Полная версия
— Я не травила! — закричала Эвелина, бросаясь к решетке. — Это не я! Меня подставили! Кто-то подбросил яд в мою сумочку! Я невиновна!
— Молчать! — рявкнул принц. Голос его эхом разнесся по подземелью. — Твоя вина доказана. Яд нашли в твоих покоях. Свидетели подтверждают, что ты угрожала леди Лиане. Твои дневники полны ненависти к ней. Ты хотела ее смерти, потому что не смогла смириться с тем, что я выбрал достойнейшую.
— Это ложь! — рыдала Эвелина. — Ложь! Маргарет! Маргарет все подстроила! Она с Алисией... То есть с Лианой... Они заодно! Я клянусь!
— Имя Алисия тебя не спасет, — холодно оборвал ее принц. — Леди Маргарет Форсайт дала показания против тебя. Она подтвердила, что ты давно страдаешь помутнением рассудка, что угрожала убить себя и других. Твоя истеричность известна всему двору. Ты опозорила свой род.
— Я не... — Эвелина осеклась и посмотрела на Лиану. В ее глазах вспыхнула искра понимания. — Ты... это ты! Ты и Маргарет! Вы с самого начала это планировали! Мои деньги, мое положение, мой жених — вам все нужно было! А теперь вы хотите моей смерти, чтобы никто не узнал правду!
Лиана вздрогнула и спрятала лицо на груди принца.
— Довольно, — принц обнял свою ненаглядную и отвернулся от камеры. — Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Леди Эвелину Ашфорд казнить на рассвете путем отсечения головы. Имущество конфисковать в пользу короны. Исполнять.
— Не-е-ет! — завыла Эвелина, бросаясь на решетку. — Не-е-ет, пожалуйста! Я не виновата!
Но ее никто не слушал. Стражники оттащили ее от прутьев, повалили на солому. Принц с Лианой ушли, даже не оглянувшись.
А потом картинка снова дернулась, и я увидела эшафот. Площадь, заполненная народом. Помост, накрытый черной тканью. Плаха. Палач в маске с огромным топором. И Эвелина, которую тащили под руки двое стражников. Она была бледна как смерть, губы дрожали, но она больше не кричала. Она молча смотрела в толпу, ища... кого? Сострадания? Спасителя?
Никого не было. Толпа улюлюкала, кидалась гнилыми овощами, выкрикивала проклятия. «Убийца!», «Злодейка!», «Смерть ей!». Эвелину поставили на колени, положили голову на плаху. Она закрыла глаза.
— Во имя короны и справедливости! — прогремел голос палача.
Топор взлетел вверх, сверкнул на солнце...
— А-а-а! — заорала я и выпала из видения.
Я сидела на полу. В буквальном смысле на полу, рядом с креслом, которое опрокинулось, когда я падала. Мила трясла меня за плечи и что-то кричала, но я ее не слышала. В ушах стоял звон, а перед глазами все еще плыло кровавое пятно.
— Миледи! Миледи, очнитесь! Ради Создателя, что с вами?!
Я сфокусировала взгляд на ее перепуганной мордашке и выдохнула.
— Жива, — прохрипела я. — Кажется.
— Вы упали в обморок! Я испугалась! — Мила помогла мне подняться и усадила обратно в кресло.
Я обхватила голову руками и попыталась переварить увиденное. Это было не просто видение. Это был спойлер. Самый настоящий, подробный, с именами и датами спойлер моей будущей смерти.
Я — злодейка. Та самая классическая злодейка из любовного романа, которая мешает счастью главных героев и получает по заслугам в финале. Принц — главный герой. Лиана (она же Алисия, судя по всему) — главная героиня, истинная любовь, цветочек аленький. А я — та стерва, которая должна умереть, чтобы читатель порадовался за молодых.
— Твою ж дивизию, — выдохнула я.
— Миледи? — Мила смотрела на меня с ужасом.
