Он мог прикасаться ко мне после моей смерти

Стоило Ауревии увидеть её, взгляд стал жёстким.

— О, прекрасно.

Голос был тихим.

— Все в сборе.

Глава 16 — Два месяца предательства

Когда Розелль вошла, первым человеком, на которого она посмотрела, был Маврен.

С самого появления в поместье его челюсть оставалась напряжённой, и взгляд не раз возвращался к дочери. Но теперь, когда всё уже разразилось на глазах у двух семей, прятать её у себя за спиной больше не имело смысла.

Розелль проигнорировала все взгляды и посмотрела прямо на Дасиена.

— Я оставлю ребёнка.

Одной фразы хватило, чтобы зал снова загудел.

Несколько старейшин-вампиров заговорили вполголоса. Оборотни делали то же самое. Кто-то уже думал о том, что будет значить смешанная кровь ребёнка. Других явно беспокоило, что и без того хрупкие отношения между расами окончательно не выдержат.

Ауревия ничего этого почти не слышала.

Она смотрела на Розелль.

Почти два месяца.

Тогда Ауревия ещё была жива.

Дасиен всё ещё приходил в поместье Серранте. Всё ещё ел вместе с ней. Всё ещё сидел напротив с совершенно обычным лицом, в котором не было ни единой трещины, способной выдать что-то неправильное.

И всё это время Розелль уже носила его ребёнка.

Давление в груди Ауревии усилилось до боли.

Розелль уверенно смотрела на всех присутствующих.

— Ребёнок больше не имеет никакого отношения к Ауревии. Её нет. Если вы будете снова и снова втягивать её имя в этот разговор, ничего не изменится.

Стоявший на столе бокал едва заметно задрожал.

Никто не заметил.

Ауревия тоже.

Она лишь смотрела на Розелль, и глаза медленно краснели.

— Не имеет отношения ко мне?

Второй бокал тихо звякнул.

Сайрен повернул голову к Ауревии.

Она уже слишком глубоко ушла в собственные эмоции, чтобы заметить.

Розелль продолжила:

— Мы с Дасиеном сами разберёмся с тем, что между нами. Что касается ребёнка, никто не заставит меня от него избавиться.

Треск.

Бокал рядом с Дасиеном внезапно раскололся.

Осколки посыпались на пол.

Все обернулись.

Прежде чем кто-нибудь успел понять, что произошло, лопнул ещё один.

Потом вся посуда вдоль длинного стола начала дрожать. Основания чашек быстро застучали по столешнице, наполнив зал нервным грохотом.

Оборотни мгновенно насторожились.

Стража Серранте тоже двинулась вперёд.

Кто-то потребовал:

— Кто это сделал?

Ответа не было.

Ауревия стояла посреди толпы, по лицу уже текли слёзы.

— Я ждала его годами.

Она посмотрела на Дасиена, и губы задрожали.

— Он говорил, что всё должно ждать до свадьбы. А теперь у вас уже ребёнок.

Все свечи в зале внезапно пригнулись.

На одно мгновение помещение погрузилось почти в темноту.

Оконные рамы задрожали.

Несколько старейшин резко огляделись. Оборотни уже тянулись к оружию, а стражники Серранте решили, что другая сторона применила что-то исподтишка.

Розелль нахмурилась и придвинулась ближе к Дасиену.

Это небольшое движение оказалось прямо перед глазами Ауревии.

Её ладонь сжалась в кулак.

— Ты всё ещё к нему прижимаешься?

Оглушительный грохот прокатился по залу.

Целый ряд окон от пола до потолка разлетелся одновременно.

Стекло брызнуло внутрь. Все, кто стоял рядом, бросились в стороны. Кто-то оттащил Розелль с линии осколков. Дасиен отступил. Стражники обеих рас почти одновременно ринулись вперёд, и зал погрузился в хаос.

Даже Ауревия вздрогнула.

Она в неверии уставилась на разбитые окна.

Потом одна за другой картины на стенах перекосились.

Люстра над головой начала раскачиваться.

Сначала едва заметно.

Затем цепь с резким металлическим скрежетом заходила в креплении.

Кто-то наконец крикнул всем отойти.

Ауревия посмотрела на свои руки.

Она ничего не трогала.

Но каждый новый всплеск гнева заставлял зал реагировать всё сильнее.

Медленно она посмотрела на Сайрена.

