Если знаешь конец

Она улыбнулась.

— Спасибо.

Развернулась и ушла. А я ещё минуты две сидел за партой и смотрел в пустой класс. До сих пор смешно вспоминать. Наверное, в тот момент я уже мысленно представлял, как мы вместе учим английский, потом идём гулять, потом... В общем, фантазия у шестнадцатилетнего меня работала отлично.

Домой я тогда пришёл и сразу сел готовиться. Я почему-то решил, что должен объяснить всё идеально. Пересмотрел школьный учебник. Нашёл упражнения в интернете. Даже выписал несколько примеров на отдельный листок, чтобы ей было проще понять. Просидел почти до двух часов ночи.

На следующий день пришёл в школу сонный, зато с целой папкой листов. После уроков мы встретились возле школьных ворот. Я достал тетрадь.

— Ну что, начнём?

Мэй честно посмотрела на первую страницу. Потом на вторую. Потом куда-то мне за спину.

— Слушай...

— Что?

— А давай лучше в кино?

Я сначала даже не понял.

— Сейчас?

— Ага.

— А английский?

Она пожала плечами.

— Завтра выучу.

Я невольно усмехнулся.

— Не выучишь.

— Не выучу.

Она сказала это так спокойно, будто мы оба прекрасно понимали, что никакого английского сегодня уже не будет.

— Ну так что?

Я посмотрел на папку с конспектами. Потом на неё. Потом снова на папку. И подумал, что английский никуда не денется. А вот возможность провести вечер с Мэй — ещё неизвестно.

— Ладно.

Она довольно улыбнулась.

Фильм я сейчас уже даже не вспомню. Помню только, что весь сеанс мы постоянно шутили друг над другом. Она умудрилась рассыпать половину попкорна. Я облился колой. Она потом ещё минут десять смеялась надо мной.

Когда мы вышли из кинотеатра, на улице уже начинало темнеть.

— Слушай... — неожиданно сказала Мэй.

— М?

— Ты же правда вчера готовился?

Я посмотрел на неё.

— Было немного.

— Немного — это сколько?

— До двух ночи.

Она остановилась.

— Серьёзно?

Я кивнул. Несколько секунд она молчала. Потом тихо сказала:

— Прости.

Я пожал плечами.

— Да ладно.

— Нет, правда. Я ужасная.

После кино мы ещё часа два гуляли по парку. Разговаривали вообще обо всём: о школе, о фильме, о том, как она ненавидит английский, о том, что я никогда не опаздываю, о том, почему утки в пруду всегда выглядят недовольными.

Самое смешное, что английский мы тогда так и не открыли. Да и потом тоже. Зато именно после того вечера мы начали общаться почти каждый день. Наверное... это был лучший провал в моей жизни.

...Знаешь, я до сих пор не знаю, зачем рассказываю тебе то, что ты и сама помнишь. Наверное, просто потому что мне нравится, как это звучит, когда я это записываю. Как будто пока я пишу — это ещё немного длится.

Глава 6

За окном только начинало светать. Сквозь шторы пробивался тусклый утренний свет, а рядом, мирно свернувшись калачиком, спала Сюй Мэй. Линь осторожно поднялся с кровати, стараясь не разбудить её. Плечо тут же отозвалось ноющей болью.

— Чёрт... — тихо пробормотал он.

На кухне Линь поставил чайник и подошёл к окну. Во дворе было тихо. Люди спешили на работу, кто-то выгуливал собаку, пожилой мужчина поливал цветы. Обычное утро. Но мысли снова и снова возвращались к тому дому.

Линь Чжоу достал телефон. Несколько секунд смотрел на экран, затем открыл список контактов. Ван Цзе. Большой палец завис над кнопкой вызова. Через несколько секунд в трубке послышался сонный голос.

— Ты вообще видел, который час?

— Видел.

— Ты должен сейчас лежать дома.

— Мне нужен адрес. Того места с фотографии.

На другом конце повисла тишина.

— Какой ещё адрес? Я же сказал — материалы дела я тебе не показываю.

— Мне не нужны материалы. Просто адрес.

— Линь.

— Что?

— Нет.

— Ван, ну хоть что-то. Я никому не скажу, откуда узнал.

— Дело не в этом. Ты на больничном, ты не в деле, и если кто-то узнает, что я тебе слил адрес места преступления...

— Никто не узнает.

— Нет.

Линь на секунду замолчал, собираясь с мыслями.

