На Бис

У кассы он оказался вторым в очереди после той самой бабули. Покупала она кошачий корм и сигареты. Положив на ленту две бутылки, он озадачил кассира и бабку.

— Почему одна пустая? — спросил прыщавый студент приподняв бровь.

— Выпил.

— Вы вошли пять минут назад…

— Долго искал просто.

— Даже муж мой покойный, земля ему пухом, так не пил… А он тем ещё алкоголиком был. — вставила бабка ковыляя к выходу.

— Тяжёлый день. — объяснил Аку, запихивая пробитую кассиром бутылку в карман брюк.

Отвязав Бантика, они спокойным шагом направились обратно к хозяйке пса. Ночь была прохладной. Большая жёлтая луна предвещала жаркий завтрашний день. Раны Аку утром уже не должны будут доставлять особых неудобств. Но что делать завтра — он пока не решил.

Может ехать к хозяйке того срaного магазина и предупредить их, чтоб потерялись из города на некоторое время пока всё не уляжется? Если к ним конечно уже кого-то не отправили. Если это так, то дома тоже появляться уже нельзя. Да, нужно в любом случае ехать туда. Понадобится оружие, всё равно придётся заехать домой, может они ещё туда не доберутся. В принципе плевать если уже будут ждать — просто всех убью. Что-нибудь придумать всё равно придётся. Разрулить этот бардак нужно, иначе спокойной жизни никому не видать.

У дома стоял подозрительный седан тёмно-красного цвета. Все стёкла были опущены. Поблизости никого не видно, второй час ночи, в это время город уже умирает и улицы пустеют. Этот городок один из тех, в котором в принципе нет ночной жизни.

Поднявшись на третий этаж и доходя до двери в квартиру, Аку вдруг остановился. Бантик встал в агрессивную позу и принюхиваясь начал угрожающе рычать и скалиться. Он кого-то учуял, кого-то чужого. Значит это вряд ли знакомый гость. Слишком поздно для визитов.

Успокоив пса, Аку приложил ухо к двери и прислушался. Странное хождение по комнатам. Шаги минимум двоих людей в обуви. Он вспомнил, что Фиби ходила дома босиком, а значит бесшумно. Неразборчивая грубая мужская речь.

Короткий выкрик девушки.

Хлопок. Ещё несколько.

«ГОВОРИ!!!»

Бутылка алкоголя уже стояла на полу.

— Бантик! — выдохнул Аку. — ФАС!!

Удар ногой. Треск дверного косяка. Бантик метнулся в квартиру первым.

Аку увидел всё за долю секунды: прихожая, двое в чёрном, чем-то вооружены. Ближайший обернулся — рот приоткрыт, глаза широкие. Не успел.

Бантик вцепился ему в икру. Хруст сухожилий. Вопль. Мужчина рухнул на пол, пытаясь отбиться от пса.

Второй — коренастый, бритый — среагировал быстрее. Рванул на встречу. Но его опередили. Три шага. Головой в переносицу — брызги крови на жёлтые обои. Лысый упал на колени, Аку добил его локтем в висок. Тело обмякло.

Первый всё ещё боролся с Бантиком. Нащупал в кармане складной нож. Щёлкнул.

Аку метнулся. Ботинок в запястье — нож звякнул о батарею. Следующий удар пришёлся в челюсть. Ещё один. Ещё. Костяшки горели. Мужчина перестал сопротивляться.

Тишина.

Только тяжёлое дыхание и тихое рычание Бантика.

Две секунды.

Три.

Он выдохнул.

Бантик обнюхивал тело.

Его шагов никто не услышал.

Аку почувствовал движение воздуха за спиной.

Слишком поздно.

Горячая волна сквозь весь позвоночник. Нож вошёл под левую лопатку, скользнул по рёбрам. Вдох не идёт — лёгкое задело. Ноги подкосились. Аку упал на колени, уперевшись ладонями в пол. Кровь капала на линолеум — тёплые красные монеты.

Бантик зарычал, развернулся. Ринулся на третьего — высокого парня в кожаной куртке. Бейсбольная бита взметнулась. Глухой удар. Пёс взвизгнул и рухнул к стене, больше не шевелился.

— Лежать, сука!! — процедил третий лишний.

Удар битой по затылку. Аку врезался лицом в пол. Вкус крови. Звон в ушах. Но сознание не отпускало — держалось на алкоголе, злости и адреналине.

