Клацы

- Почему ты мусорное ведро открыла, и аптечку: Колё пристально глядел на неё.

- Не знаю, но мне казалось, и она не смогла продолжить предложение.

- Вот и я молчу, добавил к ее не досказанному свое многозначительное молчание.

- Я пойду, Коле закрыл за собой дверь. Надо же все - всё поняли, и все молчат, надо же не успокаивался Колё.

По дороге домой он все заглядывал по мусорным бакам, там он обнаруживал зеленных человечков, они издавали звуки Хур - Хур, у них глаза блестели, - любопытные - сделал вывод Колё и ему стало легко, не было страха, а лишь холодок в сердце и мелкая дрожь по коже выдавала, что это спокойствие временное.

- Бедная Мари, она так напугана, а все - таки хорошая она девочка и куда это я раньше смотрел, буду с ней дружить, завтра утром позвоню и предложу с утра погулять по улицам, посмотреть на этих Клацев. Колё первый дал имя этим существам, которые так похожи на людей. Только человек сперва делает шаг, потом звук от удара пяткой об асфальт, а тут наоборот, когда зелёный человек соприкасался с асфальтом, то не было никакого звука, и только когда отрывал ногу от асфальта, слышалось - Клац, - поэтому Колё прозвал их - Клацы.

11 Глава.

Доктор, я его назову бедный доктор, это тот который избил свою жену. Так вот, он с того дня так и не пришел в себя. Все ругался, клял всех и все подряд.

Не мытый, не бритый он бродил по улицам и также был свидетелем возникновения Клацев. К тому же один из первых кто пожал им руку, и теперь сидел, отдыхая от долгой и бесполезной прогулке, если можно назвать ее бессмысленное хождение, прогулкой рядом с мусорными баками, откуда доносилось хрукание Клацев

Улыбка не покидала Доктора, и он вторил Клацам, Хур, Хур и после каждого раза, когда он слышал Хур, улыбался. – Надо же, они еще и говорят. Что значат эти два слова Хур и Хур, он не знал. Вдоволь наслушавшись Клацев, ему захотелось увидеть жену, и он направился к больнице. Охранник ни за что не хотел его пускать, а он тычет удостоверением, где написано, что он доктор. Пришла старшая медсестра и внимательно, изучив удостоверение, пропустила доктора в больницу, но не одного, она сама сопровождала его.

Жена Доктора обрадовалась встрече, все спрашивала о нем, почему не брит и так плохо пахнет.

- Не могу поверить, что мы врачи скоро никому не будем нужны; плакался бедный Доктор

А она все успокаивала его. – Разве плохо если люди не будут болеть.

- Хорошо: соглашался Доктор.

- Ну вот, вроде ты успокоился, иди домой прими душ, побрейся, уже поздно. Я чувствую себя уже лучше. Врачи говорят, что через недельку выпишут.

Доктор не хотел уходить, старшая сестра взяла его за руку как малое дитя, а он подчинился, и вывела его из больницы.

- Я же ей не рассказал про этих тварей, подумал Доктор, потом махнул рукой. Доктор, сослался, что уже поздно и что действительно нужно привести себя в порядок, он пошел домой. Эти твари очень похожи на людей, - продолжал размышлять он вслух, - может так станет, что чудо коробочка на них действовать не будет, и они станут моими пациентами. Этим он окончательно успокоил себя.

Шаги его стали уверенными и большими он топал своими сорока-пяти сантиметровыми сандалиями, да, да, у него была огромная лапа в магазинах, где он приобретал обувь всегда слышалось - Ух ты ну и ноги!

12 Глава

Жена доктора не держала обиды на мужа. Она прекрасно понимала его положение. Вся жизнь отдана на изучение всяких болезней, и как их лечить. И вдруг в один час все это не имеет значение, ты никто. Кто вспомнит человека, если он не нужен, а он столько трудился, чтобы помогать людям. И поэтому она его простила.

В больнице тоже уже знали о зеленных и удивительно их там тоже прозвали Клацами. Это прозвище само напрашивалось, когда они, эти зеленные, передвигались, то раздавалось – Клац, Клац. По этому звуку люди старались избегать встречи с Клацами, а Клацы наоборот так и норовили, чтобы столкнуться с людьми. Но в первый день их появления, кроме Доктора, никто к ним не прикоснулся.

Это явление настолько обычно вошло в жизнь и заняло пространство в человеческом мире, что даже удивительно, что это возможно.

Люди осознавали, что они являются виновниками происхождения Клацов. На их глазах, из того, что они считали не нужным и выбрасывали, появлялись, и образовывались Клацы. Мусор – это продукт, который производили люди, это то, что оставалось после них, и теперь они видели, что они являются виновниками происхождения этих тварей. Теперь они осознавали, что они не заботились об отходах, что вот так бесхозно все валялось вокруг, но теперь это не нужное, которое являлось частью человеческой деятельности, приобрела новый вид и форму жизни. Это были Клацы.

В неком роде люди были их родителями, не в прямом смысле этого слова, как это принято понимать, когда мужчина и женщина любят друг друга и от их любви рождается ребенок. То тут немного не так. Небрежность людей и плохое отношение к другим произвели на свет Клацев. И вот это родство не давало места людям, что- либо предпринять против Клацев.

Хотя это был только первый день и появления Клацев, а впереди жизнь, и что, и как будет сопутствовать или, наоборот, во взаимоотношении людей и Клацев, еще никто не знал. Да и сами Клацы не осознавали свое место в мире, подчиняясь не понятно, откуда взятому разуму, они вроде вели себя разумно. Наступил вечер, Клацы старались найти место, для ночлега продолжая издавать звуки Хур Хур. Что это значит, никто не знал.

Жена Доктора, лежа на кровати, разбирала пакет, в котором были фрукты, это ее подруга зашла к ней на полчаса, раньше, чем успел ее муж навестить ее. Они чуть не столкнулись в коридоре, она бы его и не узнала, всего помятого, небритого. Тут раздался странный звук, ей послышалось Хру - Хру. Она повернула голову и увидела зеленного Клаца. Он смотрел на нее и вытянул руку со словами Хру, хру. По его взгляду она поняла, что он просит еду. – Кушать? Он кивнул, она протянула пакет с фруктами.

- Хру, хру, хру. Клац взял пакет и удалился, а за ним слышалось: Клац, Клац, Клац.

Всю ночь жена Доктора не сомкнула глаз. Ей казалось, что Клац стоит перед ней и просит еды.

- А-а-а! Многозначительно произнесла она: - Это они хотят, есть, когда говорят Хру - хру. Она засмеялась, и от смеха

почувствовала очень сильную боль в груди, у нее же были поломаны два ребра. Сморщив лицо, она удержала смех, и, закрыв глаза, попыталась заснуть.

13 Глава

Профессор, изобретатель чудо коробочки уже работал над Клацами, к нему в лабораторию был доставлен Клац. Он прослушал сердце, оно работало точно так, как работает у людей, и весь организм это была копия человеческого организма, кроме цвета кожи и в определении пола. Они были монополы. Над этим удивительным феноменом и работал профессор. По составу гормонов можно было определить, но он не торопился с выводом. Кто знает, сколько времени потребуется на то, чтобы четко определились Клацы, кто из них будет мужчиной, а кто женщиной. На это может, потребуется месяцы, а может и годы, смотря, как они будут созревать.

По неким признакам, только ему известным, о которых он не удосужился сообщить, Профессор, что то записал у себя в журнале, а вслух он произнес следующее.

- Одежда для них потребуется не скоро - это успокаивает, то, что они не агрессивные - это хорошо. В общем, это не враги.

Он опять подошел к столу, сделал туда запись, потом позвонил.

- Здравствуйте! Профессор встал со стула, в его голосе слышно было ответственность.

–Клацы нам не враги: докладывал профессор, потом долго слушал, после чего добавил;

– Я даю добро на их существование, пусть живут!

Он не сказал досвидание и положил трубку, ясно, что собеседник, выслушав его, положил трубку раньше.

Коробочка на Клацев не действовала, их слюна не давала результата, спустя одну минуту, и даже трех минут из коробочки не выходил свет. После чего Профессор сам сделал анализ себе, оказалось, что у него грипп и фиолетовый свет его вылечил. Коробочку он положил в карман.

Это был еще первый и единственный экземпляр, но дней через десять на всех прилавках города они должны появиться.

14 Глава

Что можно сказать, когда столь необычные события постигли город. Стоял он себе веками, и ничего не менялось, ходили по нему там всякие людишки, и люди с большой буквы. Но чтоб такое!!! Чтоб по этой земле, по серому асфальту Зеленые Клацы!? Этого не было. Вот не было и все!!!

Но от того, что они появились, с городом ничего не стало, дома как стояли, так и стоят. Только вот мусор почти весь пропал, остался лежать мусор, только куда лекарство не попало. А куда лекарство попало, да еще и пролилось или просыпалось, и солнцем нагрелось и ветром поддувалось, то там из мусора и лекарства образовались Клацы.

Воздух в городе стал чище. Так что город дышал чистым воздухом, улицы были чистые, с балконов ничего не летело и не шлепалось об асфальт. Если бы город мог говорить, то он сказал бы: - Здравствуйте Клацы, благодаря вам я стал чистым. Но я думаю, он добавил бы только, из меня не делайте туалет, а может, и промолчал бы. Пусть нюхают люди «аромат» и вспоминают прежние дни. Так размышлял бы или размышлял город. Мы точно не знаем. Но он охотно принял Клацев, а сам глубоко вздохнул чистым воздухом.

15 Глава

Ветер дул с севера. Утро запаздывало, это тучи, которые обволокли небо, не давали солнечному свету пробиться и обнаружить город, но слегка освещалось небесное пространство, и гонимые ветром тучи демонстрировали, что жизнь продолжается.

Съежившись и сбившись в кучу Клацы Хрукали – Хур, Хур, в их лексиконе появилось новое слово. Брр – Брр, наверное, они говорили, что им холодно. Кучка Клацев из шести персон грелась друг об друга, поглядывая по сторонам. Один из них сказал. – Ням –Ням: и остальные тоже повторили – Ням. Тот, кто первым произнес это, поднял руку и указал на магазин, который был напротив. Через стеклянные витрины видно было все содержимое магазина. Прильнув к стеклу, они жадно смотрели на еду, а там и бананы, и яблоки, молоко, и хлебный отдел был, и там были булочки и всякая другая снедь.

За углом появился грузовик, который обычно в это время привозил продукты. Справа и слева на грузовике большими буквами было написано ПРОДУКТЫ, и аппетитная личность, поедающая булочку. Водитель притормозил прямо у двери магазина. Хозяин магазина находился рядом с водителем. Не выходя из кабины, они смотрели на Клацев.

- Что вам надо? Наконец спросил хозяин.

- Хру, Хру: ответили Клацы.

- Не понял: и он обратился к водителю. – Что значит Хру, хру?

- Кушать просят, наверное, а ты лучше спроси их.

Хозяин высунулся из окна кабины аж до пояса, его кепка упала на асфальт, он хотел ее поймать, но не получилось. Тут подбежал один из Клацев и поднес ему его кепку со словами На, На , те, те. Судорожно схватив кепку, хозяин магазина добавил.

- Есть хотите?

- Ням, Ням хором ответили Клацы.

- Тогда за работу: осмелившись, хозяин магазина вышел из кабины.

Разгрузка шла своим чередом, шустрые Клацы прям виртуозы, грузчики высшего класса. Такое впечатление отпечатывалось у прохожих, которые проходили мимо, оглядываясь на работу Клацев. Разгрузив грузовик, они сидели кругом, ожидая, что им сейчас перепадет что-нибудь из еды. Хозяин магазина вынес им хлеба и молоко.

Никто из Клацев не встал, они продолжали сидеть. Он очень удивился, перед его глазами был ровный круг, это Клацы, они сидели один за другим, образовывая круг. Хозяин магазина, полюбовавшись кругом, стал раздавать каждому по хлебу и пакету молока. Интересное замечание, не могу об этом не рассказать. Перед разгрузкой они вдруг образовали круг и взялись за руки и какое-то мгновение держали друг друга за руки. И только после этого приступили к работе. А теперь вот перед едой, они мирно сидели, казалось уставшие и голодные, они накинутся на еду, будут выхватывать из рук молоко и хлеб, но нет, этого не наблюдалось.

- Хру, Хру, - Хру, Хру: мелодично раздавалось из круга, аппетитно жующих и запивающих. - Да! Вот работнички: подумал хозяин магазина, нужно их у себя удержать, он чесал затылок, и его кепка скатывалась на лоб.

- Жить будете здесь: скомандовал он и пошел в подвальное помещение магазина.

Никто из Клацев не встал, и пришлось ему вернуться к Клацам.

- Вы что, не поняли? недоумевал он. – Я вам предлагаю у меня жить и работать, а за это я вас буду кормить.

Клацы продолжали хрукать, хозяин магазина замолчал, и сам этого не заметил как сел к ним в круг. Хруканье послышалось сильнее. Это явно говорило, что Клацы довольны. Один из них разломил хлеб и подал ему, он машинально взял хлеб и стал жевать.

Покончив с едой Клацы встали и один из них толкнул хозяина магазина в сторону подвала и пошл впереди него Клацы последовали его примеру, каждый из них слегка задевал хозяина магазина и ему пришлось взять курс на подвал.

- Надо же, они все понимают: и он постарался опередить их.

Подвал освещался маленькой лампочкой, и она было вся в паутине, а на полу коробки и ящики, одни пустые, а в других что-то было.

- Живите: - довольный хозяин магазина развел руками. – Вижу, вы ребята очень уж способны, разберетесь: и он вышел из подвала, будучи уверен, что только что он приобрел хороших и дешевых рабочих.

Тут закрапал дождик, ветерок еще гулял, а тучи сгущались. Раскаты грома перепугали Клацев, они забились в угол и дышали ртом. Прерывистое дыхание и хруканье, довольно хорошее сочетание, еще бы сюда певца и получился бы классный музыкальный ролик. И вдруг один из Клацев запел, - Хуру Буру Рак, а потом в ладоши два раза Хлоп, хлоп, и опять Хуру, Буру, Рак и опять в ладоши Хлоп хлоп, теперь в ладоши хлопали все. На третий раз Хуру Буру Рак распевалось хором и опять в ладоши Хлоп хлоп.

На улице стучал по крыши дождик, а в подвале хлопали в ладоши Клацы.

За день, куда там, за два часа у них наросли такие мускулы и мозоли, что хлопанье было звучным и сильным.

Бойко с утра в спортзале качал свои мышцы, глядя на двор, ему не хотелось покидать зал, и он принимался за все новые и новые упражнения. Он поглядывал на часы, каждый час в спортзале стоил Бойке пять купюр, а прошло уже три часа.

Дождик стихал, тучи развевались, лучи солнца попадали на землю, и становилось светлее.

- Пора; сказал Бойко и пошел в душ.

Уличка не выходила на улицу, все никак не решалась взглянуть на Клацев, и сколько ее отец Оспе Ваге не убеждал, что Клацы неопасны и добрые, она так и не решилась.

- Пусть по телику об этом сообщат, тогда я поверю; это было ее твердое решение.

Оспе Ваге не стал ее переубеждать, надеясь, что придут ее друзья и подруги и все разъяснится.

Уличка ждала Бойко, он обещал ей прийти в четыре часа. Звонок в дверь пришел как раз, кстати, слишком долго она ждала Бойко, и ее терпению приходил конец. Она чувствовала, что вот- вот сорвется, Уличка, поглядывая то на отца, то на часы, то на телик, и откуда же к ней придет уверенность.

Она доверяла больше всего Бойко, но и телик, если в новостях ей скажет хорошее, она поверит, но Бойко пришел первый. Она бросилась ему на шею, и поцеловала в лоб.

- Дорогой я тебя так ждала; она еще раз поцеловала его в лоб.

