Неизбежность

Похоже, я впала в ступор, потому что никак не реагирую на её слова ни взглядом, ни действием. Наверно, надо биться в истерике, услышав такие новости, но почему—то не хочется. Вообще ничего не хочется. Только закрыть глаза и провалиться в сон. Точно, это всего лишь сон. Надо проснуться, и всё будет хорошо – приходит мысль, и я пробую осуществить задуманное.

– Она в шоке. Помоги мне. – на секунду маска с лица пропадает, но через несколько секунд возвращается на место. Чувствую, как меня поднимают и куда—то несут.

Приоткрываю глаза и вижу, как Мэлани, чертыхаясь, засовывает вещи и шприц обратно в сумку и догоняет нас. Нас?

Глаза закрываются.

Быстрое, но плавное движение убаюкивает. Вдруг какие—то резкие рывки.

Приоткрываю глаза.

Мы идём по лестнице. Точнее, идёт парень, а я вишу на нём, как сломанная кукла – как будто вижу всё со стороны…

Глаза закрываются.

Рывки продолжаются. Что—то не так.

Мозг резко включается, и когда понимаю, ЧТО именно меня насторожило, широко распахиваю глаза и начинаю вырываться.

Это происходит точно между этажами, поэтому здоровяк легко опускает меня на пол, придерживая за локоть, чтоб я не скатилась кубарем по лестнице, рискуя сломать себе шею.

– Да что с тобой не так? – почти рычит он.

Я лишь хлопаю ресницами и тычу пальцем вниз, до сих пор сохраняя вынужденное молчание. Как же это бесит! Невозможность сказать всё, что думаю!

– Тоби, успокойся! Она же не понимает, что происходит!

– Так надо было объяснить ей всё сразу!

– Ты же видел, в каком она была состоянии!

Я мычу, стараясь привлечь их внимание, и когда это получается, вновь показываю вниз, вопросительно приподнимая брови.

– Там не пройти. Сплошные завалы. Несколько лестничных пролётов обвалилось. У нас один путь – наверх. – бросает короткие, режущие слух фразы парень.

Хочу спросить: И что дальше? Но пантомима не мой конёк, поэтому просто облокачиваюсь на стену. Ноги дрожат.

– Сможешь донести её до крыши? Или могу сделать укол. Сама она не дойдёт.

– Как будто у меня есть выбор, – бурчит он себе под нос и легко подхватывает меня на руки. – Но там как—нибудь уже сами. Мне надо подготовить транспорт.

Транспорт. На крыше. Ага… Очередной сюр.

Закрываю глаза.

Несколько минут спустя ощущаю ветер, усиливающийся с каждым пройденным вверх шагом. Наконец мы останавливаемся, и я вновь обретаю опору под ногами. Стоять тяжело. Чувствую, как меня отпускают крепкие руки, передавая в нежные объятья моей новообретённой старой лучшей подруги. Я опускаюсь на землю.

– Мы почти выбрались, – слышу голос, который заглушает шум ветра. С каждой секундой он будто становится всё яростнее.

– Райли! Я сделаю тебе укол! Он поможет добраться до вертолёта. Нам надо пробежать всего пару десятков метров. – она показывает рукой в нужном направлении, и я вижу железную птицу с красным крестом на боку.

Жалящий укус иглы спустя несколько секунд проясняет мысли и наполняет тело возможностью двигаться. Пытаюсь подняться. Мэлани помогает, подставив плечо.

– Чёрт! Кислород почти на нуле. Хотя, думаю, ты теперь и сама справишься. – использованный баллон летит в сторону, а маска отправляется в объёмную сумку.

Медленно поворачиваюсь вокруг своей оси, пытаясь охватить взглядом открывшуюся картину. Безмолвный крик застывает в горле.

С высоты многоэтажки, стоящей на холме, открывается вид на город, лежащий в руинах. Над разрушенными кварталами висит серая пыльная взвесь. Вместо домов – груды битого кирпича и бетона. Кое—где видны остатки стен с пустыми оконными проёмами. Дороги, под разными углами, пересекают извилистые трещины и разломы…

Взгляд перемещается в сторону побережья, неестественно обнажившегося после отлива. Вдалеке видны горы.

Стоп! Какие горы?! Там же океан… – мысль, словно ледяной душ, обрушивается на меня. Протягиваю дрожащую руку, указывая на невиданное доселе явление, и хриплю, собрав все силы:

– Что ЭТО?!

