Люби меня по-немецки

Стреляю расфокусированным взглядом по большим настенным часам - начало двенадцатого, а сна ни в одном глазу. Ванну приняла, вино выпила, плеснявый сыр доела... Чем бы заняться одинокой пьяненькой даме в вечер своего тридцатилетия? А ведь говорила же мама - учись вязать, в жизни пригодится. Интересно, тот магазинчик для рукодельниц в конце улицы всё ещё открыт?..

Внезапно в дверь позвонили, нарушив моё шаткое спокойствие. Кто бы там не стоял по ту сторону, он явно припоздал с визитом. В такое время приезжают или любовники или гонцы с плохими...

Мой телефон!!! Я уже часа два его не проверяла!

А вдруг что-то случилось с мамой, или дедушкой, или Пуфиком - любимым пекинесом, которого я, за катастрофическим неимением времени отдала на воспитание бабуле. Он мог подавиться костью или наесться отравы для крыс... Интересно, у бабушки есть крысы?..

Думая о самом плохом поворачиваю ключ, распахиваю дверь и... в лицо мне утыкается огромная охапка изумительных чайных роз.

Часть 7

Отстраняю букет и недоверчиво смотрю на нежданного гостя.

- Вы ошиблись адресом, всепрощающие лохушки живут в соседней квартире.

- И я рад тебя видеть, Ульяна.

- Ты же уехал в Марьино!

- По правде говоря, встреча с клиентом прошла очень быстро и уже через час я был на полпути к дому. Ещё раз с днём рождения, милая, - Олег пихает мне в руки цветы и нежно целует в губы. - Мм, фруктовое вино?

- Подожди, то есть, как это - через час? - ошарашенно закрываю дверь и буравлю непонимающим взглядом фигуру в костюме-тройке. - Получается, в девять ты уже был здесь, стало быть мог прийти на посвящённый мне праздник. Вернее, прости - посвящённый тебе праздник! Ведь все, абсолютно все, включая жареного на гриле поросёнка ждали именно тебя!

Олег аккуратно кладёт на диван кожаный портфель, скидывает пиджак и, выверенным, доведённым до автоматизма движением послабляет узел галстука.

- Теоретически - мог, но я решил, что ни к чему приходить под занавес. Ну сама подумай - хорош гость, который заявляется к десерту.

- Да уж получше гостя, который не приходит вообще! - шиплю сквозь зубы, борясь с раздражением. Веник ещё этот дурацкий! Сто процентов не сам покупал, заказал "что-то приличное" через службу доставки.

Небрежно пихаю букет в пустую напольную вазу и запа́хиваю на груди халат. Не пришёл на торжество - остался без сладкого.

Олег с присущим его характеру снисхождением смотрит на мои нервозные манипуляции, после чего подходит ближе и кладёт ладони с идеальным маникюром на мои плечи:

- Ну не сердись, я решил, что это будет как-то... невоспитанно. Да и, в конце концов, познакомиться с твоими родственниками можно и в другой раз, будет ещё одна возможность собраться всем вместе, - Олег притягивает меня к себе и ловит губами мои губы: - Только не дуйся, ведь не произошло никакой катастрофы.

- Ну это ещё как посмотреть, - бурчу под нос, неохотно принимая его поцелуи.

Ну надо же! Он мог бы успеть на вечеринку, приехал бы в самом конце, да, но всё-таки приехал... Пожать руку папе однозначно времени бы хватило.

Если бы он позвонил мне заранее и сообщил, что освободится неожиданно рано, я бы не потащила Ганса разыгрывать перед родными моего парня... Всего этого просто бы не было! Один несчастный звонок!

- Почему ты мне не позвонил? - отстраняюсь, сведя к переносице брови.

- Я звонил, но твой телефон был отключен, - жмёт плечами Олег и снимает через голову галстук.

- Но ты знал, в каком ресторане мы собрались и мог...

