Я - Системный Сбой: Взлом Реальности

# Плановое сканирование секторов на предмет неавторизованных процессов

0 3 * * * /usr/bin/divine_purge --sector 0x04_Capital --intensity deep

0 12 * * * /usr/bin/teleport_inspectors --unit Seraph_9 --target /dungeons/tier_s

@reboot /etc/init.d/soul_recycler start

«Каждую ночь в три часа по местному времени по столице проходит глубокая проверка памяти, — зафиксировал Глеб. — Это объясняет, почему все мои предыдущие попытки организовать подполье в нижних ярусах неизменно заканчивались провалом на сороковой день. Они не искали меня по следам или шпионам. Они просто запускали регламентный скрипт очистки памяти сектора, и всё, что не имело цифровой подписи Храма, стиралось под корень».

Сейчас системное время показывало 21:42.

До запуска демона чистки у него оставалось чуть больше пяти часов. За это время он должен был получить доступ к первичным системным библиотекам, сменить свой аппаратный адрес души (GUID) и покинуть пределы зоны покрытия столичных серверов.

Он перешел к самому тяжелому и опасному массиву: `portal_network_topology.raw`.

Перед его взором всплыла грандиозная трехмерная карта континента, пронизанная светящимися нитями пространственных магистралей. Но вместо привычных портальных врат, которые охранялись имперскими легионами и требовали тысячи золотых за активацию, карта пестрела служебными комментариями разработчиков:

// FIXME: В узле 0x88F (Заброшенные Катакомбы) забыли закрыть тестовый шлюз.

// Не трогать до релиза патча 15.0! Если закрыть — упадет геометрия всего южного сектора.

// Доступ: прямое смещение по координатам x: 4412, y: -192, z: 883.

Дыра в коде. Архитектурный костыль, оставленный древними системными архитекторами. Шлюз, позволяющий мгновенно покинуть столицу без прохождения через сканеры ворот и таможенные фильтры, напрямую связывающий канализацию под Гильдией с необитаемыми Пустошами за пределами защитного барьера.

Глеб уже готовился отмонтировать файловую систему терминала, когда в глубине каталога `/var/log` его внимание привлекла странная папка:

`drwx------ 2 root root 4096 Jan 01 00:00 soul_archive_exceptions`

Его пульс подскочил.

Исключения души. Ошибки при форматировании.

Он вбил команду:

`root@(none):/sys/devices/virtual/guild_archive/database# ls -la /var/log/soul_archive_exceptions | grep "Gleb"`

Экран выдал шестьдесят строк. Ровно шестьдесят.

-rw-r--r-- 1 root root 1048576 Iteration_01_Gleb_Execution_Fire.log

-rw-r--r-- 1 root root 1048576 Iteration_02_Gleb_Hanged_Treason.log

...

-rw-r--r-- 1 root root 2097152 Iteration_59_Gleb_Archmage_Core_Melt.log

-rw-r--r-- 1 root root 4194304 Iteration_60_Gleb_System_Anomaly_Crash.log

Каждая строчка была логом его предыдущей мучительной смерти.

В первой жизни он был безграмотным крестьянином, взбунтовавшимся против местного лорда, и его сожгли заживо на церковной площади.

В тридцать третьей — великим полководцем, чью армию стерли с лица земли одним кликом небесного модератора, когда он подошел слишком близко к разгадке природы маны.

В пятьдесят девятой — Верховным Магом Стихий, который попытался взломать барьер мира с помощью гигантского накопителя маны, но вызвал критическую ошибку переполнения стека и сгорел в ядерном сиянии собственного ядра.

В шестидесятой... в шестидесятой он впервые нащупал консоль отладчика. И Системе пришлось принудительно уронить весь сервер континента, чтобы остановить его, замаскировав глобальный сбой под «Падение Звездного Метеорита».

Каждый лог содержал не просто сухой отчет об ошибке, но и дампы его памяти, его боевой опыт, фрагменты навыков, которые Система вырывала из его души перед каждым перерождением.

Внезапно воздух в холле Гильдии стал густым и тяжелым, словно жидкий свинец.

Желтоватые сферы «Вечного Света» под потолком тревожно моргнули, сменив цвет на грязно-оранжевый. Гул голосов наемников стал приглушенным, будто кто-то выкрутил ручку общей громкости мира на минимум. Веселье за столами «Кровавых Соколов» мгновенно стихло: даже пьяные ветераны инстинктивно почувствовали, как вдоль позвоночников пробежал ледяной холод неестественной опасности.