Кажется, время останавливается. Ветер замирает. И в возникшей внезапно тишине ответ Мэлани, который она прошептала, прижав руки ко рту, звучит как взрыв разорвавшегося снаряда:

– Цунами…

Она хватает меня за руку и тащит за собой – ноги плохо слушаются, и я постоянно спотыкаюсь, не в силах оторвать взгляд от приближающейся стены воды, которая с каждой секундой становится всё выше.

– Тоби! Тоби! Смотри! – орёт Мэл, пытаясь перекричать шум ветра, вновь обрушившегося на нас с новой силой.

Лопасти начинают вращаться. До вертолёта остаётся совсем чуть—чуть. В глазах темнеет, лёгкие горят огнём, свинцовая тяжесть опускается на плечи. Я понимаю, что не добегу. За пару метров обессиленно падаю на землю. Мэл, всё ещё державшая мою руку, теряет равновесие и с недоумением оборачивается.

Я больше не могу – беззвучно шепчу одними губами, слыша лишь бешеный стук своего сердца.

Она бросает сумку вперёд, кидает взгляд на Тобиаса, сидящего в кресле пилота, но даже я понимаю, что он не может покинуть кабину. Не сейчас. Он сделал всё, что было в его силах…

Одна секунда – она оказывается рядом, подныривает под мою руку, безвольно лежащую на земле, рывком приподнимает меня и буквально волочит к открытой двери. Рвано дыша, стараюсь хоть немного шевелить ногами.

Пять – мы буквально вваливаемся в нутро вертолёта.

Семь – корпус дрожит и поднимается в воздух.

Десять – лежу на полу, судорожно пытаясь вдохнуть как можно больше кислорода. Слёзы катятся по щекам. Всё ещё не понимаю, спаслись ли мы…

Пятнадцать – поворачиваю голову влево – Мэлани, прижавшись спиной к стене, придерживает рукой сумку и тоже не может отдышаться. Спасибо – пока только мысленно говорю я, обещая себе, если мы выживем, обязательно её вспомнить. Ведь она, рискуя собой, только что спасла мне жизнь…

Тридцать – поворачиваюсь в сторону Тобиаса. Он с волнением, обернувшись, смотрит на нас. Паники на его лице не вижу, и делаю вывод, что мы справились.

Мы живы…

Собираю остатки сил, чтоб отправить ему вымученную улыбку, и проваливаюсь в спасительную пустоту.

Глава 5.Скай. Побег.

Спустя, кажется, пару минут чувствую прикосновение к плечу и слышу голос Дэна:

– Скай, просыпайся, пора собираться.

С трудом открываю глаза и быстро моргаю. Тотчас же хочется зажмуриться. Такое чувство, что в них насыпали пыль или песок. Со стоном сажусь и потягиваюсь. Рука задевает кобуру на бедре:

– Чёрт, нож! Я его потеряла! Это было моё единственное оружие…

Которое однажды уже спасло меня – думаю я, и мурашки от воспоминания пробегают по телу.

Сон как рукой снимает.

– Не переживай, я его забрал, но, прежде чем отдавать тебе, решил привести в порядок, – Дэниэл выразительно смотрит на меня, – подумал, что вид засохшей крови вряд ли поднимет тебе настроение.

– Оу, спасибо, – благодарно смотрю на него.

– Эмм… а здесь где—нибудь можно умыться? – смущённо спрашиваю я.

– Да, конечно, тебе туда, – он протягивает руку в нужном направлении, и я замечаю дверь, которая практически сливается со стеной. – полотенце в шкафчике, но воды мало, имей в виду.

Захватив пару свечей, захожу в небольшое помещение и блаженно улыбаюсь. Душ – это то, что мне сейчас жизненно необходимо! Поставив одну свечу на раковину, а вторую на полочку у зеркала, вглядываюсь в своё отражение. Освещение, конечно, оставляет желать лучшего, но и при таком раскладе замечаю свой помятый вид. Что, впрочем, неудивительно.

Снимаю одежду и встаю под тонкие струи. Вода еле течёт, но сейчас это не имеет значения. Освежающая прохлада, кажется, смывает не только грязь, пыль и пот с тела, но и накопившееся напряжение и душевную усталость… Как бы ни хотелось стоять так как можно дольше, быстро намыливаюсь и ополаскиваюсь, помня о словах Дэна. Замечаю зубную пасту и решаю хотя бы просто прополоскать рот. Вылезаю и с сожалением смотрю на свою грязную одежду. Оборачиваюсь большим полотенцем, за неимением расчёски разбираю руками спутавшиеся волосы и выхожу.

– Это было волшебно, спасибо! Извини за такой вид, но… может у тебя есть запасные вещи? Я просто не в силах одеть то, что было на мне… Нам бы только добраться до моего рюкзака…

– Да, без проблем, сейчас что—нибудь придумаем. – Он подходит к шкафу и начинает перебирать вещи. – В любом случае тебе всё будет велико, но думаю, ремень решит эту проблему.

Принимаю из его рук чёрную футболку и чёрные штаны и возвращаюсь в ванну, чтоб переодеться. Нууу… Это в любом случае лучше, чем ходить в джинсах с кровавыми разводами… Футболка доходит мне почти до колен, поэтому я просто заправляю её в брюки с боковыми карманами, а штанины подворачиваю. Обуваюсь и выхожу, придерживая нижнюю часть своего нового гардероба за пояс, чтоб в прямом смысле «не остаться без штанов».

– Ты, кажется, что—то говорил про решение проблемы?

Дэн усмехается и протягивает мне такой необходимый сейчас аксессуар, без которого раньше я прекрасно обходилась. Запоздало думаю, что, наверно, и ремень мне будет велик, пока не замечаю лишнюю дырочку, находящуюся на довольно—таки большом расстоянии от остальных.

– Ты мой спаситель!

– Обращайся, всегда рад помочь. – он тепло улыбается.

– А теперь давай к делу. Вещи я собрал. Немного еды, одежды, горелку, короче всё, что, мне кажется, нам может пригодиться. А ещё пока ты спала, я нашёл машину. Ключей там, похоже, нет, и она закрыта, но… Я подумал… – он как—то странно смотрит на меня.

– Что? Говори.

– Я помню, что ты рассказывала о своём прошлом, и то, что ты вскрыла гараж Эвана… В общем, может, ты сможешь попробовать открыть и завести её? – как будто виновато заканчивает он свою мысль.

– Ах, вот значит какого ты обо мне мнения?! – тут же вспыхиваю я и, смотря на его поникший вид, начинаю смеяться. – Расслабься, это шутка. Я помню наш первый разговор. И, наверно, отчасти благодаря ему, давно себя простила за все свои выходки. Что было, то было. Тем более сейчас это может нам пригодиться.

Он щёлкает меня по носу и расслабленно откидывается на спинку дивана. Видимо, ему было непросто предложить мне такое, помня мой эмоциональный рассказ…

– Ты помнишь, где тот дом, в котором ночевала?

– Нууу… Отсюда дорогу точно не найду. Но, когда я в полной прострации ехала от лагеря, он был чуть ли ни первым, попавшимся на пути.

– Супер, значит наш новый транспорт по дороге к твоему временному пристанищу. – он довольно потёр руки и подмигнул мне. – Давай перекусим и выдвигаемся.

Спустя примерно полчаса мы покидаем спасительное убежище. Поднявшись на поверхность, понимаю, что уже стемнело и лишь молнии освещают всё вокруг.

– Ты не боишься тех, других молний? Вдруг они опять появятся? – шепчу своему другу.

– Я раньше увлекался природными явлениями и знаю, что если стоять неподвижно, то шаровая молния тебя не тронет. А в лагере был хаос и паника, наверно поэтому им не повезло....

– Тогда понятно, почему меня ударило… – задумчиво говорю я и, чувствуя его немой вопрос, вкратце пересказываю, как было дело.

Мне очень не по себе. И от понимания, что вокруг всё—таки могут бродить те уроды, разыскивая меня, хотя Дэн утверждает обратное, но и от полученной информации о существовании Ноксов…

– А ты потом видел этих монстров, ну кроме того момента, как они превратились.

– Нет, но ребята, которые сначала гуляли по ночам, видели и слышали на краю города. После того, как один не вернулся, их ночные вылазки прекратились.

– В каком смысле слышали? – казалось, я стала говорить ещё тише.

– Как треск и шипение, или гудение. Не понимаю, как лучше объяснить. Знаешь звук, который издаёт ток? Ну вот что—то похожее, но громче и, как будто злее что ли. Но это их слова, поэтому я не несу ответственность за достоверность этих сведений, – он чуть усмехнулся, а я напрягаюсь ещё сильнее.

На время замолкаю, прислушиваясь. Вроде тихо. Только в голове крутится множество мыслей, которые мешают сконцентрироваться на окружающей обстановке. Несмотря на то, что я постоянно оглядываюсь по сторонам, ничего не получается рассмотреть. Хоть и частые, но кратковременные вспышки лишь усиливают нервозность. Тёмные силуэты машин, домов или их останков вокруг нагнетают чувство обречённости.

Спустя несколько минут не выдерживаю:

– Нам ещё долго идти?

– Минут пять до машины. Оттуда до твоего дома ещё примерно столько же.

– А ты уверен, что там не будет засады?

– Насколько я успел понять, после того случая они держатся все вместе после захода солнца и ближе к центру города. Я пару раз оставался ночевать с ними, а в другие разы говорил, что не успевал вернуться и прятался, а сам оставался у себя.

– А эти твари? Дом же на окраине…

– Скай, я прошу, не накручивай себя. Мы почти пришли.

Через пару минут подходим к машине.

– У тебя есть чем подсветить?

Он достаёт фонарик, включает и чуть прикрывает рукой, чтоб светило не так ярко. Я обхожу машину и внимательно осматриваю. Вижу, что заднее стекло чуть приоткрыто – буквально на полсантиметра, залезаю в кузов, отодвигаю его и после этого ныряю в салон.

Открываю дверь изнутри.

– Свети.

Нащупываю нож, который мне отдал Дэн после водных процедур, поддеваю пластик и достаю скрученные провода. Вспоминаю всё, чему учили меня «старые друзья». Снимаю защитный кожух, так, теперь надо оголить провода. Чёрт, какие из них? – проносится в голове, и меня покрывает холодный пот. А если не те соединю, что тогда может произойти? Ожидаемо, ответа на этот вопрос у меня нет.

Я вопросительно смотрю на Дэна, но он лишь пожимает плечами. Ладно, была не была. Надо пробовать. Выбираю два провода, снимаю изоляцию и подношу друг к другу. Как только они соприкасаются, сердце замирает, но более ничего не происходит. Я пробую ещё раз. Дэниэл напряжённо следит за моими движениями, не забывая периодически оглядываться по сторонам.

Яркие всполохи в небе порядком раздражают и отвлекают. После очередной серии светопреставления опускается темнота, и только я выдыхаю, как небо разрывает раскат грома. Я подпрыгиваю на сиденье от неожиданности. Нервы натянуты до предела, ведь если у меня сейчас ничего не получится, наш план будет провален. Надо успокоиться и попробовать ещё раз. С третьей попытки провода наконец замкнулись. Но вместо долгожданного урчания мотора ночную тишину разрывает в клочья оглушительный визг. От очередной порции адреналина на миг теряюсь, но тут же разделяю провода и откидываюсь на сиденье, прикрывая глаза руками.

– Прости… Нас могли услышать…

– Эй, не вздумай расстраиваться. За такой канонадой ничего не было слышно. Надо пробовать ещё раз. Всё получится, ты молодец.

Спустя минуту ещё раз внимательно смотрю на провода, отделяю ещё один и соединяю с тем, в котором точно уверена. Мелькает искра, и двигатель оживает. Я смотрю на Дэниэла и счастливо улыбаюсь:

– Получилось!

– А я что говорил. Двигайся и возьми рюкзаки.

Через несколько минут мы паркуемся у того самого гаража, из которого я сбежала менее суток назад. Воспоминания накатывают с новой силой, но я быстро беру себя в руки и выхожу из машины. Пристально оглядываюсь по сторонам. Вроде тихо.

– Зайдём через входную дверь, она должна быть открыта. Из дома есть выход в гараж, там я оставила свои вещи.

Мотоцикл на месте, и даже колёса целы. Вряд ли им пришло в голову, что я приехала именно на нём. Иду к месту, где оставила рюкзак и понимаю, что они в нём хорошо покопались. Вещи раскиданы, еды нет, фотография в разбитой рамке валяется неподалёку… Поднимаю её и прижимаю к груди. Залезаю в потайной карман и нащупываю зарядный блок, фонарик, спички – не нашли. Хоть что—то хорошее… Думаю, что у меня ещё было с собой – точно, плитка с газовым баллоном, но я её не доставала здесь, значит, они забрали… Ладно, не критично.

