Примэго: Вечный шах

— Па, это о чём он? — тихо спросила Джемма, которой передалась озабоченность старого пирата.

— Кажется, они хотят нас насильно завербовать в своё войско, — произнёс Сильвестр голосом, похожим на холодный душ.

Девушка побледнела.

— Ты серьёзно?

Пират утвердительно закивал головой. Приор скрежетнул смешком.

— Ну, видишь, Сильвестр, сам догадался, — сказал приор. — Поэтому наслаждайся… Свежий воздух… Море… Что ещё нужно старому пирату?

Сильвестр взглянул на море. Вдалеке показалась гавань Туэнпина. Корабль, с шумом разрезая форштевнем волны, стремительно нёсся к берегу, как будто двигался к неизбежности, встречаемый криками чаек, больше походивших на вороньё, кружившее над мертвечиной.

В это время, 7 часов разница, 5 утра, 09 эсталя (июня) 3557 года, семедень (воскресенье).

Город Чжунго, губернаторство Кумахшай, империя Хуанлун.

Ночной дождь закончился, и только капли, стекавшие с черепичных крыш на утоптанную землю улиц, лоснившихся от луж, напоминали о нём. Густой туман с каналов застелил улицы, пряча нижние этажи домов. Город спал: ставни закрыты, лавки заперты, над дверями одиноко теплились редкие фонари.

В монастыре на холме ударили в чугунный колокол. Его глухой, тягучий звук поплыл над крышами, а в ответ из уходящих туч, откликнувшись, проворчал гром.

Двое подметальщиков в соломенных шляпах на перекрёстке у съестной лавки «Приют усталого мудреца» гоняли мётлами лужи и мусор. Хозяин вытащил жаровню, над которой уже вился дымок, а из кухни доносился стук ножа и тянуло кисловатым запахом теста для паровых булочек.

На одной из улиц показались три фигуры. Две явно принадлежали женщинам в чёрных восточных костюмах, а третьей была Ляля — на их фоне она резко выделялась и ростом, и массивным телосложением. Однако при всём внешнем сходстве с мужчиной двигалась она с удивительно женственной, плавной походкой, и именно это придавало мускулистой, крупной женщине особый, неожиданный шарм.

Они практически бесшумно вошли в лавку.

Ляля, сделав несколько шагов, остановилась и, давая глазам привыкнуть к полумраку, осмотрела помещение. Масляные лампы на потолочных балках, в которых лениво плавали пылинки и пар от очага, света давали мало, освещая лишь небольшие колышущиеся островки в лавке.

Рядом с Лялей остановилась Чжи Су и с серьёзным лицом, глядя в зал, сказала:

— Кирилла ещё нет.

Женщина с Флибусты втянула ноздрями густой, спёртый воздух, пахнувший вчерашним чаем, прогорклым маслом и сырой штукатуркой стен, не успевших просохнуть после ночного ливня, и её нюх уловил кисловатый, хлебный дух паровых булочек.

Ляля посмотрела в сторону кухни, где служанка — худенькая девушка с бесстрастным, заспанным лицом — раскатывала тесто. Она делала это молча, ритмично, шлёпая скалкой по деревянной столешнице. Рядом уже поднимались, как живые, первые булочки. Она ловко начиняла их фаршем из рубленой свинины с чесноком и защипывала края быстрыми, отточенными движениями пальцев.

— Но это может и к лучшему… Успеем поесть.

Чжи бросила взгляд в ту сторону, где орудовал ножом-тесаком повар — сухой, жилистый мужчина в переднике, заляпанном соевым соусом. Лезвие ножа резкими ударами щёлкало по разделочной доске, кромсая зелёный лук и имбирь, а сбоку от повара, на кирпичном очаге, в огромном котле булькал бульон. Пар от него поднимался к закопчённому потолку, разнося вокруг запах варёных свиных костей и сушёных грибов.

Целительница повернулась и спросила на восточном языке стоявшую до этого за спиной Ляли третью женщину:

— Такэда Сэкэра, ты будешь есть?

Из-за широкой спины женщины с Флибусты вышла невысокая женщина с крючковатым носом и, взглянув в сторону зала, сказала тоже тихим, с хрипотцой голосом:

— Да. Пойду присяду к Тиграну. Заказывай.

Она указала на дальний стол, за которым уже сидел молодой правитель чёрных драконов. Перед ним дымилась пиала с горячей водой, а сам он, положив руки на стол, смотрел в одну точку, словно ожидал, когда лавка проснётся окончательно и подадут завтрак.

