Позволь мне остаться

Ей нужно было срочно поговорить с Элеонорой — матерью Доминика. Эти две женщины были главными архитекторами будущего союза своих детей и общались практически каждый день.

Шейла стремительно вышла из кухни, цокая каблуками по дорогому паркету, толкнула стеклянную дверь и оказалась на просторной веранде у бассейна. Прохладный апрельский ветерок тут же коснулся её лица. Она аккуратно, но плотно прикрыла за собой дверь, чтобы Роберт внутри дома точно ничего не услышал, и поднесла трубку к уху. Гудки шли недолго.

— Элеонора, дорогая, привет! — Шейла сразу же перешла на заговорщический, вкрадчивый шёпот, нервно накручивая на палец прядь уложенных волос. — Слушай, я звоню по делу. Ты не знаешь, что происходит между Домиником и нашей Микой? Она последнее время сама не своя. Вспыльчивая, резкая, сегодня устроила мне настоящий скандал из-за вчерашнего приёма. У них точно всё в порядке?

В трубке раздался шорох, а затем послышался спокойный, уверенный голос матери Доминика. Женщина, судя по всему, отдыхала где-то на шезлонге и никуда не торопилась.

— Привет, Шейла. Честно говоря, я никаких изменений за сыном не замечала, — ровно отозвалась Элеонора. — Доминик весел, как обычно, крутится в делах своего отца, по вечерам где-то пропадает с друзьями. Про Мику он ничего плохого не говорил.

— Хм… думаешь, у них действительно всё нормально? — Шейла тревожно нахмурилась, глядя на идеальную бирюзовую гладь воды в бассейне. Материнское чутьё или просто страх потерять выгодный контракт между семьями заставляли её сомневаться. — Мика прямо заявила мне, что ей не нужны эти отношения и совместные фотографии. Я боюсь, как бы она чего-нибудь не выкинула перед самым выпуском.

Элеонора на том конце провода лишь снисходительно и легко хихикнула в трубку. Её этот тон ничуть не задел.

— Ой, Шейла, брось ты. Конечно, у них всё хорошо, — легкомысленно отмахнулась она. — Девочка просто переутомилась со своими медицинскими учебниками. Мой Доминик — парень видный, упрямый, он умеет обращаться с женщинами. Да и куда она от него денется? По капризничает и успокоится. Вот увидишь, на загородной тусовке в субботу они снова будут самой красивой парой. Не накручивай себя.

Шейла немного расслабила плечи, слушая уверенный тон подруги.

— Ну, возможно, ты права… — тихо выдохнула она, хотя смутное беспокойство всё ещё копошилось где-то глубоко внутри.

Глава 4

Нейтан сидел, глубоко завалившись на старый, местами потертый кожаный диван в гостиной. По телевизору крутили какой-то полузабытый боевик восьмидесятых, но парень почти не смотрел на экран. Он не курил, никогда не тянулся к сигаретам, предпочитая держать голову свежей, поэтому всю свою кипучую энергию сейчас направлял в экран мобильного. Свободной рукой Нейт быстро уничтожал наспех сооруженные бутерброды с ветчиной и сыром, попутно ожесточенно строча сообщения в групповой чат с Джексом и Мэттом, планируя вечерние заезды.

— Лучше бы делом занялся, — раздался тяжелый, ворчливый голос.

Из кухни в гостиную неторопливо вернулся отец, Джордж. В руках он держал кухонное полотенце, которым тщательно вытирал ладони, и смотрел на сына со смесью родительской любви и вечного недовольства.

— Да хватит мне на уши насидать, я занимаюсь делом, ясно? — отозвался Нейт, даже не оторвав взгляда от дисплея, где Джекс как раз скидывал точку сбора. — Я чиню байки и зарабатываю нормальные деньги.

— Байки он чинит… — проворчал Джордж, бросив полотенце на плечо и скрестив руки на груди. — Лучше бы нормальную работу нашел в офисе или на заводе. Ты что, зря, что ли, диплом получал пять лет?