— Тогда хотя бы скажи — я имею право просто съездить и посмотреть на дом снаружи? Это же не запрещено законом.

— Формально нет. Но ты прекрасно понимаешь, что спрашиваешь не про закон, а про адрес.

— Ван. Пожалуйста.

Молчание затянулось.

— Клянусь, никаких глупостей. Просто хочу посмотреть. Мне правда очень интересно.

На другом конце линии снова стало тихо — на этот раз надолго.

— Линь... у тебя всё хорошо?

Вопрос застал его врасплох. Он думал быстро.

— Всё нормально. Просто... после ранения я, кажется, слишком много сижу дома и слишком много думаю. Врач говорил, что первое время это нормально. Мне нужно просто съездить, увидеть что-то своими глазами — и, может, голова перестанет прокручивать одно и то же.

Ван долго молчал.

— Ладно.

Он тяжело выдохнул.

— Только адрес. И обещай, что просто посмотришь снаружи и уедешь.

— Обещаю.

— Спасибо. Ты настоящий друг.

— Не благодари. Если кто-то спросит — я тебе ничего не говорил.

— Понял. Спасибо.

Через несколько секунд телефон коротко завибрировал. Пришло сообщение: «Пинцзян-лу, 148, район Гусу, Сучжоу.»

Линь надел куртку, стараясь не тревожить плечо, взял ключи и тихо вышел из квартиры. Дверь за его спиной негромко щёлкнула. Мэй даже не проснулась.

***

Такси остановилось у начала узкой каменной улочки. Линь расплатился с водителем и вышел из машины. Плечо неприятно потянуло от резкого движения. Несколько секунд он молча смотрел вперёд.

Историческая часть Сучжоу почти не изменилась за последние десятилетия. Узкие улочки тянулись вдоль каналов, белые дома с тёмно-серой черепичной крышей стояли так близко друг к другу, что казалось — они поддерживают соседние стены. Под карнизами покачивались красные фонари, а из приоткрытых окон доносились голоса соседей. Днём район жил своей привычной жизнью, но здесь всё равно было удивительно тихо.

Линь пошёл вперёд. Он свернул за угол. И замер.

Тот самый дом. Белые оштукатуренные стены, тёмная черепичная крыша, старые деревянные ставни, потемневшая от времени входная дверь и небольшая металлическая табличка с номером дома. Всё было именно так, как он видел во сне.

Линь подошёл ближе. Во сне именно здесь под его ногой хрустнул мелкий гравий. Линь опустил взгляд. Гравий всё ещё лежал на том же месте. Он сделал шаг. Хруст. По спине пробежал холод.

У входа дежурил молодой полицейский — судя по всему, совсем недавно из академии.

— Доброе утро.

Линь показал удостоверение. Полицейский неуверенно сверил фотографию, переводя взгляд с документа на его лицо и обратно.

— Вам должны были позвонить, что я подъеду, — спокойно сказал Линь.

Никто ему не звонил. Полицейский на секунду замялся, явно не зная, как поступить — то ли ему просто забыли сообщить, то ли он и правда что-то упустил.

— Э-э... Хорошо. Проходите, детектив.

Жёлтая лента лениво колыхнулась, когда Линь переступил через неё. Внутри дом казался намного больше, чем выглядел снаружи. Из небольшой прихожей открывался вид на внутренний дворик. Линь замер.

В центре дома действительно находился небольшой традиционный двор. Сквозь открытую крышу внутрь падал дневной свет, а мелкие капли дождя тихо разбивались о каменную плитку. В самом центре рос небольшой японский клён, рядом стояла каменная скамья. Линь неподвижно смотрел на дерево. Именно его он видел первым, когда проснулся во сне.

Он прошёл дальше. Слева располагалась просторная гостиная. Большие деревянные окна пропускали много света. Низкий диван, чайный столик, книжные полки и несколько фотографий супругов на стене.

Линь подошёл ближе. Он снял одну из фотографий здоровой рукой и начал её рассматривать.

На снимке мужчина лет сорока восьми крепко обнимал женщину примерно того же возраста. Мужчина был немного выше своей жены, крепкого телосложения, с небольшим животом и каштановыми волосами. Его смуглое лицо украшала широкая улыбка.

Женщина, наоборот, была невысокой и полной. Светло-русые волосы едва касались плеч и завивались небольшими кудрями. Даже на фотографии можно было заметить её необычный макияж — яркий, немного странный, совсем не подходящий ей.

