Босс с причудами

Но и мой путь… куда он ведет?

Философствовать я не люблю. Пугаюсь до жути, когда на меня находит подобное настроение.

Поэтому поскорей забегаю в первый попавшийся магазин косметики и набираю разных мелочей. Это лучшее средство вправить мозги.

Покупаю алую помаду и зеленый карандаш для глаз. Вряд ли я буду им пользоваться, но он же с блестками! И еще прихватываю косметичку с кошечкой-висюлькой на замке.

Потом заглядываю в магазин канцтоваров и покупаю лайнеры для рисования и плотную бумагу. Есть особое удовольствие в том, чтобы разложить лист на столе и провести первую линию, не зная, какой рисунок выйдет. Может, это будет стебель волшебного цветка, а может – очертания хвоста дракона. Бумага сама подскажет.

Нагруженная покупками, возвращаюсь домой. Вываливаю все на стол и понимаю, что ничего мне не хочется: ни рисовать, ни экспериментировать с макияжем.

А хочется общения. Хочется легкого флирта, пустой болтовни, Эдиковых шуток!

И тут, словно ответ на мои мысли, звонит телефон.

Пока ищу телефон в сумке, надеюсь, что Эдик все же решил послать шефа лесом и провести вечер со мной.

Но нет, это не он. Это моя подруга Кристина. Нежная, робкая Крися, пугливая, как лань. Ее всегда нужно пожалеть, утешить, подставить крепкое плечо. Она звонит мне, когда ей требуется это плечо или бодигард, чтобы сопровождать ее в большие незнакомые компании. Крися боится людей.

И этот звонок не стал исключением.

– Танечка, ты свободна сегодня вечером? – лепечет Крися в трубку. – Солнышко, выручи меня, пожалуйста!

– Я совершенно свободна! – говорю преувеличенно бодрым голосом. – Ну-с, что у нас стряслось?

– Меня на работе послали на презентацию. Там будет куча народу из разных компаний! Всякое высокое начальство! Я не хотела, но мне шеф велел! А я боюсь! Танечка, пожалуйста, пойдем со мной?

– Крися, кто же меня туда пустит, на презентацию вашу? Я у вас не работаю.

– Это большое мероприятие, на уровне города! Полуофициальное. Там сначала болтать будут, выступать, а потом развлечения. Фуршет, тусовка, шуры-муры. Шеф велел, чтобы я болтала, тусовалась и завязывала контакты. Вход по пригласительным, билет на двоих. А мне не с кем идти! Мне нужен кто-то сильный и смелый. Это ты, Танечка! Когда я рядом с тобой, мне все моря по колено.

– Ладно, идем!

Я соглашаюсь не раздумывая. Это именно то, что мне сейчас нужно. Тусовка, люди!

Правда, немного не те люди, с кем мне хорошо. Шишки всякие, бизнесмены. Фу-ты ну-ты, колбаса деловая!

А плевать. Мне же не собеседование у них проходить. Буду тихонько ржать над их напыщенными рожами. И Криську веселить.

– Как мне одеться?

– Что-нибудь красивое и… приличное, Тань, – робко просит Крися.

– Можно я надену костюм женщины-кошки? Латексные штаны, ушки на ободке?

– Нет! – пугается Крися.

– Да ладно, шучу! – смеюсь я. – Говори, куда подъехать. Ух, оторвемся!

***

С поиском «приличного» наряда возникли сложности.

Черное платье-футляр требует чистки. Пойти в белой блузке и юбке-карандаш означает испортить праздничное настроение. Ведь это не банальный корпоратив! Это крупное мероприятие с развлекательным уклоном, и я не хочу, чтобы гости путали меня с хостес.

Остается красное платье. По мнению Криськи, оно вызывающее, но я считаю его универсальным. Юбка чуть выше колена, тонкие лямочки, дорогая плотная ткань, благородный насыщенный цвет – ну что тут вызывающего?