Нейт наконец отложил телефон, шумно вздохнул и посмотрел на отца.

— Я его получал для галочки… Мама так хотела в свое время. Но…

Он тут же запнулся, потому что попытался запихнуть в рот оставшуюся половину внушительного бутерброда целиком, чтобы побыстрее закончить этот разговор. Челюсти заработали на полную мощность.

— Но он мне уфе не нуфен! Ни-коф-да не хо-фел быть ин-фе-не-ром, яф-но? — промямлил Нейт с абсолютно набитым ртом. Звуки выходили невнятными, смазанными и смешными, больше похожими на какое-то глухое урчание. — Я лу-ф-ф-е в га-ра-фе про-па-ду, ф-ем за сто-лом си-деть бу-фу.

— «Бу-бу-бу, бу-бу-бу» —очень точно и ехидно изобразил его отец, передразнивая это невнятное мычание.

Не удержавшись, Джордж с размаху хлопнул сына свернутым полотенцем прямо по широкой спине. От неожиданности и резкого хлопка Нейт громко шикнул, выронив из рук салфетку, и смешно изогнулся в спине, пытаясь увернуться от отцовского воспитательного маневра.

Уже через час Нейтан и парни сидели на своих байках на городской набережной. Апрельский вечер окутал город приятной прохладой, а перед ними расстилалась бескрайняя голубая гладь воды, которая с тихим, мерным плеском выплескивалась на каменный берег. Лёгкий ветер доносил свежесть реки. Парни синхронно подняли зеркальные визоры шлемов вверх и расслабленно облокотились локтями на топливные баки своих мотоциклов, лениво разглядывая редких прохожих.

— Вы слышали, что у этих богатеньких мажоров намечается тусовка? — отозвался Мэтт, увлеченно тыкая пальцем в экран своего телефона. Нажав пару кнопок, он перекинул ссылку в их общий чат.

Джексон тут же выудил свой мобильник из кармана тактических брюк, пробежался глазами по экрану и, конечно же, громко, удивленно присвиснул. Он вчитывался в условия закрытого мероприятия, разглядывая строгий вечерний дресс-код, пафосную тематику элитного коттеджа и то, что в самом низу приглашения было выведено большими заглавными буквами: «0% АЛКОГОЛЯ».

Парни тут же дружно рассмеялись на всю набережную, перекрывая смехом тихий шум волн.

— Это точно не бабушкин вечерок, а? — со смешком отозвался Джекс, пихнув Мэтта локтем в плечо. Он оторвал руку от руля и картинно изобразил пальцами круг. — Ноль алкоголя! — Джексон смешно закатил глаза, передразнивая пафосные правила. — Они там что, собираются весь вечер пить ромашковый чай и обсуждать акции своих папочек?

Он повернулся к Нейту, и в его глазах блеснул шальной, бунтарский огонек:

— Нам явно стоит туда сходить и показать этим правильным богатеям, как нужно отдыхать на самом деле. Навестим их тусовку, парни?

Нейтан перевёл взгляд на светящийся экран смартфона, потом на парней, на лицах которых так и читалась жажда приключений. На секунду он задумался, но здравый смысл и недавний разговор с отцом взяли верх.

— Я пока пас, — отозвался он, лениво поднимая обе ладони в кожаных мотоперчатках вверх, капитулируя перед обстоятельствами. — Отец сегодня нагнал жуткой тоски. Плюс от него уже посыпались прямые угрозы в сторону ключей от гаража, так что, пока не закончу все зависшие дела по ремонту, я официально «под домашним арестом».

Нейт картинно указал пальцами обеих рук воздушные кавычки и негромко рассмеялся.

Парни от такого заявления тут же громко, во весь голос загоготали. Они смеялись так бурно и заразительно, что их тяжелые спортивные байки под их собственным весом, казалось, мелко задрожали на подножках.