— Мила, — я повернулась к ней и схватила за руку. — Скажи мне честно. Только честно. Кто такая Лиана?
Мила заморгала.
— Леди Лиана? Это... это леди Алисия Вуд. Полгода назад она получила титул от короны за... за какие-то заслуги. Теперь она леди Лиана Вуд, фрейлина принцессы и... и...
— И любовница моего жениха, — закончила я за нее. — Так?
— Да, миледи.
— А леди Маргарет? Она с ней дружит?
— Они очень близки, — подтвердила Мила. — Леди Маргарет часто бывает у леди Лианы в гостях. Говорят, что это она помогла ей получить титул.
Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Картина складывалась просто идеальная. Маргарет — не просто жадная компаньонка. Она сообщница. Они с Лианой провернули гениальную аферу: подобрались к богатой сиротке, пристроили свою подружку ко двору, подсунули ее принцу, а теперь хотят убрать законную невесту, чтобы хапнуть все деньги и титулы. А Эвелина, бедная дурочка, сама им подыграла, вскрыв себе вены и подтвердив репутацию истерички.
И смерть моя будет не просто казнью. Она будет сюжетно обоснованной. Злодейка пыталась отравить истинную любовь — получай топором по шее. Аллилуйя, хэппи-энд.
Но есть одна проблема.
Я не Эвелина.
Я Аня. Аня, которая выжила в общаге, где соседки воровали ее йогурты. Аня, которая работала в колл-центре и научилась посылать клиентов так, что они еще и спасибо говорили. Аня, которая не сдохла в вонючей речке, спасая пацана, и уж тем более не собирается сдыхать здесь из-за каких-то книжных героев!
— Значит так, — сказала я вслух, открывая глаза.
Мила вздрогнула.
— Миледи?
— Фиг вам, товарищ автор! — заявила я пустоте, из которой пришло видение. — Я так не играю!
— Что, простите? — Мила явно решила, что у меня окончательно поехала крыша.
— Мила, — я повернулась к ней и посмотрела прямо в глаза. — Запомни. С этого момента мы с тобой в глубокой жопе. Но из этой жопы мы выберемся, даже если придется грызть асфальт зубами.
— В... в жопе? — Мила покраснела. — Миледи, это неприлично...
— Прилично будет, когда нас обеих казнят на площади за то, что мы мешаем жить главным героям, — отрезала я. — А пока мы живы, мы будем бороться.
Я встала и подошла к окну. За стеклом простирался сад — ухоженный, красивый, с фонтанами и подстриженными кустами. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оранжевые тона.
— У нас есть время, — пробормотала я, анализируя видение. — В видении я была уже взрослой, принц был в короне. Значит, его отец еще жив. И Лиана уже получила титул, но еще не стала королевой. И меня казнят не завтра и не через месяц. У нас есть пара лет, может, больше.
— Что вы задумали, миледи? — робко спросила Мила.
Я обернулась к ней и улыбнулась. Улыбка вышла, судя по тому, как девчонка отшатнулась, зловещей.
— Я задумала, подруга, переписать этот долбаный сценарий. Если по сюжету я злодейка, то я буду самой лучшей, самой хитрой, самой живучей злодейкой в этом королевстве. Принц? Пусть катится к своей Лиане на всех парах. Мне этот козел даром не сдался. Маргарет? Она у меня попляшет. А Лиана...
Я прищурилась, вспоминая победную улыбочку блондинки на троне.
— Лиана пусть готовится. Потому что если она думает, что я просто так отдам ей свою голову на плаху, она глубоко ошибается. Я не Эвелина. Я не буду рыдать и резать вены. Я буду бороться. И пусть тогда боги помогут тем, кто встанет у меня на пути.
Я подошла к столу, взяла дневник Эвелины и швырнула его в камин. Бумага вспыхнула ярким пламенем.
— Прощай, прошлое, — сказала я, глядя, как горят розовые сопли. — Здравствуй, будущее. И оно будет моим.
