Полная версия
Елизавета II. Любовь и корона
Ева-Мария Баст
Елизавета II
Любовь и корона
Елизавета II
Она стала королевой в юном возрасте. Она стала легендой
Светлой памяти
Ее Величества
Королевы Елизаветы II
1926–2022
Eva-Maria Bast
Die Queen 1 – Elizabeth II. – Als junge Frau wurde sie zur Königin, als Königin wurde sie zur Legende
Copyright © 2022 Piper Verlag GmbH, München
© Селифонова С., перевод на русский язык, 2025
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
Часть I
1944–1946
Глава 1
Виндзорский замок
21 апреля 1944 года
– Пожалуйста, папа! Никакой другой подарок ко дню рождения я не хочу!
Король Георг VI хмуро посмотрел на дочь:
– Даже не знаю, что тебе ответить. Мне это кажется не вполне правильным. Ты – будущая королева Англии. И кроме того, сегодня тебе исполнилось восемнадцать, и теперь ты официально являешься государственным советником и имеешь право выполнять мои функции.
– И в этом качестве слишком изнеженна, чтобы помогать людям? – спросила она, невозмутимо глядя отцу в глаза. Маргарет, младшая сестра, на ее месте с наигранным возмущением уперла бы руки в боки и надулась. Маргарет всегда была более экзальтированной. Во всем: в словах, в жестах, в эмоциях. А вот Лилибет имела более уравновешенный характер, однако порой вела себя так же убедительно – особенно когда шла против воли родителей. И теперь ей оставалось только наблюдать, как таяло сопротивление отца, которого в семье ласково называли Берти. – Кто, как не ты, может меня понять? А мама? Разве не она настояла на том, чтобы остаться в Лондоне даже в самое тяжелое время, в период военных действий с седьмого сентября сорокового по одиннадцатое мая сорок первого, когда город нещадно бомбили и нас отправили сюда, в Виндзорский замок, где мы целыми днями вязали носки?
– Носки очень нужны солдатам. Тем более связанные тобой. А еще своим обращением по радио в передаче Би-би-си «Детский час» ты вдохновила множество людей. Даже в Америке и странах Британского содружества наций выступление имело большой успех.
– Возможно, так и есть, – возразила Лилибет. – Но я хочу сделать больше. Хочу быть в гуще событий. Как вы с мамой, когда после бомбежек рука об руку проходили через разрушенные кварталы Ист-Энда. За это вас любят. Вот и другие девушки моего возраста не только носки вяжут. Например, кузина леди Мэри Кэмпбелл вступила в Добровольное объединение сестринского ухода и работает не в элитном госпитале для офицеров, а в беднейших районах города. Там живут люди, которые более всего нуждаются в нас.
Король Георг несколько раз вдохнул и выдохнул:
– Т… Т-ты… Ты…
Лилибет сглотнула. Разговаривая с дочерью, король обычно не заикался. Проблема возникала лишь тогда, когда он испытывал неуверенность. Когда был чем-то расстроен. В свое время дед, король Георг V, насмехался за это над сыном, однако маме Лилибет, королеве-консорту Елизавете, благодаря своей любви удалось внушить мужу больше уверенности в себе.
Лилибет ободряюще улыбнулась:
– Ты мой пример для подражания. Замечательный король. Подданные тебя любят. Ты даешь им силы жить, особенно в это тяжелое время. Я хотела бы стать такой, как ты. Не самоустраняться, а идти к людям. Я тоже хочу активно действовать.
Георг осторожно кивнул.
– Я поддержу тебя, – пообещал он. – Но, как известно, принять решение единолично не могу. Есть много других людей, которые должны дать согласие.
* * *– Выглядит ужасно, – не без удовлетворения прокомментировала Маргарет, рассматривая униформу цвета хаки. Форму только что повесила в шкаф бывшая няня Лилибет, а ныне ее камеристка Маргарет Макдональд, которую все называли Бобо.
Лилибет улыбнулась про себя. Она прекрасно понимала, что младшая сестренка на самом деле жутко завидует. Спустя десять месяцев после памятного разговора с отцом она добилась своего и смогла вступить в ATS [1] в качестве второго младшего офицера Елизаветы Александры Марии Виндзор под номером 230873.
В автомастерской, наряду с еще одиннадцатью стажерами, она будет учиться водить армейские грузовики и поддерживать их в исправном состоянии. Предметом зависти Маргарет являлась в том числе и военная форма. Однако сама мысль о том, что постоянно кокетничающая своим титулом сестра будет заползать под автомобиль, была настолько абсурдной, что Лилибет едва сдержала смех.
Бобо сняла с вешалки форму и начала одевать Лилибет.
– Так я и знала. Наряд тебе не к лицу, – вынесла Маргарет безжалостный приговор.
– Благодарю за комплимент, – ответила наследница трона. Затем с улыбкой поправила фуражку и подмигнула своему отражению в зеркале. Сама себя она находила в форме весьма привлекательной.
– Полагаешь, ему понравится? – спросила Маргарет, указывая на фото бородатого мужчины, стоящее на прикроватном столике Лилибет. – И кстати, бородка совсем его не украшает. Он практически неузнаваем.
– Отвечаю на твой первый вопрос: Филипп служит на флоте и привык к мундирам, – терпеливо объяснила Лилибет. – А что касается второго вопроса, то у моряков во время похода принято носить бороды. Сойдет на берег и вновь начнет бриться.
Мысленно она проговорила про себя: тот факт, что никто не узнает Филиппа с бородой – она и сама с трудом привыкла, – скорее всего, преимущество. Вот и гувернантка Мэрион Кроуфорд, которую все называли Кроуфи, высказала осторожное замечание – слишком рискованно ставить фото молодого человека на столик, где любой, кто войдет в комнату, может его увидеть.
На первом фото Филипп был гладко выбрит, но затем прислал новое, с бородой, и Лилибет заменила снимок. Филипп… Как всегда – стоило о нем подумать, и сердце начало биться быстрее. После того как год назад молодой человек приехал в Виндзор на Рождество по приглашению отца и присутствовал на театральной постановке, где принцесса примерила на себя роль Аладдина, они регулярно переписывались. Филипп тоже получил фото от Лилибет, хотя она почти не отваживалась надеяться, что этот высокий, привлекательный и одновременно несколько легкомысленный мужчина всерьез заинтересовался ею, застенчивой девушкой.
Поток мыслей был прерван стуком в дверь.
– Комендант Уэлсли готова сопровождать вас, Ваше Королевское Высочество, – доложил Сирил, персональный лакей обеих принцесс.
Лилибет погладила золотисто-коричневую шерстку Сьюзен, своей любимой корги, – собаку она получила в подарок от родителей на восемнадцатилетие и могла называть личной собственностью.
– Я выхожу!
Комендант Вайолет Уэлсли поприветствовала ее улыбкой и присела в легком реверансе.
– Ваше Королевское Высочество, для меня большая честь сопровождать вас на занятия.
Лакей открыл дверь машины и, как положено по этикету, наклонил голову. Наследница трона заняла место в салоне и ответила:
– Я рада предстоящей работе. Надеюсь показать себя не очень глупой ученицей.
– Не сомневаюсь, что вы справитесь со всеми задачами на отлично, мэм, – заверила ее Вайолет Уэлсли, внучатая племянница герцога Веллингтона.
Дорога к казармам заняла немного времени; младший офицер Уэлсли подвезла Лилибет прямо к автомастерской, где принцессе предстояло проходить службу ближайшие несколько недель. Она взволнованно сглотнула, увидев приподнятый на домкрате автомобиль. Здесь она будет обучаться!
Рядом с «Тилли», как обычно называли такие грузовички, стояла брюнетка, которая с любопытством рассматривала вновь прибывшую. Узнав Лилибет, она заметно напряглась, судя по изменившейся осанке. Девушка явно занервничала. Для Лилибет подобная реакция была нормальной. Она и не знала ничего другого – при виде принцессы люди начинали вести себя необычно. Каждый замирал в почтении, едва заприметив ее рядом с королем. То, что принцесса сама по натуре была довольно стеснительной, ситуацию не спасало. Однако теперь она, преодолев себя, ободряюще улыбнулась молодой женщине, своей коллеге.
– Здравствуйте!
– Ваше Королевское Высочество, – выдавила из себя Пегги Хинчклифф и сделала перед принцессой реверанс.
– Елизавета, – поправила ее наследница трона, продолжая улыбаться. – Здесь я просто Елизавета. А как зовут тебя?
– Пе… Пегги, – запинаясь, ответила женщина, очевидно потрясенная. – Хинчклифф.
