Полная версия
Попаданка на Рождество
Попаданка на Рождество
Рая Вельс
© Рая Вельс, 2026
ISBN 978-5-0071-1661-9
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Попаданка на Рождество
Глава 1
Алиса
Вы когда-нибудь праздновали Рождество в глухом лесу? Нет? А вот меня, представьте себе, дёрнуло отправиться именно туда — аккурат в преддверии праздников!
В этом самом лесу когда-то жила моя бабушка по отцовской линии. Помню я её смутно, но детские воспоминания — штука живучая. Раз в месяц родители загружали меня в машину и везли в гости к бабуле. До сих пор перед глазами стоит тот крошечный деревянный домик и удивительная, будто сказочная атмосфера, укутывавшая всё вокруг.
Бабуля категорически отказывалась перебираться в наш посёлок. На любые уговоры упрямо поджимала губы и говорила: «Где родилась — там и помру». Померла, правда, не в любимой избушке, а в районной больнице от банального воспаления лёгких. Когда отец наконец приехал за ней, состояние уже было тяжёлым — слишком поздно обратились к врачам.
Уже позже я узнала, что раньше на той опушке стояла целая деревенька — домов восемь, от силы десять. Но после войны народ потянулся ближе к цивилизации, и деревня быстро опустела: молодёжь разлетелась кто куда, старики постепенно ушли в иной мир, и бабушка осталась единственной хозяйкой на много километров вокруг. Лес не заставил себя долго ждать — быстро разросся и безжалостно поглотил остатки чужих подворий.
Через восемь месяцев после её смерти мои родители погибли в автокатастрофе.
Под свое крыло меня взяла бабушка Лида — мамина мама. Именно она настояла, чтобы я подала документы в медицинский. «Престижно!» — веско повторяла она. А я, совершенно не представляя, кем хочу стать, просто взяла и поступила.
Сказать, что учёба давалась мне легко — значит безбожно соврать. Уйти хотелось уже через месяц, но расстраивать бабулю не поднималась рука — она к тому моменту совсем сдала. Врачи только руками разводили, не в силах поставить диагноз, а бабушка Лида лишь добро подшучивала: «Вот выучишься на врача — сама меня и вылечишь».
Не дождалась… Через неделю после того разговора она тихо ушла во сне.
Ну что, будем знакомы? Меня зовут Гордеева Алиса Петровна, мне восемнадцать лет, и я — студентка-первокурсница медицинского института. Из родственников — ровно никого. Зато из наследства — аж два бабушкиных дома и родительская квартира. Богачка, завидная невеста! Правда, потенциальные женихи почему-то не спешат слетаться на это богатство, как мухи на мёд. Да и бог с ними, у меня и без романтики дел по горло. Вот пройдут зимние праздники — найду подработку и наконец-то заживу! А то заначка, оставленная бабушкой Лидой, уже уверенно стремится к нулю.
Иногда, правда, задумываюсь: с моим-то шилом в одном месте устроиться на нормальную работу — та ещё задачка. Но где наша не пропадала!
Сколько себя помню, я — ходячее воплощение хаоса и нелепых историй. В детстве так и вовсе куролесила по полной программе. То полезу на забор и приземлюсь аккурат на металлический штырь (руку потом латали хирургическими нитками), то решу с мальчишками поджечь стог сена — и привет, спаленные брови с ресницами! А однажды я утопила соседского гуся. Честно, случайно! Просто эта пернатая зараза первой на меня напала, а я лишь защищала собственное достоинство!
До четырнадцати лет у меня даже водились подружки, но потом у них начались мальчики, помады, вздохи на скамейках… А я как была пацанкой-сорвиголовой, так и осталась. В институте история повторилась: в первые недели мы вроде как сдружились с девчонками, а потом они просто… растворились в пространстве. Что касается парней — их у меня отродясь не было. Случилась как-то легкая влюбленность, но прошла быстро и бесследно, прямо как легкий насморк.
Впрочем, я не унываю и всегда стараюсь смотреть на жизнь с позитивом. Свято верю: всё, что с нами происходит — это просто жизненный урок. А уж с какой оценкой ты его пройдешь, зависит только от тебя. Жизнь — это игра! Главное — играть честно и не забывать улыбаться.
Так… кажется, меня снова унесло куда-то не туда.
В общем, возвращаясь к теме! За два дня до Рождества в мою светлую (или не очень) голову ударила мысль про бабушкин домик в лесу. И я решительно постановила: всё, праздник встречаю там! В целом, для меня это абсолютно нормальная реакция — большинство моих гениальных идей рождаются вовсе не в голове, а в… скажем так, совсем другом интересном месте.
Естественно, я и представить не могла, что всё снова пойдёт по моему классическому сценарию — то есть задом наперёд.
Я с энтузиазмом собрала «самое необходимое»: новую уютную пижаму с Дедом Морозом (новогодний подарок себе любимой), три комплекта белья, пушистые носочки из ангорки и… пухлый рюкзак с учебниками. Всё-таки сразу после праздников начинается сессия, и зубрить анатомию придется так, что гайморовы пазухи сниться будут!
Глава 2
Алиса
Утро встретило меня бодрящим морозцем и столь густым снегопадом, что вид из окна больше всего напоминал белый экран телевизора, потерявшего сигнал.
— Так, — решила я про себя, — нужно собираться быстрее. Надо еще в маркет заскочить — прикупить продуктов и шампусик, а то какой же праздник без весёлых пузырьков?
Вообще-то я не любительница алкоголя, но поводом служило само Рождество. Оделась потеплее, натянула надёжные армейские ботинки на меху, сверху набросила пуховик, натянула шапку-ушанку и с чистой совестью отправилась навстречу зимним приключениям. Впрочем, знай я заранее, какие именно испытания меня ждут, я бы предпочла залезть обратно под тёплое одеяло и сделать вид, что праздники отменяются.
Уже перед самым входом в супермаркет, смахивая с ресниц снежинки, я на миг почувствовала себя героиней рождественского фильма. Правда, не той изящной блондинкой, которая встречает любовь всей жизни под украшенной ёлкой, а скорее безумной активисткой с битком набитой тележкой, штурмующей полки с праздничными скидками.
— Так, — бубнила я себе под нос, маневрируя между стеллажами. — Тортик есть, шампанское есть, сыр, колбаска, мандарины — куда же без них. Ага, еще кофе… и непременно пачку зефира, так, на случай неожиданных эмоциональных потрясений.
Когда на кассе всё было оплачено, а тяжелые пакеты оказались у моих ног, до меня дошла простая истина: тащить всё это добро на себе — идея близкая к самоубийству. Однако, рассудив, что в праздник у женщины должны быть не только светлые надежды, но и крепкие мышцы, я гордо шагнула на улицу и вызвала такси.
Минут через десять к тротуару подполз старенький «универсал». Из окна высунулся водитель с отстраненным видом человека, повидавшего на своем веку не один ледниковый период.
— В лес? — переспросил он с таким изумлением, будто я попросила с ветерком довезти меня до Марса. — Девушка, да там же сугробы по пояс!
— Ничего, я пешком дойду, — бодро заверила я его, хотя воображение уже рисовало, как я зарываюсь в пушистый снег, словно испуганная морская свинка в опилки.
Дорога заняла около часа. Чем ближе мы подбирались к лесному массиву, тем гуще и плотнее становилась снежная пелена. Старый автомобиль недовольно урчал, словно пытался спросить у хозяина: «Ты это серьезно?»
— Дальше точно не поеду, — твёрдо заявил водитель, затормозив у заснеженной обочины. — Там сейчас и на снегоходе не проберёшься.
— Да ладно вам, мне совсем недалеко, каких-то пару километров! — попыталась я беззаботно улыбнуться.
— Девушка, — вздохнул он, включая аварийку, — «пару километров» по таким сугробам — это как попытка пробежать марафон в тазике с горячей манной кашей.
Но отступать было поздно. Перехватив поудобнее пакеты и поглубже надвинув шапку, я шагнула прямо в белое безмолвие.
Снег под ногами хрустел громко и аппетитно, как свежие чипсы. Впрочем, уже минут через десять стало очевидно, что моя прогулка окончательно превратилась в квест под названием «Выжить любой ценой».
— Главное — не паниковать, — шёпотом подбадривала я себя на ходу. — Люди ведь ходят в суровые походы, ночуют в палаточных лагерях, а я всего лишь пробираюсь сквозь лес. Без снегохода. И без GPS-навигатора.
Где-то вдалеке завыл ветер, или мне это просто почудилось от усталости. Пакеты с каждым шагом становились всё тяжелее, пальцы постепенно немели, и в голове закралась вполне логичная мысль, что шампанское стоило открыть прямо здесь и сейчас.
И тут, строго по законам жанра, я споткнулась о скрытый под снегом коряжистый сугроб, заманчиво рухнула лицом прямо в пышную перину и на некоторое время замерла.
— Ну всё, теперь я Снегурочка. Найдут только весной, в обнимку с замерзшим зефиром, — пробормотала я уткнувшись в снег.
Кое-как собрав волю в кулак, я поднялась, отряхнулась, снова сгребла пакеты в охапку и всё-таки упрямо добралась до самой опушки.
Отсюда до уютного бабушкиного домика оставалось совсем немного — метров пятьсот, от силы семьсот. Настоящие пустяки, если идти по ровной асфальтированной дорожке, тёплым летом и в лёгких кроссовках. А вот зимой, по сугробам до колена, с килограммами провизии в руках — это уже почти спортивное испытание.
Я сделала шаг под сень деревьев и будто мгновенно оказалась в совершенно другом мире. Снег здесь лежал ровнее и плотнее, морозный воздух казался удивительно тихим, а каждая еловая ветка под тяжестью искрящегося инея выглядела так, будто наряжалась к торжеству. И только я — краснощёкая, взъерошенная и окончательно запыхавшаяся — напрочь портила всю эту сказочную идиллию своим неуклюжим топтанием и частыми выкриками вроде «ой!» и «мама дорогая!».
И всё-таки я дошла. Больше всего на свете мне хотелось просто упасть на заснеженное крыльцо и больше никогда не двигаться, но я поборола себя, дрожащими пальцами выудила из кармана ключ и наконец открыла тяжелую дверь.
Глава 3
Алиса
В доме было холодно и настолько тихо, что казалось, будто слышно, как отдельные снежинки с тихим шорохом бьются о стекло.
Я смахнула пыль с подоконника, дрожа от пробирающего до костей холода, и тут же чихнула три раза подряд — судя по всему, эта пыль спокойно лежала здесь ещё со времён динозавров. Поняв, что сидеть сложа руки нельзя, я решительно включила режим «хозяйка на выезде».
— Так, — пробормотала я себе под нос, — за домом ведь был родник. Надо бы принести воды, да побольше, чтобы перемыть всё вокруг, протереть пыль и хорошенько освежить комнаты.
Тяжело вздохнув, я принялась за дело, и постепенно дом начал оттаивать. Затрещали дрова в печке, веселым шумом отозвался закипающий чайник, и с каждой минутой вокруг становилось всё теплее и уютнее. Вскоре характерный запах старых сухих досок смешался с бодрящим ароматом кофе и мандаринов, мгновенно перенеся меня в тёплые воспоминания о детстве у бабушки.
Вдруг в дверь кто-то тихонько поскрёбся. Я застыла с тряпкой в руках, настороженно прислушиваясь к звукам.
— Ну конечно, мне только дикого зверья тут и не хватало, — прошептала я и осторожно подошла к входу.
С той стороны донёсся едва слышный писк.
— Ой, кто это там еще пищит? — буркнула я, с опаской приоткрывая тяжёлую дверь.
На пороге, сжавшись в комочек и отчаянно дрожа от мороза, сидел крошечный пушистый зверёк.
— Да ты же… щенок! — ахнула я от неожиданности. — Откуда ты только взялся, герой снегопадов?
Малыш был настолько мал, что легко поместился бы на одной ладони. Его лапки заметно дрожали, а носик был абсолютно ледяным.
— Ну всё, — с улыбкой вздохнула я, — теперь у нас неожиданное пополнение. Был просто дом, а стал настоящий детский сад.
Занеся малыша в тепло, я бережно укутала его в бабушкин пуховый платок и устроила поближе к горячей печке.
— Молока у меня, конечно, нет… зато найдется баночка хорошей сметаны. Кушай, малыш, только без излишнего фанатизма, — ласково сказала я, поставив перед ним небольшую миску.
