Небеса подождут

Сократ в ответ демонстративно повернулся к ангелу задом и начал тщательно вылизывать хвост. В его кошачьей голове пронеслась короткая, но емкая мысль, которую Кас поймал своим ментальным радаром: «Двуногий блондин много болтает. Жалкий раб. Принес бы пожрать».

Пепельные волосы ангела едва заметно приподнялись от возмущения.— Он назвал меня рабом! Лиза, твой зверь абсолютно лишен субординации.

— Кас, он кот, у них все рабы, — рассмеялась Лиза. — Ладно, не ворчи. Давай я попробую дать ему колбасу, но сначала надо обработать ему царапину на ухе. Держи его, а я принесу антисептик.

Кас подошел к столу и небрежно положил свою широкую ладонь на спину Сократа. Кот недовольно заурчал. Ангел решил, что бегать в земной магазин — ниже его достоинства, но облегчить участь животного и загладить утреннюю вину за полет с дерева он вполне может. Кас задействовал каплю своей истинной, благодатной магии. Он направил легкий ментальный импульс исцеления прямо в кошачье ухо, дезинфицируя рану и снимая боль.

Но ангел снова забыл, что человеческий мир и его фауна не рассчитаны на прямую энергию высших сфер. Случилось то, что физика Рая называла «избыточным ментальным резонансом».

Серебряная искра сорвалась с пальцев Каса, ушла в кошачью шерсть, и Сократ внезапно выгнул спину дугой. Его зеленые глаза вспыхнули ярким янтарным светом. Кот судорожно икнул, открыл пасть и... вместо привычного мяуканья выдал хриплый, прокуренный баритон пятидесятилетнего мужчины:

— Мать моя кошка... Ну и штырит от твоих пальцев, начальник!

Лиза, как раз входившая в кухню с бутылочкой хлоргексидина, замерла. Бутылочка с тихим стуком выпала из её рук и покатилась по линолеуму. В голове девушки воцарился такой оглушительный, звенящий вакуум, какого Кас не слышал за все триста лет.

— Ой, — тихо произнес ангел, быстро убирая руку от кота.

Сократ (хотя теперь его хотелось назвать исключительно Сократом Васильевичем) сел на задние лапы, пошевелил усами, прокашлялся и уставился на свои передние конечности.

— Так, стоп, — произнес кот, и его новые голосовые связки выдали удивительно четкую человеческую речь. — Почему я говорю? И почему у меня такое ощущение, что я только что сдал экзамен по высшей математике? Эй, темноволосая, у тебя колбаса нормальная была? Или меня просто накрыло после того, как этот пернатый меня потрогал?

Лиза медленно перевела взгляд на Кассиэля. Её карие глаза сузились, а неунывающий характер на секунду уступил место искреннему желанию придушить одного конкретного альбиноса.

«Он. Превратил. Кота. В. Человека. Точнее. В. Говорящего. Кота!!!»— её мысли взрывались капслоком.

— Кассиэль! — грозно прошептала она. — Ты что сделал с моим животным?!

— Я всего лишь хотел проявить милосердие и исцелить его плоть! — попытался оправдаться Кас, отступая на шаг под её праведным гневом. — Моя энергия срезонировала с его речевым центром и расширила границы его сознания. Это... временный побочный эффект. Наверное.

— Временный?! — Кот спрыгнул со стола, прошелся на четырех лапах по кухне и запрыгнул на стул. — Слышь, чудо в перьях, верни всё как было! Как я теперь с местными кошками общаться буду? Они же меня за дурачка примут, если я им вместо нормального «мяу» начну цитировать Омара Хайяма! И вообще... — Сократ принюхался. — Колбасой воняет. Слышь, хозяйка, наваляй мне пожрать, раз уж я теперь дипломированный специалист по разговорному жанру.

Лиза закрыла лицо руками. Ситуация балансировала на грани полного безумия и дикого юмора. Она глубоко вздохнула, убирая ладони от лица, и в её глазах снова зажглись привычные веселые искорки.

— Так, — Лиза подняла с пола антисептик и повернулась к этой парочке. — У меня в квартире живет нелегальный ангел-телепат, который взрывает пылесосы, и говорящий кот с повадками авторитета из девяностых. Отличный состав для коммунальной драмы.

Она подошла к холодильнику, достала колбасу, отрезала толстый кусок и положила на блюдечко перед Сократом. Кот моментально замолчал и принялся урчать, уплетая угощение.