Он уже следил за ней.

В тот момент, когда их взгляды встретились, в одной из каменных колонн что-то треснуло.

Лицо Ауревии изменилось.

— ...Это я?

Сайрен уже шёл к ней.

Никто другой Ауревию не видел. Для окружающих Божественный Сын клана ведьм, человек, который почти никогда сам ни к кому не подходил, просто шёл сквозь хаос к пустому участку пола.

Ауревия всё ещё смотрела, когда пальцы сомкнулись на её запястье.

Сайрен крепко удержал её, взгляд стал тяжёлым.

— Прекрати.

Одно слово.

Глаза Ауревии оставались красными. С эмоциями она не справлялась.

— Как мне прекратить? У него с ней ребёнок!

Люстра резко качнулась в сторону.

Сверху донёсся опасный металлический щелчок.

Сайрен потянул Ауревию к выходу.

Она споткнулась, двинулась следом и тут же выкрутилась, чтобы посмотреть на Дасиена.

— Я с ним ещё не закончила!

Сайрен не отпустил.

Он буквально вытащил её из зала, пока Ауревия продолжала возмущаться во весь голос.

— Почему ты меня тащишь? Тащи его! Ещё лучше — вышвырни заодно и эту женщину!

Когда они вышли, дрожь внутри зала постепенно ослабла.

Люстра качнулась ещё несколько раз и начала останавливаться.

Чашки на столе тоже успокоились.

Внутри все пытались понять, что только что произошло. Вампиры и оборотни смотрели друг на друга с открытым подозрением, каждая сторона была уверена, что сила исходила от другой.

Ауревия стояла в коридоре, слушала шум и только теперь начала осознавать.

Сайрен отпустил её запястье.

Она посмотрела на собственную руку.

Через некоторое время тихо спросила:

— Это правда была я?

Сайрен не ответил.

Выражения лица хватило.

Ауревия прислонилась спиной к стене. Гнев никуда полностью не исчез, но после взрыва эмоций на его место начала приходить усталость.

— При жизни я так не могла.

Она вспомнила дерево, которое сломала одним ударом. Потом целую стену окон, взорвавшуюся в зале.

Впервые новое тело немного её испугало.

— Люстра ведь тоже почти упала?

Сайрен слегка кивнул.

Ауревия несколько секунд молчала.

— ...Хорошо, что ты меня вытащил.

Признание продержалось меньше минуты, прежде чем она снова зло посмотрела в сторону зала.

— Но Дасиена я всё равно ужасно хочу ударить.

Сайрен развернулся и пошёл прочь.

Ауревия тут же двинулась следом. Эмоции стали ровнее, чего нельзя было сказать о её рте.

— Два месяца. Я тогда была жива. Он мог прийти, сесть напротив и вести себя так, будто ничего не происходит. И у Розелль ещё хватает наглости. Уводит чужого мужчину, а потом стоит перед моей семьёй и говорит, что это ко мне больше не относится.

Сайрен не отвечал.

Через некоторое время Ауревии наконец нечего стало добавлять.

Она замолчала и посмотрела ему в спину.

Потом вспомнила кое-что ещё.

Когда в зале она потеряла контроль, Сайрен оказался единственным, кто пошёл прямо к ней.

А после его прикосновения сила, едва не разорвавшая помещение, постепенно успокоилась.

Ауревия посмотрела на запястье, которое он держал.

На этот раз она ничего не сказала.

Просто пошла за ним дальше.

Глава 17 — Дверь, запечатанная тремя расами

После ухода из зала Ауревия недолго сохраняла тишину.

История с Дасиеном и Розелль всё ещё лежала камнем на груди. Чем дальше она шла, тем сильнее снова злилась. Несколько минут ругала Дасиена, вспоминала почти двухмесячную беременность, замолкала на несколько секунд, потом находила новый повод и начинала заново.

— Он говорил мне ждать свадьбы. — Ауревия скрипнула зубами. — А тем временем другая женщина уже беременна. Я ещё думала, что у него принципы. Сейчас вспоминаю и понимаю, какой же я была...

Одна свеча на стене погасла.

Она остановилась.

Погасло второе пламя.

В коридоре не было ветра. Все окна закрыты. И всё же остальные свечи начали бешено мерцать.

Ауревия две секунды смотрела на них.

Позади с грохотом захлопнулась дверь.

Она резко обернулась.

— Я ничего не трогала.

Сайрен посмотрел на закрытую дверь.

Ауревия поспешила уточнить:

— Правда. Я только говорила. Даже руками не махала.

Ваза впереди задрожала.

Ауревия тут же указала на неё.

— Не надо.

Ваза затряслась сильнее.

— Я сказала, не двигайся.

От края поползла трещина.

Ауревия окаменела.

Ваза раскололась на несколько частей и упала на пол.

Несколько секунд она молча смотрела на осколки, потом медленно повернулась к Сайрену.

— ...Кажется, я всё хуже этим управляю.

Сайрен обошёл разбитый фарфор и продолжил путь, будто взрывающиеся в коридорах вазы были самым обычным неудобством.

Ауревия поспешила следом.

— Не делай вид, будто это нормально. Я чуть не уронила люстру в зале, а теперь вещи взрываются даже когда я спокойна. Такими темпами в следующий раз, когда испортится настроение, придётся ремонтировать весь коридор.

Мужчина впереди всё так же молчал.

Пройдя за ним ещё немного, Ауревия поняла, что они уходят всё глубже в незнакомую часть поместья.

Слуг здесь не было. Даже гербы на стенах сменились более старыми вариантами знака Серранте. В детстве Ауревия несколько раз бывала в северном крыле, но отец велел туда не ходить, и она быстро потеряла интерес.

— Что ты здесь делаешь?

Сайрен продолжал идти.

За следующим поворотом его шаг неожиданно замедлился.

Навстречу приближались двое патрульных.

Сайрен отступил в тёмную нишу у стены и дождался, пока шаги стихнут, после чего снова двинулся вперёд.

Ауревия видела всё.

— Ты от них прятался.

Сайрен пошёл чуть быстрее.

Ауревия моментально догнала.

— Ты часто здесь тайком ходишь? С тех пор как поселился у Серранте?

На этот раз он наконец посмотрел на неё.

Это только подтвердило подозрение.

Прошлой ночью он тайно следил за Розелль. Теперь избегал стражи прямо в доме Ауревии. Все считали его принесённым в жертву Божественным Сыном, которому почти всё вокруг безразлично, однако маршруты патруля в главном поместье он знал достаточно хорошо, чтобы двигаться незамеченным.

Наконец они остановились перед чёрной деревянной дверью.

Замок был очень старым. Поперёк центра тянулась серебряная печать.

Но внимание Ауревии привлекла верхняя часть рамы.

Рядом с гербом Серранте в дереве были вырезаны ещё два знака, настолько стёртые, что она едва их заметила.

Голова волка.

И круглая луна, обведённая тонкими линиями.

— Почему здесь герб оборотней? — Ауревия наклонилась, разглядывая резьбу.

Сайрен уже осматривал стену с другой стороны.

Она подошла следом и долго смотрела на символ луны-кольца.

— Похоже на знак ведьм. Как я раньше этого не видела?

Три расы оставили свои символы внутри старой запечатанной части вампирского поместья.

Вопросов сразу стало в несколько раз больше.

Сайрен поднял руку к серебряной печати.

Едва пальцы приблизились, луна-кольцо на двери вспыхнула.

Ауревия инстинктивно отступила.

Одновременно погасли все свечи в коридоре.

Их накрыла темнота.

Ауревия несколько секунд молчала, потом тихо произнесла:

— Хорошо. Вот это уже не полностью моя вина.

Сайрен остался перед дверью.

Серебряная печать уже снова выглядела как обычно.

Ауревия посмотрела на три символа рядом, затем на Сайрена.

На этот раз она не стала задавать вопросы.

Но запомнила всё, что увидела.

Глава 18 — Координаты эмоций

На следующий день после полудня Ауревия впервые исчезла прямо у Сайрена на глазах.

Он сидел за столом и просматривал стопку старых бумаг. Ауревия дважды обошла стол, всё ещё думая о запечатанной двери прошлой ночью.

— Можешь ничего не рассказывать. Я сама туда схожу и посмотрю.

Сайрен не поднял головы.

— Дверь меня не остановит. Замок тем более. Так что лучше реши сейчас, действительно ли хочешь продолжать что-то скрывать. Когда я увижу, что внутри, будет поздно.

В голове Ауревии всплыло северное крыло.

Перед глазами стало чёрным.

Когда зрение вернулось, она стояла прямо перед чёрной дверью.

Ауревия застыла.

Комната, стол и Сайрен исчезли. Коридор вокруг был совершенно пуст.

Она посмотрела на себя, потом на дверь.

— Как я сюда попала?

Она не шла.

Не проходила сквозь стену.

Просто подумала об этом месте.

И тело оказалось в другой точке.

Ауревия постояла несколько секунд. Любопытство быстро победило удивление.

Раз уж она здесь, можно и проверить.

Ауревия шагнула вперёд.

Но прежде чем ладонь прошла сквозь дверь, с другой стороны донёсся слабый звук.

Кто-то говорил.

Ауревия сразу остановилась.

Полные фразы разобрать не получалось, только отдельные обрывки.

— ...граница...

— ...Король Волков не должен знать...

Потом тишина.

Ауревия нахмурилась и наклонилась ближе к двери.

Появился другой голос.

— Ускорьте жертвоприношение Божественного Сына.

Ауревия замерла.

Сайрен.

Стоило его имени возникнуть в голове, коридор исказился.

Через секунду она снова стояла возле стола.

Сайрен поднял глаза, пока Ауревия всё ещё пыталась осознать случившееся.

— Я снова была в северном крыле.

Бумага в его руке перестала двигаться.

— И кое-что услышала.

На этот раз даже шелест страниц прекратился полностью.

Ауревия сразу заметила реакцию и подошла к столу.

— Кто-то говорил о границе. Сказали, что Король Волков не должен узнать. Потом прозвучало что-то об ускорении жертвоприношения Божественного Сына.

Сайрен прижал страницу пальцем и долго её не переворачивал.

Ауревия смотрела на его руку.

— Значит, то, что ты ищешь в том месте, действительно связано с тем, почему тебя принесли в жертву и отправили сюда.

Она сделала паузу.

— И с оборотнями.

Сайрен молчал.

Символы на дверной раме беспокоили всё сильнее. Герб Серранте. Голова волка королевской линии оборотней. Луна-кольцо ведьм. Все три знака находились в одной запечатанной части, а теперь Ауревия услышала упоминания границы и жертвоприношения Божественного Сына.

Давить дальше она не стала.

Когда Сайрен решал молчать, десять дополнительных вопросов всё равно ничего не меняли.

Ауревия как раз собиралась испытать своё странное перемещение на другом месте, когда в голову пришёл Дасиен.

Мир качнулся.

Она оказалась в другой комнате.

Дасиен стоял у окна спиной к ней.

Ауревия тут же закатила глаза.

— Почему я оказалась здесь?

К этому моменту один его вид уже раздражал. Оставаться ещё хотя бы две секунды она не собиралась.

Ауревия подумала о Сайрене.

Комната исчезла.

Она снова оказалась у стола с выражением чистого отвращения на лице.

— Я обнаружила проблему.

Сайрен посмотрел на неё.

— Думаю о кухне — ничего. Думаю о саде — ничего. Но стоит подумать о Дасиене, и я оказываюсь прямо рядом с ним. Думаю о тебе — возвращаюсь сюда.

Даже произносить это было неприятно.

— Эта способность выбирает только людей, к которым я сейчас чувствую слишком много?

Сайрен перевернул страницу.

Ауревия одного взгляда хватило, чтобы понять: ответа не будет.

Впрочем, сейчас её больше интересовало другое.

— То, что скрыто за той дверью, связано со всеми тремя расами, верно?

Сайрен снова опустил взгляд.

Ауревия тихо фыркнула.

— Ладно. Не рассказывай. Теперь я могу сама туда ходить.

Он наконец поднял голову.

Ауревия улыбнулась.

— Уже начинаешь жалеть, что позволил мне найти это место?

Сайрен сразу перевернул следующую страницу.

Улыбка Ауревии стала шире.

Глава 19 — Старые голоса в стенах

К вечеру Ауревия начала слышать ещё больше голосов.

Первым был женский плач.

Она сидела у окна и листала книгу, когда звук заставил поднять голову. Он шёл будто издалека, словно оказался заперт где-то внутри стен. Женщина плакала короткими, прерывистыми всхлипами и явно старалась делать это как можно тише.

— Кто-то снаружи.

Сайрен не шевельнулся.

Ауревия несколько секунд прислушивалась, потом сама встала.

— Ты этого не слышишь?

Он посмотрел на неё.