— Миледи... — прошептала Мила с благоговейным ужасом. — Вы... вы изменились.
— Я воскресла, детка, — я подмигнула ей. — А воскресшие, как известно, очень опасны. Особенно когда знают, чем кончается книга. А теперь давай-ка разрабатывать план. Мне нужно узнать все об этом мире, всех его законах, всех слабых местах королевской семьи и всех грешках нашей дорогой компаньонки. И мы начнем прямо сейчас. Где у нас тут библиотека?
Глава 3. Первое столкновение с «Его Высочеством»
Я проснулась от того, что кто-то нагло раздвинул шторы, впуская в комнату поток солнечного света, который больно резанул по глазам. После вчерашних откровений я уснула только под утро, и сейчас мой организм требовал мести.
— Какого черта? — прохрипела я, натягивая одеяло на голову.
— Доброе утро, миледи! — жизнерадостно прощебетала Мила. Она стояла у окна с таким видом, будто только что выиграла в лотерею. — Прекрасное утро! Солнце светит, птички поют, а во дворце случилось великое событие!
— Если это событие не ядерная война, уничтожившая всех принцев и их любовниц, мне оно неинтересно, — пробурчала я из-под одеяла.
— Его Высочество кронпринц Теодор прибыл с визитом! — выпалила Мила. — Он едет к нам! Сейчас! Леди Маргарет уже принимает его в гостиной!
Я села в кровати так резко, что у меня хрустнула шея.
— Что-о-о?
— Его Высочество! — Мила захлопала в ладоши. — Он приехал проведать вас! Это так трогательно! Наверное, он осознал свою вину и хочет помириться!
Я посмотрела на эту наивную девочку и горько усмехнулась.
— Мила, детка, запомни раз и навсегда: мужики не ездят мириться к женщинам, которых унизили прилюдно. Они ездят только в двух случаях: либо им что-то нужно, либо они хотут добить жертву. Угадай с трех раз, к какому варианту относится наш визит?
Мила сникла.
— Но... может быть...
— Не может, — отрезала я, спуская ноги с кровати. — Одевай меня. Быстро. И рассказывай, кто с ним приехал. Только честно.
Мила засуетилась вокруг меня, помогая надеть пеньюар (боже, я даже слово это раньше не могла выговорить без смеха, а теперь ношу это кружевное безобразие).
— Со свитой, миледи, — затараторила она. — Человек десять. Среди них... среди них леди Лиана Вуд.
— Бинго! — я хлопнула в ладоши. — Я же говорила. Притащил свою зазнобу, чтобы еще разок носом потыкать. Типа, посмотри, дорогая невеста, какую я тебе замену нашел. Ай да Теодор, ай да молодец!
— Миледи, может, притворитесь больной? — робко предложила Мила. — Скажем, что вы еще слабы после... после того случая.
— Исключено, — я подошла к зеркалу и критически оглядела свое отражение. Бледновата, под глазами синяки, но в целом — ничего. Красивая мордашка, шикарные волосы, фигура — богиня. — Если я притворюсь больной, они решат, что я сломалась. А сломанных кукол выбрасывают. Или добивают. Нет уж, спасибо. Мы встретим дорогих гостей во всеоружии.
— Во всеоружии? — Мила испуганно оглянулась, явно представляя меня с мечом.
— В моральном, детка, в моральном. Давай платье. То, которое самое красивое, самое дорогое и самое... уверенное. Чтобы этот принц пожалел, что вообще родился на свет.
Через полчаса я спускалась по лестнице. Платье, которое выбрала Мила, оказалось темно-изумрудным, с глубоким декольте (от которого у меня самой глаза на лоб полезли), узким лифом и пышной юбкой, расшитой серебряными нитями. Волосы мы уложили в сложную прическу, открывающую шею, нанесли легкий макияж, подчеркнув глаза, и я стала похожа на роковую женщину из голливудского фильма сороковых годов. Ту самую, которая курит длинный мундштук и разбивает мужские сердца пачками.
