Горький вкус измены

– Вытрись. Потом поговорим.

Я расстёгиваю блузку, стягиваю с трудом брюки. Мокрая ткань прилипает к коже. Андрей же стоит в дверях ванны и наблюдает за мной. Не понимаю, что с ним произошло. Откуда столько злости на меня.

– Выйди из ванны, – произношу требовательно, потому что считаю, что он не имеет теперь права, смотреть на меня голую. И раздеваться перед ним не хочу.

– С чего это я выходить должен?

– У тебя уже есть другая женщина, на которую ты можешь смотреть. А на себя я смотреть запрещаю. Выйди.

Но вместо этого Андрей, наоборот, подходит ко мне и сдёргивает бретельку бюстгальтера с плеч.

– Убери руки, – я возмущаюсь. Пытаюсь прикрыться полотенцем.

– Я попросил тебя просто переодеться. Что я там не видел?

Не обращая внимания на мои протесты, разворачивает к себе спиной и расстёгивает бюстгальтер. Сдёргивает трусики. Забирает из моих рук полотенце и заматывает в него.

– Успокоилась?

– Иди на хрен.

Подхватывает на руки и несёт в спальню.

Мне страшно видеть его таким. Чувствую, что злится, по виду так вообще ощущение, что взбешён, но двигается медленно, размеренно. Сдерживает себя.

Ставит перед кроватью.

– Ты сейчас успокоишься и ляжешь спать. Поняла меня? А когда поспишь и успокоишься, мы с тобой поговорим. Поверь мне тоже не нравится,что всё вот так получилось, я мог бы и дальше ничего не говорить, но решил, что так будет нечестно по отношению к тебе.

– Вот только не надо строить из себя благородного рыцаря, – говорю тихо, сил нет. Будто холодной водой Андрей лишил меня всего: и сил, и эмоций.

– Я никого из себя не строю. Просто пытаюсь поступить правильно и честно.

– Об этом надо было думать раньше, – опускаюсь устало на кровать.

– Настя, – Андрей садится рядом со мной. – Ты для меня всегда была и осталась самым родным человеком…

– С родными так не поступают.

– Прости. Надо было сказать тебе раньше.

Мы молчим несколько минут. Мне хочется ещё много что сказать и припомнить. Обвинить во всём, что произошло. Но я молчу, потому что всё бессмысленно.

– Скажи мне, что в ней такого, что ты решился бросить меня? Чем она лучше?

Андрей поворачивает голову, долго смотрит на меня.

– Ничем. Ты замечательная, но я всегда её любил. Она вышла за другого. Мне хотелось её забыть.

– И ты решил жениться на мне?

– Да. Ты напоминала её. Такая же живая, упрямая ,уверенная в себе.

Я думала, мне уже не будет больнее, но слова Андрея безжалостно крошат остатки моего разбитого сердца.

– Лучше бы ты молчал, – шепчу я.

– Насть…

– Не хочу больше тебя ни слышать, ни видеть. Никогда.

– Вот только в крайности не бросайся. Мы же можем спокойно обсудить, сходить развестись, поделить имущество. Я ведь не выгоняю тебя, не хочу лишить всего. Я благодарен тебе за то, что ты была моей женой всё это время.

– Мне ничего от тебя не надо.

– Не глупи. Деньги нужны всегда. Можешь хоть сколько отказываться, но при разводе я поделю всё поровну. Ты не останешься ни с чем.

– Может, и мужа мне найдёшь себе на замену? Раз ты такой предусмотрительный.

Андрей тяжело вздыхает.

– Ложись, отдохни. Завтра поговорим. Я лягу в зале.

– О, что же к своей ненаглядной не поедешь? Она там тебя наверно заждалась.

– Света не такая стерва, как ты думаешь. Она тоже переживает из-за того, что произошло.

– Пусть засунет свои переживания в задницу, и ты тоже. Мне ваша жалость и сочувствие ни к чему.

Я отворачиваюсь, откидываюсь на кровать. Всё равно уеду. Пусть хоть сколько сидит, караулит меня. Уеду. А иначе свихнусь.

Вот выжду, когда уснёт и сбегу.

– Ужинать будешь?

– Нет. Не хочу.

Пока лежу, обдумываю план. Куда я могу уехать? В Москву? В Питер? Или на родину в Омск?

Сердце ёкает, когда думаю о месте, где родилась и прошла большая половина моей жизни. Хочется увидеть всех. Сходить на могилки родителей.

Сон накатывает неожиданно. Уже засыпая я думаю, как хорошо будет увидеть Сашку. Переключиться на них, поводиться с её малышами. Зарядиться их счастьем. Я так устала от всего.

Глава 6.

На улице ещё темно, когда я просыпаюсь. Несколько минут смотрю в потолок. Вспоминаю вчерашний день и наш разговор с мужем. В голове пусто, совершенно никаких идей, пока не вспоминаю, что перед сном решила уехать. Но у меня такая апатия, что вставать вообще не хочется. Закрыть бы сейчас глаза и уснуть снова, не думая ни о чём. Во сне нет мыслей, не чувствуешь боли, в реальность не хочется возвращаться.

Но и лежать тоже не вариант. После утра придёт день, придётся видеть Андрея, говорить с ним. Придётся видеть Свету, знать, что он приведёт её сюда, в эту квартиру. Она станет здесь хозяйкой ,будет трогать вещи, которые я покупал и обустраивала наш дом…От этой мысли я резко сажусь .

Нет! Не хочу.

Вчера у меня такой сумбур в голове был, я толком ничего сказать не могла, а теперь пришла ясность. Не достанется Свете ничего. Пусть Андрей продаёт эту квартиру, пусть лучше в ней другая семья живёт, более дружная и счастливая, только не эта блондинистая тварь. А пока будет продаваться квартира, я уеду. Не смогу я видеть их вместе, не хочу насиловать себя.

Надеваю джинсы, водолазку, волосы в хвост.

Смотрю билеты на поезд. Прямого нет, но это даже к лучшему. Доеду до Новосиба, там смогу погулять, осмотреться, развеяться. А потом сяду на поезд до Омска.

В шкафу стоит небольшой сейф, Андрей здесь хранил небольшие суммы, на всякий случай. Вот и сейчас там лежит несколько стопок пятитысячных. Кидаю их в рюкзак. Лишними не будут, и я тоже имею на них право.

Сажусь за стол и пишу записку мужу.

“Я согласна на развод. Бумаги подпишу онлайн, вышлешь на мою почту. Деньги после продажи квартиры и санатория переведёшь мне на карту. Видеть тебя больше не хочу. Вся связь только по почте”.

Оставляю записку на столе, докидываю вещи в чемодан, которые вчера не успела собрать из-за Андрея. Выхожу из комнаты. Муж спит на диване, даже не раздевался. Замираю на несколько секунд. Не могу отвести взгляд от его лица. Говорят, любовь живёт три года, а потом люди живут по привычке. Почему же я до сих пор люблю его? И сердце замирает от его вида. Большие ладони, которые сейчас лежат на мощной груди. Линия подбородка, высокие скулы, полные красивые губы. Сколько раз за время брака целовала его, смотрела в его глаза и благодарила бога за нашу встречу. Думала, он также любит меня. А всё оказалось ложью. Если бы просто изменил с проституткой, наверно, было бы не так больно. Это предательство плоти. А он предал меня дважды: и телом, и душой. Именно поэтому мне так больно. Очень больно.

Поднимаю глаза к потолку, не давая выкатиться слезам.

Хватит!

Я больше не буду плакать из-за него.

Подхватываю чемодан и на цыпочках пробираюсь к коридору. Такси уже ждёт внизу, машину мне брать незачем.

Ухожу, не оборачиваясь.

Сюда я больше не вернусь.

*** ***

– Саша, привет! – бодро приветствую сонную подругу. – Звали в гости, так встречайте. Через полчаса буду.

– Настя? – бормочет Сашка. – А чё не предупредила даже. У меня дома бардак.

– Я же к тебе не чистоту проверять еду. Увидеть хочу. Всё давай. Жди.

Скидываю. Натянутая улыбка тут же сползает с лица.

Прошло уже два дня, но легче пока не стало. Остаётся только верить только старой поговорке, что время лечит. Не знаю, сколько пройдёт времени, когда я смогу улыбаться искренне.

Белая шкода подвозит меня к особняку Ахмадовых. Помню, я сюда приезжала, когда Дима ещё строил этот дом. Они тогда с Сашкой только познакомились. Вот до чего же земля круглая. Моя подруга и друг моего брата случайно встретились без моего вмешательства. А ведь я даже никогда бы и не подумала, что Димке может приглянуться такая серая мышка, как Саша.

Выхожу из такси, забираю из багажника чемодан, через плечо рюкзак. А в ворота уже выглядывает Сашка.

– Настя! – восхищённо оглядывает меня. – Ты вообще не меняешься. Такая красивая и стройная.

Я подлетаю к подруге, обнимаю её и животом упираюсь во что-то упругое.

– Ты беременна? – изумлённо смотрю на её уже выпирающий живот. – И не сказала даже.

– Сюрприз! – а у самой слезы в глазах. – Мы с Димой решили затариться малышами по полной.

– Блядь, Белявская ты, конечно… вообще.

У меня даже слов нет, сказать в каком я шоке. У них это уже третий будет, а у меня так никого и не получилось. Укол зависти неприятно колет иголкой. Нет. Нельзя завидовать. Сашка как никто заслужила своё долго и счастливо.

– Иди в дом, застудишься, – тороплю подругу.

Заходим во двор, а на крыльцо выходит Димка в пижаме. Я, как всегда, разбудила всех . Дима высоченный, плечистый стал выглядеть ещё мужественнее. Забирает у меня чемодан, и мы заходим в дом.

– Настя, чай будешь? – спрашивает Саша.

– Нет . Мне бы чего покрепче. Винца можно. Жаль, что тебе нельзя. Может, ты, Дима, мне компанию составишь?

ДИма улыбается, скрещивает руки на груди.

– Настя, ты не меняешься. С утра вино, шикарно живёшь. Мы себе такого позволить не можем. Сейчас ребятишки проснутся, ты поймёшь почему.

– Ой, точно. Нельзя же детям показывать плохой пример. Ладно, вино тогда отменяется. Саша, давай чай.

Подруга наливает чай всем. От неё разливается доброе спокойствие. Уютная она Саша. Понимаю, почему Дима её любит. Надёжнее человека я не встречала.

– Я думала, ты с Андреем приедешь, – говорит Саша, отпивая чай.

Я же держу кружку, обхватив ладонями. Смотрю в коричневую жидкость,пытаясь сосредоточиться на вопросе и не думать о том, где сейчас Андрей. И как он на протяжении двух дней не переставая звонил мне с разных номеров.

– А мы всё, Саша, – натягиваю улыбку, поднимаю голову и смотрю на подругу. – Я теперь одинокая и свободная. Помнишь, я тебе говорила, что не создана для семейной жизни. Теперь я в этом убедилась в очередной раз.

Глава 7.

Саша смотрит на меня непонимающе, переводит взгляд на Диму, видимо, проверяет, всё ли она правильно услышала и поняла. Дима же в ответ пожимает плечами.

– Настя… как? Почему? Не понимаю. Ты же Андрея любила. И он тебя.

– Ну, как оказалось, он меня не сильно любил, раз позволил себе на сторону пойти.

Отвожу взгляд, смотрю в окно. Там уже небо наливается румянцем, а солнце и солнце проглядывает сквозь хмурые тучи.

Мне легче смотреть на небо, чем в глаза подруги. Уж слишком в них отражается отклика. Боюсь не выдержу и разревусь, а я обещала себе не плакать. Так что нет. Лучше смотреть на небо.

– Андрей тебе изменил? – выдыхает поражённо Саша, а у меня холодные мурашки проходятся по спине. – Не понимаю. Вы десять лет вместе, везде вместе. Господи, я даже не представляю, какой должна быть та другая, если ты идеальная, – горько возмущается подруга.

– Просто бывшую встретил, – тыну улыбку , кажется, сейчас губы лопнут.

– Она что богиня?

– Не знаю, Саш. Мужская логика теперь вне моего понимания.

– Дима, может, ты поделишься своим чисто мужским мнением? – Саша спрашивает на Диму, и я тоже с надеждой смотрю на него.

Как бы я ни пыталась показать своё равнодушие, мне всё же хочется понять своего мужа.

Дима же молчит. Немного сгорбившись, спрятав руки в карманах спортивных штанов. Кажется, ему тоже эта тема неприятна. Что ж, тогда лучше не мучить человека.

– Ладно, Дим. Ты не должен отвечать за поступки других мужчин.

– Да нет, Настя. Я могу ответить на этот вопрос. Сам испытывал что-то подобное и Сашу тогда чуть не потерял. Я думаю это больная любовь, потому что первая. Думаю, ты помнишь Юлю.

– А как же. Такую забудешь.

– Я тоже долго любил…казалось, что любил. Не видел, что она изменилась. Пока не понял. И Андрей, я уверен, поймёт. Сейчас бывшая для него как подарок небес, о котором он мечтал так долго. Вот только она ведь могла измениться. И даже не могла, а изменилась.

Дима подходит к Саше и кладёт руки на её плечи. Такой собственнический жест. Очень знакомый, Андрей тоже так делал.

Господи, да когда я уже перестану видеть его везде. Уже саму бесит эта зацикленность.

– Спасибо, Дима. Наверно, ты прав, но теперь это всё в прошлом. Я хочу забыть всё, что было и начать свою жизнь здесь. У меня есть небольшой капитал для начала. Потом Андрей переведёт деньги от продажи квартиры и санатория, и я куплю себе квартиру. А пока мне надо снять жильё и чем-то заняться.

– Хочешь открыть частную практику? – интересуется Саша.

– Пока не смогу. Я же давно не работала, надо подтвердить лицензию, пройти курсы повышения квалификации. В общем, это не делается за один день.

– Тогда что? – спрашивает Дима.

– Вот хотела с вами посоветоваться. Куда лучше податься? На первое время.

– Я даже не знаю, – Дима трёт лоб. – У меня все знакомства в сфере строительства. Но у меня и мест вакантных пока нет.

– А Жанна? Она же беременна, когда у неё декрет начинается? – обращается Саша к мужу.

– Через месяц вроде. Но ты погоди, может, Настя на стройку не хочет.

– Настя хочет, – киваю я. – Настя очень хочет работать.

– Понимаю, – Саша тянется ко мне, берёт мои руки в свои, сжимает их. – Настюш, мне правда так жаль ,что Андрей так поступил, но я верю, что всё будет хорошо. Мы обязательно что-нибудь придумаем.

– Спасибо, Саш. Я даже не сомневалась в тебе.

Замечаю белокурую голову, которая высовывается из-за косяка.

– Ой, а кто это у нас тут проснулся.

Сонная мордашка Софии исчезает, а на её месте появляется серьёзное личико Сашки младшего. Парнишка строго смотрит на меня, потом на родителей.

– А вы чего не спите? – спрашивает их и сердито хмурится.

– Саша, посмотри, кто приехал. Это тётя Настя. Подойди поздоровайся, – Саша буквально светится, глядя на своих ребятишек. Красивые они у них получились. А мне вновь неприятно колет внутри. Будь у меня малыш от Андрея, мне было бы легче. Иметь частичку любимого человека намного лучше, чем не иметь ничего.

*** ***

Смотрюсь в зеркало. Белая блузка с воротником-стойкой, чёрная юбка, туфли на высоком каблуке. Волосы собраны в шишку. Выгляжу как настоящий офисный сотрудник. Сегодня мне надо выглядеть как можно лучше, как никак собеседование. Дима обзвонил своих знакомых и в одной из фирм его коллег обнаружилась свободная вакансия секретаря-администратора. Как мне объяснил Дима, в обязанности будет входить распределение работников по вахтам, бронирование гостиниц, билетов, ответы на звонки, ведение журнала посещений и много другой мелкой дребедени, к которой я в принципе готова. Когда мы с Андреем начинали, я занималась разными организационными моментами. Обзванивала специалистов, приглашала на работу, когда готовились к открытию. И даже когда Андрей нанял секретаря, я до самого конца вела важных клиентов. Тех, кто был вечно недоволен и готовы были приехать только, если были уверены, что я буду контролировать весь процесс отдыха.

Телефон на кровати опять вибрирует. И снова номер скрыт. Не знаю кто, но догадываюсь, что Андрей. Уже прошло четыре дня ,а он всё не сдаётся. Упёртый. Ну так я тоже упёртая, видимо, забыл какой я была до него и как он долго меня добивался. Пора вспомнить. Голосовые присылает каждый день, но я не слушаю сообщения и даже не открываю, сразу блокирую все незнакомые номера. Не хочу знать, что у него там произошло, снизошло наконец понимание, что потерял меня или санаторий продавать не хочет. Пусть останется на его совести. Скидываю в очередной раз звонок. Ставлю на беззвучный режим, ещё не хватало звонка во время собеседования.

Тренирую милую улыбку. Мне необходимо покорить обаянием друга Димы, чтобы точно получить работу.

Иду в коридор, однокомнатная квартира в новостройке, которую мне предоставили Саша и Дима на время с последующим выкупом, отвечает всем моим требованиям: чистая, светлая, есть вся техника. Правда, половина мебели отсутствует, но со временем я всё приобрету. На самом деле мне достаточно и просто высокого матраса на полу. Новые ощущения, новые виды из окна. Всё не так уж и плохо. Такси отвозит меня в центр ,где располагается офис “СМК”, куда я и собираюсь устроиться на работу. Пятнадцатый этаж, офис производит приятное впечатление, вроде не шарашкина контора, хотя Дима бы мне наверно такое и не предложил. На ресепшене сидит женщина, которая встречает меня вместо улыбки ледяным взглядом.

– Здравствуйте! – грубить нельзя, хотя хочется что-нибудь сказать ей по поводу её недовольного лица. – У меня сегодня собеседование.

– Директор на совещании. Собеседование перенесли, либо ждите, либо запишитесь на другой день.

– Серьёзно? – поднимаю брови с удивлением от подобного некомпетентного отношения. – А почему вы тогда не позвонили соискателям и не предупредили?

Знаю, что начинать работу со скандала не самое лучшее начало, но сдержаться не получается. Для меня это непрофессионально и непозволительная роскошь. От подобного общения и отношения мы могли потерять хороших и денежных клиентов, а этой мадам, похоже, всё равно.

– А кто вы такая, чтобы вас предупреждать? – пренебрежительно бросает мне женщина.

Ох, зря ты это делаешь, присматриваюсь, чтобы разобрать на бейдже имя, Нина Павловна. Так, так.

– Я так понимаю, вам осталось работать здесь недолго, поэтому вы так и злитесь. И знаете почему? Потому что в отличие от вас я знаю, что такое деловой этикет, и никогда бы не позволила себе так разговаривать с посетителями.

– Ну раз вы так хороши, сделаю вам исключение. Приму вас перед совещанием, – позади меня раздаётся низкий мужской голос.

Поворачиваюсь, передо мной стоит высокий, широкоплечий мужчина.

– Здравствуйте! – продолжаю вести себя уверенно, хотя немного не по себе оттого, что он слышал мой выговор его секретарю.

Глава 8.

Лицо мужчины выглядит знакомо. Я его где-то видела, не могу только вспомнить где именно.

Прохожу в его кабинет с высоко поднятой головой. Хотела быть обаятельной, но придётся отказаться от этой идеи. Слишком уж лицемерно это будет выглядеть с моей стороны. Остаётся план Б – буду давить на свои профессиональные качества.

Директор заходит следом за мной, закрывает дверь. Я же сажусь напротив стола, ожидая допроса. Перекидываю ногу на ногу, по привычке. Невербально показывая ему, что я не забитая овечка, которая от одного его слова готова в обморок упасть.

– Знаете, как меня зовут? – спрашивает меня мужчина.

– Конечно. Вы Аслан Рустамович Юсупов, директор ООО “СМК” друг Дмитрия Ахмадова, который меня вам и порекомендовал.

– Всё верно, значит, с памятью у вас всё хорошо, – Аслан Рустамович проходит к своему столу и садится в своё директорское кресло, вальяжно откинувшись на спинку. Меня это неприятно царапает. Я ждала увидеть человека более учтивого, хотя бы потому что я пришла не с улицы, а по рекомендации.

– Да, так же как и со всем остальным, – едва сдерживаю раздражение. Тяжело находиться по ту сторону стола, когда ещё недавно сама набирала работников.

Аслан Рустамович смотрит на меня из-под сдвинутых бровей колючим и совсем неприветливым взглядом.

– У вас нет образования в этой сфере. Вы знаете, что такое документооборот? Что от вас требуется? У меня нет времени ждать, когда вы научитесь.

Козёл, даже не удосужился в моё резюме заглянуть. Мне всё меньше нравится директор. А может, ну его на фиг? Деньги на первое время есть. Могу поискать другую работу. Но совесть нашёптывает, что подведу Диму. Он всё-таки просил за меня.

– В моём резюме указано, что последние пять лет я была совладельцем санатория. И вся документация проходила через меня. Пусть у меня нет образования, но я знаю работу отлично. И являюсь очень обязательным человеком. Вот такого общения с вашими клиентами точно не позволила бы себе.

Снова удостаиваюсь сурового взгляда Аслана Рустамовича.

– Что случилось с санаторием?

– Разве это относится к моей будущей работе?

– Естественно. Я должен понимать, справлялись вы со своей работой.

– В резюме указан номер санатория, можете позвонить и уточнить.

Наши взгляды встречаются, я выдерживаю и не отвожу глаза. Пусть хоть сколько на меня смотрит и пытается продавить, я и не с такими мужчинами общалась.

– А вы знаете, что секретарь должен быть не только учтивым, но и гибким?

– Знаю.

– А также беспрекословно выполнять все поручения и не грубить мне.

– Я это осознаю. Но опять же смотря какие поручения. Касающиеся работы – без проблем. Если же вы подразумеваете под этим что-то большее, то тогда я вам не подхожу.

Лучше обо всём договариваться на берегу. А странная формулировка заставляет меня немного напрячься.

– Меня интересуют только ваши профессиональные качества. Насиловать вас на рабочем месте я не собираюсь, если вы об этом. У меня достаточно женщин, чтобы удовлетворять потребности вне стен рабочего места.

Его прямота меня слегка настораживает. Но с другой стороны, прямолинейные люди хоть и грубы, но зато надёжные. Наверно, поэтому Дима с ним работает.

– Это радует.

Теперь в его колючем взгляде промелькивает интерес. Он молча окидывает меня взглядом и смотрит в глаза. Я вижу, что сделал это специально, прощупывая грань дозволенного. Для себя я давно уже решила, что мужчинам можно смотреть на меня сколько вздумается, а вот на большее я могу отреагировать довольно резко.

Встречаю его взгляд всё так же спокойно. Молчание затягивается. В комнате такая плотная и заряженная атмосфера, что её можно разрезать ножом.

– Вы приняты, – наконец отвечает Аслан Рустамович. – Когда готовы приступить?

Смотрю на часы. Уже двенадцать.

– Приступить могу с завтрашнего дня. А сегодня могу пройти инструктаж.

– Хорошо. Подойдите к Нине Павловне, она всё объяснит. Но Анастасия Юрьевна, вы приняты на испытательный срок.

Встаю со стула и снова отмечаю, как взгляд директора опускается ниже моего лица.

– И сколько же будет длиться испытательный срок?

– Я думаю, месяца хватит. Можете идти.

И как бы меня ни подмывало ответить ему, но прикусываю язык и заставляю себя выйти.

Испытательный срок месяц, это же…это же очень долго. Я своим работникам давала освоиться максимум две недели, потому что уже за неделю понятно, как человек работает. А этот урод, скорее всего, решил меня тем самым показать кто тут главный. Самоуверенный и наглый. Ничего-ничего Настя, я ему ещё покажу как со мной работать.

*** ***

(Андрей)

– Малыш, успокойся. Ну не всё ли равно, что она сказала. Сделай, как считаешь нужным, – Света сидит напротив меня в кресле. Глаза немного прикрыты, трогает серёжку, ведёт пальцами по шее. Как ей это удаётся? Каждый раз, когда она трогает себя, я возбуждаюсь.

В ней всегда была сексуальность. По сравнению с остальными студентками она выглядела взрослой, развратной и одновременно недоступной. Одногруппники месяцами обивали пороги перед общежитием, в котором она жила, но ни разу ни с кем не стала встречаться.

Вот и сейчас она не делает ничего особенного, а действует дурманяще. Мозги отключаются. В её присутствии лучше вообще не работать. Закрываю глаза, чтобы сосредоточиться.

– Нет, Света. Я сделаю, как обещал Насте. Иначе моё слово потеряет силу.

– Ты же не сделаешь ничего предосудительного. Пригласи оценщика, пусть он оценить санаторий, а половину суммы предложи Насте, как компенсацию. Также и с квартирой. Не обязательно всё продавать.

– Давай я сам решу этот вопрос, без твоего участия, – отрезаю тему. Терпеть не могу ,когда кто-то лезет в мои дела.

Света смотрит на меня, прищурив глаза.

– Может, ты передумал разводиться? Вроде бы собирался подать на развод, а до сих пор не подал заявление.

“Может, и передумал,” – шепчет внутренний голос. Сам не знаю, что на меня тогда нашло. То ли желание быть честным, то ли сперма в мозги ударила, когда решил признаться Насте во всём. Прошёл месяц, как мы впервые переспали со Светой, а меня уже начинает от неё подташнивать. А вот Насти не хватает. Часа не проходит, чтобы я о ней не думал.

Света встаёт и направляется к выходу, я немного расслабляюсь. С ней в одной комнате находиться тяжело. Но вместо того, чтобы выйти она поворачивает ключ. Поворачивается и приподнимает подол шёлкового платья, оголяя стройные ноги в чулках.

Снова она весь разговор решила перевести в секс. И хоть член реагирует стояком, рассудок понимает, что это всего лишь манипуляция. Нечестная игра. И мне это пиздец, как не нравится.

Визуал

Аслан Рустамович Юсупов 38 лет, директор ООО “СМК”, не женат

А у меня тут ещё один визуал Насти завалялся. Не могу с вами не поделиться.