Украденное небо

Виновницу торжества Дариен заметил сразу. Синее платье с серебряной вышивкой, подчеркивающей цвет ее глаз. Волосы были убраны в сложную прическу. Она улыбалась пожилой даме, держа спину так прямо, будто к ней была привязана палка. Увидев Дариена, Кассия извинилась перед собеседницей и подошла к нему.

— А вот и ты.

— Собственной персоной. — Он поклонился и поцеловал ей пальцы. — С днем рождения.

— Спасибо. — Ее взгляд скользнул к футляру в его руке. — Это мне?

— Пока думаю. Поведение именинницы вызывает вопросы.

Кассия улыбнулась, но уже через мгновение удалилась, ее позвали другие гости.

Праздник продолжался. Дариен разговаривал со знакомыми и не очень людьми, пил вино, танцевал и все чаще замечал, как Кассия смотрит в сторону отца. Лорд Эльсар стоял у колонны, окруженный несколькими мужчинами. Время от времени он подзывал дочь и представлял ее очередному гостю. Она слушала, кивала, отвечала и снова возвращалась к остальным. Даже когда смеялась, ее плечи оставались напряжены.

Ближе к вечеру Дариен поймал момент, когда Кассия осталась одна.

— Здесь душно. Прогуляемся?

— Да.

За домом было прохладно. Музыка доносилась приглушенно, сквозь закрытые окна. Они сели на каменный бортик фонтана.

— Сначала подарок. — Дариен протянул ей футляр.

Внутри, на темном бархате, лежали ожерелье, серьги и браслет. Тонкие серебряные ветви обвивали обработанные агаты. Кассия коснулась одного из украшений.

— Ты сам выбирал?

— Нет, попросил первого встречного. Он показался человеком с безупречным вкусом. — Дариен улыбнулся.

Она посмотрела на него.

— Сам, конечно. Заказал еще до поездки в столицу.

— Я думала, ты забыл.

— И поэтому решила проверить мою память в собственной спальне?

— Вообще-то в твоей. — Кассия тихо рассмеялась впервые за вечер. — Спасибо. Поможешь?

Она повернулась спиной и приподняла волосы. Дариен застегнул ожерелье, затем браслет. Серьги Кассия надела сама. Девушка наклонилась к воде, пытаясь рассмотреть свое отражение.

— Красиво.

— На такую реакцию я и рассчитывал.

— Ты невыносим.

— Зато внимателен к деталям.

— Да. Внимателен. — Она села прямо и положила ладонь ему на руку. Улыбка исчезла.

— Кассия, теперь расскажи.

Некоторое время она молчала. Девушка посмотрела в сторону дома.

— Отец хочет сделать меня наследницей.

— А Ашер?

— Ему хуже.

Дариен перестал улыбаться. Он знал, что ее старший брат болен. Ашер давно не появлялся на приемах, но в семье говорили об этом так уклончиво, что понять, насколько все серьезно, было невозможно.

— Насколько хуже?

— Достаточно, чтобы отец больше не рассчитывал на его возвращения к делам. — Кассия перебирала звенья нового браслета. — После праздника он собирается подать прошение королю об утверждении меня наследницей.

— А ты не хочешь?

— Нет. — Она ответила очень быстро.

— Но почему?

Она долго смотрела на воду в фонтане перед тем, как ответить.

— Я не хочу продолжать дела отца.

— Ты сможешь вести их по-своему.

Кассия коротко усмехнулась.

— Ты говоришь так, будто мне просто передадут ключи и пожелают удачи.

Дариен помолчал.

— Что он заставляет тебя делать?

— Пока ничего. — Она убрала руку с его ладони.

Это “пока” ему не понравилось.

— А потом?

— Я не хочу ждать и выяснять.

Из дома донесся смех. Кассия вздрогнула и посмотрела через плечо. Дариен проследил за ее взглядом.

— Ты кого-то боишься?

— Здесь нас могут услышать.

Он медленно выпрямился.

— Хорошо. Пойдем в другое место.

В его покоях Кассия сама закрыла дверь. Дариен небрежно бросил пустой футляр на стол.

