Теория большой любви

— Крис, мне плевать на Громова, — Алиса лениво перелистывала страницы журнала, сидя на шелковых простынях своей огромной кровати.— Ага, рассказывай это своим карим глазам, которые вспыхивают каждый раз, когда этот придурок проходит мимо, — фыркнула подруга, вытягивая из чехла изумительное шелковое платье-комбинацию глубокого изумрудного цвета на тонких бретелях. — Вот. Это твой приговор. Спина полностью открытая. Влад упадет и сам в штабеля уложится.

Алиса посмотрела на платье. Шелковая ткань струилась, как жидкий драгоценный камень. Что-то внутри нее — та самая упрямая, задетая детская гордость — согласно кивнуло. Если играть в королеву, то до конца.

К восьми вечера к воротам дома подкатил белоснежный внедорожник Влада. Алиса спустилась по мраморной лестнице, на ходу набрасывая на плечи легкое черное пальто. Влад, одетый в дорогой кэжуал, при виде нее буквально потерял дар речи на несколько секунд.— Воу... Лис. Ты... выглядишь на миллион долларов. Нет, на миллиард, — выдохнул он, обходя машину и открывая перед ней пассажирскую дверь.— Спасибо, Влад. Ты тоже отлично выглядишь, — мягко ответила она, садясь в салон, где пахло дорогим мужским одеколоном и новой кожей.

Дорога до Репино заняла около часа. Влад всю дорогу пытался развлекать её рассказами о футбольных трансферах и планах на дальнейшую учебу в Англии, но Алиса лишь вежливо кивала, глядя на пролетающие мимо огни ночного шоссе. Мысли упорно возвращались к парковке универа. Приедет ли Марк? Будет ли он с очередной длинноногой моделью из параллельного? От этой мысли внутри неприятно кололо. Ревность?Нет, убеждала себя Алиса. Просто спортивный интерес.

Когда они въехали на территорию закрытого поселка в Репино, музыка была слышна еще за два квартала. Огромный трехэтажный особняк Влада в стиле хай-тек из стекла и бетона светился неоновыми огнями. Вся подъездная дорожка была забита спорткарами и люксовыми кроссоверами. Толпа молодежи уже перемещалась между открытым бассейном с подогревом и огромной гостиной.

Влад аккуратно припарковался, обошел машину и, к удивлению Алисы, смело взял её за руку, переплетая их пальцы. Алиса хотела отстраниться, но в этот момент её взгляд упал на крыльцо особняка.

Там, прислонившись к стеклянным перилам и держа в руке стакан с виски, стоял Марк. На нем была простая черная футболка, подчеркивающая широкие плечи, и темные джинсы. Он выглядел чертовски привлекательно и опасно. Возле него крутилась Алина — капитан группы поддержки, которая то и дело касалась его руки и что-то шептала на ухо.

Но Марк не слушал Алину. Его серые глаза, темные от подступающей ярости, были намертво прикованы к их с Владом переплетенным рукам. Он сжал стакан так крепко, что костяшки пальцев побелели, в точности как тогда, на уроке литературы.

Игра началась. И ставки в ней только что взлетели до небес.

Глава 5

Градус кипения

Внутри особняка Влада в Репино царило контролируемое, неприлично дорогое безумие. Тяжелые басы от диджейского пульта вибрировали в панорамных стеклах и монолитном бетонном полу, отдаваясь в грудной клетке каждого присутствующего. Воздух, пропитанный ароматами премиальных кальянов, дорогим парфюмом и парами элитного алкоголя, казался густым и осязаемым. Влад, сияющий от гордости, вел Алису через толпу золотой молодежи, словно демонстрировал миру свой главный и самый недоступный трофей.

— Привет всем! Смотрите, кого я привел! — Влад победно и слишком по-хозяйски приобнял Алису за талию, когда они подошли к огромному полукруглому дивану в центре гостиной.

Алиса незаметно, но весьма жестко перехватила его ладонь и убрала её со своего бедра, сделав вид, что просто тянется за бокалом ледяного шампанского с подноса проходящего мимо официанта. Она не собиралась позволять Владу нарушать её личные границы, даже ради того, чтобы позлить Громова.

