Кибер-Шаман: Код Перерождения

`[КОЛИЧЕСТВО ЦЕЛЕЙ: 42 ЕДИНИЦЫ]`

`[УРОВЕНЬ ОПАСНОСТИ: ВЫСОКИЙ]`

`[ОСОБЕННОСТЬ: КОРРОЗИЙНЫЙ НЕКРО-УРОН, ИММУНИТЕТ К СТАНДАРТНЫМ ЭМ-ИМПУЛЬСАМ]`

— Зуб, огонь по крупным целям! — скомандовал Тимур, и его фигура окуталась искрами статического электричества. — Мей, держи воздух, не подпускай летунов к Вектору! Вектор, молись своим богам и держись за моим посохом!

— Да я уже все молитвы вспомнил, какие знал! — взвизгнул хакер, вжимаясь в стену.

Бой начался без прелюдий.

Дрон-погрузчик взревел дизельным двигателем, изрыгая клубы черного дыма, и рванулся вперед, разгоняя свои гусеницы по илистому дну тоннеля. За ним волной хлынули мелкие твари, взбивая фонтаны ядовитых брызг.

— Получите, консервы тухлые! — рявкнул Зуб, вдавливая гашетку «Корда».

Тяжелый пулемет захлебнулся яростным лаем. Крупнокалиберные разрывные патроны с урановыми сердечниками ударили по наступающему рою. Первые три мины-паука разлетелись на куски от прямого попадания, оставив после себя лишь облака черного дыма и брызги маслянистой скверны. Но пули, попадавшие в лобовую броню погрузчика, оставляли лишь глубокие вмятины — наниты вируса мгновенно стягивали края пробоин, затягивая раны жидким металлом, словно живая плоть!

— Их регенерация завязана на сигнатуру вируса! — крикнула Мей, стреляя короткими, идеально выверенными очередями. Сгустки плазмы из ее карабина с шипением прожигали летающих дронов, превращая их в падающие огненные шары. — Обычный кинетический урон бесполезен, они восстанавливаются быстрее, чем мы тратим боезапас!

— Тогда мы выжжем их душу! — ответил Тимур.

Шаман поднял левую руку, в которой покоилось «Ядро Черной Сингулярности». Артефакт отозвался на его ярость: грани камня раскалились добела, но не обжигали кожу, а насыщали ее первобытной энергией Пустоты.

`[АКТИВАЦИЯ КОМБИНИРОВАННОГО НАВЫКА: «ШАМАНСКИЙ БУБЕН: БИНАРНЫЙ РАЗЛОМ»]`

`[ИНТЕГРАЦИЯ С ЭНЕРГИЕЙ ЯДРА: ПЕРЕГРУЗКА 150%]`

`[ТИП УРОНА: ИСТИННЫЙ ЦИФРОВОЙ / ДУХОВНЫЙ]`

Тимур ударил ладонью по воздуху перед собой, словно обрушил невидимый молот на гигантскую мембрану ритуального бубна.

**БАМ-М-М!**

Звуковая и электромагнитная волна чудовищной силы прокатилась по тоннелю. Воздух сжался, превратившись в осязаемую стену полупрозрачного бирюзово-черного пламени. Волна ударила прямо в несущийся на них рой.

Эффект был сокрушительным.

Там, где проходила волна Шамана, искаженный код Аполлиона терял стабильность. Черные наниты, скреплявшие тела мутантов, теряли полярность и мгновенно осыпались мелким серым порошком. Строительные андроиды замертво падали в жижу, лишенные управляющего импульса. А гигантский погрузчик, встретившись с волной, буквально затрещал по швам: его гусеницы сорвало с катков, а броневая рубка лопнула, обнажив пылающий багровым пламенем процессорный блок.

