Бухгалтер поневоле

Камилла Рэй

Бухгалтер поневоле

Глава 1

Я механически дожевывала последний кусок бутерброда, когда дверь в кабинет распахнулась в очередной раз. На этот раз за мной приехали без предупреждения — прямо с утреннего отчета по НДС меня увезли в этот полутемный ресторан. Тридцать минут я молча наблюдала, как Родион Аркадьевич и его «гости» обсуждали условия нового контракта. И теперь уже не сомневалась — цифры в их документах были подтасованы. Особенно показательна была страница семь, где расходы вдруг чудесным образом сократились ровно на двадцать три процента. Если честно, мне было совершенно неинтересно, чем всё это закончится. Я была всего лишь уникальным калькулятором для Родиона Аркадьевича. Мне нравились цифры, а моему начальнику нравились данные и итоги, которые я подбивала.

Обычно такие мероприятия проходили в каком-нибудь красивом ресторане, закрытом на время обсуждения сделки. Я, как правило, сидела где-то неподалёку, чтобы слышать происходящее, но при этом никому не мешать. В конце концов, миниатюрная брюнетка в кедах, джинсах и растянутом свитере — не самый внушительный авторитет. Да и вечно я была голодная, потому что никогда не успевала нормально поесть.

Начальник бросил на меня взгляд. Я почувствовала это, но продолжила жевать бутерброд, лишь отрицательно помотала головой.

Я попыталась рассмотреть машину, припаркованную напротив ресторана через панорамные витрины. Её окна были полностью затонированы. Я всматривалась в тёмные стёкла и была уверена — кто-то с заднего сиденья наблюдает за мной. Я буквально чувствовала этот изучающий взгляд, полный странного интереса.

Не заметила, как разговор за соседним столом перешёл с цифр на откровенные угрозы. Вдруг мелькнули фигуры охраны, и почти сразу раздались выстрелы. Крики, шум, хаос. Откуда-то появились новые люди, началась давка, столы переворачивались. Я инстинктивно бросилась на пол, прикрыв голову руками.

Что-то тяжёлое ударило меня. Удар оглушил, в глазах потемнело. Я попыталась ползти к кухне — дверь была совсем близко. Но силы оставили меня: слабость накатила волной, подступила тошнота. Я застонала. Видимо, меня задело по голове, хотя я даже не поняла, чем именно.

Я была уверена — сейчас меня прикончат здесь же, на месте. Самое странное — в последние секунды я думала о том, что никто не должен был видеть во мне цель. Для всех я оставалась серой мышкой — и в бухгалтерии, и у Родиона Аркадьевича. Бесцветная моль, не стоящая внимания. Мы же тщательно скрывали, что именно я веду все главные расчёты. Зачем кому-то стрелять в бухгалтера?

Вдруг чьи-то сильные, властные руки прижали меня к тёплой большой груди. В предобморочном состоянии я уловила приятный мужской запах — древесины, сандала и чего-то ещё... Кто-то осторожно погладил меня по голове, а потом большие тёплые пальцы коснулись моих губ.

«Красивая малышка...» — прозвучал низкий бархатный голос, прежде чем сознание окончательно покинуло меня.

Глава 2

Я очнулась от громких шагов и разъярённой ругани.

— Как вы могли это проворонить, бестолочи? Всех к стенке поставлю! Если бы не Шаман, мы бы сейчас валялись в общей яме какого-нибудь заброшенного карьера с пулями в башках!

Мой начальник метался по комнате, брызгая слюной. В гневе он был страшен, но справедлив. Его взгляд резко упал на меня.

— Мышка, ты как? Люди моего нового партнёра притащили тебя без сознания. Как ты вообще умудрилась грохнуться об стол?

Я попыталась приподняться с дивана, но острая боль пульсировала в висках, заставив со стоном опуститься обратно.

— Так, понятно, — сквозь зубы процедил Родион Аркадьевич. Его лицо побагровело. Он достал чётки и начал их перебирать. — Ты же понимаешь, что ты мне всё-таки должна. Помнишь, как твой батя проиграл тебя мне? Я не стал использовать тебя… по основному женскому назначению. Разглядел талант.

Он обвёл всех тяжёлым взглядом, затем снова впился в меня.

— Даю тебе сутки прийти в норму. Наши новые партнёры — ребята скользкие. Странно, что они оказались рядом именно тогда, когда эти, теперь уже кормящие рыб, начали палить. Я им не доверяю.

— Начальник, вы никому не доверяете, — еле слышно пробормотала я.

