Чужой муж из прошлого

— Обслуживание?

— Я сама закажу.

Против воли получилось резковато. Но я не могу открывать свои страхи даже самой надежной помощнице.

Боязнь ядов — полдела. Если пронюхают журналисты, устроят из этого целую историю о паранойе наследницы Хидье.

А если узнает мачеха или стоящий за ней министр Сицзинь — еще хуже.

Они могут передумать меня травить и решат использовать что-то еще. Чего я не сумею предвидеть даже со знанием грядущего.

Глава 3

Оставшись в одиночестве, я подошла к окну, выходящему на многоярусную городскую панораму, и принялась вспоминать.

Кроме своего разума, мне сейчас не на что положиться. Единственная ниточка, связывающая меня с будущим и позволяющая изменить реальность.

В больницу я попаду только через три месяца. До тех пор произойдет много странного и неприятного, которое мы с отцом списывали на случайности. Но теперь совершенно очевидно: то были этапы сложного, тщательно продуманного плана.

Мало уничтожить наследницу.

Нет, сначала нужно ослабить корпорацию. Скупить тишком акции подешевле, чтобы было что предъявить на совете директоров. Показать, что Хидье отжили свое и больше не справляются с управлением.

Все эти ступени будут пройдены поэтапно в течение полугода.

К моменту моей смерти отец держался в кресле председателя из последних сил. Продажа целой компании — финальный аккорд, немыслимый без тщательной подготовки.

И игра началась уже сейчас.

Ровно через две недели на международной выставке «Хидье АйТи» крупно опозорится.

Мы представим уникальную систему по распознаванию и ранней идентификации преступников при больших скоплениях народа. Проще говоря — как найти карманника на рынке или провокатора во время митинга.

Только вот наш прямой конкурент, «Ханьшен Лим», представит точно такую же. И их файлы окажутся созданными раньше наших.

Подделать это при всем желании невозможно. А значит, кто-то внутри корпорации Хидье сливал данные прямо во время разработки программы, в режиме реального времени.

Сделать это могли всего три человека. Но в своей голове я уже сократила список до одного.

Того, кто погибнет через три дня, упав с крыши нашего же офисного здания. Как постановила полиция — не справился с эмоциями после тяжелого развода. Но мне сейчас было совершенно очевидно: это министр Сицзинь убрал пешку с доски.

— Пригласи ко мне господина Цзинхэ из инженерного,— попросила я, нажав на кнопку связи.

— Минутку! — отозвалась Сяо.

И верно, ровно через минуту в двери постучали.

Жертвой интриг оказался рано лысеющий мужчина лет тридцати. Проплешина его не смущала — он выбрил все остальное почти под ноль. Держался гордо и строго, а дорогой костюм свидетельствовал, что экономить на себе господин Цзинхэ не привык.

Такой не станет переживать из-за покинувшей его супруги. Скорее, найдет себе еще десяток новых. Версия полиции и раньше трещала по швам, но сейчас окончательно рассыпалась в пыль.

— Как идут дела с «Сенс-Ай»? — поинтересовалась я, покачиваясь в кресле спиной к посетителю.

Мне его и в окне прекрасно видно. Почти как в зеркале.

— Все готово, проводятся финальные тесты, — уверенно отчитался господин Цзинхэ.

— Прекрасно. А что насчет «Ханьшен Лим»? Как у них дела?

— Что, простите? — изумление в голосе инженера прозвучало почти натурально.

— Не считайте меня дурой, — хмыкнула я, плавно разворачиваясь и поднимаясь.

На каблуках я получаюсь почти одного роста с мужчиной. Хотя и сидя умею смотреть свысока.

— Вы все это время сливали данные нашему конкуренту. Как, зачем — меня не интересует. Мне хватит доказательств, чтобы посадить вас на очень, очень долгий срок.

Я отчаянно блефовала, понимая, что в данный момент у меня есть лишь догадки и интуиция.

Но ловить крупную рыбу лучше всего на живца.

Господин Цзинхэ и бровью не повел. Лицо он умел держать отменно, даром что из компьютерного зала не вылезал никогда.

— Не понимаю, о чем вы, — повторил он крайне убедительно.

— Не понимаете, — кивнула, разворачиваясь к столу. — Пожалуй, следует привлечь службу безопасности. Они вскроют вашу частную переписку, поднимут логи, проследят перемещения…

— Не имеете права! — вскинулся программист.