— О-о-о, Волкова пришла! — восторженно загалдели парни из футбольной сборной универа, лениво попивая виски. — Влад, ну ты мужик! Растопил-таки лед нашей Снежной Королевы! Это исторический момент, надо зафиксировать!

Алиса лишь вежливо, слегка натянуто улыбалась, безупречно отыгрывая роль благовоспитанной девушки из высшего общества. Она поддерживала пустые разговоры о предстоящих экзаменах и планах на летний отдых в Монако, но её внутренний радар был полностью, на сто процентов настроен на перемещения Марка Громова.

Марк вошел в гостиную спустя десять минут после них. Он сменил строгий университетский костюм на простую черную футболку, которая облегала его широкие плечи, и темные джинсы. Выглядел он чертовски привлекательно и опасно, притягивая к себе взгляды всех девчонок в радиусе видимости. Он демонстративно игнорировал Алису, громко смеялся с парнями, пил виски прямо из стакана без льда и позволял Алине — капитану группы поддержки — виснуть на своем плече. Алина то и дело касалась его груди, что-то шептала ему на ухо, приподнимаясь на цыпочки, и победно поглядывала в сторону Алисы.

Но Алису было не так просто пронять. Внешне она оставалась образцом невозмутимости. Зато она прекрасно видела, как Марк каменел каждый раз, когда Влад наклонялся к ней слишком близко или пытался взять её за руку. Челюсти Громова сжимались так, что на скулах ходили желваки, а его серые глаза, казалось, были готовы прожечь во Владе сквозную дыру. Это была молчаливая битва двух хищников на одной территории, и напряжение между ними росло с каждой минутой.

Ближе к полуночи Кристина, уже изрядно развеселившаяся от коктейлей, взобралась на журнальный столик и объявила на весь дом:— Так, элита, внимание! Всем переместиться в малую гостиную! Мы играем в «Правду или действие» по хардкору! Отказы не принимаются, штрафной — бутылка шампанского в один глоток! Двинули!

Толпа из пятнадцати человек шумно повалила в соседнюю комнату — более уютную, с приглушенным неоновым светом, огромными мягкими диванами из коричневой кожи и низким стеклянным столом посредине. Алиса постаралась устроиться на самом краю, надеясь остаться незамеченной и переждать эту глупую затею. Влад тут же подсел рядом, раскинув руку по спинке дивана прямо за её плечами, обозначая свои права.

Марк вошел последним. Он окинул комнату взглядом и сел точно напротив Алисы — в глубокое кресло через стол. Его тяжелый, прямой и абсолютно нечитаемый взгляд намертво приковался к её лицу. Алиса ответила ему тем же холодным, высокомерным прищуром. Кожа на её плечах покрылась мурашками от этого безмолвного контакта.

Пустая бутылка из-под дорогого коньяка с глухим шорохом закрутилась на стеклянной поверхности стола. Первые раунды прошли шумно: кто-то признавался в интрижках, кто-то прыгал в бассейн в одежде, кто-то пил штрафные. Наконец, Влад с азартом крутанул бутылку. Она долго вращалась, замедляя ход, и её горлышко остановилось, четко указав на Марка Громова.

В комнате мгновенно стало тише. Музыка из большой гостиной всё еще доносилась глухими ударами, но здесь, в малой гостиной, воздух словно наэлектризовался. Два неформальных лидера гимназии столкнулись лицом к лицу. Влад нагло ухмыльнулся, чувствуя себя полноправным хозяином вечера и положения:

— Ну что, Громов. Правда или действие? Только давай без трусости, выбирай правду.

Марк лениво откинулся на спинку кресла. Он медленно крутил в пальцах стакан, в котором на донышке плескался янтарный алкоголь. Его лицо утратило всякие следы напускного веселья. Серые глаза потемнели до цвета грозовой тучи.

— Правда, — бросил он, даже не взглянув на Влада. Его взор был прикован исключительно к Алисе, к её тонким бретелькам изумрудного платья и к ладони Влада, которая едва касалась её плеча.

Влад прищурился. В его пьяной голове созрел план — ударить Громова по самому больному месту, о котором в универе ходили смутные слухи, но никто не знал деталей.

