Комментарии на книги Α–Ζ Метафизики Аристотеля. Том 1 (кн. А - B)

981a5 Искусство же возникает тогда, когда из многих [результатов] мышления об опыте относительно подобных [случаев] образуется одно общее предположение. Ведь иметь предположение, что Каллию при болезни этой вот болезнью вот это пошло на пользу, и Сократу, и многим другим — [это] принадлежит опыту; а [предположение] общее, что всем заболевшим такой-то болезнью пошло на пользу, например, лихорадящим при кавсе, или [страдающим] флегматозным [заболеванием], или меланхоликам, — [это] принадлежит искусству.

Ведь [оно] общее: искусство есть сведение воедино многих опытов. Ведь из опыта — знать, что страдающим этой вот болезнью вот это средство полезно; а из искусства — что страдающим такой-то болезнью таким-то [людям] полезно [это] применять. Ибо [дело] искусства — переход к подобному, как и сам он ясно показал это на примерах.

981a5 Γίνεται δὲ τέχνη, ἡνίκα ἐκ πολλῶν νοημάτων τῆς ἐμπειρίας περὶ τῶν ὁμοίων καθόλου μία ὑπόληψις γένηται· τὸ μὲν γὰρ ἔχειν ὑπόληψιν ὅτι Καλλίᾳ νοσοῦντι τήνδε τὴν νόσον τοδὶ συνήνεγκε καὶ Σωκράτει καὶ ἄλλοις πλείοσιν, ἐμπειρίας ὑπάρχει· τὸ δὲ καθόλου ὅτι πᾶσι τοῖς νοσήσασι τὴν τοιανδὶ νόσον συνήνεγκεν, οἷον τοῖς πυρέττουσι καύσῳ ἢ φλεγματώδεσιν ἢ μελαγχολικοῖς, τέχνης.

Καθόλου γάρ ἐστι· πολλῶν γὰρ ἐμπειριῶν συγκεφαλαίωσίς ἐστιν ἡ τέχνη. ἐξ ἐμπειρίας μὲν γὰρ τὸ εἰδέναι ὅτι τοῖς τήνδε τὴν νόσον νοσοῦσι τοδὶ τὸ βοήθημα χρήσιμον· ἐκ τέχνης δὲ τὸ τοῖς τὴν τοιάνδε νόσον νοσοῦσι τοιοῖσδε συμφέρειν χρῆσθαι. τέχνης γὰρ ἡ τοῦ ὁμοίου μετάβασις, ὡς καὶ αὐτὸς σαφῶς ἐκ τῶν παραδειγμάτων ἔδειξεν.

981a12

Итак, по отношению к действию опыт, по-видимому, ничем не отличается от искусства.

То, что он говорит, означает следующее: для действий искусства ничем не отличаются от опытов, но даже более преуспевают в [достижении] успеха опытные, чем те, кто не имеет опыта, но владеет рассуждением. И это естественно: ведь действия — единичны, а искусство ищет общего; поэтому нет ничего странного в том, что знающий общее не знает единичного, как он говорит в «Аналитике»: знающий [как] научное положение, что никакая мулица не рожает, увидев впоследствии мулицу с раздувшимся животом, был обманут и предположил, что она беременна. Так что естественно опытный больше преуспевает в делах, чем владеющий рассуждением, поскольку и действия — единичны. А что действия и возникновения относятся к единичному, ясно отсюда: ведь врачующий исцеляет не человека, разве что по совпадению, но Каллия или Сократа, и поскольку Каллию, которого он лечит, случилось быть человеком, говорится, что он лечит и человека; так что человека — по совпадению, а Каллия — самого по себе. Не потому, что человек [присущ] по совпадению, но потому, что по совпадению он лечится, — как он говорил и в «Категориях», в рассуждении об отношении: что господин есть господин раба, а по совпадению — [господин] человека, поскольку рабу случилось быть человеком. Так, значит, [это] по отношению к [категории] отношения — по совпадению; ведь не по отношению к природе людей.

981a12 Πρὸς μὲν οὖν τὸ πράττειν ἐμπειρία τέχνης οὐδὲν δοκεῖ διαφέρειν.

