Принцесса Белого Дракона

Как только белые драконы немного пришли в себя после пещеры и восстановили силы, девушку официально вызвали на совет в Город Белых Драконов. Это был величественный, холодный мегаполис из парящего мрамора, соединенный хрупкими радужными мостами. В грандиозном амфитеатре под открытым небом ее ждала вся элита мироздания: правители эльфов, гномов, верховные колдуны и новый, только что избранный по закону меча правитель Города Черных Драконов — мужчина с жестким лицом, который теперь пытался собрать по кусочкам то, что разрушил его предшественник.

Эдан шел на полшага позади Киры, его сапоги привычно хрустели по мраморным плитам. Он тихо, вполголоса вводил ее в курс местной геополитики, которая веками работала здесь как старые, надежные швейцарские часы.

— Наш мир разделен на сектора, — шел за плечом его неторопливый шепот. — В каждой области живет один белый дракон. Ну, или пара, если они нашли друг друга. Плюс их личный отряд. Если из иного мира прорываются чужаки, этот отряд первым держит оборону и закрывает портал. Драконы из соседних сектаров прилетают позже, если нужна поддержка. Белые держат купол защиты, черные выжигают врага, а потом белые запечатывают разлом. При таком плане у нас веками почти не было жертв. Мы жили спокойно. Пока наш бывший король не сломал эту систему ради своих амбиций.

Они вышли на середину огромной площади. В самом центре амфитеатра старейшины магов торжественно склонили головы. Все смотрели на нее — на девушку в белом, которая вернула им небо.

— Леди, — взял слово верховный колдун. В его сухом, скрипучем голосе прозвучали торжественные ноты, которые обычно приберегают для похорон или коронаций. — Ты — сильнейший маг этого мира, соединивший в себе мощь двух великих драконов. Ты вернула нам солнце и покой. Мы просим тебя занять пустующий трон Белых Драконов и стать нашей королевой.

Кира, одетая в свое неизменное белоснежное кожаное платье, мягко, но решительно покачала головой. Быть королевой, сидеть под балдахином и увязнуть в бесконечной, удушливой бюрократии чужого мира в ее планы не входило.

— Спасибо, — вежливо ответила она. Голос ее разнесся под куполом амфитеатра, спокойный и трезвый. — Но я отказываюсь от трона. Управлять государством — это отдельная профессия, а я предпочитаю практику. Настоящую жизнь. Думаю, вы прекрасно справитесь и с выборным правителем.

Совет ошеломленно замолчал. В воздухе повисла та неловкая тишина, какая бывает, когда нищий отказывается от протянутого золотого. Но уже через мгновение эльфийские и гномьи владыки незаметно переглянулись с явным облегчением. Они были политиками до мозга костей и больше всего на свете боялись появления слишком сильного, абсолютного монарха, который мог бы диктовать им свои условия.

— Что ж, — после недолгих, тихих совещаний объявил верховный колдун. Он выглядел растерянным, но быстро взял себя в руки. — Раз ты отказываешься от короны, Великий совет присуждает тебе уникальный, высший титул — Принцесса Белого Дракона, Спасительница Мира. Отныне этот статус дает тебе право вето. Ты можешь оспорить и отменить любое решение любого правителя во всех расах, если сочтешь его угрозой для безопасности этого мира.

Девушка удивленно приподняла бровь. «Ого, — подумала она, и на ее губах появилась едва заметная, ироничная усмешка. — Это же должность генерального инспектора всей планеты. Свобода движений и никакой ответственности за сбор налогов. Намного лучше, чем сидеть привязанной к одному трону».

— И, разумеется, тебе выделяется личная область ответственности, — добавил новый правитель черных драконов. Он уважительно, по-военному кивнул ей. — Самый сложный, нестабильный сектор на северо-западной границе. Там чаще всего случаются тектонические и межпространственные сдвиги. Защищай его, Принцесса.

Через два дня над полем у рунных камней поднялся отряд. Вместе с Принцессой Белого Дракона и четверкой ее первых друзей в прохладное утреннее небо взмыли еще пятьдесят черных драконов. Весь этот грозный, чешуйчатый ансамбль добровольно вызвался служить под началом Киры.

Драконица летела во главе клина, снова пьянея от резкого встречного ветра и безграничного синего простора. Справа от нее, тяжело и мощно взмахивая крыльями, летел исполинский черный Эдан.

— Ну что, Принцесса! — раздался веселый, грохочущий голос дяди прямо в ее голове. — Летим в наши новые владения! Там, кстати, отличный замок на скале. Старая, надежная кладка. Правда, предыдущий хозяин немного запустил сад, но гномы обещали помочь с ремонтом.

Кира сделала крутую, безумную петлю в воздухе, наслаждаясь каждым мгновением этого полета. Она нашла свое небо, свою дикую силу и свою преданную, верную стаю.

Но где-то глубоко внутри, под ослепительно белой чешуей, все еще тлела болезненная лучина ее любви. Огонь, который невозможно было потушить ветром.

Каждый раз, когда ее взгляд падал на далекий, туманный горизонт — туда, где за Дальними горами раскинулась безжизненная, окутанная фиолетовым маревом Пустыня Смерти, — ее сердце пропускало тяжелый удар. Она знала, что ее личная война еще не окончена. Как Спасительница Мира и обладательница права вето, рано или поздно она использует свой новый титул. Она вернется в этот амфитеатр. Она заставит судей перепроверить дело свергнутого короля.

Но это будет потом. Когда-нибудь позже, когда утихнут последние отголоски прошедшей бури. А сейчас ее ждал ее собственный сектор, ее бескрайнее небо и ее новая, совершенно неизведанная жизнь, в которой все-таки оставалось место для надежды.

Глава 11

В каждом секторе этого мира, включая новый округ Киры, помимо драконов раскинулось свое королевство людей. Там был свой монарх, свои законы и свои маленькие трагедии. Эти правители беспрекословно подчинялись белым драконам, когда дело касалось глобальной безопасности или чужих вторжений, но в остальное время рулили своими народами по собственному, порой весьма циничному усмотрению.

Выделенный принцессе замок на высокой скале ей безумно понравился. Гномы навели здесь уют, прочистили и починили огромные каменные камины, от которых пахло сухими дровами и живым теплом. Эльфы поработали в запущенном саду, разбив среди серых камней красивые, нежные клумбы.

Девушка, со свойственным ей дружелюбием, быстро очаровала всю прислугу и местных жителей. Ее вежливость открывала любые двери — в мире, привыкшем к приказам и звону стали, обычное человеческое «спасибо» ценилось дороже золота.

Жизнь постепенно вошла в четкий график. Это спасало от лишних мыслей. Когда у тебя есть расписание, легче притворяться, что все в порядке.

Каждое утро начиналось на тренировочной площадке, засыпанной мелким гравием. Кира в своем белоснежном кожаном костюме до седьмого пота укрощала мамин черный меч. Наставником по-прежнему оставался Эдан — чуткий, но безжалостный.

— Запястье жестче, Принцесса! — кричал дядя, легко уворачиваясь от очередной фиолетовой вспышки, с треском сорвавшейся с маминого клинка. — Сталь не прощает вялости. Меч должен слушать твою волю, а не твое сострадание!

— Эдан, если я еще раз махну им мимо твоей головы, мое сострадание закончится прямо на тебе! — отдувалась девушка, тяжело дыша и вытирая тыльной стороной ладони липкий пот со лба.

Оружие постепенно сдавало позиции. Древняя черная сталь слушалась все лучше, словно понимая, что этой девочке мамины уроки нужны не для красивых парадов, а для чего-то гораздо более важного.

Зато ровно в полдень наступал личный час. Час, ради которого она, казалось, и проживала весь остальной день. Принцесса оборачивалась белоснежной драконицей и улетала туда, где мирный зеленый пейзаж обрывался и горизонт тонул в зловещем фиолетовом мареве.

Она закладывала крутой вираж над самой кромкой Пустыни Смерти. Всего один взгляд вниз. Один короткий, пронзительный миг, от которого перехватывало дыхание. Там, среди бескрайних, раскаленных песков, она видела одинокую темную фигуру свергнутого короля. Он никогда не поднимал головы к небу. А она, сделав прощальный круг, улетала обратно к своей скале, унося в сердце тупую, щемящую тоску. Кира познавала это бескрайнее небо, пьянела от его высоты и свободы, но небо без него все равно оставалось пустым. Любовь — это когда весь мир вокруг может быть спасен и прекрасен, но тебе не хватает всего одного человека, чтобы это заметить.

