Падение Пантеона

Но сейчас всё было иначе, казалось весь мир кричит от боли скорбя и оплакивая великого воина, а он слышит тысячи голосов кричащих от горя. На глаза Атрэя навернулись слезы, он снова встал на четвереньки и попытался подняться на ноги, на этот раз Катрин и Филоэн помогли ему. Атрэй дождался когда Филоэн отойдет достаточно далеко и посмотрев в озабоченное лицо Катрин просипел.

— Магнуса больше нет, я чувствую… он покинул нас. — Атрэй почувствовал как в нем что-то меняется, он ощутил не свойственный его магии прилив сил, какую-то новую силу которую не мог объяснить и похоже Катрин это поняла по его выражению лица.

— Я… знаю… я тоже… чувствую это … — сквозь слёзы сказала Катрин. — но его уход не был напрасным, пожалуйста помни об этом.

Атрэй собирался сказать, что он никогда не забудет, ни его, ни всё то, что он для него сделал как вдруг, внезапные человеческие крики отвлекли его. Атрэй повернулся на шум и увидел настоящую свалку из фиолетовых мантий и людей в доспехах. Они все сражались с кем-то, постоянно выкрикивая ругательства и короткие команды. Атрэй поспешил к ним чтобы разобраться во всём и увидел, что причиной беспокойства стал пойманный им ассасин.

Каким-то образом ему удалось освободиться и даже выхватить у одного из стражников меч. Атрэй увидел на полу несколько истекающих кровью стражей и двух молодых Искателей которые оказывали ассасину сопротивление, но в их действиях не было организованности и порядка. Пользуясь их замешательством и неопытностью ассасин двумя стремительными взмахами убил двоих Искателей прямо у него на глазах. Атрэй видел, как несколько боевых заклинаний ударили в ассасина, но не причинили ему никакого вреда.

Он выхватил свой меч и бросился в атаку, но ассасин двигался с какой-то нечеловеческой скоростью. Ему удалось нанести несколько ударов острием своего меча, однако его клинок смог только разрезать одежду на теле ассасина не оставив на его теле и царапины. Внезапно противник нанес мощный удар по его мечу, чем заставил Атрэя высоко поднять свою руку, от удара меч ассасина раскололся на две части оставив в его руке обломок длиной в две ладони.

Не успел Атрэй опомниться как он одним быстрым, неуловимым движением вонзил обломок меча в шею Атрэя, между наплечной пластиной и головой. Удар прошел сверху вниз, минуя кирасу и наплечную пластину, оставляя глубокую рану и погрузился в тело почти на пять дюймов. Атрэй очень быстро истекал кровью, но все ещё мог что-то предпринять.

Направив свой меч в грудь противнику он выпустил в него заряд Светлой энергии. Ослепительно яркий луч света насквозь прожег грудь ассасина и поджог гобелен на стене за его спиной. Атрэю почти удалось правильно рассчитать силу импульса чтобы не повредить стену за спиной своего противника.

Изумленный ассасин осел на колени и завалился на спину, подоспевший Искатель подтвердил его смерть. Атрэй тоже упал на колени низко опустив голову, ему всё ещё не верилось, что всё закончится так внезапно. Его противник, которого он победил ранее в трактире, почему-то оказался невероятно сильным и быстрым, но не это его сейчас заботило.

Силы Атрэя стремительно покидали его не давая возможности побороться за свою жизнь. Он видел как к нему подоспела Катрин, но он был не в силах поднять голову и посмотреть ей в глаза в последний раз. Что будет теперь с ней и с Аргосом, теперь уже некому будет их защитить. Ямалор в лазарете и не приходит в себя, Магнус, Фэрон и вот теперь уже и сам Атрэй мертвы. В последний момент перед тем как потерять сознание он почувствовал как чья-то рука извлекла из его тела обломок меча и он упал на бок погрузившись в холодный и мрачный сон.

Глава 4. Замыкающий круг пророчества

Весь испачканный запекшейся кровью и грязью Магнус пробирался через колючие сухие кустарники в непроходимом лесу. Ни один нормальный человек не пойдет в эту часть леса, она как будто сокрыта от посторонних глаз, но много лет назад когда Магнус был ещё юным и неопытным воином, не помня себя, истекающий кровью от многочисленных ран как и в этот день он забрел сюда совершенно случайно. Этот день навсегда изменил его судьбу, о чём он неоднократно жалел хоть это и спасало его напряжении всей оставшейся жизни.

