Питомник аномальных животных

Ден шумно сглотнул, чувствуя. На доске мелом победоносно парил нарисованный Бублик, но ректору академии сейчас было не до аэродинамики волкодавов. Перед ним стояла девушка, которая выглядела такой же хрупкой, беззащитной и непонятой этим прагматичным миром, как и он сам. Юридическая «кварта» его напыщенных отцов годами вбивала ему в голову, что он обязан найти статусную невесту с миллионным приданым, но Денис в эту самую секунду осознал Великую Истину: ему нужна только эта тихая девочка с папкой чертежей и поющим гиппопотамом.

— Конечно, — сиплым и слегка давшем петуха от волнения голосом выдавил Ден. Он решительно сделал широкий шаг навстречу и бережно, словно величайшую ценность королевства, забрал у нее тяжелую папку. — Прием документов… гм, открыт. У нас как раз сейчас проходит первое лекционное занятие по дисциплине. Я Денис. Ведущий специалист питомника. Я научу вас… то есть, вашего гиппопотама, правильному вокальному поведению в условиях многоквартирного дома. Мы его… переучим на эстрадные куплеты, они тише.

Лиза робко, но невероятно тепло улыбнулась, и на ее бледных щеках прорезались такие очаровательные ямочки, что младший ассистент пропал окончательно и бесповоротно, мысленно вычеркнув себя из списков завидных холостяков.

Эту внезапно зародившуюся романтическую идиллию ветеринарного факультета бесцеремонно прервал противный зуммер на планшете Громова. Старший инспектор переменился в лице, напрочь растеряв всю свою расслабленность.

— Всем отставить лирику, у нас боевая тревога, — отрывисто бросил Громов, поднимаясь со складного стула и на ходу убирая ручку в карман. — Только что пришла шифровка по закрытому каналу пограничной службы. На заброшенной узкоколейке за чертой города зафиксирована нелегальная контрабандная перевозка. Браконьеры везут в кустарной железной клетке взрослую лунную пантеру. Животное истощено, наши датчики фиксируют критический уровень стресса. Если эта хищница от паники прорвет прутья и сбежит в дикий лес — она погибнет сама и покалечит людей в ближайших деревнях. Основная штурмовая группа сейчас занята на ликвидации прорыва водяных троллей на водохранилище, помочь некому.

— Лунная пантера?! — Алена подскочила со своего места с такой скоростью, словно ее укусил хамелеон-невидимка, позабыв про чашку с остывающим кофе. — Да эти браконьеры совсем безмозглые! У лунных хищников же молекулярная структура шкуры растворяется в воздухе при прямом солнечном свете! Ее физически, по всем законам межпространственной биологии, нельзя держать в обычной клетке под открытым небом! Мы немедленно выдвигаемся.

— На моем байке выйдет в три раза быстрее, чем на ведомственном транспорте! — лихо крикнула Кира, задорно подмигивая Максу и натягивая кожаные перчатки. — Макс, прыгай в седло за мою спину, будешь штурманом и покажешь дорогу по навигатору! А Болта пока закроем в вольере, пускай средний хвост охлаждает.

— Я еду с вами, — решительно, тоном не терпящим возражений заявил Денис и быстро обернулся к застывшей у доски девушке. — Лиза, голубушка, посторожите наш штаб до нашего возвращения? Не бойтесь, Бублик останется здесь и в случае чего присмотрит за вами с воздуха. Он парень надежный.

— Я… я обязательно справлюсь, — робко, но с решимостью кивнула Лиза, преданно и с нескрываемым восхищением глядя на своего нового лектора. — Удачи вам, Денис! Вернитесь живыми.

Не прошло и пяти минут, как импровизированная кавалькада, состоящая из черного джипа инспекторов и байка, на полной скорости неслась по разбитой лесной дороге.

Браконьеры позорно бросили свой грузовик прямо поперек ржавых путей, испугавшись приближения пограничного патруля. Когда команда во главе с Аленой высадилась на рельсы, солнце уже клонилось к закату, но его последние, коварные косые лучи безжалостно пробивали густые кроны вековых деревьев.

На грузовике стояла грубо сваренная железная клетка. Внутри в полной панике метался призрачный, полупрозрачный, мерцающий серебром силуэт. Лунная пантера — великолепное, грациозное существо из нижних миров — буквально таяла на глазах изумленной публики под убийственным воздействием дневного света. Бедолага глухо, со свистом рычала, а ее изящные лапы были в кровь изранены о толстые стальные прутья.