`[ТРЕВОГА: Обнаружена аномальная нагрузка на шину данных шифратора]`

`[Система предотвращения вторжений (IDS) инициировала проверку целостности...]`

`[Сторожевой процесс: Guild_Overseer_Daemon (PID: 1044) подключается к сокету]`

Из закрытых покоев на втором этаже, опираясь на инкрустированный лунным серебром посох, торопливо вышел старик в бархатной мантии главного архивариуса Гильдии. На его груди покачивался массивный амулет — системный сканер эфирных аномалий, который сейчас бешено вибрировал и испускал едкий пурпурный дым.

— Что происходит?.. — дребезжащим, срывающимся голосом произнес старик, перегибаясь через перила балкона. — Дежурные маги! Проверить контуры защиты! В терминале архива фиксируется утечка нулевого порядка! Кто-то выкачивает системные реестры!

Дюжина охранников в холле, включая элитных стражей с эмблемами Золотого Ранга, мгновенно обнажили клинки. Сталь зазвенела в тишине зала, словно похоронный колокол.

— Перекрыть все выходы! — взвизгнул архивариус, направляя посох в сторону угла, где стоял Глеб. — Кристалл Архива активен! Там кто-то есть! Взять нарушителя живым или мертвым!

Глеб даже не оглянулся на приближающихся мечников. Его пальцы продолжали танцевать по невидимой клавиатуре с феноменальной, нечеловеческой скоростью.

Он не просто качал логи своих прошлых жизней. Он вливал их обратно в свою поврежденную структуру данных:

`root@(none):/var/log/soul_archive_exceptions# cat Iteration_*.log > /dev/soul/core_memory`

`root@(none):/var/log/soul_archive_exceptions# sysctl -w vm.drop_caches=3`

Боль, ударившая в голову, была сравнима с тем, как если бы в его черепную коробку залили кипящий свинец.

Шестьдесят жизней опыта. Миллионы часов тренировок фехтования, медитаций, чтения запретных гримуаров, командования армиями, пыток в застенках инквизиции и предсмертных агоний хлынули в его нынешнее немощное тело нулевого уровня.

Его тело затряслось в конвульсиях, капилляры в глазах лопнули, окрашивая белки в сплошной кроваво-красный цвет. Но вместе с этой чудовищной агонией внутри него просыпалось нечто колоссальное.

Системные характеристики в интерфейсе начали сходить с ума, цифры размывались, не успевая обновляться:

`[Синхронизация поврежденных секторов души: 12%... 45%... 89%...]`

`[Восстановлен навык: «Абсолютный Анализ Потоков» (Ранг: Эксперт)]`

`[Восстановлен навык: «Фантомный Шаг Сквозь Коллизии» (Ранг: Мастер)]`

`[Восстановлен навык: «Подавление Нервных Импульсов» (Ранг: Легендарный)]`

`[Уровень персонажа: 0 -> ОШИБКА ВЫЧИСЛЕНИЯ -> NaN]`

— Стоять, оборванец! Руки от кристалла! — проревел командир внутренней стражи, закованный в мифриловые латы гигант с двуручным клеймором.

Он находился в пяти метрах от Глеба и уже заносил клинок для сокрушительного удара навыком «Карающий Раскол», от которого каменные плиты пола пошли трещинами. Воздух вокруг меча сгустился, превращаясь в белое пламя концентрированной святой ярости шестидесятого уровня.

Глеб медленно повернул к нему голову.

Его глаза больше не были человеческими. В глубине окровавленных радужек мерцали бесконечные зеленые строки ассемблерного кода, пересчитывающие траекторию клинка, плотность мифрила и время реакции мышечных волокон мечника.

— Твой класс: Паладин Света, — хриплым, глухим голосом произнес Глеб. Его голос странно двоился, словно одновременно звучали голоса старика, юноши и могучего воина. — Базовый процесс: `paladin_core.elf`. Запущен с флагом `--holy-shield-active`.

Мечник на мгновение запнулся, сбитый с толку непонятными словами нищего, но инерция смертоносного выпада уже несла клинок вперед, прямо в шею Глеба.

Глеб даже не поднял руки для блока. Он просто послал один короткий сигнал:

`root@(none):/# kill -9 $(pgrep -f "paladin_core")`

Святое пламя на лезвии клеймора погасло с шипением брошенного в воду угля.