Ὁ λέγει τοιοῦτόν ἐστιν, ὅτι πρὸς τὰς πράξεις οὐδὲν διαφέρουσιν αἱ τέχναι τῶν ἐμπειριῶν, ἀλλὰ καὶ μᾶλλον ἐπιτυγχάνουσιν οἱ ἔμπειροι τῶν μὴ ἐχόντων πεῖραν ἀλλὰ λόγον. καὶ εἰκότως· αἱ γὰρ πράξεις μερικαὶ ὑπάρχουσιν, ἡ δὲ τέχνη τὸ καθόλου ζητεῖ· οὐδὲν οὖν ἄτοπον εἰδότα τὸ καθόλου ἀγνοεῖν τὸ καθ ἕκαστον, ὥς φησιν ἐν τῇ Ἀποδεικτικῇ, ὅτι ὁ εἰδὼς ἐπιστήμων ὅτι οὐδεμία ἡμίονος τίκτει, ὕστερον θεασάμενος ἡμίονον ἐξωγκωμένην ἔχουσαν τὴν γαστέρα, ἠπατήθη καὶ ὑπέλαβεν αὐτὴν ἔγκυον εἶναι. ὥστε εἰκότως ὁ τὴν ἐμπειρίαν εἰδὼς μᾶλλον κατορθοῖ τοῦ ἔχοντος τὸν λόγον ἐν τοῖς ἔργοις, ἐπεὶ καὶ μερικαὶ αἱ πράξεις ὑπάρχουσιν. ὅτι γὰρ αἱ πράξεις καὶ αἱ γενέσεις περὶ τὰ καθ ἕκαστα ὑπάρχουσι, φανερὸν ἐντεῦθεν· ὁ γὰρ ἰατρεύων οὐκ ἄνθρωπον ὑγιάζει, ἀλλ ἢ κατὰ συμβεβηκός, ἀλλὰ Καλλίαν ἢ Σωκράτη, καὶ ἐπειδὴ συνέβη τῷ Καλλίᾳ τῷ ἰατρευομένῳ ἀνθρώπῳ εἶναι, λέγεται καὶ τὸν ἄνθρωπον ἰατρεύειν· ὥστε κατὰ συμβεβηκὸς τὸν ἄνθρωπον, Καλλίαν δὲ καθ αὑτό· οὐχ ὅτι ὁ ἄνθρωπος κατὰ συμβεβηκὸς ὑπάρχει, ἀλλ ὅτι κατὰ συμβεβηκὸς ἰατρεύεται, ὥσπερ ἔλεγε καὶ ἐν ταῖς Κατηγορίαις ἐν τῷ λόγῳ τῶν πρός τι, ὅτι δεσπότης δούλου ἐστὶ δεσπότης, κατὰ συμβεβηκὸς δὲ ἀνθρώπου, ἐπειδὴ συνέβη τὸν δοῦλον εἶναι ἄνθρωπον. ὡς οὖν πρὸς τὰ πρός τι συμβεβηκός· οὐ γὰρ ὡς πρὸς τὴν φύσιν τῶν ἀνθρώπων.

981a21

Если же кто-либо без опыта владеет рассуждением и познаёт общее, но не знает единичного, заключённого в этом [общем], то он часто будет ошибаться в лечении.

Как мы сказали о мулице: ведь иногда [он] обманывается относительно единичного; ибо единичное — то, что подлежит лечению.

981a21 Ἐὰν οὖν ἄνευ τῆς ἐμπειρίας ἔχῃ τις λόγον καὶ τὸ μὲν καθόλου γνωρίζῃ, τὸ δὲ ἐν τούτῳ καθ ἕκαστον ἀγνοῇ, πολλάκις διαμαρτήσεται τῆς θεραπείας.

Ὡς ἐπὶ τῆς ἡμιόνου εἰρήκαμεν· ἔστι γὰρ ὅτε ἀπατᾶται περὶ τὸ μερικόν· τὸ γὰρ μερικόν ἐστι τὸ θεραπευόμενον.

981a24

А знать и понимать [мы] полагаем [свойственным] скорее искусству, чем опыту.

Поскольку показалось, что опытные принимаются [за] нечто большее, чем мастера, он говорит: а знать и познание более [свойственно] мастерам, владеющим рассуждением о деле, нежели опытным. Ведь знающие повелевают опытными, как и зодчий — плотником. Ибо люди удивлялись мудрым и отличающимся от других. Вместе с тем через это он показывает и путь к мудрости и совершеннейшему знанию, и как вошла к людям мудрость и обладание и созерцание наиболее ценного, — что [это произошло] после открытия необходимого и полезного, когда люди, уже имея досуг, стали мыслить более возвышенное и свободное. Так что мастера кажутся всем мудрее опытных, поскольку мудрость всюду следует за знанием и познанием. Ведь опытные знают «что», а мастера — и «почему»; а это и есть дело мудрости — указывать причины вещей. Недаром мы и зодчих считаем более ценными и более сведущими, чем ремесленников, и называем их мудрее, поскольку они знают причины и повелевают; так же и военачальников. Поэтому он говорит: «Ведь мы ещё не знаем ясно, каков ум Атрида». Итак, опытные подобны неодушевлённым [вещам]: как огонь жжёт, но не знает, почему жжёт, и снег холодит, но не знает, почему холодит, — так и опытные делают, но не знают, почему делают. Однако следует знать, что одушевлённые отличаются от неодушевлённых. Ведь неодушевлённые делают то, что делают, без рассуждения, — например, если случится, огонь жжёт без рассуждения; а неразумные [животные] — по природе, например, по природе ласточка строит гнездо, и муравей собирает и делает запасы; опытные же — с некоторым рассуждением, хотя и не совершенным. Поэтому он говорит, что ремесленники [действуют] по навыку, будучи не мудрее по самому бытию практичными, чем другие, но потому, что имеют некоторое рассуждение и познают причины, хотя и не так, как знающие. А величайший признак знающего и незнающего — способность учить. Поэтому и говорят, что искусство в большей мере знание, чем опыт, так как одно учит, а другой не учит. Потому и говорил Сократ в «Алкивиаде», что Перикл не есть знающий: ведь он и не может учить, — ибо никого не сделал прекрасным ни из своих сыновей, никого-либо другого.

981a24 Τὸ δὲ εἰδέναι καὶ ἐπαΐειν τῇ τέχνῃ τῆς ἐμπειρίας ὑπάρχειν οἰόμεθα μᾶλλον.