Лиза повернулась к Касу, который стоял у стены с виноватым, но всё еще чертовски красивым видом. Она подошла ближе, встала на цыпочки и нежно, но ощутимо щелкнула его по безупречному носу.

— Это тебе за нарушение третьего правила, — тихо сказала она. Её мысли в этот момент были теплыми и наполненными нежностью: «Какой же он хаотичный. Опасный, сильный, но абсолютно беспомощный в простых вещах. Кажется, я окончательно влипла».

Кас поймал её взгляд, серебро в его глазах снова вспыхнуло. Он перехватил её руку, которой она только что щелкнула его, и поднес её пальцы к своим губам, оставляя невесомый, обжигающий поцелуй.

— Я исправлю это, Виктория, — тихо пообещал он, глядя ей прямо в душу. — Но признай: с нами твоя жизнь стала гораздо интереснее.

— Чавкают тут всякие, интересные они, — раздался сзади сытый голос Сократа, который уже доел колбасу и теперь вытирал усы лапой. — Вы целуйтесь-целуйтесь, голубки, я отвернусь. Но если к вечеру не будет кролика в соусе — я сдам вашу контору участковому. Голосом сдам, с выражением.

Глава 6

Вывести на прогулку кота, который ещё вчера был обычным дворовым бродяжкой, а сегодня обрёл баритон уставшего от жизни философа — задача не для слабонервных. Лиза билась уже минут двадцать, пытаясь застегнуть на брыкающемся Сократе ярко-зелёную шлейку.

— Убери от меня этот бандаж, женщина! — возмущался кот, цепляясь когтями за обивку дивана. — Я свободный сын улиц, а не домашняя болонка! Кас, скажи ей! Ты же у нас вроде как за свободу воли топил, пока тебя с облака не скинули!

Кассиэль стоял у зеркала, пытаясь пальцами усмирить свои пепельно-белые волосы, в которых после вчерашнего взрыва пылесоса всё ещё ощущался призрак стирального порошка. На ангеле была чёрная приталенная куртка Лизиного отца, чудом откопанная в недрах шкафа. Куртка слегка трещала в плечах, но делала Каса похожим на опасного рок-музыканта.

— Моя воля сейчас направлена на то, чтобы не превратить тебя в воротник, Сократ, — холодно отозвался Кас, не оборачиваясь. — Лиза права. Тебе нужно проветрить свои новые, неоправданно усложнённые мозги. И учти: если ты на улице откроешь пасть, я лично лишу тебя дара речи. Навсегда.

— Пугаешь, да? — фыркнул кот, но всё же затих, позволив Лизе защелкнуть караван поводка. — Ладно, ведите. Посмотрим, чем дышит местная интеллигенция.

Осенний сквер встретил их прохладным ветром и золотым ковром из листьев. Лиза шла посредине, крепко сжимая в руке поводок-рулетку. Кас вышагивал справа, засунув руки в карманы и сохраняя выражение лица сурового телохранителя. Сократ семенил впереди, высоко подняв хвост и с интересом принюхиваясь к прохожим.

Проблема обнаружилась на первой же минуте. Магия Каса не просто дала коту человеческий голос — она открыла в его пушистой голове ментальный шлюз. Кот не просто слышал мысли людей через ментальное поле Кассиэля, он их... спойлерил. Вслух. С выражением.

Навстречу им шла строгая женщина средних лет в дорогом пальто, катя перед собой коляску.

— О, гляди, начальник, — громко, на весь сквер раздался хриплый кошачий баритон Сократа. — Тётка идет, морда кирпичом, а в голове: «Хоть бы этот придурок Валера сегодня не припёрся пьяным, а то я его сковородкой перетяну». Слышь, тётка! Валера твой — козёл, бросай его!

Женщина резко замерла. Её глаза округлились. Она испуганно огляделась по сторонам, не понимая, откуда донёсся голос, встретилась взглядом с невозмутимым пепельным красавцем и испуганно прибавила шаг, почти побежав.

— Сократ, заткнись! — зашипела Лиза, судорожно дёргая поводок. Её длинные тёмные волосы взметнулись от резкого движения. — Ты нас в психушку загонишь!