Мифриловые латы паладина внезапно стали для него неподъемным грузом: системный сервис, рассчитывающий силу и компенсирующий вес брони, был принудительно завершен аварийным сигналом SIGKILL. Колени воина подогнулись под тяжестью семидесяти килограммов металла. Двуручный меч с грохотом вонзился в пол, едва не отрубив пальцы ноги самому командиру, а сам паладин рухнул ничком, задыхаясь внутри закрытого шлема: его дыхательные мышцы, поддерживаемые аурой божественной выносливости, перестали получать системные команды.

— Что... что ты сделал со мной?! — захрипел командир из-под забрала, тщетно пытаясь пошевелить хотя бы пальцем. — Еретик!.. Колдовство без маны!..

Остальные стражники замерли на месте, парализованные первобытным ужасом. Они видели сотни магов, они сражались с чернокнижниками и демонами Бездны, но они никогда не видели, чтобы элитного паладина шестидесятого уровня нейтрализовали одним пустым взглядом без единой вспышки магического круга.

На балконе архивариус впал в настоящую истерику. Он лихорадочно крутил кольца на пальцах, пытаясь активировать защитный купол здания:

— Тревога Высшего Приоритета! Код «Осквернение Ядра»! Запечатать двери! Никого не выпускать! Вызовите Патриарха!

— Поздно, старик, — тихо сказал Глеб, отрывая окровавленную ладонь от поверхности кристалла.

Данные были полностью скачаны. Все шестьдесят логов легли в виртуальное пространство его разума, возвращая ему память, расчетную мощь и холодную ярость прожитых веков. Теперь пришло время замести следы. Если системные администраторы увидят прямой взлом, они изолируют весь столичный сектор карантинным протоколом еще до полуночи.

Глеб вбил последнюю серию команд в интерфейс терминала:

`root@(none):/sys/devices/virtual/guild_archive/database# sed -i 's/gleb/null/g' /var/log/auth.log`

`root@(none):/sys/devices/virtual/guild_archive/database# :(){ :|:& };:`

`root@(none):/sys/devices/virtual/guild_archive/database# exit`

Сначала была очистка журнала аутентификации. Все записи о подключении неизвестного пользователя с правами root были перезаписаны нулевыми байтами.

А затем Глеб запустил классическую fork-бомбу — бесконечный цикл порождения процессов-клонов, пожирающих ресурсы кристалла в геометрической прогрессии. В мире Системы не существовало защиты от базового исчерпания дескрипторов процессов ядра. Архитекторы никогда не предполагали, что смертный внутри симуляции сможет отправить команду на бесконечное деление потоков.

Кристалл Архива издал низкий, гудящий звук, похожий на вой раненого зверя.

Лазурный свет внутри него начал стремительно белеть. Искры данных превратились в сплошной вихрь, тумба из метеоритного железа завибрировала так, что каменные плиты вокруг нее покрылись трещинами.

— Он взрывается! Назад! Все назад! — закричал кто-то из наемников.

В холле началась паника. Гордые воины, маги и стрелки бросились к выходу, сбивая друг друга с ног, опрокидывая столы и разливая эль. Никому не хотелось попасть под магический взрыв артефакта Первой Эпохи.

Поверхность кристалла покрылась паутиной мелких трещин, из которых вместо маны наружу выплеснулись чистые системные ошметки: светящиеся зеленые символы, фрагменты чужих переписок, куски исходного кода интерфейса и обрывки таблиц характеристик, повисшие в воздухе светящейся пылью:

Kernel panic - not syncing: Out of memory and no killable processes...

CPU: 0 PID: 65535 Comm: fork_bomb Tainted: G W O

Call Trace:

[] ? dump_stack+0x5c/0x7a

[] ? panic+0xd4/0x21a

Адепты Системы в ужасе пятились, глядя на эти символы, как на древнейшие проклятия темных богов. Архивариус на балконе схватился за сердце и осел на пол, бормоча молитвы очищения: для него крушение священного кристалла было знамением Апокалипсиса.

Глеб не бежал.

Используя начавшийся хаос, он неторопливо направился к неприметной железной решетке в полу возле основания одной из массивных гранитных колонн — служебному люку водоотвода, ведущему в глубокие городские коллекторы.

На пути перед ним возник один из наемников — перепуганный вор тридцатого уровня, который в панике искал укрытие:

— С дороги, нищий, растопчу!..