Собрав все найденные оставшиеся вещи в рюкзак, возвращаюсь в дом и вижу Дэниэла, задремавшего на диване. Жалко его будить, но он говорил, что лучше ехать ночью. Думаю, как быть, и решаю дать ему пару часов на отдых. Достаю из куртки телефон и включаю, чтобы засечь время, и ставлю будильник, на всякий случай, если меня тоже сморит сон. Автоматически смотрю на шкалу сети, но ожидаемо там пусто… Не желая сидеть в полной темноте, иду на кухню – видела там свечи. Запахи усилились, поэтому, схватив искомое, быстро возвращаюсь назад, закрыв за собой дверь.

Расставив три свечи на горизонтальных поверхностях, сажусь рядом с Дэном на диван и кручу в руках фоторамку, пребывая в мысленных грёзах. Какова вероятность, что у Хлои всё хорошо и мы найдём её по бабушкиному адресу? Маленькая… И что тогда делать? Куда ехать дальше? Стоп! Адрес! Какой адрес?! Судорожно перебираю воспоминания в памяти и понимаю, что записала его в ежедневник, который благополучно оставила дома… Тихий стон вырывается из груди. В этот же момент осколок царапает палец. Зачем вообще мне эта рамка? – открываю её, вытаскиваю снимок, и мне на колени падает сложенный лист бумаги. Сердце замирает.

Дрожащими руками разворачиваю его и вижу такой родной бабулин почерк… Пелена слёз заволакивает глаза, вытираю их тыльной стороной ладони и начинаю читать при дрожащем пламени свечи:

«Родная моя девочка! Ты знаешь, что я тебя очень сильно люблю! Надеюсь, что после открывшейся правды ты не держишь на меня зла. У меня не хватило духу сказать всё глядя в глаза. Наверно, я просто боялась тебя потерять… Я верю, что ты сохранила наш снимок и рано или поздно найдёшь это письмо». – я всхлипываю, вытираю вновь набежавшие слёзы и, сделав глубокий вдох, продолжаю читать – «Надеюсь, Мартин выполнил мою последнюю просьбу и позаботился о тебе, но, если вдруг ты оказалась в трудном положении, знай, что тебе есть куда поехать – маленький домик, раньше принадлежавший мне с мужем, в лесу у реки рядом с городком Окдэйл. Когда он умер, я решила уехать подальше от счастливых воспоминаний, но продавать дом не стала, как будто знала, что он может ещё пригодиться. Теперь он твой. Все документы и деньги найдёшь в столе. Ключ в клумбе у крыльца. Зная своего племянника, я решила подстраховаться. На обратной стороне написаны все ориентиры, чтоб ты без проблем могла туда добраться. Люблю тебя безмерно! Надеюсь, ты будешь счастлива! Навеки твоя Ба».

Перевернув лист, увидела схематичный набросок – карту.

Сил сдерживаться больше не было, и я разрыдалась, разбудив при этом Дэна. Он судорожно оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что произошло. Только зажившая рана в душе вновь начала кровоточить…

– Скай, что…? Что случилось? Почему ты плачешь? Чёрт, я что, уснул? – спросил он, оглядывая обстановку вокруг.

Не в силах говорить, молча протянула ему письмо.

Быстро ознакомившись с ним, он понял, что слова тут не помогут, поэтому просто обнял меня и начал покачивать, как маленького ребёнка. Постепенно успокаиваясь, я почувствовала, что начинаю дремать, и, собрав все оставшиеся силы, отстранилась и села ровно. Потёрла глаза и произнесла:

– Наверно, пора ехать? Я решила дать тебе немного отдохнуть и нашла бабулино послание в рамке под фото… Что мы будем делать? Куда поедем? Как и собирались в Глиридж или в этот Окдэйл? Ты, кстати, не знаешь, где он находится?

– Карта в моём рюкзаке в машине, могу сходить за ней, но думаю, надо придерживаться первоначального плана.

– Блин! Я же вспомнила, что у меня нет адреса Хлои! Как мы её найдём? – подняла на него заплаканные глаза.

– Давай доедем до города, посмотрим, в каком он состоянии, и на месте уже решим, как быть дальше.

– Да, хорошо, дай мне пару минут.

– Я думаю, у тебя есть минут пятнадцать. Мне надо в кузов закатить эндуро и закрепить его. Оставлять его тут было бы глупо. В гараже ещё есть бензин?

