Полная версия
Тихий омут
Елена Росс
Тихий омут
Глава 1
Пива в кружке осталось лишь на глоток. Охотница, заглянув туда, вздохнула и с ленивой грацией откинулась на спинку стула.
-Я не вижу никакого брачного проклятия. – Сказала она. – Ни сглаза, ни порчи. Но с фактами не поспоришь, Кай. Может, обратишься к ведунье?
Её соратница не ответила, только махнула корчмарю, чтобы подал добавки. Подалась вперёд, цапнула с блюда последнюю креветку и прожевала, не чувствуя вкуса. Зажмурилась и потёрла пальцами переносицу.
В конце концов, она сильная, самостоятельная... Специалист, пользуется уважением коллег. Должны же высшие силы чем-то обделить взамен? И пока друзья волновались, охотница давно перестала удивляться неудачам в личной жизни. Она правда, привыкла.
Но сегодня неприятные воспоминания так и накатывали, стоило лишь отвлечься и задуматься хоть на миг.
***
Первую любовь - а скорее просто влюблённость - Кайя встретила давным-давно. В неполные шестнадцать лет, то есть почти совершеннолетней по человеческим законам. И хотя мало кто торопился выдавать дочерей замуж в этом возрасте, полукровка при желании могла обзавестись семьёй уже тогда.
А он… он казался идеальным мужем. Статный, из приличной семьи и краси-и-ивый! В городе по нему страдало не одно девичье сердце, и полукровка не стала исключением.
Сейчас смешно вспомнить дрожь и слабость в ногах при звуке его голоса. А тогда она будто на крыльях неслась на рынок, где был шанс мельком увидеть его в лавке украшений. Мать лишь удивлялась: с каких пор старшая перестала недовольно вздыхать, если попросишь её сбегать за хлебом или овощами к ужину?
Потом ей поручили купить браслет для тёти, и полукровка думала, что задохнётся от волнения. Значит, именно с ней он будет говорить сегодня, ей будет улыбаться, предлагая товар...
Странно, что тем же вечером, получив от него записку, не напрудила от счастья, как щенок.
А чем в итоге кончилось… ясно, что ничем. Парень приезжал на сезон и не искал ничего серьёзного. Понимал, что она из-за строгого отца не избалована вниманием, потому растает от любых ухаживаний. Шептал комплименты, целовал ей руки и быстро завоевал доверчивое сердце. А потом пришла последняя записка, в которой он обещал помнить всё, что между ними было.
Затем были всхлипывания в подушку, надрывный вой на луну по ночам, да вкус зелья, которое заставила принимать мама, чтобы не разбираться с последствиями. «Последствий» не случилось, но только следующей весной девушка почувствовала себя исцелённой.
***
-Риан, уймись! Ну какая к лешему порча?
-У меня нет других вариантов, надо проверять даже самые бредовые.
-Вот именно, бредовые.
-Ты сама знаешь, что какой только правда порой не оказывается!
«С каких пор она заботится обо мне, а не наоборот?» – Думала Кайя, рассеянно покусывая хвостик от сушёной рыбы. – «Я тут старшая, в конце концов. Всегда выслушивала, поддерживала. У неё хватает и своих проблем. А я жалуюсь…»
Но представив, что подруга уйдёт и придётся остаться одной, она вздрогнула.
«Будто ещё толчок, и сломаюсь. Она это чувствует?
Как мы оказались здесь и сейчас, как вообще вышло, что говорим обо мне? Раньше ведь справлялась, а теперь?..»
***
Вторая любовь - настоящая - привела её в Светлый орден.
Тот юноша во всём отличался от первого: ровесник, что жил на соседней улице. Нескладный, молчаливый подмастерье, с которым она могла столкнуться на улице и пройти мимо. Даже не запомнила лица, а уж имени не знала и подавно.
В день, когда всё перевернулось, она ловила рыбу с мостков недалеко от порта. Над бухтой возвышались скалы, откуда порой прыгали смельчаки, хвастающиеся перед друзьями. И в какой-то момент сверху испуганно завопили:
-Инвар!!
Оказалось, парень прыгнул на спор, но под водой что-то пошло не так. Он решил всех обставить и вдобавок достать со дна трофей. Так что нырнул ещё глубже, да потом выбирал камешек покрасивей.
Затем настала пора подниматься. Может, он всплывал слишком быстро, или запас воздуха кончился на дне. Но до поверхности юноша не добрался, потеряв сознание где-то на половине пути.