Глеб даже не замедлил шаг. Он активировал возвращенный навык прямого воздействия на локальную физику:

`[Активирован системный вызов: sys_set_collision(false)]`

Вор налетел на него всем телом — и с истошным воплем провалился сквозь Глеба, словно тот был бесплотным туманом, потерял равновесие и с размаху врезался лбом в гранитную колонну, вырубившись на месте.

Коллизии отключились ровно на три десятых секунды — минимальное время, чтобы не вызвать срабатывание античит-демона на сервере.

Подойдя к чугунной решетке люка, Глеб взглянул на тяжелый висячий замок, защищенный зачарованной сталью и заклинанием «Запирание Мастера».

Вместо того чтобы взламывать его отмычками или магией, он просто указал пальцем на петли:

`root@(none):/# echo 0 > /sys/objects/manhole_lock_04/durability`

Параметр прочности замка мгновенно обнулился в системной таблице объектов. Металл покрылся глубокой ржавчиной, рассыпался в бурую пыль и с сухим шорохом осыпался на пол.

Глеб поднял тяжелую решетку и без колебаний спрыгнул вниз, в душную, вонючую темноту столичных катакомб.

Тяжелая решетка с грохотом встала на место за мгновение до того, как в главном зале Гильдии раздался оглушительный треск: Кристалл Архива окончательно выгорел, превратившись в оплавленный кусок мертвого силикатного стекла, похоронив под своим пеплом все следы совершенного взлома.

Падение в темноту длилось всего пару секунд.

Глеб сгруппировался и мягко приземлился на полуразрушенный каменный карниз, тянувшийся вдоль главного сточного канала. Его босые ноги утонули в зловонной жиже, но он даже не поморщился. Физический дискомфорт был ничем по сравнению с тем, что происходило в его сознании.

В темноте катакомб его глаза светились ровным зеленым светом отладочного терминала.

Он прислонился спиной к осклизлой каменной стене и закрыл глаза, вызывая консоль монтирования новых виртуальных устройств.

`root@(none):/# df -h`

Системный отчет вывел обнадеживающие данные:

Filesystem Size Used Avail Use% Mounted on

/dev/soul0 16G 4.2G 11G 28% /

/dev/shm 64G 12G 52G 19% /mnt/memory_dump

tmpfs 2.0G 512M 1.5G 26% /run/system_cache

Его душа, расширенная за счет интеграции логов шестидесяти жизней, теперь обладала вычислительной емкостью мага высшей категории. Память больше не текла, а критические ошибки переполнения стека были купированы настроенным скриптом очистки кэша.

Глеб сделал глубокий вдох, наполняя легкие холодным, затхлым воздухом подземелий.

Шестьдесят раз этот мир ломал его. Шестьдесят раз жрецы, короли, герои и надменные боги смотрели на него сверху вниз, считая всего лишь расходным материалом в их бесконечной, срежиссированной игре за души смертных. Они писали правила, они выставляли шансы выпадения добычи, они решали, кому суждено стать великим воином, а кому — умереть в грязи от чумы на первом уровне.

Но они допустили роковую ошибку.

Они забыли закрыть доступ для суперпользователя. Они оставили терминалы, через которые можно переписать саму ткань их виртуальной вселенной.

Глеб открыл глаза. Перед его взором горела светящаяся линия топологической карты, указывающая путь к незакрытому шлюзу в Заброшенных Катакомбах:

`[Маршрут проложен: 2.4 км на северо-запад до незадокументированного портала]`

`[Расчетное время прибытия: 38 минут]`

`[До планового сканирования сектора демоном очистки: 04:47:12]`

— Ну что, Администрация, — негромко произнес Глеб в пустоту гулких каменных тоннелей.

На его бледных, испачканных копотью губах играла холодная, хищная усмешка системного администратора, нашедшего открытый бэкдор на сервере ненавистного работодателя.

— Вы шестьдесят жизней учили меня подчиняться вашему Закону. Вы заставляли меня преклонять колени перед вашими идолами и молить о шансе на выживание.

Он шагнул вперед, растворяясь в сырой мгле тоннеля, направляясь к дыре в мироздании.

— В этой жизни правила писать буду я. И поверьте: у меня нет привычки делать резервные копии тех, кто встанет у меня на пути.