Линь невольно нахмурился. Он пытался вспомнить лицо женщины из своего сна. Но не мог. В памяти всплывали лишь отдельные детали: силуэт, браслет, запах дождя... Лица не было.

Он поставил фотографию обратно.

— Их звали Чэнь Гуан и Ли Жун, — раздался за спиной голос. Это был уже другой полицейский — постарше, судя по голосу, из тех, кто давно работает на таких объектах.

Линь обернулся.

— Муж работал архитектором. Почти всю жизнь в одной архитектурной компании. Соседи говорят, был очень спокойным человеком.

Полицейский подошёл к книжной полке и указал на другую фотографию. На ней Чэнь Гуан стоял возле большого рулона чертежей, а рядом улыбалась Ли Жун, держа в руках плёночный фотоаппарат.

— А жена была фотографом. Работала в основном на себя. Любила плёночные камеры и почти никогда не выходила из дома без фотоаппарата.

Линь перевёл взгляд на полку. Там действительно стояли несколько старых плёночных камер. Возле них лежали аккуратно подписанные коробочки с фотоплёнкой.

— По словам соседей, они были очень дружной парой, — продолжил полицейский. — Детей у них не было. Почти всё свободное время проводили вместе.

Он ненадолго замолчал.

— Кстати... буквально пару месяцев назад они купили новую квартиру.

— Новую? — переспросил Линь.

— Да. Где-то в промышленном парке. Начали понемногу перевозить вещи, но окончательно переехать так и не успели.

— Почему?

Полицейский пожал плечами.

— Пока не знаем. Возможно, хотели сначала закончить здесь какие-то дела.

Линь ещё раз посмотрел на фотографии. На каждой из них супруги улыбались. Обычные люди.

Справа находилась небольшая современная кухня. Окна выходили прямо на канал. Несмотря на то что окно было закрыто, Линю почудился запах сырой воды.

За кухней он заметил почти незаметную деревянную дверь. Во сне он даже не обратил на неё внимания. Теперь же она показалась ему слишком важной.

Полицейский, заметив его взгляд, сказал: — Мы предполагаем, что убийца мог уйти именно отсюда.

Линь молча кивнул.

За дверью оказался небольшой деревянный настил. Две старые каменные ступеньки уходили прямо к воде. У берега ещё сохранилось металлическое кольцо, к которому когда-то пришвартовывали лодки. Если бы преступник сел в лодку и уплыл по каналу... Никто из соседей ничего бы не заметил.

Линь вернулся в дом. Линь ещё раз обвёл взглядом гостиную, затем прихожую, внутренний двор. Дом был именно таким, каким он видел его во сне. До последней детали.

Он больше не сомневался. Это был не сон, рождённый больным сознанием. Он видел это место ещё до того, как переступил его порог.

Плечо снова заныло — должно быть, от долгой ходьбы.

Линь вышел из дома. Полицейский снова натянул жёлтую ленту через вход. Улица встретила его привычным шумом воды и редкими голосами прохожих.

Он остановился возле канала. Долго смотрел на тёмную воду. Если бы тогда, во сне, он открыл ещё одну дверь... Если бы прошёл чуть дальше... Возможно, он увидел бы что-то ещё. Что-то, чего пока не знает полиция. Эта мысль не давала ему покоя.

Линь достал телефон. Открыл приложение такси и без колебаний ввёл адрес полицейского управления.

Глава 7

Мэй, знаешь, я весь день не могу перестать думать об одной супружеской паре. Не буду вдаваться в подробности — просто они прожили вместе всю жизнь. И умерли в один день.Странно, но сперва я почти ничего к ним не почувствовал. Хотя... наверное, всё-таки немного.Как же это одновременно мерзко и... хорошо — уйти с любимым человеком в один день. Прожить всю жизнь вместе. И уйти вместе. Хотя вряд ли перед этим они думали о том, как им повезло.А хотел бы я уйти с тобой в один день? Даже не знаю. Наверное, всё-таки нет... Или да?Если бы правда пришлось выбирать, я даже не знаю, как бы поступил. Конечно, любой, кто любит, скажет, что пожертвовал бы собой ради другого. Но мне кажется, те, кто так говорит, просто не понимают, насколько это на самом деле эгоистично.А как бы поступила ты? Знаю, знаю — ты бы сказала, что ответ очевиден. Ты всегда так говоришь, когда на самом деле сама не уверена.Допустим, я ушёл первым. А что тогда будет с тобой? Даже представить не могу, как бы тебе было плохо.Может... было бы правильнее, если бы это выпало мне — знать, каково жить без тебя, а не тебе — каково жить без меня? Хотя... Что это вообще за жизнь была бы — без тебя?Нет. Всё-таки, наверное, действительно счастье — уйти в один день. Ведь если уйти вместе — значит остаться вместе. Но это только если где-то там правда что-то есть после.А если нет... Тогда что?