— Не думал, что гроза ночных трасс в свои двадцать четыре года будет «под арестом»! — Джекс и Мэтт хором подхватили шутку, тоже синхронно показывая пальцами кавычки в воздухе и продолжая подкалывать друга.

На эту дружескую подначку Нейтан лишь беззаботно пожал широкими плечами. В его глазах плясали смешинки.

— Что поделать, я просто домашний плюшевый кролик, — ехидно и с абсолютным самосарказмом проговорил он с глухим щелчком нажимая кнопку стартера и мгновенно заводя мотор своего BMW. Тяжелый бас двигателя тут же заглушил их смех. — Ладно, парни, если не освобожусь к вечеру, то езжайте туда без меня. Развлекитесь за троих.

Он коротко махнул им рукой на прощание, опустил зеркальный визор шлема и с тихим ревом уехал в сторону сервиса, оставляя друзей на набережной.

Глава 5

Мастерская, которую парни гордо именовали «сервисом», встретила Нейтана оглушительным грохотом металла и отборной бранью. Босс и по совместительству старший мастер мастерской, старый пройдоха с вечно перепачканными мазутом руками, сегодня рвал и метал. Он метался между подъемниками, потрясая кипой незакрытых нарядов, и орал так, что перекрывал звук работающего пневмоверта.

— Три байка! Три хреновых байка стоят нетронутыми с самого утра! — надрывался он, заметив вошедшего Нейтана. — Где тебя вечно черти носят, когда у меня тут завал?! Клиенты оборвали телефон! Если к вечеру аппараты не будут готовы, я лично вычту неустойку из твоей доли, Нейт!

Нейтан на этот концерт даже бровью не повел — привык. Он лишь молча прошел в раздевалку, скинул тактическую куртку и переоделся в привычный рабочий комбинезон, густо пахнущий машинным маслом и бензином. Вернувшись в ремонтную зону, он подошел к магнитной доске у стены, сорвал прикрепленный к ней бланк заказа и направился к первому мотоциклу.

Это был тяжелый дорожный крузер, у которого, судя по описанию владельца, «что-то невнятно стучало в районе сцепления и барахлила электрика».Нейтан устало потер лицо ладонями, пытаясь стряхнуть остатки задумчивости, и присел на низкий подкатной стул рядом с байком. Работы тут, при хорошем раскладе, было часа на три. Но возиться с железом сегодня не хотелось от слова «совсем».

В итоге день сразу пошел наперекосяк. Вместо запланированных трех часов на ремонт ушло все четыре с половиной. Первые тормозные трубки и диски, которые привез поставщик, оказались с явным заводским браком — резьба была сорвана. Нейтану пришлось материться про себя, бросать инструмент, переодеваться и самому таскаться по всему городу на своем BMW, объезжая специализированные магазины в поисках нужных деталей.

Сдал он последний байк клиенту ближе к вечеру, когда солнце уже лениво катилось к горизонту, окрашивая окна сервиса в багровые тона. Пальцы ныли, спина гудела, а под ногтями въелась черная смазка.

Добравшись до дома, Нейт первым делом завалился в ванную. Горячий, почти обжигающий душ немного привел его в чувство, смывая усталость тяжелого дня. Пока он стоял под струями воды, его мобильник на стиральной машине буквально разрывался от входящих уведомлений. Джекс и Мэтт уже вовсю спамили в чат фотографии своей подготовки к вылазке на мажорскую тусовку.

Вытеревшись полотенцем, Нейт взял телефон, скользнул взглядом по беснующимся сообщениям друзей и, коротко усмехнувшись, бросил им короткое:

«Буду к 9».

Они встретились ровно в назначенное время на старой мостовой, где свет жёлтых фонарей длинными бликами ложился на отполированный асфальт. Парни заглушили моторы, одновременно подняли зеркальные визоры шлемов и лениво оценили друг друга короткими, понимающими взглядами.

Из всей троицы единственный Нейт реально нарядился. Вместо привычного рабочего худи на нём была новенькая, ослепительно белая футболка, плотно облегающая плечи и рельефную грудь, и чистые тёмные штаны.

Джексон, сидевший на своём байке в неизменной потёртой куртке, тут же громко, на всю улицу заржал, оценив такой парадный прикид друга:

— Ого, Нейт! Ничего себе! Может, нам ещё заскочить ко мне домой за галстуком-бабочкой? Она у меня как раз валяется где-то на антресолях ещё с выпускного школы. Тебе к этой футболке пойдёт просто идеально, будешь как жених!

Нейтан лишь снисходительно усмехнулся и коротко послал его куда подальше, поправляя мотоперчатки на запястьях и застегивая кожанку.

Джексон, продолжая ухмыляться, полез во внутренний карман своей куртки и с гордым видом достал оттуда увесистую стеклянную бутылку дорогого виски. Он плавно помахал ей в воздухе перед парнями, и в полумраке мостовой янтарная жидкость соблазнительно блеснула.

— У меня есть чёткий план испортить абсолютно все безалкогольные пунши этих элитных лузеров, — заговорщически подмигнул он.

Парни одобрительно прогудели, завели моторы своих мотоциклов и слаженным клином двинулись в сторону указанного адреса, который Мэтт скинул во флаере в их общую группу. Городские огни быстро сменялись темнотой загородного шоссе. Скорость росла, ветер с силой свистел в ушах, а моторы пели свою ровную, хищную песню.

— Как только ты находишь всю эту хрень? — негромко проговорил Нейт, активировав внутреннюю связь через микрофон, присоединённый прямо к его шлему.

— Это просто чуйка, брат, поверь мне, — тут же раздался в наушниках хриплый, самодовольный голос Джексона, пробивающийся сквозь помехи ветра. — У меня природный, врождённый нюх на этих богатеньких кисок и их пафосные тусовки. Сегодня мы устроим им настоящий вечер свободы.

Глава 6

Загородная резиденция Марка, скрытая за массивным кованым забором в самом элитном пригороде, сегодня напоминала улей, сияющий всеми оттенками неонового фиолетового и лазурного. Музыка — дорогой, качественный хаус с глубокими, вибрирующими басами — бесцеремонно разносилась по всей округе, заставляя дрожать стеклянные панорамные фасады трехэтажного особняка. Вечеринка кипела на полную мощность.

Пространство вокруг огромного открытого бассейна было забито до отказа. Молодые люди в дизайнерских шмотках лениво перемещались от шезлонгов к импровизированному бару, ведя неспешные, пафосные разговоры. Внутри самого дома суета была не меньше: в просторной гостиной кто-то пытался танцевать, а в полумраке отдаленных комнат и на лестничных пролетах уже вовсю уединялись парочки, увлеченно и жадно целуясь, полностью наплевав на окружающих.

По сути, эта тусовка ничем принципиально не отличалась от сотен других студенческих вечеринок, разве что за одним жирным исключением: абсолютно все присутствующие здесь были детьми из невероятно богатых и влиятельных семей города. Золотая молодежь, привыкшая получать всё по первому щелчку пальцев. Ну и, конечно, официальное правило вечера, выведенное на флаере: «0% АЛКОГОЛЯ».

Впрочем, если судить по некоторым гостям, это правило существовало исключительно на бумаге для успокоения строгих родителей. Кто-то самый ушлый всё равно умудрился втихаря притащить сюда крепкую выпивку, разливая её по пластиковым стаканчикам под покровом темноты. В результате пара парней в мокрых брендовых рубашках уже вовсю развязно и шумно плавали в бассейне, устраивая брызги, выкрикивая глупые шутки и громко смеша остальную толпу. Фальшивый рай жил своей привычной, размеренной и слегка унылой жизнью.