— Теперь говори.

— Есть способ, при котором отец не сможет сделать меня наследницей. — Она осталась стоять у входа, опираясь спиной о дверь.

— Что-то мне не особо нравится, как это звучит.

— Если я выйду замуж и перейду в другой дом до утверждения, право наследования придется передать кому-то еще. У отца достаточно родственников.

— А если после?

— Тогда муж должен будет войти в дом Эльсар.

— Поэтому ты хотела поговорить именно сейчас. И поэтому пришла ночью.

Она опустила глаза.

— Это было глупо.

— Я знаю.

— Ты хочешь, чтобы я женился на тебе. – Он провел рукой по лицу.

— Да.

— Кассия…

— Дай мне договорить. — Она подошла ближе. — Я не прошу, чтобы ты меня любил или был верен. Можешь продолжать жить как раньше, отправить меня к родственникам или просто поселить отдельно. Мне нужно только уйти отсюда.

Дариен отвернулся к окну. Ему недавно исполнилось двадцать. Он хотел увидеть соседние королевства, попробовать то, о чем читал в дорожных записках, проиграть немного денег в незнакомой таверне, познакомиться с новыми людьми. Женитьбы в этих планах не было. Особенно такой.

— Почему я? — Он посмотрел на Кассию.

— Потому что я тебя знаю.

— Знакомых у тебя много.

— Но тебе я доверяю.

Дариен не ответил.

— Ты можешь смеяться, говорить глупости, но ты не станешь делать мне больно только потому, что получишь на это право.

Он перестал ходить по комнате. Несколько мгновений слышался только треск дров в камине.

— Что происходит в этом доме?

— Я расскажу, когда окажусь за его пределами. Когда меня уже нельзя будет просто вернуть. — Она покачала головой.

— Ты просишь меня жениться, но не говоришь, от чего я должен тебя защищать. Это нечестно, не находишь?

— Знаю.

Дариен подошел к столу, налил вина, но пить не стал.

— Есть и другие способы. Мы можем поговорить с моим отцом, попросить его пригласить тебя к нам.

— Мой отец откажет.

— Ты уже пробовала?

Она кивнула.

— После турнира. Он сказал, что мне пора думать о семье и обязанностях, а не о поездках.

— Тогда я останусь на несколько дней и мы разберемся.

— Через несколько дней он отправит прошение. — Кассия говорила все тише. — Я не хочу, чтобы за меня решали еще и это.

Она стояла перед ним в дорогом платье, с подаренными им украшениями, и отчаянно старалась не заплакать. Он привык считать ее человеком, который всегда добивается своего. Теперь впервые подумал, сколько раз за этой уверенностью могло скрываться что-то иное.

— Я не обещаю жениться, — сказал он. — Но завтра один не уеду. Пока не пойму, что с тобой будет.

Кассия подняла голову. Он увидел, как дрогнул ее рот, и уже через мгновение она заплакала. Дариен растерялся.

— Ну что ты…

Она попыталась ответить, но только сильнее зажала рот ладонью. Он осторожно обнял ее. Кассия прижалась лбом к его плечу, вцепившись в рубашку. Дариен не торопил, лишь осторожно гладил ее по спине и ждал, пока дыхание станет ровнее. Когда она немного успокоилась, он подал ей чистый платок и налил воды. Кассия села на край кресла.

— Прости.

— Прибереги извинения на тот случай, если твой отец меня оскопит.

Она слабо улыбнулась. Дариен сел напротив.

— Допустим, я соглашусь. Почему он вообще позволит нам пожениться? Ты нужна ему здесь. А меня он едва ли терпит.

— Если решит, что отказ принесет больше неприятностей, чем свадьба. — Кассия сжала стакан в руке.

— Что ты задумала? — Дариен прищурился.

— Скажу ему, что мы переспали.

— Ну разумеется. Прекрасный план. Особенно для человека, которого утром найдут в канаве. — Он откинулся на спинку кресла напротив нее.

— Он не станет трогать сына Седрика Тервая.

— Завидую твоей уверенности.