— Вот же уроды, — сквозь зубы свирепо процедил Макс, с легкостью циркового атлета выгружая из багажника джипа тяжеленный светонепроницаемый тент. — За такую контрабанду надо без суда и следствия расстреливать из крупнокалиберных бластеров!

— Тихо, Макс, держи себя в руках, не пугай ее еще сильнее, — ветеринар сокрушенно прижала руку к груди, чувствуя, как вид страдающего, тающего на глазах животного отозвался в ее сердце привычной, острой болью. — Так, работаем! Громов, Илья, Олег — берите правый край тента, перекройте дорогу солнечным лучам с восточной стороны и заблокируйте ультрафиолет! Кира, у тебя на байке ведь установлен мощный кастомный прожектор? Нам нужен холодный спектр, имитация лунного света! Это единственный способ стабилизировать ее молекулярную структуру до того, как она окончательно растворится в атмосфере!

— Сделаю в лучшем виде, док! — Кира ласточкой рванула к своему верному стальному коню.

Макс, не теряя драгоценных секунд, бросился следом, помогая ей развернуть тяжеленный световой прибор в сторону клетки. Их пальцы на секунду соприкоснулись на массивном тумблере включения, и Кира коротко, с дерзким вызовом улыбнулась великану:

— Слаженно работаем, громила. Одобряю.

— Стараюсь соответствовать высоким стандартам аномального автопрома, — басовито ухмыльнулся Макс, чувствуя, как в жилах весело закипает чистейший адреналин.

Тем временем министерские инспекторы действовали с четкостью хорошо смазанного боевого механизма. Громов и Илья, навалившись всем весом и натянув плотную тяжелую ткань, полностью перекрыли косые лучи заходящего солнца, погрузив клетку в спасительную тень. Олег в это время с парализатором страховал Алену, которая шаг за шагом приближалась к беснующемуся призрачному силуэту.

— Милая, осторожнее, — умоляюще попросил Олег.

В его голосе, обычно ироничном и легком, сейчас прорезалось столько неподдельного страха за ее жизнь, что Алена не выдержала и на секунду обернулась. Мужчина смотрел на нее, затаив дыхание. Илья и Громов, из последних сил удерживая парусящий на ветру тент, тоже не сводили с нее напряженных, полных тревоги взглядов. В этот потрясающий миг девушка окончательно, до самого донышка души поняла: эти трое суровых мужчин из Департамента действительно, без всяких юридических уловок и контрактов, готовы стать ее опорой и надежной защитой от любых жизненных штормов. Зарождающееся чувство внутри нее крепло, стремительно превращаясь из робкой симпатии на террасе в глубокую, мощную и взаимную привязанность, против которой были бессильны любые параграфы устава.

— Я аккуратно, — мягко, одними губами ответила она, посылая им ободряющий взгляд.

В эту секунду лунная пантера, почуяв тепло живого существа, яростно бросилась на прутья, издав пронзительный, потусторонний визг, от которого по спине побежали мурашки. Алена вынужденно замерла всего в двух шагах от опасных когтей, готовых разорвать воздух.

— Денис, голубчик, помогай, твой выход, — едва слышно шепнула она, не сводя глаз с мерцающего серебром хищника.

Ден, решительно преодолевая предательскую дрожь в коленях и крепко сжав в руке портативный сканер, смело вышел вперед, на самую передовую. В его голове в этот миг не было формул или цитат из учебников — он вспомнил Лизу. Вспомнил ее испуганные глаза, ее безграничную веру в его талант и ее поющего гиппопотама. Он больше не был тем запуганным, забитым мальчиком, от которого брезгливо отказалась напыщенная юридическая «кварта» отцов. Он был дипломированным, практикующим ветеринаром аномальных видов. И сейчас от его хладнокровия зависела жизнь великолепного, тающего на глазах существа.

— Эй, красавица, тише, спокойно, — Денис заговорил тем самым низким, гипнотизирующим и невероятно успокаивающим голосом, который он еще утром так старательно практиковал на лекциях со студентом Громовым. — Тсс… Луна уже совсем близко. Вот, посмотри сама.