Зал был невелик. Шесть низких столов из тёмного, засаленного до блеска дерева стояли на земляном полу, утоптанном до каменной твёрдости. Вдоль стен тянулись широкие лавки, покрытые вытертыми тростниковыми циновками. На них, откинувшись спинами к стене, дремали Олег и Ярослав.

Перелёт почти в шестнадцать часов вымотал правителей золотых и белых драконов, и теперь они спали в ожидании возвращения Ляли и Чжи Су — глубоко и тяжело, как боевые кони в стойле после долгого перехода.

— Поднимай этих спящих красавцев, — с ухмылкой на тонких губах добавила Сэкэра, кивнув на спящих воинов, и пошла к Тиграну.

— Сейчас, — ответила на восточном Ляля, улыбнувшись. — Они такие милые, когда спят.

Чжи Су хихикнула и направилась заказывать еду.

Хозяин, толстый лысый мужчина в засаленном халате с закатанными рукавами, стоявший за прилавком у входа, мгновенно подскочил. Он щелкнул лежавшими перед ним счётами, быстро допил из пузатой чашки, стоявшей до этого под рукой, чай. Его глаза, оценившие количество посетителей, уже подсчитывали прибыль.

Он взглянул на спящего у стены, прямо на полу, бродячего, облезлого, рыжего, с порванным ухом кота и, расплывшись в улыбке, ожидал девушку.

Несмотря на ранний час, утро обещало быть жарким, а воздух в «Приюте усталого мудреца» уже начинал сгущаться, пропитываясь духотой и запахом скорой еды.

— Присаживайся, Такэда, — пригласил подходившую женщину Тигран. Его молодой голос был твёрдым и тихим.

Сэкэра почтительно поклонилась и, скрестив ноги, села напротив правителя чёрных драконов.

— Я смотрю, ты заглядывал в будущее, — спросила она. — Твоё сознание было далеко отсюда.

Юноша молча кивнул в знак согласия.

— Хочешь, я скажу, что тебя ждёт?

Тигран пристально взглянул в её карие глаза, но не произнёс ни слова.

— Ты встретишь свою избранницу, — неожиданно произнесла Сэкэра.

Правитель удивлённо приподнял бровь, и на его лице проявилось удивление.

— Сейчас? В такое время?

— Судьба не спрашивает, когда ей преподнести сюрприз, — ответила она с ухмылкой. — Сейчас наступают времена, когда многое будет переосмыслено, прежде чем вернётся равновесие, а чёрным драконам оно необходимо как никогда…

Сэкэра замолчала и задумалась.

— Ты что-то хотела ещё сказать? — поинтересовался Тигран, наблюдая за её поведением.

— Нет… Много знать иногда плохо, хотя это на судьбу никак не влияет.

Юноша усмехнулся.

— А ты знала, что погибнет твой брат? Ведь никто не мог убить Фудзи Сандая. Однако он мёртв.

— Это верно.

Голос Олега, услышавшего последнюю фразу чёрного дракона, неожиданно встрял в разговор. Сэкэра молча продолжала смотреть на Тиграна, ждавшего ответа на свой вопрос.

— Да, — тихо ответила она.

— А он? — спросил, усаживаясь за стол, заспанный Ярослав, и его белая броня звякнула, когда он опустился на пол.

— Нет, — ответила она с горечью. — Я пыталась его предупредить, но он и слушать не желал. Зато я теперь знаю, что его смерть отомщена.

Олег, устроившись рядом с ней, с удивлением взглянул на Лялю, севшую между Тиграном и Ярославом.

— О как, — удивился он, поглаживая бороду. — Это как вам удалось за несколько часов, которые мы спали? И кто же он?

— Мо Лин, — ответила за Сэкэру подошедшая Чжи Су. — Тот хамелеон, который был убит Афанасием и Ярёмой, когда напал на Элизию.

Мужчины с удивлением смотрели на Су.

Ляля обвела их взглядом и, пожалев, объяснила:

— Всё просто, — ответила она. — В дом Сэкэры подбросили записку, что убийца её брата Ярёма из Цезарии, однако садовник видел на миг появившегося убийцу и указал на его небольшой рост. Когда мы обменялись деталями обоих покушений, всё встало на свои места.

— А зачем она похитила наставницу Су? — строго спросил Олег, указывая на Сэкэру.