— Миледи, вы... вы прекрасны, — выдохнула Мила.
— Знаю, — я подмигнула ей. — Красота — это оружие. А сегодня у нас боевой выход.
Голоса доносились из большой гостиной. Я замедлила шаг, прислушиваясь. Сквозь приоткрытую дверь было слышно сладкое воркование леди Маргарет:
— Ваше Высочество, какая честь! Мы так тронуты вашей заботой! Бедняжка Эвелина так переживала после того злополучного бала, что совсем слегла. Но теперь, когда вы здесь, она непременно пойдет на поправку!
— Я искренне надеюсь на это, леди Маргарет, — раздался мужской голос. Глубокий, бархатистый, с нотками снисходительности. — Здоровье моей невесты — не пустой звук для меня. Именно поэтому я пригласил леди Лиану сопровождать меня. Она обучалась целительству у лучших магов Академии и сможет оценить состояние леди Эвелины профессионально.
— О, какая забота! — проворковала Маргарет. — Леди Лиана, вы так добры!
— Что вы, это мой долг, — ответил второй женский голос. Тоненький, нежный, прямо-таки журчащий ручеек. — Я сделаю все возможное, чтобы помочь леди Эвелине.
Я скривилась. Ну точно, притащил свою пассию в качестве «целительницы». Это ж надо быть таким... предсказуемым!
Я распахнула дверь и шагнула внутрь.
— Доброе утро всем! — произнесла я звонко, с улыбкой во все тридцать два зуба.
Эффект был подобен разорвавшейся бомбе.
Леди Маргарет, стоявшая у кресла с чайником в руках, замерла с открытым ртом. Ее лицо вытянулось, а чайник накренился, проливая кипяток на скатерть.
Принц Теодор, восседавший в кресле с видом хозяина жизни, дернулся так, будто его ударили током. Его брови поползли вверх, а на лице отразилась сложная гамма чувств: от недоумения до едва сдерживаемого раздражения.
Но самое интересное было с Лианой. Эта блондиночка, сидевшая на диванчике рядом с принцем, побледнела так, что стала одного цвета со своим платьем. А потом быстро-быстро заморгала, пытаясь изобразить на лице участливое выражение.
— Леди Эвелина! — ахнула Маргарет, придя в себя. — Вам нельзя вставать! Вы так слабы!
— Слаба? — я рассмеялась и плавно, как учили в моей старой жизни на курсах этикета (да, было дело, ходила, думала, что пригодится для выхода в свет, а пригодилось для выхода в иной мир), проплыла в центр комнаты. — Дорогая леди Маргарет, я чувствую себя прекрасно. Лучше, чем когда-либо. Смерть, знаете ли, очень освежает.
Я остановилась напротив принца и сделала легкий книксен. Чисто формально, без тени подобострастия.
— Ваше Высочество. Какая неожиданная честь. Не думала, что вы найдете время посетить скромную обитель своей... забыла, как вы меня назвали на балу? Ах да, «кошелек на ножках».
Тишина повисла в комнате такая, что можно было резать ножом. Лиана открыла рот и снова закрыла. Маргарет схватилась за сердце. А принц... принц смотрел на меня так, будто у кресла, в котором он сидел, внезапно выросли ноги и оно собралось танцевать канкан.
— Вы... — начал Теодор и запнулся. Явно не знал, что сказать. Привык, видимо, к другой реакции. Чтобы ему в ноги бросались, рыдали, умоляли о прощении.
— Я, — подтвердила я, усаживаясь в кресло напротив него. Ноги поставила ровно, спину выпрямила, взгляд — прямой, открытый, без тени смущения. — Леди Эвелина Ашфорд. Ваша невеста. Помните такую? Или уже успели забыть за хлопотами о здоровье бедной Лианы?