Глава 8

Полицейское управление встретило Линя привычным шумом: телефонные звонки, торопливые шаги, шелест бумаг. Казалось, за те несколько дней, что он провёл в больнице, здесь не изменилось абсолютно ничего.

Несколько коллег удивлённо подняли головы.

— Линь?

— Ты же на больничном.

— Уже выписали?

Он лишь коротко кивнул и, не останавливаясь, направился к кабинету начальника. Дверь была приоткрыта, и он тихо постучал.

— Войдите.

За большим деревянным столом сидел начальник отдела — Пан Лэй, мужчина лет пятидесяти с короткими седыми волосами. Он быстро поднял глаза от документов и несколько секунд молча смотрел на Линя.

— Ты должен быть дома.

— Доброе утро.

— Нет. Не доброе.

Начальник отложил папку.

— Врач дал тебе месяц больничного.

— Три недели.

— Какая разница?

Линь молчал.

— Плечо как?

— Уже лучше.

— Не ври.

Линь невольно повёл плечом — совсем чуть-чуть, но этого хватило, чтобы выдать его. В кабинете повисла тишина, и Пан Лэй тяжело вздохнул.

— Зачем пришёл?

— Я хочу вернуться к работе.

— Нет.

Ответ прозвучал настолько быстро, что Линь даже не успел договорить.

— Я ещё не закончил.

— А я уже закончил.

Начальник скрестил руки.

— Ты получил огнестрельное ранение. Потерял сознание. Несколько дней пролежал в коме. И теперь приходишь ко мне просить новое дело?

— Не новое.

— Дело супругов из района Гусу.

Пан Лэй смерил его долгим взглядом.

— Мне сегодня утром звонил дежурный с Пинцзян-лу. Молодой, из новеньких. Сказал, что впустил детектива, который якобы должен был приехать по договорённости, — а потом засомневался и на всякий случай доложил.

— Хочешь рассказать мне, кто должен был тебя предупредить?

Линь молчал.

— Так я и думал.

Пан Лэй резко поднялся со стула.

— Ты вообще понимаешь, что тебе сейчас положено лежать дома? Не то что разгуливать по опечатанным местам преступления, выдавая себя за того, кого туда пригласили.

— Понимаю.

— Тогда объясни, что ты вообще там забыл.

Линь поморщился — плечо снова заныло — и выдержал паузу.

— Осматривал дом.

Начальник раздражённо усмехнулся.

— И что же такого увидел опытный детектив, чего не увидела вся следственная группа?

— Задний выход. За кухней есть дверь, ведущая прямо к каналу.

Начальник молча смотрел на него.

— Оттуда можно незаметно уйти на лодке.

Пан Лэй ничего не ответил. Он открыл папку с материалами дела и быстро пролистал несколько страниц, остановился, нахмурился, ещё раз посмотрел — и наконец перевёл взгляд на Линя.

— Откуда ты знаешь про лодку?

— Возле настила сохранилось металлическое кольцо для швартовки.

Начальник снова посмотрел в документы. Ни слова. Ни фотографии. Ни одного упоминания.

Он закрыл папку.

— Хорошо.

Линь поднял глаза.

— Но слушай меня внимательно. Ты не возглавишь расследование. Официально руководителем остаётся Ван Цзе. Ты присоединяешься к группе только как второй следователь. Без задержаний. Без оружия. Без самостоятельных выездов. И если врач скажет, что ты перегружаешь себя, я лично отправлю тебя обратно домой.

Линь впервые за весь разговор едва заметно улыбнулся.

— Согласен.

Начальник ткнул в него пальцем.

— И это не потому, что ты меня убедил. Просто если ты действительно заметил то, чего не заметили остальные... значит, от тебя пока ещё есть польза.

— Спасибо.

— Не благодари. Иди работать. Только постарайся больше не ловить пули плечом. И Линь...