- Не туда целуешь, чуть-чуть ниже; смеялся Бойко, и сам поцеловал ее в губы. Такого еще не было за все время их дружбы, они обходились поцелуями то в щечку, то в лобик, но вот теперь доросли до губ. Правда, это не был поцелуй страсти, это был поцелуй брата и сестры. Но для Бойко это было что то новое.

Оспе Ваге сделал вид, что ничего не произошло и, дождавшись когда приветственная церемония закончится, сказал:

- Вот и Бойко, а ты боялась.

- Ничего я не боялась, просто мне Бойко все хорошо может объяснить. Правда?- их взгляды встретились, и теперь виднелась страсть и чувства.

При отце Улички, Бойко стеснялся показывать свои чувства, и он опустил голову и спрятал свои чувства.

Раздался звонок в дверь.

- Папа открой, пожалуйста, я никого не жду.

В дверях стояли Коле и Мари.

- Здравствуйте Оспе Ваге.

- Заходите, как раз и Бойко тут. Уличка очень нуждается в вашем общении, а мне пора на работу. – Ты слышишь Уличка? Я на работу.

Он сходу надел обувь и вышел из дому, а Колё и Мари продолжали стоять у входа.

- Что это вы стоите, проходите; приглашала Уличка.

Компания уселась на диване и пошли разговоры про Клацев. Колё рассказывал, как он встретился с одним из них, прям вот так, он демонстративно поставил перед собой Бойко, и аж прилип к нему.

- Правду говорю, вот так столкнулся я с Клацами.

- И что? Ну, давай продолжай; торопила она.

- И все, он влево я вправо, мы разошлись.

Долго они говорили, вроде Уличке стало легче, она успокоилась и готова была выйти на улицу.

Бойко стоял уже в обуви и поджидал остальных.

Клацы встречали их молча, только глазами все следили за каждым движением.

- И это, люди? - Так Уличка выразила свое согласие с тем, что она видит пред собой людей. Хотя и с вопросом; - И это люди?

- Похоже, что да; поддержал ее Колё.

Бойко и Мари промолчали, то ли согласились, то ли нет, или еще не определились, ну впрочем, они об этом не удосужились сказать.

16 Глава

Теперь, после случившегося, а случилось, как вы сами понимаете – О-го-го!!! Никто не осмеливался вынести мусор на улицу, контейнера пустовали, а в домах накопилось достаточно. И весь аккуратно упакованный: шкурки от картошки и другая овощная продукция, которая должна была вонять на улицах города, теперь упакованная в полиэтиленовые пакеты, хранилась в холодильниках. Стеклянные бутылки отдельно, пластиковые отдельно, но чтобы их вынести и выбросить, этого никто не делал. Народ стал требовать для мусора отдельные контейнера, хотя они знали, что, только смешавшись с лекарством, мусор становился зеленной массой, из которой и происходят Клацы. Но все равно не выносили свой мусор, а про лекарство, что вы, и говорить не надо. Они его хранили как фамильную драгоценность, некоторые носили их с собой и на работу, и в гости, боясь, что их лекарство будет причиной возникновения Клацев. За короткий срок, уже на третий день по улицам стояли контейнера различных цветов; красные для отходов от овощей, желтые для пластика, черные для стекла, синий для бумаги.

За лекарством обещали, что будет выделен спецрейс, оборудованный для перевозки лекарства. Он появился на пятый день.

Чудеса, город не узнать, чистота и порядок, и только Клацы, как свидетели прошлых лет ходили, клацая ногами. Они никому не мешали, кто- то уже завел с ними дружбу, и сидел с ними в кругу. Так как Клацы были трудяги, то без куска хлеба и крова над головой не остались.

Одна проблема все - таки осталась, Клацы опорожнялись прямо на улице, и вонь от испражнения напоминала о прежней жизни.

Все с терпением и с чувством собственной вины относились к Клацам терпимо. Благо, что испражнение испарялось, будь то по большой или по маленькой нужде, час другой и не оставалось следа от их поступка, потому что испражнение испарялось. Чуть-чуть я поправлюсь, оставалось рыжее пятно от испражнения, но и оно на следующий день исчезало.