Девушка в красном платье, пресловутая «lady in red» – это же икона, беспроигрышный образ!

А чтобы Криська не придиралась, наброшу на плечи белый палантин с золотой искоркой. Наряд, достойный принцессы!

Поиск подходящих туфель, сумочки, манипуляции с прической и макияжем тоже отняли время. В результате я опаздываю.

Пока еду в такси, каждые пять минут отвечаю на отчаянные сообщения Криськи: «Танька! Ну ты где?», «Таня, я тут совсем никого не знаю! Мне страшно одной!», «Танька, если не появишься сию секунду, я спрячусь под стол!»

«К психологу бы тебе, милая, застенчивость лечить», – набираю ответ, но не отправляю.

Криська и сама знает о своей проблеме. Правда, не очень-то стремится ее исправить. Мужчинам нравятся такие вот пугливые, робкие Кристины, которые глаз поднять не смеют и говорят трепетным шепотком.

Шеф Кристины наверняка решил устроить ей шоковую терапию, потому и выпнул ее из зоны комфорта, отправив налаживать контакты с людьми. Еще один придурок, типа Родиона Романовича. Но Криська в него влюблена, поэтому я никогда не озвучиваю свое мнение.

Такси подъезжает к деловому центру «Тауэр», огромному параллелепипеду, отделанному черным стеклом. Здание невероятно помпезное, но мне оно напоминает поставленный на попа гроб.

Особенно сейчас, когда на нем красной траурной лентой висит растяжка: «Международное бизнес-шоу “Индустрия будущего”». И ниже еще растяжки: «Выставка брендов», «Концептуальные стенды», «Нон-стоп презентации», «Креативные бизнес-квесты» и прочие заманухи.

Квесты? Это интересно. Люблю квесты. Бизнес-квест – это что? Комната страха «Призрак банкротства»? «Сбежать от кредитора»? «Найди выход из кризиса»?

Кажется, тут будет забавно.

Спотыкаясь на каблуках, подлетаю к входу. У двери скучают двое мордоворотов в черных костюмах.

– Ваш пригласительный, – требуют они хором, как братья из ларца.

– Пожалуйста, – протягиваю телефон, куда Кристина скинула электронный пригласительный.

Левый «братец» с телосложением племенного быка тупо пялится на экран, а потом придирчиво осматривает меня с ног до головы, задержав взгляд на коленях.

Тут-то у меня и закрадываются первые подозрения.

Сдается, мое красное платье на этом бизнес-шоу ни к селу ни к городу. Вон, оно уже пробудило бычьи инстинкты у охранника!

Но меня пропускают и даже желают приятно провести время.

Гордой походкой захожу в фойе и попадаю в зеркально-мраморные чертоги.

Кругом все гудит от голосов. По ковровым дорожкам бродят толпы разгоряченных, надутых от сознания собственной крутости бизнесменов. Наверняка среди них затесался десяток-другой олигархов.

Густо пахнет кофе, духами и заоблачными амбициями.

Осмотревшись, окончательно убеждаюсь: да, с платьем вышла промашка.

В вечернем наряде я одна. Все мужчины в черных двойках, как инкубаторские. Женщины большей частью тоже в костюмах, а если и мелькают платья – то строгие, серые, безумно дорогие и безумно скучные.

Но я не тушуюсь. Подумаешь! Я тут гость, невовлеченный зритель, группа поддержки. И пусть я ни фига не понимаю в бизнесе, акциях и цепочках поставок, уж найду, как себя развлечь.

Сдаю пальто в гардероб, скромно пристраиваюсь в уголке и пишу сообщение: «Крис, ты где?»

Ответ приходит с задержкой: «Занята. Меня поймал клиент и пытает. Жди у буфета».

О, тут и буфет есть! Отлично. Надеюсь, бесплатный. Перекусить не откажусь – с утра крошки во рту не было. Даже испеченный для Эдика пирог я не попробовала.

