Декарка

- Действительно. Пришельцы, что прибыли на Землю, называли себя Арконами. Они говорили, что относятся ко второму поколению рас нашей галактики. Среди них много военных, но большинство являются учёными-исследователями. Про нашу планету им известно давно, но они не вмешивались в наши дела.

- Страшные? – перебила Полина. – Пришельцы были страшными?

- Нет, почти неотличимы от людей. А вот те, кто за нами приглядывал всё это время, действительно от нас отличались.

- Страшные?

- Тоже нет. Даже наоборот - красивые. Похожи на людей, только кожа синяя.

- Фу-у, – наморщилась Полина. – И где они сейчас?

- Не знаю. Они живут очень далеко от нас, с другой стороны галактики.

- Мы строим к ним дорогу?

- Нет, это очень далеко. Несколько десятков тысяч световых лет. Наши учёные пришли к выводу, что лучше осваивать наш собственный край.

- Всё, я устала, – заявила Полина. – Давай отдохнём немного.

Можно было ещё рассказать о тысячах обитаемых миров, о которых нам поведали Арконы. О том, что мы не одиноки не только во Вселенной, но и в пределах нашей Галактики, что само по себе было уже очевидным. О том, что нам предрекли встречу с иными разумными в разной степени развития. О протоколе «Невмешательства», запрещающем входить в контакт с разумными цивилизациями, не достигшими уровня технического прогресса, позволяющего покинуть пределы своей системы. Но Полина быстро ослабла и до вечера уже не поднималась с постели.

Всё это я рассказал позже, когда готовил Полину к операции.

Автодок погрузил девочку в гибернацию и приступил к замене органов. Заработали лазеры, задвигались манипуляторы, на экране побежали сменяющие друг друга таблицы и графики. Операция началась в штатном режиме.

Полине вновь снился сон, в котором она снова мчала по мокрому песку морского пляжа. Вновь прохладные капли падали на лицо, искрились в лучах тропического солнца.

Она вновь видела папу, вот только черты лица его были неясными, словно она видела его через густой пар. Лицо доброе, радостное - это чувствуется, - но цвет глаз уже не разглядеть. Он протягивает к дочери руки, и Полина бежит к нему. Бежит и уже давно должна оказаться в объятьях, но папа всё не становится ближе. Вот уже и рыжий клоун взял Полину за руку, ведёт её куда-то. Полина оборачивается через плечо. Папа стоит всё там же, у их шезлонгов, приготовил полотенце и распростёр к дочери руки. Но Полину уводят, а папа не идёт за ней следом.

Она закрыла глаза. Так хотелось заплакать, но за опущенными веками словно стробоскопы замигали красные вспышки.