Кассия поставила стакан.

— Для него имя дома важнее всего. Если об этом узнают, он захочет закончить дело быстро и тихо. Обычным браком, пока король еще не утвердил меня наследницей.

— А если решит, что проще заставить тебя молчать?

Она не ответила. Дариен перевел взгляд на окно, за стеклом темнел сад, внизу слуги уносили из зала опустевшие подносы. Праздник продолжался и без именинницы.

Он вспомнил утреннюю Кассию и ее натянутую улыбку. Теперь все встало на свои места.

— Я не хочу такого брака, — сказал он.

Позади стало совсем тихо. Дариен обернулся.

— Такого, в котором ты заранее обещаешь терпеть все, лишь бы тебя не вернули отцу.

Кассия смотрела на него, не двигаясь.

— Если мы сделаем это, ты не будешь обязана расплачиваться за помощь всю жизнь.

— Дариен…

— Но и я не собираюсь до свадьбы ходить с завязанными глазами. Сегодня ты расскажешь хотя бы то, что мне нужно знать для нашей безопасности, остальное уже когда сможешь.

— Хорошо.

— И к твоему отцу мы пойдем вместе. Ты не будешь одна объяснять ему, какой я негодяй.

— Ты согласен? — Кассия встала.

Дариен посмотрел сначала на нее, потом на дверь. Произнести это оказалось труднее, чем он ожидал.

— Да.

Она подошла и обняла его так крепко, что он еле удержал равновесие.

— Спасибо.

Дариен положил ладонь ей на затылок.

— Подожди благодарить. Нам еще нужно пережить этот разговор.

Кассия отстранилась. На лице оставались следы от слез, но впервые за день она смотрела на него без попытки скрыться за улыбкой.

— Я приведу себя в порядок. Не хочу, чтобы отец увидел, что я плакала.

— Я буду здесь.

— Ты не передумаешь? — У двери она остановилась.

Дариен уже хотел пошутить, но не стал.

— Не передумаю.

Когда она вышла, он опустился на край кровати. Утром самой большой неприятностью казалось то, что Кассия забралась к нему без разрешения. Теперь он собирался просить ее руки и очень надеялся сохранить свои собственные. Дариен посмотрел на нетронутый бокал вина, но лишь отодвинул его. Для этого разговора лучше было оставаться трезвым.

Он поправил ворот рубашки, смятый пальцами Кассии, и попытался представить лицо отца, когда тот все узнает. Не получилось ничего обнадеживающего.

Кассия ждала его у лестницы. Следы слез она смыла, но глаза все еще казались покрасневшими.

— Отец в кабинете, — сказала она.

Дариен кивнул, собираясь идти за ней, но Кассия остановилась.

— Еще можно сказать, что ты передумал.

— Можно. Но тогда придется придумывать себе оправдание, почему я не помог даме в беде. — Он вздохнул и протянул ей руку. — Пойдем.

Она протянула ему ладонь в ответ, ее пальцы оказались холодными. У двери кабинета стоял слуга. Увидев Кассию, он выпрямился.

— Милорд просил не беспокоить.

— Доложи, что мне нужно с ним поговорить.

Слуга перевел взгляд на Дариена.

— Обоим, — добавила она.

Из-за двери донеслось:

— Я слышу. Пусть входят.

Кассия первой переступила порог. Кабинет был почти таким же темным, как и коридор. На столе горели две свечи, у камина стояло широкое кресло. Мордан Эльсар сидел за бумагами, не сняв праздничного камзола, только ворот был расстегнут, а рукава слегка оттянуты от запястий. Он дописал строку, положил перо и лишь тогда поднял голову. Дариен видел его и раньше, но всегда среди гостей. Там Мордан хотя бы изображал радушие, сейчас же он смотрел на них так, словно они принесли ему счет, который он не собирался оплачивать.

— Говори, Кассия.

— Отец, мы… — Она выпустила руку Дариена.

— Дверь закройте. Не всему дому обязательно слушать.

Дариен обернулся и выполнил просьбу. Когда он снова встал рядом с Кассией, Мордан уже смотрел на него.

— А теперь объясни, почему моя дочь привела тебя ко мне в таком виде.

— В каком именно? — Дариен машинально коснулся воротника.

— С лицом человека, который что-то разбил и надеется, что это была дешевая ваза.

— Мы с Дариеном хотим пожениться.

Мордан не пошевелился, его взгляд оставался таким же холодным. Он посмотрел на дочь.

— Вы хотите.

— Да.

— И как давно?

— Мы говорили об этом сегодня. — Она замялась.

— Какие у вас долгосрочные планы. — Мордан откинулся на спинку кресла. — Мой ответ нет.

Дариен ожидал крика, но от короткого, почти равнодушного отказа стало почему-то даже страшнее.

— Милорд, я понимаю, что это неожиданно…

— Тогда ты уже понимаешь больше, чем я предполагал.

— Но мы пришли не просто сообщить о намерении.

— Разумеется. Иначе вы бы не стояли у меня перед столом, как два провинившихся слуги. Что еще?

Кассия смотрела на отца, сжав руки перед собой.

— Сегодня мы были близки.

Мордан медленно повернул голову к ней. Тишина затянулась. Дариен слышал, как в камине лопнуло полено.

— А ну повтори.

— Мы были…

— Я услышал с первого раза.

Кассия вздрогнула. Мордан поднялся, он не был выше Дариена, но, когда обошел стол, тот невольно выпрямился.

— Ты приехал в мой дом, — произнес Мордан, — ел за моим столом, принимал мое гостеприимство и решил, что моя дочь тоже входит в угощение?

— Я этого не говорил.

— А я не спрашивал, что ты говорил. Я спрашиваю тебя о том, что ты сделал.

— Мы оба этого хотели, и я готов жениться на Кассии. — Дариен выдержал его взгляд его серых внимательных глаз.

Мордан усмехнулся.

— Готов он, какое великодушие.

— Отец…

— Замолчи.

Кассия опустила глаза. Дариен почувствовал, как напряглась ее рука рядом с его.

— Не стоит говорить с ней так.

Мордан посмотрел на него с неподдельным интересом.

— А я смотрю, ты уже решил за меня, как мне разговаривать с собственной дочерью?

— Она и без того напугана.

— И правильно. — Он произнес это спокойно.

Дариену очень захотелось оказаться ближе к двери, но он остался на месте.

— Когда? — Мордан задержал взгляд на его лице, затем вернулся к столу.

— Что? — спросила Кассия.

— Когда вы успели так сблизиться? До того, как разрезали праздничный пирог, или после?

Она покраснела.

— Это имеет значение? — вмешался Дариен.

— В этом доме я решаю, что имеет значение, а что нет.

Мордан взял со стола письмо, посмотрел на печать и снова положил его.

— Вчера ты приехал поздно, сегодня утром завтракал один, потом весь день крутился в зале. Когда?

— Мы оставались вдвоем, — сказал Дариен.

— Вижу, память у тебя работает избирательно. — Мордан перевел взгляд на Кассию. — Утром тебя видели у его комнаты.

Она побледнела.

— Не смотри так. Слуги здесь работают, иногда они даже замечают, что происходит у них под носом.

Дариен молчал. Впервые за весь разговор ему показалось, что Мордан знает гораздо больше, чем они успели придумать.

— Значит, — продолжил тот, — ты сама пришла к нему. А вечером вы решили осчастливить меня свадьбой.

— Это было наше общее решение, — сказал Дариен.

— Ты будешь отвечать за нее каждый раз?

— Если вы продолжите допрашивать только ее, то да.

Мордан оперся ладонями о стол. Несколько секунд они молча сверлили друг друга взглядами.

— Седрик знает, какого идиота вырастил?

— Подозревает, мы регулярно это обсуждаем.

Кассия резко повернула к нему голову. Мордан не улыбнулся.

— Еще одна шутка, и ты вылетишь отсюда.

Дариен сжал зубы.

— Выйди, Кассия.

— Отец… — Она не двинулась.

— Мне нужно поговорить с твоим женихом наедине, раз уж он так настойчиво желает им стать.

— Я останусь.

Мордан медленно поднял брови. Кассия стояла бледная, но смотрела на него.

— Это касается и меня.

— Еще как касается, поэтому сейчас ты выйдешь, пока я не сказал того, что ты будешь вспоминать до конца своих дней.

— Подожди за дверью. — Дариен повернулся к ней.

Она посмотрела на него, пытаясь что-то понять по лицу. Он едва заметно кивнул и Кассия вышла, тихо закрыв за собой дверь. Мордан дождался щелчка.

— Что она тебе наплела?

— Мы уже все сказали.

— Эту херню оставь для тех, кто не знает мою дочь. — Мордан подошел к камину. — Стоило заговорить о наследовании, как ей срочно захотелось перепихнуться, да не кем-нибудь, а со вторым сыном Тервая. Как удобно.

— Я не понимаю, что вы хотите от меня услышать.

— Правду, для разнообразия. — Мордан смотрел на огонь.

Дариен почувствовал, как под воротником стало жарко.

— Она рассказала, что ее брат болен?

— Да.

— Что дому нужен наследник?

— Да.

— И, конечно, рассказала, какой я жестокий ублюдок, раз требую от нее хоть чего-то, кроме новых платьев и поездок?

— Она не называла вас так.

— Значит, оставила самое интересное на потом. — Он повернулся. — Девочка привыкла получать желаемое, а когда выяснилось, что за право носить наше имя нужно отвечать, решила спрятаться за твоим.

— Она просто хочет замуж.

— Она просит избавить ее от обязанностей, не путай.

Дариен вспомнил, как Кассия спрашивала, не передумает ли он, как перестала притворяться, когда он пообещал остаться.

— Тогда почему она так боится вам об этом сказать?

Мордан замолчал. Дариен пожалел о вопросе еще до того, как тот ответил.

— Потому что знает, что я не обязан радоваться каждой ее глупой прихоти.

— Бояться вашего недовольства и бояться остаться здесь — разные вещи.

Мордан шагнул к нему.

— Следи за языком.

— Я слежу.

Они стояли достаточно близко, чтобы Дариен заметил тонкий шрам у него на подбородке.

— Ты пробыл здесь сутки, — тихо сказал Мордан. — И уже решил, что разобрался в моей семье?

— Нет, но в одном я разобрался — Кассия не хочет оставаться здесь.

Мордан некоторое время смотрел на него, но неожиданно отступил.

— Хорошо.

Дариен нахмурился.

— Хорошо?

— Хочешь жениться — женись.

Легче от его слов не стало. Мордан вернулся за стол и сел.

— Останешься здесь. Войдешь в дом Эльсар, Кассия примет наследование, а ты наконец займешься чем-нибудь полезным. Для второго сына прекрасная возможность.

— Мы говорили о том, что она перейдет в мой дом.

— Вы много о чем говорили, теперь говорю я.

— На это мы не согласны. — Дариен покачал головой.

Мордан посмотрел на него с улыбкой, он постучал пальцем по столу.

— Тебе нужна жена или ты приехал помочь ей сбежать?

Дариен молчал. Улыбка исчезла с лица Мордана.

— Так я и думал.

— Я приехал на день рождения.

— А уезжать собрался героем.

— Уезжать я собираюсь с будущей женой.

Мордан резко ударил ладонью по столу. Дариен вздрогнул, но не отступил.

— Ты ни хрена здесь не решаешь.

В коридоре что-то тихо скрипнуло, оба посмотрели на дверь. Мордан выдохнул через нос и опустил взгляд на бумаги.

— Послушай меня внимательно, мальчик, сейчас ты выйдешь отсюда, утром сядешь на лошадь и вернешься к отцу. В моей семье мы разберемся и без тебя.

— А то, что мы вам рассказали?

— Забудем, как и этот разговор.

Дариен несколько секунд смотрел на него. Ему предлагали выход. Можно было уйти, вернуться в Равенхолд, сказать, что праздник оказался скучным. Через неделю все выглядело бы нелепой историей, о которой лучше не вспоминать.