Она сразу поняла и прошла прямо сквозь дверь.

Плач вёл к северному крылу.

Чем ближе Ауревия подходила к старой части, тем тише становилось настоящее поместье. Ночью коридоры пустовали.

Зато она начала различать множество других звуков, будто застрявших в стенах.

Спорящие люди.

Чей-то бег.

Далёкий звон металла о металл.

На середине коридора одна фраза вдруг прозвучала совершенно отчётливо:

— Нельзя допустить перемирия на границе.

Ауревия остановилась.

Голос почти сразу расплылся.

Следом появился мужской.

— Если оборотни узнают, для чего на самом деле нужна жертва, они перестанут сотрудничать.

Выражение Ауревии медленно стало серьёзным.

Позади послышались шаги.

Сайрен пошёл за ней.

Ауревия обернулась. Впервые она не начала с жалобы и просто повторила услышанное слово в слово.

— Кто-то говорил о перемирии на границе. Потом сказали, что если оборотни узнают истинное назначение жертвоприношения, они больше не будут сотрудничать.

Сайрен посмотрел вперёд.

Ауревия проследила за взглядом.

Чёрная дверь была уже близко.

Она двинулась к ней.

Чем ближе подходила, тем хаотичнее становились старые звуки. Большая часть фраз обрывалась, оставляя лишь отдельные слова.

— Кровная линия...

— Королевская семья...

— Соглашение...

— Жертва...

Когда Ауревия подошла к двери, низкий голос внезапно прорезал все остальные.

— Пока Божественный Сын находится у Серранте, все три стороны смогут продолжать.

Ауревия резко обернулась.

Сайрен стоял позади.

Впервые часть обычной отстранённости исчезла с его лица.

Ауревия долго смотрела на него.

— Значит, тебя отправили сюда не просто как подношение.

Сайрен не ответил.

Но отдельные фрагменты уже складывались во что-то намного большее.

Клан ведьм отдал своего Божественного Сына семье вампиров.

Каким-то образом были вовлечены оборотни.

Перемирие на границе оказалось связано с жертвой.

Почему?

Ауревия снова наклонилась к двери.

Из стены прорвался женский всхлип.

— Они снова выпустят войну наружу.

Следом раздался глухой удар.

Все голоса исчезли одновременно.

Ауревия резко отшатнулась и, не думая, схватила Сайрена за руку.

Она не замечала, что всё ещё держится за него, пока не повторила услышанное.

— Она сказала, что они снова выпустят войну наружу.

Сайрен опустил взгляд на её руку.

Голос Ауревии тоже стал тише.

— Это звучит совсем не как обычный конфликт между двумя расами.

Он по-прежнему ничего не объяснял.

Но впервые Ауревии совсем не хотелось на это жаловаться.

Только прошлой ночью Король Волков ворвался в поместье Серранте. Ребёнок Дасиена и Розелль уже подтолкнул отношения между вампирами и оборотнями к худшему возможному состоянию.

А старые голоса запечатанного крыла всё говорили о границах, перемириях, жертвах и трёх расах.

Ауревия смотрела на чёрную дверь, и беспокойство росло.

— То, что ты расследуешь, намного сложнее, чем Дасиен, сделавший ребёнка принцессе оборотней.

Сайрен взглянул на неё.

На этот раз Ауревия не шутила.

— Начинаю думать, что вообще не хочу знать, что за этой дверью.

Прошло несколько секунд.

Она вздохнула.

— Но я уже всё это услышала, так что делать вид, будто ничего не знаю, немного поздно.

Глава 20 — Одолженное тело

Следующее утро принесло Ауревии новую проблему.

Она пересекала двор вместе с Сайреном, когда навстречу подошёл молодой слуга с подносом. За последние дни через Ауревию прошло столько людей, что она уже перестала даже пытаться уступать дорогу.

Она продолжила идти.

В ту секунду, когда их тела наложились друг на друга, перед глазами стало чёрным.

А затем на неё одновременно обрушились ощущения, о которых она почти успела забыть.

Быстрое сердцебиение.

Воздух, наполняющий лёгкие.

Камень под подошвами.

Вес подноса в ладонях.

Даже утренний солнечный свет казался слегка тёплым на лице.

Ауревия посмотрела вниз.

Поднос держали две незнакомые руки.

Она едва его не выронила.

Слуга рядом быстро подхватил край.

— Что с тобой? Только что всё было нормально.

Ауревия открыла рот.

Из него вышел мужской голос.

— Я...

Она резко закрыла рот.

Сердце в чужой груди забилось быстрее.

Ауревия попробовала поднять одну руку.

Тело подчинилось.

Она отступила назад.

Ноги двигались именно так, как она хотела.

Ауревия поняла мгновенно.

Она находилась внутри тела этого мужчины.

Выйти.

Она мысленно закричала себе это слово.

Ничего не произошло.

Сознание словно застряло в чужом теле, и сколько Ауревия ни искала, выхода не находилось.

Другой слуга продолжал спрашивать, что случилось. Она слишком паниковала, чтобы отвечать. Отчаянно оглянулась и быстро заметила Сайрена впереди.

Он остановился.

Ауревия пошла прямо к нему.

— Помоги мне.

Голос всё ещё принадлежал слуге.

Его товарищ удивлённо посмотрел сначала на него, потом на Сайрена.

— С каких пор ты так близок с господином Астервейлом?

У Ауревии не было времени объяснять.

Она потянулась к Сайрену.

Едва кончики пальцев коснулись его рукава, через грудь пронеслось сильнейшее тянущее ощущение.

Всё поле зрения содрогнулось.

А затем её будто силой вырвали из тела слуги и отбросили назад.

Ауревия полетела вперёд.

Сайрен поймал её.

Она врезалась ему в грудь и инстинктивно вцепилась обеими руками в одежду. Лишь через несколько секунд медленно подняла голову.

Позади молодой слуга тоже пошатнулся, и товарищ схватил его за руку.

— Что с тобой только что было?

Мужчина выглядел совершенно растерянным. Коснулся лба.

— Не знаю. Я просто... на секунду отключился.

Двое слуг ушли.

Ауревия всё ещё не отпустила Сайрена.

— Я правда была внутри него.

Голос звучал непривычно тихо.

— Я чувствовала его сердце. Дыхание. Могла двигать руками и ногами. Хуже всего — сколько ни пыталась, не могла выбраться.

Сайрен посмотрел вниз на неё.

Ауревии понадобилось ещё мгновение, прежде чем она наконец отпустила его одежду.

— Хорошо, что прикосновение к тебе вытащило меня.

Она проводила взглядом слуг и сразу начала думать.

Если она может входить в чужие тела, значит, во многие места больше вообще не придётся пробираться тайком.

Тайны Дасиена. Розелль и оборотни. Даже записи в северном крыле, доступ к которым имели только определённые люди...

Сайрен уже смотрел на неё.

На лице Ауревии мелькнуло чувство вины.

— Я ещё не решила злоупотреблять этим.

По его выражению было ясно: не верит.

Ауревия кашлянула.

— По крайней мере, не сегодня.

Они снова пошли.

Через некоторое время мысли Ауревии вернулись к голосам прошлой ночи.

Жертвоприношение Божественного Сына.

Перемирие на границе.

Правда, которую оборотни не должны узнать.

И следы всех трёх рас в старой запечатанной части поместья Серранте.

Она покосилась на Сайрена.

— Я тебе помогу.

Его шаг слегка замедлился.

Ауревия продолжила, не дав ответить.

— Ты расследуешь то, что Серранте прячут здесь. Ещё пытаешься выяснить, что произошло между ведьмами и оборотнями и почему тебя сюда отправили. А я могу проходить сквозь стены, исчезать и появляться в других местах, слышать голоса прошлого, а теперь, похоже, ещё и залезать в чужие тела.

Сайрен остановился.

Ауревия тоже.

На этот раз она была намного серьёзнее обычного.

— Ты помогаешь мне найти человека, который меня убил. Я помогаю тебе найти то, что ищешь ты.

Двор вокруг был тихим.

Сайрен сложил бумагу в руке и дважды провёл кончиком пальца по сгибу.

Ауревия его не торопила.

Через мгновение он едва заметно кивнул.

Её глаза тут же загорелись.

— Ты кивнул. Это было твоё решение. Потом назад не заберёшь.

Сайрен уже снова шёл вперёд.

Ауревия поспешила следом и через несколько шагов добавила:

— Одно условие. Моё убийство тоже важно. Не смей на середине решить, что я теперь твой личный призрак-помощник на полный день, и забыть, ради чего я вообще согласилась.