- Ульяна, - перебивает, - не пойму, с чего ты вдруг так взъелась? Ты не знакомила меня со своими родителями долгих восемь месяцев, и вдруг закипаешь от того, что я не пришёл на семейный ужин, который ты сначала не очень-то и хотела, и который всегда можно повторить, - Олег идёт на кухню и по-хозяйски открывает дверцу холодильника. Разочарованно хмыкнув, распахивает вторую и в конечном итоге закрывает обе. - Ну что ж... закажем ужин на дом. Я дико проголодался - сразу с дороги поехал в офис, а там как всегда сразу столько всего навалилось, кофе было некогда выпить.

- Но сегодня была не просто семейный ужин, сегодня мой день рождения... - мямлю, застыв в дверях, отчего-то вдруг ощутив себя до смерти обиженной.

Он был здесь, но не удосужился приехать на ужин, хотя знал, как он был для меня важен! Заехать в офис у него было время, а посетить праздник любимой нет?

Стою облокотившись о дверной косяк и откровенно упиваюсь ролью страдалицы. А ещё почему-то сегодня чопорность Олега раздражает как никогда: эта его идеальная укладка, дорогой пиджак, стильный галстук в тон и белоснежные носочки...

Он весь такой... рафинированный, безупречный. До зубного скрежета.

Вдруг до меня дошло, что я никогда не видела его кардинально иным - раскованным, домашним, лохматым рубахой-парнем. Не во всей этой солидной мишуре. Ему же всего тридцать восемь, а не семьдесят семь, в конце концов!

- Олег, а у тебя есть что-то помимо костюмов? Может, джинсы, футболки с принтами или... кожаная косуха?

- Я люблю костюмы, всегда их ношу, - не глядя на меня отвечет он, набирая на мобильном номер службы доставки. - Это презентабельно, я думал, что тебе нравится мой стиль. Алло, здравствуйте, я хотел бы заказать ужин на двоих, - зажимает микрофон ладонью и шепчет: - Что ты будешь?

- То же, что и ты, - безразлично машу ладонью и возвращаюсь в гостиную.

Я бы и хотела не обижаться, да не выходит. А ещё я вдруг впервые задумалась, что с чего это я вдруг решила, что мои родные пришли бы в восторг от Олега? Разумеется, их покорили бы его манеры, воспитанность и неоспоримый ум, но понравился бы ли он им как человек, как моя потенциальная половина? Отцу - однозначно, но вот Вика вряд ли бы смотрела на него раскрыв рот, а всегда болтливая тётя Тамара наверняка чувствовала бы себя зажатой, да и мама бы не хохотала, а пыталась держать лицо, чтобы соответствовать статусному будущему зятю. В итоге все ощущали бы себя не в своей тарелке, и сильно сомневаюсь, что распевали бы на разрыв аорты праздничный гимн...

Вспомнила, как пел Курт, как он сжимал мою ладонь своей медвежьей лапой, а потом... как они стояли вместе с Дианой у входа в "Бристоль", и в груди что-то неприятно царапнуло.

Недолго думая хватаю телефон и тщетно пытаюсь оживить экран. Олег не солгал - отключен, села батарея. Отыскав в ящике стола зарядное устройство, засовываю вилку в розетку и, набравшись терпения жду, когда аппарат разразится «яблочным» позывным.

Один за другим посыпались сообщения: одно от босса, пара от институтских друзей, пропущенный от мамы и Олега. От Дианы ничего.

Воровато оборачиваюсь на дверь кухни - словно звонок подруге сродни шашням на стороне - и быстро набираю её номер. Я не знаю, что я ей скажу, о чём буду спрашивать, но мне просто необходимо услышать её голос и убедиться, что...

Бездушный механический голос оповестил, что абонент не отвечает.

Не отвечает у Дианы? Девушки, которая бо́льшую часть своей жизни проживает в социальных сетях и ни на секунду не расстаётся с любимым гаджетом? Либо у неё тоже сел телефон - что вряд ли, Диана бы скорее зарядила его силой мысли, чем пропустила новое селфи от любимой звезды, либо второй вариант - она настолько сильно занята, что ей не до торса Девида Ганди.