Ботинок в рёбра. Ещё один — в живот. Выбил весь воздух.

— Чё такой живучий?!

Пальцы в волосах. Дёрнули за волосы вверх — хотят разглядеть лицо.

Аку выплюнул всю кровь что собралась во рту.

Сгусток попал в глаз. Высокий заорал, отшатнулся, потёр лицо рукой.

Секунда.

Аку подскочил с пола. Ноги не слушались, но держали. Нож в спине резанул при движении — плевать.

Куртка всё ещё тёр глаза. Орал матом. Махал битой наотмашь.

Аку нырнул под замах. Кулак в солнечное сплетение — воздух вышел из противника со свистом. Тот согнулся. Аку вбил колено в лицо. Хруст носа.

Но Куртка оказался крепким. Не упал. Выпрямился, замахнулся снова — удар сбоку. Аку пропустил, подставил плечо. Бита врезалась в ключицу — острая боль, но не перелом.

Оба с трудом могли дышать.

Противник был свежее, но Аку — злее.

Размен ударов. Аку пропускал в тело, но защищал голову. Куртка бил точно, но выдыхался. Синяк под глазом. Разбитые нос и губа. Кулаки тяжелели.

Аку ждал.

Вот оно — Куртка занёс руку слишком широко. Аку сделал подсечку. Противник качнулся, попытался устоять.

Аку рванул его за волосы вниз, одновременно вкладывая колено в челюсть.

Наконец он рухнул на пол. Попытался приподняться — не вышло. Сел, мотнул головой.

Аку занёс ногу для удара.

Противник поднял руку защищаясь.

Появилось несколько секунд.

Аку шагнул в сторону. Левой рукой нащупал рукоять ножа в своей спине. Сжал пальцы. Рывок — острая боль взорвалась между рёбрами, тёплая струя потекла вниз по позвоночнику.

Нож — в руке.

Куртка увидел. Попятился. Открыл сломанную челюсть.

Аку упал на него всем весом. Левая рука вцепилась в горло, прижимая затылок к полу. Тот барахтаясь внизу тоже пытался его душить.

Нож метнулся перед его глазами. Кровь Аку слетела с лезвия на лицо.

Удар в висок. Лезвие вошло легко — кость треснула. Глаза противника дёрнулись, зрачки расширились. Тело забилось в конвульсиях.

Аку не отпускал.

Обмякшие ладони спали с горла и рухнули на грудь.

Через десять секунд всё стихло.

Аку остался на четвереньках. Минуту. Может больше. Руки в крови — своей и чужой. Дыхание хриплое. Кашель. Привкус железа во рту.

Поднял голову. Двое в прихожей не шевелились. Третий под ним затих окончательно.

Бантик у стены приподнял морду. Жив. Аку выдохнул.

Встал — голова закружилась, но устоял. Пошёл к ванной. Дверь приоткрыта. Толкнул.

Злость позабылась. Где-то за рёбрами всколыхнулся мрак — не боль, другое. Тяжелее. Смесь отчаяния, грусти, жалости, ярости, понимания безысходности.

Оно приходило когда сделать уже ничего не можешь.

Гнев был понятнее. В нём была свобода, простота — видишь только цель, остальное стирается.

Здесь цели не было и быть не могло.

В пустой ванне, прикованная наручниками к крану, лежала Фиби. Почти голая. Побитая. Несколько порезов на теле. Слёзы текли беззвучно. Она не плакала — просто смотрела в одну точку. На кафель.

Огромные зелёные глаза. Пустые. Мутные.

Аку шагнул к ней. Присел. Взялся за цепь наручников обеими руками. Рывок — металл лопнул.

Фиби дёрнулась. Подняла взгляд. Увидела его. Лицо дрогнуло.

— Всё. — сказал он тихо. — Всё закончилось Фиби.

Снял с себя окровавленную рубашку. Накинул на её дрожащие плечи. Помог встать. Вывел из ванны. Усадил на закрытый унитаз.

— Я не сказала… — прошептала она. — Ничего им не сказала.

— Знаю.

— Они спрашивали..но я молчала.

— Я знаю, Фиби. Ты молодец. Всё хорошо. Это уже кончилось. Никто больше не тронет тебя.

Она всхлипнула. Потом уткнулась лицом ему в плечо и разрыдалась — громко, отчаянно.

Аку рук не поднимал.

Бантик заковылял в ванную. Сел рядом. Положил морду ей на колени. Она погладила его.

Аку встал. Нашёл в шкафчике бинты, перекись, вату. Вернулся. Молча начал обрабатывать порезы на её руках. Движения быстрые, точные.

— Неглубокие, — сказал он. — заживут быстро. Одежда где?

— В спальне. В шкафу.

Он принёс джинсы, футболку. Положил рядом. Вышел, закрыл дверь.

Фиби переоделась. Вышла. Аку стоял спиной. Не оборачивался.

— Я готова.

Она увидела его спину — окровавленные бинты. Живого места на ней и так не оставалось, но теперь прибыла ещё партия побоев. А ещё и дыра между лопаток.

— Тебя ножом… — голос сорвался. — Покажи!

Снова развернула его. Начала разматывать бинты. Руки дрожали. Последний слой липнул к коже. Отодрала. Под бинтом — рана. Глубокая. Но края уже стянулись. Не кровоточит.

— Как… — провела пальцами рядом. — Это было..двадцать минут назад.

— Сорок минут.

— Тебе плевать на своё тело??

Пожал плечами.

— Нет, почему.

Грустное лицо.

Фиби взяла новые бинты. Молча перевязала. Руки дрожали, но старалась аккуратно.

— Я о том, что на тебе живого места нет. — прошептала она. — Буквально ни сантиметра без шрамов.

— Я их не выбирал.

Закончила. Завязала узел. Села рядом на пол, спиной к стене. Бантик устроился между ними.

— Кто они? — спросил Аку.

— Видела тату свастики на руке у одного…

— Что этим фанатикам от тебя было нужно?

— Видимо..узнали что я работаю на Ролли.

— Интересно. Значит хотят кинуть Дирижера на деньги или оружие.

— О многом спросить не успели. Но я бы всё равно ничего не рассказала..

Тишина. Фиби положила ладонь ему на запястье.

— Спасибо. Если бы не ты… не хочу представлять что бы случилось.

— Значит, я приношу не только проблемы. — он смотрел в потолок.

Она улыбнулась слабо.

— Пока один один. Кстати… я до сих пор не знаю твоего имени.

— Аку.

— Тебе идёт.

Они сидели на холодном полу узкого коридора. Втроём. Побитые, израненные, уставшие. За углом в конце — тела. Снаружи — ночь.

Но здесь было почти спокойно.

Просто сидели. Дышали. Молчали.

— Нужно избавиться от тел. — первым заговорил Аку.

— А..все трое мертвы..?

— Пока один.

— Пока, значит…

Она уставилась в пол. Губы поджались.

Аку поразмыслил. Нужно «потерять» их тела так, чтоб их точно не обнаружили.

— Посиди здесь. — сказал он, вставая.

— Что будешь делать??

— Решать проблемы.

Вышел из коридора. Исчез в полумраке.

В прихожей двое не шевелились. Аку подошёл к третьему. Вытащил нож из его виска. Кровь не текла — сердце давно остановилось. Вытер лезвие о куртку мёртвого.

Подошёл к первому. Худой, с разбитым носом. Дышит. Аку присел. Нож снизу вверх — под челюсть, в мозг. Быстро. Тихо. Тот даже не дёрнулся. Лёгкая смерть.

Второй. Коротко стриженный. Дышит хрипло. Аку повторил движение. Нож вошёл так же легко.

Тишина.

Встал. Осмотрелся. Трое мёртвых. Кровь на полу, стенах. Разбитая мебель.

В такие моменты он ничего не чувствовал. Ни вины, ни жалости. Давно смирился — для него в аду отдельный котёл и свой персонал. Перестал сожалеть. Перестал жалеть даже себя.

Его ничего не держало в этом мире. Но и самоубийцей он не был.

Просто жил. Чтобы жить.

Он обыскал карманы. Нашёл ключи от наручников, ключи от машины. Вернулся к хозяйке квартиры. Снял с неё браслеты. Бросил в мусорное ведро.

— Можно выходить.

Фиби встала. Вышла в зал. Увидела тела. Быстро отвела взгляд. Села на диван в углу.

Аку подошёл к входной двери. Прислонился ухом. Слушал. Тишина. Никаких шагов, голосов. Третий час ночи. Удивительно, что никто из соседей не проснулся.

Опустился на колено. Чуть приоткрыл дверь. Выглянул. Коридор пуст.

Закрыл. Обернулся.

Фиби смотрела на него с дивана. Побитая, заплаканная, но уже собранная. Совсем недавно она могла умереть.

И вдруг тихо засмеялась. Сквозь заплаканные глаза.

— Что?

— Ты… — вытерла лицо. — Война войной, а отдых по расписанию?

— Ну..хорошо не спёрли.

Усмехнулся. Поднял с пола бутылку водки. Открыл. Залпом начал её опустошать.

Пара минут — и пусто.

Фиби почти не удивилась. Слишком много произошло за эти сутки.

— Балкон где?

Она показала.

Ночной воздух ударил в лицо — прохладный, свежий. Аку вышел. Только брюки и бинты. Мурашки по коже.

Огляделся. Окна соседних домов. Горящих нет. Середина ночи. Все спят. Позади дома — пустырь. Фонари давно разбиты.

Звёзды видны отчётливо.

Темнота помогала Аку. Всегда. Та, что снаружи. И та, что внутри.

— Надень. — Фиби протянула чёрную водолазку с высоким горлом. — Лучшее что у меня есть. Растянулась. Унисекс — тебе подойдёт.

— Спасибо.

Натянул. Ворот закрыл шрам на горле.

— Держи. — Протянул ей ключи. — Перед домом машина с опущенными стёклами. Красный седан. Отгони за дом. Открой багажник. Жди.

— Стой. Ты что задумал?

— Оставишь их гнить здесь?

Опустила взгляд.

— Нет..я поняла. Я сделаю.

— Умница. Быстро и тихо. Не дай бог кто-то заметит — придётся поубавить соседей.

Глаза округлились.

— Шутка. — Слабо улыбнулся, она слабо поверила. — Давай.

Фиби кивнула. Взяла ключи. Побежала. Обходила трупы стороной. Не смотрела на лица.

Того, что произошло этой ночью, ей хватит на сотни кошмаров.

Того, что произойдёт, слишком даже для них.

Глава 9. Скоро рассвет

Девушка вздрогнула, когда с балкона один за другим начали падать тёмные фигуры.

В багажник влез лишь один. Оставшихся двоих пришлось уложить на задний ряд и пол салона. Фиби всё время оглядывалась по сторонам, покусывая губы. Она сидела за рулём, держа пальцы на ключе в замке зажигания — всего пара секунд, и она сможет уехать. Так она себе повторяла.

— Ну не спускать же их поштучно, — развёл руками Аку, материализовавшийся из темноты. — Езжай на север по главной. Нам нужно выехать из города.

— Поняла. — Фиби тут же завела машину.

Аку не хотел брать её с собой. Но она отказалась оставаться одна в квартире после всего этого. Пришлось согласиться — там действительно было небезопасно. Они договорились: некоторое время побудет под присмотром её дяди Ролли, максимум осторожности, никогда не оставаться одной.

— Куда мы едем?

— К моему другу. Он поможет избавиться от тел.

— А мы не будем… их закапывать, сбрасывать в реку или сжигать? — наигранно серьёзным тоном спросила Фиби.

— Это всё работает только в фильмах, — усмехнулся Аку. — И то не всегда. Всё это оставляет следы. Можно, конечно, растворить их в кислоте, но сейчас это будет сложно.

— А как твой друг поможет?

— Увидишь на месте. — он подмигнул ей.

Они покинули пустой ночной город, оставшийся кучкой разноцветных огней в зеркалах автомобиля. Фиби всё ещё переживала — не совсем страх, но что-то очень близкое пробегало мурашками по спине. Время от времени она поглядывала на Аку. Он сидел откинув голову, но не сводил глаз с дороги и постоянно широко зевал с характерным звуком.

Неужели всё это для него так обыденно? Почему он не нервничает?

Глядя на его спокойствие, ей самой становилось чуточку легче. Видимо, он знает что делает.

С момента выезда за черту города прошёл почти час. Скоро должен начаться лес, проехав сквозь который, будет рукой подать до пункта назначения. Стрелка указателя уровня топлива опустилась на ноль ещё минут двадцать назад, но машина начала заметно терять тягу только сейчас.

— Не дотянем. — констатировала Фиби, качая головой. — Далеко ещё?

— Прямо за лесом.

— Нет, машина вот-вот заглохнет. Не хочу оставаться ночью в лесу с кучей трупов.

— Постарайся проехать ещё немного. Там скоро заправка.

— А если их заметят в машине?

— Вряд ли. В такое время там никого не будет, заправка мелкая.

Показались огни вывески перед самым лесом, очень густым, тёмным. Машина глохла на ходу каждую минуту, но всё ещё заводилась для нового рывка. Они буквально ехали на инерции, к счастью, дорога не шла на подъём, но к сожалению и на спуск тоже.

Последние двадцать метров до бензоколонки Аку толкал машину, уперевшись в арку двери. Она перестала заводиться окончательно, но, не желая терять инерцию, он на ходу вышел и помог ей добраться. Им повезло — вокруг не было никого, только спящий за толстым стеклом кассир.

Пошарив в карманах курточки, Фиби нашла пять долларов — этого хватит с лихвой, чтобы проехать остаток пути. Она осталась в машине. Аку, воткнув пистолет в горловину бензобака, пошёл к кассе в пятнадцати метрах.

— Доброй ночи. — он постучал костяшкой пальца по стеклу, разбудив молодого сонного паренька.

— Доброй… ночи, сэр. — промямлил тот в микрофон, вытирая мокрую щеку.

— Залей пару литров в эту колымагу. — Аку опустил мятую купюру в ячейку под стеклом, и она лениво уехала прочь.

— Сэр, у меня не осталось мелочи на сдачу, возьмите это. Вы не против?

— Без проблем приятель. — ответил он и через секунду забрал из ячейки пару леденцов «Chupa Chups».

Внезапно за спиной послышалось то, чего он опасался больше всего в эти минуты. Он обернулся к бензоколонке. Чёрное старое купе подъехало и остановилось параллельно с машиной, в которой сидела Фиби.

Вышли двое бритоголовых парней — один спортивного телосложения, второй просто худой. Первый направился к Аку, второй открывал лючок бензобака.

Аку пошёл навстречу. На полпути они пересеклись взглядами. Глаза у того были глубоко посажены, нос острый и длинный — всё его лицо выражало отвращение и неприязнь к роду людскому. Аку, как всегда, оставался хладнокровен, не выражая никаких эмоций.

Он прошёл мимо их машины, не глядя на качка рядом. Вытащил пистолет из бака и, закрывая его, услышал шаги.

— Где Густаф? — прозвучал низкий голос.

— Ты путаешь меня с кем-то, дружище.

— Я вижу, что ты не он, мужик. — парень в кожаной жилетке на голое тело встал перед машиной. Фиби опустила лицо, в страхе думая, что делать. — Машина-то Густафа. Номера его я знаю.

— Не знаю, о чём ты приятель, но ты точно что-то путаешь. — Аку уклонялся как мог и потянул руку к двери машины.

Лысый парень уже оказался рядом и рукой придержал дверь, чтоб Аку не спешил садиться. Внезапно его взгляд оказался прикован куда-то сквозь стёкла машины. Предательские фонари на заправке так хорошо проникали в салон.

Он заметил их.

Тела на заднем сиденье.

Удар пришёл из слепой зоны — кулак размером с кирпич врезался Аку в солнечное сплетение с такой силой, что воздух вышибло из лёгких со свистом. Мир качнулся, потемнел ещё больше. Ноги потеряли опору. Он отлетел на три метра, врезался спиной в бетонный столб колонки.

Качок тут же открыл пассажирскую дверь. Буквально за шкирку схватив мелкую для него Фиби, протащил сквозь салон и швырнул прямо в колонку рядом.

Она упала на землю, почти потеряв сознание от удара головой.

Аку вернулся и нанёс ему пару ударов в голову и грудь, которые тот почти не почувствовал. Аку был не в лучшей форме, а его противник явно тренировок не пропускал.

Продолжить кулачный бой им не удалось — на затылке Аку неожиданно почувствовал холодное дуло пистолета. Это был «Глок». Он давно научился определять модель по щелчку затвора и форме дула приложенного к его затылку — настолько часто это происходило.

— Стой-стой, приятель! — говорил Аку, подняв руки и глядя на лежащую Фиби.

— Вы кто такие, вашу мать?! — кричал здоровяк, смотря в открытую заднюю дверь машины. — Вы завалили Густафа!

— Не нервничай, друг. Давай я всё объясню!

— Куда ты денешься, сукин сын! — раздалось позади, после чего Аку потерял сознание от пары тяжёлых ударов.

Аку… Аку… А-а-а-а-ку-у-у-у!!!