Хозяйка Огненной башни. Спасти дракона

Тавия оглянулась.

— Брам, отгони людей хотя бы на десять шагов. И скажи страже закрыть проход к башне.

— С удовольствием, — буркнул тот. — Вдруг сегодня кто-нибудь ещё решит сломать городскую печать, залезть через окно и запустить неизвестный механизм.

— В таком случае передай, что место занято.

Брам выразительно посмотрел на неё и пошёл выполнять просьбу.

Северин всё-таки попытался встать.

Тавия положила ладонь ему на плечо и тут же почувствовала, как под тканью мундира напряглись мышцы.

— Госпожа Ренн.

— Командующий Крофт.

— Уберите руку.

— Когда перестанете падать.

— Я не падаю.

Она посмотрела на его колено, потом на ладонь, упиравшуюся в камни.

— Тогда у столичной стражи появились очень странные правила стоять.

Седой офицер отвернулся, но Тавия успела заметить, как дёрнулся уголок его рта.

Северин тоже заметил.

— Эдмар.

— Командующий?

— Если вы сейчас улыбнётесь, завтра будете проверять караулы в северных казармах.

— Я предельно серьёзен.

— Вижу.

Тавия снова взглянула на красную линию.

Она уже не двигалась.

Это успокоило меньше, чем хотелось.

— Когда башня заработала, что вы почувствовали?

Северин ответил после короткой паузы:

— Сначала давление.

— Где?

Он нахмурился.

— Какое это имеет значение?

— Пока не знаю. Поэтому спрашиваю.

Его раздражение никуда не делось, и Тавия даже была ему рада. Злой Северин Крофт выглядел куда убедительнее неподвижного мужчины с бескровным лицом.

— В груди, — произнёс он. — Затем стало трудно удерживать форму.

Тавия вспомнила чёрного дракона над рынком. Последние белые языки огня стекали к башне, а Северин снижался всё ниже.

— Потом?

— Сила начала уходить.

— Куда?

Его взгляд переместился на башню.

Ответ и так был написан на её стене.

Тавия выпрямилась и посмотрела на вход. После запуска древнего механизма дверь оставалась открытой. За ней виднелась узкая винтовая лестница, а красные линии между камнями понемногу гасли.

— Я хочу посмотреть, что там произошло.

— Нет, — сказал Северин.

Тавия повернула голову.

— Что именно «нет»?

— Вы больше не войдёте в башню.

— Это будет трудно сделать, если мы собираемся понять, почему она едва вас не убила.

— Именно поэтому вы туда не войдёте.

Он снова поднялся, на этот раз медленнее и осторожнее. Эдмар протянул руку, но Северин отказался от помощи одним движением головы.

Тавия тоже не стала вмешиваться.

Если ему требовалось доказать площади, стражникам и самому себе, что он может стоять, пусть доказывает. Она лишь осталась рядом на случай, если спор снова закончится знакомством командующего с мостовой.

Северин выпрямился.

На несколько мгновений закрыл глаза, дождался, пока пройдет слабость, и лишь затем продолжил:

— Башню запечатать. Сегодня же. Вход охранять. Никому не позволять прикасаться к механизму.

— А следующий белый пожар?

— Им займётся стража.

— В прошлый раз ваша стража не смогла его потушить.

У Эдмара едва заметно напряглась челюсть.

Северин посмотрел на Тавию без прежней насмешки.

— Поэтому мне особенно интересно, почему вы считаете, что второй запуск даст иной результат.

— Не считаю.

— Тогда спор окончен.

— Нет. Просто вы спорите не о том.

Она показала на надпись.

— Я не предлагаю запускать башню снова. Пока мы не поймём, как устроен механизм и почему он выбрал вас источником, я сама никого к нему не подпущу.

— В таком случае мы наконец согласны.

— Только в первой половине.

— Разумеется.

— Башню нельзя замуровать и забыть.

Северин посмотрел на неё так, словно именно это и собирался сделать.

Тавия продолжила:

— Сегодня она погасила огонь, который не смогли остановить ваши маги. Кроме того, она начала работать именно в момент пожара. Значит, между башней и белым пламенем есть связь. Если мы просто закроем дверь, при следующем пожаре останемся с теми же вопросами и без единственного механизма, который хоть как-то на него повлиял.

— Механизма, питающегося мной.

— Я это вижу.

— Хорошо, что надпись достаточно крупная.

Тавия встретила его взгляд.

— Если вы думаете, что я снова включу башню после того, что увидела, вы обо мне очень плохого мнения.

Северин молчал.

— Сегодня я вошла в огонь четыре раза, чтобы вывести людей, которых даже не знала, — добавила она. — С какой стати мне считать вашу жизнь менее ценной только потому, что вы умеете превращаться в дракона и раздражать меня при первой встрече?

На этот раз молчание изменилось.

У Эдмара перестало быть лицо человека, который предпочёл бы находиться в другом месте. Стражники поблизости тоже прислушались, хотя старательно делали вид, что заняты площадью.

Северин чуть сузил глаза.

— Я раздражаю вас?

— Теперь вас заинтересовало именно это?

— Остальное прозвучало вполне разумно.

— Какая щедрость.

Он посмотрел на свою ладонь. Красная линия погасла окончательно, оставив после себя тонкий след, словно рисунок лёг под кожу.

— Башню опечатают до утра. На рассвете я пришлю специалистов.

— Каких?

— Тех, кому разрешено разбирать древние городские сооружения.

— То есть людей, которые сто лет позволяли ей зарастать пылью?

— Госпожа Ренн.

— Командующий Крофт.

— Вы всегда спорите до последнего слова?

— Нет. Иногда собеседник раньше начинает говорить разумные вещи.

Брам вернулся в тот момент, когда Северин явно выбирал между ответом и приказом вывести Тавию с площади.

— Людей отогнали, проход закрыли, — сообщил он. — А ещё возле северного ряда нашли девочку, которую ты вытащила. С матерью всё хорошо. Они спрашивали о тебе.

Раздражение ушло из Тавии мгновенно.

— Селма может идти?

— Пока хромает. Но уже спорит со стражником, который не позволяет ей вернуться за сумкой.

— Значит, всё в порядке.

— Примерно так я и решил.

Северин перевёл взгляд с неё на Брама.

— Вы работаете вместе?

— Когда она позволяет, — ответил Брам.

— Не преувеличивай. Иногда я даже слушаю.

— Обычно после того, как всё уже сделала.

Северин задержал взгляд на Тавии на долю секунды дольше, чем требовалось.

В нём появилось что-то новое.

Не благодарность. До неё он, похоже, ещё не дошёл.

Скорее любопытство.

Тавия почему-то заметила это и сразу рассердилась на себя за то, что заметила.

На площади хватало вещей важнее янтарных глаз командующего.

— Тавия!

Селма действительно возвращалась.

Её поддерживал молодой стражник, а девочка бежала впереди и, увидев Тавию, бросилась к ней так быстро, что та едва успела присесть.

Маленькие руки обхватили её шею.

— Я всё сказала! — выпалила девочка. — Как вы велели. Я сказала, где мама, и они её нашли.

— Значит, ты сегодня тоже спасатель.

— Правда?

— Конечно.

Девочка засияла.

Селма остановилась рядом.

— Я даже не знаю, как вас...

— Не надо.

— Надо.

Тавия поднялась.

Женщина крепко сжала её ладони.

— Спасибо.

Одно короткое слово оказалось тяжелее всех криков площади.

Тавия улыбнулась.

— Сегодня вы обе идёте домой вместе. Этого достаточно.

— А вы?

— Я?

Селма посмотрела на башню, потом на Северина.

— Похоже, домой вы попадёте нескоро.

— Это тоже похоже на правду.

Девочка потянула Тавию за рукав.

— Вы будете тут работать?

Тавия открыла рот и не нашлась с ответом.

Огненная башня десятилетиями стояла мёртвой. У неё никогда не было причин представлять себя внутри.

Теперь за спиной светились остатки красных линий, на мостовой стоял ослабевший дракон, а несколько сотен человек смотрели на древнее здание совсем иначе, чем ещё час назад.

— Пока не знаю, — призналась Тавия.

— Будете, — уверенно сказала девочка.

— Почему?

— Потому что она вас послушалась.

Тавия взглянула на башню.

За её спиной Северин произнёс:

— Именно это меня и беспокоит.

К полуночи рынок изменился до неузнаваемости.

Праздничные ленты висели обгоревшими клочьями, половину фонарей сняли, а оркестр давно разошёлся. Вместо музыкантов по площади ходили городские рабочие, стражники и владельцы павильонов, пытавшиеся понять, что ещё можно спасти.

Белый огонь исчез полностью.

На месте некоторых деревянных деталей оставался гладкий серый налёт. Он не пачкал пальцы и не пах гарью. Тавия несколько раз присаживалась возле таких следов, рассматривала их при свете фонаря, но не касалась.

Ничего знакомого.

Брам принёс ей кружку горячего отвара из яблок и пряностей, который торговцы раздавали всем, кто помогал разбирать последствия пожара.

— Пей.

— Я занята.

— Это не просьба.

Тавия взяла кружку.

— Ты общался с Крофтом пять минут и уже набрался дурных привычек.

— Если благодаря этим привычкам ты иногда будешь останавливаться, я готов учиться у самого короля.

Она сделала глоток.

Напиток оказался обжигающим и сладким.

— Где он?

Брам сразу понял, о ком речь.

— У башни.

Тавия обернулась.

Северин действительно стоял возле входа. За последние часы к нему вернулся цвет лица, хотя движения всё ещё оставались осторожными. Вокруг командующего собрались Эдмар, двое магов и трое незнакомых мужчин в строгих городских мундирах.

У двери уже установили новую временную печать.

— Серьёзно решил запечатать, — сказала она.

— Он командующий городской стражей. Такие люди любят, когда опасные древние механизмы не высасывают из них жизнь без предупреждения.

— Удивительно узкие интересы.

Брам усмехнулся, потом стал серьёзным.

— Тавия, ты ведь не полезешь туда снова ночью?

— Нет.

— Слишком быстро ответила.

— Потому что уже решила.

— А утром?

— Посмотрим.

Он вздохнул.

— Вот теперь узнаю тебя.

Тавия допила содержимое кружки и направилась к Северину.

Один из городских чиновников увидел её первым.

— Госпожа Ренн, доступ к объекту закрыт.

— Я не собираюсь входить.

— Рад это слышать.

— Мне нужен командующий.

Северин повернулся.

— Звучит тревожно.

— Вы привыкнете.

Чиновник открыл рот, но Северин жестом остановил его.

— Пять минут.

— Семь.

— Пять.

— Шесть, и я обещаю не ломать вторую печать.

Он посмотрел на разбитый знак, который ещё не успели убрать с земли.

— Убедили.

Они отошли от остальных.

Тавия указала на его ладонь.

— След остался?

Северин показал руку.

Красная линия стала тёмной, однако всё ещё была заметна.

— Вы пришли проверить моё самочувствие?

— В том числе.

— Не ожидал.

— Я тоже много чегосегодня не ожидала. Например, что буду спорить на рынке с голым командующим.

Он замер.

Тавия тоже.

— Что?

Северин очень спокойно произнёс:

— Голым?

Она нахмурилась, потом вспомнила превращение обратно в человеческий облик и поняла, что сказала.

— В смысле без драконьей шкуры.

Его бровь поднялась.

— Вы странно подбираете слова.

— У меня длинный день.

— Это заметно.

— Не радуйтесь, завтра станет лучше.

В янтарных глазах мелькнуло настоящее веселье.

Тавия решила сменить тему прежде, чем Брам, наблюдавший издалека, начнёт строить собственные выводы.

— Белое пламя шло за вами.

Улыбка исчезла.

— Я видел.

— Оно усиливалось, когда вы использовали драконий огонь.

— Тоже видел.

— Значит, если такое случится снова, вам нельзя пытаться тушить его силой.

Северин скрестил руки.

— Вы за несколько часов стали специалистом по белому огню?

— Нет. Я специалист по тому, чтобы замечать, когда один и тот же способ дважды делает положение хуже.

— Ваше предложение?

— При следующем пожаре не использовать магию, пока не выясним, на что именно она реагирует.

— И чем вы собираетесь его тушить?

— Пока не знаю.

Он посмотрел на неё с таким выражением, что Тавия раздражённо добавила:

— Иногда честный ответ полезнее красивой глупости.

— Согласен.

Она даже растерялась.

— Вот так просто?

— Вы рассчитывали на спор?

— Уже привыкла.

— У вас было несколько часов.

— Насыщенных.

Северин посмотрел на башню.

— Если белый огонь появится снова этой ночью, механизм не использовать.

— Я уже сказала, что не собираюсь.

— Даже если ситуация станет хуже, чем сегодня.

Тавия поняла, почему он повторяет.

И почему говорит это именно ей.

Если за стенами башни окажутся люди, а на камне снова загорится выемка для ладони, выбор перестанет быть теоретическим.

Она вспомнила Селму, девочку, Иво, владельца мастерской.

Потом посмотрела на тёмную линию на руке Северина.

— Даже тогда.

Он изучал её лицо.

— Вы уверены?

— Нет.

Ответ явно удивил его.

— Но если цена запуска — ваша жизнь, я должна сначала найти другой способ. И вы мне в этом поможете.

— Уже решили?

— Вам хочется жить?

— Временами.

— Тогда возражений нет.

Северин покачал головой.

— Вы чрезвычайно удобный человек для переговоров.

— Спасибо.

— Это не было похвалой.

— Теперь уже поздно.

С дальнего края площади донёсся стук копыт.

Всадник в форме городской стражи летел между рядами так, что рабочие едва успевали отскакивать.

Тавия и Северин повернулись одновременно.

Всадник натянул поводья возле командующего и почти соскочил с седла.

— Господин Крофт!

Северин шагнул к нему.

— Что случилось?

— Белый огонь.

Все разговоры вокруг башни прекратились.

Тавия почувствовала, как внутри мгновенно исчезла усталость.

— Где?

Всадник взглянул на неё, потом снова на Северина.

— Канатный двор у южной пристани. Сначала загорелся один склад. Теперь пламя идёт по галереям.

— Маги там?

— Двое прибыли первыми. После рынка им запретили использовать воду, но один попытался поставить ледяной заслон.

— И?

— Пламя прошло через него.

Северин уже отдавал распоряжения Эдмару.

— Поднять третью и четвёртую группы. Перекрыть улицы от пристани. Всех драконов оставить в человеческой форме, пока я не прикажу иначе.

Тавия бросила взгляд на башню.

Красные линии не горели.

Пока.

— Брам!

Он уже бежал к ней.

— Слышал.

— Нужны люди.

— Какие?

Тавия на ходу перебирала в голове южную пристань.

Канатный двор.

Склады, сушильные галереи, смоляные крыши, узкие проезды между корпусами. Одно из худших мест для обычного пожара и совершенно неизвестная территория для белого.

— Те, кто умеет работать руками и не впадает в панику возле огня.

Брам коротко усмехнулся.

— Ты сейчас описала половину старой команды.

Тавия остановилась.

— Какой команды?

— Южной огневой бригады. Её распустили три года назад после того, как город расширил штат магов.

— Ты знаешь этих людей?

— Некоторых.

— Сколько времени нужно, чтобы собрать?

Он посмотрел в сторону пристани.

— Если они ещё сидят по своим привычным местам, минут двадцать.

— У тебя десять.

— Я знал, что именно это услышу.

— Брам.

— Уже бегу.

Он исчез между людьми.

Северин закончил отдавать приказ и подошёл к Тавии.

— Вы остаётесь здесь.

Она решила, что ослышалась.

— Простите?

— Вы не знаете природу этого огня, едва держитесь после первого пожара и только что признались, что не представляете, чем его тушить.

— Всё верно.

— Рад, что мы снова согласны.

— Я не сказала, что останусь.

— Госпожа Ренн.

— Командующий, сегодня ваши маги попробовали воду, барьер и драконий огонь. Все три способа сделали хуже. Я хотя бы видела, как белое пламя ведёт себя внутри здания.

— Поэтому вы считаете себя незаменимой?

— Нет. Поэтому считаю себя полезной.

Он явно хотел возразить.

Тавия продолжила:

— Кроме того, я знаю Канатный двор.

— Я тоже.

— Вы знаете, где там лежат старые пожарные заслоны?

Северин промолчал.

— Где можно обрушить галерею, не перекрыв выход из второго склада?

Молчание.

— Какие ворота открываются наружу, а какие заклинивает от жара?

— Вы закончили?

— Теперь да.

Северин посмотрел на Эдмара.

— Дайте ей лошадь.

— У меня есть ноги.

— До южной пристани четыре квартала.

— Тогда лошадь.

— Поразительная уступчивость.

— Цените момент.

Через несколько минут они уже выезжали с рынка.

Белый огонь был виден с середины Торговой улицы.

Он поднимался над крышами южной пристани широким сиянием, окрашивая ночные облака в молочный цвет. Люди бежали от реки навстречу страже, тащили детей, корзины, свёртки, клетки с птицами.

Тавия смотрела на поток и чувствовала, как складывается картина пожара.

Канатный двор находился ниже соседних улиц. Три больших склада соединялись крытыми переходами, рядом стояли мастерские, где плели корабельные снасти. Если огонь доберётся до восточной стены, дальше пойдёт жилой квартал.

У главных ворот их встретил хаос.

Маги спорили со стражниками. Рабочие таскали бочки, не понимая, куда их ставить. Хозяин двора кричал, что внутри осталось дорогое сырьё и его надо вынести в первую очередь.

Тавия спрыгнула с лошади.

— Людей внутри проверили?

Хозяин повернулся.

— Там товар на двадцать тысяч золотых!

— Я спросила про людей.

— Рабочие вышли.

— Все?

Он замялся.

Тавия почувствовала, как поднимается злость.

— Сколько человек было во второй смене?

— Двадцать восемь.

— Сколько вышло?

— Я не считал!

— Тогда товар подождёт.

Она повернулась к ближайшему стражнику.

— Соберите тех, кто работал сегодня на складе. Пусть перекличку делают по именам.

— Кто вы такая, чтобы...

— Делайте, — раздался голос Северина.

Стражник вытянулся.

— Да, командующий.

Хозяин склада побледнел, узнав его.

Северин спешился и подошёл к Тавии.

— Что дальше?

Она посмотрела на горящий корпус.

Белое пламя шло по крыше узкими полосами. На этот раз Тавия заметила то, что ускользнуло на рынке.

Оно двигалось не случайно.

— Видите металлические желоба под карнизом?

— Да.

— Огонь идёт вдоль них.

— Металл раскаляется.

— Не только.

Тавия подошла ближе, оставаясь за безопасной чертой.

Вдоль стены проходили тонкие медные пластины с выгравированными знаками.

— Это магическая сеть освещения?

Хозяин склада кивнул.

— Проведена по всем трём корпусам.

— Отключить.

— Нельзя! Главный узел внутри первого склада.

— Тогда перерубим линии снаружи.

Маг рядом нахмурился.

— Если разрушить контур, погаснут защитные знаки всего двора.

— Они сейчас помогают?

Он посмотрел на белое пламя.

— Нет.

— Значит, выбираем проблему, которую умеем решать.

Северин уже понял.

— Топоры. Кирки. Всё, что режет металл. Разделить контур между корпусами.

Хозяин двора всплеснул руками.

— Вы уничтожите всю систему!

Тавия повернулась к нему.

— Если не уничтожим систему, через полчаса у вас не будет зданий, на которых она установлена.

— Но...

— Выбирайте быстро.

Он посмотрел на Северина.

Тот даже не стал отвечать.

— Режьте, — выдохнул хозяин.

Работа закипела.

Тавия вместе с мастерами обходила здания, показывая места, где надо разорвать медную линию. Северин организовал стражу так, чтобы никто не входил в опасную зону без приказа.

Через несколько минут к воротам прибежал Брам.

Не один.

За ним двигались восемь человек разного возраста, и ни один не выглядел так, словно пришёл смотреть на пожар из любопытства.

Первым был огромный мужчина с обгоревшей правой бровью и седой косой до плеч. За ним — невысокая рыжая женщина с кожаными перчатками за поясом, двое братьев-близнецов, пожилой плотник, трое крепких портовых рабочих.

Брам отдышался.

— Нашёл семерых. Восьмой сам увязался.

— Я не увязался, — возмутился пожилой плотник. — Я двадцать семь лет тушил Южный порт.

Тавия посмотрела на них.

— Кто умеет работать в группе?

Седой усмехнулся.

— Девочка, мы работали в группе, когда ты ещё под стол пешком ходила.