Ἐπειδὴ ἔδοξεν ὥσπερ πλέον ἀποδέχεσθαι τοὺς ἐμπείρους τῶν τεχνιτῶν, φησὶ τὸ δὲ εἰδέναι καὶ ἡ γνῶσις μᾶλλον ὑπάρχει τοῖς τεχνίταις τοῖς λόγον ἔχουσι τοῦ πράγματος, ἤπερ τοῖς ἐμπειρικοῖς. ἐπιτάττουσι γὰρ οἱ ἐπιστήμονες τοῖς ἐμπειρικοῖς, ὥσπερ καὶ ὁ ἀρχιτέκτων τῷ τέκτονι. ἐθαύμαζον γὰρ οἱ ἄνθρωποι τοὺς σοφοὺς καὶ διαφέροντας τῶν ἄλλων. ἅμα δὲ δι αὐτῶν δείκνυσιν τὴν ἐπὶ τὴν σοφίαν καὶ τελειοτάτην γνῶσιν ὁδόν, καὶ πῶς παρῆλθεν εἰς ἀνθρώπους ἡ σοφία καὶ ἡ τῶν τιμιωτάτων κτῆσις καὶ θεωρία, ὅτι μετὰ τὴν τῶν ἀναγκαίων καὶ χρειωδῶν εὕρεσιν περιττότερόν τε καὶ ἐλεύθερον ἤδη νοεῖν σχολαζόντων τῶν ἀνθρώπων. ὥστε σοφωτέρους τοὺς τεχνίτας τῶν ἐμπείρων πάντες ὑπολαμβάνομεν, ἐπειδὴ κατὰ τὸ εἰδέναι καὶ τὴν γνῶσιν πᾶσιν ἕπεται ἡ σοφία. οἱ μὲν γὰρ ἔμπειροι τὸ ὅτι ἴσασιν, οἱ δὲ τεχνῖται καὶ τὸ διότι· ὅπερ ἐστὶ σοφίας ἔργον, τὸ ἀποδιδόναι τὰς αἰτίας τῶν πραγμάτων. ἀμέλει τοι καὶ τοὺς ἀρχιτέκτονας τιμιωτέρους νομίζομεν καὶ μᾶλλον ἐπίστασθαι τῶν χειροτεχνῶν καὶ σοφωτέρους αὐτοὺς λέγομεν, ἐπειδὴ ἴσασι τὰς αἰτίας καὶ ἐπιτάττουσιν· ὁμοίως δὲ καὶ τοὺς στρατηγούς. διό φησιν· «οὐ γάρ πω σάφα ἴσμεν, οἷος νόος Ἀτρείδαο». ἐοίκασιν οὖν οἱ ἐμπειρικοὶ τοῖς ἀψύχοις· ὥσπερ γὰρ τὸ πῦρ καίει, οὐκ οἶδε δὲ διὰ τί καίει, καὶ ἡ χιὼν ψύχει, οὐκ οἶδε δὲ διὰ τί ψύχει, οὕτως καὶ οἱ ἐμπειρικοὶ ποιοῦσι μέν, οὐκ ἴσασι δὲ διὰ τί ποιοῦσιν. χρὴ μέντοι εἰδέναι ὅτι διαφέρουσι τῶν ἀψύχων τὰ ἔμψυχα. τὰ μὲν γὰρ ἄψυχα ἀλόγως ποιοῦσιν ἃ ποιοῦσιν, οἷον, εἰ τύχοι, τὸ πῦρ ἀλόγως καίει· τὰ δὲ ἄλογα φυσικῶς, οἷον φυσικῶς ἡ χελιδὼν ποιεῖ τὴν νεοττιάν, καὶ ὁ μύρμηξ συνάγει καὶ θησαυρίζει· οἱ μέντοι γε ἐμπειρικοὶ μετὰ λόγου τινός, εἰ καὶ μὴ τελείου. διό φησι τοὺς δὲ χειροτέχνας δι ἔθος, οὐκ ὄντας σοφωτέρους κατὰ τὸ εἶναι πρακτικοὺς τῶν ἄλλων, ἀλλὰ κατὰ τό τινα λόγον ἔχειν αὐτοὺς καὶ τὰς αἰτίας γνωρίζειν, εἰ καὶ μὴ ὁμοίως τοῖς ἐπιστήμοσιν. σημεῖον δὲ μέγιστον τοῦ εἰδότος καὶ τοῦ μὴ εἰδότος τὸ δύνασθαι διδάσκειν ἐστίν. διὰ τοῦτο λέγουσι τὴν τέχνην μᾶλλον εἶναι ἐπιστήμην τῆς ἐμπειρίας, ἐπειδὴ ἡ μὲν διδάσκει, ἡ δὲ οὐ διδάσκει. διὸ καὶ ἔλεγεν ὁ Σωκράτης ἐν τῷ Ἀλκιβιάδῃ, ὅτι οὐκ ἔστιν ἐπιστήμων ὁ Περικλῆς· οὐδὲ γὰρ δύναται διδάσκειν· οὐδένα γὰρ ἐποίησε καλὸν οὔτε τοὺς παῖδας οὔτε ἄλλον τινά.

981b10

Из ощущений же ни одно мы не считаем мудростью; хотя они и являются более господствующими по отношению к знаниям о единичном; но они не говорят «почему» ни о чём, например, почему огонь называется горячим, но [говорят] только, что [он] горяч.

А знание говорит и «почему», поскольку [огонь] и жжёт, и сушит.

981b10 Τῶν δὲ αἰσθήσεων οὐδεμίαν ἡγούμεθα εἶναι σοφίαν· καίτοι τῶν καθ ἕκαστα γνώσεων κυριώτεραι αὗται ὑπάρχουσιν· ἀλλ οὐ λέγουσι τὸ διὰ τί περὶ οὐδενός, οἷον διὰ τί θερμὸν λέγεται τὸ πῦρ, ἀλλ ὅτι μόνον θερμόν.

