Во власти Тигра

Точь-в-точь как Ляля. Наивна, молода и амбициозна, какой и должна быть девушка в нашем возрасте, но я… я рано повзрослела и ощущаю себя сейчас лет на сорок.

Обнимаю девушку в ответ, чувствуя, как наворачиваются слёзы. Не думала, что это будет так сложно… Я привязалась к этой блондинке, сующей свой носик везде, где можно и нельзя. К вечно валяющейся расчёске в нашей общей ванной. А ещё к её рассказам об её тайном клиенте, что никогда не показывает своего лица.

— Беги уже! – разрываю наши крепкие объятия, понимая, что ещё минута, и она не успеет вовремя уехать. Пусть она и замаскирована, но… не факт, что не узнают.

— Бегу! Спасибо, что с Тиграном поговорила. Он бы меня точно не отпустил… вот, что с мужчинами делает… хорошая девушка и секс с ней.

— Иди, Ассоль!

— Иду!

Проводив Солу, подхожу к окну, чтобы проконтролировать то, что она села в машину и уехала. Мне нужно, чтобы она уехала до того, как приедет ОН. Нельзя, чтобы он видел её, ведь Тигран именно поэтому её сюда и привёз. Чтобы спасти. Я не могу разрушить жизнь ещё и этой девочке. И так слишком много проблем вокруг меня… Зачем ввязывать в них и Ассоль? Пусть она и сама пошла на эту сложную игру.

Когда она вернётся, меня здесь уже не будет, но будет записка, которую я ей оставила. Прочитав её, она всё поймёт… и, надеюсь, простит.

Поправив парик, Ассоль садится в машину, и тогда я со спокойной душой натягиваю лосины, топик и иду к Айдарову.

Меня потряхивает, а глаза так и выискивают опасность, наблюдая за каждым, кого я встречаю в коридорах, пока наконец не дохожу до двери хозяина борделя. По пути каждый проходящий казался злодеем, пришедшим забрать меня и убить Тиграна. Но они все проходили мимо...

Дёргаю дверную ручку и вхожу в гостиную, застав Тиграна, занимающегося оружием. Разложив несколько пистолетов перед собой, он разобрал их и теперь протирает, дует на какие-то детали и вновь проходится по ним тряпочкой с таким важным видом, будто бы занимается делами государственной важности.

— Привет, — неловко приветствую, выламывая пальцы за спиной.

— Виделись сегодня, — кидает, лишь на мгновение взглянув на меня.

— Так много пистолетов, — говорю, лишь бы не хранить тишину. – Ты из них стреляешь?

— Я с ними танцую, — раздражённо отвечает, не отрываясь от своего занятия. – Элина, не беси меня сейчас. Настроение ни к чёрту.

— Может, я могу помочь чем-то? – спрашиваю и, обойдя диван, кладу руки ему на плечи, начиная легко разминать их. – Я умею делать массаж. Сестра научила.

— Убери руки! – шипит он и скидывает их. — Я ненавижу массаж.

Ложь… Любит… Очень любит, но меня не подпускает. Почему? Ведь ничего такого. Просто способ расслабиться.

— Как скажешь, — выдыхаю, сцепив руки за спиной.

Неловко мнусь на месте, не зная, что мне делать. С одной стороны, хочется упасть на колени и взмолиться защитить и спасти, но с другой… хочется быть сильной и гордой. Только вот зачем ему моя гордость сейчас? Так легче простить предательство? Не думаю…

— Налей мне лучше виски и просто садись рядом, — успокоившись, произносит Тигран, указав рукой на место рядом с собой.

— Конечно… — радостно произношу и тут же оказываюсь сидящей перед ним.

— Виски, Элина, — напоминает.

— Ой, — ойкаю и уже собираюсь встать, чтобы налить выпивку, как рука Тиграна меня останавливает, схватив за запястье. Тянет назад, заставляя сесть обратно, только в этот раз на его колени.

— Я передумал, — выдыхает мне в шею. – Не хочу виски.

— Ладно, — сдаюсь.

— Куколка, что с тобой? – настороженно интересуется. — Ты сама на себя не похожа. Что за покладистость?

— Просто так… — смотрю в его глаза, боясь сказать истинную причину. Признать то, что боюсь, что его сегодня убьют, хотя я всеми путями не дам этому случиться.

— Ничего не бывает просто так, — отвечает Тигран.