Потому что она занята чьим-то другим торсом...

Мысль о том, что прямо сейчас, в эту самую минуту Диана и Ганс предаются акту греховного совокупления заставила меня вспомнить, что в баре припрятана ещё одна бутылка Пино Граджио.

- Ну вот и всё, скоро нам доставят вкуснейшие омары и чудесное итальянское вино, - Олег входит в гостиную и опускается рядом на диван. Притянув меня к себе ближе, трётся кончиком носа о мой висок: - Надеюсь, ты не против, если я останусь у тебя до утра?

«Против»! - вопит подсознание, но вместо этого я вяло киваю, хотя именно сегодня мне почему-то не хочется делить с Олегом одно одеяло.

За сегодняшний вечер в моей голове произошел какой-то щелчок, сбой привычной системы, но я вдруг отчётливо увидела все минусы своего идеального мужчины и безумно рада, что не пошла у него на поводу и не согласилась съехаться. Рано, я не готова к семейной жизни. А к семейной жизни вообще или именно с ним, ответить на этот вопрос я себе так и не смогла, да и не хотела - мои мысли были заняты совсем другим:

Где носит эту грудастую вертихвостку, или, вернее, с кем её носит?..

Часть 8

***

- Ульяна Дмитриевна, вам звонит Вайсман, - и тише, - кажется, он не в духе.

- Спасибо, Альбина, где мои латы? Выхожу на тропу войны.

Помощница сочувствующе улыбается и скрывается за дверью кабинета.

Иосиф Натанович Вайсман - жуткий крохобор и проныра, ищущий миллион обходных путей, как бы вложиться в наш новый проект и урвать при этом кусок пожирнее. Вообще, умасливать инвесторов не совсем моя работа, но зная любовь стареющего казанова к красивым женщинам (а без ложной скромности, я одна из них) Артур Вяземский - предводитель холдинга «ЭмЖиЭм» в котором я тружусь уже несколько лет, сбросил этот несгибаемый балласт в виде утконосого ловеласа на мои титановые плечи.

«Улыбку пошире, юбку покороче - ты же всё сама прекрасно знаешь, Ульяна. Только пожалуйста, не перепутай улыбку с ногами. Хотя... если не будет иного выхода...».

Артур неисправим. Та ещё скотина, но скотина цепкая - именно благодаря его бульдожьей хватке наша компания растёт и процветает, собственно, как и моё жалование. И ничего, что приходится торчать в офисе двенадцать часов в сутки - в бесконечной суете время пролетает незаметно. Но только не сегодня. Сегодня почему-то оно тянется нестерпимо медленно.

Подхожу к панорамному окну с шикарным видом на территорию Москва-сити и выуживаю из кармана строгого пиджака телефон. Ничего, пусто. Диана мне так и не перезвонила, хотя сообщение о том, что абонент снова в сети я получила ещё в пять утра.

Неужели она не включала телефон до пяти? Чем же можно было заниматься таким особенным столько часов к ряду? В голове назойливо крутится одна мыслишка - чем, но я категорически не хочу об этом думать.

И почему я сразу представляю плохое? Может, она читала псалмы, или готовилась к бар-мицве, или делала ещё что-нибудь совсем не напоминающее родео на немецком фашисте.

Взволновано кусаю губу и набираю номер снова. Аллилуйя - длинные гудки!

Один, три, пять, семь...

- Ульяна Дмитриевна - Вайсман, - снова появляется в дверях Альбина, красноречиво кивая на нетронутый стационарный телефон.

Ах ты ж, чёрт, инвестор!