Буфет – точнее, фуршет – устроен в отдельном зале. Тут все тоже дорого-богато. На потолке – круглая люстра размером с НЛО. На стенах – огромные панели, на которых крутят бизнес-ролики; в перерывах с экранов вещают дядьки с глазами акул и хомячьими щеками. Вдоль стен – длинные столы, покрытые черными бархатными дорожками. Из-под дорожек свисают складки белоснежных скатертей. Как на поминках, честное слово.

Но столы уставлены такими аппетитными вещами, что я забываю о своих претензиях к вкусу дизайнера.

Чего тут только нет! Квадратные тарелки с канапе. Закуски на шпажках. Мини-сэндвичи, брускетты, крохотные, на один укус, бургеры. Лосось, буженина, сыры, мидии! Тарталетки–котлетки–креветки!

Ох, святая диета, прости меня, отступницу…

Осторожно проталкиваясь сквозь толпу оголодавших бизнесменов, подхожу к столу. Бизнесмены не теряются: накладывают себе всего и помногу, как будто их дома не кормят.

Меня мучит жажда, поэтому первым делом добываю бокал с трехслойным напитком: розовый, голубой и лимонный слои плавно переходят друг в друга, сверху – тонкие, почти прозрачные ломтики фруктов! Выглядит сказочно.

На тарелку выкладываю тарталетку с крабами, отхожу в сторонку, закрываю глаза и нюхаю коктейль. Надо знать, что я собираюсь пить. Мало ли что туда намешали для бизнесменов.

Аромат отличный – свежий, цитрусово-клубничный.

И только примериваюсь сделать первый глоток, как меня толкают под локоть.

– Осторожнее! – охаю я. Но часть напитка уже на моем платье, часть – на полу.

– Виноват, – бросает сочный баритон. Поднимаю голову: меня ослепляет небрежная белозубая улыбка в обрамлении черной пиратской бородки и усов.

У обладателя бородки худое, как у идальго, лицо, блестящие черные глаза и брови с выразительным изломом.

Образ мелькнул и пропал.

Через секунду я вижу его спину в синем пиджаке. Он как ни в чем не бывало подходит к столу и начинает изучать тарелки.

Вот скотина! Из-за него я испортила платье, заляпала пол, лишилась коктейля, и вместо покаянного извинения с расшаркиванием получила лишь небрежное «Виноват»!

Хуже всего: прямо передо мной на полу липкая лужа, посреди лужи – долька киви и долька апельсина. Беспорядок никто не спешит убирать, официантов поблизости нет.

У меня на платье мокрое пятно. Проходящие мимо бизнесмены и миллионеры брезгливо смотрят на лужу и, с той же брезгливой миной, – на меня.

А бородатый набирает себе спокойненько еду в тарелку и в ус не дует.

Хоть бы салфетку предложил, сопроводил в дамскую комнату!

Но ему плевать на меня и мою беду.

Пока ошеломленно прикидываю, куда поставить стакан и блюдце, чтобы метнуться в туалет, бородатый поворачивается и смотрит сквозь меня.

В руке у него тарелка, на ней сэндвич и гора салатных листьев.

Тут в кармане у типа звонит телефон. Грозный и тревожный саундтрек из «Пиратов Карибского моря».

Телефон надрывается, бородатый стремительно шагает вперед, копаясь во внутреннем кармане пиджака.

Лужи он не видит – смотреть под ноги ниже его достоинства.

И через миг я получаю возмездие.

Дорогой ботинок наступает на дольку киви. Долька смачно хлюпает, ботинок едет вперед.

Бородатый теряет равновесие. Пытается удержаться, но наступает на дольку апельсина и опять поскальзывается.

Нелепо взмахивает руками – сэндвич с тарелки летит вверх. Бородатый наклоняется в позе фигуриста, исполняющего ласточку: правая нога – вперед, левая задрана к потолку, корпус – вниз, руки – в стороны, в правой – тарелка, в левой – телефон!