— Отлично. Тогда объяснять придётся меньше.

Он прищурился.

— Ты Ренн?

— Тавия.

— Дочь Ардена?

Она замерла всего на мгновение.

— Да.

Мужчина протянул руку.

— Гарс Вейн. Работал с твоим отцом.

Тавия пожала её.

Вопросов было много.

Времени — нет.

— Гарс, мне нужно остановить огонь без магии.

Он посмотрел на белую крышу.

— Весёлый у тебя вечер.

— Уже говорили.

— Что требуется?

— Разрываем магическую сеть между корпусами. Потом создаём пустую полосу перед восточной стеной. Всё, что может передать огонь дальше, убираем.

Гарс кивнул.

Ни сомнений, ни длинных разговоров.

— Близнецы со мной. Мара, бери людей к восточной стене. Брам, где инструмент?

Тавия почувствовала неожиданное облегчение.

Вот чего не хватало на рынке.

Людей, которым не нужно объяснять, зачем существует порядок во время пожара.

Первая медная линия лопнула через пять минут.

Произошло странное.

Белое пламя на переходе между первым и вторым складом дрогнуло и остановилось.

— Ещё! — крикнула Тавия.

Второй контур перерубили возле северной стены.

Часть огня погасла сама.

Северин оказался рядом.

— Вы были правы.

Тавия посмотрела на него.

— Повторите.

— Не злоупотребляйте.

— Жаль.

— Пламя использует магические линии.

— Похоже на то.

— Почему?

— Когда узнаю, приглашу вас на лекцию.

— Уже жду.

С крыши посыпались искры.

Тавия подняла голову.

Белое пламя изменило направление.

— Всем назад!

Гарс тоже заметил.

— Оно пошло вниз!

Огонь больше не мог двигаться по разорванной медной линии и начал искать другой путь.

Он пополз по металлическим креплениям стены.

— Нужно отрезать первый склад целиком, — сказала Тавия.

Северин оценил расстояние.

— Галерея.

— Да.

— Если обрушим её?

— Отделим горящий корпус.

— Внутри люди есть?

Стражник подбежал с перекличкой.

— Двадцать семь вышли. Не хватает одного.

Тавия почувствовала холод под рёбрами.

— Кто?

— Смотритель ночной смены. Корен Даль. Его последний раз видели во втором складе.

Она повернулась к строению.

Второй склад ещё не горел.

Но галерея между ним и первым уже покрывалась белыми полосами.

Северин сказал:

— Я пойду.

— Нет.

Он посмотрел на неё.

— Вы только что запретили мне превращаться. В человеческом облике я вполне способен вывести одного человека.

— Белый огонь тянулся к вам даже тогда, когда вы были человеком.

— Слабее.

— Это не значит безопасно.

— А вы предлагаете идти сами?

— Нет. Я предлагаю войти тому, кто знает склад.

Гарс уже разговаривал с одним из рабочих.

— Парень провёл там семь лет. Знает каждый проход.

Тавия кивнула.

— Он покажет путь. Я пойду с ним.

Северин усмехнулся без веселья.

— Великолепный план. Особенно часть, где вы объясняли мне опасность.

— Я не являюсь источником для башни и приманкой для белого огня.

— Зато вы уже провели вечер, соревнуясь с падающими крышами.

— Пока выигрываю.

— Госпожа Ренн...

— Командующий, если хотите помочь, подготовьте людей у выхода. Мы вернёмся.

Он смотрел на неё дольше, чем раньше.

В раздражении появилось другое чувство, которое Тавия пока не умела назвать.

— Пять минут, — сказал Северин.

— Семь.

— Пять.

— Шесть.

— Вы невыносимы.

— Это взаимно.

Рабочий повёл её через боковую дверь.

Внутри второго склада стояла густая темнота. Магическое освещение погасло после разрыва контура, поэтому Тавия держала обычный фонарь низко, чтобы видеть пол.

— Корен! — кричал рабочий.

Ответа не было.

Из соседнего корпуса доносился грохот.

Через стену просачивался жар.

Они нашли смотрителя возле лестницы.

Он лежал под упавшим деревянным щитом, нога застряла между досками.

— Живой!

Тавия присела рядом.

— Корен, слышите меня?

Мужчина открыл глаза.