— Отлично, — протянул Влад, подаваясь вперед. — Все в универе знают, что ты у нас главный плейбой. Меняешь девчонок чаще, чем тачки. Но скажи честно, на публику: была ли в твоей жизни девчонка, которую ты реально любил, но так жестко облажался, что потерял её навсегда из-за собственной глупости? И теперь локти кусаешь, глядя на нее каждый день, а сделать ничего не можешь?

Алиса замерла. Её сердце пропустило удар, а затем забилось где-то в районе горла — быстро, панически, болезненно. Вопрос Влада, сам того не ведая, попал в самую глубокую, незажившую рану их общего прошлого. В комнате воцарилась звенящая тишина. Даже Алина перестала улыбаться, почувствовав, что атмосфера резко изменилась.

Марк медленно опустил стакан на стеклянный стол. Звук соприкосновения стекла со стеклом показался оглушительным. Его губы сжались в тонкую линию. Он смотрел на Алису — пристально, отчаянно, со смесью той самой старой детской боли, взрослой обжигающей злости и чего-то еще, очень похожего на мольбу о прощении.

— Да, — тихо, но удивительно отчетливо произнес Марк. Его низкий голос прозвучал как удар набата. — Была. И есть. Я был малолетним, трусливым кретином, который испугался чужого мнения, чужого смеха и предал человека, который был для меня дороже всей этой чертовой жизни. И да, я расплачиваюсь за эту ошибку каждый божий день. Смотрю, как она строит из себя ледяную королеву, как подпускает к себе всяких идиотов, и ненавижу себя за то, что сам разрушил всё своими руками.

Одногруппники притихли, растерянно переглядываясь. Никто, кроме Кристины, которая испуганно посмотрела на подругу, не понял, о ком именно идет речь. Но колоссальное, почти осязаемое напряжение между Марком и Алисой почувствовали все. Влад нахмурился, его ухмылка сползла с лица — он интуитивно осознал, что его крутой вопрос обернулся против него самого, и контроль над ситуацией утерян.

Алиса чувствовала, что задыхается. Слова Марка — его первое за двенадцать лет прямое, честное и публичное признание — сорвали с неё остатки хладнокровия. Лед, который она так тщательно наращивала вокруг своего сердца, треснул с оглушительным грохотом. Её затрясло изнутри от смеси гнева, обиды и внезапно вспыхнувшей дикой надежды. Она больше не могла здесь находиться.

Алиса резко поднялась с дивана, едва не задев столик.— Извините, мне нужно выйти. Воздуха мало, — глухо, едва слышно произнесла она.

— Лис, эй, ты куда? Я с тобой, — Влад попытался подняться и перехватить её за локоть.— Не надо, Влад! Побудь здесь, — почти приказала она, одарив его таким взглядом, что парень послушно опустился обратно на диван.

Алиса быстрым шагом вышла из малой гостиной. Она шла по длинным коридорам огромного хай-тек особняка, почти не разбирая дороги. Мимо мелькали пьяные лица, неоновые вспышки, но в её ушах набатом стучали слова: «Я был трусливым кретином... Предал человека, который был дороже жизни».

Ей хотелось спрятаться, скрыться от этих серых глаз, от этой удушающей правды. Она взбежала по лестнице на второй этаж, где было тише, свернула в темное крыло дома и толкнула первую попавшуюся дверь. Это оказалась гостевая спальня. Здесь было темно, прохладно и тихо. Единственным источником света было огромное панорамное окно от пола до потолка, за которым простирался глухой, темный сосновый лес, залитый лунным светом.

Алиса подошла к стеклу, прижалась к нему лбом, пытаясь охладить вспыхнувшее лицо, и закрыла глаза. По её щеке, вопреки всей её хваленой гордости, медленно скатилась горячая, одинокая слеза.

В этот момент дверь спальни за её спиной тихо приоткрылась и с сухим щелчком закрылась на замок. Алиса резко обернулась, мгновенно принимая оборонительную позицию.

В полумраке комнаты, тяжело дыша, стоял Марк. Его силуэт четко выделялся на фоне лунного света. Его серые глаза блестели в темноте, как у голодного хищника, выследившего свою добычу.

Гл