Реинкарнация величайшего

— А им можно дышать? — Поинтересовалась Кирия.

— Нет, это вредно! — Запретила мама.

Пока мы занимались, мать, заметив деревенских женщин, идущих от садов, вышла к ним поговорить, часто поворачивалась, указывая на нас. Пока они не видели, принимая отправляемый мне шарик воды, я делал разные фигуры, закручивал воду в спирали, обращал ее в лед и обратно, дабы ребята не теряла вовлеченности в процесс. Глазки-то у них сияли, пытаясь повторить за мой. Они частенько роняли шарик на землю, а я вытягивал из бочки новый и отправлял по новой, попутно объясняя, как я сделал то или иное. Теган умело изображал неопытность, у него вообще-то очень хорошо получается притворяться. У меня глаз наметан, я вижу, что он без труда повторит за мной эти простые фигуры, но он намеренно ронял шарик воды или «случайно» выбирал не ту ручную печать, отчего магический воздух исчезал.

— А какая стихия самая крутая? — Задала Сильдра вполне обычный для ребенка вопрос, когда мы закончили упражнение.

— Зависит от того, что ты хочешь.

— Ну! Скучно!

— Смотри, есть огонь, которым бахнула и все полыхает. Но этот же самый огонь нужен целителям. Представь, что кто-то сильно поранился, клирики своей святостью рану будут неделю убирать, а тут целитель с огнем подбегает и о-па! Раны будто и не было вовсе! Вот ты чего хочешь? Некоторые стихии несут разрушения, некоторыми можно строить города, другими менять течения рек, менять погоду из непроглядной засухи в дождевой потоп.

Сильдра призадумалась и выдала достаточно простое и очевидное желание:

— Хочу уметь летать! Как ты показывал.

На что я пожал плечами и выдал ей простой ответ:

— Если говорить о стихиях, то лучшим решением станет контроль воздуха.

Взяв контроль над стихией, я сложил ручные печати и слегка приподнял себя, отнес от них на пару метров и вернул обратно.

— Воздух универсален… э… эм… он полезен всегда и нужен всем магам: боевым, поддержке, целителям, иллюзионистам. Его можно комбинировать со всеми стихиями и с нестихийной магией. Например, можно объединить торнадо с огнем.

От жестов, которыми я сопровождал рассказ девочки пришли в восторг, уже сейчас желали, чтобы я показал описанное. Улыбаясь, я отошел подальше и велел ребятам близко не подходить. Мама как раз возвращалась к нам, так что я дождался ее и вытянул перед собой ладони, мимикой подсказав смотреть в пространство между ними. Мгновение, за ним еще одно и они увидела пламя, которое завивалось в спираль, закручивалось между ладонями все быстрее и быстрее.

— Смотрите на ладони! — Подмигнул им. — Пальцы сложены как?

— Для огня! — С блестящими от восторга глазами, глядя на крошечное огненное торнадо в моих руках, тотчас ответила Сильдра.

— А как я контролирую воздух?

— Э… ты… м… ты руками давишь. Вверх-вниз!

— Верно. — Хлопком я прервал контроль стихий и торнадо исчезло. — Важно понимать, какая стихия в контроле доминир… какая главная, а какая помогает. В моей демонстрации главная стихия — огонь, его я контролирую, а воздухом задаю обличье. Разумеется, с большим торнадо, с настоящим, так не выйдет. Это уже совершенно другой уровень.

— А ты не обжегся, когда хлопнул? — Волновалась Кирия.

Покачал головой.

— Нет. Я заставил огонь исчезнуть еще до того, как ладони соприкоснулись, а кроме того, я ведь создал магический огонь, он имеет серьезные отличия от обычного, и я защитил свою кожу от его жара. Мы еще поговорим с вами об этом, но не сегодня.

Теган еще раз, но теперь при всех огласил, что хочет стать боевым магом, а я еще раз сказал, что мы с ним об этом поговорим когда-нибудь в следующий раз. Кирия удивила:

— Хочу быть оракулом!

— Быть оракулом — очень трудная и опасная работа. Чрезвычайно полезная и востребованная… то есть очень нужная, но очень, очень трудная. Оракулы относятся к магам поддержки и ближе всего к донорам. Практиковаться в этом направлении еще очень рано.