— А чего я? Я за правду! — оскорбился кот, припадая к земле возле куста. — О, смотрите, интеллигент в очках на лавочке. Газету читает, типа умный. А сам думает: «Господи, как же чешется левая пятка, но если я почешу её при людях, это будет неэстетично». Эй, очкарик! Чеши, не стесняйся, тут все свои!

Мужчина на лавке вздрогнул, выронил газету и судорожно схватился за сердце, дикими глазами глядя на говорящего кота.

Лиза покраснела до корней волос. В её голове пронёсся целый ураган паники: «Мамочки, нас точно загребут. Зачем я вообще согласилась выйти? Кас такой спокойный, а меня сейчас инфаркт хватит!»

Кассиэль, уловив её мысленный крик, мягко положил руку Лизе на плечо. Его пальцы обдали её кожу приятным, успокаивающим озоновым теплом.— Успокойся, Виктория. Смертные слишком трусливы, чтобы поверить собственным ушам. Они скорее спишут это на галлюцинации или чью-то скрытую камеру.

Лиза подняла на него свои карие глаза. Близость ангела, его уверенный взгляд и сильная рука, лежащая на её плече, мгновенно сбили волну паники, сменив её на уже знакомый, томительный жар где-то в груди. Их взгляды встретились, и на мгновение весь мир с его сумасшедшими котами и прохожими перестал существовать.

«Какой же он... надёжный, несмотря на всю свою ангельскую спесь», — подумала Лиза.

Кас едва заметно улыбнулся, его серебряные зрачки вспыхнули.— Я рад, что ты так думаешь.

— Эй, романтики на минималках! Влюбленные голубки, шуры-муры в сторону! — бесцеремонно оборвал их момент Сократ. Он стоял на дорожке, уставившись на приближающегося к ним высокого подтянутого парня в спортивной куртке с логотипом ветеринарной академии. — Лизок, глянь, там твой хахаль идёт. Ну, тот, который тебе на лекциях косые взгляды бросает.

Лиза вздрогнула и обернулась. К ним действительно шёл Денис — её однокурсник, который уже месяц безуспешно пытался позвать её на свидание.

«О, Лиза! Отлично, — пронеслись в голове Дениса мысли, которые Кас перехватил с мгновенно вспыхнувшей внутри яростью. — Какая она сегодня красивая, волосы такие блестящие... А это ещё что за альбинос рядом с ней? Какого чёрта он держит её за плечо? Я этому качку сейчас...»

Мысли Дениса оборвались на полуслове, потому что Кассиэль сделал шаг вперёд, закрывая Лизу собой. Его плечи расправились, а вокруг фигуры на долю секунды возник едва заметный глазу искажающий воздух контур. Воздух вокруг них мгновенно похолодел, запахнув настоящей зимней грозой.

— Привет, Лиз! — Денис подошел, стараясь не смотреть на Каса, от которого исходила почти осязаемая физическая угроза. — А это... кто?

Сократ открыл было пасть, чтобы выдать всё, что Денис думает про «альбиноса», но Кас незаметно наступил коту на кончик хвоста. Кот выдал лишь приглушённое: «Мгхм-пидо...расы...»

— Это Кас. Мой... двоюродный брат из Воркуты! — выпалила Лиза, натягивая самую дружелюбную из своих улыбок. — Он приехал... погостить.

Денис скептически осмотрел Каса.— Из Воркуты? Понятно. Лиз, а помнишь, мы на завтрашний вечер договаривались конспекты полистать? Может, сходим в кафе?

«...и там я её наконец поцелую»,— чётко и сочно додумал Денис.

Этого Кассиэль вытерпеть уже не мог. Его ангельское собственничество, подогретое тремя веками воздержания и вчерашним поцелуем в ванной, взорвалось изнутри. Он сделал ещё один шаг, оказываясь вплотную к Денису. Он был выше парня на голову, и его пепельные волосы опасно колыхнулись на ветру.

— Завтра вечером, — бархатным, леденящим кровь голосом произнес Кас, глядя Денису прямо в зрачки, — Виктория занята. Она помогает мне... адаптироваться к местному климату. И её конспекты принадлежат мне. Как и её вечер.

Денис побледнел. В его мыслях пронёсся дикий, животный ужас: «Мама родная, у него глаза светятся... Он меня сейчас убьет и закопает в этом парке...»

— Я... я понял. Извини. Пока, Лиз! — Денис развернулся и почти бегом скрылся за деревьями.

Лиза обернулась к Касу, уперев руки в бока. Её глаза сверкали, но в её мыслях, к удивлению ангела, не было злости. Там был дикий, бурлящий восторг: «Боже мой, он приревновал! Как настоящий пещерный человек! Это было так сексуально...»

— И что это сейчас было, братец из Воркуты? — с лукавой усмешкой спросила она.

Кас повернулся к ней, его дыхание всё ещё было частым, а серебро в глазах медленно угасало. Он подошел ближе, сокращая расстояние, и тихо, но властно произнес:— Я не делюсь тем, что считаю своим, Лиза. И никакие Денисы не будут касаться твоих мыслей. Или твоих губ.

— Ну дела-а, — протянул с земли Сократ, почёсывая лапой за ухом. — Ромео и Джульетта, блин. Ладно, собственники, погнали домой. У меня от вашей романтики аж в желудке заурчало. Кас, с тебя кролик, иначе я Денису СМС-ку надиктую, что ты из дурки сбежал.

Глава 7

Дверь квартиры захлопнулась, отрезая их от внешнего мира, осенней прохлады и назойливых прохожих. Едва очутившись в прихожей, Сократ ловко извернулся, сбросил с себя зелёную шлейку и, ни слова не говоря, по-хозяйски потопал в сторону кухни — проверять, не материализовался ли там обещанный кролик.

В коридоре повисла густая, звенящая тишина. Полумрак прихожей лишь сильнее разжигал то скрытое напряжение, которое зародилось ещё в сквере во время визита Дениса.

Лиза спиной оперлась о входную дверь, скрестив руки на груди. Её длинные тёмные волосы слегка растрепались после прогулки, а карие глаза блестели от невысказанного вызова. Она смотрела на Каса, который застыл прямо перед ней. Ангел медленно стащил с широких плеч чужую куртку и швырнул её на вешалку, даже не заботясь о том, попадёт ли на крючок.

— Ну и ну, — нарушила молчание Лиза, приподняв бровь. В её голосе скользила ирония, но дыхание уже становилось прерывистым. — «Её вечер принадлежит мне». Кассиэль, ты устроил настоящее шоу. Парень, наверное, до сих пор бежит без оглядки. Откуда в тебе столько собственничества? Ты ведь ангел. Вы же должны излучать вселенскую любовь ко всему живому, разве нет?

Кас сделал шаг вперед, мгновенно уничтожая то скудное расстояние, что их разделяло. От него снова отчетливо запахло озоном, грозой и тем пугающим, первобытным мужским теплом, против которого у Лизы не было защиты. Он упёрся обеими ладонями в дверь по обе стороны от её головы, полностью блокируя девушку в пространстве своего тела.

— К остальному живому миру я абсолютно равнодушен, Виктория, — бархатный, низкий голос ангела вибрировал от сдерживаемых эмоций. Его пепельно-белые волосы упали на лоб, а серебряные зрачки в полумраке светились так ярко, словно в них отражались звёзды. — Но когда этот смертный смотрел на тебя... когда он смел думать о том, как будет прикасаться к твоей коже и целовать эти губы...

Кас наклонился ниже, почти касаясь своим носом её щеки. Его ментальные щиты окончательно рухнули, и Лиза буквально физически почувствовала, как её сознание затопило мощной, сбивающей с ног волной его мыслей. Там не было ни капли небесного покоя. Там бушевало дикое, накопленное за триста лет скитаний желание. Желание обладать, защищать и сгорать дотла.

— Ты читаешь меня, Кас... — прошептала Лиза, чувствуя, как слабеют колени.

— Ты сама этого хочешь, — хрипло выдохнул он, ловя губами её судорожный вздох. — И сейчас я докажу тебе, что ни один смертный в этой вселенной не сможет дать тебе то, что могу дать я.

Он не стал больше ждать. Кас накрыл её губы своими в жестком, властном поцелые, который мгновенно лишил Лизу способности здраво мыслить. Это больше не было робким прощупыванием почвы, как в ванной. Это было полномасштабное завоевание. Его язык требовательно ворвался в её рот, сплетаясь с её языком, а сильные ладони переместились на её талию, приподнимая девушку и заставляя её обвить его бедра ногами.

Лиза тихо застонала прямо ему в губы, полностью отдаваясь этому безумию. Её пальцы мертвой хваткой вцепились в его пепельные волосы, притягивая к себе ещё ближе. Кас, не прерывая поцелуя, легко понес её из прихожей в гостиную. Старый диван жалобно скрипнул пружинами, когда они обрушились на него, но этот звук потонул в шуме их частого, рваного дыхания.

Ангел оказался сверху, нависая над ней и тяжело дыша. Его руки скользнули под край её свободной майки, и когда его горячие ладони коснулись обнаженной кожи её живота, Лиза вздрогнула от пронзившего её электрического разряда. Ангельская магия Каса сейчас проникала сквозь поры её кожи, заставляя каждую клеточку тела отзываться наводящим сладкую дрожь экстазом.

— Кас... ты слишком горячий... — пробормотала Лиза, когда его губы переместились на её шею, оставляя там влажные, обжигающие укусы.

— Я триста лет был замерзшим, Лиза, — прошептал он ей в ключицу, и его пальцы быстрым, уверенным движением стянули с неё майку, оставляя девушку в одном кружевном белье. — Пока не встретил тебя.

Кассиэль замер на секунду, окинув её взглядом. В его глазах, полных серебряного огня, отражалась её раскинувшаяся на подушках фигура, обрамленная водопадом длинных темных волос. Контраст между его сверхъестественной, бледной красотой и её живой, теплой земной чувственностью был ошеломляющим.

Сбросив с себя толстовку, Кас продемонстрировал рельефный, словно высеченный из белого мрамора торс. Когда он снова прижался к ней, Лиза почувствовала всю тяжесть и мощь его тела. Их одежда быстро оказалась на полу. Каждое прикосновение Каса было выверенным, невероятно чутким и одновременно властным — его способность читать мысли позволяла ему безошибочно угадывать малейшие желания Лизы ещё до того, как она сама успевала их осознать. Он ласкал её так, словно изучал новую, самую прекрасную во Вселенной вселенную, заставляя её выгибаться навстречу его рукам и губам.

Когда напряжение между ними достигло апогея, и Лиза уже шепотом умоляла его прекратить эту сладкую пытку, Кас развел её бедра. Глядя ей прямо в глаза, в которых не осталось ничего, кроме обожания и страсти, он вошел в неё одним сильным, уверенным движением.

Лиза вскрикнула, запрокинув голову, и в эту же секунду по комнате пронеслась мощная невидимая волна. Вся бытовая техника в гостиной слабо мигнула, а старая люстра под потолком жалобно звякнула хрустальными подвесками. Ангельская сущность Каса реагировала на пик его человеческого наслаждения, выплескивая наружу чистую энергию.

Ритм, который он задал, был быстрым и сокрушительным. Кас двигался внутри неё с первобытной силой, крепко удерживая её за бедра, а Лиза полностью растворилась в этих ощущениях, выкрикивая его имя и царапая его идеальную спину ногтями. В её голове не осталось ни одной мысли — только сплошной, ослепительный серебряный свет, который он дарил ей с каждым толчком.

Они взлетели к вершине одновременно. На пике оргазма Кас крепко прижал её к себе, содрогаясь всем телом, а по комнате пронесся явственный, громкий щелчок — в углу окончательно и бесповоротно перегорела последняя рабочая лампочка в торшере, погружая гостиную в полный мрак, разбавляемый лишь лунным светом из окна.

Спустя полчаса они лежали, тяжело дыша и тесно переплетясь ногами под старым пледом. Пепельные волосы Каса были растрепаны, а на губах играла сытая, абсолютно довольная и ни разу не ангельская усмишка. Лиза покоилась головой на его груди, слушая, как постепенно выравнивается его бешеный пульс.

Вдруг из темноты коридора послышался неторопливый шаг четырех лап. В проеме двери показался силуэт кота. Сократ сел, зевнул во всю пасть и хмуро произнес своим баритоном:

— Ну вы и дикари, конечно. У меня на кухне от ваших спецэффектов чуть усы не отвалились. Я всё понимаю, любовь-морковь, высшие сферы... Но лампочку кто вкручивать будет, Ромео? И главное — где мой кролик? Я жду уже сорок минут. Если через десять минут еды не будет, я начну громко петь мартовские песни. Человеческим голосом. Вам обоим мало не покажется.

Лиза тихо прыснула, утыкаясь носом в плечо Каса, а ангел впервые в жизни просто запустил в кота подушкой, даже не используя телекинез.

Глава