– Чудесно, – Вайолет Уэлсли пришла на помощь оробевшей ученице. – Теперь, когда вы познакомились, можно начинать.
Наставница опустилась на колени перед левым передним колесом грузовичка и велела обеим ученицам сделать то же самое.
– Представим, что колесо повреждено и нужно его поменять.
– А как это делается? – спросила любознательная Лилибет, втайне надеясь, что сейчас она сразу приступит к делу.
– Сперва мы убедимся, что машина надлежащим образом приподнята с помощью домкрата, – начала Вайолет. Затем объяснила: чтобы ослабить гайки крепления, сперва требуется снять нагрузку с колеса, а для этого транспортное средство нужно приподнять совсем ненамного. – Вот сейчас у нас имеется небольшой контакт с землей, – вынесла она вердикт и обратилась к брюнетке: – Пегги, не подашь мне торцевой ключ?
– Есть! – немедленно отозвалась та и передала преподавательнице требуемый инструмент. Лилибет с напряжением наблюдала, как ключ обхватил первую гайку.
– Здесь придется приложить много сил! – предупредила наставница.
– Можно я попробую? – Лилибет больше не могла оставаться безучастной.
– Конечно! – Вайолет с готовностью вложила ключ в руку наследницы трона.
Сосредоточившись и стиснув зубы, Лилибет приложила инструмент к гайке. Однако та оказалась крайне строптивой. Лилибет изо всех сил налегала на ключ, но гайка не сдвинулась ни на миллиметр.
– Ну давай же, – заклинала она железяку, – провернись!
И гайка, словно услышав приказ будущей королевы Англии, чуть-чуть подалась. Довольная и еще более окрыленная Лилибет продолжила попытки и с восторгом обнаружила, что гайка сдвинулась еще немного.
– Стоп! – воскликнула Вайолет. – До конца отвинчивать не нужно. Сперва ослабим все остальные гайки, а далее приподнимем кузов выше.
Лилибет кивнула и подцепила ключом вторую гайку. Та подалась немедленно. Принцесса довольно улыбнулась.
Собираясь перейти к третьей гайке, она заметила, что Пегги Хинчклифф в растерянности следит за ее работой и, очевидно, желала бы тоже принять участие, но не знает, как вести себя. Она с сожалением протянула напарнице инструмент:
– Попробуй.
После того как все гайки были ослаблены, наставница Уэлсли продолжила:
– А теперь нужно приподнять кузов так, чтобы колесо свободно прокручивалось. Для этого мы вставляем торцевой ключ вот сюда, в отверстие домкрата. И тянем вверх.
– Ясно! – выпалили ученицы в один голос.
– Ну как, достаточно? – спросила Лилибет, изо всех сил налегая на инструмент.
– Еще чуть-чуть, – ответила Пегги. – Совсем немного! Стоп!
Лилибет осторожно отвела ключ от домкрата.
– Теперь можно окончательно снять гайки, – велела Уэлсли.
– Ты первая, – предложила Лилибет напарнице. Она уже поняла, что та никогда сама не проявит настойчивость.
Ослабленные гайки крепления почти не оказали сопротивления, спустя мгновение первые три уже лежали на полу мастерской.
– Прежде чем взяться за последнюю, колесо нужно зафиксировать, – объяснила Вайолет.
Девушки кивнули. Через несколько секунд последняя гайка, а затем и колесо были сняты.
– Оказывается, это очень тяжело! – выдохнула Лилибет и с помощью Пегги прислонила колесо к крылу машины.
– Хотите, устроим короткий перерыв? – осведомилась Вайолет. – Или сразу продолжим?
Ученицы быстро переглянулись, прочли в глазах друг друга согласие и в один голос произнесли:
– Продолжим!
– Тогда сейчас мы поставим колесо на место, а прервемся после.
Девушки принялись завинчивать гайки так же старательно, как и отвинчивали.
К разочарованию Лилибет, в перерыве ей не позволили обедать вместе с другими учениками, а сопроводили в офицерскую столовую, чтобы хоть немного подчеркнуть ее особый статус.
Вторая половина дня пролетела так же быстро, как и первая. Вайолет Уэлсли показала Лилибет и Пегги, как менять свечи зажигания на «Тилли».