Сбрасываю вызов и хватаю трубку, пытаясь сходу задобрить разъярённого еврея. Путём мелких препирательств, едва уловимого флирта и пары умасливающих фраз, договариваюсь о встрече на следующей неделе, чтобы подробнее обсудить детали будущей сделки. Уф, кажется, пронесло, Артур бы с меня три шкуры спустил, допусти я оплошность и потеряй столь лакомого клиента.

Едва кладу раскалённую трубку на аппарат, как в кармане оживает мобильный. Ну наконец-то! Проснулась, вертихвостка. Но это оказалась не Ди...

- Ульяночка, здравствуй, дорогая, - щебечет мама. На заднем фоне слышится шум воды и шкварчание чего-то однозначно аппетитного на плите. - Еле удержалась, чтобы не позвонить с самого утра. Ну что, пророчество Светланы сбылось?

- Ты о предложении? Нет, Олег в жёны меня пока вербовать не собирается.

- О, как жаль, - искренне расстраивается мама и шум воды затихает, а шкварчание становится громче - кажется, она переворачивает котлеты. - Я так надеялась, что он, наконец, решится... Впрочем, расстраиваться ещё рано, он же может предложить тебе руку и сердце в вашу годовщину. Кстати, когда она?

- Через четыре месяца.

- О-о, - ещё более разочарованно тянет мама и раздаётся звон фарфоровых тарелок. - Тогда, может, на Новый Год...

- Мама, я понимаю, что ты мечтаешь поскорее сплавить меня уже хоть кому-нибудь, но я совершенно не горю желанием выходить замуж.

- В каком смысле «хоть кому-нибудь»? Только Олегу! Он всем ужасно понравился, - хихикает родительница, щёлкая кнопкой кофеварки. - Когда вы ушли, мы только о нём и говорили.

- Даже папа? - недоверчиво кривлюсь.

- Ну... папа воздержался от комментариев, ну ты же его знаешь, он привыкнет. Признаться, когда ты рассказывала об Олеге раньше, я думала, что он такой серьёзный и важный, так волновалась перед встречей, но на деле он оказался таким очаровательным молодым мужчиной, - мама протяжно вздыхает, явно сожалея, что годы её молодости давно позади. - В общем, я счастлива, что ты сделала верный выбор - Олег будет прекрасным спутником жизни, интуиция меня ещё никогда не подводила.

- Ой-ли? А кто вложил все сбережения в едва открывшийся новый банк "Монеточка"? Тогда ты тоже что-то говорила про хвалёную интуицию, - поддела я, и задетая мама ворчит:

- Это совсем другое, в делах амурных я асс.

- А ещё, помнится, ты как-то сватала мне Кирюшу Иванова - милого мальчика-соседа. Сколько ему там сидеть за сбыт запрещённых препаратов осталось?

- Ты несносна, Ульяна. И в кого ты только такая!

- Ладно, не обижайся, Олег, он... он и правда милый, - соглашаюсь, думая почему-то совсем не о своём законном парне...

Ссылаясь на занятость прощаюсь с мамой и тяжело опускаюсь в кресло. Вид из окна прекрасен, но почему-то сегодня он совсем не радует глаз. Стойте-ка, а когда построили вон ту высотку? Ну вон ту, правее кучки небоскрёбов? Зуб даю, каких-то два года назад её точно не было.

Или была?..

С ужасом осознаю, я действительно работаю слишком много и пора взять небольшой отпуск. Может, стоит провести его с Олегом, где-нибудь на островах, вдвоём? Ничто так не способствует сближению, как совместный отдых. Шум волн, закат, текила... Мечты эти заманчиво прекрасны, только вот Олега в этом антураже блаженного безделья я представляю крайне смутно. Разве что если компанию нам составит забитый судебными делами ноутбук. Олег совсем не умеет выходя из зала суда оставлять работу там же, впрочем, как и я... Две лабораторные механические мыши, закованные в кандалы безжалостно суровой реальности.

Всё, решено, сегодня же потолкую с Олегом о недельном отпуске где-нибудь на Бали! К чертям работу, поговаривают, от неё даже кони дохнут.

