Декарка

По мере заполнения пространства появлялись первые грядки и несколько рядов картофеля. Часть работ мы вели параллельно, но старались не отступать от намеченного плана. Уже через сорок дней у нас появились первые результаты нашего труда - наш первый урожай картошки, а чуть позже подоспели и томаты.

Количество грядок планомерно увеличивалось, а вместе с ними увеличивался и рацион. Уже через год мы опробовали все семена и даже получили небольшой запас продуктов - наступал момент перехода ко второй фазе нашей многофункциональной теплицы.

Нам пришлось изучить инструкцию, касающуюся разведения африканских клариевых сомов - это как раз та рыба, икра которой и была заморожена в контейнерах-хранилищах. К сожалению, никакой иной информации у меня не было, но после того, как я изучил логи управляющего рыбной фермой центра, ситуация разъяснилась, и мы приступили к изготовлению необходимого оборудования. Тот водоём, что мы планировали изначально, для наших целей не подходил.

Вновь заискрил металл и сварка, вновь Полина приняла активное участие. У нас появились длинные ванны, небольшие ёмкости для мальков, кубы-отстойники для фильтрации, первые запасы корма. Одно из устройств, что шло в комплекте с оранжереей, работало в двух режимах: компостер и ферментатор. В первом случае оно с успехом перерабатывало ботву и отходы жизнедеятельности в органическое удобрение, активно выделяя тепло и метан, во втором, из тех же самых растительных отходов готовило корм для рыб. Так что мы получили почти замкнутый цикл на самообеспечении.

Реестр контейнера гласил, что внутри морозильников содержится свыше миллиона икринок. Мы могли бы стать рыбными магнатами, но нам того не требовалось - мы разморозили и оживили первую колбу с сотней икринок.

Мальков получилось восемьдесят семь. Тринадцать то ли не проснулись, то ли были съедены более расторопными рыбёхами. Комплекс самостоятельно следил за состоянием воды, давал рекомендации по уходу. Мог бы сам кормить, но то в промышленных масштабах. Отправлять Полину за недостающим оборудованием я не видел резона. Отсортировать, почистить ванны и покормить сотню рыб Полина могла вполне самостоятельно. В конечном итоге это стало утренним ритуалом до школы. Она высыпала им корм и разговаривала с рыбами, которые подставляли к ведру любопытные морды.

- Ну куда вы такой толпой? - возмущалась она. - Зачем лезете друг на друга? Всем хватит.

Один из сомов с повреждённым плавником стал её любимчиком - кажется, она его жалела.

Пока Полина возглавляла рыбоводство, доставка грунта не останавливалась. На третьей палубе появилось небольшое поле с кукурузой, опылять которое, в силу отсутствия внутри теплицы ветра, пришлось самой Полине. Нет, она не ходила по кукурузе с кисточкой, опыляя рыльца, а просто играла в прятки меж стеблей, когда растение было «на цвету». Этого вполне хватило, чтобы на одежде перенести пыльцу с одних растений на другие. Всё остальное пространство мы засеяли газонной травой, которую умеют подкашивать агроботы.

Уровень кислорода в теплице такой, что мы открыли шлюз на жилые палубы, и я давно отключил его подачу через систему регенерации. Теперь мы просто перекачиваем воздух через теплицу, подкармливая растения углекислым газом - им «бяку» - нам «лялю».

Преобразился и водоём Полины - он превратился в пруд с песчаным дном и берегом. Вокруг него она посадила растения, что обычно сидят в объёмных кадках: монстеры, диффенбахии, филодендрон, алоказии и сциндапсус. Впрочем, они у нас теперь действительно растут в металлических ящиках в школе, на камбузе и в коридорах. Среди запасов оранжереи отыскалось и несколько туй, но в основном там были множественные виды мхов и папоротников. Растения очень быстро оккупировали незадействованные нами «ниши» пространства, так что теперь с ними приходится вести вялотекущую войну, ограничивая свободу перемещения. А пробираться к грядкам приходится по извилистой тропинке мимо пруда через настоящие заросли. Сциндапсусы за год опутали стены своими лианами, оставив металлические плоскости корпуса только в наших воспоминаниях.

Теперь пруд наше любимое место. Здесь мы отдыхаем, проводим часть уроков, иногда философствуем. Он неглубокий, и Полина с удовольствием в нём плюхается. Недостатка в воде у нас нет - за пределами теплицы мы собрали конструкции по сбору конденсата, так что каждые сорок два часа имеем приличное пополнение и ужасно мокрый песок на дне грузового отсека.

Когда пришло время изъять первую рыбу - было пролито немало слёз. Никак Полина не признавала, что подобное убийство - потребность человеческого организма. Но мне удалось её убедить, сказав, что она только выберет рыбу и передаст её автококу. Уловка - согласен, но и она сработала с трудом.

Естественно, любимчик в разряд несчастных не попал. К нему она вообще относилась с трепетом. Он жил в отдельной ванне - это чтобы его не обижали, а в общую она его пересаживала буквально на полчасика - чтобы ему не было одиноко.

Когда автокок подал сома под «соусом» карпа - все сомнения и предрассудки улетучились. Но любимчик, как решила Полина, доживёт до самой старости, а когда умрёт, то не попадёт в компостер, а будет похоронен в земле.

Теперь Полина увлечённо занимается шитьём платьев для себя.

Как-то мы распустили на составляющие элементы очередной комбинезон. Оказалось, что всё не так уж и сложно. Мой анализ, плюс сопоставление с видео и фото - и вот уже через полгода сарафан или простое прямое платье, для Полины не проблема. Сарафанов у нас вовсе целый гардероб. Разной длины, с разными юбками, разных цветов, в том числе и комбинированных.

Вот только обуви у нас по-прежнему нет. Самые маленькие ботинки, что принадлежали женщине из состава экипажа, - тридцать седьмого размера, а до него мы пока не доросли.

Последнюю неделю физических нагрузок настоятельно избегаем.

На пробежке Полине стало плохо, и она потеряла сознание.

Как и предполагал, пришло время менять сердечко. Это не проблема, принтер уже трудится, а Полина морально готовится к предстоящей операции. Менять будем сразу все заменяемые органы, чтобы не ложиться под лазер несколько раз, а это значит, что придётся расстаться минимум на целый месяц. Именно расставания Полина боится, сама операция её не страшит.

Чтобы как-то отвлечься от гнетущих мыслей, предложил Полине померить красное платье. Оно ей, конечно же, велико, но мы попробовали изучить его, не разбирая. Сделали несколько лекал, попробовали пропорционально уменьшить. Первое платье вышло скверно: кривое, да и в зелёном цвете, но вызывало много положительных эмоций. Попробовали собрать из синей ткани. Получилось лучше, тоже кривовато, но уже терпимо. По-доброму посмеялись над результатом. Теперь корпим над новой его итерацией. Камеры наблюдения - совсем не измерительные приборы, но мне кажется, что в этот раз всё получится точнее.

К сожалению, проблемы со здоровьем Полины не единственное, что могло расстроить.

Год назад начал отмирать один из серверов. Пришлось оперативно вычищать навигационные вычислительные мощности (нам они теперь без особой надобности), а на освободившиеся кристаллы перенести файлы с умирающего сервера.

Ещё отказали несколько энерговодов. Техникам пришлось прокладывать новые кабели. Ну как новые? Вырезать нужное количество из носовой части судна, и вставить заплаты на места повреждений.

Вообще, в коридорах и помещениях всё чаще стали встречаться шланги и кабели. Последствия пережитой «Молнией» катастрофы начинают проявлять себя всё активнее.

Чуть не отдал механическому богу душу один из техников. Где-то полгода назад забаговался в технических нишах, что еле нашли. Сбросился до заводских настроек, и теперь пригоден только для примитивных работ. Чисто диагност-ремонтник, электронным умишкой уже поразмыслить не может. Хорошо, что это не Громозека, вот расстройство-то было бы.

- Патрик, я вчера смотрела фильм, про покорителей космоса, - задумчиво, и с нотами явного недоверия к полученной информации, начала Полина. – И что-то вот мне кажется, что не так всё было гладко.

- Что тебя так смутило? – решил уточнить я, дабы выстроить конструктивные объяснения.

- Получается, что вся заслуга постройки врат принадлежит Североамериканскому Альянсу. А мне вот думается, что остальное человечество не могло оставаться в стороне.

- Правильно думаешь. Но чисто формально, если не вдаваться в подробности, если бы не корабль САА, возможно, технологии врат у человечества и не появилось бы.

- Расскажи, – попросила Полина. – Ты всегда рассказываешь интереснее, чем в передачах.

- А как же математика?

- Ну, давай будем считать, что заменили её на историю. Ну, пожалуйста, – она наморщила носик и прищурила глазки, выпрашивая моего рассказа.

- Тогда придётся начинать со времён первой ядерной войны, – предупредил я.

- Я согласна, – с этими словами Полина подобрала под себя ноги казачком, подпёрла подбородок кулаками, и принялась ждать интересного рассказа.

Она всегда так делала, когда хотела что-то запомнить.

- В середине двадцать первого века случилась первая ядерная война. Конфликт был спровоцирован Северо-Американским государством, но первый ядерный удар нанесло не оно. Первым атаковал Китай, а государство Россия, его поддержало.

Как позже выяснили эксперты, в конфликте была задействовано почти половина имеющегося на тот момент вооружения. Средства обороны были эффективны, и большинство боеголовок было перехвачено, но того, что всё же достигло целей, хватило, чтобы несколько поменять облик Земли и ввергнуть государства в хаос.

Так, например, в России и Китае были стёрты до основания несколько городов, а в Северной Америке, спровоцирован взрыв вулкана Йеллоустоун. В атмосферу были выкинуты миллионы тонн сажи, а на месте вулкана, образовалось внутреннее море. Но, не случилось самого страшного, чего больше всего опасались люди, – не случилось ядерной зимы. Да, почти год небо на планете было пасмурным, но только в северном полушарии дневные отметки температур летом, были чуть выше нуля. Остальной же мир, лишь посетовал на ощутимую прохладу.

Конечно, была нехватка продовольствия, за счёт чего несколько обогатились государства южного полушария. Был скачок инфляции, и новый, искусственно раздуваемый экономический кризис.

Казалось бы, люди должны сделать соответствующие выводы, чтобы подобного не повторилось, и - они сделали. Всего пятьдесят лет прошло без явно выраженной агрессии противоборствующих сторон, как назревал новый конфликт. За это время люди ещё больше накопили и усовершенствовали оружие. Приготовили запасы еды, пресной воды, топлива и одежды. Построили под землёй целые города, заводы и электростанции.

До сих пор доподлинно неизвестно, кто нанёс первый удар в новом противостоянии.

В этот раз били отовсюду, с земли и из космоса. Ведущие державы, вопреки всем договорённостям и запретам, размещали на своих спутниках ядерное оружие. Сдержать подобный натиск не смог никто. Планета изменилась и переродилась. Незатронутым не осталось ничего. Китай потерял почти все города побережья, и население было вынуждено отступить вглубь пустыни. Европейская часть России оказалась в руинах, и лишь территории за Уральским хребтом, более-менее уцелели. Япония перестала существовать. Британия, как остров и как государство, осталась только в учебниках истории и на старых картах. Европа пылала в ядерном огне. Погрузились в хаос страны Ближнего Востока. Крупные города Африки попали под орбитальные бомбардировки. Горела Индия и Австралия. В странах Южной Америки начались локальные войны. Северо-Американский континент превратился в скопление больших и малых островов.

Орбитальные бомбардировки были нацелены против укрытых под землёй объектов. Взрываясь на большой глубине, ядерные заряды спровоцировали активность вулканов, что лишь усугубило ситуацию. От былой географии остались только карты тех времён. Изменилась береговая линия, в океанах исчезли некоторые острова, где-то появились новые.

Началась новая эра - постядерная - продлившаяся без малого двести лет.

Ядерной зимы не случилось вновь. Пепел и сажа, выброшенные в атмосферу, быстро стали собирать на себе конденсат. Небо, что было почти непроглядным в течение первых нескольких недель, очистилось до постоянного плотно-пасмурного состояния, и вновь стало пропускать солнечный свет. Радиоактивные дожди прошли по всей планете. Не было тех, кого бы не коснулся конфликт нескольких сверхдержав. Сколько выжило людей, из чуть более девяти миллиардов, что были на момент атаки, так и останется неизвестным. Лишь спустя тридцать лет, когда состоялась первая перепись населения, удалось насчитать немногим больше двух миллиардов.

В этот раз человечество всё же вняло печальному уроку. Власть перешла в руки остатка военных, которым каким-то чудом удалось погасить очаги локальных столкновений, и не пуститься в военные разборки по выяснению, кто же виноват в случившемся. А может, просто потому, что некому было воевать, да и не с кем. Были проблемы серьёзнее. Разрушенные города и предприятия, радиация, отравляющая воздух, воду и землю. Предстоящий голод. Новый климат. Гватемала, Гондурас, Никарагуа, Коста-Рика, Панама превратились в скопление мелких островов, и воды Атлантики без труда стали перемешиваться с Тихоокеанскими. Образовались новые течения. Тёплый и холодный воздух начал перемещаться в непривычных для людей направлениях.

- Какой ужас! - перебила меня Полина. – Но ведь сейчас на Земле всё равно немало государств.

- Немало, – согласился я. – Но они объединены в альянсы. Северо-Американский альянс, отстаивает интересы таких бывших стран, как Канада, США и Мексика. Азиатский альянс, включает в себя Китай, Россию, Индию, и ещё несколько мелких государств. Южно-Американский и Африканский альянсы, объединяют страны своих континентов. Халифат, хоть и носит такое название, но по своей сути является альянсом стран Ближнего Востока. Австралийский, объединил континент и уцелевшие государства Океании.

- А Европа?

- А Европа, даже спустя столько лет, до сих пор не привлекательна для проживания. От Атлантики до Урала территории поросшие непроходимыми лесами с множеством радиоактивных болот. Людям было проще заселить Марс, чем территорию Европы.

- Давай уже к этому, – разгорелась нетерпением Полина. – Чего интересного в старой войне, случившейся четыреста лет назад.

- Не скажи, – не согласился я, и продолжил. – Спустя пятнадцать лет после войны, состоялись первые контакты между соседствующими государствами. Благо, это были Китай и Россия, участвующие в войне на одной стороне.

Военные не стремились к делению нового мира, и пришли к выводу, что политике разрозненных государств больше нет места, и власть нужно передавать учёным - пусть они определяют вектор развития. А задача военных - обеспечить порядок.

Так появился Азиатский альянс с учёным советом во главе и военным кабинетом как органом обеспечивающим правопорядок. Спустя год, к альянсу присоединились Индия, Корея и Вьетнам. Все страны согласились подчиняться единому правительству Альянса, имея в нём своих полномочных представителей, и объединить остатки вооружённых сил и полиции.

Спустя ещё пять лет, благодаря учёной дипломатии, что основывалась не на догматах финансового обогащения, а на здравом смысле и желании возродить человечество, образовались ещё два альянса - Африканский и Южно-Американский. А чуть позже, был учреждён Планетарный Совет, существующий и по сей день. Самым последним к планетарному правительству присоединили Северо-Американский альянс, но очень скоро пожалели об этом. Желание стать мировым гегемоном не угасло и после двух ядерных войн.

- Это всё ужасно интересно, – подчёркнуто иронично перебила Полина, – но когда уже ты расскажешь о вратах?

Я бы ухмыльнулся, если бы было чем, но, оценив укор в свой адрес, перешёл ближе к интересующей её теме.

- Благодаря стараниям учёных человечеству удалось не опуститься до уровня феодального строя, и надолго установить мораторий на оружие массового уничтожения. Как бы фантастично это ни звучало, но армия как инструмент сдерживания и устрашения потеряла свою актуальность. Границы государств и альянсов стали формальностью, экономика превратилась в глобальную, плановую. За двести с небольшим лет под руководством учёных мужей удалось не только восстановить уровень довоенного прогресса, но и даже в чём-то его превзойти. Огромные ресурсы, как финансовые, так и людские, были перенаправлены в науку. Человечество поставило перед собой амбициозные задачи – покорить Луну с её неисчерпаемыми запасами гелия-3, основать колонии на Марсе, Титане, Ганимеде, достичь пределов гелиосферы.