Ἡ δὲ ἐπιστήμη λέγει καὶ τὸ διὰ τί, ἐπειδὴ καὶ καίει καὶ ξηραίνει.

981b13

Итак, сначала, вероятно, [человек], нашедший какую бы то ни было [первую] вещь, [нашёл] и искусство.

Отсюда он намеревается сказать [о] времени, в которое пришла к нам мудрость; не потому, что она, как он говорит, пришла во времени, но по отношению к нашему периоду; ведь она была и прежде. Ибо случаются потопы и землетрясения, и вещи исчезают, и снова находятся, как и сам Аристотель говорит в «Метеорологике» о великом землетрясении, происшедшем в Ахайе, и что, говорит он, при Девкалионе был великий потоп, и многие места исчезли, и все равнины погибли, и только те смогли спастись, кто был на горных вершинах, как ясно и поэт, сказавший: «Он основал Дарданию, ибо ещё не был Илион священный построен на равнине, город смертных людей, но ещё жили у подножий многоключной Иды». Затем, после того как потоп прекратился, спасшиеся спустились на равнины и были отцами с детьми, как господа, приказывая рабам и советуя, и не было среди них несправедливости; поэтому и совещательный вид [речи] есть более ранний. Позже они заботились только о необходимом, например, о хлебопечении и ткачестве, без чего нам невозможно быть. Затем, после того как они справились с этим, они заботились и о том, что [служит] удобству жизни, например, о монете, как и сам он говорит в «Этике», что монеты занимают место поручителя, и отсюда происходит великое облегчение для людей. Ведь, например, ткач доставил плащ и шёл на рынок, нуждаясь в хлебе, и ждал, пока не придёт хлебопёк, нуждающийся в одежде, и даст хлебы и получит одежду; подобно же и при других сделках. Итак, была изобретена монета как бы поручительствующая за каждое [благо], и, давая [её], [люди] освобождаются, и уже никто не ждёт другого, поскольку каждый принимает монеты вместо надёжного поручителя; ведь и сам он желает через неё покупать. Затем, в свою очередь, изобрели бани, способные надолго сохранять тела людей, и такого рода [вещи] суть вместо необходимого поручителя. Итак, после того как [люди] нашли необходимое и то, что создаёт облегчение и удобство, они начали восходить и к большему, что выше [способностей] ощущения. Ведь никто не удивляется, [если кто-то] обладает ощущением; ибо это дар природы и божества. Итак, искать то, что выше ощущения, — действительно свойственно разумной душе. И сначала они исследовали более поверхностное, например, если случится, почему море не прибывает, когда столько рек в него впадает. И причина этого сказана в «Метеорологике»: потому что вода из него снова испаряется под действием солнца и приносится вниз, и создаёт реки. Затем они исследовали и более глубокое: почему луна так-то растёт или почему затмевается, соединяясь с солнцем, и о прочих движениях неба, и дошли до первой причины; и тогда снова начали действовать умственно. Так, значит, постепенно они пришли к понятию мудрости и действовали согласно уму, воспринимая простыми прозрениями умопостигаемые и яснейшие силы.

981b13 Τὸ μὲν οὖν πρῶτον εἰκὸς τὸν ὁποιανοῦν εὑρόντα τέχνην.