Резво разворачиваюсь на кресле к столу и, свернув в ноутбуке вкладку с финансовыми расчётами нового проекта, вбиваю в строку поисковика адрес самого лучшего туроператора столицы. Хочу самый комфортный и самый дорогой отдых, если Олег опрокинул меня вчера ради пары лишних нолей, то пусть на меня их и потратит.

В кармане снова дребезжит мобильный и я, с горящими глазами изучая красочную заставку «СанниАйлз», не глядя принимаю вызов.

- Привет, чего звонишь ни свет ни заря, - зевает в трубку Диана, и я тут же теряю интерес к сайту.

- Ни свет ни заря? - бросаю взгляд на запястье. - Через полтора часа полдник!

- Серьёзно? - слышу, как шуршат простыни и следом протяжный выдох подруги: - Ай, дьявол, точно, работу проспала!

- Какую ещё работу? Ты хозяйка собственного салона красоты, ты можешь неделями там не появляться.

- Спасибо, что лишний раз напомнила, что моя независимость это не сон, - хохочет Диана и я нутром чувствую, что это её приподнятое настроение неспроста. Ой, неспроста.

Перекладываю телефон в другую руку и на автомате поднимаюсь с кресла.

- Я... звонила тебе вчера вечером, ээ... поболтать, но твой телефон был отключен. Я даже заволновалась - не случилось ли чего...

- Угадала, ещё как случилось! - восторженно хихикает Ди. - Я попала в плен дико обаятельного мучачос и сегодняшнюю ночь мы провели вме-есте-е... - нараспев тянет подруга, а я вдруг ощущаю, как дамоклов меч вонзается мне в грудную клетку.

- Мучачос... Как интересно... Я его знаю? - и даже дышать перестаю ожидая ответа, но вместо него в трубке раздаётся шум сливного бочка.

- Что? Прости, я не расслышала. Чёртово пиво, литра два с половиной вчера высосала... Ух, а башка-то как кружится, святые поросята.

- Я спросила - я его знаю? - терпеливо повторяю вопрос.

- О, да, ты его знаешь и ещё как...

Незаданный следующий вопрос застревает где-то в горле, но, взяв себя в руки, всё-таки решаюсь уточнить имя. Просто... просто потому что не люблю недосказанности, и не потому что надеюсь услышать, что это какой-нибудь Вася или Николай, а не заблудший Гулливер из Мюнхена...

Едва только открываю рот, как после короткого стука распахивается дверь и Альбина оповещает, что Артур созывает всех на экстренное совещание.

- Извини, мне пора бежать, - сухо бросаю в трубку и уже собираюсь было скинуть вызов, как слышу, что Диана зовёт меня вечером в бар «Бобо́» пропустить по стаканчику - читай: «я просто изнемогаю вывалить на тебя подробности ночного родео в самых мельчайших деталях».

Первая мысль - отказать, я и так не большой любитель слушать о физиологических особенностях телес того или иного её кавалера - сосиски, сардельки и прочую колбасу не сильно-то и люблю, а уж информацию о том, сколько штрафных за ночь забивает Курт и вовсе считаю малоинтересной и лишней.

«Ах ты, маленькая лгунишка!» - уличает внутренний голос, и я побеждённо крякаю, что вечером буду.

В конце концов, мы дружим с Дианой кучу лет, как-то глупо обижаться на неё за то, что она - свободная и раскрепощённая, позволила себе то, что я - прагматичная и серьёзная, никогда себе даже в безбашенные студенческие годы не позволяла. А именно - приятное времяпрепровождение в парнем, который тебе понравился, и то, что ты знаешь его всего час от силы - совсем не помеха для пары палок чая. А уж то, что он "типа как бы парень твоей лучшей подруги" - хоть и лже-парень - и вовсе гнилая отмазка для юниоров.

Вот, блин, Диана отбила у меня моеговременного Олега!