— Имеем, — холодно усмехнулась я, подсознательно копируя мимику господина Рэй. Вот уж кто умел заморозить одним взглядом. — Вы подписывали договор о конфиденциальности. Читали мелкий шрифт?

Взгляд господина Цзинхэ скакнул в сторону.

Не читал.

Понятно, творческие люди редко заморачиваются буквой закона. Особенно если она трудна в прочтении и спрятана среди десятка страниц.

А зря.

— Чего вы от меня хотите? — Гонор стек с мужчины, как жидкая пена в душе. — Я не знаю, кому именно отдавал данные. Он не представился. Оплата шла безналичным способом, через систему Койн. Не отследить.

— Я это понимаю и не собираюсь вас пытать. Успокойтесь, вон как побледнели.

Господин Цзинхэ протер платком внезапно вспотевшую лысину.

— Тогда что?..

— Продолжайте, — хищно оскалилась я. — Я лично выдам вам файлы, которые следует переслать «Ханьшен Лим». Вы же еще не закончили?

Программист из меня не гениальный, но уж вирус-другой замаскировать сумею.

Одно время я собиралась возглавлять отдел разработки, чтобы в тишине и уюте заниматься любимым делом — созданием нового софта.

Отец отговорил.

Все-таки я его старшая дочь, надежда и опора, которая рано или поздно должна возглавить корпорацию.

Внезапная болезнь поставила жирный крест на этом плане. Как и на многих других.

Надеюсь, теперь ход событий удастся переломить в нашу пользу.

— Еще нет. Там немного осталось, лишь тестовые результаты и правки, — понуро признал программист. Сопротивлялся он недолго и, припертый к стене, больше походил на сдувшийся воздушный шарик.

— Вот их и откорректируем! — просияла я.

Господин Цзиньхэ покорно склонил голову.

В его послушание я, разумеется, не поверила. И обязательно добавлю на его рабочее место незаметную следилку. Чтобы конкурентам наверняка ушло именно то, что я запланировала.

— Имейте в виду: вы — всего лишь мелкая сошка, которая слишком много знает, — мой голос остановил раскрытого шпиона на пороге кабинета. — Советую завтра же, после передачи информации, уехать куда-нибудь подальше. Если нужно, я запрошу помощи у службы безопасности, вам предоставят убежище. И вашей семье тоже.

— Я в разводе.

— Им это без разницы. Ребенок-то все равно ваш, разве нет? — Я склонила голову набок, гадая, осталось ли внутри этого человека хоть что-то человеческое.

— И что, нам теперь придется навсегда исчезнуть? — с тоской вопросил он, и стало ясно — осталось.

— Не навсегда. Полагаю, года хватит. А то и меньше.

Раз меня перекинуло в прошлое ровно на год, значит, основные проблемы начались именно сейчас. И если их быстро решить, то все можно исправить.

Невидимая татуировка на моей шее слегка потеплела, будто подтверждая выводы.

Стоит поискать в наших архивах сведения о подобных явлениях. Неспроста бабочка проявилась именно сейчас. Раньше на моей коже ничего подобного не имелось, но вряд ли я такая первая и уникальная.

Однако куда важнее сначала решить иную проблему.

У конкурентов на руках практически готовый аналог нашего продукта. Мало того — якобы созданного ими раньше. Мы не имеем права выносить на рынок то, что собирались, иначе скандал неминуем.

Снова.

Значит, нужны радикальные изменения, но в то же время — реальные для исполнения всего за две недели.

С этой мыслью я отправилась к начальнику отдела разработки.

Господин Цзиньхэ лишь винтик, мелкая сошка.

Подобные глобальные решения принимает не он.

Старый друг и соратник моего отца, с которым они вместе пробивались с низов, господин Линью мог похвастаться более чем сорокалетним опытом решений всякого рода вопросов, связанных с распространением нашей продукции. Начиная с логистики и заканчивая дизайном.

К кому идти, если не к нему?

Семья Хидье придерживалась принципа — изучи всю систему изнутри, в деталях. Я в свое время тоже отработала под другим именем полгода посыльной и еще год — девочкой на побегушках в рекламном отделе, прежде чем мое инкогнито раскрыли и повысили меня до менеджера.