Сегодня он шёл туда же, что и много лет назад, намеренно. Он знал, что прошлого не изменить, а будущее до сих не предопределено, но именно сейчас он как никогда начинал верить, как верил когда шёл этой дорогой в первый раз, верить в то, что Единство спасет их и они всё ещё могут победить. Верить в то, что пророчество, о котором все эти годы говорила Катрин, действительно вот-вот исполниться и миру явится воин способный её одолеть в честном бою.

Но больше всего он хотел верить в то, что это была не его вина, он хотел верить, что в гибели молодого императора он не виноват, как и не виноват в гибели всех тех солдат, что умерли у него на глазах в многочисленных битвах в которых и он должен был оставить свою жизнь вместе с ними. Вот уже много лет, с того самого дня когда Магнус прошёл этот путь в первый раз, он не может умереть в бою.

Благословение или проклятие? Магнус точно не мог ответить на этот вопрос, но именно из-за него он каждый раз оставался в живых даже получив такие смертельные ранения как прошлой ночью в бою с двумя ассасинами.

Когда Магнус очнулся на рассвете то был один, не было рядом ни тела убитого им ассасина, ни его легендарного меча, ни какого-либо другого оружия. Очевидно второй ассасин все забрал с собой, но сейчас это его не сильно заботило, сейчас ему больше всего хотелось встретиться с той старой ведьмой, что околдовала его много лет назад. Точнее старой ведьмой она оказалась потом, а тогда она предстала ему образе молодой и красивой девушки вынужденной практиковать алхимию и странные виды магии в дали от посторонних глаз.

Именно в результате одной из таких практик Магнус и получил своё бессмертие. Бессмертие, которое стало его собственным пророчеством и которое он должен был как можно скорее передать Избранному дабы оно исполнилось.

Солнце низко склонилось к западному горизонту когда Магнус вышел из густого, непроходимого леса на небольшую опушку поросшую зеленой густой травой и множеством полевых цветов. Даже в это время года это место оставалось зеленым и благоухающим. Длинные тени голых деревьев тянулись своими костлявыми руками к цветущим цветам будто цепляясь за ушедшее лето.

Магнус не позволил себе долго восхищаться увиденным зеленым пейзажем в преддверии зимы а сразу направился в центр опушки где стояла небольшая изба. Не удосужившись постучать в дверь, он просто толкнул её и вошел внутрь не задавая вопросов. В маленькой избе была всего одна комната разделенная на две части старой парусиной висящей на натянутой веревке. Сейчас она была задернута, скрывая от глаз вошедшего дальнюю часть комнаты, но Магнус знал, что за ней располагается спальня с небольшой кроватью и туалетный столик. Осмотрев комнату Магнус сел на стул стоящий недалеко от двери и шумно выдохнул закрыв глаза.

— То, что в этой избушке никто не живет вовсе не говорит о том, что в неё можно входить без стука не спросив разрешения у хозяев. — раздался знакомый девичий голос и Магнус открыл глаза. За висевшей на веревке парусиной просвечивалась стройная женская фигура, она стояла неподвижно и просто смотрела на него.

— Покажись мне. — спокойно сказал Магнус.

— Если на то будет твоя воля … — одернув парусину в сторону, в центр комнаты вышла стройная высокая девушка одетая в длинное небесно-голубое платье, её длинные золотистые волосы спускались до самой поясницы, а светлая кожа казалась слишком гладкой, почти нетронутой временем. На прекрасном, изящном лице ярко сияли восхитительные глаза цвета морской волны с такой ясностью, какой не бывает у смертных. Она была очень молода и красива, а её движения были плавными и грациозными.

В плавности её движений было что-то завораживающее: не робость юной девушки, а выверенная мягкость существа, веками учившегося казаться беззащитным. Магнус знал: стоит задержать взгляд чуть дольше — и разум сам начнёт искать оправдание её жестокости. Так действовала Цирцея. Она не соблазняла. Она позволяла человеку поверить, будто он сам захотел подойти ближе.

Девушка встала напротив Магнуса сложив руки внизу живота, гордо выпрямилась и немного вскинула подбородок.

