Там, за стеной

Я вошла в зал, намереваясь последовать примеру тех, кто скрылся в шахте. Несколько подопытных обернулось посмотреть на меня, но, убедившись, что я одна из них, потеряли интерес. У всех здесь была задача поважнее: выбраться из комплекса живыми.

Я подошла к шахте и заглянула внутрь. Те, кто воспользовался этим путём до меня, уже куда-то делись. Неудивительно. Шахта оказалась короткой. Всего три этажа. Дальше её перегораживала кабина лифта. Поднимусь без проблем. Я перекинула сумку с продуктами за спину и, наметив взглядом маршрут, приступила к делу. Всё оказалось так же, как в симуляции. Тело легко меня слушалось, оказываясь именно там, где надо, и сохраняя равновесие.

Несколько минут — и я выглянула из шахты. Она привела меня на другой этаж. Холл на этом этаже был похож на тот, который я только что покинула, только он был пуст. Я прислушалась. Судя по звукам, военные всё ещё были на предыдущем этаже, а учёные поднимались по лестнице. Я отчётливо слышала их тяжёлые шаги. План тут же созрел у меня в голове. Рядом с выходом находилась комната, подписанная как раздевалка. Именно в ней хранились комбинезоны, в которых учёные сейчас выходили на улицу. Скафандр и шлем, скрывающий лицо. Я знала это, поскольку видела, как учёные выходили из похожей комнаты на другом этаже, спеша на лестницу.

Я быстро наткнулась взглядом на нужную комнату и бросилась туда. Несколько скафандров ещё висело на своих местах, хотя эвакуация этажа и была, судя по всему, закончена. Повезло. Я быстро надела один из них и, подойдя к дверям, ведущим на лестницу, прислушалась. Учёные ещё не успели уйти слишком далеко, и я, закрепив шлем на голове, тихо выскользнула из дверей и пошла их догонять. Костюм немного жал, но придётся смириться с этими неудобствами.

Только увидев учёных вблизи, я поняла, что мой костюм несколько отличается. Он был серым, а не зелёным, и с синим символом на спине вместо красного. Наверное, эти отличия должны были что-то означать, но что? В любом случае снизу уже поднималась охрана, и я поспешила смешаться с толпой. Благо никто из спешащих наверх людей не обратил внимания на наши различия.

Вместе с учёными мы преодолели последние два этажа и вышли на улицу. Комплекс от неё отделялся дверью из толстого железа, сейчас распахнутой настежь. Я оглянулась. Вокруг стояли транспортные модули, куда спешно садились люди, и модули куда-то отправлялись. Я замерла на месте, чуть в стороне от основного потока. Мне тоже нужно сесть в модуль или лучше уйти сейчас? Вокруг, насколько хватало глаз, была пустыня, а модули — это путь в цивилизацию. Однако что-то меня останавливало. Да, находиться и дальше рядом с учёными было опасно. Приедут они в город, снимут свои костюмы, а тут я. Уж учёные-то мигом опознают во мне жертву своих экспериментов. И тогда… Я не знаю, что они сделают, но явно что-то не очень хорошее для меня. Люди, способные проводить эксперименты над другими людьми, не вызывали у меня желания познакомиться поближе.

Решено. Я незаметно отошла подальше и спряталась за единственным строением, расположенным тут. Из своего укрытия я наблюдала, как последние охранники покинули комплекс и заперли за собой тяжёлые двери. Сев в модуль, они отбыли в неизвестном направлении.

Убедившись, что осталась одна, я подошла к двери комплекса. Нигде не было ничего, что позволило бы открыть её вновь. Только сверху над дверью тревожно мигала красная лампочка. Неужели я была права, и охрана запустила протокол самоуничтожения? Значит, все, кто были внутри, погибнут? Я ещё раз осмотрела дверь, так и не обнаружив ничего, что помогло бы её открыть.

Что ж, что мы теперь имеем? Я осталась одна неизвестно где, без оружия и идей, куда податься. Идти по рельсовой дороге для модулей вслед за учёными? Нет, лучше мне находиться как можно дальше от них. А значит, нужно выбрать противоположное направление и надеяться, что разбитая асфальтовая дорога выведет меня куда-нибудь.

Глааа 3

Весь остаток дня я шла по дороге. Вокруг простиралась бесконечная пустыня с красноватым песком, и лишь дорога служила для меня ориентиром. Костюм, одолженный в комплексе, я не снимала. Думаю, учёные не зря в них облачились. Костюмы от чего-то защищали. Я не знаю, от чего именно, но не хотелось бы проверять на собственной шкуре, опасно это что-то для моего изменённого организма или нет. Конечно, странно было видеть дорогу в таком состоянии. Её же наверняка строили, чтобы подвозить что-то к лабораторному комплексу. Почему сейчас так запустили? Неужели только потому, что её заменила рельсовая магистраль?

Кроме дороги, была ещё одна странность. Мне всё время чудилось, что где-то в отдалении мелькают какие-то фигуры, но стоило только повернуть голову — и они исчезали из вида. Неужели после побега из лаборатории я обнаружила ещё одно побочное действие сыворотки в виде галлюцинаций? Это было бы не слишком весело.

Когда начало темнеть, я устроилась прямо около дороги. Ужинать не стала. Для того чтобы поесть, нужно было снять шлем, а мне не хотелось это делать, пока не разберусь, что тут и как. Несколько дней я вполне могу и поголодать. Не впервой.

Достав украденные файлы, я открыла своё досье. «Арен Гверд, 20 лет» — значилось сразу после фотографии. Вот, значит, как меня зовут. Странно, но эта информация не вызвала никаких особых чувств. Просто имя. Дальше шла краткая биография. Воспитывалась в приюте святого Риада, по окончании обучения попалась на воровстве и угодила в тюрьму, откуда и поступила в качестве добровольца в комплекс. Занятно. Неужели я добровольно дала согласие на эксперименты над собой? Что-то я сомневаюсь. Наверное, просто отобрали тех, кого некому было защитить. Или моя прошлая личность действительно страдала излишним человеколюбием? Теперь я это никогда не узнаю.

Дальше шли описания серии опытов: дозы вводимых лекарств и моя реакция на них. Чаще всего в тексте фигурировал какой-то радел, дозировки которого всё время увеличивались. Текст был испещрён какими-то терминами, которых я не понимала. Из него я узнала только одно: желаемого результата учёные не достигли, но реакция моего организма на радел чем-то отличалась от реакции большинства подопытных. Это означало, что рано или поздно от меня бы всё равно избавились, хоть и объясняло, почему не сделали этого раньше. Впрочем, учёные даже не скрывали тот факт, что считают нас расходным материалом, а не живыми людьми. Одни номера вместо имён говорили сами за себя. Я спрятала папку обратно в сумку и попыталась устроиться поудобнее в надежде немного поспать.

Ночь прошла спокойно, хотя мне и показалось, что рядом с лагерем кто-то ходит, но в шлеме звуки я различала плохо. Наверное, это было всё-таки моё воображение. Утром, едва забрезжил рассвет, я продолжила своё путешествие. Благодаря изменённому телу я могла идти долго, не чувствуя усталости, но я шла, а пейзаж всё не менялся, и это вызывало беспокойство. Не может же эта пустыня быть бесконечной?

Лишь к обеду третьего дня я увидела впереди какие-то строения. Город! Я невольно ускорила шаг, но вскоре остановилась. Город впереди не был жилым. Полузасыпанные песком строения с пустыми окнами, остовы машин, брошенные хозяевами. Вот что ждало меня впереди. Неужели я неправильно выбрала направление и дальше меня ждёт то же самое? Вернуться? Нет, рано или поздно я должна выйти к людям. Дорога вела вперёд, и я сдвинулась с места. В городе, хоть и мёртвом, можно переночевать с большим комфортом, чем на дороге.

Город оказался небольшим. Небольшим и пустым. Нет, в зданиях до сих пор стояла мебель и лежали вещи хозяев квартир, но никого живого я не видела. Зато тут были скелеты. На улице их, видимо, замело песком, но в домах скелеты остались. Там их было много. Они сидели и лежали в разных позах, как будто что-то неизвестное мгновенно убило их на месте. Что тут могло произойти? Тут всё ещё опасно? И почему скелеты оставили лежать просто так? Почему не захоронили?