Ничего незаконного, впрочем. Обычная практика для наследников — представиться материнской, а то и бабушкиной фамилией, чтобы не связали с большим боссом и не подлизывались на службе.

По документам я проходила под своей, но допуск к ним имели лишь доверенные лица из отдела кадров.

— Лу-Лу, заходи, — просиял пожилой, но все еще бодрый мужчина с сединой на висках и завидной выправкой. Когда-то он отслужил несколько лет в армии, а потом в службе безопасности рода Хидье, и некоторые повадки остались с тех пор. — С чем пожаловала?

— У нас проблема, господин Линью, — повинилась я, присаживаясь напротив. — Наш «Сенс-Ай» слили в «Ханьшен Лим». Полностью, с минимальными правками. В финальную версию я уже запустила червя, но этого мало.

— Так. — Стоит отдать должное старому лису: соображал он быстро. И тут же уловил суть. — Что ты предлагаешь добавить?

Система распознавания лиц сама по себе не нова. В полиции уже давно использовались аналогичные разработки для анализа записей с уличных и автомобильных камер. Но наше изобретение — нового поколения и не будет нуждаться в определенном источнике. Программа сама собирала данные со всех ближайших носителей, обрабатывала и выдавала целое досье на подозрительную личность.

Предполагалось, что использовать ее будут для особых нужд. Во время расследований или для предупреждения излишних волнений во время митингов.

Понимаю, зачем наша технология понадобилась министру обороны. С ней он стал бы непобедим, превентивно насобирав компромата на всех конкурентов.

Ему открылась бы прямая дорога в канцлеры.

Но вот незадача: между ним и вожделенной системой стояли мы, род Хидье. Давшие клятву верности императору и предоставляющие доступ к данным лишь с ордером или по прямому приказу его величества.

— Пожалуй, тепловизор будет неплох. Мало ли, на ком-то будет капюшон, — принялась я вспоминать идеи, которые сразу же после выставки предлагал отец.

Тогда уже было поздно метаться. Нас убрали из списка участников и запретили выставлять продукцию Хидье в ближайший год. Но пытливый ум родителя так просто не угомонить.

— Определение лидера в группе. Анализ звуковой дорожки — вычленение отдельных сигналов. В том числе телефонных. Сбор статистики и предметное отслеживание — маршруты подозрительных лиц по городу и прочее. Процентный индекс соучастия.

— У меня чувство, что я беседую с твоим батюшкой, Лу-Лу, — заулыбался господин Линью.

Он вполне мог позволить себе фамильярный тон: его карьера началась еще при моем деде.

— Все, что ты перечислила, мы постараемся включить в систему уже на этой неделе. Что-то еще? — Он развернул рабочий планшет к себе и принялся черкать стилусом пометки. — Глава в курсе?

— Пока нет, — вздохнула я.

Очень не хотелось идти отчитываться отцу, но придется.

Глава 4

Глава корпорации Хидье уже ждал меня. На бескрайнем столе сиротливо дымились две чашки с кофе. Хозяин кабинета восседал в кресле, сложив пальцы домиком и нервно ими постукивая.

Дурной знак.

Ему уже явно успели доложить о наведенном мною шорохе в компании. И поскольку отец не понимал, чем все обусловлено, пребывал не в духе.

Как профессионал господин Хидье не имел себе равных.

Но как родитель…

Скажем так, мои рабочие качества волновали его куда больше чувств.

— Что ты творишь? — вместо приветствия поинтересовался отец.

Обычно, приходя в кабинет к высокому начальству, пусть и родственному ближе некуда, я терялась и начинала мяться.

Сейчас же, не раздумывая, уселась в кресло для посетителей. Еще и ногу на ногу закинула, что отец ненавидел. Благо длина юбки позволяла подобные маневры.

— Смотря о чем вы, — невозмутимо протянула, подтягивая ближе чашку и разворачивая прилагавшуюся к кофе печеньку.

Позавтракать я так и не успела, а уже близится время обеда.

— Что за перестановки в последний момент? Все уже утверждено. Откуда ты взяла информацию о сливе?

Ого, быстро господин Льинью отчитался.

Я неспешно отпила глоточек, прогоняя миндальный привкус сдобы крепкой горечью.