— Леди Эвелина! — вмешалась Лиана, вскакивая с диванчика. Ее голосок дрожал, а на глазах выступили слезы. Боже, какая актриса пропадает! — Я понимаю, вы злитесь на нас, но поверьте, я ничего не делала нарочно! Я не хотела вставать между вами и Тео... то есть его Высочеством! Это все вышло случайно!
— Случайно? — я подняла бровь. — Интересное понятие случайности. Случайно приехать в столицу? Случайно попасть во фрейлины? Случайно оказаться на балу в тот момент, когда мой жених решил публично унизить меня? И случайно стать его любовницей? Лиана, милая, да ты просто ходячая лотерея!
— Как вы смеете! — Теодор вскочил с кресла. Глаза его сверкали. Вблизи он оказался еще красивее, чем в видении. Высокий, широкоплечий, с волевым подбородком и этими дурацкими серыми глазами, в которых, казалось, отражались все бури мира. И седина на висках, добавляющая ему шарма. Ну просто Ален Делон в молодости, только злой и напыщенный.
— Я смею, Ваше Высочество, — я даже не пошевелилась, продолжая сидеть с нога на ногу. — Потому что это мой дом, моя гостиная и, между прочим, моя жизнь, которую вы вчера едва не довели до самоубийства. Или вы уже забыли, из-за кого я вскрыла вены?
— Эвелина! — взвизгнула Маргарет. — Как ты разговариваешь с наследником престола?!
— А как я должна с ним разговаривать? — я повернулась к ней и посмотрела с ледяной вежливостью. — На коленях ползать? Слезами умываться? Дорогая леди Маргарет, боюсь, я потеряла много крови вместе с желанием унижаться перед теми, кто этого не заслуживает.
Я снова перевела взгляд на принца. Он стоял, сжимая кулаки, и смотрел на меня с таким выражением, будто я была инопланетным существом, прилетевшим с Марса.
— Что с вами случилось? — спросил он наконец. — Вы... вы другая.
— Я воскресла, — просто ответила я. — И знаете, Ваше Высочество, есть в этом процессе одна забавная особенность: когда ты уже побывал на том свете, тебе становится глубоко плевать на мнение окружающих. Особенно на мнение тех, кто тебя туда отправил.
Лиана, видя, что ситуация выходит из-под контроля, шагнула ко мне, протягивая руки.
— Леди Эвелина, позвольте мне осмотреть вас! Я чувствую, что ваша аура повреждена! Наверное, та темная энергия, что вас окружает...
— Темная энергия? — я расхохоталась. — Лиана, милая, единственная темная энергия в этой комнате исходит от твоего платья. Оно же траурное, ты в курсе? Или ты решила заранее оплакать нашу помолвку?
Лиана замерла, опустила руки и посмотрела на принца с таким выражением, будто я только что плюнула в святую воду. Принц мгновенно оказался рядом с ней, обнял за плечи и зыркнул на меня испепеляющим взглядом.
— Довольно! — рявкнул он. — Вы перешли все границы, леди Эвелина! Леди Лиана пришла сюда с добрыми намерениями, а вы...
— А я защищаю свою территорию, — перебила я, поднимаясь с кресла. Теперь мы стояли друг напротив друга: я, он и прижавшаяся к нему Лиана. Прямо любовный треугольник в декорациях восемнадцатого века. — Это мой дом. Моя гостиная. И я не позволю какой-то проходимке с титулом, купленным неизвестно за какие заслуги, копаться в моей ауре. Или в моей голове. Или где она там собиралась копаться.
— Вы несправедливы к леди Лиане! — Теодор сделал шаг вперед, заслоняя свою драгоценную пассию. — Она чиста и невинна, в отличие от вас!
— О, я знаю, — я скрестила руки на груди (насколько это позволял корсет). — Чиста и невинна, как горный хрусталь. Только вот горный хрусталь почему-то всегда оказывается в карманах у тех, кто умеет считать чужие деньги. Вы не находите это подозрительным?
Лиана всхлипнула и уткнулась лицом в плечо принца.
— Тео, я не могу... она такая злая... я не вынесу...
— Тише, любовь моя, — принц погладил ее по голове, а на меня посмотрел с такой ненавистью, что, будь она материальной, я бы уже превратилась в горстку пепла. — Вы ответите за это, леди Эвелина.
— За что именно? — я искренне удивилась. — За то, что не дала посторонней женщине лечить меня? За то, что защищаю свои личные границы? Или за то, что не рыдаю в вашем присутствии, как раньше? Простите, Ваше Высочество, но рыдания закончились вместе с кровопотерей. Теперь у меня только сарказм и здоровый цинизм.
Наступила пауза. Долгая, напряженная пауза, во время которой я рассматривала принца с нескрываемым любопытством. Ну как рассматривают редкий экспонат в зоопарке: вроде и зверь красивый, а в клетку сажать таких надо.
Теодор под моим взглядом явно занервничал. Он отпустил Лиану, сделал шаг в мою сторону и прищурился.
— На что вы смотрите?
— На вас, Ваше Высочество, — честно ответила я. — Интересно же. Никогда раньше не видела живого принца, который публично унижает свою невесту, а потом приходит проведать ее с любовницей. Это какой-то новый вид этикета? Или вы просто решили добить меня окончательно, чтобы освободить место для своей ненаглядной?
— Я пришел... — начал он и запнулся. Похоже, сам не знал, зачем пришел. А может, знал, но теперь, столкнувшись с неожиданным отпором, растерялся.
— Вы пришли убедиться, что я действительно при смерти? — подсказала я. — Или, может, надеялись, что я уже окочурилась и можно забирать мое приданое? Простите, но придется разочаровать. Я жива, здорова и намерена жить еще долго. Очень долго. Назло всем врагам.
— У вас нет врагов, — буркнул Теодор.
— О, вы удивитесь, Ваше Высочество, — я многозначительно посмотрела на Маргарет, которая все это время стояла белая как мел и явно молилась всем богам, чтобы я заткнулась. — Врагов у бедной сиротки с огромным состоянием всегда предостаточно. Просто раньше я была слишком наивна, чтобы их замечать.
— Что вы имеете в виду? — насторожился принц.
— Ничего конкретного, — я пожала плечами. — Просто размышления вслух. Не обращайте внимания.
Лиана, поняв, что ее вытеснили из центра внимания, предприняла новую попытку. Она подошла к принцу, взяла его под руку и посмотрела на меня с приторной улыбкой.
— Леди Эвелина, я рада, что вы в порядке. Честно. И если вам когда-нибудь понадобится помощь... Я всегда рядом.
— Знаю, — кивнула я. — Прямо за моим женихом. Буквально в двух шагах. Удобно устроилась, правда?
— Довольно! — рявкнул Теодор. — Мы уходим!
— Уже? — я изобразила разочарование. — А как же целительство? А как же забота о моем здоровье? Ваше Высочество, вы меня разрываете!
— Я пришлю придворного лекаря, — процедил он сквозь зубы. — Настоящего. А леди Лиане здесь больше делать нечего.
— Полностью с вами согласна, — я сделала реверанс, глядя прямо в глаза Лиане. — Ей здесь вообще никогда нечего было делать.
Лиана вспыхнула, прикусила губу и уткнулась носом в плечо принца. Тот, уже развернувшись к выходу, вдруг остановился и обернулся.
— Леди Эвелина, — сказал он тихо, но так, что у меня мурашки побежали по спине. — Я не знаю, что с вами произошло. Но предупреждаю: игры со мной опасны.
— Ваше Высочество, — я склонила голову набок и улыбнулась самой своей хищной улыбкой. — Я тоже предупреждаю: игры со мной теперь опасны вдвойне. Спокойного дня.
Он вышел, увлекая за собой Лиану. Маргарет, бросив на меня уничтожающий взгляд, выбежала следом — видимо, провожать высоких гостей и заодно убеждать их, что я сошла с ума окончательно и бесповоротно.
Я осталась одна. Медленно опустилась в кресло, выдохнула и только сейчас заметила, что у меня дрожат руки.
— Ну и ну, — прошептала я. — Кажется, я только что объявила войну королевскому дому.
Мила влетела в комнату через минуту после того, как за принцем закрылась дверь.
— Миледи! — закричала она, бросаясь ко мне. — Миледи, вы живы?! Я так боялась! Я подслушивала под дверью и чуть не умерла от страха! Как вы могли так с ним разговаривать?! Это же наследник престола!
— Успокойся, — я похлопала ее по руке. — Видишь, жива, здорова, даже не поцарапана.
— Но его Высочество... он же мог приказать вас арестовать! Или высечь! Или...
— Или что? — усмехнулась я. — Жених приказать высечь невесту? Это даже для этого мира слишком. А арестовать? За что? За дерзость? Максимум, что он может — разорвать помолвку. А знаешь, Мила? Я, кажется, только что поняла, что это был бы лучший вариант.
Мила округлила глаза.
— Разрыв помолвки? Миледи, но это же позор! Вас никто замуж не возьмет! Вы останетесь старой девой!
— Мила, — я взяла ее за плечи и посмотрела в глаза. — Старой девой с состоянием, которое позволит мне купить эту страну вместе со всеми принцами и их любовницами. Это так страшно?
Мила задумалась.
— Ну... наверное, нет...
— То-то же, — я откинулась на спинку кресла. — Знаешь, что я поняла за эту пятиминутную встречу? Принц — классический мудак, который привык, что женщины перед ним пресмыкаются. Лиана — классическая стерва, которая умело разыгрывает невинность. А я...
Я замолчала, вспоминая его взгляд в конце разговора. В этом взгляде была не только злость. Там было что-то еще. Какое-то замешательство, растерянность... и интерес. Самый настоящий, живой интерес.
— Он заинтригован, — сказала я вслух.
— Кто? — не поняла Мила.
— Принц. Он ушел раздраженным, да. Но он ушел заинтригованным. Он впервые увидел во мне не пустое место и не истеричную дуру. Он увидел личность. И это его бесит.
— Это хорошо или плохо? — робко спросила Мила.
— Понятия не имею, — честно призналась я. — В моем видении он меня казнил. Значит, если я не буду той Эвелиной, которая лезет в бутылку из-за него, возможно, сценарий изменится.
Я встала и подошла к окну. Внизу, в саду, мелькнула фигура принца, садящегося в карету. Лиана уже была внутри, приникнув к окошку. Теодор обернулся, посмотрел на окна моего особняка и... встретился со мной взглядом.
Не знаю, видел ли он меня. Но я точно видела, как дернулся его кадык.
— Интересный мужик, — пробормотала я. — Жалко, что козел.
— Что, миледи? — переспросила Мила.
— Ничего, — я задернула штору. — Готовь обед. И принеси мне все книги по магии, какие найдешь в библиотеке. Если в этом мире есть магия, я хочу знать о ней все. Потому что, судя по всему, Лиана ей пользуется, а я пока даже не знаю, что это такое.
— Но, миледи, вы же не обучались магии... — удивилась Мила. — Ваш дар так и не проснулся, леди Маргарет говорила, что вы пустышка.
— Пустышка? — я усмехнулась. — Мила, пустышки не воскресают после того, как вскрыли вены. И пустышки не видят будущего. Так что либо у меня дар просто спал, либо... либо я здесь не просто так. А теперь бегом за книгами. Время не ждет.
Мила выбежала, а я опустилась в кресло и закрыла глаза. Перед мысленным взором снова стоял принц. Его серые глаза, его напряженная челюсть, его растерянность, которую он так старательно прятал за маской высокомерия.