— Кассия тоже согласна забыть? — спросил он.

— Кассия — моя дочь.

— Тогда спросите ее.

Мордан встал.

— Ты испытываешь мое терпение.

Лорд Эльсар прошел к двери и распахнул ее. Кассия стояла в нескольких шагах, видимо, даже не пыталась уйти.

— Войди.

Она посмотрела на Дариена и только потом переступила порог. Мордан закрыл за ней дверь.

— Твой жених настаивает, чтобы я спросил тебя. Спрашиваю: ты хочешь отказаться от наследования, покинуть этот дом и стать его женой?

— Да. — Ответ прозвучал тихо, но без заминки.

— Посмотри на меня.

Кассия подняла голову.

— Подумай, прежде чем ответить еще раз. Никаких поездок домой после первой ссоры, никаких просьб разобраться с твоим мужем, когда ему наскучит изображать спасителя.

Дариен уже открыл рот, но Кассия заговорила раньше:

— Я понимаю.

— Нет, ты пока только радуешься, понимать начнешь позже.

Мордан подошел к ней. Она не отступила, хотя Дариен видел, каких усилий ей это стоило.

— Я подготовлю отказ от твоих прав на наследование, подпишешь до свадьбы. Потом не вздумай говорить, что тебя принудили.

— Подпишу.

Мордан долго смотрел на нее.

— Что ж, хотела взрослого решения — получишь взрослые последствия.

Он вернулся к столу и взял чистый лист.

— Завтра отправлю письмо Седрику. Посмотрим, как быстро у его сына пропадет решимость, когда отец все узнает.

— Я сам с ним поговорю, — сказал Дариен.

— Обязательно, но сначала он прочтет мое письмо.

Перо скрипнуло по бумаге. Кассия все еще стояла неподвижно.

— А свадьба? — спросила она.

— Торопишься? — Мордан поднял глаза.

— Хочу знать.

— Если Тервай согласится принять тебя в семью, тянуть не станем. У меня нет желания растягивать этот позор на месяцы.

Он указал пером на Дариена.

— До тех пор спите порознь, раз уж раньше у вас не хватило ума.

— Разумеется, — ответил тот.

— И еще. Если я узнаю, что вы решили выставить меня идиотом… — Мордан не договорил.

— Я хочу выйти за него, отец. — Кассия сцепила пальцы за спиной.

Он посмотрел на дочь, затем снова склонился над письмом.

— Пошли с глаз моих.

До поворота коридора они дошли молча. Только там Кассия остановилась и прислонилась к стене, она на дышала часто, словно бежала всю дорогу, Дариен взял ее за руку.

— Все?

— Пока да. — Она закрыла глаза.

— Обнадеживает.

Он попытался улыбнуться, но не получилось, Кассия посмотрела на него.

— Мне жаль.

— Не нужно.

— Он всегда…

Она осеклась. Дариен подождал, но продолжения не последовало.

— Возвращайся к себе, — сказал он. — Постарайся поспать.

— А ты?

— Напишу отцу.

— Думаешь, он откажет? – Кассия выпрямилась.

Дариен вспомнил недовольный взгляд Седрика за обедом, его слова об Эльсарах и собственное обещание вернуться через несколько дней.

— Думаю, сначала он захочет меня убить.

Кассия невольно сжала его руку.

— А потом?

— Мать не позволит.

На этот раз она все-таки улыбнулась. Он проводил ее до лестницы и дождался, пока она скроется в коридоре.

В комнате Дариен сразу подошел к письменному столу. Слуга нашелся быстро. Один из его стражников еще не лег и мог выехать немедленно.

— Передашь лично лорду Седрику, — велел Дариен. — Если будет спать — разбудишь. Скажешь, что я приказал.

Стражник посмотрел на чистый лист перед ним, но вопросов не задал.

— Да, господин.

Дариен взял перо, несколько мгновений оно зависало над бумагой. Он собрался с мыслями и начал писать:

“Отец, прежде чем ты прочтешь письмо Мордана Эльсара, я хочу, чтобы ты узнал все от меня...”