Микаэлла стояла на втором этаже террасы, опершись на прохладные стеклянные перила, и лениво наблюдала за этой картиной сверху. В руках она держала стаканчик с безалкогольным ягодным пуншем, к которому почти не притрагивалась. Хлоя и Лили ушли куда-то в сторону кухни, пообещав принести нормальный лед, и Мика наконец осталась одна. Ей было скучно. Все эти лица, эти разговоры о котировках акций, новых спорткарах и закрытых клубах вызывали у неё лишь раздражение.

Микаэлла поправила тонкую бретельку своего винного шёлкового платья, струясь до самых колен. Она собиралась сделать глоток пунша, как вдруг сбоку послышались тяжелые шаги.

К стеклянным перилам террасы подошёл Доминик. В руке он держал стеклянный стакан, в котором плескался явно не сок — янтарная жидкость пахла дорогим крепким алкоголем, и этот резкий шлейф тут же перебил аромат весенней ночи. Парень вальяжно опёрся локтями о прохладное стекло, небрежно покачивая стакан.

— Может, ты всё-таки хочешь поговорить? — отозвался он, поглядывая на неё искоса своим фирменным надменным взглядом.

— О чём? — тут же сухо отозвалась она, даже не повернув к нему головы.

— О нас, — Доминик выгнул идеально ухоженную бровь. — Ты вечно бегаешь от меня, Мика. Мы вообще мало стали общаться последнее время.

— Ты же прекрасно знаешь, что у меня учёба, — Микаэлла устало прикрыла глаза, чувствуя, как этот разговор начинает ходить по кругу.

— Знаю, Мика. Но это уже ненормально, ты же сама в курсе, — он резко сократил расстояние между ними, придвинулся почти вплотную и слегка притянул её к себе за талию, вжимая пальцы в нежный шёлк на её боку.

Она устало вздохнула, но отстраняться не стала — сил на очередную публичную ссору просто не было. Микаэлла повернулась и посмотрела ему прямо в глаза.

— Я просто устала, ясно? — спокойно, без лишних эмоций отозвалась она. — Если бы ты действительно хотел просто провести время со мной, наедине… то зачем вот это всё? — она обвела свободной рукой шумную, сверкающую неоном территорию коттеджа. — Ты вечно окружён либо своими друзьями, либо этими бесконечными вечеринками.

— Это весело, — Доминик равнодушно пожал плечами, делая очередной глоток из своего стакана.

— Нет, Доминик. Весело здесь только тебе, — тихо, но твёрдо отрезала она.

В самый разгар этой пафосной тусовки, пока басы сотрясали стены, через боковую калитку особняка тихонько вошли трое парней. Они проскользнули на территорию настолько незаметно и спокойно, что в полумраке и суете никто из пьяных мажоров даже не обратил на них внимания. Нейтан, Джекс и Мэтт не спеша шли вдоль живой изгороди. Они негромко переговаривались, смеялись и расслабленно держали в руках свои мотоциклетные шлемы.

Джекс, хитро подмигнув друзьям, почти сразу растворился в толпе, устремляясь прямиком к главному бару с пуншем, чтобы воплотить свой план и щедро разбавить этот трезвый вечер припрятанным виски.

А вот Нейтан внезапно замер на месте, напрочь забыв, как дышать.

Его взгляд зацепился за залитую неоном террасу второго этажа. Дыхание перехватило, а внутри всё болезненно сжалось, когда он увидел её. Тонкий силуэт в винном платье, светлые волосы, мягко светящиеся в темноте, и… тот самый холеный, орущий парень из пробки, который сейчас уверенно обнимал её за талию, прижимая к себе. Доминик что-то говорил, самоуверенно улыбаясь, пока Микаэлла смотрела на него абсолютно спокойным, отрешённым и несчастным взглядом. Нейтан сжал пальцы на ремешке своего шлема так сильно, что пластик жалобно хрустнул.

Микаэлла аккуратно, но решительно убрала руку Доминика со своей талии. Больше не проронив ни слова, она развернулась и вовсе ушла с балкона, скрываясь в глубине дома.

А вот Доминик остался. Он пьяно облокотился на перила, посмотрел вниз на толпу у бассейна, и во всю глотку выкрикнул какую-то полную, бессвязную чушь своим друзьям. Парни снизу тут же громко, одобрительно загоготали и с дикими криками принялись один за другим прыгать в воду прямо в одежде, поднимая тучи брызг.

— Придурки… — еле слышно, сквозь зубы процедил Нейтан, провожая взглядом пьяного мажора.

Он развернулся и быстрым шагом направился к стеклянным дверям особняка. Ему нужно было найти эту девушку. Прямо сейчас.

План Нейтана двинуться вглубь дома тут же прервал Джексон. Он бесцеремонно подошёл к друзьям, тихо посмеиваясь и пряча пустую бутылку обратно под куртку. Джекс кивнул в сторону элитного стриженого газона у террасы, где уже вовсю радовал публику один из местных мажоров: парня знатно и некрасиво полоскало прямо на дорогую альпийскую горку.

— М-да, оказывается, тут и без моего виски неплохо гуляют, — хмыкнул Джекс, качая головой.

Парни брезгливо поморщились, коротко рассмеялись и поспешили уйти подальше от этого зрелища, смешиваясь с толпой в глубине двора. Какое-то время всё шло отлично. Они спокойно наблюдали со стороны за этой ярмаркой тщеславия, пока их колоритную компанию наконец не заметил Доминик.

Его взгляд, затуманенный элитным алкоголем, мгновенно сузился. Доминик сделал резкий знак своим парням. В ту же секунду около десятка золотых мальчиков — половина из которых была в сырых после бассейна шмотках — лениво, но угрожающе двинулись вперед, выстраиваясь плотной стенкой напротив троицы. Доминик лениво сложил руки на груди, склонил голову набок и смерил незваных гостей ледяным, высокомерным взглядом.

— Это закрытая тусовка для своих, — Доминик процедил слова сквозь зубы, оценивающе разглядывая белую футболку Нейта. — И я что-то не помню, чтобы мы приглашали парней, от которых пахнет дешёвым машинным маслом. Выметайтесь, пока я не позвал охрану.

Джексон лишь нагло усмехнулся в ответ, поудобнее перехватив свой шлем:

— Серьёзно? Если это закрытая тусовка, чувак, то ворота нужно было закрывать на ключ. А раз они распахнуты, мы решили заглянуть на огонёк.

Слово за слово, градус напряжения взлетел до предела. Парни Доминика, подстрекаемые алкоголем и желанием покрасоваться перед девчонками, первые попытались грубо вышвырнуть ребят с территории. Один из мажоров толкнул Мэтта в грудь. Это стало их главной ошибкой.

В следующую секунду завязалась яростная, подневольная драка. Во двор ворвался истошный писк испуганных девчонок. Мэтт, даже не поморщившись от удара, перехватил первого попавшегося золотого мальчика за шиворот и с всплеском скинул его обратно в бассейн. В воздухе полетели щепки — парни Нейта с треском сломали пару дорогих дизайнерских лежаков, с грохотом перевернули массивный стол с пуншем, заливая плитку липкой красной жидкостью, и в довершение разбили вдребезги тяжелую стеклянную входную дверь особняка.

Хозяйка дома, какая-то раскрасневшаяся блондинка, тут же истерично пропищала на весь двор, что вызвала полицию. Но её пьяный писк уже никто не слышал. Потасовка мгновенно переросла в неуправляемый хаос — алкоголь и адреналин ударили гостям в голову, и мажоры стали драться просто между собой, в пьяном бреду вообще не разбирая, кто свой, а кто чужой.

В это время Микаэлла наконец вышла из уборной в глубине дома. Услышав нарастающий грохот, звон бьющегося стекла и испуганные крики, она испуганно замерла, а затем быстро побежала во двор. Но стоило ей выскочить на улицу, как сквозь разбитые ворота донесся пронзительный, зловещий звук приближающейся полиции. На заборе заплясали синие отблески маячков.