Он осторожно понюхал угощение, едва заметно шевельнул хвостиком и тихо пискнул, словно высказал свою собачью благодарность. После этого моё сердце окончательно растаяло.
К вечеру всё шло как по маслу: полы блестели чистотой, кровать была аккуратно застелена, а на столе дымился готовый ужин. Я уютно устроилась у печки с уже вторым бокалом шампанского — исключительно для согрева, а вовсе не из-за навалившейся грусти. Слушая, как приятно потрескивают прогорающие дрова, я с наслаждением подумала: «Вот бы жить так всегда — без лишней суеты, без бесконечной сессии и без декана, который вечно гоняется за мной из-за пересдачи анатомии. И уж точно без шумных соседей, постоянно устраивающих скандалы именно тогда, когда мне хочется отдохнуть».
Мои размышления прервал звонкий бой старых часов с кукушкой, висевших на стене. Когда они отбили ровно полночь, мне совершенно внезапно пришла в голову идея… погадать.
— Ну а что такого? Завтра ведь Рождество! — убеждала я сама себя. — Если уж я решила шагнуть навстречу своей судьбе, то пусть и она сделает хотя бы полшага ко мне. Желательно, конечно, без топора за спиной.
Я быстро собрала оставшиеся свечи, установила напротив них зеркало и невольно вспомнила обрывки давних бабушкиных наставлений: «Не шути с зеркалами в святки, Алиска. Они ведь иногда действительно отвечают».
— Ага, разумеется, — с усмешкой прошептала я. — Вот если бы они отвечали на экзаменационные билеты по биохимии, им бы вообще цены не было.
Естественно, бабушкиных предостережений я не послушалась. Зажгла свечи, пристально всмотрелась в тёмную глубину зеркала и тихо произнесла:
— Суженый-ряженый, явись ко мне, пока я не передумала!
Язычок пламени на свече едва ощутимо дрогнул, где-то в глубине печи щёлкнуло полено, за окном тоскливо завыл зимний ветер… и, разумеется, абсолютно ничего необычного так и не произошло.
Я поёжилась от набежавшего сквозняка, сладко зевнула, с головой накрылась тёплым одеялом и тихо пробормотала:
— Ну и ладно. Не явился — значит, застрял в предпраздничной пробке. Да и кто вообще в своём уме станет отправляться в такую глухую метель прямо в лес?
С комфортом устроившись в постели, я окончательно решила, что все эти гадания — глупая суета, и закрыла глаза.
Глава 4
Алиса
Утро встретило меня громким, настойчивым стуком в дверь.
— Что за напор? — пробормотала я, поглубже натягивая одеяло на голову. — Они там её выбить, что ли, пытаются?
И тут в голове мелькнула неожиданная мысль: а вдруг это мой суженый-ряженый всё-таки припёрся?
Подскочив с кровати растрёпанная и в пижаме с Дедом Морозом (выбранной исключительно ради праздничного настроения), я подбежала к входу и распахнула дверь, да так и застыла на месте.
На пороге стоял настоящий идеальный образец мужской породы. Богиня красоты явно лепила его в приподнятом настроении: густые светлые волосы, глаза цвета заколдованного льда и настолько выразительные скулы, что о них, казалось, можно резать хлеб — ровно и без ножа. Словом, чистый тестостерон решил принять человеческий облик и, похоже, выбрал именно меня в качестве единственного зрителя своей премьеры.
— Красивый… — невольно пробормотала я вслух, а затем нахмурилась. — Ого, ты что, пластику на уши сделал?
Парень удивлённо моргнул.
— Вообще прикольно, — продолжила я, подобравшись поближе. — Но ты и с нормальными ушами был бы хоть куда. Хотя… — я потянулась и осторожно тронула кончик его аккуратно заострённого уха. — Знаешь, в этом даже что-то есть. Похож на настоящего эльфа из сказки.
Он замер и не шевелился, только моргнул ещё раз и, кажется, даже слегка покраснел.
— Ух ты! — прыснула я. — Ты что, смутился? Приятно, конечно, что ты так на меня реагируешь, но, знаешь… ты вообще-то опоздал.
Парень слегка нахмурил брови.
— Я ждала тебя ровно в полночь, — сообщила я с максимально важным видом. — Так и сказала: «Явись ко мне, пока не передумала». Так вот, за ночь я уже передумала.
Он продолжал молчать, разглядывая меня словно восьмое чудо света, вот только я никак не могла понять — с искренним восторгом или всё же с опаской.
— Слушай, давай сделаем так, — предложила я. — Ты войдёшь, согреешься, я угощу тебя горячим кофе… а потом ты уйдешь. Я всё-таки планировала провести эти праздники в тишине, уюте и гордом одиночестве.
Он молча шагнул внутрь и огляделся по сторонам с абсолютно нечитаемым выражением лица — прямо как кот, который всё понял, но категорически не собирается ничего объяснять.
— Хм… — протянула я, присматриваясь к нему поближе. — И на каком антикварном рынке ты откопал этот прикид? Необычный стиль, эдакий средневековый шик. Хотя швы идеальные и ткань явно качественная. Хм… неужели не китай?
В ответ снова тишина.
— Мне, конечно, неудобно спрашивать, но я всё же спрошу, — вздохнула я. — Ты, случаем, не немой?
Он едва приподнял одну бровь.
— Просто, знаешь, я люблю разговаривать сама с собой, но только когда нахожусь в полном одиночестве. А сейчас это выглядит как-то не комильфо. Может, хотя бы представишься?
Он наконец разжал губы и выдал первую фразу, которую я от него услышала.
— Ты… маленькая.
Я мгновенно застыла.
— Что?! Почему это я маленькая?
Парень лишь безучастно пожал плечами.
— Ну, метр шестьдесят два — это, конечно, не два метра, — парировала я, — но ты бы видел, как круто я смотрюсь на высоких каблуках! И вообще, не рост украшает женщину, а чувство юмора!
Он промолчал, а я фыркнула.
— Ладно, вижу, с речью у тебя всё в порядке, просто выбор слов довольно странный. Проходи да садись.
Поскольку он всё еще продолжал стоять у самой двери, пристально разглядывая мой наряд, я махнула рукой.
— Да не стой ты так. Если стесняешься того, что я в пижаме, просто представь, будто я одета во что-то другое. В спортивный костюм или, если с фантазией совсем хорошо, в вечернее платье.
Я усмехнулась собственной шутке, а вот он остался совершенно серьёзен. И в тот самый момент, когда я повернулась к нему спиной, моё веселье испарилось без следа, а по позвоночнику пробежал ощутимый холодок.
Потому что — внимание, барабанная дробь! — прямо на мне буквально из воздуха соткалось длинное вечернее платье с корсетом, блёстками и весьма откровенным декольте.
Я оцепенела от шока.
— Так… подожди… я же только что была в пижаме! — ошарашенно прошептала я. — Это что еще за волшебное преображение или очередной глюк от шампанского? Ты что, фокусник?
Парень спокойным, оценивающим взглядом окинул меня с головы до ног и непринужденно произнес:
— Вот так уже намного лучше. Девушки всегда должны носить платья.
Я ошеломленно моргнула.
— Ага, особенно когда они моют полы и топят печку! Может, ты мне ещё и хрустальные туфельки выдашь, а мышей в лошадей превратишь?
Он ничего не ответил, лишь уголок его губ едва ощутимо дрогнул.
И вот я стояла посреди комнаты — в шикарном вечернем платье и пушистых носках из ангорки — и в растерянности думала: «У других людей после выпивки белочки пляшут, а у меня нарисовался самый настоящий эльф. Причём с чёткими претензиями к моему дресс-коду. Что ж, Алиса, поздравляю: похоже, твой мозг тоже решил с размахом отметить Рождество».
Уставившись на незваного гостя, я окончательно осознала, что он либо действительно волшебник, либо я официально заслужила место в палате номер шесть. Мелкими осторожными шажочками я попятилась к ближайшему стулу и тяжело плюхнулась на него. Моё серое вещество категорически отказывалось обрабатывать происходящее, поэтому я просто тупо сидела, таращилась на загадочного незнакомца и изо всех сил пыталась не думать о том, что у нас со щенком, возможно, началась одна на двоих коллективная галлюцинация.
Глава 5
Алиса
— Кто ты и откуда знаешь, что я должен был прийти в полночь? — наконец спросил он. Голос его звучал глубоко, бархатисто и с едва уловимой интонацией человека, привыкшего считать себя крайне важной персоной.
— Так я же на тебя гадала! — ответила я и тут же досадно хлопнула себя ладонью по лбу. — Так, стоп! Нет, подожди, не ты задаёшь вопросы — я первая! Всё-таки это мой дом.
Я выставила указательный палец вперёд, скопировав строгое выражение лица училки биологии, застукавшей двоечника с шпаргалкой.
— Представься. И объясни, с чего вдруг тебе приспичило ломиться ко мне на рассвете? И, кстати, будь добр, верни мою нормальную одежду. Мне, знаешь ли, в пижаме было куда уютнее, чем в этом бальном наряде образца тысяча восемьсот второго года.
Он чуть приподнял бровь — явно не привык, чтобы с ним разговаривали без должного благоговения и с простыми бытовыми претензиями.
— Хорошо, начнём сначала, — произнёс он с исполненным достоинства видом. — Меня зовут Илариэль. Я старший сын клана Асраи, лесных эльфов.
Я ошеломлённо моргнула, переваривая услышанное.
— Что ж, очень приятно познакомиться, — кивнула я, нервно усмехнувшись. — Алиса. Студентка-медик, первый курс и последняя надежда отечественной медицины. И, кажется, у меня окончательно поехала кукуха.
Он слегка нахмурился, будто не совсем понял смысл последних слов, но вежливо сделал вид, что всё осознал.
— В полночь был замечен мощный всплеск магии, — продолжил Илариэль. — Старейшины утверждают, что подобного не происходило со времён царствия огненных драконов.
— Ого… — я округлила глаза от удивления. — У вас тут еще и драконы водятся? А они сильно похожи на динозавров?
Илариэль озадаченно моргнул — похоже, это стало его фирменным жестом в моменты, когда он не находил подходящего ответа, — и ровным тоном произнес:
— Совет незамедлительно отправил отряд для выяснения ситуации. Я услышал зов и направился прямиком сюда.
— Ну разумеется, — сочувственно протянула я. — Кто бы мог устоять и не прийти на зов одинокой девушки глухой ночью в лесу? Я, кстати, как раз чайник вскипятила — будешь кофе? Или вы, эльфы, предпочитаете пить исключительно утреннюю росу из лепестков?
Он задумчиво окинул взглядом чашку, которую я бесцеремонно сунула ему чуть ли не под самый нос, и осторожно принял её из моих рук.
— Это… напиток силы?
— Можно сказать и так, — с лёгким смешком фыркнула я. — Только вся его сила проявляется далеко не сразу, а примерно после третьей чашки.
Пока он сделал осторожный глоток и слегка поморщился от непривычного вкуса, я украдкой рассматривала его. Изящно заострённые уши, густые светлые волосы, будто из дорогих рекламных роликов шампуня, и глубокий взгляд, от которого казалось, что он видит тебя насквозь. И весь этот сказочный образ разворачивался прямо при свете моей скромной кухни, на фоне маленького щенка, который совершенно беспечно грыз старый тапочек.
— Значит, — продолжила я, — ты у нас старший сын клана… как там вас? Асраи? Ну, поздравляю. Наверное, у вас там все семейные праздники проходят под аккомпанемент арф и с безупречным гламуром. А у нас на Рождество принято нарезать салаты и смотреть «Иронию судьбы». Как говорится, почувствуй разницу.
Он явно ничего не понял из моих культурных отсылок, но важно кивнул, словно я озвучила древнюю мудрость.
— Так, ладно, — я поднялась со стула и скрестила руки. — А что дальше? Что вы обычно делаете, когда находите этот самый «всплеск магии»? Отчитываете местных ведьм, выписываете штраф или сразу телепортируете в чистилище?
Он на мгновение задумался.
— Обычно мы… подробно разбираемся на месте.
— Отлично! Вот и разбирайся, — весело хлопнула я в ладоши. — Только давай оперативно, а то у меня сессия на носу.
Илариэль посмотрел на меня с таким выражением, будто я только что произнесла нечто на древнем и давно забытом эльфийском диалекте.