В комнате воцарилась мёртвая тишина. Даже Родион Аркадьевич замолчал. Вот отлично, Лена, просто замечательно — опять эти дурацкие оговорки, когда мысли вслух вылетают раньше, чем успеваешь их осознать. Хорошо хоть, мои мозги ему пока нужны — значит, бить не станет.

Он медленно подошёл ко мне, наклонился и прошептал так, чтобы слышала только я:

— Хочешь, чтобы я увеличил твой долг? Чтобы ты отрабатывала его не только мозгами? Или, может, твою мамочку пустим на органы? — Его глаза впились в мои, холодные и безжалостные.

Я не отводила взгляд, изо всех сил стараясь не дрогнуть, но внутри уже поднималась знакомая волна паники. Мама... Она и так еле держалась, постоянно болела. А отец — тот давно променял меня на очередную ставку в карты.

— Тоша, отвези мышку домой, — Родион Аркадьевич выпрямился. — Пусть отдохнет. Через сутки должна быть в форме — начинаем дележ бизнеса. Надо сразу показать, кто здесь хозяин.

Я ещё раз взглянула на Аркадьевича. Невысокий, крепко сбитый, с короткой стрижкой и маленькими светлыми глазками, вырезанными в лицо с квадратной челюстью. Когда он кричал, его лицо всегда багровело, и мне казалось, что вот-вот у него случится удар.

Ко мне подошёл Тоша, один из его людей.

— Пошли, Мышка, — помог он мне подняться. Первый приступ тошноты удалось подавить, и я поняла, что в принципе могу двигаться. Он протянул мне какие-то таблетки, но я их убрала, не глядя. По пути мне сунули в руки рюкзак, о котором я совсем забыла. Колени ныли — видимо, я ударилась ими при падении.

Основной офис Аркадьевича располагался в ночном клубе. Мы выходили через чёрный вход, но сегодня там было необычно людно. Нас прижали к стене, пропуская какую-то делегацию — судя по всему, тех самых южан. Тоша прикрыл меня спиной, стараясь, чтобы меня не разглядывали. В целом это сработало: никто не обратил на меня внимания. Кроме одного.

Я сразу определила в нём главного. Высокий, широкоплечий, с подтянутой фигурой. Красивое, но жёсткое лицо с тёмными глазами и лёгкой небритостью. Словно сошедший с античной фрески. Его взгляд скользнул по мне — холодный и оценивающий. Затем он едва заметно кивнул своей охране, и несколько человек задержались у выхода. Только после этого нас пропустили.

— Кто обрабатывал мне рану? — спросила я Тошу, когда мы уже подходили к машине.

— Люди Шамана. Юркие, как ниндзя в пиджаках, — усмехнулся он. Тоша не блистал интеллектом, но в нём теплилась искра чего-то настоящего. Именно это меня в нём и привлекало — он ещё не до конца превратился в того, кем должен был стать на этой работе.

Когда мы отъехали и вполголоса обсуждали общие дела, избегая подробностей, Тоша вдруг напрягся. Он начал чаще смотреть в зеркала заднего вида, и я сразу это заметила.

— Тоша, что не так? — спросила я как можно спокойнее. Громче говорить не могла — голова раскалывалась.

— Странность какая-то... От клуба за нами идёт машина. То скрывается, то нет. И самое интересное — это машина людей Шамана. Не пойму, зачем они нас ведут, зачем следят. — Он даже плечами пожал, искренне недоумевая.

Действительно, это было странно. Если мы партнёры, зачем устраивать слежку, да ещё на первых этапах сотрудничества? Вычислили во мне счетовода?

— Может, остановимся и спросим? Если бы они хотели нам навредить, уже подрезали бы в том туннеле, который мы проехали.

Тоша округлил глаза, потом неожиданно оскалился:

— Мышка, не перестаю тебе удивляться. Ну ты и голова...

Даже улыбнуться я не смогла — боль в висках усилилась.

Мы добрались до моего панельного дома в не самом благополучном районе. Лучшего жилья я позволить себе не могла — в бухгалтерии работала на полставки, плюс заочное обучение. Помощи от родителей не ждала. Аркадьевич же мне не платил — я «отрабатывала долг».

Пролежала в полудреме до вечера. Когда стемнело, я пошла на кухню заварить чай и случайно взглянула в окно. Внизу стояла та самая чёрная машина, что преследовала нас. В темноте виднелась лишь красная точка сигареты. Мимо проехала машина и осветила фарами салон авто. Я замерла от неожиданности — за рулём сидел сам Шаман...

Глава 3

Ночь и весь следующий день я чувствовала себя отвратительно. На работе взяла отгул. Игнорировала звонки подруг и даже Коли — парня, который за мной ухаживал. С тех пор как связалась с Аркадьевичем, времени на личную жизнь не оставалось.

Николай мне очень нравился. Мы вместе учились с ним в академии на экономистов. Заботливый, внимательный... Я даже думала, что он станет моим первым мужчиной. Вообще с мужчинами у меня всегда были проблемы. Времени на них не хватало категорически. Сначала помогала маме и училась в школе, потом работала и училась заочно. Не знала, что такое мужская поддержка — в моей жизни мужчины приносили только проблемы.

Сейчас, несмотря на головную боль, я сидела и пересчитывала свои финансы. Смешно, но денег хватало только на аренду этой дыры и скудное питание. Скоро придётся искать жильё подешевле — может, комнату в коммуналке. Жить с родителями после того, как папа меня продал, я не хотела.

Подруги давно предлагали «лёгкий путь». Говорили, что у меня смазливая мордашка и стройная фигура. Но для меня это было слишком. Я не хотела продавать своё тело. Тем более что его уже однажды продал отец.

Не знаю, везение это или нет, но Аркадьевич разглядел во мне другое — способность анализировать и считать. Хотя иногда сомневаюсь, что это лучше.

Я продолжала украдкой поглядывать на припаркованную машину южан. Она сменилась — теперь стояла другая, но явно из их автопарка. Вся эта слежка меня нервировала. Либо пасли меня, либо ждали, кто ко мне придёт.

Мысль, что вечером видела самого Шамана за рулём, теперь казалась бредом — наверное, померещилось из-за плохого самочувствия. Не мог же главарь лично следить за какой-то бухгалтершей. Тем более что о моей настоящей роли никто не знал — даже охрана Аркадьевича считала меня просто его подстилкой. Я не стала их разубеждать, хотя такие разговоры вызывали тошноту. Зато, пока они так думают, я под относительной защитой.

К вечеру решила всё же сходить в магазин — нужно было найти хоть какие-то продукты по скидкам. Перед выходом решила принять душ. Тёплые струи немного прояснили сознание и привели в чувство.

Только я собралась выходить, как раздался резкий звонок в дверь. Я никого не ждала, поэтому осторожно, на цыпочках подошла к дверному глазку и украдкой в него взглянула.

— Доставка, — донёсся из-за двери протяжный голос.

— Я ничего не заказывала, — ответила я, не дыша.

Курьер чётко назвал мой адрес.

— Да, это мой.

— Тогда получите, уже оплачено.

Я всё же решила рискнуть — может, люди Аркадьевича прислали продукты. Всё-таки иногда я получала от него не только пинки, но и подачки.

Я открыла дверь и увидела худощавого молодого человека в веснушках, одетого в форму курьера дорогого супермаркета. Его оценивающий взгляд казался совершенно неестественным в нашем бедном подъезде. Прекрасно понимала, как ему не по себе — явно нечасто ему приходилось развозить заказы в такие районы.

Ещё раз переспросила, не ошибка ли это. Он снова, закатывая глаза, чётко назвал мой адрес. На вопрос, кто сделал заказ, конечно же, не ответил.

Он передал два огромных пакета, которые едва не повалили меня на пол. Сил тащить их на кухню не было, поэтому я начала разбирать их прямо в коридоре. Не могла сдержать удивлённого возгласа — содержимое явно стоило больше моей месячной зарплаты и не одной. Даже через тошноту почувствовала, как текут слюнки. Такие продукты я себе никогда не могла позволить: отборное мясо, свежие фрукты, дорогие сыры, ещё тёплый хлеб, деликатесы. И лекарства — как раз то, что нужно при моей травме.

Неужели Аркадьевич? Для него это слишком сентиментально. Коля тем более не мог себе этого позволить. Мы с ним и на свиданиях только гуляли и иногда не ходили в кафе или уж тем более рестораны.

Медленно перенесла продукты в дряхлый холодильник, вскипятила воду и сделала бутерброд. Вкусовые рецепторы обалдели — никогда не ела такой нежной ветчины и такого воздушного, ещё тёплого хлеба. Непроизвольно зажмурилась и замычала от удовольствия. Сейчас заварю этот чудесный чай, и жизнь покажется не такой уж мрачной...