— Под нас копают. Нагло, вдумчиво и профессионально,— дождавшись, когда у отца иссякнут вопросы и возмущение, сообщила негромко. — «Ханьшен Лим» всего лишь мелкая сошка на побегушках у большой твари. Но они способны попортить нам немало крови, если вовремя не среагировать.

— Что еще за большая тварь? Выражайся яснее, — поморщился господин Хидье.

Он терпеть не мог уклончивые ответы, предпочитая отчеты в красках и с цифрами.

Но ни того, ни другого я сейчас ему дать не могла.

Что я скажу? Что мать и сестра задумали нас с ним извести, для того чтобы продать корпорацию? Зная, как он без памяти любит госпожу Сиань, — велик шанс, что отец решит, будто я ревную его к мачехе. Несмотря на то что мы прожили вместе уже более двадцати лет и новая супруга старалась изо всех сил завоевать мое расположение, до конца ей это не удалось. Место матери занять очень сложно.

Теперь я понимаю, что сработала моя интуиция. Ребенка обмануть сложнее, чем взрослого, как ни странно. Малыши, как зверьки, чуют ложь и не верят пустым словам.

А вот сестру я приняла. Родная кровь все-таки.

За что и поплатилась.

— У меня сейчас нет доказательств. Но я их добуду и принесу вам. — Коротко, по существу.

Но господину Хидье этого мало.

— До тех пор мы можем разориться, если станем выплачивать сверхурочные работникам за каждую твою прихоть! — рявкнул он, поднимаясь. — Что за ерунда? На одних догадках мобилизовать целый отдел, заставить переделывать программу за две недели до выставки! На тебя это не похоже. И вообще ты сегодня какая-то странная.

Отец неожиданно склонился к самому моему лицу и втянул воздух.

— Ты что, пила? — рявкнул он. Я вздрогнула. — Сиань давно намекает, что ты злоупотребляешь, но я не верил. А похоже, она права!

Так вот почему отец не приходил тогда в больницу! Решил, что я сама довела себя до плачевного состояния недостойным поведением.

Чудесно. Прекрасная работа, госпожа Сиань. Тонко и действенно.

Внутри закипела свежей, яркой волной сдерживаемая с утра ярость.

Мало было отобрать мою жизнь — еще и опозорили перед всеми? Выставили меня слабой, зависимой дурой!

Шее стало горячо и колко.

Господин Хидье судорожно вздохнул, побелел и отступил на шаг. Я этого почти не заметила. Мой взгляд был прикован к отражению в оконном стекле.

Там за моей спиной изысканным кружевным узором развернулись призрачные крылья.

Алое на черном.

Тело сработало быстрее разума.

Отец грузно рухнул на одно колено, коснулся кончиками пальцев коврового ворса и склонил голову.

— Глава, — выдавил он и поднял на меня изумленные глаза. — Как… когда ты успела? Почему?

— Что? — растерянно выдохнула я, не отрываясь от медленно тающей красоты.

Завитки светлели, втягиваясь в мою спину, чтобы раствориться в рисунке вновь.

— Когда ты стала главой рода? — господин Хидье медленно, с кряхтением поднялся и перетек в кресло, где попытался отдышаться.

Не тот у него уже возраст, чтобы такие пируэты проделывать.

— А я стала главой? — Когда мой отец принял должность от деда, я была еще малышкой и на церемонию меня не пустили, потому я смутно себе представляла, как это происходит. Выходит, демонстрация крыльев — своего рода символ власти. — Понятно. Значит, источник решил, что так будет лучше.

— С какой стати? — господин Хидье стремительно приходил в себя, и отнятое внезапно положение в клане его категорически не устраивало. — Мала ты еще для такой ответственности! Следует собрать Совет старейшин…

— Соберите, — пожала я плечами, подходя к окну и бездумно оглядывая бесконечные ряды крыш. Вид с верхнего этажа здания открывался действительно потрясающий. — Но я бы на вашем месте сначала выслушала ту, кого избрал сам источник. А потом уже поднимала шум.

— Что ты можешь рассказать? — фыркнул отец, но уже не столь уверенно.

— Например, что у нас завелся крот. И не один. Информацию сливают не только в «Ханьшен Лим». Это лишь первая ласточка грядущих неприятностей.