Πρόκειται αὐτῷ ἐντεῦθεν εἰπεῖν τὸν χρόνον, καθ ὃν ἐφοίτησεν εἰς ἡμᾶς ἡ σοφία· οὐχ ὅτι φησὶν ἐν χρόνῳ ἐφοίτησεν, ἀλλ ὡς πρὸς τὴν ἡμετέραν περίοδον· ἦν γὰρ καὶ πρῴην. γίνονται γὰρ κατακλυσμοὶ καὶ σεισμοὶ καὶ ἀφανίζονται τὰ πράγματα καὶ πάλιν εὑρίσκονται, ὥς φησι καὶ αὐτὸς Ἀριστοτέλης ἐν τοῖς Μετεώροις περὶ τοῦ μεγάλου σεισμοῦ τοῦ γενομένου ἐν τῇ Ἀχαΐᾳ, καὶ ὅτι ἐπὶ τοῦ Δευκαλίωνος, φησί, ἐγένετο μέγας κατακλυσμὸς καὶ πολλοὶ ἠφανίσθησαν τόποι καὶ πᾶσαι αἱ πεδιάδες ἀπώλοντο, καὶ μόνοι ἠδυνήθησαν περισωθῆναι οἱ ἐν ταῖς ἀκρωρείαις τῶν ὀρέων ὄντες, ὡς δηλοῖ καὶ ὁ ποιητὴς εἰρηκώς· «κτίσσε δὲ Δαρδανίην, ἐπεὶ οὔπω Ἴλιος ἱρὴ ἐν πεδίῳ πεπόλιστο, πόλις μερόπων ἀνθρώπων, ἀλλ ἔθ ὑπωρείας ἔναιον πολυπιδάκος Ἴδης». εἶτα λοιπὸν μετὰ τὸ παύσασθαι τὸν κατακλυσμὸν κατῆλθον οἱ περισωθέντες ἐν ταῖς πεδιάσι καὶ ἦσαν πατέρες μετὰ τέκνων, ὡς δεσπόται δούλοις κελεύοντες καὶ συμβουλεύοντες, καὶ οὐκ ἦν ἐν ἐκείνοις ἀδικία· διὸ καὶ τὸ συμβουλευτικὸν εἶδος πρότερόν ἐστιν. ὕστερον δὲ ἐφρόντιζον τῶν ἀναγκαίων μόνων, οἷον ἀρτοποιίας καὶ ὑφαντικῆς, ὧν ἄνευ οὐ δυνατὸν εἶναι ἡμᾶς. εἶτα λοιπὸν μετὰ τὸ περιγενέσθαι τούτων, ἐφρόντιζον καὶ τῶν πρὸς εὐκολίαν τοῦ βίου, οἷον τοῦ νομίσματος, ὥς φησι καὶ αὐτὸς ἐν τοῖς Ἠθικοῖς, ὅτι ἐγγυητοῦ τάξιν ἐπέχει τὰ νομίσματα, καὶ πολλὴ ῥᾳστώνη γίνεται ἐντεῦθεν τοῖς ἀνθρώποις. ἐπόρισε γὰρ λόγου χάριν ὁ ὑφάντης ἱμάτιον καὶ ἀπήρχετο εἰς τὴν ἀγορὰν ἄρτου δεόμενος, καὶ περιέμενεν, ἕως ὅτε ἔλθῃ ὁ ἀρτοποιὸς ἐσθῆτος δεόμενος καὶ δοίη ἄρτους καὶ λάβοι ἐσθῆτα· ὁμοίως δὲ καὶ ἐπὶ τῶν ἄλλων συναλλαγμάτων. ἐπενοήθη οὖν τὸ ἀργύριον ὥσπερ ἐγγυώμενον ἕκαστον, καὶ διδόντες ἀπαλλάττονται καὶ οὐκέτι ἀναμένει τις ἄλλον, ἐπειδὴ ἕκαστος δέχεται τὰ νομίσματα ἀντὶ ἐγγυητοῦ ἀσφαλοῦς· βούλεται γὰρ καὶ αὐτὸς δι αὐτοῦ ὠνεῖσθαι. εἶτα πάλιν ἐπενοήσαντο τὰ λουτρὰ δυνάμενα ἐπὶ πολὺ σώζειν τὰ τῶν ἀνθρώπων σώματα, καὶ ἔστι τὰ τοιαῦτα ἀντὶ ἐγγυητοῦ ἀναγκαίου. μετὰ τοίνυν τὸ εὑρεῖν τὰ ἀναγκαῖα καὶ τὰ ῥᾳστώνην ἐμποιοῦντα καὶ εὐκολίαν, ἤρξαντο καὶ ἐπὶ τὰ μείζονα ἀνιέναι, ἅτινα κρείττονα ὑπάρχει ἢ κατ αἴσθησιν. οὐδεὶς γὰρ θαυμάζεται ἔχων αἴσθησιν· φύσεως γὰρ δῶρόν ἐστι καὶ θεοῦ. τὸ οὖν ζητεῖν τὰ ὑπὲρ τὴν αἴσθησιν τῷ ὄντι λογικῆς ψυχῆς ἐστιν ἴδιον. καὶ πρῶτον μὲν τὰ ἐπιπολαιότερα ἐζήτησαν, οἷον, εἰ τύχοι, διὰ τί οὐκ αὔξεται ἡ θάλαττα τοσούτων ποταμῶν εἰς αὐτὴν ἐμβαλλόντων. καὶ ἡ αἰτία τούτου εἴρηται ἐν τοῖς Μετεώροις· διὰ τὸ ἐξατμίζεσθαι πάλιν ἐξ αὐτῆς τὸ ὕδωρ ὑπὸ τοῦ ἡλίου καὶ καταφέρεσθαι καὶ ποιεῖν τοὺς ποταμούς. ἔπειτα καὶ βαθύτερα ἐζήτησαν, διὰ τί ἡ σελήνη τοιῶσδε αὔξεται ἢ διὰ τί ἐκλείπει συνοδεύουσα τῷ ἡλίῳ, καὶ περὶ τῶν ἄλλων κινήσεων τοῦ οὐρανοῦ, καὶ ἦλθον μέχρι τοῦ πρώτου αἰτίου· καὶ τότε πάλιν ἤρξαντο νοερῶς ἐνεργεῖν. οὕτως οὖν κατὰ μέρος ἦλθον εἰς ἔννοιαν τῆς σοφίας καὶ κατὰ νοῦν ἐνήργουν ἁπλαῖς ἐπιβολαῖς ἀντιλαμβανόμενοι τῶν νοητῶν καὶ φανοτάτων δυνάμεων.

981b13

Итак, сначала [это] вероятно.

«Вероятно» нужно понимать в общем смысле: он говорит, что сначала, после потопа, спасшийся [человек], [нашедший] какое бы то ни было искусство помимо общих ощущений, вызывал удивление у людей — не только из-за полезности, но и как мудрый и отличающийся от других, кто делал что-либо сообразно ощущению. А «помимо общих ощущений» он говорит не в том смысле, как сказано у него в сочинении «О душе», что нет иного ощущения помимо пяти чувств, но что [способность] исследовать [и] действовать есть нечто более господствующее, чем [действие] сообразно ощущению, — например, исследовать причину, по которой море не прибывает, когда столько рек в него впадает.

981b13 Τὸ μὲν οὖν πρῶτον εἰκός.