На льду, в свете прожекторов да под аплодисменты было бы зрелищно. Но вместо аплодисментов вокруг раздаются испуганные вскрики.

А бизнесмен изворачивается, как уж, меняет вектор и шлепается спиной на пол.

Телефон подлетает к моим ногам, сэндвич падает на пол, гремит тарелка.

– Оп-па! Вот так фокус! – восклицает бородатый изумленно.

Больше он к этому ничего не прибавляет, ни одного короткого, но выразительного слова. Интеллигент, что ли?

Отдышавшись и сев, бизнесмен все же роняет досадливо:

– Да твою ж…

Но не продолжает. А зачем? И так все понятно.

Отряхивает мокрые пальцы. Через секунду, когда жидкость просачивается сквозь брюки, на его лице отражается осознание случившегося.

– Какой идиот устроил тут лужу! – чеканит он.

Подлетает испуганный официант, хочет помочь ему встать, но бородатый и сам справляется. Легко вскакивает, трогает себя рукой за спину, страдальчески морщится, озирается в поисках телефона.

Его глаза останавливаются на мне и бокале в моей руке.

– Это вы тут насвинячили? – интересуется он с убийственной вежливостью.

Я чуть не задыхаюсь от гнева.

– С вашей помощью, – отвечаю любезно. – Вы толкнули меня под локоть, вот все и пролилось.

– Я толкнул?! Когда?!

Вот скотина! Он уже забыл, что натворил! Не заметил меня, в моем красном платье, несчастную и пострадавшую!

– Вы! – бросаю в худую бородатую физиономию. – Вы пролили мой напиток и сами упали в лужу. Так вам и надо.

Гневно дергаю плечами, палантин сползает и падает к ногам. Опять в лужу! Теперь и палантину кранты.

А бородатый, который секунду назад скалился на меня сердито, вдруг застывает. Его глаза сужаются, губы складываются в едва заметную усмешку. И он смотрит на меня так, будто вместе с палантином с меня свалилось платье и я стою перед ним нагишом.

– Забавная ситуация, – вдруг выдает он. Наклоняется, поднимает замолчавший телефон и мой палантин. Телефон сует в карман, а палантин набрасывает мне на плечи.

– Вы идиот? – взрываюсь я, потому что на палантине появились мерзкие розовые пятна, а с бахромы капает.

– Виноват, – спокойно повторяет бородатый и забирает палантин. – Нет, я не идиот. Люди считают меня дьявольски умным и хитрым. Вот, уже нашел решение. Хотите, отвезу вас в химчистку после мероприятия? Мне туда тоже понадобится.

Догадываюсь, что такие же пятна у него сейчас на пиджаке и на штанах.

Чувствую, как на нас смотрят и посмеиваются. Хорошо, что на телефоны никто не снимает. Сценка вышла что надо – кучу лайков бы собрала, если выложить в соцсеть.

Но бизнесмены таким не увлекаются. И на том спасибо.

К счастью, зрителей нашего с бородатым позора оказалось немного. Фуршетный зал почти опустел, все разбрелись по своим бизнесменским делам, слушать доклады, вести переговоры и играть в бизнес-квесты.

Только официанты суетятся, убирают безобразие и бормочут извинения. Чтоб им раньше появиться!

– После мероприятия! А теперь что прикажете делать? Щеголять в мокром?

– По сравнению со мной вы не так уж сильно пострадали. Подумаешь, пятно на платье. Совсем небольшое. Что вы так переживаете?

– Вот не надо обесценивать мои страдания, пожалуйста!

Все, он мне надоел. Сердито сую бокал и тарелку в руки официанту, вырываю палантин из рук бородатого и спешу в туалет – отмываться.

***

Чувствую себя отвратительно липкой и сырой. Но, оказавшись в ослепительно-зеркальном туалете, убеждаюсь: ущерб и правда невелик.