17 Глава

Бедный Доктор так после того дня, как избил жену, больше не вышел на работу. Он сдружился с Клацами, и все время проводил с ними. Клацы очень полюбили его и считали за своего. Навещать жену в больнице он не забывал, и сегодня как раз он собирался ехать в больницу за женой, ее выписывали.

- Какие цветы, ой розы, ты знаешь, что они мне нравятся; перебирая бутончик за бутончиком красных роз, с восхищением сказала жена Доктора. – Они еще не раскрылись: продолжала восхищаться она.

Он ходил вокруг нее, охаживал, снимая то волосок с плечика, по пушок от подушки. – Пойдем, нас ждет такси:- торопил он ее.

Пыль на столе, пыль на полу говорили о том, что здесь давно не убирали. Она старалась держаться и ничего не говорить по этому поводу, но он догадывался.

- Понимаешь, дорогая, я бросил работу и теперь стараюсь понять этих зеленных.

Клацами он их не называл, считал, что это прозвище ничего общего с этими существами не имеет, ну и что, что они при хождении клацают, а то, что они зеленные, это он считал, дает право их так называть, по крайней мере, пока общество не оформит свое отношение к ним формально. Тогда если они сами захотят себя называть Клацами, то и он не прочь, но сейчас он считал, что это оскорбительно.

- Но то, чтобы понять;- продолжал он: - Я хочу им помочь, нужно их научить языку, потом одеть то их тоже надо, не вечно им голыми ходить.

Жена поддакивала. Тот Клац, что у нее еду попросил, приходил к ней каждую ночь за продуктами, и она отдавала все, что оставалось.

Доктор заметно похрабрился и уже не слышно оправдательной нотки в его разговоре. Храбрость пришла от слова – Да, которое часто повторяла его жена.

- Может и ты, им помогать будешь? Вот, например они могут петь, и у них это получается здорово, запас слов конечно очень маленький Хуру, Буру Рак.

Он пропел их единственную песенку. - Думаю, что это начало, а у тебя музыкальное образование, научишь играть их на инструментах.

Тут жена Доктора жестом показала, что, мол, хватит, теперь она будет говорить.

- А ты не думал, что это совсем другая цивилизация, а ты не думал, что может мы не имеем право вмешиваться в их личную жизнь и формирования их культуры. Она стала кашлять, и ее порыв эмоции перешел в беспрерывный кашель.

- Воды, водички попей, водички; приговаривал Доктор, набирая стакан воды из-под крана.

Несколько глотков воды и на лице жены появился румянец, а то она вся была бледной, совсем цвет покинул ее.

- Я думаю, что нам не стоит вообще вмешиваться; жестко и четко заявила она, и поставила пустой стакан на стол. Её взгляд не был гневен, и в лице не было злобы.

Замешкав, Доктор ничего не мог возразить.

- А ты раздевайся, я сейчас пропылесошу и все будет убрано, чисто. Он открыл окно, и свежий воздух ворвался в квартиру.

- Ух ты! Воскликнул он;

- Красота, не воняет.

18 Глава

Наверху всполошились, и были напуганы в связи появления Клацев, говорили это день Катрин. Другие уверяли, что ветра не было. По этой причине и было созвано собрание Больших в присутствие одного Высокого.

Состав собрания не был оглашен, но люди были Большой величины, и один Высокий.

Профессор говорил ровно, спокойно, изредка поглядывая на лампочку.

Она то горела, то гасла, и помещение оказывалось то в свете, то во мраке, но речь профессора никто не осмеливался перебить, чтобы заменить лампочку. Его речь сводилась к следующему.

- Нужно разграничить людей и Клацев, потому что совместное проживание чревато опасно.

Из круга больших людей звучали охи и ахи, а профессор окончательно заявил.

- Только резервация! Только изоляция !

Все это было записано в специальной книге – Книге людей, где все ставили свои росписи. После чего профессора подозвал один высокий и в очках человек.

- Это возможно? Спросил он профессора, имея ввиду, разделение Клацев и людей.

Профессор пожал плечами.

- Значит, вы не уверены?

- Как знать, как знать.

Вы должны принимать только те решения, за выполнения которых вы уверены.

- Я бы оставил все как есть.