Толпа мгновенно протрезвела и кинулась врассыпную. Все стали в панике разбегаться по машинам. Микаэлла в растерянности огляделась и вдруг увидела Доминика. Он, тяжело дыша и потирая кулак, на ходу запрыгнул в спортивную тачку своего друга, которая уже с ревом сдавала назад. Он даже не оглянулся. Ему было абсолютно плевать, что Микаэлла осталась здесь одна и у неё могут возникнуть огромные проблемы с законом и строгим отцом.

— Эй! — в отчаянии крикнула она вслед удаляющейся машине, но спорткар лишь крутанул колеса, обдавая её дымом. — Ну ты и козлина… — выдохнула она, сжимая кулаки.

Она осталась стоять совершенно одна посреди пустеющей подъездной дорожки, откуда с визгом шин разъезжались автомобили золотой молодежи. А сирены полиции уже выли совсем рядом, за углом.

— Что, проблемы? — раздался за спиной знакомый, низкий голос.

Микаэлла резко обернулась. К ней быстрыми шагами подходил Нейтан. На его лице играла дерзкая, шальная усмешка, а из разбитой нижней губы медленно текла алая кровь, которую он спокойно слизывал языком. Парень не стал тратить время на разговоры. Нахмурившись, он схватил её за запястье и решительно потащил в сторону забора, где в тени стояли их байки. Джекс и Мэтт уже запрыгнули в свои седла, взревели моторами и с пробуксовкой умчали в темноту шоссе, расчищая путь.

Добежав до своего матового BMW, Нейтан резко остановился. Одним широким движением он стянул с себя кожаную куртку, оставаясь в одной белой футболке, и грубо, но бережно накинул её на хрупкие плечи Микаэллы. Он быстро застегнул молнию до самого её подбородка, укутывая девушку в пахнущую кожей и мужским парфюмом ткань.

Микаэлла лишь часто-часто моргала, недоуменно и завороженно глядя на его волевое лицо снизу в верх. Весь её правильный мир летел к чертям, но страха не было.

— Садись, чего застыла? — поторопил её Нейт, перекидывая ногу через сиденье байка. Из-за поворота уже показался первый капот полицейской машины. — Или хочешь, чтобы мы сегодня вместе посидели за решеткой?

Он тут же накинул на голову шлем, скрывая лицо за зеркальным визором, и дождался, пока Микаэлла, больше не раздумывая, ловко запрыгнет сзади и крепко-накрепко обхватит руками его талию. Нейтан выжал газ до отказа, и супербайк с оглушительным, победным рёвом сорвался с места, растворяясь в ночном воздухе весеннего шоссе.

Огни полицейских мигалок и истошный вой сирен остались позади, растворившись в лабиринте пригородных дорог. Как только они окончательно скрылись из зоны видимости копов, Нейтан резко свернул с трассы и припарковался на обочине, чуть в стороне, под густой тенью раскидистых деревьев. Он коротко мигнул фарой следовавшим за ним Мэтту и Джексу, давая парням четкий знак валить дальше в гараж и не светиться.

Нейт заглушил двигатель, с щелчком поднял зеркальный визор шлема и негромко, ощутимо похлопал ладонью по девичьим рукам, которыми Микаэлла до сих пор сковала его ребра.

— Эй, я так могу и задохнуться, — негромко посмеялся он, слегка повернув голову вбок, чтобы она могла его услышать.

Девушка сидела позади него, всё еще крепко зажмурив глаза от страха и бешеной скорости, вжимаясь лицом в его широкую спину. Услышав его голос, она тут же испуганно приоткрыла глаза, мгновенно отстранилась и смущенно поджала губы. До неё наконец дошло, что она только что уехала черт знает куда с абсолютно незнакомым парнем, да еще и прижалась к нему в полете так, словно он был её единственным спасательным кругом в этой жизни. Щеки обожгло густым румянцем.