Горький вкус измены

– Я тебе уже говорил. Мы с ней прожили десять лет, она прекрасный человек. И я не готов начать ненавидеть её по щелчку пальцев.

– Я не прошу о ненависти. Но если ты со мной, я не хочу, чтобы она занимала твои мысли.

– Она не занимает.

Встаю, отворачиваюсь к окну.

– Нет, Андрей. Я не слепая. Ты постоянно думаешь о ней. Постоянно! Я всё понимаю, привык и всё такое, но если ты хочешь быть со мной, то пора уже начать забывать Настю. Я говорила тебе, если тяжело жить в этой квартире, если всё о ней напоминает. Продавай всё, дели деньги и давай уедем. Начнём с нуля.

– Нет! – рявкаю я. Даже не успеваю подумать. Продать санаторий, в который мы вложили с Настей столько сил? Нет. На это я не согласен.

– Ну вот видишь. Ты не хочешь ничего менять в своей жизни. Держишь меня за дуру? Хочешь, чтобы я тебя только ублажала? Отомстить мне решил за то, что выбрала другого? Да?

Слышу истерические нотки в голосе и разворачиваюсь. Успеваю вовремя уклониться от летящей в меня шкатулки. Она ударяется о стену и разбивается на куски, осыпаясь на пол с мелодичным звоном керамики о разноцветные камни.

– Пошла на хуй дура! Свои истерики оставь для кого-нибудь другого. Я брак свой ради тебя разрушил. Из-за мести говоришь?

– Андрей, прости. Я...я сорвалась. Прости.

Света подходит ко мне и обнимает за шею, прижимается всем телом ,пытается поцеловать, но я отворачиваюсь.

– Прости меня, пожалуйста. Я просто боюсь тебя потерять. Ты так изменился за последнее время. Стал холодным, совсем не таким, как в первые наши встречи.

– Света, перестань.

Расцепляю её руки. Признаться не могу, что мне неприятно, когда она касается меня. ВСегда сравниваю её с Настей.

Света порочная, сексуальная, искушённая. С ней я попробовал всё, что не решался предложить Насте. Но эйфория от секса ушла, а мысли о Насте остались. Моя неискушённая жена даже через десять лет брака казалась мне чистой и наивной. Вредная, упрямая, порой злая на язык. Могла словами сделать больно, но только я знал почему. У неё рефлекс такой, привычка защищать себя и семью. В ней подлости ни на грамм. Всегда в лоб всю правду. И за это я ценил её и почему-то посчитал, что она похожа на Свету.

Только сейчас понимаю, как ошибся.

Они абсолютно разные.

Света и шага не сделает, если ей невыгодно. А вся её правда это обязательно манипуляция. Вот и сейчас эти слёзы…не верю я, что она так расчувствовалась.

– Уходи, – отталкиваю её.

– Из-за шкатулки? Вот это всё из-за долбанной шкатулки? – снова повышает на меня голос.

Бросается на колени перед осколками и начинает их собирать руками.

– Я не знала, что она тебе так дорога. Хочешь, чтобы склеила? Хорошо я соберу и отнесу мастеру, пусть склеит.

– Света, – прикрываю глаза, чтобы не видеть этого бреда и её унижения. Она всё делает не так.

Опускаюсь в кресло, хочется выбить себе мозги за то, что сам создал всё это.

– Света, прекрати, ты порежешься.

– Но тебе же дорога эта шкатулка. Я не хочу, чтобы ты меня обвинял, что я твоё имущество порчу.

Это просто пиздец какой-то. Снова встаю и рывком поднимаю её. Выталкиваю из кабинета.

– Я хочу побыть один.

Захлопываю дверь. Ещё несколько минут слышу всхлипывания Светы под дверью. Чувствую себя таким мудаком, что от самого себя противно.

Надо что-то решать. Иначе я либо прибью Свету, либо сожгу всё на хрен к чертям.

Глава 20.

Время близится к двум часам ночи, а мы так и продолжаем сидеть за столиком. Мужчины пьют текилу, заедают лаймом не морщась. А мне от одного только вида скулы сводит и полный рот слюны.

Свой коктейль я уже давно допила, новый заказывать не стала. Кофе в два часа ночи, кстати, тоже очень хорошо бодрит. Я бы уже давно ушла, но рука босса весь вечер лежит на моей пояснице, не давая даже отодвинуться.

Собственнический жест и раздражает слегка, я ведь не его игрушка, и в то же время умиляет. Сама не знаю чем именно. Просто приятно сознавать, что ещё нравлюсь мужчинам. Да и Аслан Рустамович не позволяет себе ничего большего. Просто придерживает, будто боится, что я сбегу

– Может, уже домой меня отпустите? – спрашиваю его, перебивая Сергея.

Но Аслан Рустамович прикладывает указательный палец к губам, показывая, чтобы я помолчала. Брат хмурится и продолжает рассказывать о своей работе. Я даже вникать не хочу, это его конёк – биткоины, криптовалюта и тому подобное. Единственное, что я точно знаю, когда Сергей говорил всем, чтобы запасались биткоинами, его никто не слушал, а потом он в один момент стал очень богатым человеком. Исполнил давнюю мечту и уехал на Бали.

Поворачиваюсь к Сергею.

– Серёж, я всё понимаю, что вы давно не виделись, но я устала и хочу спать. Давай я вызову такси и поеду домой. А вы оставайтесь дальше сидеть.

– Насть, подожди немножко, мы сейчас договорим, и я тебя отвезу.

– Ты пил, я с тобой не поеду.

– Значит, такси вызову и поедем вместе. Ты же не забыла, что я у тебя ночую? – Сергей поднимает бровь.

–Нет.

– Ты у сестры остановился? Места-то хватит? – со смешком спрашивает Аслан Рустамович.

– Вообще-то, хватит. У меня нормальная квартира, не хоромы, но два человека вполне поместятся, – защищаю свою квартирку.

Босс снисходительно смотрит на меня, будто я глупость сморозила.

– В общем, Серёг, если надо остановиться, приезжай. Устрою как надо. У меня дом за городом. Сейчас там очень красиво. Всё цветёт.

Они пожимают руки.

– Ну что? Поехали? – обращается ко мне брат.

Меня дважды просить не надо. Хочу встать, но тяжёлая ладонь не двигается с места.

– Может, напоследок мне танец подарите Анастасия? – обращается ко мне босс.

И хоть я безумно хочу домой, решаю не спорить с ним.

– Я на улице тогда жду. Покурю пока, – сообщает Сергей.

А мы с Асланом Рустамовичем идём на танцпол. Словно по заказу начинает играть медленная музыка. Рука босса аккуратно ложатся на мою талию, а вот сжимают её уже не аккуратно. Прижимает к себе, раскачивается в такт мелодии. Какой же он высокий. Я едва дохожу ему макушкой до подбородка. А чтобы посмотреть ему в глаза, надо будет голову задрать. Поэтому я смотрю перед собой, смотрю на выпирающий кадык, на шею и кусок груди, которая видна в расстёгнутом воротнике рубашки. У Андрея тоже красивая шея, а когда я целовала его над ключицей, ему всегда было щекотно. Интересно, а у Аслана Рустамовича какая была бы реакция на такой поцелуй.

Музыка и неяркая подсветка создают интимную обстановку. Сквозь платье чувствую жар тела босса. Неожиданно его пальцы обхватывают мой подбородок и заставляют поднять голову. Продолжаем двигаться друг другу в глаза. И я бы рада отвести взгляд, но не отвожу. Я не вижу выражения его глаз, но, мне кажется, у него расширены зрачки, потому что глаза выглядят совсем чёрными.

Босс наклоняется немного, останавливается, словно даёт мне возможность отвернуться. Но я продолжаю смотреть на босса. Зачем? Сама не знаю. Может, просто хочу отомстить Андрею, а может, попробовать вкус чужих мужских губ. Аслан наклоняется к моим губам и целует.

Это так неожиданно.

Его губы мягкие, целуют чувственно, у меня даже сердце замирает от неожиданной нежности. Закрываю глаза и полностью отдаюсь нахлынувшим чувствам. Губы Аслана немного солёные и чувствуется терпкий вкус текилы и лайма. Голову сносит от поцелуя, я даже на секунду забываю, что мы стоим посреди танцплощадки. Ноги слегка дрожат, хорошо Аслан поддерживает меня.

Поцелуй заканчивается вместе с музыкой. А когда ко мне возвращается способность стоять и мыслить, я открываю глаза и встречаюсь со взглядом Аслана Рустамовича.

– Всё хорошо? – спрашивает меня босс.

Киваю и отпускают его шею, которую до сих пор обнимала.

– Мне надо домой, – шепчу ему.

Он улыбается и кивает.

Глава 21

Выходим из клуба. Свежий ветер обдувает раскрасневшуюся кожу. Мысли, которые хаотично скачут в черепной коробке, никак не могут успокоиться.

Что я только что натворила?!

Поцеловала босса.

Нет, я, конечно, не против лёгких отношений с мужчиной. Андрею ведь можно спать с другой женщиной. Я тоже хочу попробовать с другим…но не с боссом. Я всегда была против отношений на работе. А теперь сама творю какую-то дичь несусветную. Мне даже ему теперь в глаза смотреть стыдно.

Серёга, видя нас, тушит сигарету и точным движением швыряет её в мусорку.

– Я курить уже устал, – возмущается брат, намекая на наше длительное отсутствие. А когда замечает, что Аслан держит меня за руку, начинает улыбаться.

Я тут же выдёргиваю ладонь из рук Аслана.

– Чего улыбаешься? – бурчу негромко и чуть громче добавляю. – Ты такси уже вызвал?

– Нет. Сейчас вызову, – смотрит на Аслана. – Одно вызывать? Или ты себе сам?

Не слышу, что ответил босс, и очень надеюсь, что у него есть другие планы на вечер, чтобы не ехать с нами.

Но когда подъезжает такси и я иду к переднему сидению, босс придерживает меня за талию, чтобы я пропустила Сергея.

Резко поворачиваюсь на Аслана, вглядываюсь в его лицо.

– Я всегда езжу спереди, – сообщаю ему.

– Твоя компания на заднем сидении мне намного приятнее.

Ну вот, как я и думала. СВоим легкомысленным поцелуем я запустила адский механизм. Идти на попятную сейчас, не самое верное решение. Лучше в понедельник поговорю с Асланом и всё объясню. Что не намерена начинать отношения, и поцелуй был ошибкой.

Босс открывает заднюю дверь, приглашая меня сесть первой. Я так и делаю, двигаюсь к противоположной двери вплотную, чтобы сидеть подальше от него, но когда он садится, большая ладонь ложится на мою талию привычным жестом и придвигает меня вплотную. Наши ноги соприкасаются. А меня немного напрягает, что мне нравится его властное поведение. Андрей тоже всегда показывал, что мы вместе. В этом я чувствовала его мужскую силу и любовь. А теперь понимаю, что это всего лишь жест, означающий “ты моя”, но при этом не обещающий любовь, если только секс.

Да. От босса так и разит сексом. Я чувствую это во всём: во взгляде, в том, как он дышит, как лежит его рука на талии, а большой палец поглаживает ткань платья. Даже соприкосновение наших ног это и то выглядит так интимно. Я не позволяла никому, кроме мужа, сидеть ко мне так близко.

Новые чувства будоражат, волнуют. Сжимаю руки одну в другой, ладони непривычно влажные, и хочется их срочно вытереть ,но я продолжаю сидеть, вглядываюсь в лобовое стекло, пытаясь понять далеко ли до моего дома.

– Может, поедем ко мне? – неожиданно раздаётся низкий шёпот. Голос босса заставляет моё сердце метаться со скоростью звука. В груди даже больно становится. Хотя вряд ли кто-то догадывается о моём состоянии. Я вижу своё лицо в зеркале заднего вида. И удивляюсь, как мне ещё получается выглядеть такой спокойной и уверенной.

Качаю головой. Меня пугает мысль остаться с боссом наедине. Он мужчина красивый, но что потом? Я из одних отношений ещё не выбралась, а меня уже в другие засасывает. По-хорошему надо сейчас все точки над i расставить, но говорить в присутствии брата. Такое себе удовольствие.

Заставляю себя посмотреть на босса и ответить.

– Нет, Аслан Рустамович. Я хочу домой.

Смотрит на меня с полуулыбкой. Как будто рад моему отказу. Ну и хорошо. А то боялась, сейчас начнёт мстить за отказ.

– Ты завтра занята?

– Нн…да, – вру, догадываясь, что босс собрался пригласить меня на свидание.

– И чем же?

– Прибираться буду. Мебель надо купить. В общем, занята.

– Могу помочь с выбором мебели. У меня знакомый есть у него свой мебельный салон. Скидку хорошую для меня сделает.

– Хорошо разбираетесь?

– Неплохо. Ну, так что?

– Ну хорошо. Буду благодарна за помощь, – поскорее отворачиваюсь, потому что взгляд босса уже опускается на мои губы, да и мне его губы кажутся соблазнительно вкусными.

– Ну тогда до завтра.

– Угу.

– Во сколько за тобой заехать?

– В час. Утром поспать хочу.

Такси останавливается перед моим домом, я поспешно двигаюсь к двери, чтобы выйти, но она заблокирована. Поворачиваюсь к Аслану, тот уже сам понимает и выходит из машины, подаёт мне руку. А когда выхожу, немного дольше, чем следует, придерживает мою руку, заставляя посмотреть на себя. Есть в его жестах и взгляде что-то такое безумно трогательное, что задевает меня. Это не высокомерная наглость. А простое нежелание расставаться, но при этом видно, что он борется с собой, уважая моё мнение. Редкое качество для мужчины, во всяком случае мне так показалось.

В квартиру поднимаюсь в смятенных чувствах.

*** ***

– Ты всё ещё спишь? – доносится до меня сквозь сон.

Приоткрываю глаза, не сразу понимаю откуда голос. Мне снился райский пляж и волшебное голубое море. А перед собой вижу подушку и пол. Я сплю в своей любимой позе для сна, на животе. Поворачиваю голову к двери, там опершись о косяк, стоит Аслан Рустамович, созерцая мою оголённую попу шелковых шортиках от пижамы.

– А вы что тут делаете? – сонно бормочу я, пытаясь натянуть на себя плед, которым укрывалась ночью.

– Ты сказала приехать к часу.

– А что уже час? – тянусь к телефону, который лежит на полу рядом с матрасом.

– Я приехал немного раньше. Думал, ты меня завтраком накормишь.

На часах пятнадцать минут первого.

– Завтраком? Это навряд ли, – сажусь на матрасе.

Не представляю, как сейчас выгляжу. Наверно не лучшим образом судя по улыбке босса. Но мне сейчас настолько всё равно, моя стыдливость ещё не проснулась, только плохое настроение.

Встаю со своей импровизированной кровати и бреду до шкафа, чтобы накинуть на себя халат, пока Аслан глазами меня не сожрал. А оттопыренную молнию на джинсах только слепой бы не заметил.

– Сейчас соберусь и поедем.

Накидываю на себя халат и иду в ванную. Аслан даже не двигается с места. Он сегодня в светлых джинсах и бежевом тонком пуловере на голое тело. Выглядит очень сексуально, отмечаю я. Стою перед боссом, обойти его никак не получится, а отходить в сторону он, похоже, не собирается.

– Аслан Рустамович, вы в сторонку хоть, что ли, отойдите, я пройти не могу. Мне в ванную надо.

Он неохотно выходит из комнаты, пропуская меня.

Надувного матраса на полу нет. Значит, Сергей уже проснулся. Он наверно и открыл дверь Аслану.

– А где Серёга? – обращаюсь к боссу.

– Дела.

– Мог бы меня перед уходом разбудить? – ворчу себе под нос.

– Я ему сказал, чтобы справлюсь сам.

– Сговорились, значит?

– Оно того стоило. У вас красивая попа Анастасия Юрьевна.

– Кстати, об этом, – останавливаюсь в дверях ванной. – То, что вчера случилось между нами…этот поцелуй…это было ошибкой.

Аслан подходит неспешно.

– Думаешь?

Я киваю и немного трушу от его близости. Его пальцы цепляют мой подбородок, он как и вчера на танцплощадке немного наклоняется ко мне.

– А, мне кажется, его надо повторить.