— Просто вчера… — но от дальнейшего объяснения меня спасает сирена, которая разносится по всему борделю, оповещая об опасности.

Началось… Выбор произведён. Ставки сделаны. Пешки расставлены. Игра запущена. Обратного пути нет. Всё или ничего… Удачи, всем!

Глава 19

Тигран

— Встань за мою спину, — командую Элиной, вскочив с дивана, начав собирать пистолет.

Перезаряжая его, попутно набираю номер Егора, чтобы узнать от него, что именно происходит. Куколка тут же выполняет мой приказ, с широко раскрытыми глазами становится позади меня, вжимаясь в мою спину.

— Что происходит? – кричу в трубку, пытаясь перекричать сирену, которая орёт в телефоне.

— Красавин и его люди. Они здесь! – отвечает сбивчивым голосом. – Они поднимаются к тебе.

Чёрт!

— Понял, — кидаю всего одно слово и отключаюсь, оборачиваясь к трясущейся девушке. – Будь готова. Сейчас будет жарко. Очень жарко.

— Что именно будет? – в истерике спрашивает. – Стрельба? Драка? Простой разговор? Что? К чему готовиться? Тигран, что будет?

— Как получится, — честно отвечаю. — Не переживай. Всё будет хорошо, — обещаю, чувствуя, как она начинает тянуться ко мне в попытке прижать меня к себе, вжаться и исчезнуть.

Сжимаю от злости челюсти. Лучше бы её здесь не было. Лучше бы уехала с Ассоль, но нет же… Сука, убить всех хочу, видя страх и отчаяние в её глазах. Видеть не ту Элину, что соблазняет меня одним махом пальца, а, по сути, испуганного ребёнка, дрожащего от дуновения ветра.

— Мне страшно. Очень! – шепчет, глядя в мои глаза. – Моё сердце сейчас выпрыгнет из груди.

— Смотри, — обращаю её внимание к себе и пистолету. – Я с детства ни разу не промахивался. Тебе ничто не угрожает. Я не дам никому тебя обидеть. Ты мне веришь?

— Верю! – кричит весь голос, поддавшись панике.

Она вновь пытается меня обнять, тянет руки в попытке полностью раствориться во мне. Сделать так, чтобы её не существовало. Спрятаться.

Бежит, как маленький мышонок… Бл*ть, как же я зол. Слов не хватает, чтобы выразить мой гнев, ярость и… жалость к Элине. Да, я, бл*ть, вообще не

понимаю, что со мной происходит. Спектр непонятных, необъяснимых и непривычных эмоций, вводящих меня в самый настоящий ступор.

— Верь, потому что никто тебя теперь и пальцем не тронет, — нагнувшись, беру ещё один пистолет и вкладываю его ей в руки, предварительно перезарядив. – Если что, нажимаешь на крючок и стреляешь. Меться чуть ниже цели. Поняла?

— Да, — кивает головой, смотря на огромную пушку, сжатую в её тощих ладонях.

Не дай бог ей придётся стрелять. Пусть она и пытается казаться сильной, но если она кого-нибудь убьёт, всю жизнь себя корить будет. Ещё не дай бог руки на себя наложить.

Но пистолет всё равно пусть держит в руках. Он уверенности придаст и некое чувство безопасности и контроля над ситуацией.

— Можно я уйду или спрячусь? – задаёт вопрос, подняв на меня заплаканные глаза, молящие прекратить это всё и дать ей уйти.

— Нет, я должен видеть тебя. Быть уверенным, что с тобой всё в порядке, — отвечаю, чувствуя, как сердце кровью обливается.

Плюнуть бы на всё и просто убежать вместе с Элиной через чёрный вход, который есть в моей комнате. Вход, о котором знает только Ассоль и никто больше. И то она узнала лишь потому, что любит лазить, где можно и нельзя. Именно в том туннеле я спрятал всё от Элины в тот первый день.

Дверь с грохотом открывается, и в комнату медленной походкой входит он. Тот, кого я ненавижу больше всех, и тот, кого я готов пристрелить прямо сейчас. Продырявить голову в нескольких местах, а затем отстрелить всё, что ниже… Хотя лучше отстрелить ему всё, что ниже, а затем медленно уничтожать, но не так, чтобы он умер. Мне нужно, чтобы эта падла осталась жива. Сделаю из него прекрасную секс-игрушку для извращенцев… Они любят пытки, кровь и визги своих жертв. А после он станет моей игрушкой, с которой я сделаю всё, что пожелаю, но пока у меня нет возможности схватить его за жабры. Ненавижу падлу.