Я остановилась напротив одного из последних домов города, гадая, можно ли остаться тут на ночь или лучше убраться подальше как можно скорее. Скелеты меня не смущали. Это дело давно минувших дней. В конце концов, можно найти для ночлега помещение и без них. Смущало лишь наличие в городе предполагаемой опасности, которая всех убила.

Тут он меня и догнал. Удар пришёлся по шлему, но всё равно повалил меня на землю. Я поспешила откатиться, уходя от следующего удара, и наконец увидела своего противника. Когда-то это был человек, но его тело претерпело некоторые изменения. Противник был словно закован в чёрный панцирь, защищающий его от угроз. Но даже эта защита не могла скрыть мышцы, покрывающие его тело. Он был высок — метра два в высоту, если не больше. Лицо, закрытое панцирем, мало напоминало человеческое. Два подвижных отростка закрывали его почти полностью. Лишь ярко-голубые глаза выделялись на этом чёрном фоне. Но откуда здесь ещё один подопытный? Кому-то всё-таки удалось сбежать? От удивления я на мгновение застыла на месте. Новый удар снова пришёлся по шлему, приведя меня в чувство. В костюме я двигалась гораздо медленнее, чем могла, — почти так же медленно, как обычный человек. Осколки стекла посыпались на песок. Похоже, я осталась без защиты от неведомой угрозы, зато с вполне реальным противником, от атак которого не успевала увернуться.

У меня не было оружия, но я всё равно встала в боевую стойку. Может быть, удастся хоть что-то противопоставить противнику, раз уж моё главное оружие — скорость — было сейчас недоступно. Хотя что я могла ему противопоставить? Даже если я достану шприц с успокоительным из сумки, валявшейся сейчас на земле, вонзить его, минуя защитные пластины, будет непросто. Может быть, попробовать убежать? Нет, в костюме это невозможно. Противник вмиг меня догонит. Попробовать ударить его? Но как пробить защиту? Оставалось только ждать, пока он меня прикончит. И ради этого я сбежала из лаборатории? Может быть, попробовать договориться? Но что ему предложить? Противник остановился сам. Остановился, увидев моё лицо за разбитым стеклом шлема.

— Так ты изменённая? — спросил он. Выговаривать слова мужчине было трудно, но я его понимала.

— Изменённая? — переспросила я. Этот термин не был мне знаком.

— Изменённая. Мы называем так тех, кто подвергся воздействию и не умер, — объяснил собеседник.

— Воздействию? — ещё больше удивилась я.

— Откуда ты, раз ничего не знаешь? — спросил мужчина. Он уже явно настроился на мирный лад, и я позволила себе немного расслабиться. В двух словах я рассказала о лаборатории и о её судьбе.

— Эксперименты над людьми? — удивился собеседник. — Они и на это способны?

— Кто они? — задала очередной вопрос я.

— Люди. — Наконец хоть на что-то я получила понятный ответ. — Пойдём. Раз уж ты тут, я расскажу тебе, что ты пропустила.

Собеседник повёл меня в один из домов, находящийся в более-менее приличном состоянии. Было видно, что его пытались отремонтировать, но отсутствие опыта или материалов было заметно. Дом всё равно находился в плачевном состоянии.

— Присаживайся, — показал хозяин на старый диван, и я села. — Ты помнишь, как это всё начиналось?

— Я почти ничего не помню, — призналась я. — Только то, что происходило в лаборатории, и то урывками.

— Да, это похоже на действие радела. Я тоже многое забыл: свою жизнь до катастрофы и своё имя. Помню, что в один день небо осветилось красным, а потом начались дожди. Шли они несколько дней, не переставая. Люди, что попадали под такой дождь, умирали в страшных мучениях, да и другой жизни досталось. Видишь, вокруг пустыня. А раньше тут были непроходимые леса. В общем, выжившим скоро стало нечего есть. Да и водоёмы оказались заражены. Нет, мгновенно уже никто не умирал, но начались изменения. Менялось тело, менялся разум. Люди, кого это не затронуло, скрылись в подземных убежищах. А остальные выживали как могли. Я вот обосновался тут. Охочусь на мелкую живность. Животные тоже изменились, как и люди. Может, и растения где сохранились. Я не знаю. Боюсь покидать это место. Тут никого нет, кроме скелетов, и я не представляю ни для кого опасности. А то при виде людей разум оставляет меня. Я и на тебя-то набросился, потому что ты в этом костюме очень уж напоминаешь человека. Лучше бы тебе избавиться от него.

— Странно, — задумчиво сказала я. — Я ничего подобного за собой в присутствии людей не замечала.

— Возможно, ты получила меньшую дозу радела, — предположил собеседник. — Или учёные всё-таки нашли способ как-то уменьшить его негативные стороны.

У меня тоже не было ответа на этот вопрос. Возможно, кто-то другой, более умный, смог бы прочитать файлы, которые я украла, и понять их, но среди нас умников не было.

— А эти скелеты в домах, — решила спросить я, — они выглядят довольно жутко.

— О! Когда я пришёл сюда, никто из местных не выжил. Все лежали на улицах. Вот я и позаботился о них. Вернул в свои дома. Им бы хотелось вернуться домой, разве нет? — От этого ответа мне стало не по себе, но бежать от нового знакомого было поздно. Если он набросится на меня во второй раз, всё может закончиться не так благополучно.

— Расскажи о мире вокруг, — попросила я. — Есть где-то поселения изменённых?

— Не знаю. С момента катастрофы я не покидал этого места. Иногда кто-нибудь приходит сюда и рассказывает что-нибудь интересное, но о поселении никто не упоминал.

— Тогда, — задумчиво произнесла я, — мне придётся это выяснить самой. Я не хотела оставаться в этом городе с его мёртвыми жителями и соседом, который, возможно, уже лишился рассудка. — Можно тут где-то раздобыть карту местности? Завтра я уйду отсюда. Поищу город побольше, — решила проверить я реакцию собеседника.

— Да, сколько угодно, — пожал плечами тот. — В книжном оставалось достаточно карт, но все они, как ты понимаешь, были изданы ещё до катастрофы.

— Они тоже подойдут, — заверила я. — Возможно, мне удастся найти и других выживших.

— Я могу лишь пожелать тебе удачи, — ответил на это собеседник. Похоже, он совсем не был против снова остаться среди скелетов в одиночестве.

Поужинав пайками из лаборатории, мы разошлись по разным комнатам. Дверь в свою я попыталась подпереть получше, но, думаю, это вряд ли поможет, если сосед попытается напасть на меня ночью. Однако создаст шум, и я успею ускользнуть через окно. Устраиваясь в постели, я надеялась на это. Но на всякий случай я переложила один из шприцев из сумки в карман. Мало ли. Будет хоть какая-то надежда отбиться.

Глава 4

Ночью я, по понятным причинам, практически не спала, а утром, забрав карту и несколько маркеров, покинула город. С новым знакомым мы тепло попрощались у его дома. Похоже, он действительно оказался всего лишь безобидным сумасшедшим. Судя по карте, к югу отсюда должен находиться другой город с названием Споткид, и он был довольно крупным. Дороги под ногами не было: её занесло песком, но я старалась придерживаться нужного направления, ориентируясь в основном на торчащие из песка дорожные знаки. От костюма избавилась, почувствовав после этого некоторую свободу. Всё равно он меня уже ни от чего не защитит, только будет провоцировать местных жителей к нападению, а это мне нужно было в последнюю очередь. Разжилась я и оружием — довольно неплохим ножом, подаренным новым знакомым, чьё имя я так и не узнала. У него хранилось много оружия, собранного по всему городу.

Через некоторое время городок скрылся из виду, и я снова оказалась в бесконечной пустыне. Красноватый песок лежал повсюду, но жарко не было. А ведь я всегда думала, что в пустынях должно быть жарко. Или это опять выверты моего изменённого организма? Может быть, теперь я не чувствую жару или холод так же, как другие люди?

Первое живое существо я встретила уже на следующий день. Оно напоминало и крысу, и скорпиона одновременно: тело, покрытое куцым серым мехом, длинный, загнутый кверху лысый хвост, оканчивающийся острым жалом, множество лап и острая подвижная мордочка. Существо село на приличном расстоянии от меня и наблюдало, как обед исчезает у меня во рту. Оно не пыталось напасть, но и не уходило. «Это на таких охотился мой недавний знакомый?» — подумала я. Я доела обед и встала. Быстро выхватив нож, я метнула его в существо, но оно увернулось и в мгновение ока скрылось где-то среди песков. Похоже, охота не удалась. Подобрав нож, я продолжила своё путешествие.