— Прекрати этот маскарад Цирцея. — устало произнес Магнус немного отведя взгляд в сторону.

— Тебе правда не нравиться? — спросила девушка уже более старым и скрипучим голосом.

— Больше ты меня не проведешь. — Магнус снова посмотрел на свою собеседницу, теперь перед ним стояла дряхлая старуха с жидкими седыми волосами и помутневшим от возраста взглядом. Однако её осанка по-прежнему оставалась гордой и статной как у молодой девушки из высшего общества.

— Теперь доволен? — поинтересовалась старуха.

— Да, так-то лучше. — угрюмо сказал Магнус и поднялся со стула. Он подошел в упор и посмотрел на нее сверху вниз тяжелым взглядом.

— Зачем пожаловал? Я думала у тебя полно забот в Аргосе, хотя твой новый протеже неплохо справляется. Я бы сказала, что он похож на тебя, когда ты был в его возрасте, но нет, он намного наивнее и глупее. — весело усмехнулась старуха.

— Предупреждаю тебя только один раз, держись от него подальше! — процедил сквозь зубы старый воин.

— Ты правда думаешь, что он сможет победить её и превзойти вас троих? Мне больно тебе об этом говорить, но в мире ещё не родился мужчина способный одолеть Катрин в честном бою. — Цирцея разговаривала стоя неподвижно и лишь изредка жестикулировала плавными движениями раскрытой ладони в то время как Магнус постоянно перемещался из стороны в сторону перед своей собеседницей.

— Тебя это не касается, ты при любом раскладе останешься живее всех живых. Не так ли? Я пришел к тебе поговорить не об Избранном, а о нас с тобой. — Магнус немного замедлил шаг и посмотрел на реакцию Цирцеи.

— Всё ещё надеешься увидеть исход войны или хоть как то на него повлиять? Брось, я же тебе говорила о том, что эту войну не выиграть даже с тобой, ты просто зря тратишь остатки отведенного тебе времени…

— Я пришел не за этим Цирцея. Я готов послужить тебе раньше обещанного мною срока в обмен на одну услугу? — Магнус остановился напротив Цирцеи.

— Интересно, хочешь исполнить свою часть договора раньше времени? Но я спешу тебе напомнить о том, что ты и так исполнишь его и послужишь мне когда пробьет твой последний час, а он уже близко и я вполне готова подождать ещё пару лет. — бесцветным голосом сказала Цирцея, плавным движением ладони указав сначала на Магнуса а потом на себя.

— Я готов исполнить свою часть договора раньше времени если только ты передашь отведенное мне бессмертие другому человеку. — угрюмо пробормотал Магнус опустив голову.

— Так вот в чем дело. — пропела она. — Осталось только узнать имя того, кого ты боишься потерять настолько сильно.

— Я хочу… передать этот дар… другому паладину… Атрэю … — Магнусу тяжело дались эти слова и он даже не нашёл в себе силы посмотреть в глаза собеседнице.

Цирцея театрально приоткрыла рот от удивления прикрыв его ладонью после чего указала этой ладонью на стоящий позади Магнуса стул и резким движением отвела ладонь себе за спину. Стул, подчиняясь её команде, оказался у нее за спиной и старуха плавно на него опустилась сложив руки на коленях и выгнув спину.

— Юный генерал Атрэй такой молодой, наивный и неопытный, и ты хочешь передать остатки отведённого тебе бессмертия ему? — старуха подняла голову вверх придерживая одной рукой подбородок и задумалась.

— Хватит ломать комедию! Мы оба знаем, что ты только выиграешь от этой сделки! — Магнус резко приблизился к ней нависая огромной глыбой закованной в железо перепачканной кровью.

— Но ты ведь знаешь особенности ритуала, согласиться ли он на это пойти? — Цирцея ехидно прищурилась игнорируя угрозу исходящую от Магнуса.

— Прибереги свои похотливые мысли для кого-нибудь другого, я просто оставлю ему то, что осталось от моего бессмертия после чего паду в первом же бою и тогда ты получишь меня в качестве вечного слуги для своих проклятых дел! — Магнус немного отступил назад в ожидании её реакции.