В остальное время девушка изучала свою новую территорию в человеческом облике. Но то, что она увидела в королевстве людей, быстро вернуло ее с небес на землю.

Здешняя политика была слабой и гнилой. Законы оказались вопиюще несправедливыми к простым людям, а всей страной открыто заправляли обнаглевшие придворные чиновники. Они воровали, обирали крестьян и думали, что Принцесса Драконов слишком высоко летает, чтобы заметить их земные дела. Они просто еще не знали, что эта девочка прибыла из мира, где умеют считать каждую копейку и не прощают чиновничьего хамства.

Местный человеческий король не был глупым или злым. Он был просто слаб волей, мягкотел и погребен под ворохом лживых, прилизанных докладов своих министров.

— Ваше Величество, — мягко, почти вкрадчиво произнесла Кира.

Она появилась на заседании малого королевского совета внезапно, словно весенняя гроза. За спиной застыл хмурый Эдан. А в огромные стрельчатые окна тронного зала, забавно щурясь от солнца, скромно заглядывала парочка исполинских черных драконов. В воздухе сразу запахло озоном и чешуей.

— Я тут на досуге изучила налоговые отчеты вашей казны за прошлый квартал, — принцесса положила на полированный стол стопку затрепанных бумаг. — Скажите, а почему ремонт одной королевской конюшни в столице обошелся в сумму, равную годовому бюджету трех приграничных деревень? Там кони едят из золотых ведер или подковы выкованы из небесного серебра?

Главный казначей — жирный, лоснящийся мужчина в бархатном камзоле — покрылся пятнами. Он попытался вжаться в кресло и спрятаться за широкую мантию соседа.

— Это... это представительские расходы, Принцесса Белого Дракона! — заикаясь и сглатывая слюну, пискнул он. Голос его прозвучал тонко и жалко. — Традиции двора, протокол...

— Представительские расходы упраздняются, — вежливо, но холодно улыбнулась девушка. — Вместе с вашей должностью. И, пожалуй, вместе с вами.

Она повернулась к своему спутнику:

— Эдан, будь добр, помоги уважаемым бездельникам найти выход из замка. И проследи, пожалуйста, чтобы они на прощание случайно не унесли в карманах государственное серебро. Им предстоит долгая пешая прогулка до приграничных деревень. Посмотрят, как люди живут без представительских расходов.

Король ошеломленно молчал, министры бледнели, а за окном довольно заурчал один из черных драконов, обдав стекла облачком теплого пара.

Жадную свору придворных лоботрясов с выставили за ворота замка. Король людей сначала испугался, растерянно глядя на пустые кресла совета, но вскоре с облегчением выдохнул. Он искренне поблагодарил принцессу за наведение порядка. Жить без лживых докладов министров оказалось намного проще.

Однако Кира хорошо понимала: разогнать старых воров — это лишь половина дела. Чтобы управлять сектором в этом хаосе, нужно контролировать информацию. И она — тихонечко, набивая шишки, путаясь в бесконечных местных именах и на ходу исправляя собственные промахи, — начала создавать свою агентскую сеть.

Поначалу все выходило комично, до слез. Ее первые тайные агенты — излишне исполнительные эльфы — подошли к делу с поэтическим размахом. Они пытались следить за подозреваемыми на городских рынках, левитируя прямо над их головами в ярких, изумрудно-зеленых плащах.

— Леголас комнатный, — вздыхала девушка, массируя виски после очередного провального отчета. — Послушайте меня, шпионаж — это когда тебя не видно. Физически не видно. Попробуйте нанять обычных городских сплетниц, трактирщиков и прачек. Людей, которые растворяются в толпе. И платите им серебром, а не вашими прекрасными эльфийскими песнями о вечности.

Постепенно, шаг за шагом, дело пошло. Кира выстроила невидимую информационную паутину по всему сектору. Теперь она всегда, каждую секунду знала, где назревает заговор, в каком кабаке чиновник берет взятку. Она всегда была готова вмешаться лично.

Ее уважали за честность, ее до дрожи боялись казнокрады, ее искренне обожали простые люди. Из растерянной земной девушки она незаметно превратилась в идеальную, мудрую правительницу.

Но каждый день, ровно в полдень, когда солнце вставало в зените, Принцесса Белого Дракона неизменно бросала все государственные дела, карты и отчеты. Она выходила на край высокой скалы, расправляла белоснежные крылья и улетала к границе проклятых песков. Тайная страсть к изгнанному тирану продолжала сжигать Киру. Весь мир лежал у ее ног, готовый повиноваться любому приказу, но этот мир оставался для нее лишь декорацией. Потому что единственный мужчина, чей взгляд заставлял сердце биться, был заперт в фиолетовом аду Пустыни Смерти.

Глава 12

Благодаря своей шпионской сети Кира вскоре заметила странную, пугающую аномалию: в ее сектор потянулся нескончаемый, молчаливый поток беженцев — людей и эльфов из далеких земель. Они приходили изможденными, испуганными, с серыми от пыли лицами и прятали глаза в землю при виде любого ящера в небе.

Принцесса начала расследование. Результаты, принесенные осведомителями-трактирщиками вместе с грязными слухами с постоялых дворов, заставили ее вежливую улыбку погаснуть.

Выяснилось, что всего через два сектора царит та свобода нравов, которая всегда наступает, когда у людей с оружием сдают тормоза. Местный белый дракон, поставленный защищать границы и быть совестью своего края, поддался искушению абсолютной власти. Вместе со своим отрядом черных драконов они превратили вверенное им человеческое королевство в личный, сытый курорт. Они творили, что хотели: забирали лучших женщин, подчистую опустошали винные погреба, отбирали последние драгоценности и без суда казнили любого, кто смел просто поднять голову и посмотреть им в глаза.

— Я не верю отчетам на бумаге, — холодно сказала Кира на утреннем сборе. В ее глазах, обычно таких мягких, сейчас застыл тот самый лед, который Эдан когда-то видел у ее отца перед финальным боем. — Мы идем туда. Впятером. В человеческом обличии. Без шума.

Переодевшись в скромные дорожные плащи, принцесса и четверка черных драконов тайно пересекли границу сопредельного сектора. То, что открылось их глазам, было похоже на страшную, мрачную сказку, которую рассказывают на ночь, чтобы дети боялись темноты. Некогда процветающие, шумные города людей превратились в запуганные, вымершие трущобы. Жизнь здесь замерла, спрятавшись за плотно заколоченными ставнями.

Прямо посреди дня по главной улице столицы развязной, пьяной походкой шагали драконы в расстегнутых камзолах. Победители, которым наскучил покой. Один из них, крупный черноволосый детина с наглым лицом, бесцеремонно схватил за руку испуганную дочку местного пекаря. Ухмыляясь, он швырнул под ноги ее бледной матери горсть монет. Деньги со звоном покатились по грязной мостовой.

— Эй, красавица, сегодня ты пьешь вино в замке, — заржал он, обдавая замершую от ужаса девушку тяжелым перегаром.

Кира почувствовала, как внутри нее просыпается ярость такой бешеной силы, какую она еще никогда в себе не носила. Мамин черный меч на ее поясе, уловив это движение души, угрожающе зазвенел под тканью плаща. В этот миг она готова была превратить всю эту улицу в пепел.

Она сделала шаг вперед, но Эдан придержал ее за плечо.

— Стоп. Сначала закон, — тихо, на самой грани слуха шепнул дядя. Его лицо в этот момент напоминало обтесанный гранитный валун. — Не устраивай потасовку в переулке. Помни про свой титул. Нам нужен их вожак. Законное право вето бьет сильнее меча. Потерпи.

Девушка заставила себя остановиться.

В тот же вечер Принцесса Белого Дракона, Спасительница Мира вошла в тронный зал оскверненного замка. Там шел пир — шумный, грязный, пахнущий пролитым вином и дешевым триумфом. Местный белый дракон — обрюзгший, преждевременно постаревший мужчина с мутными, пьяными глазами — лениво возлежал на шелковых подушках. Он был окружен чужими напуганными женами и горами награбленного золота.

— Кто впустил оборванцев? — процедил он, даже не поднимаясь и пригубив тяжелый кубок.

Кира одним движением скинула дорожный плащ. Она осталась в своем белом кожаном костюме, который в полумраке зала казался судейской мантией. Следом за ней сбросили маски четверо ее стражей во главе с Эданом. По залу пронесся испуганный, мертвенный шепот — Принцессу и ее гвардию знали все. Смех смолк, кубки застыли в воздухе.

— Добрый вечер, — вежливо произнесла девушка, хотя ее фиолетовые глаза горели тем опасным огнем, который просыпается перед схваткой. — Я здесь по вопросам защиты прав потребителей ваших... услуг. Пользуясь титулом Спасительницы Мира и своим законным правом вето, я объявляю это заседание закрытым. А вас всех — арестованными. За мародерство и предательство собственной крови.

— Ты не имеешь права! Это мой сектор! Моя земля! — взвился местный белый дракон, опрокидывая подушки.

Но он тут же рухнул обратно, тяжело хрипя и вдавливаясь в каменный пол под давлением магии Киры. Воздух в зале стал тяжелым, как свинец.

Вся зажравшаяся, потерявшая стыд банда в цепях была доставлена на Великий трибунал магических рас. Принцесса лично выступала обвинителем. Она не произносила пафосных речей, а просто предоставила такие четкие, системные и неопровержимые доказательства, собранные ее агентской сетью, что совету оставалось только выносить приговоры.

Виновных драконов лишили всех титулов, земель и вековых привилегий. Их обязали выплатить пострадавшим людям компенсации до последнего золотого. Опозоренных, сломленных ящеров отправили на исправительные работы на самые дальние гномьи рудники — добывать руду в темноте, под землей.

Сидя вечером в своем замке, она крутила в руках бокал с прохладным ягодным соком и хмуро, не мигая, смотрела на расстеленную на столе карту мира. За окном шумел равнодушный ветер.

— Дядя, — негромко обратилась она к Эдану, не отрывая взгляда от нарисованных границ секторов. — Если такое происходило всего в двух секторах от нас, а Великий совет ни черта не знал, значит, вся их система контроля полностью неэффективна. Это не порядок. Это иллюзия.

— И что ты предлагаешь? — Эдан присел на край стола. В его голосе проснулось любопытство старого война.

— Я пускаю свою сеть по всему миру, — твердо, без тени сомнения заявила Кира. — Каждое человеческое королевство, каждый драконий сектор, каждая эльфийская роща. Мои прачки, трактирщики, конюхи и нищие будут везде. Я хочу знать, о чем шепчется каждый зажравшийся министр за закрытыми дверями и как дышит каждый дракон в небе.

Эдан удивленно округлил глаза, несколько секунд молча переваривал услышанное, а затем весело, раскатисто расхохотался. Это был смех человека, который умеет ценить хороший, масштабный план.

— Боги, Кира... — он покачал головой. — Ты пришла из тихого мира без капли магии, но строишь здесь такое тотальное министерство безопасности, какого эти земли не видели со времен сотворения. Черный король, сидя в своей проклятой пустыне, наверное, прямо сейчас икнул от твоего размаха. Он-то думал, что это он здесь завоеватель.

При упоминании короля Кира на секунду замерла. Сердце привычно и больно пропустило удар, а пальцы крепче сжали стекло бокала. Ее взгляд скользнул к окну, за которым в ночном мареве дрожал далекий горизонт.

Глава 13

Мирный график Киры взорвался в три часа ночи. Над замком, разрезая глухую тьму, протяжно и жутко взвыли рунные сигнальные камни. Северо-западная граница ее сектора трещала по всем швам. Прорыв, которого все так боялись, начался без предупреждения.

Всего через пятнадцать минут мощный клин из пятидесяти черных драконов во главе с ослепительно белой Принцессой уже мчался сквозь рваные ночные облака к месту разлома. А на земле, поднимая тучи сухой пыли, наперерез врагу неслась человеческая армия местного короля.

В небе над холмами, пульсируя и изрыгая мрак, разверзлась уродливая, сочащаяся ядовито-зеленым светом пространственная щель. Из нее с омерзительным, склизким звуком лавиной лезли чужаки. Это были огромные, многоглазые твари, закованные в тяжелые хитиновые доспехи, с длинными шипастыми бивнями и жуткими, холодными, мыслящими глазами. Настоящая саранча из темных глубин космоса.

— Внимание всей стае! — раздался четкий, спокойный голос Киры прямо в головах черных драконов. Этот тон она переняла у пилотов гражданской авиации на Земле, которые не имеют права на панику, даже когда отказывают оба двигателя. — Работаем по старой схеме, но с моими корректировками.

Она раскинула огромные белоснежные крылья, ловя потоки ледяного ночного воздуха. Из ее лап вырвался сияющий купол фиолетово-белой магии. Сила отца и матери, соединенная в одно целое, накрыла черных драконов, надежно защищая их от летящих сверху ядовитых плевков и ментальных ударов тварей.

— В бой! — взревел в общей ментальной сети Эдан.

Черные драконы с яростным ревом ринулись в самое пекло. Они пикировали сквозь ее купол, выжигая чудовищ сплошными потоками очищающего пламени. Началась жестокая, но на этот раз правильная, слаженная война, где каждый наконец-то был на своем месте.

Но принцесса не собиралась отсиживаться в тылу.

Она камнем, сложив белоснежные крылья, бросилась вниз — в самую гущу летающих монстров. Прямо на лету, преодолевая сопротивление воздуха, Кира обернулась в человеческую форму. Белый кожаный костюм туго обтянул тело. Одной рукой она выхватила мамин черный меч. Серебряная нить на лезвии вспыхнула таким яростным, слепящим светом, что ближайшие твари на мгновение ослепли, застрекотав от боли.

— Ну привет, нелегальные мигранты! — сквозь зубы бросила девушка.

Она изящно, в последний миг увернулась от зазубренных когтей огромного инсектоида. Мамин меч перестал быть чужим куском железа. Он пел. Древняя сталь звенела в ее руках, как настроенная струна. Кира крутилась волчком, нанося молниеносные, безжалостные удары. Оружие больше не казалось упрямым — оно резало прочнейший хитин чудовищ легко, как теплое масло.

Эдан, с ревом пролетавший мимо в облике массивного черного ящера, едва не подавился собственным пламенем. Он ошеломленно замер на секунду, увидев, как его племянница одним безупречным пируэтом сносит голову трехметровому монстру. Оказывается, глухая защита, которую они долбили неделями, была лишь прочным фундаментом для этой яростной атаки.

— Кира, щит на землю! — рявкнул дядя в ментальной сети. В его голосе звенел редкий для старого воина страх. — Человеческая пехота не справляется! Нас зажимают!

Кира мазнула быстрым взглядом вниз. Там, на залитом темной кровью поле, человеческая армия отважно добивала прорвавшихся гадов. Но твари, пользуясь численным преимуществом, уже начали зажимать солдат в плотное, смертоносное кольцо. Сверху на щиты людей летели струи едкой кислоты, выжигая доспехи. Слабый волей, но честный и храбрый король людей лично, по колено в грязи, махал мечом в первых рядах. Он хрипел, теряя бойцов одного за другим, но не отступал ни на шаг.

Девушка зашипела от напряжения, чувствуя, как магия начинает буквально плавить вены изнутри. Удерживать колоссальный купол защиты над летающими драконами в небе, самой рубить монстров на лету и одновременно спасать пехоту на земле — это было далеко за гранью возможностей любого, даже самого сильного белого мага. Это была верная смерть от истощения сил. Но в ней жила не только светлая магия отца. В ее крови, согревая тело в этот ледяной ночной час, билась дикая, упрямая сила матери — величайшей черной воительницы этого мира. Сила, которая никогда не отступала и умела драться до самого последнего вздоха.

Она зависла в воздухе. Меч был зажат в левой руке, а правую она упрямо, до хруста в суставах, протянула вниз, к земле.

— Стоять! — приказала она самому пространству. Голос ее, усиленный драконьей магией, прозвучал над холмами как раскат грома.

Из ее ладони вырвалась ослепительная фиолетовая волна, тяжелая и плотная, как грозовой фронт. Прямо над головами измученных человеческих солдат соткался гигантский, непробиваемый зеркальный купол. Ядовитая кислота чудовищ бессильно зашипела, стекая по этому магическому стеклу и не причиняя людям вреда. Человеческие воины ошеломленно замерли, на секунду опустив щиты и глядя вверх, на свою белую защитницу, зависшую в ночном небе.

— Ваше Величество! — крикнула Кира королю людей сверху. В этот же миг она умудрилась резким пинком отшвырнуть подлетевшую к ней сзади крылатую тварь. — Под куполом безопасно! Перестраивайте кавалерию во фланг и бейте их, пока они тупят о мою защиту! Не теряйте времени!