Щедро плескаю водой на корсаж, отчаянно тру. Платье сшито из дорогого, плотного материала, и тот оправдывает свою цену: следы от коктейля отмылись как миленькие. Но теперь у меня на груди мокрое пятно. Изогнувшись луком, подставляю грудь под сушилку и нажимаю кнопку.

Сушилка оказалась мощной, меня чуть не сдувает с места. Но через минуту нужный результат получен: теперь на платье расплывается лишь едва заметное пятно.

С палантином дела обстоят хуже, но не смертельно. По ткани разбросаны бледные золотые цветы: теперь они обзавелись розовыми пятнами, но их можно списать на прихоть дизайнера.

Бородатому наверняка пришлось хуже. Он повалялся в луже спиной. Представляю, на что сейчас похож его костюм.

Ничего, новый купит. Видно, что денег у него куры не клюют.

В туалет залетает Кристина.

– Что случилось? – пищит она.

– Ерунда, коктейльный апокалипсис. Я уже отмылась.

– Пойдем скорей, там сейчас презентации начинаются, мне надо слушать, а потом представить шефу тезисы!

В зал мы заходим последними и пробираемся между заполненными рядами на свои места. Бизнесмены неохотно поджимают ноги, на пару-тройку конечностей я все же наступаю. Шпилькой. Вслед мне летит ойканье, на которое я раскаянно бормочу: «Простите! Извините!»

Представление начинается. И это, по моим меркам, очень скучное представление. Какой-то унылый цирк без коней.

На сцену выходят дядьки и тетки с пластмассовыми улыбками, за их спинами на огромном экране меняются слайды с графиками. Иногда они перемежаются картинками, на которых счастливые сотрудники с лицами идиотов держат перед собой кулаки с выставленными большими пальцами. Типа все у нас окей, мы любим нашу компанию, несите ваши денежки к нам, не пожалеете!

Выступающие пытаются держаться естественно и шутить, но в зале никто не смеется. Мне даже немножко стыдно и жалко выступающих, хочется их как-то поддержать. Поэтому в конце каждой речи исправно хлопаю в ладоши.

Одна из всего зала. На меня оборачиваются изумленные и насмешливые лица, но я упорно бью ладошкой о ладошку. И вслух поясняю:

– Какие умные вещи говорят, надо же! Доходы выросли аж на десять процентов, это же изумительно! Вы так не считаете? Нет?!

Сидящие впереди презрительно фыркают. Но молодой парень на сцене, в честь которого я хлопаю, смотрит на меня с благодарностью, и это все искупает.

Потом Кристина на меня шикнула, пришлось угомониться. Скучно стало – хоть помирай. Открываю телефон и углубляюсь в соцсети.

Пока ведущий не объявляет следующего докладчика…

– Родион Романович Ремезов, директор и владелец компании «Юпитер»!

Меня как на пружине подбрасывает. Впиваюсь взглядом в сцену. Наконец-то я воочию увижу этого самодура и рабовладельца! Эдик, значит, в офисе весь вечер сидит, а Родион тут по сцене скачет, развлекается!

И тут на сцену выходит… тот самый бородатый и остроглазый. Которого я полчаса назад имела удовольствие наблюдать плескающимся в сладкой луже.

Он переоделся. Одежду, видимо, отжал у кого-то из обслуги, потому что на нем черные, немного коротковатые для него брюки, простая белая рубашка и пиджак-оверсайз. Владелец пиджака больше Родиона Романовича на пару размеров.

Но выглядит все вместе стильно. Потому что Ремезов умеет держаться. Ему хоть ватник с трикошками надень, все равно будет видно – большой босс, хозяин жизни. Дело в осанке, в развороте плеч, в посадке головы и, главное, во взгляде. Уверенном настолько, что Наполеон бы обзавидовался.

– Это Ремезов? – изумленно говорю вслух.

– Ага, – безмятежно подтверждает Кристина. – Твой Эдик у него же работает, да? Прикольный мужик! Я его как-то встречала на выставке, когда шефа сопровождала. Они болтали, и Ремезов спросил у меня, понравился ли мне его агрегат. Ничего так агрегат, большой.