Многое из задуманного было реализовано. Особенно то, что подталкивалось острой необходимостью, связанной с ограниченностью территорий и отсутствием продовольственного избытка. Люди попали на Луну, построили орбитальные станции, от которых шагнули к Марсу, к поясу астероидов и к планетам-гигантам. Оставался последний шаг - выйти за пределы облака Оорта.

Над постройкой научно-военного судна «Прометей» трудилось всё человечество. Тогда он казался вершиной научного прогресса. Всего пять лет ему понадобилось, чтобы достичь пределов солнечной системы, и он всё ускорялся и ускорялся.

- Они полетели к Проксима Центавра?

- Нет. Это ближайшая к Солнцу звезда, но возле неё нет ничего интересного. Проект был нацелен на другую планету, и рассчитан на полёт длиною в пятьдесят лет. Глизе 581с стала конечной точкой «Прометея».

- Но, космонавты прилетели бы туда уже старенькими, – справедливо возразила Полина.

- Совершенно верно, – согласился я. – Но именно на «Прометее» проходили первые испытания гибернационных капсул. И у людей, скорее всего, всё бы получилось, если бы не досадное происшествие за пределами гелиосферы. «Прометей» обнаружил гигантский объект искусственного происхождения.

- Вау! – воскликнула Полина, вновь перебив меня. – Первый контакт.

- Как оказалось, далеко не первый, – мысленно я улыбнулся и порадовался смятению ребёнка. – Но об этом чуть позже. Итак, пришельцы заинтересовались нашим кораблём, сменили курс и пошли за «Прометеем». Экипаж его был срочно разбужен по тревоге. Никто теперь точно не скажет, что именно случилось тогда на корабле и почему было принято решение атаковать пришельцев. Но последний доклад с «Прометея», что был отослан на Землю, гласил, что действия неопознанного корабля были приняты враждебными, и капитан приказал нанести ядерный удар.

Выяснить, откуда следовал «Прометей», для пришельцев не составило труда. Наш корабль был испарён неизвестным оружием, а вскоре на орбите между Марсом и Землёй появился тот самый корабль-пришелец, поразивший своими возможностями всех учёных мужей планеты.

Полтора световых года, на которые «Прометей» затратил пять лет, пришельцы преодолели за два месяца. Всё это время учёные с ужасом наблюдали, как в сторону Земли движется гравитационная аномалия, сулящая неизбежное столкновение. Однако всё изменилось когда аномалия успокоилась всего в двадцати пяти миллионах километров от Земли и перед нашими взорами возник гигантский корабль. Мы до сих пор не умеем строить такие колоссальные сооружения. Наши стационарные станции - чуть более пяти километров. Тут же был корабль длиною в сорок. И это, как выяснилось позже, не самый крупный.

Человечество было словно голым перед лицом такого явления. Учёные настаивали, что нужно налаживать контакт, но во всё вновь вмешался случай. Как оказалось, наши электронные технологии были столь примитивны, что выходили из строя просто под воздействием сканеров пришельцев.

И мы опять атаковали. Направили к кораблю весь ядерный арсенал спутников, который вот уже долгое время использовали для защиты пространства Земли от астероидов и мелких комет.

Нас атаковали в ответ. Пришельцы перехватили и уничтожили все ракеты, а потом нанесли удар по Земле. До сих пор неизвестно, какое оружие было применено, но бил корабль чётко по объектам военного назначения. Пришельцы уничтожали инфраструктуру планомерно, не спеша. Просто дожидались поворота планеты. Даже объявленная эвакуация не смогла уберечь большую часть населения. Всего за сутки население Земли сократилось вдвое. Оружие было разрушительным, но не вызывало привычных для людей последствий. Заводы исчезали вместе с городами, просто превращались в прах и пепел. Не было взрывов, пожаров, радиации. Просто образовывались безжизненные пустыни. Не спасали ни гранитные горы, ни глубокое расположение под землёй.

- Зачем они так! – возмутилась Полина, и сенсоры показали, что она испытывает злость. – Мы же им ничего плохого не сделали.

- Но хотели, – возразил я.