Когда Вайолет вечером везла принцессу назад в Виндзорский замок, та была обессилена, но все же счастлива. Рассматривая свои испачканные в копоти руки, которые Бобо наверняка придется тщательно отскабливать, она сказала наставнице:
– Большое спасибо за сегодняшний день. И за то, что помогли нам с Пегги стать единой командой.
– Я надеялась, что вы сработаетесь, – ответила инструктор. – Итак, завтра утром в это же время, Ваше Высочество?
– Естественно, – кивнула Лилибет. Лакей уже распахнул перед ней дверцу машины.
– Я очень рада.
* * *«Ну и суматоха сегодня», – подумала Лилибет. Она впервые видела своими глазами, какую реакцию вызывает предстоящий визит ее отца: в казармах и в обычные рабочие дни царила суета, но все-таки женщины позволяли себе, к удивлению Лилибет, время от времени пропустить стаканчик хереса или выкурить сигарету, держа ее меж наманикюренных пальцев. Они пользовались красным лаком. Лилибет красила ногти в розовый цвет, да и то всего один раз. Сейчас все лихорадочно приводили все в порядок – чистили, наводили глянец, убирали лишнее, раскладывали по местам. А причиной суматохи являлась она! Сегодня последний день экзаменов и будут присутствовать родители.
Когда наконец прибыли король Георг VI, королева Елизавета и принцесса Маргарет, женский персонал присел в глубоком реверансе, а мужчины наклонили головы. Лилибет вышла навстречу родителям и Маргарет. Отец носил свою обычную в эти дни военную форму. Он поцеловал дочь в щеку и повел в сопровождении Вайолет Уэлсли и Пегги в мастерскую, где должен был состояться экзамен. Георг и Елизавета настояли на том, чтобы присутствовать на экзамене стоя.
– Теперь моя очередь поволноваться, – сказал король и кивком подал знак начинать.
Лилибет смущенно улыбнулась и как ни в чем не бывало забралась под машину, которую ей предоставили для экзамена. Сегодняшнее задание – заменить масло.
Работала она сосредоточенно. Поскольку за ней наблюдали родители, Лилибет нервничала, однако лишь отчасти. Прежде всего – дело. И нужно сделать его хорошо. Это ее обязанность, которую требуется выполнить. Она приступила к работе ответственно и решительно. И когда спустя полчаса, с испачканными маслом щеками, выглянула из-под машины, увидела на лице отца гордость.
Он подмигнул ей и спросил:
– Ну как, Лилибет, справилась?
– Все в порядке, Ваше Величество, – объявила Уэлсли, проверив работу ученицы. – Могу сказать, Ваше Королевское Высочество, что вы просто выдающийся механик. Поздравляю, вы выдержали экзамен и повышены в звании до младшего офицера. От себя могу добавить, что вы не только первая женщина из королевской семьи, которая решила носить военную форму и служить стране, но и одна из самых молодых женщин-офицеров в нашей команде.
Лилибет просияла. Она добилась своего! Доказала, чего стоит! Впервые она выполняла задание вместе с другими девушками и справилась блестяще. Она была одной из них, соблюдала распорядок службы и придерживалась принятых в казарме правил. Конечно, не во всем. Да, ей никогда в полной мере не стать такой, как ее коллеги, и это, видимо, тоже правильно. Другие ночевали в казарме, а ее вечером отвозили в Виндзорский замок, расположенный в тридцати шести километрах к западу от Лондона. Но, как младшая по званию, она вместе со всеми приветствовала свою начальницу, хотя та и обращалась к ней всегда: «Ваше Королевское Высочество».
– Очередная моя задача – получить водительские права, – сказала Лилибет родителям. – Тогда я смогу возить вас.
– Как обслуживающий персонал! – подколола ее Маргарет. Впрочем, так тихо, что, кроме нее самой, этого никто не услышал. И, очевидно, матери, королевы Елизаветы, которая взглянула на младшую дочь с укоризной.
Глава 2
Лилибет сосредоточенно крутила баранку тяжелого автомобиля неотложной помощи, лавируя по запруженным военной техникой улицам Лондона. Спустя несколько недель после успешного окончания учебы принцесса сдала экзамен на вождение. Теперь она продвигалась по Грейт-Уэст-роуд, через Пикадилли и далее вниз по неосвещенной улице Мэлл. Вот и Букингемский дворец возвышается в конце улицы. Завидев Лилибет, исполнительные охранники тотчас же открыли перед ней ворота. Верная Кроуфи рассказывала, что персонал дворца искренне любил принцессу и очень уважал за то, что она не считала зазорным лежать на спине под машиной, испачкавшись в масле, и ремонтировать двигатель.
Перед главным входом стояли король и королева. Лилибет остановила машину рядом с ними, вышла из кабины и присела в реверансе.
– Браво, дитя мое, – сказал король.
– У тебя отлично получается, – согласно кивнула его супруга.
– Спасибо, – ответила Лилибет. – Должна признаться, что лондонский трафик – испытание нешуточное.
– Надеюсь, ты не попала в опасную ситуацию? – озабоченно спросила мать.
– Нет, все в порядке, – тряхнула головой Лилибет. – Вот только мне пока не хватает практики. Поэтому я хотела бы спросить: нельзя ли мне поехать в Виндзорский парк, немного покатать там Кроуфи?
Король помедлил с ответом.
– Ну, не знаю. Тебе не кажется, что это в некотором роде перемена ролей?
– Кроуфи не шофер, – возразила его жена. – Она гувернантка. А Лилибет теперь военнослужащая, и вождение входит в ее обязанности.
– Уговорили, – сдался король и добавил с улыбкой: – Тебе я ни в чем не могу отказать.
* * *– Ах, Кроуфи, – вздохнула Лилибет, когда они с гувернанткой ехали через Виндзорский парк. – Вы еще помните, как мы сидели здесь и часами вязали носки? А теперь я за рулем автомобиля катаю вас по парку.
– Должна сознаться, что вязание мне больше по душе, – пробормотала ее спутница и крепче вцепилась в приборный щиток.
– Неужели я так плохо вожу машину? – спросила Лилибет.
– Ничего подобного! – поспешила заверить ее Кроуфорд. – Просто это так необычно – видеть маленькую девочку, которая еще вчера лазила по деревьям, за рулем грузовика. И я даже представить себе не могу: вдруг воздушная тревога, а вы где-то за пределами замка. Здесь, в Виндзоре, вы были в полной безопасности.
В начале войны король и королева остались в Лондоне, а дочерей отправили в Виндзор. Там же, спрятанные в консервной банке, лежали драгоценности из королевской казны. Конечно, существовал тщательно разработанный план эвакуации на случай атаки с воздуха. Принцесс регулярно инструктировали и объясняли, что они должны делать в чрезвычайной ситуации.
Когда они ехали по Длинной аллее, с боковой дороги внезапно вышла Маргарет и посмотрела прямо на них.
– Боже мой! – Лилибет со вздохом притормозила. – Кажется, она чем-то расстроена.
– Она не любит, когда вы делаете что-то без нее, – озвучила причину Кроуфи. Впрочем, Лилибет все знала и так.
Елизавета остановилась рядом с сестрой и опустила стекло:
– Хочешь с нами?
– Да, – объявила Маргарет, забираясь в кабинку. – У меня наконец перерыв. Уроки французского и истории с виконтессой Антуанеттой де Беллэг такие утомительные и скучные! Хорошо тебе – можешь заниматься увлекательными вещами, а я должна мучиться с надоевшими учебными предметами.
– Мне в свое время тоже пришлось помучиться, – пыталась утешить сестру Лилибет.
– Зато теперь не обязана, – надулась Маргарет. – Почему я родилась так поздно?
Кроуфи позволила себе рассмеяться:
– Поверьте мне, настанет день, и вы перестанете так думать.
– Настанет день, когда я буду тосковать по своей классной комнате, – мрачно предрекла Маргарет. – Теперь, когда Лилибет окончила учебу и получила права, она наверняка еще больше будет рассуждать о коленчатых валах, поршнях и прочих занудных вещах. Хотя она и сейчас только о них и говорит.
– Ты сама видишь! – Лилибет прибавила скорость; впереди простирался длинный и прямой участок дороги. – Моя жизнь не так уж и насыщена. Сплошные поршни и коленвалы.
– У тебя на все готов умный ответ, – пробурчала Маргарет. – Кстати, о тебе написали в газетах. В очередной раз.
– Разумеется, о вашей сестре пишут в прессе. Как и о вас и о других членах королевской семьи, – вмешалась в перепалку Кроуфи.
– Но не на первых страницах!
– Да, я на первых страницах. Наравне с другими женщинами в военной форме. Комплектовщицами, телеграфистками, сотрудницами вспомогательных служб. И кроме того, меня фотографируют как государственного советника при посещении воинских частей, – Лилибет немного сбросила скорость перед поворотом и постаралась успокоить сестру: – Не сомневаюсь, что в моем возрасте ты будешь появляться в газетах намного чаще меня. Ты более привлекательна внешне.
– Возможно, я действительно более красива, – пробормотала польщенная Маргарет. – Но в газетах я не буду появляться чаще, потому что ты когда-нибудь станешь королевой. А я… я опоздала родиться. И в данном случае только рада этому. Никогда не хотела быть королевой.
Лилибет подавила вздох. Она тоже воспринимала свою перспективу без особой радости и надеялась, что событие свершится еще очень не скоро. Не только потому, что оно означало смерть отца – мысль, которую принцесса немедленно задвинула подальше, настолько она была болезненна, – но и потому, что быть монархом – тяжелая ноша. Недаром ее дядя Дэвид отрекся от престола и выбрал любовь. Лишь потому отец Лилибет стал королем. И уже тогда Маргарет сочувствовала сестре. В памяти Лилибет так и звучал ее детский голосок: «Значит, ты когда-нибудь будешь королевой?»
– Я догадываюсь, – сказала она вслух.
– Бедняжка, – прокомментировала Маргарет.
Кризис, вызванный отречением Дэвида, глубоко потряс не только монархию, но и саму Лилибет. Она увидела, какую тревогу и обеспокоенность вызвало решение дяди, и порой спрашивала себя, как поступила бы, если бы ей пришлось выбирать между Филиппом и короной. Хотя к чему задаваться вопросом? Обязанности, которые влечет за собой корона, должны доминировать над всем: от них невозможно уклониться. Однако, к счастью, перед ней подобный выбор не будет стоять. Филипп, по крайней мере, принц – хотя и иностранный, с немецкими корнями, что в настоящее время не очень приветствовалось. Но все же он не разведен, как Уоллис Симпсон.
Вопрос в том, захочет ли Филипп вообще быть с ней… Каким только мечтам она не предавалась! Молодые люди не виделись целый год, и, как было известно Лилибет, Филипп свел знакомство с несколькими женщинами. Откровенно написал, что встречал Новый год с некоей Элен Фуфунис. Хотя не исключено, что все было совершенно невинно, как и встречи с молодыми людьми, которые подстраивали ей родители на приемах и танцевальных вечерах, – вероятно, в надежде заставить позабыть Филиппа!
Лилибет энергично тряхнула головой и свернула к замку. Нужно доставить домой Кроуфи и расхандрившуюся Маргарет. Положение обязывает!
Глава 3
– Сэр, вас к телефону!
– Это не может подождать? – в голосе отца звучала досада. – Мы уже выходим!
– Боюсь, что нет, сэр, – с сожалением произнес Томми Ласеллс, личный секретарь короля. Лилибет взглянула на солидного мужчину в возрасте почти шестидесяти лет с кустистыми бровями и широким прямым носом, как всегда немного перед ним робея. Томми Ласеллс, которого на самом деле звали сэр Алан Фредерик Ласеллс, служил еще ее деду Эдуарду VII. В 1939 году, после успешного тура по Канаде, блестяще организованного Ласеллсом, отец Лилибет в знак благодарности произвел последнего в рыцари. Он постоянно внушал принцессе некоторый страх. Порой ей казалось, что Томми и есть король, а все остальные – его подданные. Она вздрагивала от мысли, что однажды – пожалуйста, пусть не так скоро! – Ласеллс станет и ее личным секретарем. Или королям дозволено самим подбирать кандидатов на столь ответственную должность? Она надеялась, что да. С другой стороны, Ласеллс знал бесконечно много. Точнее, он знал все. Это успокаивало. Королю нужно, чтобы такой человек всегда был под рукой; особенно если судьба не одарила короля большой уверенностью в себе. Как в случае Георга VI. Хотя он и являлся правителем, которого любили и уважали миллионы, но по сути своей был нерешительным и немного стеснительным человеком, который боялся своего отца даже после его смерти и тосковал по любви. Любви, которую он получал от жены и дочерей, ласково называя семью «мы четверо». А еще от народа, который не в последнюю очередь уважал его за то, что во время войны король без колебаний остался в столице. И эта любовь крепла изо дня в день.
Сейчас король беспрекословно последовал в кабинет за своим личным секретарем.