В это самое мгновение Кира с победным кличем с размаху опустила массивный тумблер на приборной панели своего байка. Мощный прожектор выдал ослепительный, холодный серебристый луч, который снайперски точно ударил прямиком в недра железной клетки. Эффект превзошел все ожидания ведомственного справочника! Едва попав в родную, смоделированную Кирой световую среду, лунная пантера мгновенно перестала растворяться в атмосфере и обрела плотную физическую форму. Ее роскошная серебряная шерсть засияла первозданным космическим блеском, а паническое дыхание тут же выровнялось. Хищница посмотрела на Дениса огромными фосфоресцирующими глазами и, вместо того чтобы оторвать ему голову, тихо, вполне по-кошачьи мурлыкнула, выдав вибрацию мощностью в хороший дизельный генератор.

Алена, не теряя ни секунды драгоценного преимущества, одним точным, до автоматизма отточенным хирургическим движением через прутья клетки ввела животному поддерживающий коктейль из концентрированных витаминов и мощного седативного. Пантера мягко, с грацией истинной королевы ночи опустилась на постеленную в углу солому и сладко заснула.

— Фух… разрази меня гром, — Макс размашистым движением вытер обильный пот со лба. — Сработано на твердую десятку с плюсом. За такое нам в Департаменте должны выдать как минимум по двойному окладу и ордену за отвагу на ветеринарном фронте.

Громов и Илья наконец-то с облегчением опустили тент. Старший инспектор Громов решительно подошел к Алене, абсолютно бесцеремонно, по-хозяйски забрал у нее из рук тяжеленный металлический чемодан и впервые за все время их знакомства с нежностью взял ее за локоть, помогая уставшей начальнице присесть на высокую подножку джипа.

— Вы бесповоротно сумасшедшая, доктор, — негромко, прямо ей в лицо сказал Громов. Но в его глазах светилась такая безграничная, мужская гордость за нее, что у девушки в очередной раз перехватило дыхание.

Илья и Олег синхронно встали рядом, тепло и как-то очень понимающе улыбаясь. Негласное, молчаливое соглашение между членами этого слетанного министерского триумвирата было окончательно достигнуто: они будут завоевывать сердце этой взъерошенной девушки медленно, красиво, по всем правилам стратегии и, главное, исключительно вместе. Одинокая жизнь Алены Игоревны официально дала бесповоротную трещину.

Поздно вечером в окнах питомника аномальных животных «Вторая жизнь» снова уютно горел свет, разгоняя лесные тени. Спасательная операция завершилась полным триумфом: лунная пантера мирно и сыто спала в специальном, наспех затененном Ильей вольере повышенной комфортности.

А на крошечной кухне Алены было буквально не протолкнуться от наплыва колоритных персонажей. Боевая девица Кира бесцеремонно восседала прямо на краю кухонного стола, лениво и в такт какой-то своей внутренней музыке покачивая ногой в покрытом грязью армейском ботинке. А плечистый Макс, восторженно и счастливо улыбаясь во все свои тридцать два зуба, заботливо накладывал ей в тарелку огромную, поистине богатырскую порцию горячего рагу. Они вовсю, до хрипоты спорили о крутящем моменте кастомных двигателей и аэродинамике летающих волкодавов, и Кира то и дело шутливо, но весьма весомо толкала Макса кулаком в бок, отчего великан таял еще сильнее превращаясь в послушного домашнего кота.

— А где наши интеллектуалы? — Олег заглянул на кухню, держа в руках очередную чашку кофе для Алены.

Ветеринар улыбнулась и кивнула в сторону прихожей. Там, у классной доски, разворачивалась еще одна сцена, достойная кисти мастера.

Ден сидел на корточках перед Лизой, бережно удерживая на руках нежно-розового хамелеона Семена. Лиза внимательно слушала его, подперев кулачком щеку, а ее папка с чертежами была забыта на полу. Рядом с ними, положив пушистую голову Денису на колено, мирно посапывал Бублик.

— Похоже, Ден сегодня успешно сдал свой главный жизненный зачет, — сказал Илья, незаметно устраиваясь на диванчике по левую руку от Алены. Громов тут же занял место по правую руку, замыкая кольцо.

Девушка сделала глоток кофе, чувствуя, как ее плеч с двух сторон касается надежное мужское тепло. На ее лице сияла светлая улыбка. Понедельник официально подошел к концу, и впереди их ждала целая вселенная, полная хаоса, летающих зверей и самого правильного будущего.

Глава 6

Жизнь в ветеринарном приюте аномальной фауны «Вторая жизнь» окончательно и бесповоротно превратилась в бурлящий котел высшего пилотажа. Здесь классическая медицина, внезапная романтика и масштабный строительный хаос смешались в строгой пропорции один к одному, напрочь игнорируя любые рецептурные справочники.

В среду ровно в десять ноль-ноль утра во двор питомника с победным скрежетом торжественно въехал разбитый гусеничный эвакуатор. На его открытой платформе, плотно зажатый между массивными металлическими бортами, с королевским достоинством восседал тот самый легендарный карликовый гиппопотам по кличке Паваротти. Аномальный зверь был размером с очень упитанную домашнюю свинью, обладал гладкой нежно-фиолетовой шкурой и выражением морды до того надменным, словно он как минимум являлся председателем совета директоров.

Едва глушитель эвакуатора издал прощальный чих и заглох, Паваротти пошире разул пасть и выдал такое оглушительное, вибрирующее до самого копчика «L'amour est un oiseau rebelle…» из оперы «Кармен», что дрейфующий неподалеку Бублик от неожиданности потерял антигравитационный пузырь и с глухим стуком рухнул прямо на крышу собачьей будки. Хамелеон Семен на плече Алены мгновенно принял цвет испуганного, перееханного танком асфальта.

Следом за эвакуатором, взметнув тучу гравия, во двор вкатился роскошный белоснежный лимузин длиной с хороший пассажирский вагон. Из его недр с пафосом оперных злодеев вышла колоритная парочка.

Первой десантировалась холеная, капризная дама, пахнущая удушающим французским парфюмом пятилетней выдержки и с ног до головы укутанная в соболиные меха, несмотря на теплую погоду. За ней по пятам следовал мужчина с квадратным лицом профессионального коллектора и тяжелым взглядом завсегдатая бандитских разборок. Это были родная тетка Лизы, незабвенная Изольда Марковна, и ее новоиспеченный муж Артур, которого в криминальных и финансовых кругах города знали как беспринципного и хищного риелтора.

— Фи, какая первозданная, негрибная дыра! — Изольда брезгливо прижала к носу кружевной платок, оглядывая чистые вольеры с таким видом, словно ее заставили инспектировать городскую свалку. — Лизавета! Живо марш сюда, негодная девчонка!

Из дверей учебного класса, испуганно втянув голову в плечи, выбежала Лиза, на ходу лихорадочно вытирая пальцы от классного мела. Сразу за ней, словно верный телохранитель, следовал Денис. Младший ассистент почувствовал, как в его груди лавиной закипает первобытный рыцарский инстинкт защиты своей потенциальной невесты.

— Тетя Изольда? Артур? Что вы здесь делаете? — едва слышно спросила Лиза, судорожно сжимая пальцы на своей неизменной папке с чертежами.

— Что мы здесь делаем, неблагодарная девчонка?! Мы наконец-то привезли тебе это фиолетовое чудовище твоего покойного эксцентричного отца! — отрезал Артур, с явным отвращением пиная лакированным штиблетом грязное колесо эвакуатора. — Наша приличная, глубокоуважаемая в обществе «кварта» больше не намерена терпеть этот оперный театр на дому. Соседи уже строчат коллективный иск в суд и грозят нам крупными неприятностями. Так что мы сдаем этот поющий балласт в ваш заштатный приют безвозмездно, то есть даром. И раз уж ты все равно съехала из семейного гнезда к этим… навозникам, Лизавета, живо бери стилус и подписывай официальный отказ от наследства на квартиру. Живо, я сказал! В противном случае мы с Изольдой оформим усыпление этого фиолетового мешка с салом прямо здесь, не сходя с этого грязного гравия.

Паваротти, обладавший, как и все истинные гении сцены, запредельной эмпатией и тонким слухом, словно расшифровал смертельное оскорбление в свой адрес. Карликовый гиппопотам яростно разул пасть и выдал такое сокрушительное, басовитое до-диез на пределе легких, что на белоснежном лимузине Артура со звоном и визгом сработала охранная сигнализация.

Но на этот раз Дену не понадобился утяжеленный корм или ласковый баритон. Младший ассистент решительно шагнул вперед, полностью перекрывая собой побледневшую Лизу. Его очки грозно, почти зловеще блеснули в лучах субботнего солнца. Предательство его собственной напыщенной семьи, которая так же хладнокровно отвернулась от него в свое время, дала парню четкое понимание: он костьми ляжет, но никогда, ни при каких обстоятельствах не позволит этим заносчивым людям растоптать и запугать Лизу.

— Во-первых, — звонко, кристально чисто и запредельно уверенно произнес Денис, заставив Артура подавиться очередным риелторским ультиматумом и осечься на полуслове. — Этот, как вы соизволили выразиться, «мешок с салом» является зарегистрированным, краснокнижным аномальным синегалом высшей категории. И за его несанкционированное усыпление наш Департамент контроля впаяет вам такой уголовный срок и выставит такие ведомственные претензии, что ваш пафосный лимузин уйдет с молотка в пользу государства просто в счет оплаты первичных судебных штрафов. Во-вторых, Лизавета ничего подписывать не будет. Никаких отказов.

Денис эффектно, с грацией заправского фокусника взмахнул зажатым в руке гаджетом:

— Настоящее животное прямо сейчас официально зачислено в нашу «Школу ответственного владельца аномальных видов». Планшет с договором государственного образца уже у меня в руках. Оплата за обучение и терапию — фиксированная, по максимальному городскому тарифу для особо состоятельных граждан. И оплачивать этот банкет до последнего цента будете вы, как действующие опекуны, пока Лиза официально не вступит в свои законные права владения через шесть месяцев! Ручку для подписи одолжить, или у вас своя, золотая имеется?

Изольда Марковна от такой космической наглости открыла рот, став до удивления похожей на редкую глубоководную рыбу, которую внезапно подняли на поверхность без предварительной декомпрессии.

— Да как ты смеешь, нечесаный мальчишка?! — наконец пронзительно взвизгнула она, оскорбленная в лучших чувствах владелицы соболиного манто. — Кто твои отцы?! Из каких они инстанций?! Кто за тобой стоит?!

— Мои официальные отцы — старшие партнеры юридической фирмы Вороновых, — ледяным, аристократическим тоном ответил Денис. При этом он впервые в своей сознательной жизни искренне, от всей души порадовался факту обладания этой громкой фамилией. — И если ваша семейная ячейка имеет непреодолимое желание судиться с их центральной конторой — милости прошу, наши адвокаты принимают с девяти утра. Параграф двенадцать, пункт «Б» закона о защите редких видов.

Беспринципный Артур при упоминании фамилии Вороновых побледнел, приобретя оттенок несвежего творога. Он отлично знал, что судиться с этой юридической акулой — все равно что добровольно прыгать в вольер к голодному дракону. Риелтор судорожно схватил жену за локоть и на полной скорости потащил ее обратно к спасительному лимузину. Не прошло и минуты, как пафосное белоснежное чудовище автопрома с визгом покрышек скрылось за воротами, подняв тучу пыли.

Лиза завороженно посмотрела на Дена, и в ее глазах светилось такое безграничное, космическое восхищение, что младший ассистент прямо сейчас, на одном дыхании готов был пойти в лес и вручную, без седативного поймать еще парочку зеркальных кротов.

— Денис… ты… ты просто потрясающий, — прошептала она, робко, едва касаясь кончиками пальцев коснувшись рукава его белой рубашки.

— Да я… я просто… строго выполняю устав Школы и защищаю своих студентов от несанкционированного административного давления, — покраснел Денис до самых корней волос, но на этот раз проявил чудеса мужской тактики и осторожно накрыл ее маленькую ладонь своей. — Пойдем покажем маэстро Паваротти его новый вольер. Судя по выражению его морды, парню срочно нужно распеться перед вечерним представлением.

Пока на одном конце питомника «Вторая жизнь» Ден и Лиза виртуозно обуздывали оперные таланты фиолетового бегемота, на другом конце — за жилой пристройкой Алены — разворачивалась секретная инженерная спецоперация высшего уровня допуска.

Громов, Илья и Олег, сменив свои министерские костюмы на рабочие комбинезоны, вовсю строили деревянную веранду. Это был их общий, тщательно спланированный сюрприз в лучших традициях тайных заговоров. Глубокие чувства к этой взъерошенной девушке-ветеринару крепли в них с каждым днем, и мужчины решили доказать свою семейную надежность не сухими параграфами государственных субсидий, а конкретным, осязаемым мужским делом.

Громов с привычно хмурым, но на редкость целеустремленным видом в одиночку, как пушинку, тягал тяжелые стокилограммовые брусья. Илья с ювелирной, почти хирургической точностью вымерял уровень лазерным прибором, следя, чтобы пол веранды не повторил судьбу шаткой стремянки. А Олег с поистине пионерским энтузиазмом и пулеметной скоростью загонял в доски двадцатисантиметровые гвозди, насвистывая под нос марш Департамента. Они строили не просто веранду — они закладывали фундамент для общего будущего.

Но у этой масштабной архитектурной спецоперации быстро обнаружился свой собственный злой гений. Шестилапый енот Гоша расценил внезапное появление на подконтрольной ему территории кучи новеньких блестящих саморезов, лазерного уровня и ярко-зеленого шнура для разметки как личное экзистенциальное оскорбление и объявление тотальной войны.

— Да куда, к лешему, опять делся мой строительный карандаш?! — в третий раз за последний час громогласно рявкнул Громов, в сердцах швыряя на землю молоток и вытирая пот со лба. — Я же его буквально три секунды назад лично положил вот на эту балку! Она же пустая!

Из густых кустов сирени неподалеку раздалось победное, донельзя довольное стрекотание. Гоша, виртуозно зажав украденный карандаш в зубах, с ловкостью заправского ниндзя карабкался вверх по водосточной трубе, на ходу прикидывая, как этот трофей украсит его секретное хранилище.

— Гоша, верни инструмент на базу, скотина ты пушистая! — Олег с досадой швырнул в воришку щепкой, но енот лишь издевательски показал ему финт всеми четырьмя ушами и ловко спрятал добычу в бездонном кармане старой куртки Макса, безалаберно висевшей на заборе.

— Спокойно, без паники, — Илья тонко улыбнулся, поправляя на переносице свои безупречные очки. — Проявим высшую дипломатию. Олег, голубчик, сделай тактический маневр на кухню и принеси кусок того гипоаллергенного сыра. Нам срочно нужно выменять у этого пушистого синдиката наш лазерный уровень, пока он не утащил его в нору к двухголовому питону.

В этот самый пикантный момент на стройку неожиданно заглянула Алена. Ее волосы, по устоявшейся ветеринарной традиции, были живописно растрепаны, на кончике носа красовалось свежее пятнышко зеленки, а хамелеон Семен, лениво дремавший на ее плече, приобрел нежно-оранжевый, невероятно теплый цвет домашнего уюта. Она замерла как вкопанная, вовсю уставившись на трио высокопоставленных государственных инспекторов, с ног до головы покрытых древесными опилками.

— Э-э… господа? — искренне удивилась она, переводя взгляд с Громова, держащего брус, на Илью со списком материалов. — Вы что, решили в одностороннем порядке переквалифицироваться из Департамента в плотники шестого разряда? Или это новая форма казенной отчетности?

Олег, не теряя ни секунды, спрыгнул с недостроенной балки, с поразительной грацией мягко подошел к ней вплотную и, прежде чем опешившая начальница успела сообразить тактическое отступление, аккуратно, едва ощутимо стер зеленку с ее носа своим большим пальцем. Его прикосновение было теплым, собственническим и до порывистого нежным, отчего Семен на плече Алены со свистом выдал лавандовую вспышку смущения.

— Мы тут на досуге рассудили, что доктору, которая в одиночку спасает этот безумный город от техногенных коллапсов, позарез нужно персональное стратегическое место, где она сможет спокойно пить свой утренний кофе, не опасаясь пикирующих с потолка волкодавов, — сказал Олег, глядя ей прямо в глаза с такой обезоруживающей искренностью, от которой у девушки окончательно завязались узлом все аргументы.

Илья бесшумно подошел с другой стороны, с грацией заправского дипломата протягивая ей ту самую чашку свежесваренного кофе, которую он чудом успел спасти за секунду до вероломного налета енота Гоши.

— Нам это не в тягость, милая. Мы просто хотим, чтобы тебе было хорошо. Без всяких ведомственных протоколов.

Громов, опершись на огромный строительный молоток повышенной прочности, хмуро, но с такой глубокой, затаенной на самом дне души нежностью посмотрел на нее, что Алена едва не выронила мандарин:

— Стропила я лично проверял по ГОСТу. Конструкция крепкая. Гарантированно переживет любой ураган, землетрясение средней паршивости и нашествие левитирующих волкодавов любой весовой категории.