Марионетка Черного колдуна

Подумав, что меня не должны убить за то, что я еще раз вошла в малую гостиную, направилась именно туда. Там остался недочитанный трактат по алхимии, и я намеревалась утянуть его к себе на чердак. А еще лучше, выбрать наконец себе нормальную комнату и отдохнуть там. С нигой и без залежей пыли.

— Только бы не наткнуться на Шаттенхарда, только бы не наткнуться на Шаттенхарда. Ну пожалуйста, только не Шаттенхард!

Молилась я не конкретному Богу, а всем и сразу. И, если разобраться, мои молитвы даже были услышаны. Шаттенхарда в зале действительно не было. Зато был его ученик.

Он развалился на кресле, практически утонул в нем, закинув ноги на подлокотник. Не самая удобная поза для чтения, но ему, по всей видимости, было комфортно. Одна рука умудрялась держать книгу и перелистывать страницы, а другая шарила по журнальному столику, на котором в огромном количестве были расставлены пирожные.

— Ты хоть что-нибудь кроме сладкого ешь? — вырвалось у меня.

— Новенькая, — он взгляну на меня поверх книги и, не меняя позы, отсалютовал свободной рукой. — А ты все еще ничего не ешь, потому что боишься, что здесь все отравлено?

— Ем, — призналась я. — В доказательство могу даже забрать у тебя одно пирожное.

Леон прищурил глаза, посмотрев на меня как на предательницу. Наверное, правило относительно варенья распространялось и на другие сладости. Лучше было не пытаться отобрать их ученика колдуна.

Рассмеявшись из-за такого ревностного отношения к сахару, я подошла к книжным шкафам. Хотелось выбрать сразу несколько книг, чтобы по возможности избегать места, где бывает Шаттенхард.

— Как ты думаешь, меня не убьют за то, что я возьму пару книг с собой? — спросила я у Леона.

— За это вряд ли, — протянул он. — Но вообще я тебе искренне не советую.

— Что? Забирать отсюда книги?

— Запираться в комнате.

— Ну, я…

— Ты боишься, — закончил за меня парень.

— Да, — выдохнула я, признавая очевидное. — Для меня удивительно другое. Почему не боишься ты?

— Ну я ведь тоже колдун, — напомнил он.

Глаза озорно блеснули, а губы растянулись в улыбке. Кажется, он действительно наслаждался своим положением. Или делал вид.

Впрочем, кто я такая, чтобы судить. Возможно, если бы мне не нужно было за год придумать, как уничтожить почти всесильного Шаттенхарда, я бы тоже была менее напряженной.

— Очень советую тебе не закрываться в четырех стенах, а погулять пока есть возможность. Хотя… Судя по твоему виду ты уже успела попутешествовать по лесу. Ползком.

Такой прозрачный намек на состояние моего платья не мог остаться незамеченным. Кровь прилила к лицу, и щеки предательски вспыхнули. Было действительно стыдно. Я ведь не крестьянка, чтобы ходить в грязном и даже не обращать на это внимания.

— У меня не так много одежды с собой. А другое платье сейчас сохнет.

Я оправдывалась, хотя не должна была. Позже я наверняка буду прокручивать в голове этот разговор и думать о том, что ответить нужно было иначе. Более дерзко, более независимо. Показать, что его намеки были бестактными. Но в моменте я могла только сгорать со стыда.

— Ты пробовала открывать шкафы в гостевых спальнях?

— Н-нет.

Было бы сложно это сделать, учитывая, что остановилась я не в гостевой спальне.

— Ну так попробуй. Там обычно есть минимальный комплект чистой одежды, включая халаты, костюм для верховой езды, несколько платьев на разные случаи.

— Пожалуй, мне будет комфортнее в своей одежде, — упрямо поджала я губы.

Леон закатив глаза. А затем снова посмотрел на меня с кривой ухмылкой на губах, и сделал замысловатый пасс рукой.

Он даже ничего не говорил, не читал заклинание… А ведь маги из ордена прибегали не только к вербальным формулам, но и проводили сложные обряды для того, чтобы их магия сработала. Леону не потребовалось ничего. Только собственное желание и какой-то жест, который я не смогла разобрать. И одежда на мне начала меняться.

Юбка прилипла к ногам, а лиф пополз в разные стороны, меняя очертания. Было ощущения, что по мне ползают змеи. Но все произошло слишком быстро, чтобы я смогла всерьез испугаться. Уже через пару секунд на мне вместо привычного платья обычной горожанки красовались кожаные штаны, блуза из плотного льна, куртка. Сумка осталась при мне. Она все так же висела на поясе, вот только выглядела куда дороже той, что была у меня раньше.

И все было бы очень даже неплохо, если бы вещи, которые создал Леон, не отличались ужасающей вульгарностью. Штаны обтягивали ноги как вторая кожа, блуза имела весьма нескромный вырез, а кожаная куртка не прикрывала даже талию, не говоря уже обо всем остальном.

Быстро оглядев себя, я спрятала лицо в ладонях, поняв, что сгорать со стыда из-за грязного платья — это были цветочки.

— Верни все как было!

— Не верну, — улыбнулся он. — Мне так больше нравится.

— Это ужасно.

Я чуть не плакала, думая о том, как смогу выйти из замка в таком виде.

— Это практично, — припечатал маг. — Ты забываешь, что ты уже не в Эсслинтале*. Здесь действуют другие законы и поверь, гулять по лесу лучше в удобных штанах, а не в платье.

— На личном опыте убедился?

Мой язык меня однажды убьет! Ученик колдуна только что продемонстрировал, что способен на достаточно сильное колдовство, а я как будто специально стараюсь его вывести из себя!

—Хм, — усмехнулся он, выгнув бровь. — Если так хочешь, чтобы я лично сравнил, могу одолжить у тебя оставшееся платье.

Щеки вспыхнули еще ярче, хотя казалось, что дальше уже просто некуда. Я так не смущалась даже когда Курт впервые поцеловал меня… Не думать об этом!

— Не нужно.

— Тогда иди, — повелительно махнул он рукой.

Я уже собиралась взять книги и ретироваться обратно на свой чердак, как услышала, сзади кто-то недовольно щелкнул языком.

— Да не в нору к себе иди, а на улицу. Подыши свежим воздухом, а то умрешь раньше времени и что мне тогда делать?

— Твоя трепетная забота умиляет.

— Я знаю, — сказал он без доли иронии в голосе. — И настоятельно советую тебе ознакомиться с местностью. Вдруг пригодится.

— Зачем?

— Ну мало ли, — пожал плечами ученик колдуна. — Хотя знаешь что, далеко все же не гуляй.

— Я думала лес далеко и не пустит.

— Ты уже его часть, он тебе не угрожает. Начнет выставлять препятствия только в том случае, если попытаешься сбежать.

— Правда?

— Чистейшая, — серьезно кивнул Леон, как будто сем уже пробовал.

Вполне возможно, что так и было.

— Тогда почему?

— В деревню лучше не заходи.

— Здесь есть деревня?!

Леон так буднично говорил о поселении посреди Заубвальта, словно это было что-то самое обыкновенное. Как будто каждый человек предполагает, что сможет найти деревню посреди мрачного леса, из которого на нашу страну то и дело лезет какая-то нечисть.

И как здесь вообще люди выживают. А главное — откуда они берутся?

— Есть. И это явно не та деревня, в которой стоит подходить к незнакомцам. Лучше держись подальше. Если понадобится, сходишь туда со мной.

— Но… почему?

— Подумай, Лиса.

Больше он ничего не сказал, хотя я какое-то время требовательно смотрела на Леона, ожидая продолжения. Но он как будто утратил всякий интерес ко мне, и продолжил читать, не забывая закидывать в рот печенье или пирожное каждые две минуты.

Впрочем, возможно он был прав. Не в том, что нарядил меня непонятно во что. А в том, что мне не нужно закрываться на своем чердаке. Рано или поздно придется выйти. И лучше не давать страху разрастись, иначе потом совладать с ним будет еще сложнее. Так говорил мой отец, а я привыкла ему доверять.

***

Парадный вход замка я уже видела, хоть и не запомнила толком. Но в целом это была просто стандартная замковая площадь без каких-то особенностей. Небольшой сад, протоптанные тропинки, лес, начинающийся сразу за крепостной стеной.

В одном Леон не соврал. Костюм был действительно удобнее стандартного платья с несколькими юбками. Правда, за этот комфорт приходилось расплачиваться постоянным чувством стыда. Успокаивало только то, что вокруг не было ни одной живой души.