– Какой еще агрегат? – спрашиваю с подозрением.

– Для утрамбовки. Они же технику строительную делают и продают, ты что, не знала?

– А, ну да… знала, конечно…

Смотрю на сцену.

Ну надо же, как бывает! Это Ремезов! Три Рэ! Так вот ты какой, Эдиков шеф!

Я никогда его раньше не видела. На корпоративных фотках он отсутствует, в интернетах мне его физиономия не попадалась. Я представляла себе Ремезова толстым, лысым, визгливым, как базарная баба.

А он вон какой! На испанца похож. На конкистадора или корсара. Или инквизитора…

Ремезов улыбается, и в зале как будто становится светлее. Улыбка профессиональная, он знает, что она – мощное оружие.

Начинает говорить, и я убеждаюсь: Ремезов не лишен харизмы. Да чего там: он лупит своей харизмой по залу, как из огнемета!

Голос у него приятный, звучный, вибрирующий. Он завораживает. И говорит Ремезов умело, интонациями играет так, что заслушаешься.

Но я не поддаюсь магии. Во-первых, потому что ничегошеньки не понимаю из его выкладок. Какие-то цифры, термины, бла-бла-бла…

Во-вторых, для меня он не потенциальный бизнес-партнер, а злобный самодур, который мучает Эдика. И который лишил меня коктейля и заставил участвовать в позорной сцене.

Однако я все еще испытываю ступор от диссонанса между представлением и реальностью.

Ох, какой непростой тип, этот Ремезов! При таких внешних и вокальных данных – и такие замашки, и такие садистские заскоки!

Ремезов завершает доклад заковыристой цитатой китайского философа, эффектно щелкает кнопкой на пульте, гася экран, и зал разражается аплодисментами. Вот это да! Ему хлопают, причем искренне! Ну и фокусник.

Теперь одна я сижу, твердо прижав руки к коленям.

Вот еще, хлопать ему! Обойдется.

Ремезов выступал последним. Свет загорается, публика тянется на выход. Начинается вторая часть вечеринки… то есть бизнес-шоу. Теперь все разбредутся по стендам и залам, будут общаться, налаживать контакты, хвастаться.

– Танечка, мне сейчас нужно с потенциальным партнером говорить, – дрожащим голосом сообщает Крися. – Побудешь со мной? Я его боюсь. Он бывший военный, орет так, что хочется тут же дезертировать.

– А что я буду во время вашего разговора делать? Вы же будете разные секреты фирмы обсуждать!

– Да какие там секреты… просто постой рядом. Там стенд нашей фирмы, я должна все рассказывать. Ты только улыбайся и кивай, и все.

– Кивать я умею.

Мы пробираемся сквозь толпу, Кристину от меня оттесняют, и я теряю ее среди спин, затянутых в пиджаки.

Где-то далеко мелькает ее черная макушка, я рвусь вперед, но тут меня крепко хватают за локоть и зловеще рычат в ухо:

– Ага! Попалась!

Ремезов!

– Простите, – пытаюсь вежливо вырваться, но его пальцы крепко стискивают мою руку. Сильный какой, садюга!

– Вижу, вы привели себя в порядок, – его черные глаза скользят по моей груди и задерживаются там чуть дольше, чем полагается. – Искупались, постирались.

– Да и вы тоже гардероб сменить успели.

– Мне неуютно в этом наряде, – он брезгливо дергает плечами. – Никогда в жизни не носил чужой одежды.

– Ну вот, вы получили новый опыт! – говорю жизнерадостно, прикидывая, как бы смыться. – Правда, здорово? В каждой неприятной ситуации можно найти что-то позитивное.

Ремезов рассматривает меня долгим взглядом, а потом спрашивает:

– Хотите есть? Вы сбежали, так и не укусив свою тарталетку. Я тоже лишился сэндвича. Его выбросили в мусорное ведро. Улизнем в фуршетный зал?