— Дар бессмертия это тебе не какая-нибудь вещь которую просто можно передать кому захочется, его можно заслужить только после гибели другого бессмертного и много лет назад ты его заслужил. Я не могу передать твое бессмертие пока ты жив и мы это много раз уже обсуждали. Ты сам должен состарится и умереть своей смертью, такой у нас был уговор. Но если ты согласишься оставить свою службу и уйдешь со мной прямо сейчас, это будет равносильно твоей смерти. — впервые на памяти Магнуса Цирцея говорила вполне серьёзно и без тени сарказма, даже с лёгким волнением.

— То есть я должен бросить свою службу в Союзных Королевствах в разгар войны и отправиться с тобой прямо сейчас? — Магнус повернулся к Цирцее спиной и опустил глаза посмотрев на свои руки, ещё никогда в жизни он не видел чтобы они дрожали.

Он прожил долгую жизнь наполненную сражениями в большинстве из которых он должен был умереть, похоронил много товарищей и друзей, и в глубине души он давно уже ждал своей смерти. Но кровавый союз который он заключил когда-то давно в молодости с юной девушкой, которая оказалась старой ведьмой не давал ему умереть, и наконец настал тот день когда он может всё прекратить.

Магнус ждал этого долгие годы, но при этом знал, что когда этот день настанет, он не будет к нему готов. Так и вышло, старый воин всем сердцем хотел увидеть исход вековой воины и особенно принять в нём участие. Он верил в то, что Атрэй именно тот, кого так долго искала Катрин, чтобы Цирцея про него не говорила. И он один из немногих знал другую часть пророчества.

Трое магистров наделят избранного своим даром и обучат его своему мастерству, Ямалор вложил в его руку магические камни и научил азам пространственной магии. Фэрон должен был обучить парня входить в контакт с Совершенными и контролировать свой баланс. Тем временем Магнус, будучи первым из троих кто познакомился с ним, ничего ему передать не смог. Атрэй стал паладином и даже превзошел Магнуса, но в том не его заслуга. Магнус верил, что он должен передать ему свое бессмертие и тогда пророчество исполниться наверняка.

— Да, и я сразу же наделю юного генерала Атрэя бессмертием, пусть и без ритуала, которое продлиться ровно столько, сколько оставалось тебе. — пропела старуха.

— Мы оба знаем, что ритуал на самом деле не обязателен — устало выдохнул старый воин.

— Но согласись, он очень приятный. — Цирцея закрыла глаза и запрокинула голову предаваясь воспоминаниям.

— Давай не будем забывать зачем я здесь. Что будет со мной после нашего ухода? Ты никогда ничего не рассказывала о моей предстоящей службе тебе. — он по-прежнему разговаривал стоя спиной к Цирцее.

— А ты никогда и не спрашивал, но я расскажу тебе. Мы уйдем из этого мира и я покажу тебе другие миры, они отличаются и от вашего мира, и от того, что рассыпался мириадами осколков сотворив Звездный Дождь более ста лет назад. В одном из этих миров ты избавишься от тяжести воспоминаний и чувств накопленных за время человеческой жизни и забудешь всё, что когда-то пережил. Останутся только закаленные в боях тело и отточенные навыки воина. — Цирцея снова говорила серьезно наблюдая за стоящим к ней спиной, Магнусом.

— Я забуду всё, что пережил? Как же я буду служить тебе? — Магнус не смог полностью унять дрожь в голосе и это не ушло от внимания Цирцеи.

— О-о, не переживай милый, ты хорошо послужишь мне, а твои воспоминания только мешали бы тебе и нагоняли тоску. — Цирцея обернулась молодой девушкой, она говорила мягко и даже немного ласково, как если бы пыталась успокоить его.

— Что именно я должен буду для тебя делать? — Магнус взял себя в руки и снова говорил в привычной для него манере.

— Ты будешь вершить судьбы целых миров и всех кто их населяет. Ты будешь правителем, судьей и даже больше. Магнус, я сделаю тебя богом…

— Богом без чувств и души. Наверное это правильно, мне уже давно кажется, что боги равнодушны к нам и ко всему, что мы делаем. — закончив предложение за Цирцею он повернулся к ней лицом и она улыбнулась ему.

Он был готов, она поняла это с первого взгляда. Магнус очень хотел увидеться со своими товарищами перед уходом, но понимал, что это только навредит и ему и им в том числе. Будет много вопросов на которые он не сможет ответить, поэтому будет лучше если все просто будут считать его пропавшим без вести.

Больше всего в жизни он боялся того, что пророчество Катрин так и не сбудется, но сейчас он боялся другого. Он боялся, что ещё не окрепший в полной мере Избранный умрёт, потому что Магнус не исполнил свою часть пророчества и этот страх толкал его сейчас на отчаянные меры. Ради того чтобы защитить Избранного и исполнить свою часть пророчества он готов был забыть всё, что ему было дорого, всех кого он помнил и любил и покинуть этот мир раньше отведённого ему срока. Оставалась только одна вещь которая тяготила его…

— У меня забрали мой меч…

— Там куда мы отправляемся он тебе не понадобиться, как и доспехи которые сейчас на тебе. — быстрым, но плавным движением Цирцея встала со стула и приблизилась к Магнусу в упор, Магнус видел как она волнуется и торопится. Её недавняя речь о том, что она готова подождать ещё пару лет оказалось блефом.

Цирцея пыталась сдерживать своё волнение, но не могла унять дрожь в руках. Она спешила, как если бы каждый лишний год пребывания в этом мире был для неё вековым заточением. Сейчас она была похожа на необычайно красивую, сказочную птицу, что томится в золотой клетке на потеху хозяину. Она ждала своего часа, ждала свободы, которая неминуема придёт к ней, отсчитывая каждый день. И она не могла упустить возможности выпорхнуть из этой клетки на несколько лет раньше.

— Стало быть на этом всё закончено? Я навсегда покидаю этот мир и забываю его как если бы меня здесь никогда и не было?

— Все люди при перерождении теряют не только воспоминания, но также навыки и умения что-то делать, рождаясь заново они повторно учатся всему с самого начала. Ты же всё это сохранишь и приумножишь прожив несколько жизней в разных мирах и когда будешь готов исполнишь уготовленное мною для тебя предназначение ты станешь подобен богу. — Цирцея в облике юной девушки говорила медленно и очень ласково снимая окровавленные доспехи с Магнуса.

Кожаные ремни и завязи развязывались сами по себе стоило ей прикоснуться к одной из пластин которые в свою очередь плавно опускались на пол. Спустя всего несколько мгновений все доспехи лежали на полу вокруг Магнуса и Цирцеи. Ему было не привычно видеть себя в одном кожаном поддоспешнике, но он не смущался в присутствии юной Цирцеи.

— Хорошо, тогда отправляемся. Я буду скучать по этому миру. — Магнус грустно улыбнулся и посмотрел в окно за которым солнце закончило свою неутолимую гонку по небосводу и начало опускаться за горизонт.

— А я нет. — пропела девушка и резко подняла вверх расправленную ладонь. В тот же миг из ладони Цирцеи вырвался пурпурный вихрь растрепав её лёгкие, светлые волосы и окрасив её белоснежное лицо в пурпурные тона. Магнус видел её волнение, как в ту самую ночь когда он в первый раз пришёл к ней.

Окружавший их воздух стал плотным и осязаемым, он как будто обрел форму и пришёл в движение. Под порывами сильного ветра тонкое, небесно голубое платье плотно прижалось подчёркивая тонкое и изящное тело Цирцеи. Казалось яркий пурпурный свет просвечивает его насквозь создавая впечатление наготы.

Юная Цирцея вытянулась во весь рост от чего её и без того тонкая фигура казалась ещё тоньше и легче. Вытянувшись на носочках с высоко поднятой рукой она была подобна изящной белоствольной берёзе лениво покачивающейся на ветру. Цирцея посмотрела на свою ладонь после чего опустила свой встревоженный взгляд на Магнуса и он увидел, что от её самообладания ни осталось и следа. Её аквамариновые глаза смотрели на него с хищным предвкушением на грани безумия, а пухлые розовые губы раскрылись в зловещей улыбке обнажая белоснежные зубы.

Тем временем пурпурный вихрь увеличивался в размерах танцуя и изгибаясь на ладони Цирцеи, его края выгнулись в обратную сторону и принялись опускаться к полу формируя сферу и заключая внутри себя Магнуса и Цирцею. Сформировавшись полностью, пурпурная сфера на мгновение остановилась и сжалась до размера горошины после чего исчезла.