Со стороны замок выглядел еще более внушительно. В моем левом крыле было всего четыре этажа, а вот в других частях высотность иногда доходила до семи этажей. В некоторых окнах поблескивало пламя свечей, которые приходилось зажигать даже днем из-за скудного освещения. Наверное, колдун предпочитает обитать наверху своих башен.

Что здесь, тайфел* побери, происходит? Почему ученик колдуна настолько силен, что играючи создает мне новую одежду? Даже если это иллюзия, она очень качественная. Я не просто видела ее на себе. Я ощущала шероховатость мягкой кожи, легкость льна.

Вспомнился Курт, который считался не самым слабым магом. Вот только его способности не шли ни в какое сравнение со здешними чудесами. Зачастую маги Рантема* не использовали свои силы поодиночке. Существовали коллективные обряды. Даже для того, чтобы создать стандартный холодильный шкаф нужно было, по меньшей мере, десяток магов средней руки. Или около пяти сильных.

Курт не был самым слабым. Но я помнила, как он однажды заставил цветок распуститься зимой, чтобы меня порадовать… а потом долго пытался восстановить силы. Дурак! Мы тогда сильно поссорились, и я обижалась до тех пор, пока он пообещал, что больше не будет делать подобных глупостей ради меня.

Но он все равно попытался. Увы, посмертное проклятие, которое легло на мою семью, было ему неподвластно, даже если бы он отдал все свои магические силы. Он не смог даже толком просканировать меня, определяя масштаб темной магии, окутывающей мою ауру.

Он тогда выпросил у своего отца право на то, чтобы навестить меня в тюрьме. Наверняка за это ему пришлось еще долго расплачиваться с ним. И все равно ничего не смог сделать. Через пару недель, когда окончательно стало понятно, что он бессилен, Курт предложил отправиться к Шаттенхарду.

Если бы меня отпустили без вмешательства ордена Нуаду, который собирался воспользоваться моим положением, побег к Черному колдуну не пришел бы мне в голову. Ну как можно идти прямо в лапы врага, наводящего ужас на половину мира? Это было кощунством. Как добровольно продать душу тайфелу.

Думала ли я о том, что вместо меня сюда может отправиться мама? Конечно, думала.

Когда ей рассказывали план, мне казалось, что вот сейчас она встанет, скажет, что не отдаст свою дочь на растерзание монстру, вызовется пойти в Заубвальт. Так поступил бы любой родитель. И этот поступок, которого я так подсознательно ждала, хоть и не признавалась себе в этом, перечеркнул бы все годы пренебрежения, придирок, несправедливых упреков.

Но идти пришлось мне... Плевать! Главное, чтобы маги сдержали свое слово и не трогали их с Вилли.

Я помнила лицо Курта в тот день, когда он провожал меня в мое самоубийственное путешествие. Он до последнего не знал, что старейшины его ордена угрожают моей семье. Уверял, что позаботится о них. Или пытался так меня успокоить.

Прощались мы в странной обстановке. Его брови были нахмурены, губы плотно сжаты, а темные глаза странно блестели. Он ведь понимал, что мы можем больше никогда не увидеться. Даже не так. Будет чудом, если нам удастся еще раз увидеться после того, как я попаду к колдуну.

Отсутствие свиданий с Куртом в любом случае было меньшим из зол. Дочь предателя очень невыгодная партия. И если какой-то ремесленник может наплевать на дурную славу, то маг из ордена Нуаду — фигура почти политическая. Наши отношения закончились в тот момент, когда в мой дом постучались жандармы. Хотя он упорно делал вид, что это не так. Снова строил из себя дурака, по моему мнению.

— Мы обязательно придумаем, как вытащить тебя оттуда, — сказал Курт, держа меня за руки перед тем, как я села в телегу к извозчику, который должен был отвезти меня в границе Заубвальта.

И я даже в это отчасти верила. В глубине души надеялась, что моя миссия может увенчаться успехом. Пока не увидела, на что способны и колдун, и его странный ученик. Если при первой встрече Леон произвел на меня скорее приятное впечатление, то теперь все выглядело не так однозначно. Казалось, он не тот за кого себя выдает, и явно не так доброжелателен, как показалось вначале.

Была еще одна мысль, но она вызывала холодок, ползущий по позвоночнику, и я быстро отогнала ее, заставив себя любоваться видами.

