самое важное? Рядом с тобой я чувствую, что могу сделать больше, чем обычно! Что мы вместе можем.

Ярослав слегка коснулся моей руки и я почувствовала, как по коже пробежала тёплая волна.

— Завтра будет сложно,очень сложно! Мы идём на риск и я не стану врать, шансы не стопроцентные у пацана! Но я хочу, чтобы ты знала, я доверяю тебе как никому другому! Не только в твои руки, не только в твой ум, в тебя всю!

Его взгляд стал ещё глубже, проникновеннее.

— И дело не только в операции! Да, она важна, жизненно важна для Артёма,но за последние дни я понял кое-что ещё! Ты стала для меня больше, чем коллегой! Гораздо больше! Я не могу и не хочу делать вид, что это просто совместная работа!

Он сделал паузу, давая мне время осознать сказанное и добавил чуть тише:

— Так что да, мы обсудим детали операции, быстро и чётко,но прежде я хотел сказать тебе это!

Я подняла глаза и встретилась с его взглядом, в нём не было ни тени сомнения, только твёрдая решимость и та самая теплота, которую я уловила раньше.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять бешеный ритм сердца. Его слова эхом отдавались в голове, тёплые и пугающие одновременно. Рука Ярослава всё ещё держала мою, крепко, уверенно, будто он боялся, что я исчезну, если он ослабит хватку.

— Ярослав.— голос чуть дрогнул, но я заставила себя продолжить, глядя ему прямо в глаза.

— То, что ты сказал это много значит для меня! Честно. Я никогда не встречала человека, который бы так так видел меня!

Я на мгновение закрыла глаза, собираясь с мыслями. Внутри всё металось, где-то в глубине души отзывалось что-то тёплое, почти благодарное, но страх, старый, знакомый страх, сковывал горло.

— Но я не могу! — выговорила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, но не жёстко.

— Не могу позволить этому выйти за рамки! Мы знаем друг друга всего несколько дней, а завтра нам предстоит операция, от которой зависит жизнь мальчика!

Ярослав хотел что-то сказать, но я мягко, но настойчиво перебила его:

— Послушай, пожалуйста! Я ценю каждое твоё слово. Правда. Ты тоже хирург,владелец клиники и я чувствую, что могу доверять тебе в операционной! Но личное Личное только мешает!И я знаю,о чём говорю!

— У меня был опыт, когда работа и чувства переплелись! — голос невольно стал тише.

— И это закончилось плохо! Очень плохо? Я больше не хочу повторять эту ошибку!

Я сделала паузу, давая ему время осознать сказанное, а затем добавила уже твёрже:

— Завтра нам нужно сделать всё невозможное! Мы должны думать только о мальчике, только о том, как дать ему шанс! Никаких я, никаких ты, только мы, в самом чистом смысле этого слова. Коллеги, которые доверяют друг другу безоговорочно!

Я наконец мягко высвободила руку, но не отпрянула, осталась так же близко, чтобы он понял, я не отталкиваю его, я просто очерчиваю границы.

— Давай сосредоточимся на главном! — я ответила,посмотрев на него серьезным взглядом.

— Вместе,но как врачи!

Глава 16 Ярослав

Когда Аня вышла из моего кабинета, дверь тихо щёлкнула за её спиной,я стоял у стола, сжимая в руке ручку до побеления костяшек, и понимал, как прежде у нас уже не будет. Ни этих коротких кивков в коридоре, ни её фирменной фразы:

"Ярослав, я тут кое-что подправила, посмотри".

Ни той лёгкости, с которой мы когда-то решали даже самые безумные задачи и отношений,которых я уже не хотел, и в принципе они для меня были удобными,но для неё важными.

Я надеялся хотя бы на то, что она останется работать, как прежде, моим секретарем. Ведь мы столько всего прошли вместе, бессонные ночи перед презентациями, споры до хрипоты, потом совместный смех над своими же ошибками,но теперь между нами словно выросла стена, прозрачная, но непробиваемая.Однако мои мысли уже не задерживались на Ане.

В них всё ярче проступал другой образ, Лана.

За эти дни она стала для меня больше, чем коллегой. Её профессионализм, конечно, поражал, как она хладнокровно ставит диагнозы, находит выход там, где другие видят только тупик, как чётко и спокойно раздаёт указания, не повышая голоса.

Но дело было не только в этом,а в том, как она на мгновение задерживала взгляд, когда я был рядом. В том, как чуть заметно улыбалась, услышав мою шутку. В том, как аккуратно складывала бумаги на столе, будто в этих мелочах скрывалась какаято особая гармония. Я ловил себя на мысли, что хочу её слышать,видеть и не просто,как коллегу,а как женщину,которая мне не безразлична.

Даже раставшись утром с ней,после беседы с родителями Артёма,я не мог ждать завтрашнего дня и решился позвонить, пригласив её в кафе у парка Заречье,уютное, с тёплым светом и запахом свежемолотых зёрен.

Когда она зашла в кафе и я её вновь увидел,сердце моё забилось чаще, чем обычно. Я хотел сказать ей всё прямо, что она для меня не просто коллега, что её присутствие меняет чтото внутри меня, делает дни ярче, а проблемы, не такими уж непреодолимыми.

— Вы выглядите…уставшей,но всё равно потрясающе! — тихо сказал я, отодвигая для неё стул.

Она села напротив и смущенно сказала:

— Спасибо! Но думаю, нам действительно есть что обсудить?

Я кивнул,подозвал официанта, заказал два капучино,а потом посмотрев в её красивые глаза, начал говорить,но её слова спустили меня "с небес на землю".

— Ярослав! —голос её звучал ровно, почти бесстрастно.

— Я очень ценю твою искренность и твоё отношение к работе, и то, как ты умеешь поддерживать команду. Но для меня личное и рабочее, это две разные вселенные! Я не готова это смешивать!

Эти слова ударили неожиданно сильно. В груди что-то оборвалось, будто перерезали невидимую нить, которая уже успела связать нас в моих мечтах. Кафе, ещё минуту назад казавшееся уютным, вдруг стало чужим и тесным.

Тепло её руки ещё пульсировало на коже, хотя она уже мягко высвободилась.Я застыл, пытаясь осмыслить то, что только что произошло. Её слова эхом отдавались в голове, чёткие и безжалостные в своей логике, никаких я, никаких ты, только мы.

Я невольно сжал пальцы, словно пытаясь удержать ускользающее ощущение её близости. В груди что-то болезненно сжалось, не от обиды, а от осознания глубины её страха. Я видел, как дрогнул её голос, когда она говорила о прошлом опыте. В этих словах была не просто осторожность,в них звучала боль, старая рана, которая так и не зажила до конца.Я не знал,что у них произошло с бывшим мужем,но было видно,что Лане не приятно говорить об этих отношениях.

Я закрыл глаза на мгновение, прокручивая в памяти её лицо, как она на секунду закрыла глаза, собираясь с силами, как твёрдо прозвучал её голос в конце, будто она давала клятву не мне, а самой себе. Она не отталкивала меня. Нет. Она выстраивала барьер, не между нами, а между чувствами и долгом. И этот барьер был прочен, выстроен из опыта и боли.

Но в то же время я не мог забыть и другого, как дрогнул её голос, когда она сказала:

"То, что ты сказал это много значит для меня!"

В этих словах было больше, чем вежливость. В них была искренность, благодарность, даже какое-то робкое тепло. Она чувствовала что-то ко мне и я это видел. Просто она не могла себе это позволить.

"Она права насчёт операции!" — признал я мысленно.

Завтра всё должно быть идеально. Один неверный шаг и жизнь Артёма окажется под угрозой. Мы не имеют права на ошибку. Но разве это значит, что чувства нужно похоронить? Разве нельзя быть коллегами и при этом хранить в сердце что-то большее?

Я глубоко вдохнул, заставляя себя сосредоточиться. Перед глазами встало лицо Артёма, бледное, с тёмными кругами под глазами. Завтра мы должны сделать всё невозможное. Никаких эмоций, никаких сомнений. Только холодный расчёт, отточенные движения, взаимное доверие.

Но внутри меня крепла другая мысль, упрямая, настойчивая, почти бунтарская и я не собирался отступать. Просто выбирал другой путь. Путь, где профессионализм не противоречит чувствам, а дополняет их. Где доверие в операционной может стать фундаментом для чегото большего.

"Хорошо, Лана! — мысленно ответил я ей.

Завтра мы коллеги. Никаких я,никаких ты,только мы».

Я принял это правило. Принял как условие, а не как приговор,как вызов!

"Я не стану давить! — твёрдо решил я.

Я докажу тебе, что можно быть безупречным партнёром в работе и при этом быть кем-то большим для тебя. Я подожду. Пока твой страх не отступит. Пока ты не поймёшь, что на меня можно положиться, не только как на коллегу, но и как на мужчину,который может любить!"