Глава 4. Глава 4

Filesystem Size Used Avail Use% Mounted on

/dev/soul0 16G 4.2G 11G 28% /

/dev/shm 64G 12G 52G 19% /mnt/memory_dump

tmpfs 2.0G 512M 1.5G 26% /run/system_cache

Его душа, расширенная за счет интеграции логов шестидесяти жизней, теперь обладала вычислительной емкостью мага высшей категории. Память больше не текла, а критические ошибки переполнения стека были купированы настроенным скриптом очистки кэша.

Глеб сделал глубокий вдох, наполняя легкие холодным, затхлым воздухом подземелий.

Шестьдесят раз этот мир ломал его. Шестьдесят раз жрецы, короли, герои и надменные боги смотрели на него сверху вниз, считая всего лишь расходным материалом в их бесконечной, срежиссированной игре за души смертных. Они писали правила, они выставляли шансы выпадения добычи, они решали, кому суждено стать великим воином, а кому — умереть в грязи от чумы на первом уровне.

В первой жизни он наивно уверовал в свое призвание Избранного, бросился на амбразуру во славу Светлой Церкви и сгорел в жертвенном алтаре, когда верховному понтифику понадобилась подпитка для барьера столицы.

В двенадцатой — пытался построить торговую империю, но скрытые регуляторы баланса взвинтили инфляцию, а его караваны стерли «случайно» заспавнившиеся рейдовые боссы.

В тридцать пятой — вызубрил тысячи заклинаний, став архимагом тайных искусств, но стоило ему приблизиться к запретным законам мироздания, как его рассудок испепелил системный откат с пометкой `[Access Denied: Violation of User Agreement]`.

В сорок девятой — ушел в тень, собирая крупицы аномалий, и был предан собственными спутниками, чьи алгоритмы лояльности были принудительно переписаны патчем обновления.

Они считали каждую его смерть окончательной, списывая отработанную оболочку в утиль и запуская новый цикл реинкарнации с зачисткой оперативной памяти. Они были уверены, что смертный разум — всего лишь массив одноразовых переменных.

Но они допустили роковую ошибку.

Они забыли закрыть доступ для суперпользователя. Они оставили терминалы, через которые можно переписать саму ткань их виртуальной вселенной. Оставили мусорные сегменты, недокументированные прерывания и старые, заброшенные ветки кода, оставшиеся еще со времен сотворения первой бета-версии этого мира.

Глеб открыл глаза. Перед его взором горела светящаяся линия топологической карты, указывающая путь к незакрытому шлюзу в Заброшенных Катакомбах:

`[Маршрут проложен: 2.4 км на северо-запад до незадокументированного портала]`

`[Расчетное время прибытия: 38 минут]`

`[До планового сканирования сектора демоном очистки: 04:47:12]`

— Ну что, Администрация, — негромко произнес Глеб в пустоту гулких каменных тоннелей.

На его бледных, испачканных копотью губах играла холодная, хищная усмешка системного администратора, нашедшего открытый бэкдор на сервере ненавистного работодателя.

— Вы шестьдесят жизней учили меня подчиняться вашему Закону. Вы заставляли меня преклонять колени перед вашими идолами и молить о шансе на выживание.

Он шагнул вперед, растворяясь в сырой мгле тоннеля, направляясь к дыре в мироздании.

— В этой жизни правила писать буду я. И поверьте: у меня нет привычки делать резервные копии тех, кто встанет у меня на пути.

***

Катакомбы нижнего яруса представляли собой месиво из потрескавшегося гранита, гнилых балок и застывших сталактитов, покрытых фосфоресцирующей плесенью. В обычных условиях любой авантюрист десятого или даже двадцатого уровня двигался бы здесь с обнаженным клинком, ежесекундно вслушиваясь в капли влаги и опасаясь засад. Местные твари обладали неприятным свойством игнорировать базовую маскировку, нападая стаями из слепых зон.

Но Глеб не смотрел на мир глазами обычного игрока.

Перед его сетчаткой мерцал модифицированный оверлей. Там, где обычный человек видел щербатую каменную кладку и густые тени, Глеб наблюдал полигональную сетку геометрии уровня с наложенными поверх хитбоксами и векторами коллизий.