Полукровка прислушалась к встревоженным крикам, лениво зевнула. Устроила удочку на рогатке, сбросила обувь и спрыгнула. Вонзилась в воду как лезвие, уверенными движениями добралась до тонущего тела. Вытащила на берег и откачала, чередуя дыхание в чужой рот с ругательствами.
«Вот недотёпа!» - злилась она и сочиняла целую лекцию о дурости и опасности глубины.
А юноша открыл глаза. Светлые, лазурные, будто морская вода над отмелью. Речь захлебнулась, и девушка промолчала. А он прокашлялся, улыбнулся и протянул ей синий камешек с белыми прожилками, который так и не выпустил из ладони. Не друзей он хотел впечатлить, а её.
Вся воображаемая защита, которой она обзавелась с прошлого лета, не выдержала и пары дней. Подмастерье не умел делать комплиментов, но восхищение во взгляде говорит куда больше. И невозможно устоять, когда на тебя так смотрят, и касаются нежно, словно хрупкого цветка.
Если бы можно было вернуться в то лето…
Если бы они не выбирались за город, ничего бы не случилось. У полукровки была бы семья, дом и родные дети. А не орденская метка и хроническое одиночество.
Но ведь так заманчиво собраться компанией у костра на верхушке мыса, а когда опустится ночь, ускользнуть ото всех и остаться с любимым наедине.
…В тот год нечисть почуяла, что грядёт самая холодная зима десятилетия. Монстры сбивались в стаи и мигрировали к югу, на побережье. А в их городе был разгар гуляний после осенней ярмарки. Молодёжь выбралась из-под присмотра родителей, разожгла костры и устроила танцы до полуночи.
Как ни странно, первым понял неладное Инвар. Отстранился, тревожно огляделся. Она тоже услышала движение в зарослях и попыталась за руку оттащить его в сторону. Но парень вырвался и заслонил её собой...
-Дура-ак!! – Всхлипывала она потом и выла, размазывая по лицу слёзы пополам с кровью.
Только целитель мог бы помочь с такой раной на шее, и до города добраться никто не успел. Она пыталась помочь. Сжимала края, дышала ему в рот, стараясь вместе с воздухом делиться жизненной силой, как могут оборотни. И на всю жизнь запомнила спокойный, ласковый взгляд, остановившийся на её лице.
Тогда Кайя и решила, что ей осталась одна дорога. Никто из родных не сумел отговорить, ни просьбами, ни угрозами. Она просто дождалась похорон и ушла с орденским охотником, что явился в отряде для зачистки.
На памяти её деда, охотников за глаза называли инквизиторами. А уж про обучение в орденской крепости рассказывали страшные сказки. Мол, учеников морят голодом, заставляют бегать с утра и до обморока, на сон дают пару часов - и то не каждый день. Запирают с живой нечистью: выживет или нет? Пытают, чтобы охотник привыкал к боли и держался на допросе, если попадёт к врагу.
Охотник Торен, что привёл её в крепость, тоже слышал эти слухи, но даже не думал их опровергать. Он вообще ничего не рассказывал. В основном заставлял говорить её, постоянно спрашивая о мелочах. Та же молчала или огрызалась, чтобы её оставили в покое. Только потом поняла, что Торен попросту не давал ей закрыться в себе. Чтобы девушка в итоге, срываясь на крик, рассказала и выплеснула всё.
Боль не ушла, но стала терпимой. Даже привычной, как часть новой жизни.
Если охотник и жалел девушку, этого не показывал. Торена в итоге назначили её наставником, и никаких поблажек полукровка не видела. Но если кого-то пугали тяжёлые тренировки, для неё они стали исцелением. Она сама рвалась в бой, никогда не жаловалась на усталость. И сама не заметила, как лазурные глаза перестали сниться.
***
Она оглянулась, усталым взглядом поискав трактирщика. Где там её эль!?
Будто ощутив спиной недоброе внимание охотницы, парень за стойкой вздрогнул и засуетился со стаканами, чуть не разбив один. Не выдержал, обернулся и тут же улизнул на кухню.
И ведь даже почти не старалась…
С годами она внешне почти не изменилась. Стройная молодая женщина, миловидная и с пушистыми, светлыми волосами, что придавали ей совсем безобидный вид. Но воина выдавала практичная стрижка, рельеф мышц и жёсткие складки, что залегли у губ и глаз. А глаза успели повидать многое и умели становиться жуткими.
Так что от прежней Кайи осталась лишь оболочка. Сама она стала циничной и почти неуязвимой, как телом так и духом… Ну то есть, была уверена, что стала.
-…А я всерьёз говорю: ты бы прошла ритуал на проверку. – Настаивала подруга. – Вдруг на тебе лежит какое-нибудь родовое проклятие? И пока его не снять, счастья личного не увидишь.
Кайя хмыкнула.
-Мать без проблем выскочила замуж. Два раза.
-Может, работает через поколение?
-Бабки тоже на мужей не жаловались, с обеих сторон. И тётя проблем не знала.
-А что, если прокляли уже тебя? Скольких колдунов-отступников ты поймала за свою практику? Не всех ведь казнили, кто-то конфискацией имущества отделался, а тебе, наверное, так отомстил... Кай, чего смеёшься, я же серьёзно!
***
Полукровка ясно помнила каждого, кто сумел достучаться до её сердца. Как назло, один хуже другого!
С первым она повстречалась вскоре после обучения. Карточный шулер и прирождённый мошенник, он умел обаять любого, так что даже ни разу не был под стражей. Светловолосый, как Инвар, с его широкой и открытой улыбкой. Словно взрослая копия…
Не человек, а ходячее наваждение. Кайя тогда была без напарницы, так что её некому было предостеречь. А сама она, пока была на отдыхе, решила дать волю желаниям, даже если эта связь не продлится долго.
Ухаживал он красиво. Можно сказать, профессионально. Дарил цветы, клялся в любви и обещал завязать с преступной жизнью ради любимой. А потом стащил все ценности из дома, где она гостила - и был таков.
Она даже искать его не стала. Один вечер провела в обнимку с бутылкой крепчайшего рома, а наутро сожгла забытые мошенником вещи и передала в стражу ориентировку с особыми приметами.
***
-Даже не знаю, поймали его потом или нет… – Вздохнула Кайя.
На стол с громким стуком приземлились две кружки. Разносчик скомкано извинился и поспешил спрятаться обратно за стойкой от пьяных оборотня с ведьмой.
-Ну, это неудивительно. Тебе сколько было, двадцать два? Откуда там взяться уму.
-Спасибо за оценку, конечно. – Фыркнула полукровка. – Но понимаешь, он же не первый и не последний! И каждый раз думаю: всё, отныне меня не обмануть никому! Ведь насквозь людей вижу, по одному только запаху и дыханию на чистую воду вывожу! Да ещё если глазки построить… сама знаешь, как иногда на флирте колются.
-А вот если глазки строят тебе… – Глубокомысленно пробурчала подруга в кружку.
Кайя хотела огрызнуться, но лишь махнула рукой.
-Другой глаза не строил. Наоборот, задирал нос и строил из себя крепость неприступную. Как же, наследник важного рода, честь и репутация превыше остального!
-Мне можешь не рассказывать. – Скривилась Риан. – А я, кстати, помню эту историю. Он же к тебе посреди ночи в комнату ломился, пьяный в дымину! Про кудри что-то задвигал, глаза-озёра золотые…
-Ну да. – С ностальгией вздохнула Кайя. – Не прошло и недели, как сдался. И ведь едва ноги не целовал, на колени падал! Холёный аристократ, гордость семьи… Кабы хотела, верёвки из него вить могла.
-Угу. И к чему это привело?
Полукровка молча запрокинула кружку, выпивая разом половину.
Стоило ли открывать ему двери? Неделю-другую всё было волшебно, но потом она уехала на срочный вызов, где стая морлоков прилично потрепала охотницу. Мужчина явился к ней вечером и застал всю в крови. Кайя зашивала рану на боку, пока матерящийся лекарь, недовольный такой неосторожностью, бинтовал ей ногу. А раненный оборотень, даже если в нём половина человека, не может подавить звериные черты. Тело стремится вернуться во второй облик, чуя опасность. И об этом, вроде бы, знают уже все - даром что ли оборотни живут с людьми столько веков?
Но когти на пальцах, шерсть на руках и слишком большие кошачьи глаза отпугнули аристократа почище, чем ладан призрака. Больше она его не видела.
-Прощай, любовь - здравствуй старый, добрый ром! – Заключила она, салютуя кружкой.
-Слабак! – Презрительно чихнула Риан, проводя ладонью по спутанным волосам, чтобы разгладить магией до шёлкового блеска. Взяла кружку и тут же гневно стукнула о стол, аж пена подпрыгнула: – Нет, ну каков? Как девица избалованная, крови испугался! Странно, что от мышей в обморок не падал. Сбежал - туда и дорога! Я сразу сказала, что он трус.
-Ну, следующий трусом не был. И помогло это мне?
-Это который держал притон?
-Нет. – Фыркнула Кайя. – Наёмник, что на меня поспорил. По-моему, такому типу храбрости не занимать, если даже репутация ордена не помешала.
Ведьма нахмурилась.
-Так вы же, вроде, так и не…
-Не. Но лишь потому, что я по делу занята была. А он решил, что можно в доказательство стащить у меня бельё и приволочь дружкам.
-Хм…
-Только позабыл, что у предмета спора слух-то не человеческий. Так что если вздумал обсудить, как продвигается соблазнение, то безопасно болтать можно не в том же доме, а на другом конце города!
-Ну, ты-то его проучила.
-Да не я, а маги, которые мне сумки чаровали. Сама-то я почесуху насылать не умею и мороками не балуюсь.
-Жаль я не видела, как он при друзьях вытащил из кармана мужские портки!
-Не просто портки. – Загадочно улыбнулась полукровка. – Все знали, что розовый батист по вкусу местному виноделу, любителю молодых юношей…
Подруги расхохотались, как две злобных колдуньи.
-По нему ты не скучаешь. – Довольно заключила Риан.
-Да успела разочароваться. Только привычный ритуал всё же провернула: вечер с ромом и сжигание вещей. Правда, пришлось их для этого украсть, но пусть докажет. – И помедлив, добавила тихонько. – Ещё волосы на память стоило отбрезать. Он их длинные отрастил, до середины спины. Авось продала бы кому…
-Алхимикам на опыты, вместе с остальными органами. Ну да леший с ним, нечего вспоминать про дурака.
-Ещё один был хитрым и продуманным. И тоже в итоге получилась шхурня…
-Ага, ну это ты точно про хозяина притона! – Обрадовалась Риан.
-Ну я же не знала тогда! Думала, просто чудак, ну может с наследством, оттуда и замашки барские: дорогие подарки и вино по золотому за бутылку. Тоже восхвалял грацию и глаза, а потом явился, когда я после работы пришла вся в саже и крови.
-И тоже сбежал?
-Ну чего ты так плохо сразу о человеке. Он мне и воды горячей натаскал, и сбегал за лекарем. А потом уже я застала его в неудобной ситуации: между чужих ног. Видите ли, тяжёлые впечатления, поспешил утешиться!
-Да уж…
Кайя пожала плечами. По этому мужчине она тоже не скучала; восприняла всё как шутку судьбы. Чувства всё равно успели вспыхнуть, прогореть и уже остывали.
К тому же он и нравом был не её типажа, постоянно пил или жевал нечто, имевшее дурман в составе. Потом оказалось, он вообще держал два опиумных притона, с которых и имел доход. Единственный плюс - что после своих «настоев» в постели мужчина был просто огонь!
-Есть что вспомнить. – Хмыкнула Кайя. – Как он с похмелья наутро пожирал плесневелое печенье, забытое на подоконнике, кто бы видел! Да так нахваливал, обеими руками в чашку вцепился, что побоялась отбирать.
Она рассмеялась, продолжив:
-Или как собрался искупаться и ушёл. Час его нет, второй. Обошла всю таверну, как сквозь землю провалился! А возвращаясь, нашла в коридоре, в чужом полотенце и обмотанным поверх бельевой верёвкой. Откуда стащил, так и не вспомнил. Не человек, а сборище анекдотов.
Она хотела добавить что-то, но запнулась. Мысли так или иначе сворачивали ещё к одному мужчине, последнему. Во всех смыслах.
***
С ним она встретилась, когда успела состояться в жизни и набраться опыта. Воспитала ученицу, вернулась на практику, получила следующий ранг. И научилась лишний раз не верить никому.
Даже ему, очередному наёмнику, который за пару случайных встреч сумел привязать к себе охотницу крепче, чем заклинанием. Кайя держала его на расстоянии, только огрызаясь на попытки сблизиться. Но мужчина добивался не просто её симпатии, а уважения, не словом, а делом.
Один раз выручил, узнав через связи нужную информацию. В другой раз примчался на помощь, притащив целый отряд и лучшего алхимика в городе. Трудно забыть, как она, загнанная гарпиями горном ущелье, уже прощалась с жизнью, а потом услышала взрывы и вопли тварей...
Потом упорный наёмник отыскал её на другом конце страны, когда Кайя, несмотря на крепкое здоровье, слегла с болотной лихорадкой. Каким-то чудом раздобыл в подарок персики. Так и не признался, откуда узнал, что она их обожает. Вроде бы, мелочь… но после этого она и сдалась.
Вместе они были почти три года. Пережили время, когда привыкали друг к другу, пока она ожидала подвоха и привыкала к его присутствию. С ним можно было вести задушевные разговоры, потанцевать на празднике, доверить спину... Будто именно его охотница и ждала долгие годы.
Но месяц назад помощи попросил коллега, ведущий сложное дело. Охотник искал следы группы, что похищала людей и продавала в рабство на юг. Среди преступников был маг, который подчищал следы, потому дело и передали ордену. Необходимо было не только поймать исполнителей, а накрыть всю группу, начав с помощников, и коллеге Кайи потребовалось подкрепление.
Пока вели дело, Кайя постоянно пропадала по окрестностям, в здании городской управы или архивах. А кому могла пожаловаться, засыпая рядом после тяжёлого дня? О деле она не рассказывала, но он всегда мог узнать, где охотница была сегодня, где вероятно окажется завтра.
Когда напарник выяснил, что большинство «ниточек» ведет к её мужчине, отстранил охотницу от дела. Она сутки просидела в городской управе, не вправе и не в силах вмешиваться. Чуть не лезла на стены от волнения, молила высшие силы, чтобы всё оказалось ошибкой. Но, возможно, с детства не научилась хорошо молиться.
Отчёт отправился в орден. Она ждала чего угодно, вплоть до самого худшего, но ей даже не назначили наказания. Не сняли ранг. Лишь короткое письмо:
«В связи с отсутствием доказательств причастности - строгий выговор. Рекомендован отдых и отпуск».
Она не нашла в себе сил попрощаться с человеком, что забрал с собой последние три года. На казни тоже не была. Бросила вещи, сбежала в соседний город и несколько дней спускала деньги на ром.
Не было сил подняться и куда-то идти, даже выглянуть на улицу. Куда, ну куда идти!? Ни толку, ничего… бесполезная и по-прежнему глупая полукровка. Сколько можно верить в свой опыт и проницательность?
Неприкаянная тень самой себя, она молча опрокидывала рюмку за рюмкой, пугая окружающих мрачным взглядом звериных глаз. Скоро заперлась в комнате, предпочитая пить в одиночестве и не портить репутацию ордена.
Там её настигла короткая записка.
«Поднимай задницу, и двигай в Келебор на Тлани. Ты в полудне пути от ближайшего телепорта. Даю сутки, иначе приеду и притащу за шкирку лично».
Так мог написать лишь человек, что когда-то работал с ней в связке. Потому Кайя не стала размышлять: прихватила дорожную сумку, одолжила лошадь у легата и отправилась в путь.
***
Вот охотницы и сидели в давно опустевшем зале, обсуждая прошлое, перемывая косточки бывшим мужчинам и поднимая тему брачных проклятий.
-Хорошо… хорошо! – Сдалась она, стукнув кружкой. – Раз настаиваешь, схожу к ведунье. Хотя не вижу смысла.
-Почему это? – Хлопнула ресницами Риан. Кайя пожала плечами.
-Зачем спорить с судьбой? Это не заговоры и не заклятия, просто череда совпадений. Я привыкла. Серьёзно, привыкла. Так что не вижу проблемы.
-Ты пьёшь без просыху который день, и не видишь проблем!? Да никакого здоровья не хватит на такие срывы! Даже я со своим магистром расставалась легче.
-Потому что вы никогда окончательно не расстаётесь. – Фыркнула полукровка. – То который раз был, шестой?
Риан подалась вперёд.
-Мы сейчас о тебе говорим. С такими потрясениями после разрыва, пора задуматься об обете воздержания! – Она выдохнула и постаралась пошутить: – Или переключиться на женщин. Помнишь барышню, что истово благодарила тебя за арест преследователя-мага и всё время вешалась на шею?
Кайя хмыкнула.
-Не выйдет. С женщинами, в смысле. Если будет хуже меня, то не зацепит. А если красивей, стану ей завидовать. Не-ет. – Помотала она головой, состроив серьёзное лицо.
-Тогда воздержание. – Булькнула Риан в свою кружку.