Спустя всего лишь одно мгновение в избушку вошел ассасин нанесший Магнусу несколько смертельных ударов. За его спиной был закреплен огромный двуручный меч плотно завернутый в холщовую ткань. Ассасин прошел вглубь комнаты даже не обратив внимания на лежащие на полу доспехи паладина которого он не так давно убил и завернул за висящую поперёк комнаты парусину после чего опустился на колени перед кроватью.

Засунув руку под кровать он нащупал маленький сундук и вытащил его. Вместо проушины для навесного замка на нем была металлическая пластина с изображением двух воронов расположенных один над другим. Нижний ворон был немного меньшего размера, с расправленными, но обращенными немного вниз облезлыми крыльями, а над ним ворон немного большего размера с крыльями обращенными вверх. Верхний ворон выглядел абсолютно новым и блестящим, прямая противоположность нижнего. Ассасин приложил тот самый перстень, которым его товарищ порезал шею Магнусу перед смертью, камнем к изображению воронов и что-то внутри сундука издало глухой щелчок. Ассасин аккуратно открыл крышку сундука в котором находилось два увесистых мешочка. Не спеша он развязал кожаные шнурки на обоих и заглянул внутрь.

Один мешок был доверху заполнен серым порошком, а второй разноцветными магическими камнями. Ассасин завязал оба мешочка и закрыл сундук после чего снял со спины двуручный меч и положил его под кровать. Выйдя из избушки он не оглядываясь бросил перстень на порог и как только камень коснулся старых досок, избушку окутала пурпурная сфера и она исчезла вместе с последними лучами солнца.

Глава 5. В клетке сознания

Сознание Ямалора парило в воздухе словно клубы дыма, медленно поднимающиеся над костром. Тюрьма, его собственное сознание находилось в заточении в его теле словно в саркофаге, не способное пошевелить и пальцем. Он ничего не видел и не чувствовал медленно паря в кромешной тьме озираясь по сторонам.

Внезапно кто-то позвал его, голос показался знакомым хоть и прозвучал приглушенно словно сквозь толщу воды. Ямалор обернулся выискивая хоть какой-то источник звука, но ничего кроме темноты не увидел. Знакомый голос снова позвал его, но на этот раз он прозвучал значительно ближе и громче, и всё же Ямалор не видел того кто звал его. Он чувствовал медленное приближение кого-то живого, он был совсем близко, но Ямалор всё ещё никого не видел лишь только ощущал приближение магии.

Нечто тёплое и приятное, как луч весеннего солнца, что приятно щекочет нос когда подставляешь ему своё лицо в первые дни оттепели коснулось сознания Ямалора и оно отшатнулось от него против его воли. Ямалор тянулся к нему, он хотел согреться теплом этой солнечной магии, что заполняла пространство вокруг него.

Тьма, окружавшая Ямалора, расступилась словно разрезанная на пополам вдоль линии горизонта. Ослепительно белый луч разогнал темноту своим ярким светом и он увидел перед собой лицо Атрэя. Ямалор не понимал, что с ним сейчас происходит, Атрэй выглядел потрясенным и даже немного напуганным. Он поднял руки и потянулся к Ямалору, но что-то внезапно отбросило его.

Старый магистр почувствовал как сквозь его сознание пронеслась знакомая магическая формула телекинеза как если бы он творил заклинания, но он был уверен, что ничего не делал, тем более для того чтобы навредить Атрэю.

Теперь, когда глаза привыкли к яркому свету, Ямалор смог осмотреться. Он находился в какой-то небольшой комнате и смотрел в дверной проем за которым Атрэй поднимался с пола.

Ямалор почувствовал как через его сознание снова прошла магическая формула, но на этот раз заклинание было ему не знакомо. Заклинание обладало не только неизвестной ему конструкцией, но и чужеродной для него природой школы магии.

Две враждебные природы разных магических школ никогда не уживались в одном волшебнике особенно на столь высоком уровне заклинаний. Большая часть могущественных чернокнижников — это бывшие маги порядка, но когда маг начинает познавать чужеродную школу магии, она вытесняет уже изученные магические формулы и конструкции полностью меняя способности мага. Поэтому в природе не существует волшебников владеющих двумя чужеродными школами магии на высоком уровне.