Я (не) ваша проблема, господин декан. Том 2

Мортейн уже спустился с трибуны и направлялся к боковому выходу. Я заторопилась, понимая, что если сейчас его упущу, то возможно, вообще не увижу в ближайшую неделю.

Обогнула группу выпускников, я почти бегом бросилась к ректору:

– Господин Мортейн!

Он остановился и смерил меня слишком уж странным взглядом. Я сглотнула, но отступать было поздно.

– Господин ректор, можно с вами поговорить?

Глава 4

По выражению лица Мортейна было видно, что меньше всего на свете он сейчас желает разговаривать со студентами. Ректор академии Бастион едва заметно сжал губы и покосился на дверь, за которой только что исчез генерал Вэйд.

– Только быстро, Фолл, – процедил он сквозь зубы, не скрывая раздражения.

Я невольно поморщилась.

Ну надо же… Фолл, – мысленно огрызнулось подсознание. – Когда мы познакомились, господин ректор, вы лично сопровождали меня к Найреллу, шутили и называли особенной студенткой. Как быстро вы изменились.

В голове с новой силой зашевелились подозрения.

– Господин ректор, – начала я осторожно, – генерал Вэйд ведь не навсегда занял должность декана Арсенала?

При этом я внимательно смотрела на Мортейна, надеясь уловить хоть какую-нибудь искреннюю эмоцию. Замешательство, удивление, отголосок горя... но бесполезно. Сейчас передо мной стоял не человек, а ходячий памятник себе же. Каменное лицо, тяжёлый взгляд и бледные, почти бесцветные губы, сжатые в тонкую полоску.

– У генерала достаточно собственных обязанностей, Фолл, – сухо ответил он. – В Бастионе он останется до тех пор, пока мы не найдём достойную кандидатуру на замену.

На замену… Мне будто ткнули пальцем в свежую рану.

Он говорил об этом так спокойно, словно речь шла о сломанном стуле, который временно вынесли из кабинета и теперь собирались заменить новым.

– Вы так просто об этом говорите? – вырвалось у меня прежде, чем я успела прикусить язык.

Мортейн медленно прищурился. Ну надо же… хоть какая-то эмоция. Жаль только, что направлена она была исключительно на меня.

– А как, по-вашему, я должен говорить об этом?

– Не знаю, – призналась я и почувствовала, как под рёбрами начинает разливаться знакомое тепло. Только этого ещё не хватало! Устроить магический выброс прямо перед ректором после того, как Куинн только сегодня разрешил мне покинуть лекарское крыло. – Но Найрелл же ваш брат. Пускай вы не всегда ладили, но…

Несколько проходивших неподалёку студентов резко сбавили шаг, и Мортейн мазнул по ним таким взглядом, что любопытство моментально проиграло инстинкту самосохранения.

– Именно потому, что Габриэль мой брат, – ледяным тоном проговорил ректор, вновь обращаясь ко мне, – я не намерен обсуждать с первокурсницей ни свои чувства, ни наши с ним отношения. А тем более позволять личному вмешиваться в работу академии.

До отвращения разумно. И от этого было ещё паршивее.

– Но генерал Вэйд…

На языке уже вертелось признание о том, что старший Вэйд пытался склонить меня к слежке за Найреллом, однако Мортейн не дал договорить:

– Назначен временно и обладает достаточным боевым опытом, чтобы руководить Арсеналом. Решение принято. Надеюсь, теперь этот вопрос закрыт?

Нет.

Он даже близко не был закрыт!

Мне хотелось спросить, знает ли Мортейн, что генерал предлагал мне стать его личным осведомителем? Хотелось напомнить про тот день, когда мы с Ридом застали Найрелла в его кабинете с магической отмычкой, и наконец задать вопрос, который уже несколько минут сверлил голову.

Вы случайно не заодно с Вэйдом, господин ректор?

Но остатки здравого смысла всё-таки победили. Если я ошибалась, то покажу себя полной дурой, которая наслушалась подозрений Рида и теперь видит заговор в каждом углу. Ещё и друга выставлю в дурном свете.

А если не ошибалась… Тогда тем более стоило держать рот закрытым.

Наверное, Мортейн истолковал моё молчание по-своему, потому что напряжение на его лице немного ослабло.

– Я понимаю, что вы лишились наставника, Джейн, – произнёс он уже спокойнее. – Но советую не придавать отношениям с Габриэлем большего значения, чем они имели на самом деле.

Я медленно подняла на него глаза.

Большее значение? Да я вообще не об этом!

– Не совсем понимаю, о чём вы.

– О том, что Найрелл был вашим деканом и выполнял свою работу. Не больше. Насколько мне известно, он никогда не проявлял особого интереса к вашему обучению, Джейн.

На мгновение я даже растерялась.

– Он занимался со мной дополнительно, – проговорила я, гипнотизируя взглядом пуговицу на пиджаке Мортейна.

Я уже тысячу раз пожалела, что вообще затеяла этот разговор!

– По моему распоряжению, – невозмутимо напомнил ректор.

Я осеклась, но быстро взяла себя в руки и упрямо возразила:

– Всё равно он мне помогал.

– Потому что отвечал за студентов своего факультета.

Слова сорвались слишком быстро.

– Не только поэтому.

Мортейн едва заметно вскинул бровь.

– Вот как?

Я уже открыла рот, но вспомнила, что Найрелл велел никому не говорить о том, что мой лук – творение Артура Дэнга.

Перед глазами настолько ясно возникло недовольное лицо Найрелла, что язык будто прирос к нёбу.

Нет, я никому не расскажу об этом.

– Что, Фолл? – спокойно поинтересовался Мортейн.

– Ничего, господин декан, – процедила я, а его взгляд стал ещё тяжелее.

– Вот именно. Не принимайте профессиональную ответственность за какое-то особое отношение. Габриэль выполнял свои обязанности так, как считал нужным.

Вот теперь задело. Я ведь помню, как он отшвырнул Аарона… Как посмотрел на меня перед тем…

– Он спас мне жизнь, – тихо напомнила я.

На этот раз Мортейн ответил не сразу. Всего на пару секунд замолчал, и в его глазах мелькнуло что-то такое болезненное, что злость внутри меня на мгновение исчезла.

Но ректор тут же снова стал прежним.

– Габриэль спасал студентов не в первый раз, Фолл. Это тоже было частью его работы. Несколько лет назад он не смог прийти на помощь своей студентке, и это стало для него личной трагедией.

Я так сильно стиснула зубы, что заболела челюсть. Не смог спасти студентку?

Может, именно поэтому Найрелл, едва стоявший на ногах в Лэйквуде, думал о том, как вытащить меня живой? Именно поэтому кинулся ко мне в общежитии, когда Аарон уже почти задушил? А потом стоял весь в крови, держал за плечи и спрашивал, цела ли я?

Просто обязанности? Не хотел повторения личной трагедии?

– Поэтому, – продолжил Мортейн всё тем же ровным голосом, – проживите этот действительно неприятный момент и сосредоточьтесь на том, ради чего приехали в Бастион. Поблажек из-за случившегося не будет ни вам, ни остальным. Это боевая академия, и чем раньше вы окончательно поймёте, что потери являются частью выбранного вами пути, тем будет лучше для всех.

Неприятный момент?

У меня сжались кулаки.

Неприятный момент – это когда в столовой закончился любимый пирог. Или когда на тренировке магией подпалил себе рукав и потом полдня ходишь с дырой.

Но не когда человек…

Я резко втянула воздух и уставилась куда-то за плечо ректора.

Нет.

Если сейчас посмотрю ему в глаза, то точно скажу что-нибудь такое, после чего Арсенал вслед за деканом лишится ещё и одной первокурсницы. Причём совершенно официально – за хамство, непочтительность, а возможно, ещё и попытку собственными руками придушить ректора.

– Я вас услышала, господин Мортейн, – выдавила наконец.

Он задержал на мне взгляд, словно хотел что-то добавить, но передумал.

– Вот и хорошо.

А затем развернулся и ушёл, оставив меня посреди почти опустевшего зала буквально кипеть от злости. Ладони начали нагреваться, и я разжала кулаки, торопясь к выходу, пока случайно не подпалила что-нибудь казённое, и Мортейн не получил ещё один повод напомнить, что это боевая академия.

К общежитию я вернулась всё ещё злая. На генерала, на Мортейна и на всю эту проклятую академию, которая считает, что можно вычеркнуть из своей жизни важного человека и жить дальше.

Уже в комнате я хотела рухнуть на кровать и как следует выместить гнев на ни в чём не повинном покрывале, как взгляд зацепился за знакомый чёрный изгиб.

Мой лук!

Он остался цел!

Рядом белела сложенная вдвое записка с тектом, написанным почерком Кэсс:

Девчонки с Арсенала нашли его в холле после нападения и передали мне. Я ничего с ним не делала, только почистила. Отдыхай.

Несколько секунд я просто стояла, а потом, затаив дыхание, осторожно провела пальцами по гладкой чёрной древесине.

Машинально подняла его с кровати, проверила тетиву и вдруг вспомнила голос Найрелла:

Не убейся. И лук не угробь. Это будет лучшая благодарность, Фолл.

В памяти почему-то всплыл не полигон и даже не та страшная ночь, а маленький столик в уютном кафе.

Чашка кофе со сливками передо мной, мясной пирог между нами и Найрелл, который сидел напротив, не притрагивался к еде и зачем-то расспрашивал меня о папе.

Тогда я ещё переживала, что нас кто-нибудь увидит вместе. Господи, какая же я была дура!

Я бы сейчас отдала что угодно, лишь бы снова сидеть за тем столиком и переживать из-за какой-нибудь подобной мелочи.

Губы задрожали.

– Не угробила, – еле слышно прошептала я. – Видите, господин Найрелл? Хотя думала, что потеряла.

Ответа, разумеется, не последовало, и вот тут меня прорвало.

Я рыдала не тихо и красиво, как плачут благородные барышни в романах, позволяя одной-единственной слезинке скользнуть по щеке.

Куда там! Я разревелась так, что не могла нормально дышать и что есть мочи прижимала лук к себе. Плечи тряслись, нос заложило, слёзы текли по подбородку, и мне было совершенно плевать, насколько жалко я сейчас выгляжу.

– Нет уж, – прохрипела сквозь слёзы. – Не дождутся.

Грудь снова свело. Я судорожно вытерла щёки рукавом и крепче сжала лук.

– Я не приму его как вашу замену, господин Найрелл, – прошептала, глядя на своё слегка искажённое отражение в отполированной до блеска древесине. – Но я выясню, что происходит на самом деле.

Глава 5

Утром я проснулась по будильнику Кэсс, но сегодня мне не нужно было вскакивать вместе с подругой, натягивать тренировочный костюм и нестись вниз на обязательную пробежку.

Благодаря распоряжению Куинна, я спокойно приняла душ, высушила волосы и даже успела несколько минут посидеть на краю кровати, тупо глядя перед собой в одну точку.

Да уж… Лучше бы я бегала.

Тогда хотя бы не осталось времени на раздумья. От мыслей, которые лезли мне в голову, хотелось выть и кидаться на стену.

Я машинально побросала в сумку учебники, едва не забыв тетрадь по истории королевства, застегнула пуговицы на форменном пиджаке и направилась в столовую.

Там оказалось непривычно тихо, хотя зал был заполнен студентами. Обычно по утрам здесь царил гул, как в потревоженном улье: кто-то перекрикивался через несколько столов, обсуждал занятия, спорил из-за еды или торопливо дописывал домашнюю работу, пока преподаватель не поймал их с поличным.

Сегодня почти все молчали и поглядывали друг на друга с открытым подозрением. Я взяла поднос и медленно двинулась вдоль раздачи, замечая знакомые лица. И только у дальних столов поняла, чего ещё не хватает.

Компании Аарона и Берга.

Точнее, сами их приятели никуда не делись, просто теперь сидели по разным углам. Двое парней примкнули к выпускникам у окна, одна из девиц что-то оживлённо рассказывала студенткам Форса, другая завтракала совершенно одна и с таким выражением лица, будто никогда в жизни не слышала фамилию Берг.

Вот она, цена дружбы, – невесело фыркнула я, вспоминая, как ещё за несколько дней до нападения они держались вместе, а теперь даже не смотрят в сторону бывших друзей.

Я поморщилась и отвернулась – это их проблемы. Осуждать сил не было.

За одним из столов возле стены обнаружились Рид и Кэсс, о чём-то спорящие друг с другом. Я поставила поднос рядом и выдавила из себя улыбку:

– Доброе утро.

Кэсс буркнула, не поднимая головы:

– Смотря для кого.

– Что случилось? – поинтересовалась я у подруги.

Дракон переглянулся с Кассией, несколько секунд постучал пальцами по столу, а потом глухо сообщил:

– Берга больше нет.

Я застыла, так и не успев поднести чашку ко рту.

– Чего?

– Сегодня утром его нашли в камере, – Рид откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди. – Бездыханным. А сегодня должен был состояться официальный допрос.

Аппетит, которого и так почти не было, окончательно исчез.

– Он сам?

– Пока никто ничего не говорит, – вздохнул младший Вэйд. – Но самое поганое даже не это. Его собирались допрашивать в присутствии короля.

Наткнувшись на мой недоумённый взгляд, Кэсс тут же пояснила:

– С Артефактом Истины. Тем, который существует в единственном экземпляре и под воздействием которого невозможно солгать. Можно промолчать, отказаться отвечать, но сказать неправду не получится.

– Совсем? – удивилась я.

Конечно, я слышала про существование подобного артефакта, но лишь где-то вскользь и вкратце. Возможно, читала в какой-то из газет.

– Совсем, – кивнул дракон. – Он хранится во дворце и охраняется тщательнее королевской казны. Мой отец видел его всего один раз, когда приносил присягу его величеству.

Я медленно поставила чашку обратно. Как-то подозрительно всё это.

– И сегодня должны были проверить показания Берга?

– Не просто проверить, – пояснила Аурэль, – а зафиксировать в присутствии правящего короля и Совета. Потому что после такого допроса уже невозможно было бы заявить, что его заставили признаться, запугали или что следователи переврали его слова.

Холодок медленно пробежал вдоль позвоночника. Как же вовремя всё это… Настолько вовремя, что даже моё богатое на неприятные предчувствия воображение не смогло списать всё на простое совпадение.

– А твой отец? – осторожно спросила я.

Риддер скривился и неохотно ответил:

– В ярости. Король с утра спустил на него всех собак и весьма прозрачно намекнул, что если виновные продолжат умирать до допросов, то папа будет не армией командовать, а выращивать овощи в деревне.

Мне не было жаль генерала, но я не хотела злорадствовать в присутствии его сына. К счастью, младший Вэйд всё понял без слов и дружески потрепал меня ладонью по плечу:

– Птичка… извини, давай не будем о моём отце. Тебе и без него сейчас несладко.

Я опустила взгляд в тарелку и несколько секунд бессмысленно размазывала ложкой кашу.

– Как и всему Арсеналу.

– Джейн… – Кэсс положила ладонь мне на другое плечо и сочувственно сжала его.

– Правда, ребят, – я заставила себя поднять голову и почувствовала, как глаза снова становятся влажными. – Найрелл был не только моим наставником. Он помогал всем, без исключения. Хотя и делал вид, будто мечтает однажды прийти на полигон и обнаружить, что мы все разом исчезли.

– Ну, если бы вы действительно все разом исчезли, он бы с размахом отметил это в Райской птичке, - попыталась пошутить Аурэль.

Рид тихо хмыкнул, да и я бы рассмеялась, но сегодня как-то радоваться не получалось. Разговор постепенно сошёл на нет, и мы закончили завтрак, не проронив больше ни слова.

Из столовой мы разошлись в разные стороны. Кэсс отправилась к лабораториям, Рид – на занятия старшего курса, а я поплелась на историю королевства.

Учебный день шёл своим чередом: преподаватели объясняли новые темы, задавали вопросы, кто-то выходил к доске, рядом шуршали страницы и поскрипывали перья, а я честно старалась делать вид, что всё нормально. Старательно записывала конспекты и пару раз вполне удачно ответила.

Куда бы я ни пошла – везде одно и то же: смерть Берга, новый декан Арсенала, нападение, следствие, снова Берг. К середине дня голова гудела уже не столько от недавней травмы, сколько от бесконечных мыслей и версий.

А потом осталась последняя пара. Я остановилась перед расписанием и несколько секунд смотрела на знакомую строчку, будто надеялась, что та сама исчезнет или хотя бы чудом изменится.

Практика у Арсенала. Занятие, которое лично вёл декан Найрелл.

Я машинально сжала ремень сумки и задумалась, идти или всё-таки не рисковать. Куинн разрешил мне вернуться на занятия, но велел снизить нагрузку, а значит, никаких забегов, падений, отжиманий и прочих развлечений, которые Габриэль Найрелл считал необходимой частью обучения.

С другой стороны, если пропущу практику, потом придётся нагонять программу, а я и без того выпала из неё на несколько дней.

Можно ведь просто прийти и посмотреть?

Посидеть где-нибудь с краю, послушать объяснения, записать упражнения, а уже потом спокойно отрабатывать их, когда Куинн окончательно снимет ограничения.

Только стоило представить полигон, как вся разумность мигом испарилась. Я слишком хорошо помнила, как Найрелл прохаживался вдоль строя, цепляясь к стойке каждого второго, рявкал на тех, кто отвлекался, и неизменно находил способ заметить именно меня, даже если я старалась затеряться среди остальных.

И теперь на его месте будет стоять Вэйд.

От этой мысли захотелось развернуться и уйти куда-нибудь в противоположную сторону. Желательно на другой конец академии, а ещё лучше – в Фэйран.

Я уже почти убедила себя, что один пропуск не станет трагедией, как за спиной раздался знакомый голос:

– Поторопитесь, Фолл.

Я вздрогнула и медленно обернулась, заранее зная, кого увижу. Генерал Вэйд стоял всего в нескольких шагах, безупречно прямой, спокойный и настолько уверенный в себе, что мне тут же захотелось сделать что-нибудь совершенно детское. Например, показать ему язык и уйти.

Но разумеется, я этого не сделала.

– Доброго дня, генерал, – сухо поздоровалась я, намеренно не назвав его деканом.

Его взгляд неторопливо прошёлся по мне, задержался на сумке с учебниками, а потом вернулся к лицу. Губы дрогнули, как будто он попытался сдержать ухмылку.

– Насколько я понимаю, лекарь уже разрешил вам вернуться к занятиям?

– С ограничениями, – уточнила я на всякий случай. – Физические нагрузки мне пока противопоказаны.

– Разумеется, – генерал произнёс это слишком уж легко. Как будто мои ограничения его совершенно не волновали.

Дракон сделал шаг в сторону распахнутых дверей главного корпуса и, не оборачиваясь, добавил:

– Тогда не советую опаздывать. Уверен, сегодняшнее занятие окажется для вас особенно полезным, Джейн.

Глава 6

Сказав это, он развернулся и зашагал к полигону, не став проверять, иду ли я за ним.

И что-то заставило меня пойти следом! Я плелась по дороге, буравя ненавидящим взглядом его мощную спину, и мысленно ругала себя за то, что не успела вовремя сбежать из корпуса в общежитие.

Когда добралась до полигона, остальные уже успели выстроиться в относительно ровную шеренгу. Флора, заметив меня, торопливо подвинулась, освобождая место рядом, и вполголоса спросила:

– Всё-таки пришла?

– Сама в шоке, – пробормотала я и встала рядом.

Генерал тем временем прошёл вдоль строя. Сегодня на нём не было парадного мундира, только тёмная тренировочная форма без лишних украшений. Однако даже в ней он выглядел так, словно не на полигон явился, а сейчас поведёт наш первый курс штурмовать дворец и захватывать столицу.

– Для начала, – заговорил Вэйд, остановившись напротив нас, – хочу прояснить одну вещь. Я не собираюсь становиться копией вашего прежнего декана.

Сердце болезненно ёкнуло, но я заставила себя не опускать взгляд.

Он не выведет меня на эмоции. Не дождётся.

– Господин Найрелл создал эффективную систему подготовки, и было бы глупо менять её только ради того, чтобы продемонстрировать собственную власть. Однако у каждого боевого мага свои методы, и мои отличаются от его.

Сбоку кто-то тихо зашуршал одеждой, но в целом первый курс молчал и внимательно слушал временно исполняющего обязанности декана.

А генерал продолжил:

– Габриэль Найрелл в первую очередь учил вас выживать. Падать так, чтобы не свернуть шею, уходить с линии удара, держать защиту, контролировать оружие и не позволять противнику добраться до вас раньше, чем вы сообразите, что происходит.

Ну да.

А ещё Найрелл заставлял нас бегать до состояния, когда лёгкие были готовы вырваться через рот наружу, но упомянуть об этом дракон не посчитал нужным.

– И всё это действительно важно, – продолжил старший Вэйд. – Только бой не выигрывают вечным отступлением. Недавнее нападение тому живое подтверждение. Рано или поздно вам придётся перестать уклоняться и ударить в ответ, и неважно, что именно вы умеете в данный момент.

По нашей шеренге прокатилось оживление. Несколько парней довольно переглянулись, Флора заинтересованно вытянула шею, а откуда-то справа даже донеслось приглушённое:

– Ну наконец-то.

Я нахмурилась, ощущая внутри глухое раздражение.

Ну конечно. Нам же вдалбливали в головы, что прежде чем хвататься за магическое оружие и воображать себя великими героями, неплохо было бы научиться не сдохнуть хотя бы в первую минуту. А теперь пришёл генерал, сказал пару красивых фраз и половина группы уже заглядывает в пасть дракону.

Не верю, – мысленно огрызнулась я. – Ни единому слову. Уж лучше научиться уклоняться, чем нестись сломя голову на врага, превратившись для него в удобные мишени.

И я сама не ожидала, что вскину вверх руку прежде, чем здравый смысл успел крикнуть: Джейн, остановись!

– Вопрос, Фолл? – Вэйд с плохо скрытым интересом изогнул бровь.

– Да, генерал. – Я старалась говорить максимально спокойно, чтобы он не мог обвинить меня в желании устроить спор на ровном месте. – А если противник сильнее? Господин Найрелл говорил, что нет смысла учиться атаковать, пока мы не умеем защищаться от ответного удара. Разве попытка победить любой ценой не закончится тем, что нас просто перебьют по одному?

Повисла тишина. Флора бросила на меня недовольный взгляд и слегка толкнула локтем в бок, мол, ну чего ты опять лезешь?

Вэйд смотрел прямо на меня. В длинных вертикальных зрачках не отражалось ничего, кроме спокойного любопытства, и лишь уголок губ слегка дёрнулся в попытке сдержать ухмылку.

– Господин Найрелл был совершенно прав.

Я моргнула.

Вот так просто? Он даже спорить со мной не будет?

– Именно поэтому вы уже потратили достаточно времени на защиту, – продолжил генерал, будто не заметил моей реакции. – Но защита, которая никогда не переходит в атаку, лишь позволяет проигрывать чуть дольше. Я не предлагаю вам забыть то, чему вас учили, Фолл. Я предлагаю научиться пользоваться этим правильно.

Зараза. Звучало до ужаса логично.

Не найдя возражений, я молча опустила руку, а генерал задержал на мне взгляд ещё на пару секунд. И почему-то я была уверена на все сто: он прекрасно понял, что именно я имела в виду. И что вопрос был не учебным, а личным.

Так же как и его ответ.

– Сегодня отработаем защиту объекта и его захват, – объявил он, поворачиваясь уже ко всей группе. – Ситуация вполне реальная. Свидетель, раненый командир, связной или любой человек, которого противник хочет получить живым. Теневые твари далеко не всегда бездумно нападают и, если видят особенно ценную цель, то могут попытаться пробиться именно к ней. Поэтому приступаем. Одна группа защищает, вторая пытается прорваться.

Первый курс заметно оживился. Во мне невольно шевельнулся интерес, но быстро угас, стоило генералу посмотреть прямо на меня.

Вот же…

– Фолл сегодня исполняет роль объекта.

– Почему я? – вырвалось раньше, чем успела промолчать.

Несколько человек усмехнулись в предвкушении, но я сделала вид, будто не заметила.

– Потому что господин Куинн временно ограничил вам физические нагрузки, а стоять на одном месте не запрещено, – невозмутимо пояснил генерал. – Или вы предпочитаете провести остаток занятия на скамье? Которой, к слову, здесь нет.

– Нет, генерал, – процедила я сквозь зубы.

Вот чего я медлила? Надо было сразу уходить, как только эта мысль пришла мне в голову. Так бы не попалась на глаза генералу, и не пришлось бы участвовать в сомнительной авантюре.

А в том, что здесь не обойдётся без подвоха, я была уверена на сто один процент.

Глава 7

– Прекрасно, – хлопнул в ладоши старший Вэйд.

Мне вручили широкую алую ленту, которую требовалось закрепить на левом плече. Правила оказались до смешного простыми: одна половина группы защищает меня, второй нужно сорвать трофей.

Хватать меня руками генерал запретил, толкать тоже было нельзя, как и применять магию. А вот для моих защитников запрета не было.

– Работаете не больше чем на четверть резерва, – продолжил дракон, прохаживаясь перед группой. – Голова, шея и суставы неприкосновенны. Вижу потерю контроля – вылетаете из упражнения. Повторится второй раз – из занятия. На третий раз – добро пожаловаться в кабинет ректора.