Κατὰ κοινοῦ δεῖ ἀκούειν τὸ εἰκός· φησὶν οὖν ὅτι τὸ πρῶτον μετὰ τὸν κατακλυσμὸν τὸν σωθέντα τέχνην ὁποιανοῦν παρὰ τὰς κοινὰς αἰσθήσεις θαυμάζεσθαι ὑπὸ τῶν ἀνθρώπων, οὐ μόνον διὰ τὸ χρήσιμον, ἀλλὰ καὶ ὡς σοφὸν καὶ διαφέροντα τῶν ἄλλων τῶν κατ αἴσθησίν τι πραττόντων. τὸ δὲ παρὰ τὰς κοινὰς αἰσθήσεις οὐ λέγει καθὼς εἴρηται αὐτῷ ἐν τῇ Περὶ ψυχῆς πραγματείᾳ, ὅτι οὐκ ἔστιν ἑτέρα αἴσθησις παρὰ τὰς πέντε αἰσθήσεις, ἀλλ ὅτι τὸ ζητεῖν δύνασθαι ἐνεργεῖν ἐστι κρειττόνως ἢ κατ αἴσθησιν, οἷον τὸ ζητεῖν αἰτίαν δι ἣν οὐκ αὔξεται ἡ θάλαττα τοσούτων ποταμῶν εἰς αὐτὴν ἐμβαλλόντων.

981b17

Когда же находится больше искусств.

Он говорит, что многие искусства находятся у людей: одни содействуют необходимому для нас, как хлебопечение и ткачество, другие — [служат] препровождению [времени] и удобству, как мы сказали о монете и банях. Итак, мы считаем таких [людей] мудрее тех, то есть нашедших удобство, потому что их знания [направлены] не на [непосредственное] использование. Поэтому, когда были найдены все искусства, содействующие необходимому и удобству, позже были найдены знания, которые не служат ни для удовольствия, ни для необходимого, но для познания души. Он имеет в виду математические [науки]: геометрию, арифметику, музыку, астрономию. Ибо [люди] исследовали, почему иногда дни становятся большими, а иногда малыми, и почему иногда лето, а иногда зима, и всё прочее такого рода. И особенно такие [науки] были усовершенствованы в тех местах, где люди имели досуг для них. Он имеет в виду Египет: ведь там впервые сложились математические знания, поскольку жрецы имели необходимое для них доставляемое откуда-то [извне] и имели досуг только для математических [наук]; поэтому и в иероглифических письменах они имели это записанным. А что и математические знания начались с опыта, он показал через жрецов в Египте. Ведь при досуге, через наблюдения за происходящим на небе, они сначала приобрели опыт, а затем составили искусство. Так и геометрия в начале была найдена от землемерия. И как нахождение такого [рода знаний происходит] у имеющих досуг, так и деятельность в этих [науках] требует досуга.

981b17 Πλειόνων δὲ εὑρισκομένων τεχνῶν.

Φησὶν ὅτι πολλαὶ τέχναι παρὰ τοῖς ἀνθρώποις εὑρίσκονται, καὶ αἱ μὲν πρὸς τὰ ἀναγκαῖα ἡμῖν συμβάλλονται, ὥσπερ ἀρτοποιία καὶ ὑφαντική, ἄλλαι δὲ πρὸς διαγωγὴν καὶ εὐκολίαν, ὡς ἐπὶ τοῦ ἀργυρίου εἰρήκαμεν καὶ τῶν βαλανείων. σοφωτέρους οὖν κρίνομεν τοὺς τοιούτους ἐκείνων, τουτέστι τοὺς τὴν εὐκολίαν εὑρηκότας, διὰ τὸ μὴ πρὸς χρῆσιν εἶναι τὰς ἐπιστήμας αὐτῶν. ὅθεν εὑρεθεισῶν πασῶν τῶν τεχνῶν τῶν συμβαλλομένων πρὸς τὰ ἀναγκαῖα καὶ τὴν εὐκολίαν, εὑρέθησαν ὕστερον ἐπιστῆμαι, αἵτινες οὔτε πρὸς ἡδονὴν οὔτε πρὸς τὰ ἀναγκαῖα χρησιμεύουσιν, ἀλλὰ πρὸς τὴν τῆς ψυχῆς γνῶσιν. λέγει δὲ τὰ μαθήματα, γεωμετρίαν, ἀριθμητικήν, μουσικήν, ἀστρονομίαν. ἐζήτησαν γὰρ διὰ τί ποτὲ μὲν γίνονται μεγάλαι αἱ ἡμέραι, ποτὲ δὲ μικραί, καὶ διὰ τί ποτὲ μὲν θέρος, ποτὲ δὲ χειμών, καὶ ὅσα ἄλλα τοιαῦτα. καὶ μάλιστα τὰ τοιαῦτα κατωρθώθησαν ἐν τοῖς τόποις, ἐν οἷς ἐσχόλαζον τούτοις οἱ ἄνθρωποι. λέγει δὲ τὴν Αἴγυπτον· ἐκεῖσε γὰρ πρῶτον συνέστησαν αἱ μαθηματικαὶ ἐπιστῆμαι, ἐπειδὴ οἱ ἱερεῖς τὰ ἀναγκαῖα εἶχον ἄλλοθεν αὐτοῖς παρεχόμενα καὶ ἐσχόλαζον μόνοις τοῖς μαθήμασιν· διὸ καὶ ἐν τοῖς ἱερογλυφικοῖς γράμμασι ταῦτα εἶχον γεγραμμένα. ὅτι δὲ καὶ αἱ μαθηματικαὶ ἐπιστῆμαι ἐξ ἐμπειρίας ἤρξαντο, ἐνεδείξατο διὰ τῶν ἱερέων τῶν ἐν Αἰγύπτῳ. ἐν γὰρ τῷ σχολάζειν διὰ τῶν τηρήσεων τῶν κατ οὐρανὸν γινομένων ἐμπειρίαν πρῶτον ἔσχον, εἶτα τέχνην συνεστήσαντο. οὕτως δὲ καὶ ἡ γεωμετρία κατὰ τὴν ἀρχὴν εὑρέθη ἀπὸ τῆς γεωδαισίας. ὥσπερ δὲ ἡ εὕρεσις τῶν τοιούτων ὑπὸ τῶν σχολαζόντων, οὕτω καὶ ἡ περὶ ταῦτα ἐνέργεια σχολῆς δεῖται.

981b25

Итак, в «Этике» сказано, в чём различие искусства и знания.

Отсюда он хочет нам сказать, из чего познание души совершенствуется и возжигается вновь, и говорит, что этих [начал] по числу пять: искусство, рассудительность, знание, мудрость, ум. Итак, употребив имя «искусства» также и по отношению к знанию, он о различии их отослал нас к «Этике». Ведь в VI [книге] «Никомаховой этики» ему преподано разделение их. В них он говорит, что пять [начал] суть те, которыми душа достигает истины — истины в рассуждении и понимании, поскольку и ощущение называется достигающим истины. Итак, их пять, как мы сказали: искусство, рассудительность, знание, мудрость, ум. И искусством он называет склад, [сопряжённый] с истинным рассуждением, [и] творческий; рассудительностью же — склад, [сопряжённый] с истинным рассуждением, [и] деятельный. И творчество отличается от действия: ведь при творчестве результат сохраняется, а при действии не сохраняется. Например, домостроительное, корабельное искусство, говорит он: ведь результат их сохраняется; а военачальническое — рассудительность деятельная: ведь результат не сохраняется. Итак, говорится, что военачальник рассудителен, потому что делает должное для сражения. Знанием же [он называет] склад доказательный, а доказательным — [склад], делающий вывод из предшествующего, непосредственного и более известного, чем заключение, когда и заключение, и посылки необходимы, — или предположение о [вещах] общих и существующих по необходимости, или познание причины, по которой вещь существует, что она [существует] из-за того и что не может быть иначе. Рассудительность же — склад, [сопряжённый] с истинным рассуждением, деятельный, касающийся человеческих [дел] — либо благ, либо зол, — о которых бывает и совещание, — или добродетель мнящей части души. Мудрость же есть та, что обладает началами доказательств, как говорит он сам, [и] которою мы познаём определения, — что эта сила души может познавать яснейшие виды, неведомые большинству по причине человеческой слабости. Итак, из опыта [люди] приходят к искусству, затем к рассудительности, к знанию, к мудрости и уму. Итак, сказано, говорит он, в «Этике», в чём различие искусства и знания и прочего родственного [им]. А ради чего мы ведём рассуждение — это [следующее]: что мудростью, так называемой в общем употреблении, все считают [знание] о первых причинах и началах; ибо эта есть мудрость в собственном смысле, которая может доказать начала всех знаний. Так что опытный и мудрее, и предшествует тем, кто обладает каким бы то ни было ощущением, поскольку он возводит себя к общему [содержанию] ощущений, а те занимаются единичным. А мастер мудрее опытного, как обладающий началом причины, и зодчий — [мудрее] мастера; поэтому и повелевает им. А теоретические [науки] выше деятельных. Итак, мы показали, что мудрость есть познавательное [начало] первых начал: ведь имя мудрости сказывается скорее о знающих. Ибо опыт мудрее ощущения, потому что он есть уже некоторое разумное познание (ибо разумно обобщение общего), а искусство [мудрее] опыта, потому что оно уже и причины есть познавательное (ибо созерцание подобного происходит согласно познанию причины), а зодчий [мудрее] ремесленника — вместо «а зодчий [мудрее] мастера, который делает», а теоретические [науки мудрее] творческих, потому что [они направлены] не на использование, но на препровождение [времени] и ради самого познания.

981b25 Εἴρηται μὲν οὖν ἐν τοῖς Ἠθικοῖς, τίς διαφορὰ τέχνης καὶ ἐπιστήμης.