— Тигран, дорогой, как же я рад тебя видеть, — смеётся уродец, сверкая своими жёлтыми зубами.

— А я тебя, Глеб, — отвечаю в его манере, наставив пистолет на самодовольного мужчину.

Комнату медленно стали заполнять люди Красавина, а после и мои парни, прибывшие в апартаменты очень вовремя. Каждый находящийся в комнате был на прицеле пистолета врага. Все, кроме Элины и меня.

— Опусти пистолет, дорогой, — просит Глеб, подойдя к креслу и садясь в него. – Предлагаю для начала поговорить. Мы ведь цивилизованные люди, — разводит руками.

— Давай, — соглашаюсь и, отпустив пистолет, а затем и Элину, сажусь напротив него. – О чём?

Куколка становится за моей спиной, положив трясущиеся руки мне на плечи. Накрываю одну из её рук своей в некоем жесте поддержки и успокоения. Этот момент не укрывается от глаза Красавина. Самодовольно рассмеявшись, всем своим видом пытается показать превосходство и взглядом доказать, насколько я ничтожен и наивен.

— Как насчёт того, что родители твоей невестки всё же в Санкт-Петербурге, а не как ты уверял, за границей? — предлагает тему Красавин.

— И?

— А то, что они сейчас на мушке у меня, — одаряет меня мерзкой улыбкой. — Извини, твоих людей пришлось убить, они мешали. И, да, забыл сказать: поздравляю твоего брата с женитьбой. Желаю им сдохнуть побыстрее.

— Твоими молитвами они проживут ещё долгую жизнь. Ради этого пришёл, Глеб? – спрашиваю, сжимая челюсть.

— Я пришёл забрать то, что принадлежит мне и должно принадлежать мне, — отвечает, смотря мне прямо в глаза. Выискивая реакцию, которую он не получит, что бы ни случилось.

Я спокоен, сдержан и рассудителен… внешне, но внутри я волнуюсь за Элину, оказавшуюся в эпицентре войны.

— Что же? – задаю вопрос. — Говно из моего толчка? Так ты бы сказал, я бы тебе его почтой доставил. Зачем лишний раз приезжать? – подражая Красавину, начинаю смеяться.

— Нет, дорогой… Этот бордель, — обводит пальцем гостиную. – Этот город… И эта шлюха, — глазами указывает на Элину.

Хватка куколки на моём плече усиливается, увеличивая моё желание прикончить мразь в несколько раз.

— Смешно. Тебе запаковать? – интересуюсь, вставая с дивана, делая вид, что что-то ищу. – Не нашёл упаковочную бумагу. Извини, но ты не получишь ничего.

— Мне нужна всего пара твоих подписей, а потом отец твоей дорогой невестки подпишет тоже парочку документов, и я оставлю вас… возможно, — хохочет. – Если вы оба этого не сделаете, я убью сладкую парочку в Испании. Начну со шлюхи Сарчевски, а твоего брата заставлю смотреть на то, как его давалка будет медленно умирать, каждую минуту получая по пуле.

— Нет, — кричу, подняв пистолет и направив его на Красавина. – Убирайся в ад, сука!

— Только вместе с тобой, — спокойно отвечает он, вставая с кресла, а затем, резко подняв пушку, направляет её на меня.

Наши люди вмиг меняют свои цели, и теперь пистолеты направлены лишь на двоих в этой комнате: на меня и на Глеба. Каждая сторона сосредоточенно смотрит на свою цель, кажется, боясь и на миллиметр сместиться.

— 7:7, — произносит Глеб, посчитав пули, которые прилетят в голову каждому из нас. – Непонятно как-то, кто всё же лидирует.

— Согласен, — киваю.

— Чья-то пуля должна стать решающей.

— Чья же? – спрашиваю, понимая, что единственный человек, который сейчас не направил на кого-либо пистолет – Элина.

— Шлюшка? – Красавин переводит взгляд на мою куколку. – Подними пистолет. Сегодня тебе решать, кто умрёт, а кто останется жив. Но вспомни, что хуже меня только мой отец и его любовь к детям.

В воздухе зависает тишина. Каждая из сторон ждёт решения Элины, которая неподвижно стоит за моей спиной.

— Элина, подними пистолет, как я тебя учил, — тороплю её