-Однозначно. – Полукровка кивнула, отчего комната покачнулась перед глазами. – И я даже не шучу. Ну его к шхуру… так-кие нервы…
Она протянула руку и попыталась схватить одну из свежих креветок, что принёс корчмарь. Те расползались по тарелке и даже, кажется, хихикали.
-Ну, гады, издеваетесь?
Голос Риан донёсся словно издалека.
-Та-а-ак … налакалась кошка. Тебе хватит. Ну-ка дай руку. Руку, а не лапу! Дотащу тебя до комнаты.
-Да-а мне нормально. – Покачнулась полукровка. – Дойду.
Но хитрая ведьма приобняла за плечо, принимая пьяный вес на себя, коснулась ладонью виска - и Кайя отключилась, провалившись в глубокий сон.
***
День начался с того, что назойливое солнце проползло по небосклону, миновав зенит, забралось лучами за неплотно задёрнутую занавеску и не хуже кислоты припекло глаза.
-Я что, в пекле? – Простонала она и перекатила голову по подушке. Странная, тёплая тяжесть у макушки вдруг ожила и пробежав по груди множеством лап, увесисто спрыгнула на пол.
Полукровка проводила ошалелым взглядом чёрную кошку, которая потянулась всем телом и зевнула, будто хвастая зубастой пастью. Четыре ноги, как и любой нормальной кошки, а спросонья-то показалось, что их было не меньше десяти.
-А ты тут откуда?
Животное, разумеется, не ответило. Вспрыгнуло на стол, задрав хвост, и толкнув лапой оконную створку, вышло наружу по подоконнику.
Откинувшись на подушку, Кайя поняла, что за ночь её череп превратился в чугунный, и кто-то старательно лупил по нему молотком до утра. Пробормотав нечто ругательное, накрылась одеялом с головой. И только боль притихла, как под открытым окном разгорелся скандал. То ли женщины с корзинами врезались друг в друга и перепутали рассыпавшийся товар, то ли дрались за мужика.
-Куда ручонки паскудные тянешь!
-Сама отстань, змеюка! Моё!!
Полукровка с рычанием встала. Пошатнулась, ухватившись за голову, проковыляла к окну, схватила кадушку с водой для умывания и распахнула створки. Но пока она преодолела этот долгий путь, крикуньи успели вцепиться друг другу в волосы, быть разнятыми и приняться подбирать упавшее. Хмурая охотница проводила их взглядом и аккуратно поставила кадушку на подоконник.
Среди людей на той стороне улицы мелькнула знакомая мужская фигура. Солнце вызолотило русые волосы до цвета майского мёда. Сердце ёкнуло, в животе похолодело от тревоги. Но уже через миг, по осанке и походке охотница поняла, что это другой человек. И выдохнув, порадовалась своей реакции. Всего лишь слабый отголосок.
Вернулась к постели. Нашла на тумбочке стакан с красноватой жидкостью, похожей на разбавленный брусничный сок. Под ним лежала записка:
«Выпей, кошатина, если проснешься»
-Оптимистка. – Хмыкнула полукровка и для начала прижала прохладный стакан ко лбу. Стало чуть легче. Придирчиво понюхала отвар и выпила залпом. Вкусно. И ещё немного легче.
Прислушавшись к ощущениям, отыскала в себе силы встать, умылась и провела мокрыми ладонями по волосам. После месяца без стрижки они уже закрыли шею и вовсю завивались. Перевязать их в хвост или закрепить узел оказалось нечем. Она подумала взять у хозяина ножницы, но пока ограничилась расчёсыванием.
Несмотря на открытое окно, у которого стояла полукровка, в комнате было душно из-за того, что ночью у кровати стояла жаровня. Так что отойдя к тумбочке, она стащила плотную рубашку и отыскала нижнюю блузу, без рукавов и с широким вырезом. Взглянула в маленькое зеркало и ужаснулась. Обругав себя, забралась на кровать, обложилась склянками из сумки и принялась втирать в кожу лица и рук ухаживающий крем.
В дверь постучали: пришел посыльный от местного легата. Ещё вчера Риан давала ему какое-то поручение, и сейчас мальчишка показался на пороге со стопкой фолиантов, из-за которых едва виднелась вихрастая макушка.
-Вот! – Он сгрузил ношу на стол у окна. – Сказали мне, чтобы сказал вам, что я буду рядом. Если что понадобится, зовите! – Он ткнул пальцем в шнурок у кровати и улизнул за дверь.
-Воды принеси! – Крикнула она вдогонку и подойдя к столу, увидела очередную записку на стопке.