- Всё равно, – Полина обиженно надула губы, будто это я виноват в случившемся и рассказываю дурную сказку. – Они вон какие сильные. Конечно, когда сильный, совсем нетрудно обижать слабых.

- Совершенно верно. Таким образом нам преподали наглядный урок на будущее. Впрочем, позже ненависть людей к пришельцам сменилась благодарностью. Не в одночасье, но всё же. Ведь с момента тех событий прошло уже немало лет.

- Ну когда уже про кольца? – заунывно протянула Полина, изображая мольбу в голосе.

- Как ты думаешь, что стали делать пришельцы дальше?

- Захватывать Землю?

- Нет, они начали изучать нашу историю. Почти так, как изучаешь её ты.

- И что, благодаря истории они нас пощадили? – любопытство Полины чуть повысило свой градус.

- Не пощадили, но постарались понять и пришли к не очень утешительным выводам. История Человечества им очень не понравилась. Постоянные войны, распри, желание одних господствовать над другими. Пришельцы намеревались бросить нас, но благодаря учёным всё же согласились дать людям второй шанс. За три года они помогли построить космическую станцию рядом с Луной, снабдив её особым устройством, именуемым «Репликатор». Научили людей строить двигатели для космических кораблей, дающие энергию благодаря безопасному ядерному синтезу. Научили защищаться от космической радиации. И указали человечеству на некоторые заблуждения в законах физики.

- Ну где же кольца?! – начала негодовать Полина, потрясая кулачками в нетерпении.

- Кольца создаёт «Репликатор». Он сообщает, какие материалы и в каком количестве необходимы, и строит элементы колец. Потом эти части вывозят большие корабли и собирают в единое целое у какой-нибудь звезды.

Мы не знаем, как устроен «Репликатор» и за прошедшее время нисколько не приблизились к разгадке его работы. Просто продолжаем снабжать его материалами и возводить новые кольца.

- Думала, будет интереснее, – разочаровалась Полина. - А как получается, что корабль влетает в одно кольцо, и тут же появляется из другого?

- Это сложно, но я попробую объяснить. Для этого нам нужно выйти в коридор, – предложил я.

Полина неохотно поднялась с насиженного места.

- Как ты думаешь, сколько шагов до дверей медотсека? – спросил, остановив Полину в дверном проёме камбуза.

- Пять или шесть, – ответила она, оценивая ширину коридора.

- Получается, чтобы оказаться в медотсеке, необходимо преодолеть расстояние в шесть шагов и затратить на это какое-то время. А теперь представь, что как только ты собираешься сделать первый шаг в коридор, дверной проём медотсека сам приближается к тебе, и ты делаешь шаг сразу в него. И как только оказываешься там, проём возвращается на место.

Полина недоверчиво наморщила носик, прошла через коридор, осмотрела стены дверного проёма.

- Не выйдет, – с профессорской уверенностью заявила она. – Стены погнутся.

- Скорее всего, – согласился я. – Но так произойдёт только в нашем пространстве, с привычными нам законами физики. Чтобы стены нашего пространства не гнулись и не ломались, кольца притягиваются в пространстве с иными законами физики, где оно может быть значительно плотнее, чем мы можем себе представить.

- Я слышала в передаче, – с видом человека, пребывающего в теме, вспомнила Полина. – Это называется гиперпространство. Ещё говорили, что человек не может в нём долго находиться.

- Совершенно верно. Безопасным для человека считается прыжок в соседнюю систему, приблизительно на пять-семь световых лет.

- Далеко, – многозначительно заключила моя слушательница.

- Но, ты рассказал, как кольца действуют. Это я видела в передаче. А я хотела узнать, как они работают. Как у них это получается?

- Я не знаю, – честно признался я. – Меня создавали люди, и я обладаю теми же знаниями, что и они, только думаю в триллионы раз быстрее. Предполагаю, что кольца используют гравитацию звёзд, ведь не зря же их ставят рядом с ними.

- Ох уж эта вездесущая гравитация, – обречённо выдохнула Полина, и без особого труда преодолела оную - слабой Деки. Допрыгнула до потолка, и даже на какое-то время задержалась возле него, пока импульс не иссяк. – А ты говорил, что это был не первый контакт.