Список подозрительных работников и посредников у меня уже был составлен. Те, кто неожиданно уволился, уехал за границу или, наоборот, пошел на повышение без особой на то причины. Далеко не всех убирали с концами, как в случае с господином Цзиньхэ. Многих просто перекупили.

Но и «несчастные случаи» произойдут. Их я занесла в отдельный файл, чтобы тихонько натравить службу безопасности.

Сначала, правда, придется и там чистку провести.

— И кто же это? — отец не скрывал скепсиса.

Но хотя бы ругаться перестал.

Как бы его это ни бесило, он понимал, что без веской причины сам по себе глава клана смениться не может. И раз источник вдруг провернул такой финт — следует прислушаться к мнению сердца рода.

На моей памяти подобное произошло лишь единожды, в императорской семье около двухсот лет назад. Тогда вместо наследного принца главой стал слабосильный шестой.

Как оказалось — не зря. Долгие годы процветания и мира подтвердили правильность решения средоточия силы. И сейчас я не могла не задуматься: что, если тот самый шестой принц тоже получил второй шанс? И предвидел все ходы и интриги противников, потому столь виртуозно их обошел.

Возможно, другие источники тоже меняли наследников, просто эти события не привлекали так много внимания. Например, если не провести торжественную церемонию, о моем возвышении в клане Хидье никто не узнает. Даже члены самого рода.

Пожалуй, оно и к лучшему. Мне и отцу-то на вопросы отвечать сложно, а что со старейшинами делать — ума не приложу.

— Господин Сицзинь, — коротко ответила я, краем глаза наблюдая за реакцией отца.

Тот задумался, не отмахнулся.

— Метит в канцлеры? — моментально построил логическую цепочку господин Хидье.

В уме папеньке точно не откажешь. Вот даже странно — как настолько мудрый человек мог повестись на очарование мачехи? С другой стороны, мужчинам свойственно терять остатки разума при виде хорошенького личика и длинных ног.

На то и надежда. Мне еще господина Рэй охмурять как-то.

Куплю, пожалуй, платья покороче.

Я вздохнула.

— Схема не проста, и мы не единственные бабочки в его паутине. Как я уже говорила, доказательств пока что нет, потому тебе придется немного подождать…

— Я и так верю.

Неожиданно.

— Господин Сицзинь приходил ко мне полгода назад, — неохотно сообщил господин Хидье, видя мое удивление. — Предлагал сотрудничество, а когда я отказался выдать ему запрошенные файлы, даже за большие деньги, принялся угрожать. Не он первый, не он последний, сама понимаешь.

Я понимала и подтверждающе кивнула.

Род Хидье находится под личным протекторатом его величества императора. За столетия нашего существования многие желали прибрать к рукам чужие тайны. Но мы надежно хранили секреты.

Даже удивительное обилие предателей в корпорации не позволило министру разжиться требуемыми архивами. Доступ к информации имели лишь избранные, а взломать нашу систему не так-то просто. Защиту поколениями укрепляли — и продолжают над ней работать. Я сама руку приложила.

— Значит, решил пойти другим путем. — Отец задумчиво покачался на кресле. — Зря он так.

— У нас на него что-нибудь есть? — поинтересовалась с надеждой.

Вдруг проблема решается сливом пары-тройки компроматных статеек? Раз — и карьере министра конец.

Но увы.

— Насколько мне известно, нет. Господин Сицзинь осторожен и ошибок не допускает. Либо быстро за собой прибирает. Есть кое-что на ближайших родственников, но это вряд ли поможет.

Ну да, для таких, как министр обороны, не существует ни семьи, ни привязанностей. Всеми можно пожертвовать при необходимости, а за счет некоторых еще и по карьерной лестнице подняться.

Взять ту же корпорацию «Ханьшен Лим». Внешне она не имела ничего общего с господином Сицзинем. Если же копнуть поглубже, то пост одного из директоров занимал племянник его покойной супруги. Родство дальнее, полузабытое. Ни минуты не сомневаюсь, что если мы прижмем воров к ногтю, тут же выяснится, что господин Сицзинь не в курсе, яро осуждает и вообще всю жизнь посвятил борьбе с нечестной конкуренцией.

Парня посадят показательно, а министр пожнет плоды в виде народной любви и повышения рейтинга.

Напрямую ворошить паучье гнездо нельзя.