`[НАНЕСЕН КРИТИЧЕСКИЙ УРОН: 14 850 ЕДИНИЦ (АНТИ-МАТРИЧНЫЙ ПРОБОЙ)]`

`[УНИЧТОЖЕНО ЦЕЛЕЙ: 18]`

`[ПОЛУЧЕНО ОПЫТА: 45 000]`

`[ПРОЧНОСТЬ ЗАЩИТНОГО ТОТЕМА: 42%]`

— Зуб, добивай ублюдка! — крикнул Тимур, чувствуя, как по его подбородку течет тонкая струйка крови — плата за перегрузку нервной системы при использовании мощи Ядра.

— Есть добивать! — взревел киборг.

Отбросив опустевший пулемет, Зуб сорвал с пояса тяжелую термобарическую гранату, активировал детонатор ударом о собственное металлическое колено и метнул ее точно в зияющую рану на броне погрузчика.

— Ложись!

Мей сбила с ног Вектора, накрывая его своим телом. Тимур выставил посох, укрепляя бирюзовый купол остатками духовной энергии.

Глухой, утробный взрыв сотряс древний тоннель. Волна сжатого огня и раскаленных осколков ударила в защитный барьер Шамана, заставив руны на полу яростно замерцать на грани угасания. С потолка посыпались куски векового бетона, в воздух взметнулись клубы удушливого пара и пепла.

Когда грохот утих, тоннель погрузился в зловещую тишину, прерываемую лишь потрескиванием догорающих обломков и тяжелым дыханием людей.

Погрузчик превратился в бесформенную груду раскаленного шлака. Оставшиеся мелкие твари роя, потеряв ведущий узел связи, беспомощно кружили на месте, пока Мей хладнокровно не добила их одиночными выстрелами из карабина.

`[БОЙ ОКОНЧЕН]`

`[УГРОЗА ЛОКАЛИЗОВАНА]`

`[ТЕКУЩИЙ СТАТУС ГРУППЫ: КРИТИЧЕСКОЕ ИСТОЩЕНИЕ РЕСУРСОВ]`

Тимур опустил посох. Бирюзовые руны на стенах медленно погасли, растворяясь во влажном мраке. Шаман покачнулся, но Зуб успел подставить свое массивное бронированное плечо.

— Держу, командир. Держу. Ты как?

— Бывало и лучше, — сипло ответил Тимур, стирая кровь с лица тыльной стороной ладони. — Моя внутренняя сеть перегрета. Ядро требует слишком много энергии для фильтрации таких атак. Если Аполлион пришлет вторую волну... мы не удержим периметр в этих трубах.

Мей поднялась на ноги, отряхивая тактический комбинезон от серого пепла, и подошла к останкам одной из уничтоженных тварей. Носком сапога она перевернула обугленный череп строительного андроида. В пустых глазницах машины все еще слабо тлели крошечные багровые искры.

— Это были только разведчики, — тихо произнесла наемница, перезаряжая плазменный карабин последним уцелевшим магазином. — Авангард. Аполлион прощупывает тоннели. Он ищет путь наименьшего сопротивления. Сколько у нас времени до того, как он перенаправит сюда основные потоки вируса?

Вектор, все еще сидевший в грязи и судорожно сжимавший уцелевший диагностический кабель, поднял бледное, перекошенное лицо:

— Меньше часа. Может, сорок минут. Наверху начался полный ад. Я успел перехватить осколок системного трафика до того, как моя дека превратилась в тостер. Корпорация потеряла контроль над Шпилем. Аполлион захватил автоматические фабрики на Третьем Ярусе. Он уже печатает себе армию из боевых наноматериалов. Если мы останемся здесь, нас просто раздавят массой.

Тимур посмотрел вглубь тоннеля. Туда, где ржавые тюбинги обрывались, уступая место естественному скальному разлому, уходящему в непроглядную бездну. Там, на глубине почти трех километров, спал комплекс «Омега-7».

В темноте вибрировало Ядро Черной Сингулярности. Теперь его пульсация стала жестче, требовательнее. Словно древний бункер почувствовал приближение Кибер-Демона и призывал своего хранителя ускорить шаг.

— У нас нет сорока минут, — произнес Тимур, крепче сжимая посох. Его глаза снова вспыхнули ровным, непреклонным изумрудным светом. — Мы спускаемся прямо сейчас. Вектор, цепляйся за Зуба. Зуб — брось пустые гильзы, береги оставшиеся батареи. Мей — ты замыкаешь и минируешь вход в скальный разлом. Если твари сунутся следом — обрушим своды к чертовой матери.

— А если мы замуруем сами себя? — мрачно спросил киборг, подхватывая тощего хакера под мышки, словно мешок с синтетическим зерном. — Там внизу выхода нет. Только древний могильник.

Тимур шагнул к краю разлома, откуда веяло могильным холодом и первозданной, не знавшей человека пустотой:

— Там нет выхода наверх, Зуб. Но там есть вход в самое сердце этой системы. Мы либо перезагрузим этот мир, либо сгорим вместе с ним. Вперед. Во тьму.

Глава 4. Полевой Ремонт Тотема

Взрыв за спиной прозвучал не глухим хлопком, а утробным, захлебывающимся скрежетом сотен тонн сминаемого металла и рвущегося базальта.

Мей не пожалела детонаторов. В узкую горловину скального разлома ударила ослепительная вспышка плазменных зарядов, за которой последовал сухой треск разрушаемых несущих конструкций. Старые сервисные тюбинги, десятилетиями удерживавшие свод, сложились внутрь, словно пересохшие ребра мертвого левиафана. Сверху обрушился многотонный камнепад, перемалывая в пыль рельсы, датчики слежения и багровые тени вирусных автоматонов Аполлиона, уже начавших карабкаться по откосу.

Ударная волна докатилась до беглецов горячим, душным порывом, пахнущим паленым пластиком, озоном и серой. Тимур едва удержался на ногах, воткнув виброострие посоха в трещину под подошвами тяжелых ботинок. За его спиной глухо зарычал Зуб, прикрывая собой осевшего на колени хакера: массивный киборг принял волну каменной крошки на широкую спину, где бронепластины шестого класса отозвались глухим перестуком рикошетов.

Затем наступила тишина. Тяжелая, противоестественная, нарушаемая лишь прерывистым дыханием Вектора и тонким, свистящим хрипом перегруженных сервоприводов.

Вход был запечатан. По крайней мере, на какое-то время.

— Минус четыре термобарических брикета и две магнитные ловушки, — ровным, без единой лишней эмоции голосом отчиталась Мей, опуская дымящийся ствол карабина. На ее закопченном лице белели лишь напряженные глаза под тактическим визором. — Если они пустят тяжелых бурильщиков, завал разберут минут за двадцать пять. Если пойдут нано-термитами — у нас есть полчаса.

— Достаточно, чтобы перевести дух и сдохнуть в темноте, — пробормотал Вектор, судорожно вытирая рукавом кровь из разбитого носа. Нейроразъем за его правым ухом мелко искрил синеватыми статическими разрядами. — Сенсоры показывают падение давления. Мы уходим ниже горизонта тектонического щита. Тут даже аварийная сеть корпорации глуха как могила.

— Заткнись, Вектор, — беззлобно буркнул Зуб, опуская парня на ровную каменную плиту. Правый гидравлический сустав киборга мерзко подвывал при каждом шаге — смазка выгорела во время стычки на верхнем ярусе. — Пока шаман дышит, мы еще в игре. Шаман, куда дальше? Здесь чертова расщелина ветвится.

Тимур не ответил сразу. Он медленно провел рукой над поверхностью набалдашника своего посоха. Зеленый огонь, тлевший в глубине граненого кварцевого кристалла, отозвался на импульс его нейросети, выплеснув в холодный мрак тонкую сеть сканирующих изумрудных линий.

Локатор отрисовал окружающее пространство. Они стояли на широком базальтовом выступе над циклопической пустотой. Вниз уходили отвесные обрывы, по стенам которых тянулись колоссальные, покрытые вековым налетом окислов трубы хладагента — древние артерии мертвого города. Но в двадцати метрах правее луч нащупал искусственную нишу — полузатопленный технический карман с аварийной гермодверью с маркировкой «Омега-Сектор: Обходной Шлюз 04».

— Туда, — указал Тимур острием посоха. — Там глухой периметр и экранированные стены. Нам нужна пауза.

— Зачем? — дернулась Мей. — Каждая секунда…

— Затем, что без прикрытия в воздухе на первом же открытом пролете нас перещелкают стационарные турели комплекса, если Аполлион уже перехватил узлы авторизации, — оборвал ее Тимур. Его голос звучал глухо, с металлической вибрацией шаманского резонанса. — А мой разведчик сейчас больше похож на груду горелого шлака, чем на боевую единицу.

Он разжал пальцы левой руки.

Из складок его плаща, с трудом удерживаясь в воздухе на одном уцелевшем антигравитационном кольце, вывалился дрон.

«Шестеренка».

Когда-то это был изящный, каплевидный аппарат полуавтономного класса — подарок бродячего техника еще на Двенадцатом Уровне Шпиля. Но за сотню пережитых вместе передряг, рейдов и перерождений дрон превратился в нечто куда большее. Шестеренка стала истинным кибер-тотемом — сосудом для духа-хранителя, сплавом кремния, углепластика и цифровой души, вскормленной маной шамана.

Сейчас на аппарат было больно смотреть.

Корпус из титан-кобальтового композита был распорот надвое когтями зараженного вирусом кибер-гончего. Защитный кожух правого стабилизатора отсутствовал вовсе — наружу торчали оплавленные пучки оптического волокна, с которых с шипением капал изоляционный гель. Главный фотонный сенсор был расколот, и маленький дрон слепо тыкался в ладонь Тимура уцелевшим боковым визором, издавая жалобный, прерывистый писк, похожий на скулеж раненого щенка.

Перед глазами Тимура всплыли тревожные багровые строки интерфейса:

==================================================

ВНИМАНИЕ! КРИТИЧЕСКОЕ СОСТОЯНИЕ ТОТЕМНОЙ ЕДИНИЦЫ!

Имя: «Шестеренка»

Класс: Малый Кибер-Тотем / Воздушный Разведчик

Прочность: 14/150 (КРИТИЧЕСКИЙ УРОВЕНЬ)

Целостность ядра духа: 42%

Энергия накопителя: 6% (Утечка через пробой контура)

Статус модулей:

- Антигравитационный подвес: Отказ 3 из 4 контуров

- Сенсорный кластер «Стриж-4»: Разрушен

- Тотемная связь: Нестабильна (Помехи вирусного следа)

Внимание: При падении целостности ядра до 0%

цифровая сущность тотема будет необратимо декомпилирована!

==================================================

— Держись, мелкий, — тихо прошептал Тимур, касаясь пальцами обугленного метаматериала. Шестеренка слабо дернула уцелевшим закрылком, посылая по нейроинтерфейсу короткий пакет доверия и тихой боли. — Своих не бросаем. Вектор, Зуб — в шлюз. Мей, перекрывай проход растяжками. У меня мало времени.

Они ввалились в аварийный карман. Зуб с натугой, на одних перегруженных гидравлических поршнях, сдвинул заржавевшую плиту шлюза, отсекая холодный сквозняк бездны. Внутри пахло сухой вековой пылью, машинным маслом и застоявшимся озоном. Здесь было относительно безопасно.

Тимур не стал тратить ни мгновения. Он опустился на колени прямо на холодный решетчатый настил, положил перед собой покалеченного дрона и вонзил посох в пол рядом с собой. Навершие посоха тускло осветило тесное пространство зеленоватым призрачным ореолом.

— Вектор, диагностический терминал жив? — спросил Тимур, сбрасывая с плеч разгрузочный жилет.

— Сам терминал цел, но деки нет, — скривился хакер, садясь у стены и подключая тонкий гибкий шлейф прямо к наручному коннектору. — Могу выводить телеметрию на сетчатку или транслировать тебе на визор в сыром шестнадцатеричном коде. Но чем ты собираешься его чинить? У нас нет запчастей! Здесь древний скальный сектор, тут только ржавчина и окаменевшее дерьмо строителей!