Хоть убей - неприятно. Глупо, эгоистично, иррационально - но неприятно и всё! Такие вот мы, женщины, собственницы.

Пока бреду к кабинету босса, почему-то вспоминаю, как лет пятнадцать назад, отдыхая с родителями в Италии, мы забрели в интернациональное кафе, где в меню, среди испанской тортильи, английского йоркширского пудинга, бразильского ватапи был и истинно немецкий шницель. Сочный, аппетитный... Я долго на него облизывалась, но в итоге решила не рисковать и выбрала знакомый русский борщ.

Видимо, судьба уже тогда мне тонко намекала.

А ведь был шанс.

Часть 9

***

В баре с дурацким названием «Бобо́» я появляюсь точно в срок и, заметив за дальним столиком у окна машущую мне рукой Диану, протискиваюсь мимо сидящих за барной стойкой тинейджеров.

Приближаясь, ловлю себя на глупой мысли, что рассматриваю подругу с каким-то нездоровым пристрастием, будто ночь с Гансом должна была как-то отразиться на её внешности. Татуировка немецкого алфавита на лбу или там макияж под цвет флага.

- Привет, дорогая, - оторвав от уха мобильный, Диана привстаёт и целует воздух у моих щёк, затем падает обратно на плетёное кресло и снова припечатывает к слуховому проходу золотистый смартфон. – Я сейчас, одну секунду, - шепчет в мою сторону и возвращается к разговору с невидимым собеседником.

Судя по возбуждённому блеску глаз и пышащему здоровьем румянцу – собеседнику мужского пола.

Ну, конечно, этот патриот-перебежчик любит языком почесать, - фыркаю, утыкаясь в меню.

Так, что у нас здесь: кальмары в пивном кляре, салат из морепродуктов, чесночные гренки… С преувеличенным энтузиазмом листаю страницы и всеми силами стараюсь сделать вид, что мне совсем не интересно, о чём это там воркует моя лучшая подруга. И, по правде говоря, меня это дико раздражает – разве мне не должно быть действительно фиолетово, о чём они болтают? Но судя по тому, как мой организм отключает все прочие чувства концентрируясь исключительно на слухе – мне не фиолетово. Кажется, даже уши увеличились в размере.

- Ой, да брось… Говорю тебе, прекращай, - заливается Диана, жеманно наматывая на палец иссиня-чёрную прядь. – Нет, клади ты первый трубку!.. Нет, ты!... Говорю - ты первый!

Протяжно выдыхаю через нос и рывком забираю у подруги раскалённый телефон. Перед тем, как безжалостно нажать на сброс, успеваю заметить имя звонившего - «Тигрёнок».

Тигрёнок? Серьёзно?!!

- Эй, крошка, кто-то сегодня не в духе? – хмурится Ди, кивая на лежащий на столе Верту.

- Прости, но мне показалось, что иначе это может тянуться бесконечность, - давлю улыбку. – Кстати, поговаривают, что долгая болтовня по телефону плохо сказывается на серых клетках. Все эти невидимые глазу вредные волны… Не благодари.

- Ты права, к тому же, надо дать нам немного времени друг от друга отдохнуть, - легко соглашается Диана и машет рукой подзывая официанта. – Признаться, когда концентрация мужчины в моей жизни начинает пересекать допустимые пределы – он сразу же становится мне неинтересен. Боюсь, в этом случае будет именно так.

- Тигрёнок чрезмерно навязчив? – мне кажется, или ирония в моём голосе слишком очевидна?

- Ну, не то, чтобы чрезмерно, но он мне уже шагу не даёт ступить. Что поделаешь – запа́л, - не без гордости резюмирует Ди, заказывая юному официанту порцию маргариты.

Прошу принести ванильный латте и возвращаюсь к беседе:

- И какие у вас с ним дальнейшие планы?

- Понятия не имею, пока рано что-то говорить, я и сама не ожидала, что так всё лихо закрутится. Всего одно свидание - и вот уже утром он признался мне в любви, представляешь? - хохочет Диана, и почему-то впервые за нашу долгую дружбу мне не хочется разделять с ней веселье.