Резкий звук заводившегося двигателя и стартующей машины заставил меня вздрогнуть. Осторожно подошла к окну. Машина южан исчезла, на асфальте остались лишь следы от резкого старта. Очень странно... и тревожно.

В тишине квартиры резко зазвонил сотовый, выданный мне Аркадьевичем...

Глава 4

«Приезжай, ты нужна на встрече. Ребята будут у тебя через 15 минут», — прозвучал скрипучий голос Аркадьевича. Не дожидаясь моего ответа, он бросил трубку.

Пятнадцать минут у него всегда означало ровно пятнадцать минут. Я бросилась к шкафу, двигаясь с максимальной черепашьей скоростью, на которую была способна в своём состоянии. Выбора не оставалось — придётся надеть последний приличный спортивный костюм. Когда-то я урвала его по невероятной скидке в местном торговом центре. Свитер и джинсы, в которых была на прошлой встрече, сейчас лежали в стиральной машине.

С одеждой у меня вообще была катастрофа. Мой гардероб практически не обновлялся со школы и совершенно не подходил для таких встреч. Но в сером спортивном костюме хотя бы можно оставаться незаметной — если что, будет проще сбежать.

Надевая его, я невольно улыбнулась. Аркадьевич непременно пошутит про моё прозвище и то, как костюм подчёркивает мой «мышиный» статус.

Тоша с ребятами подъехал ровно через пятнадцать минут после звонка начальника. Пунктуальные засранцы. Увидев машину, я сразу направилась к выходу. Тоша уже поднимался ко мне. Я сделала паузу, приблизилась и тихо прошептала:

— Всё это время у подъезда дежурила машина южан. Уехали они прямо перед звонком Аркадьевича. Тоша, мне стоит что-то знать? — Я пристально смотрела ему в глаза, пытаясь разгадать его реакцию.

Он скривился и коротко бросил:

— Ничего такого, что положено знать по твоему статусу, Мышка.

Он развернулся и направился к машине. Я села на заднее сиденье, и мы тронулись. Необъяснимое беспокойство не отпускало — интуиция подсказывала, что здесь что-то нечисто.

Тёплый сентябрь внезапно сменил настроение — хлынул дождь. Хорошо хоть успела накинуть безрукавку. Ребята прибавили скорость, и через двадцать минут мы уже были на месте.

Головная боль усиливалась с каждой минутой пути. Я быстро проглотила одну из таблеток, оставшихся в тех загадочных покупках. Нужно было выяснить, кто прислал продукты, но сделать это аккуратно, без подозрений.

— Тоша, а какое у Родиона Аркадьевича сегодня настроение? — начала я издалека, немного нагибаясь в его сторону.

— О, рвёт и мечет, — ответил Тоша, нервно двигая челюстью. — Сегодня разнёс бармена. Алкоголя на пятьдесят тысяч перебил.

Я откинулась на сиденье. Значит, не начальник. Тогда кто? Перебирала в уме всех знакомых, возможные поводы для подарков. Но никто не приходил на ум — в моей жизни не было людей, способных на такую щедрость. От этих мыслей голова разболелась ещё сильнее, а где-то внутри зашевелилось тревожное предчувствие.

Мы подъехали к элитному ресторану, где стояли только наши машины. Однако мой взгляд сразу отметил подозрительные фигуры на крышах противоположных зданий. Они старались прятаться, но я их разглядела.

Машина свернула к чёрному входу.

— Тоша, а кто на крышах напротив? — я кивнула в сторону зданий.

— Южане. Говорю же, они странные. У них защита продумана до мелочей... — Его лицо внезапно стало серьёзным. — Слушай, Мышка, задача — провести тебя незаметно. Надень капюшон, пусть думают, что ты пацан. Твой рост и костюм позволяют сойти за шкета. Заодно скроешь свои... ну, выдающиеся данные.

Он захохотал, но его смех прозвучал одиноко — остальные сохраняли каменныелица. Вдруг я и правда любовница Аркадьевича? Тогда шутки над мной могут дорого обойтись.

— Ладно, натягивай капюшон и пошли.

Я послушалась, и мы вышли. Машина остановилась так, что мы сразу вошли в чёрный вход. Тоша вёл меня осторожно, по пути объясняя:

— В этот раз нельзя ставить прослушку на стол — южане проверят. Тебя посадят с охраной ближе к главным. Сиди спиной, капюшон не снимай, вот ещё кепка — будешь больше похожа на пацана. Хорошо, что ты в спортивном костюме — не пришлось переодевать. Значит, считай, тебя повысили до охранника. — Он снова засмеялся, но уже без прежнего веселья.