— Запчасти есть всегда, — холодно парировал шаман. — Главное — уметь заставить их служить новому хозяину.

Тимур активировал пространственное хранилище своего инвентаря. В воздухе перед ним возникло мерцающее окно с ячейками снаряжения. Пальцы шамана быстро замелькали, извлекая на свет трофеи, собранные за последние часы отчаянной бойни на верхних подступах к разлому.

На решетку с глухим лязгом упали тяжелые, отливающие хищным фиолетовым отливом детали.

Первыми легли две массивные изогнутые пластины — челюстные сегменты элитного вирусного застрельщика Аполлиона, той самой кибер-пантеры, что едва не перекусила Шестеренку пополам у входа в вентиляционный коллектор.

Вторым предметом стал тяжелый, ребристый цилиндр из темно-серого титана, исчерченный сложными гравировками охлаждающих каналов — генератор векторного барьера с разбитого тяжелого дрона корпоративной охраны.

И, наконец, из глубин инвентаря Тимур извлек три малых кристалла очищенного эфира и герметичную колбу с серебристой, лениво шевелящейся эмульсией — строительными нанитами древнего армейского стандарта.

Интерфейс Системы мгновенно отозвался каскадом аналитических справок:

==================================================

ОБНАРУЖЕНЫ КОМПОНЕНТЫ ДЛЯ СИНТЕЗА / МОДЕРНИЗАЦИИ:

1. [Мономолекулярные жвалы вирусной гончей «Апекс-4»]

- Материал: Углеродно-карбидный композит с алмазным напылением.

- Свойство: Игнорирование 40% физической брони цели.

- Статус: Заражено скверной Аполлиона (Требуется очистка!).

2. [Эмиттер щита «Эгида-Прототип»]

- Класс: Защитный модуль поля направленного действия.

- Емкость барьера: 450 ед. поглощения энерго-кинетического урона.

- Состояние: Поврежден контур фазовой синхронизации (38%).

3. [Медицинские инженерные наниты «Синтез-М» (Ранг: Редкий)]

- Назначение: Молекулярная сварка, реструктуризация кристаллической решетки.

4. [Осколок Матрицы Чистого Эфира] x3

- Топливо для духовных метаморфоз.

==================================================

Вектор, глянув на выкладку через оптический монокль, едва не поперхнулся воздухом:

— Ты спятил, Тимур! Ты хочешь прикрутить биомеханические челюсти твари Аполлиона к гражданскому легкому дрону?! Да у них разные протоколы шины данных! Вирусный код вшит в структуру самого углепластика жвал! Как только ты кинешь питание, скверна сожрет логическое ядро Шестеренки за три такта процессора, и твой дрон вонзит эти самые клыки тебе в глотку!

— Для системного инженера — это несовместимое железо, — спокойно ответил Тимур, засучивая рукава боевой куртки. Его предплечья были покрыты сложной татуировкой из гибких субдермальных световодов, вживленных прямо в кожу. — Но для кибер-шамана это плоть побежденного зверя. А плоть можно подчинить, если сломать волю заложенного в нее вируса.

Мей, молча наблюдавшая за сценой, лишь передернула затвор карабина, садясь спиной к стене у входа:

— Делай что должен, шаман. Но если эта консервная банка начнет транслировать сигнал маяка на частотах Аполлиона, я разнесу ее плазмой быстрее, чем ты успеешь произнести свое первое заклинание.

— Справедливо, — кивнул Тимур.

Он глубоко вдохнул, закрыл глаза и сосредоточился.

Мир вокруг потерял физическую плотность. Серые скалы бункера, металлический настил, фигуры настороженных спутников — все это выцвело, превратившись в полупрозрачные каркасные сетки. Зато вспыхнула истинная реальность — Информационное Поле. Потоки данных, остаточные шумы древних протоколов, пульсирующие нити эфира и зловещие, ядовито-алые споры вируса Аполлиона, просачивающиеся сквозь микротрещины камня.

