Ведьмачьи Древности

— Будьте нашем гостем, сударь ведьмак, — басом пробурчал он.

Его жена Марта пнула Якуба локтем в бок.

— Негоже гостя прогонять в такой-то день… — пробурчал терпимо он, указав рукой на ведьмака.

Леська видела заледеневшего Янека и, приняв всё на себя, проглотила ком в горле и нежно взяла под ручку ведьмака. Из толпы гостей послышались удивленные возгласы и поползли осуждающие шёпоты. Мужики недоумевающе нахмурились, а бабы, переговариваясь, прикрыли рты руками, боясь, что за их слова ведьмак отрубит им языки.

— Леська! — зарычал медведем хозяин двора.

Его глаза словно налились кровью от злобы.

— Папенька, прошу, выслушай его, он… — бросилась на грудь Якубу Леся, встав на защиту своего возлюбленного.

На что старый охотник отпихнул её в сторону к матери и схватил ведьмака за кусок рубахи, выступающий из-под доспеха.

— Пошёл вон отсюда, ведьмачье отродье! Леську ты больше не увидишь! — оскаливаясь, проревел мужик и отпихнул от себя убийцу чудовищ.

— Я люблю вашу дочку, все эти годы, что я приходил, я делал всё для того, чтобы она была счастлива! — настойчиво разъяснил ведьмак. — Теперь же я купил землю, строю дом, — не отступал он.

— Ты погубишь её! Понимаешь?! Ведьмак не может дать моей дочери счастливой жизни. Ты хочешь, чтобы её убила одна из твоих тварей? — вопил хозяин. — Вон отсюда! — закричал грозно Якуб и указал на ворота. — А Леську мы выдадим за того, кого я скажу, завтра же!

Янека дерзко схватили. Леся завопила и в слезах пыталась пробиться к любимому, которого уже выпроваживали приглашённые гости. Янек не хотел никого ранить, но и не сопротивляться тоже не мог, толпа стеснила его и повела к воротам:

— Леся, я найду способ, обещаю тебе! — кричал в надежде он, отдаляясь всё дальше и дальше.

Хлопочущая мать поскорее закрылась с Лесей в хате, а ведьмака бесцеремонно выпихнули со двора, захлопнув перед лицом массивные ворота. Верная фырчащая Каштанка подоспела к своему хозяину, чтобы помочь встать. Янек нежно погладил её по бархатному носу и ещё раз окинул взглядом ворота.

Ведьмак и его лошадь опустошённо побрели прочь от деревни. Что-то внутри у него надорвалось, будто какой-то клапан отошёл от сердца. Что же делать? Убить семью своей любимой или выкрасть её саму, чтобы Леся потом его всю жизнь за это ненавидела и тосковала? Слова её отца не давали ведьмаку покоя. Что если охотник за чудовищами и вправду обречёт свою любимую на вечные скитания и опасности? Ведьмак всегда остаётся ведьмаком, и ни один семейный очаг не снимет с него это клеймо. Ураган мыслей кружился в голове убийцы чудовищ.

Светлые воспоминания одновременно оживляли и губили душу ведьмака. Вспомнил он и о первой встрече, как спас он Лесю от грифона. В тот день было так же солнечно, как и в этот. Янек довольный ехал по пыльной дороге, подбрасывая мешочек с монетами, что он выручил за накера, голова которого, кстати, свисала с седла Каштанки. Но эту идиллию прервал крик, доносившийся с золотого поля: девушка с охапкой полевых цветов в руке бежала через колосья, придерживая подол юбки. Её преследовала огромная тень, падающая на поле. Громогласный клокот королевского грифона как гром среди ясного неба расторгнул небеса. Почти схватил своими огромными, острыми когтями зверь несчастную девушку, как из колосьев появился ведьмак, вонзивший меч прямо в грудь бестии. Бездыханное тело издало последний клокот, похожий на писк. Тогда Янек вытащил серебряный меч из орла и подал руку травнице. Она изумленно, но с интересом ответила взаимностью.

— Разве вы не знаете, что в этих краях опасно? — с добродушной издевкой заявил ведьмак.

— Знаю, но травы сами себя не соберут! — более уверенно ответила ему травница. — К тому же они вам пригодятся, — с улыбкой указала она на рану ведьмака, что он получил под когтями и грудью грифона.

— Действительно, — улыбнулся охотник на чудовищ.

Янек мог воспользоваться эликсиром ласточки, чтоб залечить свои раны, он и трав мог сам насобирать, но не хотел. С тех пор Янек и Леся все пять лет провели в тайных свиданиях и встречах. Это воспоминание терзало ведьмака больше всех.

Тёмные грозовые тучи сгущались на вечернем небосводе. Темнота окружила ведьмака, и лишь свет от фонаря, висящего возле вывески местной корчмы, виднелся на пути. Проливной дождь заполонил всё вокруг. Шаг за шагом, свет всё ближе. Совсем скоро уже стал слышен скрип раскачивающейся на ветру вывески. Ни души, все попрятались кто куда, а Янек будто и не чувствовал на себе дождя.

Поставил он Каштанку под навес корчмы, где обычно должны стоять лошади усталых путников, но и там было пусто. Что ж, всё сено достанется одной Каштанке, хоть кому-то сегодня повезло. Только ведьмак прихлопнул свою красавицу по шее, как с ударом молнии на столбе с вывеской показался человек. Несколько секунд назад Янек был наедине со своей лошадью, а тут этот странный незнакомец, ехидно улыбающийся в адрес ведьмака.

— Приветствую тебя, ведьмак! — задорно поднял руку человек в жёлтой рубахе.

Охотник лишь осмотрел его безразлично и хотел было зайти внутрь, но незнакомец продолжил:

— Грубо они поступили с тобой, Янек, не спорю!

Ведьмак встал как вкопанный:

— Кто ты такой? — повернулся резко он, но на вывеске уже никого не было.

— Я твой друг, — послышалось из-под навеса.

Незнакомец стоял там, опершись об угол корчмы и скрестив руки на груди.

— Гюнтер О’Дим, к вашим услугам! — поклонился торжественно он. — Или же Господин зеркало…

— Откуда ты знаешь моё имя? — недоверчиво пробурчал ведьмак, окинув взглядом округу.

— Я всё знаю, друг мой, абсолютно всё, — обошёл загадочный человек Янека, — и про Леську твою знаю, — вновь исчез он, оставив за собой лишь голос из никуда, — и про тебя знаю, и про желания твои я тоже знаю…

— Чего ты хочешь?! — не на шутку разгневался ведьмак, как перед его носом снова оказался представившийся Господин Зеркало.

— Хочу тебе помочь. Ты ведь любишь свою ненаглядную девицу из Калиновки? — завораживающе говорил он. — Я предлагаю тебе сделку: твоё желание в обмен на услугу — заулыбался О’Дим.

— С чего мне тебе верить? — усмехнулся Янек, фыркнув носом.

— С того, что без своей Леськи ты и дня не проживешь…

Янек невольно задумался и слушал.

— Только представь, ты и она, вдвоём, живете в своём домике на холме, вокруг бегают детишки и…

— Вот ты и попался! Ведьмаки бесплодны! Все твои доводы — полная чушь! — возразил убийца чудовищ.

— Я и это могу исправить… — прошептал снова Господин Зеркало.

Тут Янек встал в ступор. Радужная оболочка его зелёных глаз как будто прокрутилась по часовой стрелке от изумления. Если он согласится на условия этого незнакомца, получит не только то, о чем мечтал, но и то, о чем мечтать не мог.

— Что за услуга? — промолвил обречённо ведьмак.

— Вот это по-нашему, мой друг! — обрадовался незнакомец и хлопнул победно в ладоши. — Загадай желание, а об услуге я расскажу после!

— А если услуга с подвохом?

Улыбка Гюнтера О’Дима немного изменилась.

— А ты умнее, чем я думал… Что ж, я могу лишь сказать, что моя услуга не будет касаться ни тебя, ни твоей любимой, — ехидно протянул руку О’Дим.

Ведьмак в ответ пожал её и сказал:

— Я желаю быть со своей любимой, что бы ни случилось, желаю благословления её родителей и добросовестного союза, — чётко проговорил своё желание ведьмак.

Он знал, как нужно вести себя с джиннами и загадывать им свои желания, «не загадывать вовсе», но это был кто-то посильнее джина. В любом случае опыт общения с ними во вред не будет. Отчаяние заставило ведьмака пожать руку демона в ту ночь. Хуже расставания со своей любимой Янек и вообразить ничего не мог, а значит, и джин не мог ничего сделать.

Мужчины пожали руки, вспыхнул слепящий свет, и Янек очнулся. Вот он едет верхом на Каштанке, вокруг те самые яблоневые сады на подъезде к Калиновке, то самое палящее солнце. «Неужели мне все это приснилось?» — подумал изумлённо он.

Но что это на нём надето? Белая чистая рубаха, дорогие сапоги, новые штаны. Янек оглядывал себя со всех сторон. А Каштанка? Новейшее седло с серебряными выделками, сбруя, сделанная на заказ, откуда всё это?

«Я что, напился и не помню, как всё это украл?» — подумал ведьмак.

Буквально недавно он проезжал этот сад, где его окутывали осуждающие взоры. «Убийца чудовищ, ведьмачье отродье». А сейчас — сын богатого купца едет, не иначе! Сапоги начищены, штаны постираны, белая рубаха так и благоухает от лёгкого ветерка, пусть местами, правда, и помокрела от жары. Все бабы в саду так и вздохнули, завидев этого барина, да так, что работу свою побросали. Мужики и дети приветливо махали благочестивому господину. Теперь ведьмак окончательно насторожился: к такому тёплому приему он точно не привык.

Лошадь недоверчиво заржала, глядя на всю эту картину.

— Тише, девочка, я тоже не до конца понимаю, что это всё означает, — пригладил ведьмак её по шее, усмехнувшись.

Неизвестно, что было вчера и откуда вся эта одежда с седлом. Выиграл в Гвинт? Это с каким идиотом надо было играть, чтоб столько всего забрать? Это каким идиотом надо было быть, чтоб проиграть два ведьмачьих меча! Оружие пропало, а в ножнах свисала лишь одна хорошо наточенная сабля. Ответа ни на один вопрос так и не нашлось. Сегодня Леську будут отдавать замуж за неизвестно кого, а значит, цель одна — помешать этому.

Сады они с Каштанкой постепенно миновали, указатель оказался позади, прошли и старую наклонившуюся иву, а значит, совсем скоро появится на горизонте и Калиновка. Всё ближе и ближе подходят они к деревне, всё тревожнее и тревожнее становится на душе.

Вдруг на развилке впереди Янек завидел повозку, услышал обрывающиеся выкрики, мат — суета, одним словом, непонятная. Кажется, кого-то грабили. Ведьмак, не раздумывая, поднял лошадь в галоп и ринулся на помощь бедолагам.

Повозка со свежей олениной была атакована бандой местных разбойников. Они оторвали у телеги колесо, прирезали одного из торговцев и хотели было приняться за другого, как их внимание привлёк надвигающийся вихрь в виде летящего верхом всадника с саблей в руке. Не успели бандиты опомниться, как один лишился головы, а другой был располовинен.

— Демон! Демон! — засипел один из паршивых бандюганов.

И это ведьмак ещё только был верхом. Соскочил он с Каштанки и вихрем добил всех остальных разбойников, кидающихся на него с булавами и мотыгами. Возле повозки сидел, ухватившись за сердце, старый знакомый Янека — охотник Якуб, отец его возлюбленной. Поднялся, осмотрел трупы и отрезанные конечности, а после с опаской протянул дрожащую руку своему спасителю, молчаливо стоящему напротив.

— Благодарю вас, сударь… — проглотив слюну, проговорил старый бородатый охотник.

Тон Якуба совсем не схож с тем, что был вчера. Его взгляд изучал ведьмака будто впервые. Янек начал понимать, что Якуб его явно не узнаёт. Со страху память потерял или все грехи вмиг простил, как перед лицом смерти оказался?

Вдруг издалека послышался стук приближающихся копыт. Двое молодых людей в синих бешметах скакали прямо в сторону спасённой телеги. Снова бандиты? Гвардия местного земляного магната? Янек был готов отрубить головы и им в случае атаки, но слова запыхавшегося паренька на вставшей кобыле его остановили:

— Господин Ян… Мы с донесением от вашего отца… — еле отдышался упитанный молодой человек, — Так как груз в очередной раз был доставлен в двор Туссента в целости и сохранности, князь награждает вас почётным орденом и просит лично явиться для подписания договора о дальнейших постоянных поставках бутылочного стекла, — протараторил он.

— Так вы граф? Или дворянин какой? Какая честь для меня быть спасённым таким достопочтенным человеком! — залепетал сразу Якуб перед ведьмаком, пока тот пытался сложить пазл в своей голове.

— Господин Ян… — высокомерно начал худощавый конопатый парень, — Является почетным членом купеческой гильдии НОСТ, чьи товары продаются и перемещаются по самым крупным городам страны! — всё так же надменно уточнил для неотёсанного охотника юноша.

— Прошу прощения, милсдарь… Господин… — склонился пуще прежнего Якуб перед ошарашенным ведьмаком и ещё сильнее затряс его руку. — Как мне вас отблагодарить?

Где-то год назад Янек ходил с Лесей на представление бродячего цирка, так хохотали они в тот день, что на всю жизнь бы запомнилось. Эта ситуация, кажется, была из той же оперы. Ведьмак думал, что такое только в театрах бывает, и искал глазами билетёра. Но те двое молодых людей явно были уверены в своей правоте и здравом уме, что наталкивало на мысль о том, что нужно сыграть свою роль.

— Что ж… — поставил руки в боки «милсдарь-господин». — С вас я платы не возьму.

— Ну что вы, сударь, прошу! Позвольте мне хотя бы вас накормить в дорогу! Тут деревня моя недалече, отобедаете и дальше в путь-дорогу отправитесь… — лебезил Якуб и так и эдак перед неузнанным зятем, которого он вчера столько любезно выставил со двора.

— Согласен, — быстро спохватился ведьмак, — Ну что, мои… э… бравые ребята… — протянул неуверенно, но инициативно он, — Тоже будут не против поесть перед дорогой к…

— Князю, — боязливо вставил пухленький парнишка.

— Точно, к князю, в Туссент, край вина, — живенько уточнил Янек, прихлопнув по плечу тестя.

— Как скажете, милсдарь, только вот колесо обратно присобачу, и тут же отправимся! — захлопотал спасённый Якуб.

— А мы с ребятами вам поможем, да, парни? — утвердил ведьмак, подняв колесо с обочины дороги.

Юноши переглянулись, раз хозяин приказал — делаем. Починив повозку с олениной, мужичьё отправилось к деревне, о которой говорил Якуб. По дороге Янек крутил разные мысли в своей голове. Уж столько-то времени спустя Якуб явно признал бы ведьмака, он же не слепой, да и эти два паренька одетых с иголочки, что так дерзко обвиняли неотёсанного охотника в его незнании: мол, «Перед тобой сам граф! Или купец! А ты, свинья, ещё и в ноги ему не упал?!» — так ведьмак услышал слова конопатого парня, когда тот гордо называл все титулы ведьмака, о которых он и знать не знал. Собственно, как и о названном «отце», которого у ведьмака никогда и не было.

Янек убедился в своей догадке. Всё при нем: титул, деньги, шелка, людская милость — всё то, что позволит ведьмаку добиться расположения родителей своей ненаглядной Лесеньки. Чего он, кажется, уже добился… Всё-таки Господин Зеркало не привиделся вчера ведьмаку, желание работает… Но это ещё не всё, а то вдруг охотник на чудовищ во двор зайдёт, а там теща с топором встречает!

Едут мужики по пыльной дороге, а Якуб всё расхваливает свой дом, свою деревню, но ничто он так не хвалил, как свою дочку. И умница, и красавица, и жениха себе ищет! Ведьмаку оставалось делать вид, что он не знает, о ком и речь идёт. Но также приходилось наигранно проявлять интерес, предписанный ему ролью богатого сына ещё более богатого купца.

— А вы сами откуда будете? — осторожно поинтересовался Якуб, перебирая поводья возницы.

— Я буду из Белого сада… — ответил неуверенно ведьмак и посмотрел на реакцию свиты.

Кажется, он угадал, ведь пареньки и ухом не повели. Значит, оттуда и есть.

— А из какого вы рода? Что-то не видал я вас здесь раньше.

— Из рода… Блавикенов — снова проверил он парнишек косым взглядом.

Видать, ведьмак бил прямо в цель. Белый сад, Блавикен — всё, что первое в голову приходило, то он и говорил.

— А братья у вас имеются?

— Да! Целых три! — наигранно ответил ведьмак, чтобы в случае чего соскочить и отшутиться перед своей свитой, но, кажется, и тут он оказался прав.

Всадники приняли его слова за чистую монету. То ли ведьмак ещё и телепатом стал по велению О’Дима, то ли всё так и есть, как он сказал. На все вопросы старого охотника ведьмак давал ответы, которые Якуб хотел услышать. Голубая мечта старого охотника едет рядом с ним прямо в родную деревню. Чудеса!

— Познакомьте меня с вашей дочкой! Уж больно вы её расписываете хорошо! — проявил ответную инициативу Янек. — Жену я себе ищу уже долго, а всё не то попадается!

А Якуб и радый:

— Конечно, господин, само собой, такая честь для нас!

Соседи и знакомые старого охотника, попадавшиеся мимо, так и шуршали меж собой, кого это Якуб там везёт. Поджарый мускулистый молодец, со свитой, да в такой одежде. И правда жениха своей дочке за одну ночь нашёл!

Вечер. И вот снова настигнул Янек ворота Калиновки. Снова в его груди всё сжалось. На этот раз заехал он в этот двор не как незваный гость, а как желанный подарок. Едет он, и все соседи расплываются в улыбках. Старушки-соседки щебечут задорно на лавочке, доярки чуть вёдра с молоком не бросают, мужики уважительно кивают головой. И только лишь старый косарь в соломенной шляпе смутился, прищурив глаза. Где-то он видел уже этого холёного молодца.

Всю эту картину из оконца наблюдала обессиленная Леся, всю ночь она проплакала, надеясь на чудо. А здесь отец со своим обещанным женихом приехал. Матушка приобняла бедняжку и погладила по голове:

— Не печалься, доченька, посмотри, какой пригожий хлопец…

— Нет, матушка, не пойду я за него! — вырвалась Леся и бросилась прочь от окна.

Телега со свитой остановилась, и Якуб радостно воскликнул:

— Жена! Накрывай на стол! Гостя я важного привёз!

После этих слов вся деревня захлопотала перед ним, бабы побежали за лучшими платьями и платками с бусами, мужики поставили стол и лавочки, матушка невесты суетилась у печи, чтобы поскорей подать еду и уважить гостя. Только лишь Леська сидела у своего стола и крутила в руках шкатулку, которую подарил ей её любимый ведьмак. Своими тонкими пальцами она повторяла узоры, извивающиеся по лакированному дереву. Хотел Янек пробраться к её окну, но кто ж даст? «Сударь, попробуйте пастилу, сударь, позвольте сапоги вам почистить, господин, присядьте, господин, приляжьте…»

Зайдя в хату, Якуб тихонько прикрыл дверь и сказал жене:

— Одень Леську как на свадьбу! Чтоб всем невестам невеста была! Такого суженого ей нашёл! Мы с тобой до конца жизни будем в меду купаться! — расхваливался гордо он.

— Где ж ты надыбал его, а? — прошептала Марта, поглядывая в окошко на жениха.

— Спас он душеньку мою! Чуть не загубили меня ироды с этим треклятым мясом, как граф выскочил из ниоткуда, — воодушевлённо рассказывал старый охотник. — Одного — Бац! Второго — туда же! А дальше как в тумане… Отдышался я, как все лежат уже, кто где. «Спасибо» говорю ему, а тут и свита подоспела, сказали мол «Господин, князь из Туссента вас орденом награждает, благодарит за работу», о как! — жестикулировал ошеломлённо Якуб, иногда поглядывая на гостя в окно. — Я ж про Леську-то ему рассказал, мать… Кажись, заинтересовался купец, надо брать!

— Оййй… — заахала матушка на радостях и положила ладонь на покрасневшую от печного жара грудь.

Муж с женой переглянулись и помчали хлопотать дальше, чтоб зятю будущему угодить.

Настало обеднее время. Деревенские сели за стол. Только вот дочери охотника нет. Янек везде озирается, ищет глазами свою ненаглядную, да нет её нигде. Пытается сохранить улыбку на лице для виду, ведь такой богатый купец грустить не может никогда. А самого-то тревога мучает. С бестией биться не так страшно, как жениться!

— Сейчас придёт, барин, не переживай! — Якуб добродушно прихлопывает ведьмака по спине, расстилается как может и сынком уже кличет.

После очередного глотка из кружки с вином Янек хоть немного взбодрился. Через несколько мгновений гул подпитых мужиков прервала распахнувшаяся скрипучая дверь охотничьей хаты. Ведьмак замер, его поддельная улыбка переросла в настоящую, когда увидел он Лесю.

Матушка вела её, прихватив за плечи. Белое платье с красной вышивкой и червлёным поясом легонько шелестели от невесомых шагов. Цветы в венке будто распускались на душистых волосах. Только вот глаз, прорыдавших всю ночь, — не скрыть. Леся держала голову опущенной, не хотела и смотреть на жениха, которого нашёл ей отец. Не хотела никого другого она видеть возле себя. Где-то в глубине души представляла себе это как измену. Казалось бы, простой взгляд, но он теребил ей душу. А Янек не мог и глаз оторвать от любимой, всё ждал он, когда Леся посмотрит на него, узнает, улыбнётся, засмеётся от чудного непривычного вида разодетого ведьмака.

— Знакомьтесь, милсдарь, дочь это моя Леся, — протянул почтительно Якуб.

Молчание было ему ответом. Леся и рта открывать не хотела.

«Вот упрямая», — усмехнулся про себя ведьмак, оценив филигранную преданность девушки.

— Лесенька, а это — Господин Ян из купеческой семьи, очень богатой семьи, дочка! — настойчиво акцентировал внимание хозяин дома. — Ищет себе жену!

— Что ж… Надеюсь вы её найдёте, — уперто съязвила девица, не поднимая головы.

Не успел ведьмак налюбоваться ей, как Леся, резко подорвалась со скамьи и умчалась прочь от обеденного стола, бросив на прощанье свой венок из полевых цветов. Не разглядела она своего возлюбленного и помыслить не могла, что может оказаться он за одним столом с отцом. Матушка и спохватиться не успела, как её дочку уже ветром унесло.

— Простите, сударь… — покраснела хозяйка дома, принасупившись. — Сейчас я её обратно приволоку, — заторопилась она.

— Нет-нет, не нужно, я согласен, я возьму вашу дочь в жёны, — наигранно похвалился ведьмак, подкрутив ус.

Якуб запестрел от счастья, как индюк перед зерном:

— Ну вот видите, как оно сложилося! — свёл он свои пальцы друг с другом.

Матушка выдохнула с облегчением и улыбнулась небесам. Гости ликующе подняли рюмки и уже начали расписывать будущее детей и внуков молодых: Как назвать дочку, кем будет сын.

— Говорю те, Митрофановна! Надо Яриной назвать! Как егоза девка будет, во!

— А Алевтина тебе чем не ладна? Мне ещё бабка говаривала, что имя важную роль в судьбе человеческой играить! О как!

Милостивая родня уже всё решила за молодых. Главное — жених согласен, а Леська подобреет со временем и забудет своего ведьмака. «Стерпится — слюбится» — так думали все соседи и родственники.

— Играем свадьбу, дети мои! — приобнял ведьмака глава семьи.

— Милок, так, может, вы у нас останетесь и на ночь? — забеспокоилась Марта: больно далеко такого зятя отпускать ей не хотелось.

— Что ты такое говоришь, женщина? — забубнил Якуб. — Может, у человека дела какие важные!

— Я останусь, свадьбу сыграем как можно скорей! — поддержал хозяйку дома ведьмак и заулыбался, глядя на реакцию тестя.

— Так оно… Эт самое… Как скажете, барин, нам только в радость! — заизвивался старый охотник в угоду гостю и прихлопнул грубыми ладонями по карманам.

Не ожидал он такого скоропостижного решения от столь важной особы. Якуб столько всего напридумывал: и на рыбалку купца свозить, и на охоту сходить, столько всего ради согласия жениться на его единственной дочке, а оно вон как получилось! Понравилась видно Леська жениху сильно, коль секундного взгляда хватило ему для решения. Спрашивать богатея об этом никто и не собирался, а то спугнут ещё!

— Ваша милость! — подоспел со спины ведьмака парнишка из купеческой свиты. Он вытер рот рукой от только что съеденных щей и сказал: — Что прикажете делать?

— Завтра мы играем свадьбу, здесь, — перешёл в наступление ведьмак, — Сообщите моему отцу и… остальным… — уверенно махнул он рукой, отправляя своего подданного в добрый путь.

Так охотник на чудовищ вошёл в свою роль и позабыл о том, что отца и никаких «остальных» у него нет. И кого там приведут эти два прислужливых паренька — одному Богу известно. Опомнился ведьмак только тогда, когда пыль из-под копыт лошадей его свиты уже опустилась у деревенских ворот. Почувствовав уверенность своего положения в глазах сельских, он решил не медлить и поскорей закончить начатое. Пока все пребывали в неведении, нужно жениться на Лесе как можно скорее и позабыть этот театр, а то заигрался больно ведьмак. Обман… обман колол его изнутри. Ну пусть уж лучше её родители думают, что дочка вышла замуж за богатого дворянина и уехала за тридевять земель, нежели будут горевать по ней до скончания лет, проклиная ведьмака, укравшего её.