Я заняла указанное место, и в этот момент в зале началось движение. Первой вошла наша делегация во главе с Родионом Аркадьевичем. Его взгляд сразу нашёл меня, лицо скривилось в недовольной гримасе. Беззвучно, одними губами он произнёс: «Не подведи».

Я не ответила, лишь опустила глаза и заняла своё место. Сделала три глубоких вдоха, один долгий выдох — и мир вокруг преобразился. Теперь я видела не просто людей, а живые схемы: каждое движение, мимика, слова — всё складывалось в чёткую аналитическую картину.

Издалека донёсся шум шагов — приближались южане. И в тот же момент я отчётливо почувствовала на себе чей-то пристальный, хищный взгляд, буквально прожигающий затылок...

Глава 5

Ребята вокруг заметно напряглись, когда южане начали методично обследовать помещение. Я уже приготовилась к обыску, хотя по логике вещей его быть не должно — партнёрство стоит начинать с элементарного доверия. Однако они ограничились лишь беглым осмотром столов, стульев и деревянных панелей на предмет прослушки. Тоша оказался прав. На нашу группу они лишь скользнули равнодушным взглядом.

Аркадьевич начал переговоры с привычной лести, выражая радость по поводу этой долгожданной встречи и начала совместного бизнеса.

— Все эти подготовительные переговоры уже порядком надоели, — в его голосе явственно слышалась язвительная ухмылка, — не пора ли перейти к основному блюду?

Тишина повисла ровно на десять секунд. Зачем нужна такая пауза? Эта встреча становилась всё интереснее.

— Мы бы начали раньше, но у вас возникли... ммм... сложности с предыдущими партнёрами. Надеюсь, ваш персонал полностью восстановился? Не хочется работать с теми, у кого есть слабые звенья. Особенно когда эти звенья — женщины.

Меня будто обдали ледяной водой. По спине побежали мурашки, волосы на руках встали дыбом. Речь явно шла обо мне, но я чувствовала — что-то важное упускаю.

— Шаман, не обижай. Мои ребята были на ногах через час после того «мероприятия». Крепкие быки, — в голосе Аркадьевича зазвучали раздражённые нотки.

— А девушка, которую мы вам передали? — в разговор вступил другой голос, тише и явно принадлежащий человеку рангом пониже.

— Эта? Обычная менеджер ресторана. Выполняла поручения. Мы уже и забыли о ней. Давайте к делу, — Аркадьевич резко сменил тему.

Началось обсуждение. Южане предлагали разные схемы и по существу. Раздел территорий — наши контролируют северные районы с портом, их люди — южные спальные кварталы. Общий фонд — 30% от каждого «цеха» (наркотики, рэкет, отмыв) поступает в общую кассу. На этом обсуждении я поморщилась. Оно всегда вызывало во мне негатив. Бухгалтерия — двойная отчётность: «белая» для проверок, «чёрная» — реальные цифры. Ну это как обычно. Новые каналы — использование наших связей в таможне для их поставок из Азии. Все цифры меня устраивали.

Аркадьевич кивал, но я видела — его напрягает пункт про общий фонд. Значит, собирается жульничать. А южане... они слишком часто поглядывали в мою сторону, это я видела по лицам ребят, с которыми сидела.

Все цифры, которые я слышала, казались идеальными — даже слишком. Я мысленно перепроверила расчёты по всем направлениям. Каждая сторона оставалась в серьёзном плюсе. Такого просто не бывает. Где-то должен быть подвох.

— Мне также сообщили, что в вашей команде есть исключительно одарённый аналитик. Хотел бы с ним познакомиться, — раздался голос Шамана. В тишине отчётливо звучали металлические постукивания по столу.

— Какой ещё аналитик? Плюньте в лицо тому, кто это сказал. У меня обычные работяги. Разве что девчонки в бухгалтерии — могу познакомить с твоими ребятами. А тебе, Шаман, предложу более... одарённых красавиц из моего бара. Лучшие в городе.

Я невольно скривилась. Ещё бы. Как будто Аркадьевич действительно заботился о здоровье своих девушек или хотя бы возвращал им паспорта.

— А вы и работяг, и подростков в команду берёте, Родион Аркадьевич. Похвально, — раздался голос второго южанина. Я ощутила, как в спину впились несколько пристальных взглядов. Кожа заныла от желания поежиться, сбросить этот неприятный груз, но нужно было терпеть.