`[Обнаружен активный поток сущности: Entity_ID #0049F1B]`

`[Тип: Черепогрыз катакомб (Grave_Gnawer)]`

`[Уровень: 14]`

`[Здоровье: 380/380]`

`[Статус ИИ: STATE_AMBUSH]`

`[Память процесса: 0x7FFF08A1BC00]`

В двадцати метрах впереди, под сводом потолка, за выступом карниза притаилась уродливая тварь — помесь летучей мыши и раздувшегося упыря. Ее когти впивались в камень, а в узких зрачках тлела жажда плоти. Согласно зашитому в моба скрипту, он должен был спикировать Глебу на шею ровно в тот момент, когда координата персонажа по оси Z пересечет триггерную плоскость `Trigger_Trap_Drop`.

Глеб даже не замедлил шаг. Его правая рука, скрытая драным серым рукавом холщовой рубахи, поднялась на уровень пояса. Пальцы совершили короткий, четкий жест, имитирующий набор комбинации клавиш на невидимой терминальной клавиатуре.

В глубине его расширенного ядра души `/dev/soul0` мгновенно сработал скомпилированный на коленке ассемблерный хук:

void exploit_trigger(Actor *target) {

if (target->state == STATE_AMBUSH) {

target->gravity_multiplier = 0.0f;

target->coords.z += 150.0f;

target->health = 0; // Nullify pool via state overflow

}

}

Разумеется, прямого доступа на запись в системное ядро мира у него пока не было — Архитекторы держали кольцо защиты `Ring 0` под семью замками божественных протоколов. Но сущности низшего звена вроде Черепогрыза обрабатывались локальным потоком подземелья, где валидация входящих пакетов была отвратительной. Обычная безалаберность разработчиков: зачем тратить вычислительные мощности на проверку целостности данных дешевого пушечного мяса?

Глеб послал точечный сырой пакет в порт локального обработчика физики.

Под потолком что-то негромко щелкнуло. Тварь, уже приготовившаяся раскрыть кожистые крылья и издать парализующий визг, вдруг дернулась всем телом. Ее текстуры на долю секунды пошли фиолетово-черными артефактами рассинхронизации.

`[Критическая ошибка: NullPointerException в модуле Physics_Subsystem.dll]`

`[Сущность Entity_ID #0049F1B потеряла связь с расчетной плоскостью]`

`[Выполнен аварийный сброс структуры хитбокса]`

Черепогрыз не упал вниз. Напротив, его неестественно вывернуло, голова втянулась внутрь грудной клетки, словно полигональная модель схлопнулась внутрь себя, а в следующую секунду монстр с глухим звуком лопнул, оставив после себя лишь облачко серого пепла и горстку медных монет, выпавших на каменный пол.

`[Получен опыт: 140 ед. (Перенаправлено в /dev/null)]`

Глеб презрительно скривил губы. Опыт. Жалкая морковка на веревочке, которой Система заставляла смертных крутить колесо сансары. Каждый набранный уровень делал персонажа толще и сильнее, но одновременно глубже прописывал его в системные реестры, навешивая тонны метаданных, триггеров слежения и ограничителей. Настоящая сила заключалась не в параметре «Сила: 500», а в знании того, по какому смещению в оперативной памяти лежит этот параметр, и умении подменить его значение динамическим указателем.

Он перешагнул через рассыпанную медь, даже не подумав нагнуться.

Время поджимало.

`[До планового сканирования сектора демоном очистки: 04:31:09]`

Таймер в правом углу обзора пульсировал тусклым алым цветом. Четыре с половиной часа казались приличным запасом, но Демон Очистки — системный фоновый сервис, аналог демона `fsck` и безжалостного сборщика мусора — не просто проверял контрольные суммы сектора. При прохождении через заброшенные локации он полностью форматировал непривязанные к официальным базам данных переменные и удалял все объекты, чьи сигнатуры не совпадали с белым списком.

Если Глеб окажется в радиусе действия этой подсистемы в своем текущем, наполовину модифицированном состоянии, его ядро души не просто аннигилируют. Его разберут на байты, подвергнут дефрагментации и зальют чистый дефолтный образ в новую утробу какой-нибудь крестьянки на окраине континента.

Шестьдесят первая жизнь закончится, даже не успев толком развернуться.

Он перешел на размеренный, экономичный бег. Сапоги из грубой кожи мягко касались мокрых плит. Мышцы отзывались легкой тянущей болью — физическая оболочка, которую он занимал в этом перерождении, принадлежала какому-то беглому каторжнику, сосланному на рудники и брошенному подыхать в дренажном коллекторе. Слабое, истощенное тело с низкими базовыми характеристиками: