Метеоролог Шторма: Око Циклона

— Схлопнись, — выдохнул он сквозь стиснутые зубы.

Клапан аварийного стравливания нижней магистрали вышки выбил медную заглушку с оглушительным звуком орудийного выстрела. Порция перегретого пара вперемешку с концентрированным барическим эфиром ударила в основание холодного клина.

Баланс сил, выстроенный миллионами кубометров циркулирующей атмосферы, мгновенно рухнул.

Струна натянутого градиента лопнула. Разница в сорок пять гектопаскалей — то, что земные синоптики назвали бы чудовищным локальным барическим разрывом, — мгновенно схлопнулась в микроскопической точке пространства прямо перед носом аэрофага. Возникла зона мгновенной декомпрессии.

Воздух исчез. На долю секунды образовалась каверна абсолютного вакуума диаметром в полтора метра.

Аэрофаг, привыкший опираться широкими полужесткими плоскостями на плотный, насыщенный маной штормовой поток, не просто потерял опору — его буквально всосало вперед с удвоенным ускорением, одновременно вывернув суставы крыльев под неестественным углом.

Раздался мокрый, хрустящий треск ломающихся хрящей. Правое крыло твари, лишенное аэродинамического сопротивления, резко загнуло назад и переломило в плечевом сочленении. Тварь завизжала — на этот раз не от ярости, а от дикой боли.

Лишенная балансировки туша массой под восемьдесят килограммов потеряла подъемную силу и по баллистической дуге рухнула на решетчатый настил смотровой площадки. Она проехалась грудным килем по рифленому железу, высекая снопы искр, сорвала к чертовой матери кусок защитного леера и с омерзительным скрежетом когтей врезалась аккурат в массивную чугунную станину ртутного барографа.

Савелий, не теряя ни доли секунды, сделал длинный выпад вперед, развернул корпус по идеальной дуге и опустил тяжелую медную головку ключа прямо на уязвимое сочленение затылочного гребня и первого шейного позвонка монстра.

*Хрусть.*

Удар отдался в плечи сухой, тупой вибрацией. Тварь конвульсивно дернула длинными задними лапами, покрытыми чешуей, захлебнулась черной пенящейся жижей и затихла.

Перед взором Савелия поплыли изумрудно-серые строчки системного лога:

[Уничтожен: Аэрофаг-разведчик (Уровень 29).]

[Нанесено критическое повреждение: 412 ед. (Дробящий урон + Баротравма внутреннего давления).]

[Получено опыта: 1 850.]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 12.]

[Получено свободных очков характеристик: 3.]

[Эффективность навыка «Синоптическое Око» увеличена на 1.4%.]

— Первый пошел, — ровно произнес Савелий, вытирая рукавом брезентовой робы брызги зловонной сукровицы со щеки. Сердце колотилось в ребрах размеренно и тяжело, как поршень дизеля. — Аэродинамика — бессердечная ты сука, правда, птичка?

Он наклонился, носком тяжелого рабочего сапога спихнул дергающуюся в агонии тушу за край площадки. Тело аэрофага кувырком полетело вниз, в клокочущую бездну ущелья, где ревели восходящие вихри Пустошей, исчезая в серых клочьях облаков нижнего яруса на глубине в триста метров.

Но праздновать победу было некогда.

Ветер резко переменился. Если секунду назад он бил в лицо северо-западным румбом со скоростью около пятнадцати метров в секунду, то теперь внезапно стих до зловещего штиля. Воздух стал липким, тяжелым и горячим. Атмосферное давление на циферблате настенного барометра-анероида вышки дернулось, стрелка задрожала и поползла вниз с чудовищной скоростью: *980... 972... 965 миллибар*.

В ушах зазвенело. Барабанные перепонки натянулись, требуя немедленно сглотнуть слюну, чтобы выровнять евстахиевы трубы.

Савелий поднял взгляд к свинцово-фиолетовому куполу неба.

Из глубины ущелья, поднимаясь спиралями вдоль вертикальных базальтовых круч, выходила стая.

Их было не две и не три. В термобарическом восходящем потоке кружило по меньшей мере полтора десятка силуэтов. Воздушные гарпии Пустошей — близкие сородичи аэрофагов, но куда более маневренные, злые и приспособленные к стайной охоте в условиях высотных шквалов. В отличие от тяжелых разведчиков, эти твари обладали гибкими, похожими на кожаные паруса перепонками, крепившимися от запястий до самых лодыжек, и широкими костяными гребнями на узких, хищных черепах, служившими им стабилизаторами курсовой устойчивости.

Они почуяли кровь своего сородича. А главное — они почуяли живое, теплое мясо на голой металлической мачте, возвышающейся над гребнем скалы.

*«Кри-и-и-и-а-а-ах!»* — разорвал тишину слаженный, многоголосый вой.

Звуковая волна ударила по ушам с такой силой, что заставила зазвенеть уцелевшие стеклянные трубки в открытом шкафу метеокомплекса.

[Внимание! Вы подверглись групповой акустической атаке: «Вой Стрижей Бездны».]

[Сопротивление магии воздуха: 18%. Дезориентация подавлена высокой характеристикой «Хладнокровие» (19).]

[Обнаружена стая: Нисходящие Гарпии-Ветрорезы (Уровни 31–36, 14 особей, 1 Вожак стаи — Уровень 40).]

Савелий сплюнул на настил густую слюну с металлическим привкусом меди.

— Ветрорезы, значит. Ну-ну.

Он окинул взглядом площадку. Вышка барометрического контроля №4, на которой он застрял волею Системы и превратностей трансмиграции, представляла собой шедевр архаичной инженерной мысли: сплав заклепочной бронзы, кованого железа и рунических накопителей маны. В центре площадки возвышался главный оголовок градиентного дефлектора — широкая медная труба с четырьмя регулируемыми лепестковыми заслонками Вентури, уходящая стволом прямо в каменную толщу пика.

По этой трубе из недр горного массива нагнетался геотермальный воздух, разогретый подземными магматическими жилами до ста пятидесяти градусов по Цельсию. Он использовался станцией для предотвращения обледенения приборов во время великих бурь.

А снаружи, с плато Пустошей, наползал ледяной полярный фронт — сухой, сверхплотный арктический воздух, выстуженный до минус сорока.

Две массы колоссального объема. Две противоположности.

И между ними — он, Савелий Громов, с медным гаечным ключом и системным интерфейсом синоптика двенадцатого уровня.

— Так, считаем, — пробормотал он вслух, и пальцы сами побежали по полустертым латунным вентилям обвязки дефлектора. — Объемная плотность холодного фронта: один и четыре десятых. Температура: минус сорок один. Влажность минимальная, конденсация на нуле. Снизу прет перегретый пар: плотность едва дотягивает до нуля восьмидесяти пяти, зато давление на срезе сопла — не меньше четырех атмосфер...

Перед его глазами развернулась трехмерная гидродинамическая проекция. Системный навык выделил воздушные массы контрастными цветами: ледяной фронт сиял ультрамариновым синим, горячий выброс из сопла дефлектора пульсировал багрово-алым, а над ними, в сотне метров выше, кружили изумрудные векторы гарпий.

Твари перестраивались. Вожак стаи — массивная бестия с размахом крыльев метра в четыре и смоляно-черной чешуей на грудине — издал короткий лающий клекот. Стая мгновенно разделилась на два крыла по семь особей и начала закладывать нисходящую спираль.

Они строили маневр «клещи». Классическая тактика пернатых хищников при сильном вертикальном сдвиге ветра: одна группа заходит сверху по ветру, используя кинетическую энергию гравитационного падения, вторая — подрезает снизу, выжидая момент, когда жертва попытается уклониться.

— Грамотно, — хмыкнул Савелий. — Против мага огня или лучника сработало бы идеально. Вы бы разорвали меня в перекрестном ударе за полторы секунды. Но вы, твари тупые, понятия не имеете, на чем держится ваше драгоценное оперение.

Он быстро распределил три свободных очка характеристик:

[Свободные очки распределены: +3 к характеристике «Барометрическое Чутье» (Текущее значение: 26).]

[Ваш резерв Маны Атмосферы увеличен: 480 / 480.]

[Скорость расчета аэродинамических возмущений увеличена на 15%.]

Мир вокруг снова стал прозрачнее, геометрически вывереннее. Савелий видел не просто воздух — он видел турбулентные вихри Кармана, срывающиеся с кромок металлического ограждения. Он видел микроскопические зоны кавитации вокруг каждого болта на мачте. Он чувствовал кожей лица каждый микробар падения давления.

Дистанция до верхней группы: сто двадцать метров. Скорость снижения: тридцать метров в секунду.

Дистанция до нижней группы: девяносто метров.

— Пора готовить смесительную камеру, — прошептал он.

Савелий сорвал стопорное кольцо с главного вентиля геотермального сброса. Тяжелый маховик поддался с металлическим стоном. Внутри медных труб глухо забился пар, металл задрожал, облупляя вековую зеленую патину.

*Пш-ш-ш-ш-а-а-а-а!*

Из вертикальных щелей дефлектора вырвались четыре струи раскаленного, сухого воздуха. Они ударили вверх, создавая над площадкой вышки искусственный тепловой купол — так называемую термическую шапку.

Гарпии наверху восприняли это как паническую попытку защититься огненным барьером. Вожак издал торжествующий визг: температура в сто пятьдесят градусов для тварей, выросших в радиоактивных штормах Пустошей, была неприятной, но не смертельной. Их бронированная чешуя выдерживала и не такое. Они лишь плотнее прижали крылья к бокам, вытягиваясь в стреловидные пикирующие снаряды, чтобы пробить термик грубой кинетической массой.

Шестьдесят метров.

Сорок метров.

— Еще чуть-чуть... — Савелий стоял, расставив ноги на ширину плеч, держа обе руки на аварийных рычагах боковых направляющих диффузора.

Ветер выл, швыряя в лицо пригоршни ледяной крупы, которую притащил полярный фронт. Разница температур между набегающим ветром и куполом дефлектора достигла ста девяноста градусов. В точке их соприкосновения возникла бешеная термическая неустойчивость — потенциальная энергия конвекции (CAPE) зашкалила за четыре тысячи джоулей на килограмм.

В земной атмосфере такие показатели рождают торнадо категории F5, способные стирать в порошок целые города.

Здесь, на крошечном пространстве площадки размером десять на десять метров, вся эта колоссальная энергия была сжата геометрией вышки и удерживалась только волей и маной одного человека.

[Внимание! Инициирован процесс: «Адиабатический Коллапс Смешения»!]

[Расход маны: 35 ед./сек. Текущий запас: 395 / 480.]

[Предупреждение: Превышение предела локального барического градиента грозит разрушением несущих конструкций поста!]

— Плевать на конструкции! — рявкнул Савелий в ревущий хаос. — Главное — физика!

Двадцать метров!

Морды пикирующих гарпий уже можно было рассмотреть во всех отвратительных подробностях: остекленевшие фасеточные глаза, ряды тонких, как иглы, зубов в раззявленных клювах, растопыренные когтистые лапы, нацеленные ему в лицо и горло.

— Схлопывание! — скомандовал Савелий и рванул оба рычага на себя до упора.

Лепестки Вентури захлопнулись под углом в сорок пять градусов, направляя раскаленную струю геотермального пара не вверх, а по касательной — в узкую щель между двумя отражательными щитами из заколдованного титана. Одновременно с этим наружные створки захватили колоссальную порцию ледяного полярного воздуха, хлынувшего с плато.

Два встречных потока ударили друг в друга внутри закручивающего сопла.

Закон сохранения углового момента: $L = m \cdot v \cdot r$.

Радиус вращения уменьшился в десять раз. Линейная скорость потока возросла экспоненциально.

Горячий воздух, мгновенно охлаждаясь полярной массой, сжался в объеме. Произошло то, что в термодинамике называют мгновенной объемной конденсацией газа. Давление в центре новорожденного вихря рухнуло не на сорок, не на пятьдесят, а на **двести десять миллибар**.

*БУМ.*

Звук был такой, словно над самой вышкой разорвалась стомиллиметровая гаубичная граната.

Воздушное пространство над площадкой сжалось в узкую, пульсирующую воронку диаметром не больше четырех метров. Это был идеальный, искусственно порожденный микроторнадо — баротермический смерч, закрученный со скоростью свыше ста двадцати метров в секунду. Внутреннее давление в его «глазе» составляло чудовищные 750 миллибар против 960 снаружи!

Первая тройка гарпий, включая двух матерых ветеранов стаи, врезалась в эту невидимую стену на полной скорости пикирования.

И физика полета мгновенно перестала существовать.

Уравнение подъемной силы: $Y = 0.5 \cdot C_y \cdot \rho \cdot V^2 \cdot S$.

Подъемная сила прямо пропорциональна плотности среды $\rho$. Когда плотность среды падает почти на треть за долю миллисекунды, крыло перестает работать. Оно больше не опирается на воздух. Воздуха просто *нет*.

Гарпии испытали катастрофический срыв потока на обеих несущих плоскостях одновременно.

Их широкие кожаные паруса, рассчитанные на упругое глиссирование в шторме, мгновенно потеряли обтекание. Но это было лишь полбеды.

Страшнее всего был перепад давления.

Внутри полой костной системы птицеподобных тварей, в их легочных мешках и воздушных полостях черепа давление соответствовало плотному нижнему слою — около девятисот восьмидесяти миллибар. Влетев в зону, где давление составляло семьсот пятьдесят, они испытали взрывную декомпрессию.

Савелий сквозь вой ветра отчетливо услышал серию глухих хлопков, похожих на взрывы хлопушек.

Это лопались внутренние легочные мешки тварей. Глазные яблоки первой гарпии буквально выдавило из орбит наружу избыточным внутренним давлением; тонкие пленки ноздрей лопнули, фонтанируя алой венозной кровью. Ее крылья, попав на внешнюю кромку вихря, где скорость сдвига превышала порог прочности органического материала, просто вывернуло вперед и сорвало с суставов, закрутив в штопор.

Твари не просто «сбились с крыла». Они превратились в беспомощные, конвульсирующие мешки из мяса, переломанных костей и рваных связок.

А центробежная сила смерча сделала остальное.

Вращающийся градиент подхватил первую тварь и с размаху, со скоростью артиллерийского снаряда, впечатал ее в отвесную базальтовую скалу прямо над смотровой площадкой. Раздался тошнотворный звук разлетающегося в кашу арбуза — тело гарпии расплющило о камень, превратив в кровавое пятно диаметром в два метра.

Вторую гарпию швырнуло на ферму несущей мачты. Металлический уголок толщиной в палец пробил ее грудную клетку насквозь, насадив монстра, как бабочку на булавку. Тварь забилась, хрипя и захлебываясь пеной, пока ее хребет с сухим треском не сломался пополам под напором собственного инерционного момента.

Третья и четвертая, летевшие следом, попытались в панике распахнуть перепонки и затормозить, но спутная струя от воронки была безжалостна. Турбулентный вихрь затянул их внутрь барической ямы, перекрутил друг с другом в хаотичный клубок когтей и перьев и швырнул вниз, в узкую расщелину между скалой и фундаментом вышки.

Звуки ударов о гранитные выступы доносились снизу еще несколько секунд: *хлоп, треск, хруст*.

Системный чат взорвался каскадом сообщений, мерцающих кроваво-красным и золотым:

[Уничтожен: Нисходящая Гарпия-Ветрорез (Уровень 32)!]

[Уничтожен: Нисходящая Гарпия-Ветрорез (Уровень 34)!]

[Уничтожен: Нисходящая Гарпия-Ветрорез (Уровень 31)!]

[Уничтожен: Нисходящая Гарпия-Ветрорез (Уровень 35)!]

[Нанесено критическое повреждение: Баротермический разрыв тканей (1 280 ед.)!]

[Нанесено критическое повреждение: Удар о препятствие (890 ед.)!]

[Комбо-множитель х4 активирован!]

[Получено опыта: 9 400 (с учетом модификатора уязвимости среды).]

Но нижняя группа — оставшиеся восемь тварей во главе с вожаком — еще была жива.

Они выходили из восходящего потока снизу, собираясь атаковать вышку снизу-вверх, сквозь ячеистый настил смотровой площадки. Вожак понял, что сверху творится нечто неладное, и заложил крутой вираж вправо, пытаясь уйти от расширяющегося конуса искусственного смерча.

— Куда?! — прорычал Савелий. Зубы ныли от дикого свиста выходящего пара, руки в тяжелых рукавицах гудели от вибрации стальных рычагов. — Закон Бернулли еще никто не отменял!

Он наступил подошвой на педаль перепускного клапана.

Пар из нижнего сопла перестал идти по кругу и с шипением ударил горизонтально — прямо под настил платформы, создавая под решеткой зону чудовищного разрежения за счет эжекции.

Воздух под вышкой словно вымело гигантской метлой.

Нижняя группа гарпий, только что набиравшая скорость для вертикального рывка, внезапно оказалась в градиентной ловушке. Сверху на них давила холодная полярная масса (960 миллибар), а снизу образовалась зона эжекционного вакуума (менее 760 миллибар).

Перепад в двести миллибар обрушился на них, как чугунная плита толщиной в метр.

Это не было магией в привычном понимании обитателей этого мира. Это была механическая работа перемещающихся воздушных масс колоссального веса. Один кубический метр воздуха весит больше килограмма. Когда миллион кубометров приходит в движение из-за перепада давления, их кинетическая энергия сопоставима с ударом товарного поезда.

Вожак стаи, обладавший огромной физической силой и сопротивляемостью, попытался выгрести мощными гребками крыльев. Кожа перепонок натянулась так, что сквозь нее проступили набухшие черные вены. Он взревел, выпуская из пасти струю сжатого воздуха — свой собственный расовый навык [Воздушный Клин].

Но его струя просто растворилась, сорванная диким макро-вихрем Савелия.

— Ты машешь крыльями в пустоте, урод! — оскалился Савелий, глядя на тварь сквозь щели железного настила. — У тебя коэффициент подъемной силы равен нулю! Срыв потока на критическом угле атаки!

Вожака повело на крыло. Его правая плоскость зацепилась за край высокоскоростной струи, и чудовищный вращающий момент крутанул четырехметровую тушу вокруг собственной оси, словно брошенный с моста пропеллер.

Остальные гарпии стаи, менее массивные и прочные, не выдержали даже первого удара.

Двух из них просто сложило пополам, сломав позвоночники в поясничном отделе, когда перепад давления вдавил их в гранитный массив утеса. Еще трех тварей затянуло в спутную струю за соплом дефлектора и с размаху бросило на острые, как бритва, базальтовые «перья» — естественные каменные зубцы, окружавшие основание башни.

Послышался сухой, трескучий грохот, заглушивший даже вой циклона.

Кровь, перья, ошметки серых перепонок и костяные осколки брызнули во все стороны, пачкая бронзовые трубы и серый камень скалы. Тела гарпий насаживались на каменные пики, ломались о металлические раскосы вышки и кувырком улетали в бездну, где их подхватывал ревущий внизу шторм.

Вожак еще боролся. Одно его крыло висело бесформенной тряпкой — плечевой сустав был выбит ударом барической волны, — но он сумел вцепиться массивными когтями задней лапы в железный швеллер опоры смотровой площадки всего в двух метрах от ног Савелия.

Его уцелевший глаз, налитый кровью и первобытной ненавистью, уставился прямо на человека. Из оторванной ноздри пузырилась черная пена. Тварь подтягивалась на одной лапе, раскрывая окровавленную пасть, полную загнутых зубов, собираясь дотянуться до горла наглеца хотя бы челюстями.

Савелий медленно шагнул вперед.

Медный секторный ключ в его руке был покрыт темной жижей и каплями конденсата.

— Оценка синоптической обстановки: неблагоприятная, — сухо констатировал Савелий, глядя прямо в горящий фасеточный глаз твари. — Вероятность выпадения осадков в виде биологического мусора: сто процентов.

Он поднял ключ обеими руками и с глухим выдохом обрушил его на когтистые пальцы монстра, вцепившиеся в швеллер.

*Хрясь!*

Кости пальцев брызнули осколками. Вожак издал захлебывающийся предсмертный хрип, потерял опору и сорвался с опоры.

Ветер подхватил его изувеченное тело, закрутил в хаотичной спирали и с чудовищной силой впечатал затылком в выступающий гранитный карниз в пятидесяти метрах ниже по склону. Звук удара напоминал падение мешка с мокрым цементом на асфальт. После этого туша вожака безвольно соскользнула с камня и исчезла в ревущей серой мгле Пустошей.

Тишина не наступила — шторм вокруг вышки продолжал бесноваться, — но этот рев был теперь другим. В нем больше не было торжествующего визга крылатых хищников. Только чистое, первобытное дыхание растревоженной планеты.

Савелий обессиленно оперся плечом о горячую медную трубу дефлектора, чувствуя, как мелко дрожат перегруженные мышцы рук и спины. Сердце колотилось где-то в самом горле. Дыхание вырывалось из груди хриплыми, рваными толчками. Воздух на высоте четырех тысяч метров и без того был беден кислородом, а манипуляции с барическими полями выжгли остатки сил.

Перед глазами, перекрывая горизонт, сиял грандиозный, золотой водопад системных оповещений:

[Бой завершен! Стая Нисходящих Гарпий-Ветрорезов уничтожена полностью (15/15)!]

[Уничтожен лидер стаи: Изувеченный Вожак Бури (Уровень 40, Элитный)!]

[Уникальное достижение: «Аэродинамический Коллапс»!]

*(Условие: уничтожить летающих противников без применения атакующих заклинаний прямого урона, используя только законы газодинамики и перепад давления свыше 150 миллибар).*

[Награда: Классовый титул «Инженер Барического Градиента» (Ранг 1).]

[Эффект титула: Затраты маны на управление атмосферными потоками снижены на 12%. Точность прогнозирования сдвига ветра увеличена на 25%.]

[Получено опыта: 28 600!]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 13!]

[Уровень повышен! Текущий уровень: 14!]

[Получено свободных очков характеристик: 6.]

[Навык «Синоптическое Око» эволюционировал до ранга «Барометрическое Зрение» (Ранг 2)!]

[Открыт новый классовый навык: «Изобарический Замок» (Ранг 1).]

*(Описание: Позволяет временно зафиксировать границу между двумя воздушными массами разного давления, создавая непреодолимый кинетический барьер для газовых сред).*

[Внимание! Зафиксировано выпадение трофеев в зоне основания вышки:]

*— Сердечник Штормового Давления (Качество: Редкое) х1*

*— Эластичные сухожилия Гарпии-Ветрореза х8*

*— Костяной гребень Вожака (Материал для зачарования) х1*

*— Малая сфера сырой аэроманы х4*

Савелий медленно выдохнул пар сквозь потрескавшиеся губы, стянул зубами промокшую насквозь брезентовую рукавицу и вытер холодный пот со лба.

— Шесть очков характеристик... Два уровня за одну стычку. Неплохо для начала смены.

Он подошел к чугунному корпусу барографа. Прибор чудом уцелел — массивная станина выдержала скользящий удар первого монстра, лишь защитный стеклянный колпак покрылся паутиной мелких трещин.

Внутри механизма мерно тикал часовой барабан. Закопченная бумажная лента медленно ползла под стальным пером, вычерчивающим тонкую фиолетовую линию.

И эта линия заставила Савелия мгновенно забыть об усталости.

Перо не просто опускалось. Оно чертило почти вертикальную прямую вниз, уходя за нижнюю границу стандартной миллиметровой шкалы.

*Девятьсот сорок... девятьсот двадцать... девятьсот десять миллибар.*

Таких показателей не бывало даже в эпицентре тайфуна «Тип» в Тихом океане. Это было не просто локальное падение давления от смешения двух фронтов.

Это было Око.

Гарпии не охотились на него специально. Они не выслеживали вышку ради мяса. Стая просто спасалась бегством, словно обезумевшие лесные звери, бегущие от полосы верхового пожара. Они неслись сломя голову вниз, в глубокие расщелины Пустошей, пытаясь уйти с траектории чего-то неизмеримо более грандиозного и страшного.

Савелий поднял глаза и посмотрел на северо-западный сектор горизонта.

Там, закрывая полнеба от зенита до невидимой линии земли, вставала колоссальная, черно-багровая стена кучево-дождевой облачности. Ее верхняя кромка — так называемая «наковальня» — вздымалась в стратосферу не меньше чем на двадцать пять километров, заслоняя чужое, холодное солнце мертвого мира. Внутри этой циклопической массы непрерывно пульсировали ветвистые разряды внутриоблачных молний, беззвучные на таком расстоянии, окрашивая клубящиеся вихри в цвет запекшейся крови.

Барометрический фронт абсолютного циклона десятой категории. Шторм, способный сдирать скалы до основания и кипятить озера одним только перепадом потенциалов.

И он шел прямо на Пик Семи Ветров.

Савелий перехватил тяжелый медный ключ поудобнее, застегнул карабин страховочного троса обратно на поясной рым и оскалился навстречу поднимающемуся шквалу.

— Значит, разминка закончилась, — тихо сказал он, глядя, как стрелка барометра падает в черную зону. — Ну что ж, коллега... Посмотрим, чья модель атмосферы окажется точнее.