Побеждённо признаю, что да, мне не весело, и самое в этом всём раздражающее, что для этого нет вроде бы ни одного веского повода. Ни единого! Курт мне не друг, не бывший любовник и даже не хороший знакомый, так с чего это новость о том, что моя лучшая подруга и случайный проходимец обменялись этой ночью друг с другом микрофлорой вдруг так сильно меня задевает?

У меня есть Олег, а Ди свободна как ветер, она имеет полное право спать с кем хочет!

«Но только не с немецким фриком. Да, такой вот я самодур!», - гнусавит внутренняя брюзга и при всём желании я не хочу с ней спорить.

- Ну, вообще, если так подумать, Эндрю – парень клёвый, пожалуй, дам ему шанс, - продолжает Диана, и я словно выпархиваю из анабиоза:

- Эндрю?

- Ну да, Андрей Дроздов. Помнишь, на первом курсе он за тобой ухлёстывал, но тогда он был в этих жутких следах от акне и с пластинками на зубах. Бр-р, - кривится подруга и принимает из рук официанта коктейль.

На лице против воли расползается дурацкая улыбка облегчения.

- Ну конечно, Андрей Дроздов! Вот я дура. А я-то уж подумала…

- А что ты подумала? - любопытно щурится Диана.

- Ну... я подумала, что у тебя было свидание с Гансом.

- Что за Ганс? Не припоминаю такого, - Ди делает щедрый глоток и выжидающе на меня смотрит.

И вот нельзя же было мне просто промолчать!

- Ну, Курт. Я о нём, - мямлю под нос и ощущаю, как на скулах расцветают два алых пятна позора.

- А-а, красавчик Курт, - расплывается в мечтательной улыбке подруга. - Он, конечно,хорош, спору нет. Вчера, после того как ты ушла, я выцепила его у входа в ресторан, попыталась подбить клинья, но продула всухую.

- Вот как? - оживляюсь.

- Ага. Намекнула, что выпила бы чего-нибудь покрепче сухого винишка и для этого мне нужна приятная компания. И знаешь, что он сделал? Посоветовал мне посетить этот самый бар с какой-нибудь подружкой. Чин-чин? – Диана салютует маргаритой и я легко касаюсь краешком чашки её стакана.

Странно, но непонятный груз, целый день подспудно давящий на плечи волшебным образом куда-то испаряется. Отчего-то становится та-ак хорошо, что я даже пожалела, что не заказала вместо латте что-то поинтереснее.

- В общем, после того, как он меня бортанул, я в одиночку потащилась в этот «Бобо» и случайно встретила здесь Дроздова. Слово за слово, ну, сама понимаешь… Правда, я всё ещё не теряю надежду вероломно пересечь русско-немецкую границу – мы с Куртом обменялись номерами, - играет бровями Ди и делает большой глоток. - Думаю, позвонить ему на днях, напомнить о себе.

- А как же Андрей?

- А что Андрей? Он, конечно, милый, прикольный, но Курт… Они как клубника и драконий фрукт – оба потрясные, но к экзотике я тяготею больше. Скажи ещё, что ты бы отказалась лизнуть дольку, не будь у тебя твоего чопорного адвоката.

- Ну, не такой уж Курт и неотразимый.

- Ой, да брось, по глазам вижу – съела бы вместе с кожурой, - хохочет Диана, и я вдруг понимаю, что никогда не пробовала драконьего фрукта.

На столе пиликает входящее сообщение от Тигрёнка, Ди хватает аппарат и, натянув довольную улыбку, быстро набирает ответ.

По правде говоря, я теряюсь в догадках, почему Ганс отверг притязания Дианы. Она настоящая красотка - ноги от ушей, лёгкая на подъем и совершенно не обременена комплексами. Такие как она притягивают мужчин, и действительно странно, что он не купился.