Для новой демонстрации, я вытянул из бочки еще воды, собрал воздух вокруг себя и зажег небольшой огонек прямо перед собой, затем создал вокруг него сферу из воды и показал им волшебную свечку, горящую внутри водяной сферы, которую обратил в лед, немного подержал перед собой и положил Кирии на ладони. Она подержала сферу, та быстро растаяла, и свеча потухла.

— Тоже хочу так! — Возбужденно и широко раскрыв глаза воскликнула она, не опуская рук, в которых только что был ледяной шарик.

— И я, и я хочу! — Поддержала ее Сильдра.

Всего одна демонстрация и девочки усердно старались повторить этот простенький фокус до самого ужина. Теган, стоя у них за спинами, сделал с первого раза, встретился взглядом с мамой и приложил указательный палец к губам, чтобы не говорила им. Сильдра еще не умела создавать маленький огонек ровным, без вспышек, поэтому его для нее делала Кирия, охлаждать воду умели все. До ужина Сильдра не управилась, однако совсем не грустила, хотела тренироваться еще и еще, пока не получится. Пользуясь моими подсказками, по отдельности она со всем справилась: полую сферу изо льда, удержание свечки, воздух вокруг себя.

Ближе к ночи я заверил родителей, что узнаю о попытке создать огонь в доме несмотря на строгий запрет еще до того, как это произойдет. Перед сном заглянул в родительскую комнату с вопросом.

— Я нигде не перегнул? Про Нельмандира понял: больше ни слова о «злых» богах.

— Если ты не будешь учить их огненному торнадо, то нигде. — Посмеялась мать.

Как камень с души. Я очень надеялся, что первый урок проведу, не поднимая никаких запретных тем.

— Нет, не буду. — Улыбнулся я в ответ.

Ночь прошла без происшествий. Сильдра, пока засыпала, конечно, поглядывала на огонек масляной лампы у заставленного окна, но ничего не сделала. Материн строгий запрет играть с огнем в доме восприняла серьезно.

За Сильдрой, сразу после завтрака пришли деревенские друзья и она побежала показать им новые фокусы, родители едва успели запретить ей создавать много огня. Не хватало еще волосы кому-нибудь подпалить. Теган ушел в свою комнату, Кирия на улицу, повторять то, чему учились вчера. А я вместе с родителями вернулся за стол.

— Деган, а мы ведь даже не спросили. Как тебя звали раньше?

— Я не могу назвать свое прежнее имя. По законам нашего народа я умер, а следовательно мое имя при жизни мне уже не принадлежит. Теперь я должен носить свое загробное, вот только мне его не говорили, но тут можно догадаться логически. Я был величайшим волшебником, следовательно, маг — «хур», величайший — «геба». Увы, вряд ли мне дали бы это имя. Падший, скорее всего: «арах». Значит, мое загробное имя Араххур, именно так меня можно называть. Но не стоит на нем зацикливаться, это имя имеет значение только для тавинарше. Я Деган и с гордостью буду именовать себя именно так.

Правильно подобранная интонация, гордо поднятый подбородок и положенная на сердце рука удовлетворили родителей. Кроме того, я не солгал. Это моя новая жизнь, первая давным-давно осталась позади и имя с ней, смерть тоже осталась позади и посмертное имя ушло с ней. Теперь я Деган.

До конца лета практиковались в магии. Ничего кардинально нового чуть более, чем за месяц я им преподать не смог, но обеих девочек успел научить быстро делать простые прически, слегка затронули раздел кинетики. С Теганом мы еще не раз говорили о боевой магии, и я составил для него длинный план тренировок на время учебы в школе. Кирии тоже программу составил и много раз настаивал, чтобы она прилежно училась, если и правда хочет стать оракулом.

Теган

Рано утром, на самом рассвете, мы с Деганом вышли во двор, где брат создал уже привычную, блокирующую внутри себя звуки сферу.