В том числе поэтому я отцу ни словом не обмолвилась об участии мачехи в заговоре.

Пока я жива и здорова, его никто и пальцем не тронет. Сначала нужно избавиться от прямой наследницы. Доказать причастность Сиань я не могу, и даже если папенька мне поверит — актер из него никакой. Начнутся ссоры, он попытается развестись, враги поймут, что затея не удалась, и пойдут в атаку.

А мы не готовы!

Звонок выдернул меня из запутанного файла со статистикой будущей программы полтора часа спустя. Я долго соображала, почему на экране незнакомые цифры, и не сразу нажала «принять».

— Вам все еще нужны контакты врача? — низкий, хрипловатый мужской голос провибрировал по позвоночнику волной жара.

Чтобы не пищать, пришлось откашляться. И отбросить пришедший в голову первым глупый вопрос — откуда у него мой номер.

Сама же визитку дала!

— Да, — выдохнула в ответ.

— Выслал, — уронил господин Рэй после короткой паузы.

В ухо понеслись протяжные гудки.

Я поднесла экран к лицу, подумала и добавила номер в контакты. На всякий случай.

В сообщениях светилась единичка. Действительно что-то прислал.

— И что это было? — пробормотала вслух.

Глава 5

Клиника располагалась неподалеку от офиса, в самом центре. При желании пешком дойду.

Желание было, обеденный перерыв как раз наступил, так что я непринужденно подхватила сумочку и покинула кабинет. Благо никто не мог поинтересоваться, куда я иду, кроме отца. А его так пришибло новостью о смене главы рода, что нескоро отпустит.

Медицинский центр не принадлежал какому-то определенному клану, но явно был рассчитан на богатых посетителей. Просторный светлый холл, свежий ремонт, вся мебель новенькая и дорогая. Приветливая администратор за стойкой заулыбалась еще шире, услышав мою фамилию, и заверила, что меня уже ждут.

К кабинету я поднималась в некотором напряжении.

Пугало не столько то, что я уже могу быть отравлена.

Само по себе учреждение навевало неприятные воспоминания. Дрожь неконтролируемо зарождалась в глубине тела, заставляя бабочку на шее нервно трепетать крыльями, обжигая кожу. Символ источника пытался поддержать меня как мог, но лучше не становилось.

Врач оказался неприлично молод и хорош собой, чем тут же выбил меня из замкнутого круга заполошных мыслей.

— Присаживайтесь, меня зовут Ян Шелинь. Господин Рэй мой друг и попросил лично проследить за вашим здоровьем. На что жалуетесь?

— Пока ни на что определенное.

Я послушно присела, гадая про себя, зачем будущий жених отправил меня к такому симпатичному приятелю. Проверяет? Или ему настолько все равно? Никаких чувств, кроме чисто эстетического восторга, как перед картиной или скульптурой, мужчина напротив все равно у меня не вызывал. Если господин Рэй полагал, что я заинтересуюсь, он ошибся.

— Тогда, простите за прямоту, зачем вы здесь?

— Меня могли отравить. Точнее, я уверена, что меня попытаются отравить, но сделали ли это уже — не знаю, — бухнула я, как в омут с головой прыгнула. — Мне нужна полная проверка, по всем параметрам, включая связь с источником.

Господин Шелинь новости особо не удивился.

Случаи отравления в знатных семьях по-прежнему удручающе нередки. Просто теперь, с развитием медицины и криминалистики, яды становятся все сложнее и изощреннее.

— Понял. Что ж, приступим. Прошу, — врач указал на ширму, за которой мне предстояло раздеться.

Руками ко мне никто не прикасался. Осмотр проходил наполовину при помощи приборов, наполовину — дара господина Шелинь.

Теперь я поняла, почему меня отправили именно сюда. Невзирая на внешность и юность, доктор оказался редким специалистом, использующим древние методики диагностики. Большинство врачей полагалось на оборудование и лаборатории. Единицы продолжали развивать внутреннюю силу и применять знания предков на практике.

— Ну что ж. Могу вас заверить, на данный момент вы совершенно здоровы. Связь с источником стабильная и крепкая. Возможно, легкое переутомление, рекомендую больше спать и пить успокаивающий чай на ночь. Но, как мне кажется, для активно работающих в мире бизнеса это нормальное состояние.