Существа вернулись, когда я уже устраивалась на ночлег. Их было пять. Они осторожно приближались, пока не поняли, что я их заметила. Тогда они расселись, словно в цирке, и стали наблюдать за моими действиями. Это было странно и страшно. Я ждала нападения, но его не было. Тогда я решила припугнуть их: достала нож и сделала выпад в сторону ближайшей твари. Наверное, мне не нужно было этого делать, потому что они все набросились на меня. Я попыталась увернуться, отскочив как можно дальше. К счастью, это мне удалось, хотя одно из жал просвистело в опасной близости от шеи. Я атаковала, целя одной из тварей в шею, и снова отскочила, оставив той глубокую рану. Моя скорость была немного выше их, чем я беззастенчиво и пользовалась. Вновь увернувшись от атак, я всадила нож в тело одной из тварей и отскочила. Три оставшихся бросились бежать: поняли, что добыча им не по зубам, и отступили, оставив меня с телами собратьев. Однако они могли вернуться ночью, когда я буду спать. Я оглядела местность в поисках укрытия, но не увидела ничего похожего на него. Вздохнув, я подняла сумку и пошла вперёд. Потом, немного подумав, вернулась и забрала с собой тело поверженной твари. «Похоже, поспать мне этой ночью вряд ли удастся, так хоть свежего мяса поем».

Лишь к утру я увидела первое строение. Наверное, когда-то это был магазин или заправка: пустые полки витрин и кассовый аппарат свидетельствовали об этом. Вот странно: я не помнила ничего о своей прошлой жизни, даже имени, но откуда-то знала, как должна выглядеть заправка.

Я зашла внутрь здания и осмотрелась. Зал с пустыми витринами, ещё один небольшой зал со столиками. В дальнем углу — дверь, ведущая в подсобные помещения. В одном из них находился стол, холодильник и микроволновка. Наверное, раньше сотрудники тут обедали. В другом был склад, сейчас пустующий. К счастью, никто ещё не облюбовал это место, и я, забаррикадировав двери, смогла почувствовать себя в безопасности.

Остаток вечера я потратила, разделывая тушу убитого мной накануне мутанта. Правда, как готовить эту чудную дичь, я не представляла. Где в пустыне можно найти горючие материалы? Допустим, где-то тут ещё остался бензин, но нужно что-то ещё, что могло гореть. Употреблять мясо сырым тоже не хотелось.

Разделывать туши меня никто не учил, и мяса получилось не так уж и много. Я разложила его на пластиковом подносе, найденном в зале, и задумалась. Мне нужно было найти топливо для огня. В помещениях такого не было, да и снаружи тоже. Если только под слоем песка найдётся что-то подходящее. Да и как это что-то потом зажечь? Проведя почти всю жизнь в лаборатории, я оказалась абсолютно неподготовленной к жизни вне её стен. Наконец я решилась и сунула кусок мяса в рот. Отвратительно! Проглотить это я точно не смогу. Вздохнув, я упаковала оставшееся мясо в контейнер из-под пайка и вышла на улицу. Возможно, я найду выход по пути к городу.

Это оказалось ошибкой: мутанты стали попадаться мне гораздо чаще. Их привлекал запах мяса. Дальше моё путешествие походило на какую-то странную игру: то один мутант, то другой подбегали ко мне сзади и пытались сорвать с плеча сумку, прячась, как только я оборачивалась, готовая вонзить в них нож.

Сначала это были уже встречавшиеся мне крысы, похожие на скорпионов, а потом к ним прибавились и другие мутанты: змея размером в несколько метров, окрасом с успехом скрывающим её в песках; небольшая обезьянка, пасть которой оказалась больше её головы; какой-то червь, выпрыгивающий из песка. И никто из них не пытался атаковать именно меня. Сначала я пробовала отмахиваться ножом, потом стала уворачиваться и убегать, но в конце концов один из мутантов порвал ремешок сумки, и её тут же утащили прочь. Я бросилась было догнать мутантов и вернуть своё добро, но они были уже слишком далеко. Вздохнув, я продолжила путешествие. Мутанты ко мне больше не приближались, хотя я и видела их то и дело вдалеке. И это было странно. Разве они не должны были нападать? А они вели себя скорее как домашние животные.

Город я увидела только через несколько дней. Увидев высотные строения, я вздохнула с облегчением. За это время я успела изрядно проголодаться и хотела пить. Даже странно, что чувствовала я себя при этом относительно нормально, но всё равно следовало что-то предпринять. Возможно, в городе я найду помощь.

Город оказался ненамного в лучшем состоянии, чем тот, в котором я была в прошлый раз. Улицы занесены песком, часть зданий имела те или иные повреждения. Я шла по улицам, оглядываясь по сторонам и пытаясь заметить следы чьего-нибудь пребывания. Таких пока не находилось, но я не сдавалась. В конце концов, этот город намного больше предыдущего. По пути я заглядывала в каждый встреченный продуктовый магазин или ресторан, но меня ждали лишь пустые полки. Зато топлива в виде мебели в городе оказалось с избытком.

Когда стемнело, я вошла в одно из зданий, поднялась на последний этаж и вышла на крышу. С неё открывался замечательный вид на город — по крайней мере, на ближайшую его часть. И я увидела: одно из окон в здании в конце улицы было освещено. Свет был неровным, как будто кто-то развёл там костёр. Это нужно было проверить. И я не стала ждать утра: ведь тот, кто сейчас внутри, мог покинуть здание с рассветом. Да и пустой желудок нет-нет да и напоминал о себе.

Я подошла к нужному зданию. Окно светилось на третьем этаже. На мгновение я остановилась, вглядываясь в это свечение. «Надеюсь, тот или те, кто наслаждаются сейчас там ужином, не будут против моего вторжения». Войдя в дом, я поднялась на нужный этаж. Передо мной находились закрытые двери трёх квартир. Я остановилась. Судя по расположению окон, мне нужна была крайняя правая дверь. Конечно, она оказалась закрыта. Единственное, что я могла сделать, — это постучать, надеясь, что меня услышат.

Меня услышали. На пороге появился громила с топором, казавшимся в его руках игрушкой. Это был изменённый. У него не было шипов или наростов, как у некоторых встреченных мной ранее изменённых. Кожа была гладкой, синеватого оттенка, а глаза — с овальным зрачком. Изменённый был на голову выше меня. Он издал смешок, показав острые зубы, а потом вдруг схватил меня за руку и втянул в квартиру.

Только теперь я поняла, какую ошибку совершила, придя сюда. Человеческое тело, медленно жарившееся на костре, подсказало мне это лучше всяких намёков. Я вывернулась из прохладных пальцев и отбежала в комнату, прижавшись к стене. Нет, конечно, это меня не спасёт. Я заозиралась в поисках выхода. Окно, через которое я видела свет, было перегорожено какой-то металлической конструкцией, а дверь изменённый уже запер. И сейчас он медленно приближался ко мне с гаденькой улыбочкой. Наверное, представлял, какой я окажусь на вкус.

Я попыталась отодрать прут от арматуры на окне, но она держалась крепко. Изменённый остановился в дверях комнаты, наблюдая за моими метаниями, — наслаждался беспомощностью очередной жертвы.

Что ж, придётся драться. Сунув руку в карман, я нащупала там шприц — тот самый, который я позаимствовала в лаборатории. Я зажала его в руке и обнаружила своего противника совсем рядом — буквально в шаге от меня. Он был довольно быстр для своих размеров.

Мне не раз приходилось убивать кого-то в симуляциях, и этот бой ничем от них не отличался. Я поднырнула под протянутую ко мне, чтобы поймать, руку и оказалась у противника сзади. Не мешкая более, я вогнала шприц ему в шею и выдавила содержимое. Изменённый взвыл, а я отскочила подальше. Лекарство должно было подействовать в течение минуты.

Эту минуту изменённый потратил в безуспешной попытке меня поймать. Такое упорство, граничащее с самоуничтожением, я видела у тех, кто лишился разума в ходе экспериментов. Они содержались отдельно в ожидании своей печальной участи, и иногда их проводили мимо моей камеры. Конвой состоял не только из охраны, но и из роботов, удерживающих изменённых в цепях.