Я расправил плечи, чувствуя, как внутри нарастает новая решимость, более глубокая, более зрелая. Завтра мы должны спасти жизнь мальчика,а после после будет время. Время, чтобы показать ей,что иногда личное не мешает, оно помогает.

Я смотрел вслед уходящей Лане и в груди всё ещё бушевали эмоции, но теперь они обрели смысл и направление. И я был готов двигаться,чтобы добиться её.

Глава 17 Лана

Вернувшись домой, я долго не могла уснуть. Слова Ярослава эхом отдавались в голове, смешиваясь с воспоминаниями о прошлом. Его искренность тронула меня до глубины души, но страх снова обжёг сердце.

Я вспоминала, как он смотрел на меня эти дни, с таким восхищением и пониманием, каких я давно не встречала. И это пугало меня,не потому, что он был мне неприятен, совсем наоборот. Его присутствие рядом вызывало в душе давно забытые чувства,тепло,притяжение,уверенность.

Но прошлое крепко держало меня в своих тисках. Воспоминания о неудачном браке,о той роковой операции, о доверии, которое оказалось ложным, всё это стояло между мной и возможностью снова открыть своё сердце.

С Алексеем Ковалевским,моим бывшим мужем мы познакомились еще на втором курсе медицинского института.Это была любовь с первого взгляда, так мне казалось тогда. Молодой, амбициозный, подающий большие надежды хирург. Мы проводили вместе все свободное время,учились, дежурили, мечтали о будущем.

Помню, как он красиво ухаживал за мной, как уверенно говорил о нашем общем будущем. Мы планировали открыть собственную клинику, вместе расти профессионально. Я верила каждому его слову, растворялась в этих мечтах.

Наши отношения развивались стремительно. Свадьба, совместная работа в одной больнице. Казалось, что мы созданы друг для друга. Но реальность оказалась жестокой.

То роковое дежурство до сих пор стоит перед глазами. Пациент поступил с неясной симптоматикой. Алексей настоял на своём диагнозе, а я, ослеплённая любовью и доверием, не стала проверять его выводы. На операционном столе давление пациента начало падать, потом сердце остановилось.

Следствие показало, что якобы пациент поздно обратился за помощью. Но я-то знала правду, диагноз был поставлен неверно с самого начала. Это была ошибка Алексея, а я стала её соучастницей из-за слепой веры.

После этого наш брак стал рушиться. Невыносимо было осознавать, что человек, которому ты доверяешь безоговорочно, может так ошибиться. Что профессиональная некомпетентность может стоить жизни человека.

С тех пор я дала себе слово, никогда больше не смешивать работу и личные чувства. Профессионализм и эмоции должны существовать в разных плоскостях. Иначе цена ошибки становится непомерно высокой.

И вот теперь слова Ярослава. Его искренность, его восхищение. Как легко было бы поддаться этим чувствам. Но прошлое научило меня быть осторожной. Слишком высока цена за доверие, основанное на эмоциях, а не на проверенном временем профессионализме.

Я подошла к окну и посмотрела на ночной город. Свет фонарей создавал причудливые узоры на асфальте, а в небе мерцали звёзды. Как просто было бы сейчас позволить себе поверить в его чувства, в его искренность. Но опыт научил меня быть осторожной.

В памяти всплыли слова Ярослава о доверии. Он говорил так убедительно, так искренне. Но доверие, это то, что зарабатывается годами, а не днями. И я не могла позволить себе роскошь верить на слово, как бы ни хотелось обратного.

Я легла в постель, но сон не шёл. Мысли кружились в голове, словно вихрь,слова Ярослава, его взгляд, тепло его руки. И где-то на краю сознания таилась надежда, робкая, почти неуловимая,но я решительно загнала её вглубь.

Завтра операция. Завтра всё встанет на свои места. А чувства С чувствами можно разобраться позже. Если останется на это время и силы.

Утром я встала с твёрдым намерением отключить все чувства и эмоции. Собралась, привела себя в порядок, стараясь не думать о вчерашнем разговоре. Но стоило мне переступить порог клиники, увидеть Ярослава, и всё моё самообладание дало трещину. Его улыбка, взгляд, то, как он кивнул мне при встрече, всё это заставило сердце биться чаще.

"Сосредоточься, Лана! — мысленно приказала я себе.