Ἐντεῦθεν βούλεται ἡμῖν εἰπεῖν ἐκ τίνων ἡ γνῶσις τῆς ψυχῆς κατορθοῦται καὶ ἀναζωπυρεῖται, καὶ φησὶν ὅτι πέντε ταῦτα τὸν ἀριθμὸν ὑπάρχουσι, τέχνη, φρόνησις, ἐπιστήμη, σοφία, νοῦς. τῷ τῆς τέχνης οὖν ὀνόματι χρησάμενος καὶ κατὰ τῆς ἐπιστήμης περὶ τῆς διαφορᾶς αὐτῶν ἀνέπεμψεν ἡμᾶς εἰς τὰ Ἠθικά. ἐν γὰρ τῷ Ζ τῶν Νικομαχείων ἡ τούτων διαίρεσις αὐτῷ παραδέδοται. ἐν οἷς πέντε εἶναι λέγει οἷς ἀληθεύει ἡ ψυχὴ τὴν ἐν λόγῳ καὶ συνέσει ἀλήθειαν, ἐπεὶ καὶ τὸ αἰσθάνεσθαι ἀληθεύειν λέγεται. πέντε οὖν εἰσιν, ὡς εἰρήκαμεν, τέχνη, φρόνησις, ἐπιστήμη, σοφία, νοῦς. καὶ τέχνην μέν φησιν ἕξιν μετ ἀληθοῦς λόγου ποιητικήν, φρόνησιν δὲ ἕξιν μετ ἀληθοῦς λόγου πρακτικήν. καὶ διαφέρει ἡ ποίησις τῆς πράξεως· ἐπὶ μὲν γὰρ τῆς ποιήσεως σώζεται τὸ ἀποτέλεσμα, ἐπὶ δὲ τῆς πράξεως οὐ σώζεται. οἷον τὴν οἰκοδομικήν, τὴν ναυπηγικὴν τέχνην φησίν· σώζεται γὰρ τούτων τὸ ἀποτέλεσμα· τὴν δὲ στρατηγικὴν φρόνησιν πρακτικήν· οὐ σώζεται γὰρ τὸ ἀποτέλεσμα. λέγεται οὖν ὁ στρατηγὸς φρόνιμος εἶναι, διότι πράττει τὰ δέοντα πρὸς τὴν μάχην. ἐπιστήμην δὲ ἕξιν ἀποδεικτικήν, ἀποδεικτικὴν δὲ τὴν ἐκ προτέρων καὶ ἀμέσων καὶ γνωριμωτέρων τοῦ συμπεράσματος συλλογιστικήν, ὅταν καὶ τὸ συμπέρασμα ᾖ ἀναγκαῖον καὶ αἱ προτάσεις, ἢ ὑπόληψιν περὶ τῶν καθόλου καὶ ἐξ ἀνάγκης ὄντων, ἢ γνῶσιν τῆς αἰτίας δι ἣν τὸ πρᾶγμα ἔστιν, ὅτι ἐκείνου ἔστι καὶ ὅτι οὐκ ἐνδέχεται αὐτὸ ἄλλως ἔχειν. φρόνησις δὲ ἕξις μετ ἀληθοῦς λόγου πρακτικὴ περὶ τὰ ἀνθρώπινα ἢ ἀγαθὰ ἢ κακά, περὶ ὧν ἐστι καὶ τὸ βουλεύεσθαι, ἢ ἀρετὴ τοῦ δοξαστικοῦ μέρους τῆς ψυχῆς. ἡ δὲ σοφία ἐστὶν ἡ ἔχουσα τὰς ἀρχὰς τῶν ἀποδείξεων, ὥς φησιν αὐτός, ᾗ τοὺς ὅρους γινώσκομεν, ὅτι ἡ δύναμις αὕτη τῆς ψυχῆς δύναται γινώσκειν τὰ φανότατα εἴδη τὰ τοῖς πολλοῖς ἄγνωστα διὰ τὴν ἀνθρωπίνην ἀσθένειαν. ἐκ γοῦν τῆς ἐμπειρίας ἔρχονται εἰς τὴν τέχνην, εἶτα εἰς τὴν φρόνησιν, εἰς τὴν ἐπιστήμην, εἰς τὴν σοφίαν καὶ τὸν νοῦν. εἴρηται οὖν, φησίν, ἐν τοῖς Ἠθικοῖς, τίς ἐστι διαφορὰ τέχνης καὶ ἐπιστήμης καὶ τῶν ἄλλων τῶν ὁμογενῶν. οὗ δὲ ἕνεκα τὸν λόγον ποιούμεθα, τοῦτ ἔστιν, ὅτι σοφίαν τὴν ὀνομαζομένην κοινῶς ἅπαντες ὑπολαμβάνουσι περὶ τὰ πρῶτα αἴτια καὶ τὰς ἀρχάς· αὕτη γάρ ἐστι κυρίως σοφία, ἥτις ἔχει ἀποδεικνύναι πασῶν τῶν ἐπιστημῶν τὰς ἀρχάς. ὥστε πρότερός ἐστιν ὁ ἔμπειρος καὶ σοφώτερος τῶν ὁποιανοῦν ἐχόντων αἴσθησιν, ἐπειδὴ ἀνάγει ἑαυτὸν ἐπὶ τὰ καθόλου τῶν αἰσθήσεων, αἱ περὶ τὰ μερικὰ διατρίβουσιν. ὁ δὲ τεχνίτης τοῦ ἐμπείρου σοφώτερος ὡς ἔχων τὴν ἀρχὴν τῆς αἰτίας, καὶ ὁ ἀρχιτέκτων τοῦ τεχνίτου· διὸ καὶ ἐπιτάττει αὐτῷ. αἱ δὲ θεωρητικαὶ κρείττονες τῶν πρακτικῶν. τὴν οὖν σοφίαν τῶν πρώτων ἀρχῶν ἐδείξαμεν εἶναι γνωστικήν· τὸ τῆς σοφίας γὰρ ὄνομα κατηγορεῖται κατὰ τῶν εἰδότων μᾶλλον. σοφωτέρα γὰρ τῆς μὲν αἰσθήσεως ἡ ἐμπειρία διὰ τὸ ἤδη λογική τις εἶναι γνῶσις (λογικὴ γὰρ ἡ τοῦ καθόλου περίληψις), ἡ δὲ τέχνη τῆς ἐμπειρίας, ὅτι αὕτη ἤδη καὶ τῆς αἰτίας ἐστὶ γνωστική (ἡ γὰρ τοῦ ὁμοίου θεωρία κατὰ τὴν τῆς αἰτίας γνῶσιν γίνεται), χειροτέχνου δὲ ἀρχιτέκτων ἀντὶ τοῦ «τοῦ δὲ τεχνίτου τοῦ ποιοῦντος ὁ ἀρχιτέκτων», αἱ δὲ θεωρητικαὶ τῶν ποιητικῶν, ὅτι οὐ πρὸς χρῆσιν, ἀλλὰ πρὸς διαγωγὴν καὶ αὐτῆς χάριν τῆς γνώσεως.