— Можете не сомневаться в преданности моих людей. Это лучшие из лучших. Они отлично сработаются с вашими ребятами.

Шаман рассмеялся — его смех ледяной волной пробежал по моей спине.

— Можем взять на стажировку таких вот щупленьких. Мои парни покажут, как надо тренироваться, — прозвучало с откровенной хищной ноткой.

Ребята рядом со мной моментально напряглись, их тела стали жёсткими, как пружины. Воздух вокруг словно сгустился от внезапно возникшего напряжения.

Я не могла понять, от кого ждать подвоха — от Шамана или Аркадьевича. Меня уже продавали однажды, и я не питала иллюзий. Могли продать и во второй раз, особенно такому, как Шаман. Вот только его обращение со мной могло оказаться куда более жестоким. Судя по его словам, экономисты и аналитики у него и так имелись в достатке.

Нервы давали о себе знать — мне нестерпимо захотелось есть. Всегда так: когда много думаю, сразу просыпается зверский аппетит.

Тоша незаметно подал условный знак. Я ответила едва заметным кивком — цифры в порядке, предложения приемлемы. Он так же молча передал это Аркадьевичу.

— Ну что, Марат, начинаем воплощать задуманное. Подготовку начнём уже сегодня. Предлагаю закрепить всё хорошим застольем! — громогласно объявил начальник.

Раздались рукопожатия. Ребята заметно расслабились. В зале прибавили музыку, засуетились официанты.

— Родион, вопрос с аналитиком остаётся открытым. И я не люблю, когда мне...

Я не услышала окончания фразы Шамана — Тоша уже уводил меня к выходу, прокладывая путь через наших ребят. Я вскользь посмотрела на южан издалека и встретилась с взглядом Шамана. Быстрым, холодным и очень злым. И вдруг меня осенило — я поняла, что не давало мне покоя. Этот бархатный голос... Именно Шаман прижимал меня к груди во время перестрелки два дня назад. Это он говорил: «Красивая малышка...»

Глава 6

Несколько дней после встречи с южанами прошли спокойно. Я продолжала работать бухгалтером на швейном производстве в нашем микрорайоне и готовилась к приближающейся сессии. Сдавать экзамены для меня никогда не было проблемой — настоящей сложностью всегда оставались нехватка времени и вечный недостаток денег. Из-за постоянной занятости я иногда не успевала вовремя сдавать работы, накапливая «хвосты».

Как раз когда я допечатывала последние страницы задания по анализу хозяйственной деятельности, зазвонил мой личный телефон. На экране высветилось имя — Коля. Странно — уже десятый час вечера, а мы с Колей редко виделись так поздно. Я смотрела на телефон, как на что-то опасное. Последние события измотали нервы, но я всё же взяла трубку.

— Леночка, привет! — его голос звучал привычно бодро. На душе сразу потеплело, и я невольно улыбнулась. Приятно было осознавать, что где-то есть человек, который видит во мне не просто калькулятор или игрушку.

— Лен, я по тебе соскучился. Давай прогуляемся? Рядом с твоим домом, в парке. Или можем зайти в кафе, если хочешь, — продолжал Коля с прежней энергичностью. Но я уловила в его голосе едва заметную нервозность.

Я всегда сознательно избегала анализа наших отношений. Эта моя привычка всё просчитывать лишь мешала в общении с мужчинами. Мой дар превращался в проклятие — настоящее «горе от ума».

— Даже не знаю, Коля. Ты уже подготовился к сессии? — спросила я.

— Да, конечно, а что там готовиться? — ответил он с лёгкой шутливой заносчивостью. Он не хотел меня обидеть — просто пытался разрядить обстановку, так я себе объяснила его тон.

— Хорошо, давай встретимся в парке через пятнадцать минут, а там решим, куда пойдём.

— Прекрасно, договорились. Лена, на всякий случай оденься потеплее и что-нибудь тёмное, — неожиданно скороговоркой добавил Коля. В его голосе прозвучала странная расчётливость, будто он готовился к чему-то конкретному.

Я глубоко вздохнула. Взгляд скользнул по старому скрипящему ноутбуку, давно требующему замены, по облезлым обоям, помнящим не одно поколение жильцов, по потрескавшемуся потолку. Мелькнула мысль — может, договориться о ремонте и сделать его самой? Так я пыталась отвлечься от подозрений. Это же Коля, мой Коля. Но после встречи с южанами, Шаманом и их слежки я начала видеть угрозу даже в собственной тени.