— Мы уже все обсудили. — Начал он. — Но не забывай главное — учись. Пусть ты все будешь знать, получай отличные оценки, занимайся, практикуйся. Оценки, хвалебные отзывы и твои магические и физические показатели помогут тебе в будущем. В боевой магии тебе очень и очень пригодятся точные науки. Мы уже говорили об алгоритмах. Что-то действительно мощное, что-то по-настоящему опасное можно сделать только с очень тонко настроенными алгоритмами. Понял меня? Учись и делай это очень усердно. Будет возможность, ищи способы записаться на дополнительные занятия, нет — учись сам. Иди в библиотеку и изучай материал самостоятельно.

— Я понял, буду стараться сохранять усидчивость. Маячок я вроде освоил, но я так далеко видеть, как ты, не могу. Надеюсь, буду чувствовать сигнал Кирии на территории школы. И постараюсь хотя бы в лицо вспомнить тех, кого похитили, поместить на них маячок.

— Не на территории школы…

— Да-да, я помню про барьер. Только когда мы будем выходить за территорию.

— Моё заклинание малозаметно само по себе, так еще и с маскировкой, привязано к псионике — его просто так, не зная, что искать, не обнаружить, так что проблем у тебя не возникнет. Все же я думаю прямо из школы никого не выкрадут. Особенно бдителен будь именно в моменты выхода за территорию учебного заведения.

— Да, запомнил. Буду постоянно считать всех, перебирать по именам.

— Лучшего способа для тебя не придумать. Будет трудно все совмещать, но, если мы хотим быть уверены в безопасности сестер и других детей, придется напрячься. За Сильдру не волнуйся. Да, отпор я дать еще не смогу, но пока я здесь, ничему дурному случиться не позволю.

— Я костьми лягу, но все сделаю. — Со всей уверенностью заявил я. — Я выучусь и стану сильным боевым магом.

— Верю в тебя.

Мы схватились в руках и кивнули друг другу. Боги как же это забавно выглядит! Схватился в руках с ребенком, которому два года, так он еще и лицо такое серьезное состроил, я еле сдерживал смех… увы, радость быстро сходила на нет и замещалась мыслями о долге.

Моя задача понятна: вспомнить. Много маячков я поставить не смогу, поэтом сделать это нужно в отношении одноклассниц Кирии, их я буду видеть за пределами учебного заведения реже всего и в любом случае сразу же всех пересчитывать по возвращению. Администрация школы может не сразу рассказать о пропаже ученика, а дорога каждая минута.

Деган выдал мне особый артефакт, который выглядит, как обычная дощечка с выжженым раскаленным железным прутиком знаком. Магию в нем не почувствует даже сложный барьер, зато если его сломать, Деган сразу же об этом узнает и мигом окажется поблизости, свяжется со мной телепатически, и я смогу передать ему кто и из какой группы пропал, когда это случилось и где.

Вышли мы рано, Сильдра еще даже не проснулась, а Деган отказался идти в город. В первую очередь потому, что его пришлось бы нести, без применения магии ходит он медленно и комично-неуклюже.

Само событие поступления в школу я бегло помню. В этом измерении все прошло точь-в-точь также, как в моем: сначала мы оказались на большой ухоженной и огороженной площадке за чертой города, рядом с низкой стеной северного посада. Перед сценой построили пять больших групп учеников, разбитых по возрасту. Младшие с родителями, группы постарше уже без.

Пока кто-то из администрации рассказывал что-то про саму школу, я бегал глазами по округе. Отсюда похитить ребенка посреди дня буквально невозможно: всюду стража! И на городской стене, и на границе посада, позади школьные и городские стражники. Их немного, но достаточно, чтобы видеть всё. В Эрине есть много хороших магов — это я точно помню, здесь частенько бывают мастера из почти всех лиг, рядом и солдатские казармы. Сюда враг не сунется.

Выходит, Деган прав, похищения происходили где-то вне города, а выбираться далеко за стены мы будем и не раз.

Дети строились, чтобы дружной шеренгой пройти в школу, и я успешно пересчитал общее количество учеников старших групп. Попрощался с родителями и вклинился в строй младшей группы. Каждую такую сопровождают охранники, учителя, родители тоже пройдут до самого здания школы.

День закончился без происшествий, сегодня учебы не было, только знакомство с учителями. В основном с моей группой сюсюкались, говорили милыми голосами, все нам улыбались. Аж противно. Но детям вокруг вроде бы нравится, значит старшие все делают правильно.

Своей комнаты ни у кого не было: небольшие помещения с двумя двухярусными кроватями на четверых, пара больших столов у окна, рассчитанных на двоих детей, два стула и две табуретки. Детей разве что распределяли — дворян селили с дворянами.

Маячок Кирии в соседнем крыле я чувствовал, кажется, моих способностей достаточно, чтобы охватывать всю школу целиком. В лицо я никого не признал, для этого нужно время. Информацию сразу же записал: сколько всего учеников во всех группах, сколько по возрастам. Группы учеников одного года разбиты на меньшие — их мне тоже нужно сосчитать, выяснить, сколько и в какой девочек, ведь в основном похищали именно их. Сейчас я знаю только точные цифры группы Кирии — она нам сама их и рассказала, это уже что-то.

Идеально было бы добраться до книг учета, там я и все имена смогу переписать, тогда точно будет понятно, кто именно пропал, а также было бы неплохо раздобыть расписание всех учебных групп, чтобы я заранее знал, когда они покидают стены школы и города.

Деган при наличии возможности подойдет к школе и свяжется со мной, чтобы собрать всю добытую информацию. Либо встретимся во время праздника, когда нас отпустят по домам. А вот об этом-то я, к слову, и не подумал! А если будет похищение во время праздников? Как мы сможем проследить за таким количеством детей из самых разных концов провинции? Дегану вряд ли хватит сил на такое…

Деган

Занятия с Сильдрой мы продолжили, тренировались всю осень. Хотя какая тут осень, честно слово, одно название. За это время я выяснил, что нам, как жителям деревни, полагается часть продуктов с полей и садов, которыми нага деревня и занимается. Бо́льшая часть, конечно, идет в города, но и селян тут голодными не оставляют.

Всеми финансами семьи заправляет мать, отец все заработанное отдает ей, оставляя себе лишь небольшую часть на свои личных расходы. Что это за расходы — мне неизвестно, но точно не выпивка или чего похуже, это сразу стало бы заметно.

После всех моих демонстраций, мать за меня не переживала и днем я был предоставлен самому себе. Главное, чтобы присутствовал на обеде, полднике и вернулся к закату — это правило для всех детей и все его соблюдали. Пес оказался не просто сторожевой собакой, а отцовским фамильяром, оттого очень умный. Отец наказал ему ходить со мной, мать при нем сказала не уходить за деревню, и только я делал шаг не в том направлении, как пес преграждал мне путь или цеплял зубами за поясок и тянул назад.

Во время одной из прогулок обнаружил у старенькой плиты-портала деревянный щит с козырьком. На доске объявлений висели множество старых и новых буклетов, записок, информация из ближайших городов для жителей деревень. Приметил, что местные власти ищут новых охотников, рейнджеров и егерей, так как в нашем регионе их критическая нехватка. Про хороших охотников в наших краях я действительно не слышал, а ведь это одна из самых распространенных и самых уважаемых профессий. Ратц чуть ли не лично благословляет каждого из них, а уж Высший Охотник так и вовсе повод для гордости всех, начиная от его рода, заканчивая всей страной. Тем более страну бедной не назвать: и обучить специалиста, и оплатить его услуги в состоянии.

Так же ничего не слышал я и про истребителей. Видать в наших краях мало чудовищ и нечисти в целом, раз нет запросов. В любом случае, эти точно не будут сидеть без работы. Истребители нечисти всегда были и будут нужны.

Жители деревни приняли рассказ о том, что я гений за чистую монету, а уж поддержу этот образ я без труда. Деревенские, мимо которых я проходил, частенько останавливали меня поговорить, а я не отказывал себе в удовольствии узнать получше соседей и поспрашивать, чем живет наш край. Осмысленный диалог с двухлетним ребенком никого не пугал, опять же потому, что каждый во мне видел гения, тем не менее смотрели на меня с величайшим удивлением, которое я старательно игнорировал.

На какой-то государственный праздник, который длится трое суток, мама слетала в город и вернулась с Кирией и Теганом, который первым же делом вывалил на меня все, что ему удалось добыть, а также переживания, насчет этого праздника. Его опасения я подтвердил: проследить за всеми разом я не смогу, в течение таких праздников мы можем лишь надеяться на лучшее.

Работу Теган проделал поразительную. Он взрослый в теле ребенка, благодаря примерному поведению и идеальной успеваемости, легко подобрал нужные ключи к преподавателям, поэтому добыл расписание не только своей группы, но и группы Кирии, все-таки сестра, на весь год. Подгадал момент и списал из книжки кого-то там из администрации имена вообще всех учеников школы этого года. Теперь у нас есть имена и даже адреса большинства детей. У дворянских отпрысков по нескольку адресов.

Тренировки не забрасывал ни на день, как, впрочем, и Кирия, они оба попросили у меня новые курсы до следующих праздников. Сестра заметно подтянула оценки на занятиях, связанных с магией, а ведь они и так были довольно высокие! Видя свои же успехи, она осознала, насколько эффективны рекомендации по совершенствованию самых-самых основ. Впрочем, и фокусы, которым я их за лето обучил бросали других детей в натуральный восторг. Огонь им запрещали призывать, но там и без него способов на день-два, а то и целую неделю привлечь к себе внимание я предоставил им достаточно. Кирия особенно благодарила за умение укладывать простые прически, очень выручает по утрам. В школе она спит в той же забавной манере, что и дома.

Зимой тренировки с Сильдрой не прекращались, а уже в следующем году, к концу весны, мы вместе отправились в город. Я впервые на него погляжу, а у Сильдры пройдут вступительные экзамены. Вряд ли это можно назвать прямо уж «экзаменом», с ребенком поговорят, зададут несколько простых вопросов и ограничатся тестом с элементарными заданиями.

Чтобы Сильдра не волновалась, сначала решили вместе пройтись по городу. Пока гуляли, я заметил, что наряды для «выхода в люди», как назвала их мать, у нас почти не отличаются от одежды горожан. Ведут себя родители неотличимо от местных, да и в целом мы почти не выделяемся среди прохожих и это радовало. Не хотел бы я слышать что-то вроде «деревенщина» в адрес своих близких.

Несложно прийти к выводу, что до переезда в деревню, родители жили в городе.

Тора-Эрин, чаще именуемый просто Эрином — это столица северной пограничной провинции Эриниен. Город расположен от приграничья довольно далеко, из крупных населенных пунктов рядом с границей руарейских степей лежит только город-крепость Латсис, вотчина наследного принца-стража Ритерана Ондеры.

Эрин представился мне самым обыкновенным городком. Он не маленький, но точно не крупный. Двух и трехэтажные дома здесь были всюду, однако среди них вполне комфортно чувствовали себя и одноэтажные. Крыши с приличным настилом, в основном дешевая черепица, многие крыши делали плоскими, на них виднелись козырьки и даже деревянный надстройки. Дороги мощеные, пусть и старые, обновляются далеко не каждый год.

Архитектура выбивала меня из колеи. Чем больше я узнаю о своей стране, тем ближе подхожу к вердикту, что мой народ и правда не коренной для этих мест. Когда-то давным-давно мы сюда пришли и заняли ничейную землю, принеся на нее свои методы и решения. Дома кажутся чуть ли не утепленными к зиме, но какая здесь зима-то? Снег раз в десять лет денек полежит, температура не падает настолько низко, чтобы задумываться о вязанных шарфах и шапках, теплых валенках. Здешние поди забыли уже, что такое валенки!

Одежду местных я бы не удивился увидеть на тех, кто живет на самом севере или самом юге Нахидии. Приглядеться и станет понятно, что крой не тот, материалы полегче, но вид ей старательно задается такой, будто каждый здесь знает, что такое зимняя стужа и готов встретить конец жаркого сезона в куртке из водостойких материалов, которая сменится утепленным тулупом к снегам.

Необъяснимо, почему старые привычки и традиции не выветрились за столько поколений! Даже парк обустроен во всех лучших традициях холодных регионов! Брусчатка под ногами уложена так, чтобы не размыло водой, когда «снега начнут таять»!

Здание школы ярко выделили среди обыкновенных для Эрина местами неказистых домиков, оно имело собственную стену внутри городской, соединяясь с оной в задней части территории. Вход — настоящие ворота со стальной решеткой! К таким таран придется вести, чтобы открыть силой. Над всей территорией протянут отдельный и вполне неплохой барьер, я бы даже сказал хороший. Магические институты в Нестрейсе действительно развиты и это видно в деталях.

Сначала с сестрой при нас поговорила женщина из приемной комиссии и на все ее вопросы сестра ответила сама, без подсказок родителей, пока я, имитируя деятельность обычного для своего возраста ребенка, с любопытством рассматривал благоустройство кабинета. Со слов матери, эта же женщина встречала и Кирию, и Тегана, уже знает наше семейство.

Затем устный и письменный экзамены, после которых Сильдру отпустили к нам, а решение себя ждать не заставило: здесь его принимают быстро, не томя днями ожидания. Родители, прочтя выданное письмо выглядели счастливо, принялись играться с дочерью, а я получил письмо к прочтению только когда мы вернулись обратно в парк. Отец посадил дочь на плечи и убежал с нею вперед, пока та хватала тоненькие ветки деревьев.

Навыков во многом не хватает, но вот знания фундаментальных основ магии поразили принимающую женщину. Девочка не просто тараторила вызубренные термины, а приводила примеры и приправляла ответы на вопросы информацией по теме, которая не являлась обязательной. С магией проблем нет, а другие предметы она уж подтянет. Само собой, разумеется, ее приняли с распростертыми объятиями.

— Как и ожидалось. — Кивнул я самому себе. — Рад, что все прошло хорошо.

— Знаешь, Деган, — мать слегка пригнулась и перешла на шепот, — она ведь совсем не хотела заниматься, а как ты начал учить магии, сама ко мне подошла с просьбой позаниматься с ней в письме и арифметике.

— Чудно! Значит, она умеет расставлять приоритеты.

В ее поведении отчетливо прослеживается влияние стихии энергии, к которой она предрасположена.

Теперь мы со спокойной душой ждем осень. Вернулись домой и Сильдру как ветром сдуло! Со всех ног понеслась к подружкам, делиться новостями, отец ушел за ней следом, на работу, мы же с матушкой сели за стол на кухне.

— Матушка, я все хотел спросить, но как-то тема всегда в другое русло уходила. Я могу призвать помощников, которые обучены следить за порядком в доме, совершенно безобидные. Нужна тебе помощь по хозяйству? Они что-то вроде домовых, только невольные.

— Нет, что ты, нет. Я со всем управлюсь сама, не переживай.

— Хорошо-хорошо, я не настаиваю. Ты просто держи в голове, что я могу. Они правда безобидны.

Помощь не нужна, а показать, кого я там могу призвать она попросила. Есть-то они есть, вот только они в личном измерении, а я туда еще не ходил.

— Только их нужно достать. — Подняв указательный палец сообщил я. — Я сейчас исчезну на минутку, ты не волнуйся, я буду в своем измерении.

Не дав ей ответить, пропал из физического мира. Глянул в мрачный коридор, уходящий в бесконечность, хмуро покачал головой и быстренько откопал из-под хлама под чародейским столом большой ларец, который невозможно открыть. Поднял телекинезом и вернулся с ним обратно в дом. Матушка ожидала со строгим выражением лица и сложив руки на груди.

— Вуаля! — Воскликнул я. — Они внутри запечатаны. Сейчас достану одного.

Я положил руку на зеленый камень на самом верху, он засиял и стоило мне убрать ладонь, как на ларце объявился хранимый внутри ёнкё. Этот народ разумных грызунов вымер во время Синей чумы, спасенные мною — последние представители вида. Живую самку я не нашел, поэтому и храню их вне времени, как своих слуг.

Матушка охнула, глядя на хомяка, в половину меня размером, а затем чуть не упала:

— Как-как узнал?! — Завопил он, повергнув матушку в шок, замельтешил лапками. — Как-как позвал?! Хозяин никому не говорил!

— А ну цыц! Я и есть хозяин, понял?

Выставив руку, я заставил орнамент ларца засиять ярко-оранжевым. Сипик, поглазев на сияние, поднял мордашку и недоверчиво уставился на меня.