— Я не похищала, — жёстко ответила женщина.

— Тогда кто? — удивился Ярослав.

Тигран хмыкнул.

— Я думаю, они ждут Кирилла, который точно знает, где она.

— Ты как всегда прозорлив, несмотря на свои молодые годы, — с поклоном произнесла Сэкэра.

Тигран с благодарностью кивнул в ответ.

Ярослав замотал головой и с ехидной улыбкой сказал:

— Тут не надо быть прозорливым. Все драконы знают талант отца Олега находить информацию.

Тигран грозно взглянул на молодого правителя белых драконов. Тот спокойно скрестил с ним взгляд, и его зрачки стали вертикальными.

— Так! — резко хлопнув по столу, гаркнула Ляля. — Хватит тут вам петушиться. Не пора ли нам поесть, пока ждём Кирилла?

Она бросила взгляд на хозяина, который только этого и ждал. На их стол понесли блюда с едой.

В это время, 8 часов разница, 7 утра, 09 эсталя (июня) 3557 года, семедень (воскресенье).

Порт города Туэнпин, Капитания, Союз Флибуста

Смрад, исходивший от множества фуранжиров в порту, стоял такой, что Джемму Ро стало подташнивать.

Они спустились на причал. Первым шёл Адриан Драк, с каждым шагом выбивая глухой стук из скрипевших под ногами досок. За ним, рассматривая ряды монстров, шагал Сильвестр.

«Их здесь больше тысячи, медуза им в печень, — выругался про себя старый пират. — Откуда их тут столько?»

Джемма шла за ним, сдерживая тошноту, отчего скула разболелась ещё сильнее.

— Адмирал! — раздался громкий скрип.

Впереди ряды фуранжиров расступились, и им навстречу шагнул огромный приор, отблёскивая фиолетовой броней. — Добро пожаловать на нашу землю. Как ваше плавание? Не укачало?

— Нет, Чёрный Дик, — скрипнул Драк. — Почему общаешься голосом, а не транслируешь?

— Зачем? — скрипнул приор. — Так королева не знает. Зачем ей наша парадная болтовня?

Скрипучий смех Дика разнёсся в воздухе.

Фасеточный взгляд адмирала внимательно изучал пирата.

— Ты, Драк, наверное, и в страшном сне не мог представить, что мы с тобой будем… О-о-о, да ты с добычей!?

Чёрный Дик только сейчас разглядел Сильвестра и Джемму.

— Ну ты прям как бывалый пират! Что ни выход в море, то добыча, — похвалил приор и тут же обратился к Сильвестру: — Ну что, дружище, каково быть добычей?

Старый пират промолчал и только злобно взглянул на приора, но за него ответила Джемма.

— А ты, Дик, даже в личине монстра пижоном остался.

Приор взглянул на неё пустым фасеточным взглядом.

— Не там ты своим язычком, девочка, трудишься, — скрипнул он.

— Да глядя на вас, — хохотнула девушка. — Там и трудиться негде.

Сильвестр глянул с удивлением на неё, а потом со смешком крякнул.

— Ты, девка, рот не разевай, — заскрежетал Чёрный Дик. — У адмирала матросов пруд пруди. Небось по бабе изголодались. Смекаешь?

— Тысяча чертей! — зарычал старый пират, оскалив железные зубы. — Завали свой грязный рот, Дик.

— А то что? — ответил приор и, щёлкнув клешнёй, шагнул вперёд.

— Молчать! — резкий скрип осёк их стычку. — Стоять, Дик. Сильвестр, молчать. А ты…

Адмирал взглянул на Джемму.

— Ещё раз откроешь рот — и пожалеешь, что на свет родилась. Это моё последнее предупреждение.

Джемма Ро сначала побледнела, но затем краска гнева хлынула по её лицу, глаза помутнели. Сильвестр, знавший её лучше всех, быстро взял девушку за руку.

— Молчи, — быстро прошептал он. — Не заводись. Только не сейчас. Мы справимся. Я обещаю.

Джемма, глубоко дыша, встала так, как волчица, защищающая своё потомство от огромной своры шакалов, понимая, что погибнет, но это им будет дорого стоить.

Старый пират не один раз видел фатальный надрыв приёмной дочери, который часто спасал её в критических ситуациях, но сейчас он понимал, что это не тот вариант и для них всё плохо закончится, а это в его планы не входило.

— