Сон длиною в жизнь

Макс Логос

Сон длиною в жизнь

От пера, записавшего эту книгу...

Эта книга была записана мной примерно в 2001 году. Я не знаю, что именно послужило тому, что пером для этого романа неведомая сила выбрала именно меня. Может быть, моя безумная тяга к познанию истины почти с самого детства. А может, это из-за неосторожной просьбы, произнесённой мной однажды. В обмен на то, что я готов отдать свою жизнь и тело для нужд высших сил, я попросил способность постигать всё своей мыслью и познавать всё, куда бы я ни направил своё внимание.

Как бы то ни было, вскоре я увидел в себе ответ на вопрос, как возникло первое сознание. Ведь то, что всё остальное возникло из него, на тот момент у меня уже не вызывало никаких сомнений. И после того как я не просто увидел этот ответ, а буквально его пережил, я взял в руки ручку и, как одержимый, стал буквально записывать эту книгу, стараясь полностью отключить свой ум и максимально не вмешиваться в процесс написания.

После того как я задепонировал права на эту книгу, я вдруг развёлся с женой и погрузился в очередные страдания, в избытке преследовавшие меня с самого детства. Через несколько лет, немного придя в себя, я сел и стал записывать вторую книгу. Тогда мне казалось, что это совершенно другая книга. Я записал её первую часть и начало второй. После чего я вдруг закончил её записывать, но уже совсем по противоположной причине: я наконец-то встретил свою вторую половинку, которую уже отчаялся найти, женился, и у нас родилась дочь…

В промежутке я садился писать ещё две книги. Но они так же прервались…

И вот спустя около двадцати пяти лет с момента написания первой книги, после очередных перипетий моей богатой на незабываемые, а порой и просто невыносимые сюжеты судьбы, мне чудесным образом словно перекрыли все источники дохода и стали очень настойчиво подталкивать к продолжению записи остановленной на полпути книги.

После моих немного затянувшихся попыток сопротивляться, заключавшихся в том, что я судорожно пытался сначала восстановить свои источники дохода, я наконец понял, что это совершенно бессмысленно. Старая дверь была наглухо заколочена…

Тогда я сел за ноутбук и начал заново перечитывать давно забытые и оставленные мною произведения. К моему искреннему удивлению, я понял, что написание второй книги закончилось именно на том моменте, где главный герой договорился с одним из главных персонажей (не хочу спойлерить) о том, что тот поможет ему сначала решить вопрос с его второй половинкой. Чтобы главный герой мог продолжить беспристрастно выслушивать (а по факту — записывать) его мнение.

Меня тут же накрыло такой волной информации, что мой мозг, привыкший к простой жизни, которую я вёл последнее время, грозился не выдержать. Я снова, как и двадцать пять лет назад, ходил после завтрака и принимал мощные волны, проходящие сквозь меня. А после обеда садился за ноутбук и принимался всё это записывать…

Когда я дописал последнюю строчку, я с не меньшим удивлением понял, что вторая книга оказалась если не первой, то как минимум её продолжением. Продолжением, которое после лёгкой подготовки в первой книге погружает в гораздо большие глубины и буквально меняет сознание…

Сразу скажу, что после того как я написал эту книгу и заново перечитал обе эти работы, моё сознание словно обрело долгожданную гармонию. И я понял, что третья книга, которую я тоже начинал записывать в промежутках между моими хождениями по мукам, оказывается, тоже ещё одно продолжение, которое, по всей видимости, выйдет из меня в ближайшее время вместе с четвёртой…

Все эти книги можно читать как отдельные произведения. Но если вы хотите увидеть всю картину целиком, то я посоветовал бы вам прочитать их все по очереди.

На момент написания этих строк я готовлю к публикации первую книгу «Сон длиною в жизнь», которую можно читать по кругу, каждый раз замечая в ней новые смыслы и то, что там каждое слово, действие и даже обстановка находятся именно на своём месте.

После прочтения второй книги, которую я вскоре планирую тоже опубликовать под названием «Храм истины», можно снова вернуться к первой — «Сон длиною в жизнь» — и понять её уже совершенно по-другому. Лично я перечитал их уже больше пяти раз и продолжаю находить там всё новые и новые смыслы. Каждый раз перечитывая их, я будто открываю совсем другие книги…

В общем, хочу сказать вам следующее…

Я не претендую на авторство этих книг или звание Великого Гуру. Мало того, открою вам тайну: я много болел в школьные годы и поэтому пропускал уроки литературы и русского языка. А потом получил юридическое образование. Кем я только ни был в своей жизни, но даже и мыслить не мог о карьере писателя. Я считаю себя обычным маленьким человеком, который с детства почему-то задавал слишком много вопросов, ответы на которые не мог найти во множестве прочитанных им книг, заботливо подсунутых ему судьбой в нужные моменты.

И я до сих пор до конца не понимаю, что именно вылилось из меня на страницы представленных мною книг. То ли это квинтэссенция того, что я собирал буквально по крупицам в прочитанных мной книгах и прожитой жизни, выданная после соответствующей обработки моим подсознанием. То ли это действительно что-то более высшее, так мною и не понятое до конца… Знаю лишь одно: я не тот, кто творит. Я тот, с кем это происходит. Во всяком случае, здесь...

В общем, судить вам. Как известно, со стороны виднее. И сколько людей, столько и мнений…

Я просто надеюсь, что хоть кому-то это поможет перестать страдать и наконец-то обрести гармонию. И если это поможет хотя бы одному человеку (лучше, конечно, всем)… То моя жизнь будет прожита не зря…

Скучать вам тоже вряд ли придётся, ведь обе книги написаны в жанре художественной литературы с захватывающими сюжетными поворотами. Особенно вторая. В общем, каждый найдёт там своё...

P.S. И прошу прощения у тех читателей, которые любят мягкий и лёгкий слог, за некоторые сложные для чтения места в тексте. Я много раз пытался их исправить...

Но каждый раз у меня это буквально не получалось: пропадала вся магия текста, когда я пытался хоть как-то изменить его. Видимо, эти места написаны так специально для того, чтобы заставить спотыкаться ум и переключить читателя тем самым на другую частоту восприятия.

Просто расслабьтесь в этих местах и продолжайте читать дальше. Ум сам будет цеплять то, что вам нужно понять именно сейчас...

Люблю вас всех, как самого себя… Приятного вам погружения в глубины коллективного бессознательного...

Глава 1

……….Человек в шляпе отвернулся от окна, подошёл к Денису и бросил на него жуткий, почти сияющий взгляд. После чего, быстро, но с неимоверно разящей плавностью, поднял свой взор от носков Дениса до последнего, торчащего на его макушке волоска. И не менее жутко улыбнулся. Так, что Дениса тотчас охватило какое-то каменно-железное оцепенение. От которого, как ему показалось, вся жизнь со всей своей многогранностью словно застыла в нём, превратившись вместе с ним самим в какую-то древне-мистическую колонну, издававшую неслыханной доселе частоты надрывный гул.

И только одна-единственная мысль, точнее даже вопрос, всё-таки не попадал в резонанс с этим мощным, как ему уже казалось, просто вселенским гулом — так нелепо и даже пошло звенящим где-то в области его бывшей головы.

Звенящий, словно колокольчик, свисающий с облепленной мухами толстой шеи коровы, мирно пасущейся на лугу и даже ничего не подозревающей о той жизни, законы которой просто-таки пронизывают всё то пространство, которое находится вокруг неё. Не подозревающей и о тех перипетиях её коровьей судьбы, которые уже нависли над ней в виде зловеще блестящего острия мясницкого топора.

И именно этот пошлый маленький колокольчик принялся сначала медленно и жгуче, а потом всё с более нарастающей силой (если таковая имеется у мягкого и сырого болота), сверху вниз, превращать могучую, наполненную вселенским гулом античную колонну Дениса в дряблое, загнивающее древо бытия. Так что он даже стал ощущать свои ветви и слабые корни, которые плавно превратились в его собственные руки и ноги.

После этого из его головы, как на старом, скрипучем лифте, колокольчик переместился в область живота, заставив Дениса глубоко вздохнуть. И на его же выдохе, словно бумажный самолётик, взмыл прямо к горлу и с некоторым затруднением, будто пробивая остатки сплетений волокон древа, превращаясь в вопрос, коим и являлся сначала, вырвался из засохших и слегка приоткрытых губ.

И Денис, ещё не до конца пришедший в себя, с каким-то внутренним отвращением смотря прямо в жгучие глаза человека в шляпе, вдруг выпалил:

— Не понимаю! Зачем всё это?!

Лицо человека в шляпе тотчас изменилось. Его улыбка сползла вниз и стала похожей на гряду мрачных и неприступных скал. Брови его, словно две поросшие мхом и седой плесенью глыбы, сдвинулись, образовав промеж себя вековой излом. Глаза сузились, и из них низверглись, словно выброшенные взрывной волной какого-то неимоверной силы внутреннего взрыва, два зелёно-лиловых сгустка энергии. Которые сильно и больно ударили Дениса прямо в его расширенные от удивления зрачки и буквально заставили отшатнуться назад и упасть на спину.

В голове его зашумел уже почти знакомый гул, и эхом пронеслось: «Поймёшь! Пой-мёшь! Пооо-й-мёёё-шшь!»

Немного придя в себя, Денис, не открывая ослеплённых ударом глаз, начал судорожно, как слепой прохожий, ощупывать местность, на которую упал. К его удивлению (ведь он точно помнил, что сзади ничего такого не было), местность оказалась мягкой и довольно-таки гладкой на ощупь.

В голове всё ещё гудело. Но этот гул уже не казался ему вселенским, быть может потому, что в нём появился какой-то дико повизгивающий, прерывистый тембр.

Денис попытался открыть глаза, но они всё ещё болели. Через несколько секунд он почувствовал, что тяжесть с глаз уходит и они начинают открываться сами.

Резкий свет ворвался в его сознание, и он с ужасом увидел, что всё вокруг как-то нелепо и так же резко изменилось. Человек в шляпе пропал. Окно, около которого он стоял, превратилось в стену с причудливо-розоватыми обоями и висевшей на ней картиной с каким-то древним пейзажем.

Около другой стены стоял огромный трёхстворчатый шкаф, которого и вовсе не было. Окно почему-то находилось совсем в другой стороне, и около него стоял не какой-то человек в шляпе, а обыкновенный офисный стол с сияющим на нём новеньким компьютером. И ещё с большим ужасом он обнаружил, что лежит он не на полу, куда падал, а на расстеленной постели, да ещё и в одном нижнем белье.

Некоторое время Денис ничего не понимал. Но тут из-за пределов комнаты послышались шаги. «Человек в шляпе!» — не то ёкнуло в груди, не то пронеслось в его голове. Но вместо ожидаемого человека в шляпе в комнату вошла преклонных лет женщина с милой улыбкой и поседевшими от старости волосами.

— А! Проснулся, внучек! — протяжно сказала она. — А я как раз иду будить тебя! А то думаю, что-то уж совсем заспался!

Вместе с этими словами в голове Дениса словно включился какой-то невидимый кинопроектор, который за какую-то долю секунды перенёс в его пустое сознание короткометражный фильм о его собственной, никем не придуманной жизни.

Денис понял, что он проснулся и ему снился довольно странный сон, львиную долю которого он не помнил.

За стеной, около которой стояла кровать, где он спал, что-то загудело и принялось с визгом вгрызаться в стену.

— Что это? — невольно прищурившись, спросил Денис.

— А! Это новый сосед в квартиру въехал! — успокаивающе ответила бабушка.

— Наверно, картину на стену вешает. Уже с пол-часа сверлит, стены-то у нас какие!

— И что это ему с утра сверлить вздумалось!? — недовольно морщась, произнёс Денис.

— Да как же с утра!? Время-то уже половина четвёртого! Ты ведь поди опять всю ночь за своим ком-фью-тером просидел!?

— Не ком-фью-те-ром, а компьютером! Сколько раз повторял тебе уже, бабуля! — с некоторой раздражённостью пробубнил Денис.

— Да какая разница! А всё одно, до добра он тебя не доведёт! Вон глаза до сих пор красные какие!

— Доведёт, доведёт! Не переживай, бабуль! Ты просто не понимаешь! Лучше покушать мне приготовь, а то я голодный, как волк! И сахара в чай побольше положи! Мне глюкоза для мозга нужна!

— Доведёт! До белого каления он тебя доведёт! Тогда поймёшь! Вставай, давай, уже всё на столе! — сказала бабушка и с этими словами, недовольная, покачивая головой, словно старый хронометр, побрела на кухню.

На кухне Дениса ждал давно уже приготовленный, но всё ещё горячий поздний завтрак.

— Ух ты! Блинчики с вишнёвым вареньем! Мои любимые! — воскликнул Денис.

— Никаких блинчиков, пока не умоешься! Сколько я тебе повторять буду!? Эх, деда на тебя нету! — всё ещё покряхтывая, строго ответила бабушка.

— Ну вот, вечно всё так! — с унынием ответил Денис и с явной неохотой побрёл в ванную комнату.

Оказавшись в ванной, он привычно кинул взгляд на зеркало, висящее над раковиной, и ужаснулся. На мгновение ему почудилось, что вместо своего отражения он увидел того самого «человека в шляпе», которого видел в сегодняшнем сне. Он даже отшатнулся и несколько секунд простоял в оцепенении, после которого по его телу волной пробежала дрожь, оставив внутри лёгкое волнение.

— Да! Наверное, бабуля права! Надо поменьше торчать у компьютера! А то вон глюки уже пошли! — вытирая лицо руками, будто желая снять с него «глюк», подумал Денис.

Быстро почистив зубы и умывшись, словно на крыльях, которые дал ему напомнивший о себе голод, Денис влетел на кухню.

— Всё! Умылся! — выпалил он, покрутив растопыренными пальцами перед бабушкой, уселся на стоявший перед столом кухонный уголок и принялся жадно поглощать уже почти остывшие блинчики.

— Не юродствуй! — с некоторым раздражением ответила бабушка. — Двадцать восемь лет стукнуло, а ведёшь себя, как Буратино какой-то!

— Ну ладно тебе, бабуля! Дай подурачиться-то немножко! Нельзя же всегда серьёзным быть! Так и с ума сойти можно! — с некоторым умилением ответил Денис.

Выдержав некоторую паузу, переводя разговор в другое русло, пока бабушка не разворчалась всерьёз, как это с ней часто случалось, не то от возраста, не то от характера, Денис спросил:

— Ты мне лучше, бабуль, вот что скажи! Что это у нас за новый сосед такой объявился?! Вы ведь с подружками уже, наверное, всё про него знаете?!

— Нет, милок! Про таких людей так сразу всё не узнаешь! — многозначительно произнесла бабушка.

— А что с ним такое? — с лёгким сарказмом спросил Денис.

— Не знаю, что с ним такое, но впечатление он на нас произвёл сильное! Ни словом с нами не обмолвился! А взгляд у него... Как зыркнул, так нас всех ужас и охватил, прямо как Берия какой-то! Да, внучек, много я на своём веку серьёзных людей повидала, но этот какой-то ну уж очень серьёзный!

— Ну уж очень серьёзный! — скручиваягубы в трубочку, передразнил Денис.

— Всё бы тебе кривляться! — с некоторой обидой, почти завопила бабушка.

— Ну вот! Началось! — с явным разочарованием подумал Денис. — И что это с ней такое! Раньше она так остро не реагировала на мои кривляния! Наверное, этот новый сосед действительно на них сильное впечатление произвёл. Ну, теперь начнётся..., хоть уши затыкай!

Но тут, на его счастье, словно волшебный бубенец, прерывающий почти уже начавшееся бабушкино ворчание, в коридоре зазвонил телефон.

Бабушка почти уже ринулась с места, но Денис остановил её восклицанием:

— Сиди! Это Мишка, наверное! — и радостно помчался к телефону.

Подняв трубку, он действительно услышал до боли знакомый, слегка взволнованный голос своего старого друга и однокашника по школе Мишки Прямокова.

— Ну ты чего! Выходишь? — сразу же выпалил Мишка.

— Куда!? — с недоумением спросил Денис.

— Как куда!? Ты что, забыл!? Сегодня же воскрешение! То есть, тьфу ты... воскресение! Мы же с ребятами сегодня в хоккей во дворце играем! Время-то уже почти пять! Давай быстрее! Я уже внизу!

— Ух ты! А я думал, что время ещё мало! Сейчас бегу! — торопливо проговорил Денис и положил трубку.

— Бабуль! А сумку мою хоккейную собери, пожалуйста! — быстро и так громко, будто с первого этажа на последний, прокричал Денис.

— Собрала уже! Вон под вешалкой стоит!

— Спасибо, бабуля! Ты у меня просто золото! — быстро пережёвывая последний блин, сказал Денис.

— Как сумку собери, так «пожалуйста, спасибо, ты у меня золото, бабуля»! А как серьёзные вещи ему говоришь, так он только кривляться умеет! — всё ещё желая поворчать, продолжала бабушка.

Но Денис уже не слышал её. Он быстро надел кроссовки, взял стоявшую в углу клюшку, ловким движением насадил на неё сумку и, перекинув её через плечо, скрылся за дверью.

На улице его уже ждал Мишка. Он чинно сидел в своём новеньком «Мерседесе», подаренном ему отцом на его день рождения, и разговаривал по телефону, бурно жестикулируя свободной рукой.

Денис на одном дыхании подбежал к машине, открыл багажник, быстро засунул туда свою амуницию и не менее резво заскочил в машину.

— Здорово, Миха! — радостно протягивая руку старому другу, воскликнул Денис.

— Здорово, здорово! Мистер «Я думал, мало времени»! Ребята во дворце уже! Звонили только что, а ты всё телишься! — трогаясь с места, с некоторым огорчением пробубнил Миша.

— Да ладно тебе! Ну, потерялся немного во времени! С кем не бывает!?

— Вот именно, что потерялся! — продолжал высказывать своё недовольство Михаил.

— Интересная мысль! — сглаживая обстановку, живо подхватил Денис.

— Какая ещё мысль? — удивлённо нахмурившись, спросил Мишка.

— Да вот твоя мысль! Про то, что я во времени потерялся! — задумавшись, спокойно, но с некоторым оживлением и уже неподдельным интересом ответил Денис.

— Ну и что же в ней интересного, если не секрет!? — с большой долей сарказма процедил Мишка.

— Да вот понимаешь! Натолкнула она меня на одну идею! — закинув зрачки под верхние веки, словно ещё что-то додумывая, продолжил Денис. — Понимаешь, Миш! — всё ещё додумывая, начал развивать тему Денис. — Видел я как-то по телевизору замедленные съёмки, в которых показали, как падает капля молока.

— Ну и причём тут время! — удивлённо поглядев на товарища, произнёс Миша.

— Да притом, что эта капля в тот момент, пока летела, была почти абсолютным шаром и, следуя законам физики, вертелась вокруг своей оси, совсем как наша планета, да и вообще все подобного рода небесные тела. Понимаешь!?

— Всё равно не понимаю! При чём тут время-то!? — всё ещё с не проходящим удивлением спросил Миша.

— Да при том! Ты помнишь, мы с тобой как-то разговаривали о том, что когда мы учились в школе, время шло как-то медленнее, а теперь быстрее? И как все здравомыслящие люди пришли к выводу, что это всё из-за возраста и что якобы с возрастом начинаешь просто не замечать времени!?

— Ну, помню! — сухо ответил Миша.

— Так вот, теперь я так не думаю! — чётко, с каким-то только что появившимся блеском в глазах выпалил Денис.

— Это почему же! Может, объяснишь!?

— Да потому, Миша, что теперь я подумал... На этом слове он сделал многозначительный акцент и после небольшой паузы продолжил. — Теперь я подумал, что если эта капля молока в своём падении подобна планетам, то и планеты должны быть подобны ей! А это значит, Михаил, что все космические тела — просто падающие в никуда гигантские капли какой-то огненной массы, меньшие из которых успели застыть! И значит, если они все падают, то, соответственно всё тем же законам физики, с каждым разом они должны ускоряться и, соответственно, так же должно ускоряться и их вращение вокруг своей оси!

— Ну и что!? — снова перебил Мишка.

— А то, Миша, что мы-то с тобой падаем вместе с нашей планетой! А как, по-твоему, люди придумали отсчитывать время!? Правильно, Михаил Иванович! — не дожидаясь ответа, продолжил Денис. — Правильно! По смене времени суток! А это значит — по оборотам Земли вокруг своей оси! Так вот и получается, Михаил, что наше сознание чувствует ускорение, а часы, всё по тем же уже известным законам физики, показывают нам одно и то же! Ведь всё относительно... Так вот тем и интересна твоя мысль, Миша, что раз я могу ещё и потеряться в этом времени, то для меня это ещё одно подтверждение, что сознание моё существует отдельно и не подчиняется каким-то там законам физики! А это значит, что при любых физических обстоятельствах я всё же остаюсь свободным! И значит, Миша, что смерть — это ничто! Это просто точка в конце предложения, и бояться её не стоит!

— Ну а если ты ошибаешься и после смерти тебя просто не станет!? — спросил Миша.

— Во-первых: я думаю, что это невозможно хотя бы по закону сохранения энергии! А во-вторых: даже если это и так, то тогда тебе тем более будет на всё уже наплевать, если тебя просто не станет! Несколько секунд боли — и всё! — торжественно закончил Денис и как-то победоносно, с тем же, но только ещё с более острым блеском в глазах, посмотрел на Михаила.

Остановив машину, Михаил ещё, наверное, с полминуты, широко раскрыв глаза и немного приоткрыв рот, смотрел на своего, как ему уже казалось, просто обезумевшего друга. Но, отойдя от минутного недоумения и собравшись с мыслями, он надрывно выпалил: — Ты чего, «Корабль» (так Дениса называли ещё со школьных времён за его фамилию — Кораблёв), совсем сбрендил!? Обкурился, что ли, с утра!?

— Да ладно тебе! Чего сразу обкурился-то!? Ты же знаешь, что я давно уже не курю! — с некоторой обидой в голосе, словно вернувшись на землю, ответил Денис.

— Да кто тебя знает! Может, ты опять за старое взялся!? — всё-таки на всякий случай заглядывая в глаза друга, выпалил Мишка. — Чего они у тебя блестят вон как-то странно! А?

— Да ты чего, Миш? Ты же знаешь, что я курил только для раскрутки мыслительного процесса! Я же знаю, что если больше курить — наоборот, тормозить начинаешь! А для меня это хуже всего! И так вон сколько восстанавливаться пришлось! — глубоко вздохнув, пробубнил Денис.

— Для раскрутки мыслительного процесса! — передразнил его Мишка.

— Ладно, пойдём! Приехали уже, Сократ ты наш!

Глава 2

Во дворце их уже ждали ребята. Обнявшись со всеми по-матросски, друзья организованной толпой побрели к хоккейной коробке. Денис на ходу стянул с шеи шарф и небрежно перекинул его через плечо — шерстяная вязка тут же зацепилась за металлическую пуговицу куртки Михаила. Он глубоко вдохнул морозный воздух арены, пытаясь вытряхнуть из головы остатки поездки.

— Ты чего такой странный!? — вдруг радостно обнимая на ходу Михаила, спросил школьный товарищ ребят Вова Клишин.

Он попытался закинуть руку Михаилу на шею, но тот инстинктивно дёрнулся в сторону, уворачиваясь от дружеского захвата.

— Да этот вон Сократ такую мне теорию сейчас двинул, что я чуть в столб не въехал! — кивнув головой в сторону Дениса, надрывно сказал Миша.

Михаил резко затормозил прямо посреди прохода, заставив идущих сзади споткнуться о лезвия коньков. Он рывком расстегнул тугой замок молнии своей олимпийки до самого низа, словно ему стало душно под плотной нейлоновой тканью.

— До сих пор в себя прийти не могу! Весь мозг чуть не разрушил! Философ хренов!

— А-а-а-а-а! Это он может. Кого хочешь грузанёт. Да, Дэн? — весело сказал Вова и посмотрел на Дениса.

Денис поддел носком ботинка пустую пластиковую бутылку из-под воды, валявшуюся у кромки льда. Бутылка с сухим треском проскользила пару метров и замерла точно у синей линии разметки. Он проводил её взглядом, прежде чем поднять глаза на друга.

— Ну, может, и не всех. Вот Ленина, пожалуй, вряд ли, а так вообще-то могу! — задирая голову и наигранно важничая, продекламировал Денис.

Он демонстративно сунул руки глубоко в карманы пуховика, отчего плечи сразу стали казаться шире, а сам он — выше ростом.

— Ну ладно, Ленины! Делитесь, кто за какую команду играть будет! У «левых» игрока не хватает, придётся своего отдать! Ты, Дэн, за какую команду играть будешь! Или жребий тянуть будете! — подталкивая друзей к коробке, спросил Вова.