Все было почти показательно мрачным. Черный камень, сизый туман, клубившийся у корней деревьев, приглушенная зелень леса, равномерный гул, который заставлял внутри что-то вибрировать от напряжения.

Прогуливаясь, я попыталась обойти замок вокруг, но у меня не получилось. Если с одной стороны он был окружен стеной, то с другой его защищал обрыв. По сути, дом колдуна был высечен в скале. И из ее основания, прямо под окнами самой высокой башни, вырывалась вода, падая куда-то далеко вниз.

От этой картины закружилась голова. Но внезапно обнаруженный водопад дал ответы, по крайней мере, на два моих вопроса — откуда в замке свой источник престной воды, и что это был за зловещий гул.

Гулять по территории замка мне быстро надоело, и я решилась выйти в лес, благо сегодня ворота не были закрыты. Стараясь не сворачивать с тропинок, я внимательно изучала местность, присматриваясь к травам и грибам, которые здесь росли. Не то чтобы я надеялась отравить колдуна — на это у меня точно не было никаких шансов, — но лучше заранее познакомиться с местной флорой. Вдруг Шаттенхард все же передумает обеспечивать меня разносолами и придется выживать на подножном корме.

Остановилась я только когда воздух неуловимо изменился. Вроде бы все было почти как обычно, но к стандартному запаху леса прибавились горьковатые нотки. Так пахло от костра, растопленной печи. Деревня, о которой говорил Леон, рядом.

Я напрягла слух, и мне даже показалось, что я слышу далекий отголосок голосов и басовитый мужской смех. Оказывается, я успела отвыкнуть от чьих-то разговоров на фоне всего за три дня.

Было любопытно, но не настолько, чтобы проверять, дельный ли он дал совет не приближаться к ней. Развернувшись, я побрела назад к Черному замку.

***

Вернувшись, я хотела тихо проскользнуть наверх, но не вышло. В холле у парадной лестницы стоял колдун. По-прежнему закутанный в черный балахон, скрывающий лицо.

Я замерла как вкопанная, оглядываясь по сторонам. Через большую арку было видно малую гостиную, в которой по-прежнему сидел Леон, читая книгу. Он быстро взглянул на меня, но больше ничем не выдал того, что мы знакомы. И не спешил на помощь. Впрочем, возможно она мне и не была нужна.

— Приветствую, Владыка, — поздоровалась я, поклонившись колдуну.

Делать книксен я посчитала неправильным. Я слуга, а не дама на приеме. И кокетничать с Шаттенхардом я точно не собиралась. Моей целью было всего лишь поприветствовать колдуна и как можно быстрее уйти наверх.

Не получилось.

— Стой, — раздался голос Шаттенхарда, когда я сделала шаг в сторону.

Я снова замерла, стараясь даже дышать через раз.

— Ты разбираешься в алхимии?

— Да.

Врать смысла не было. И сам колдун, и Леон видели, как я читала трактат по этой загадочной науке.

— Ты знаешь, что такое аустадер?

— Это зелье, которое повышает выносливость и резервы человеческого организма, Владыка, — ответила я, как будто снова была всего лишь студенткой, а передо мной сидел экзаменатор.

— Хорошо, — в голосе Шаттенхарда послышалась тень улыбки. — Приготовь его.

— Н-но… — на секунду я растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Прошу простить меня, Владыка. Я не могу готовить такие зелья, так как не владею магией.

— Здесь сможешь. Общего магического фона хватит даже тебе.

— Что если у меня не получится?

Не то чтобы я хотела его злить своими вопросами. Просто решила заранее подготовиться ко многим вариантам.

Но Шаттенхард не спешил отвечать. Какое-то время он стоял напротив меня, как будто испытывая выдержку. Капюшон слегка качнулся вправо, как будто колдун склонил голову к плечу, изучая меня.

— Мне понадобится твоя кровь, Лисэль Керн. Много. Без этого зелья ты, скорее всего, умрешь. Так что решай, насколько для тебя важно постараться над ним.

В легких застрял воздух. Не думала, что у меня будет ТАК мало времени в этом замке.

— Даю тебе неделю.

Примечание автора:

* Тайфел — демон, черт, нечистый, местное ругательство

*Рантем – государство, в котором происходит действие

*Эсслинталь — столица Рантема

Глава 4. Исчезнувшее королевство

Выбор комнаты снова был отложен на неопределенный срок. Не то чтобы мне нравилось находиться на пыльном чердаке, но банально было не до этого. Я сидела на продавленном диване, который был покрыт бурыми пятнами подозрительного происхождения, и в сотый раз просматривала ту самую книгу по алхимии, что я нашла в малой гостиной. Проблема была в том, что автор охватывал только горючие и взрывчатые вещества. Моя специализация… ну, была бы, если бы я доучилась.

Кто-то из моих одноклассников специализировался на ядах, другие на пигментах, кислотах. Алхимия — достаточно широкая сфера для изучения и специальностей хватает. Но зелья — другое дело. Здесь не обойтись без собственного магического резерва. Пусть даже минимальный, но он нужен. Вот только я была лишена магии.

Способности проявляются у детей до десяти лет. Раньше могут. Позже — нет. И исключений не бывает, так что можно было не тешить себя напрасными грезами. Впрочем, я не особо расстраивалась по этому поводу. В семье у меня тоже магов никогда не было, так что шанс получить магические способности был на пару процентов больше нулевого.

— Зато теперь есть. Вот радость-то.

Недовольно пробубнив себе под нос, я захлопнула книгу и, тяжело вздохнув, поднялась. Мышцы затекли и теперь болели, как будто меня всю ночь пинали.

— Ну а не нужно было засыпать прямо на этом старом пыльном диване с книгой в руках, — отругала я себя.

Поза, в которой я проснулась, намекала, что сегодня весь день я буду вспоминать свое решение не тратить время на поиски новой комнаты.

Впрочем, боль в спине и шеи была меньшим из зол. Нужно было действовать. Время, отпущенное мне колдуном, утекало сквозь пальцы, а я не знала, за что хвататься в первую очередь. Наверное, правильным решением было для начала выйти из своего убежища.

Но едва я покинула чердак и спустилась на один лестничный пролет, замерла на ступеньке, не донеся ногу до следующей. Внизу со скучающим видом стоял Леон и смотрел на меня слегка усталым взглядом.

— Объясни мне, почему из всего многообразия комнат ты выбрала единственную нежилую? Это какие-то странные фетиши? Или детские травмы? Ты хочешь поговорить об этом?

— Что?

Не услышать очевидную издевку в голосе было невозможно, но я мало что поняла из его слов.

— Неважно, — отмахнулся он. — Это я пытаюсь найти логику в ночевках на пыльном чердаке.

— Ну… мне там спокойнее, — призналась я, не зная как объяснить простыми словами, что я просто блаженная.

— Спокойнее спать на полу, а не на мягкой кровати? Неужели боишься, что злой и страшный колдун решит навестить тебя ночью? — догадался он.

Мои щеки вспыхнули, но это уже становилось традицией при разговоре с Леоном.

— А как же уверенность в том, что ему для ритуалов нужны девственницы? — он откровенно издевался и даже не скрывал этого. — Не думаешь, что побоится испортить такой ингредиент для своих злодейских зелий?

— Я знаю, что это бред, — обиженно буркнула я. — Если в каких-то ритуалах и упоминается про чистоту, то невинность тут все равно не при чем. Речь скорее о чистоте духовной, доброте, чуткости.

— Какие интересные у тебя познания, — улыбнулся ученик колдуна, медленно приблизившись ко мне и взяв книгу из моих рук. — И откуда интересно эта информация?

От Курта. Это он мне рассказывал, когда уговаривал не ждать до свадьбы. И судя по тону Леона, он догадывался, как я получила эти знания. Но вслух я все равно упрямо сказала:

— Прочитала.

— Разумеется, — усмехнулся Леон. — Ты полна сюрпризов. И знаешь, я буду считать твое нежелание использовать местный гардероб как особый знак внимания ко мне. Признайся, тебе нравится, когда я трачу свои силы на то, чтобы создать для тебя одежду?

Кажется, я устала краснеть. Интересно, у меня когда-нибудь выработается иммунитет на его выходки? И кстати, он не оговорился. Леон действительно создал для меня тот охотничий костюм. Мое грязное платье я обнаружила в целости и сохранности возле остальных своих вещей.

— Я тебя не просила.

— А представь, что бы я сделал, если б попросила.

Он ухмыльнулся и снова сделал уже знакомый мне пасс. Одежда на мне начала уже знакомо меняться, зашуршав и расползаясь по телу. Только в этот раз Леон наколдовал мне не брюки, а платье из фиолетового шелка с тончайшим кружевом на лифе. Даже беглый осмотр позволил понять — вещь дорогая. Раньше я бы такое себе еще могла позволить, сейчас — точно нет.

— Как думаешь, я успел что-то рассмотреть, пока переодевал тебя?

— Ч-то? Но ты ведь только изменил мою одежду! Как ты…

Леон звонко, но как-то не обидно рассмеялся, перебив меня.

— Ты такая забавная, когда злишься.

— Безмерно счастлива, что смогла тебя порадовать, — я прожигала Леона самым своим строгим взглядом, давая понять всю глубину моего презрения.

Он почему-то не проникся.

— Пока ты еще не начала строить планы моего, без сомнения, мучительного убийства, позволь поинтересоваться, почему ты сидишь на чердаке, когда тебе нужно зелье готовить?

Гнев выдохся. Действительно, у меня есть проблемы серьезнее, чем один нахал с плохими шутками. Махнув рукой, я побрела на кухню. Леон увязался за мной.

— Я понятия не имею, с чего начать, — призналась я.

— Ты же знаешь это зелье.

— Только в теории. Магические эликсиры мы не проходили. Я вообще о нем знаю только потому что на дополнительный факультатив ходила. Исключительно теоретический. Без магических способностей такое не приготовить. Мой удел — аптекарь. Ну, так было раньше. А теперь оказалось, что уже нет. И я, если честно, в растерянности. Я не знаю, как готовится это зелье. Доступа к библиотеке у меня нет. Нет ингредиентов, и нет лаборатории.

— А у меня спросить тебе гордость не позволила?

— Разве тебе можно мне помогать? — удивилась я.

— Почему нет? — пожал он плечами. — Никто вроде не запрещал. Я, кажется, уже говорил, что колдун не сумасшедший маньяк и просто так никого не убивает.

— Так ты мне расскажешь, как это делается?

— Лучше, я обеспечу тебя книгами. Признаться, учитель из меня никакой.

— Я почему-то в этом не сомневалась.— закатила я глаза, и пробурчала под нос. — Если колдун такой хороший, почему бы ему просто не дать мне аустадер? Уверена, у него есть запасы всех возможных зелий.

— Наверное, есть, — согласился ученик колдуна. — Но тут такое дело. Зелье в процессе приготовление подстраивается под человека. Чтобы получить максимально сильную для себя субстанцию, нужно готовить его собственноручно. В идеале — из лично собранных ингредиентов. Тогда его сила многократно возрастает.

Чудно. Теперь у меня появился шанс умереть не во время непонятного ритуала с моим участием, а в процессе сбора ингредиентов.

***

Я думала, что Леон просто отдаст мне книгу и на этом посчитает свои обязанности выполненными. Но после сытного завтрака, который в большинстве цивилизованных обществ считался бы обедом, он потащил меня в библиотеку. Я остановилась возле входа, не смея переступить через порог.

— Но мне ведь запрещено сюда заходить.

— Со мной можно. Так и быть, я прослежу, чтобы ни одна темная книга тебя не сожрала.

Спокойнее после его слов не стало.

— И чтобы я не прочитала то, что мне не нужно, — добавила я.

— Не без этого, — кивнул Леон, радуясь моей понятливости.

Тем не менее, нянчиться ученик колдуна со мной не собирался. Он выдал мне книгу, где был описан рецепт, показал стеллаж, где мне предстояло искать дополнительную информацию, если что-то будет непонятно, а сам спешно ретировался в угол, где у окна стояли удобные диванчики. Через пару секунд у него в руках оказалась книга и большая, очень сладкая даже на вид булочка. Казалось, он достал ее из воздуха.

— Как колдун позволяет тебе есть в библиотеке? — удивилась я.

— Он просто знает, что читать без чего-то сладкого — бессмысленная трата времени.

Я снова не поняла его шутку. Но по интонации было похоже, что Шаттенхард вообще не знает о том, что его ученик уплетает жирные булочки над книгами. Это вселяло надежду. Значит, он не вездесущ и что-то от него можно скрывать.

Интересно, насколько Леон предан своему учителю? Он ведь не может не хотеть свободы. Избавиться от угрозы неминуемой смерти. Разумно ли будет пытаться привлечь его на свою сторону?