Вспомнить Марию

Михаил Михайлов

Вспомнить Марию

Глава 1. Пробуждение

Пробуждение было мучительным. Дмитрий боялся даже шевельнуться: голова раскалывалась, а каждая мышца ныла так, будто по нему проехался товарный состав. «Пора завязывать с выпивкой, — тоскливо подумал он. — Надо придумать отмазку для шефа, чтобы не ходить на работу».

Внезапный странный звук заставил его вздрогнуть. Дмитрий с трудом разомкнул веки. Какого черта? Где он? Белый потолок, голые однотонные стены, жесткая железная койка. Больница.

Он попытался сесть, но тело налилось свинцом и отказалось служить. Кое-как удалось лишь шевельнуть пальцами руки.

— Какого черта? Что со мной?! — хотел закричать Дмитрий, но горло сковал паралич, и наружу вырвался лишь глухой, едва слышный хрип.

В этот момент над ним склонилось чье-то лицо. Миловидная незнакомка с растрепанными волосами до плеч радостно затараторила:

— Слава богу, ты очнулся! Лежи, лежи, тебе нельзя вставать. Я сейчас позову доктора!

Девушка пулей выскочила в коридор и уже через минуту вернулась в сопровождении пожилого мужчины в белом халате.

— С пробуждением, спящая красавица! — добродушно пробасил тот, подходя к кровати. — Ну, рассказывайте, как вы себя чувствуете?

Доктор внимательно стал осматривать пациента.

— Дмитрий Геннадьевич, кивните или поморгайте, если слышите меня.

Попытка кивнуть провалилась, шея словно окаменела. Зато веки послушались, и он быстро зажмурился. Доктор удовлетворенно хмыкнул, достал фонарик и посветил ему в глаза, проверяя реакцию зрачков. Затем аккуратно приоткрыл пациенту рот, проверил глотательный рефлекс и попросил:

— Теперь попробуйте кашлянуть. Хотя бы слабо.

Из горла вырвался лишь сухой сип.

— Хорошо. А теперь попробуйте сжать пальцы. Или просто пошевелить ими.

Собрать остатки сил в кулак оказалось невероятно трудно. Дмитрий мысленно закричал на собственное тело, и указательный палец на правой руке едва заметно дернулся.

— Доктор, как он? — девушка взволнованно схватила врача за рукав.

— Динамика положительная, — мягко ответил тот, накрывая её ладонь своей. — Но выход из посттравматической комы — процесс долгий. Сейчас Дмитрию Геннадьевичу нужны только отдых и полный покой.

У Дмитрия внутри всё похолодело. Кома?! Какая кома? Он же просто перебрал накануне!

— Я сейчас направлю к вам специалистов, — продолжал доктор, направляясь к выходу. — Нужно оценить возможные осложнения и составить план реабилитации. Посидите с ним, но не утомляйте.

Когда доктор ушел, девушка бережно поправила подушку под головой Дмитрия, расправила одеяло и, пододвинув стул, села рядом. Она осторожно сжала его безжизненную ладонь в своих теплых пальцах и тихо произнесла:

— Ты обязательно поправишься, слышишь? Я обещаю.

Борьба с непослушным телом сожрала последние силы. Навалилась свинцовая усталость, мысли начали путаться, и Дмитрий мгновенно провалился в глубокий, тяжелый сон.

По словам врачей, восстановление шло удивительно быстро. Сам Дмитрий почти не замечал, как мелькают дни: он то и дело дремал или проваливался в глубокий, беспамятный сон.

Незнакомка не отходила от его постели ни на шаг. Она ласково будила его к обеду или к приходу медсестры с уколами, преданно ухаживала за ним и до мелочей контролировала каждую рекомендацию доктора.

Дмитрий буквально сгорал от любопытства: кто же эта девушка? Но расспросить её не выходило — из-за сильного отёка гортани и слабости связок язык его не слушался. Вместо нормальных слов из горла вылетал лишь тихий, невнятный сип.

«На медсестру она не похожа, — рассуждал Дима. — Сиделка? Наверное, её нанял Ян. Как только немного очухаюсь, надо будет набрать его и поблагодарить».

Ян был его лучшим другом и единственным человеком в мире, которому Дмитрий доверял на все сто. Они дружили с самого детства и со временем стали ближе, чем родные братья.

Глава 2. Знакомство с Машей

С момента пробуждения прошло две недели. Теперь Дмитрий бодрствовал большую часть дня. Он уже научился сам садиться в кровати, удерживать ложку и пить из стакана без посторонней помощи. Однако ноги всё еще не держали его, а вместо речи из горла вырывалось лишь невнятное мычание.

Дмитрий очнулся в тот момент, когда девушка в очередной раз бережно обтирала его влажным полотенцем. Он не подал вида, что проснулся. Сквозь полуприкрытые веки он принялся внимательно её рассматривать.

В его вкусе всегда были совсем другие женщины - броские, раскрепощенные, с безупречными спортивными телами и хищной сексуальностью. Сиделка же в этот канон совершенно не вписывалась. Тихая, бледная, скромная, романтическая особа - настоящая тургеневская барышня, неведомо как оказавшаяся у его больничной койки. Она выглядела забавным анахронизмом.

Внешне неприметная серая мышка, но при близком рассмотрении довольно симпатичная. Она обладала тонкими, аристократичными чертами лица и мягкой, женственной фигурой. Но главное — за этой тихой скромностью и замкнутостью отчетливо угадывалась сильная внутренняя воля. Настоящий вымирающий вид. Дмитрий прежде читал о таких девушках только в классической литературе, но в реальной жизни не встречал никогда.