– Одна канистра у большого сейфа и одна в кустах, растущих вдоль дороги, – ответила я без пояснений.

– Хорошо, буду ждать тебя в машине.

Я прошла в ванну и умылась. Постояла немного, облокотившись на раковину и глядя на своё отражение: что нас ждёт дальше? Сможем ли мы выжить в этом новом мире? Встряхнула головой, прогоняя безрадостные мысли, подхватила рюкзак с курткой, спрятала фото с письмом во внутренний карман к карте, задула свечи и вышла на улицу.

Подойдя к машине, увидела, что Дэниэл ещё крепит мотоцикл к стенкам пикапа найденным в багажнике тросом. Оглянулась по сторонам и зашла в гараж, подсвечивая себе вынутым из рюкзака фонариком. Остановившись напротив сейфа, я задумалась: чем же тебя попробовать открыть? осмотрелась по сторонам и увидела лежащий на полу кусок проволоки. Приступим. Согнув проволоку под определённым углом, я начала вскрывать замок. Через некоторое время моих мучений подошёл Дэниэл:

– Что ты там хочешь найти?

– Оружие. У тебя же его нет? – пыхтя и начиная злиться, ответила я.

– Ты умеешь с ним обращаться?! – удивлённо спросил он.

– Если походы в тир считаются, то да, и вполне неплохо. А ты разве нет?

– Нет, не приходилось. Я больше по борьбе и ближнему бою.

– Ну, в любом случае, если у нас будет ружьё или винтовка, я буду себя чувствовать в большей безопасности, – ответила я, уже готовая бросить своё бесполезное занятие, как вдруг слышу тихий щелчок, и дверь открывается.

Бинго – улыбнулась я.

Забрав всё, что было в сейфе, и загрузив в машину, мы наконец тронулись в путь.

Город проехали насквозь без приключений. Нигде не светилось ни одного огонька, вокруг была полная тишина и темнота, изредка прерываемая одиночными вспышками молний и редкими раскатами грома.

– Сколько нам ехать?

– Часов пять—шесть, примерно. Но всё зависит от дороги. В любом случае сделаю остановку, когда наступит рассвет.

Как только мы выехали на шоссе и проехали перечёркнутый указатель «Офливейл», моя голова опустилась на грудь, и я провалилась в крепкий глубокий сон.

Глава 6.Райли. Ферма.

Мы сидим на берегу красивого горного озера. Моя голова удобно покоится на коленях у Тима, и пока он ласково перебирает пряди моих волос, я блаженно смотрю на спокойную ярко—бирюзовую гладь воды. По ней, как по зеркалу, плавно скользят лучи заходящего солнца, отчего на поверхности то тут, то там вспыхивают яркие солнечные звёздочки, переливающиеся как бриллианты. Они завораживают гипнотической пульсацией, похожей на биение сердца. Высокая трава, как мягкое изумрудное покрывало, слегка колышется от прохладного ветерка, который приятно обдувает разгорячённую кожу и приносит запахи хвои, мёда и луговых цветов, сплетающихся в волшебный аромат.

За пологим берегом на другой стороне стоит застывший в безмолвии лес. А за ним виднеются снежные пики, растворяющиеся в серебристой пелене замерших облаков. Кажется, даже время замедлило свой ход, подстраиваясь под умиротворение, царившее вокруг. Покой и тишина, нарушаемая лишь тихим пофыркиванием уставших лошадей, пасущихся рядом и отдыхающих после долгой и интересной прогулки. Гармония.

И в этом спокойствии я поймала себя на мысли, что счастье – это не эмоция, а состояние. Глубокое и всеобъемлющее, которое течёт по венам вместе с кровью, наполняя каждую клеточку тела благодарностью к этому мгновению, к людям рядом, к самой жизни! И этот миг кажется единственно важным. Хочется растянуть его в вечность, раствориться в нём и остаться навсегда…

Улыбнувшись своим мыслям, поворачиваюсь к Тиму, ловлю его взгляд и тону в глазах цвета молочного шоколада. Едва на них падает солнечный свет, замечаю золотистые вкрапления, которые вспыхивают как искры костра, даря обещание уюта, надёжности и тепла. Поднимаю руку, касаюсь его колючей щеки, и по телу проносится волна мурашек.

– Ты мой Рай… – шепчет он и наклоняется ко мне. Я закрываю глаза в предвкушении…