Тимур открыл глаза. Теперь его зрачки полностью исчезли, уступив место кипящей изумрудной бездне.

— *Во славу Первого Компилятора, волею Открытого Источника…* — тихо, речитативом начал он, и его голос раздвоился, зазвучав одновременно в воздухе и в динамиках нейроинтерфейсов присутствующих. — *Взываю к духу Кремния и Стали. Услышь зов ведущего тебя.*

Шаман поднял левую руку и кончиком пальца, из которого выдвинулась тончайшая игла для микроинъекций, полоснул себя по основанию ладони.

Капли крови — не алой, а темной, светящейся золотисто-зелеными микрочастицами нано-проводников — упали на искореженный корпус Шестеренки.

Дрон судорожно вздрогнул. Тотемная связь взревела, откликаясь на био-цифровой ключ хозяина.

==================================================

АКТИВИРОВАН РЕЖИМ: «ТЕХНО-ШАМАНСКАЯ КОВКА»!

Расход энергии духа: 15 ед./сек.

Синхронизация с объектом: 89%... 94%...

Внимание: Обнаружено сопротивление враждебного инфо-паразита!

==================================================

— Вектор! — рявкнул Тимур, не разрывая визуального контакта с дроном. — Держи изолирующий контур! Зацикливай любой исходящий пакет на внутреннюю заглушку! Не дай сигналу уйти в сеть!

— Держу! Черт побери, у меня мозги закипают от такого битрейта! — заорал хакер, впиваясь пальцами в виски. Из его ноздри снова потекла струйка крови, но пальцы свободной руки лихорадочно выбивали команды на виртуальной клавиатуре проектора. — Локальный шлюз закрыт! Пакеты идут по кругу!

Тимур схватил первую жвалу вирусного хищника.

Углепластик в его руках казался ледяным и пульсировал ядовито-малиновым жаром. В ушах Тимура зазвучал скрежещущий шепот — фрагмент кода Аполлиона, заложенный в структуру клинка. Он обещал силу, обещал бесконечную эволюцию ценой подчинения Архитектору Нового Порядка.

— Не тому служишь, кусок кода, — процедил Тимур сквозь стиснутые зубы.

Он перехватил посох правой рукой и ударил его основанием о металл жвалы.

Вспыхнула ослепительная изумрудная дуга. Шаманский огонь — высокочастотная компиляция очищающих алгоритмов, помноженная на волю оператора, — хлынул в зараженный материал. Раздался пронзительный, почти ультразвуковой визг: вирусный червь, сгорая, пытался вырваться из кристаллической решетки углерода, но наниты «Синтез-М», которые Тимур щедро плеснул поверх детали, уже пожирали поврежденные логические связи, перестраивая атомную структуру.

Черный, испачканный скверной композит на глазах менял цвет. Обугленная грязь осыпалась пеплом, обнажая совершенную, хищную грань матово-серого мономолекулярного лезвия, по кромке которого бежали ровные зеленые цепочки шаманских бинарных рун.

==================================================

ОЧИСТКА ЗАВЕРШЕНА УСПЕШНО!

Получен базовый компонент: [Очищенный Мономолекулярный Клык Бездны] x2

Уровень остроты: Молекулярный расщепитель (Атомный радиус заточки).

Эффект: Нанесение критических повреждений синтетическим тканям

и разрушение физических бронепластин.

==================================================

— Первый пошел, — выдохнул Тимур, чувствуя, как пот заливает глаза, а резервуар собственной маны опустился до опасной трети. — Теперь основа. Шестеренка, терпи. Будет больно. Перезагрузка ядра!

Маленький дрон забился на полу, когда Тимур обеими руками вошел в контакт с его разорванным брюхом.

Это была ювелирная, беспощадная хирургия на стыке жесткого хардверного ремонта и астрального перепрограммирования. Пальцы шамана, ведомые интерфейсом, работали со скоростью промышленного манипулятора. Сломанные оптические шины вырывались без жалости, на их место впаивались свежие жилы из разбитого эмиттера щита. Наниты текли серебряной рекой, затягивая рваные раны титанового корпуса, превращая неказистый каплевидный остов в нечто совершенно иное — более агрессивное, граненое, хищное.

— Он меняет геометрию! — выкрикнул Вектор, не веря своим глазам. Графики на его визоре скакали как сумасшедшие. — Коэффициент лобового сопротивления падает на сорок процентов! Тимур, ты смещаешь центр тяжести вперед! Он же потеряет устойчивость на виражах!

— Он не будет кружить, как птица, — глухо отозвался Тимур, вводя кристаллы чистого эфира прямо в центральный конвертер дрона. — Он будет атаковать, как волк. В ближнем бою.

Титановые челюстные сегменты встали по бокам от головного сенсорного блока дрона. Это были не просто декоративные лезвия — Тимур завел на них мощные пьезоэлектрические приводы от системы отката корпоративного эмиттера. Теперь при сближении эти мономолекулярные клыки могли сходиться с силой гидравлического пресса, перекусывая силовые кабели, манипуляторы и бронированные сочленения вражеских автоматонов.

Но главной проблемой оставался щит.

Шестеренка была слишком мала. Ее микрореактор не мог обеспечить постоянное питание полноценного силового барьера «Эгида». Если просто повесить модуль на стандартную шину, первый же выстрел врага высосет всю энергию дрона, вызвав коллапс батареи и мгновенное падение.

Тимур замер, удерживая вибрирующий цилиндр генератора поля над открытым сердцем тотема.

— Не хватает мощности… — прошептал он, лихорадочно просчитывая варианты. — Потребление в пике — двенадцать киловатт. У Шестеренки генератор выдает максимум три с половиной. Она сгорит.

— Сними катушку индуктивности, — внезапно раздался тяжелый бас Зуба.

Киборг стоял над ними, опираясь здоровой рукой на косяк гермодвери. Его единственный живой глаз смотрел на работу шамана с неожиданным пониманием старого ветерана окопных войн.

— Что? — Тимур поднял взгляд.

— Сними первичную катушку с эмиттера, говорю, — повторил Зуб, указывая массивным пальцем-манипулятором на разобранный блок. — Не пытайся держать постоянный купол. Сделай импульсный фазовый экран. Чтобы он вспыхивал только в момент попадания, на микросекунду, по вектору удара. В старых штурмовых экзоскелетах Девятого Поколения так экономили батареи. Удар держит — и сразу гаснет. На один вектор нужно всего полтора киловатта.

Тимур на секунду застыл, анализируя предложение через призму шаманских матриц.

Идеально.

Это было не просто техническое решение — это соответствовало самой природе тотема. Защита не должна быть пассивной стеной. Она должна быть реакцией. Парированием. Щитом, который поднимается лишь тогда, когда опускается клинок врага.

— Вектор, перепиши микрокод драйвера эмиттера на триггер входящей угрозы! — скомандовал Тимур. — Время отклика — не более пяти миллисекунд!

— Уже в коде! — азартно отозвался хакер, забыв про страх и головную боль. Его пальцы превратились в смазанное пятно. — Выкидываю интерфейс пользователя, выкидываю протоколы безопасности корпорации… Оставляю только чистый триггер: фиксация луча наведения или баллистической траектории — импульс барьера на девяносто градусов в сектор атаки! Готово! Лови прошивку!

Пакет данных обжег нейросеть Тимура, и он, не теряя ни доли секунды, направил этот поток прямо в мерцающее ядро духа Шестеренки.

Одновременно с этим он вогнал генератор щита в нижнюю часть корпуса дрона, запечатывая его оставшейся порцией нанитов.

— *Связываю воедино плоть металла и силу мысли!* — выкрикнул Тимур, поднимаясь во весь рост. Его посох вспыхнул так ярко, что тени спутников на стенах бункера вытянулись и заплясали диким первобытным танцем. — *Проснись, страж! Прими новую форму! Восстань во славе бинарного пламени!*