– А вам разве не надо… это… на стенд? К клиентам? Забалтывать им зубы, заключать сделки?

– Нет, там стоит специально обученный сотрудник, главный менеджер по забалтыванию зубов и навешиванию лапши на уши. А вы чья будете?

– В смысле?!

– Ну, какую компанию представляете?

– Никакую. Я тут сама по себе. С подругой. Она работает в «Антаресе». Простите, мне к ней нужно…

– Я вас провожу.

Он сжимает пальцы еще крепче и тащит меня вперед, я даже пикнуть не успеваю.

3

Он уверенно ведет меня сквозь толпу.

– Вот и стенд «Антареса». А там ваша подруга? Вижу, переговоры у нее в разгаре.

Крися стоит, вытянувшись в струнку, руки по швам, глаза стеклянные, и слушает мощного лысого мужика с бульдожьей челюстью. Мужик что-то ей грозно внушает, Крися покорно кивает. Время от времени пытается подсунуть мужику пачку каталогов, но тот отмахивается. Крися хочет вставить хоть слово в его речь, но какое там! У Криси на лице отчаяние.

Как бы вмешаться и спасти ее? Подкрасться сзади и показать лысому язык? Тот онемеет от удивления, а Крися – раз! – и выдаст ему выгодное предложение.

Нет, с такими типами шутки плохи. Кроме того, подойти к ней нет возможности: Ремезов меня так и не отпускает.

Разворачивает к себе и спрашивает:

– А почему вы мне не хлопали?

– Что? Когда?

– Когда я выступал. Вы всем хлопали, а мне нет. Все еще дуетесь за коктейль и платок?

– Вы меня заметили в зале?

– Конечно. Как вас не заметить? Вы в своем красном платье торчали, как роза на пожарище. Так что же, вам не понравился мой доклад? Между прочим, я готовил его всю ночь. Подбирал меткие фразы, сжег в камине кучу черновиков. А вы не захотели меня поддержать. А остальных поддерживали!

– Ммм… у вас был… отличный доклад. Я слушала его, затаив дыхание, и забыла хлопать. Мне показалось, что вам была не нужна поддержка. Вы не стеснялись. Вы выступали как… сильный и уверенный в себе бизнесмен.

– На самом деле я трясся как осиновый лист.

– Да вы шутите!

– Шучу. Но уверенным людям тоже нужна поддержка. Внутри каждого уверенного в себе бизнесмена прячется испуганный мальчик, который не понимает, почему он занимается поставками и закупками, вместо того чтобы покорять космос, как мечтал в детстве.

– Вы мечтали стать космонавтом?!

– Нет. Я мечтал стать археологом. Но суть вы поняли, да? Нам нужно, чтобы нас хвалили. Иначе к чему быть уверенным и сильным?

– А жена вас не хвалит?

– Я не женат. Есть невеста. Тоже уверенная и сильная. Но это другое. Сильные женщины – это сильные женщины, безо всякого подтекста. Они лишены сожалений и розовых фантазий. Скачущие кони, горящие избы… Им и так хватает в жизни подвига и романтики.

– Чушь! В каждой сильной женщине сидит девочка, которая ждет принца! Который о ней позаботится!

– Вы сильная женщина?

– Нет.

– Откуда тогда вы знаете?

– Слушайте, вы мне совсем голову заморочили, Родион Романович...

– Какая несправедливость! Вы знаете, как меня зовут. А я вашего имени не знаю.

– Таня.

– Очень приятно.

И тут он галантно берет мою руку и целует, щекоча пальцы бородкой.

От смущения у меня подкашиваются ноги. Дело в том, что никто и никогда не целовал мне руку.

Оказывается, это очень интимное действие. Или же Ремезов нарочно постарался. Потому что он не просто дежурно чмокнул воздух. Он приложился к руке горячими губами, выбрав чувствительное место у основания пальцев между косточками. И задержал там губы на секунду-две.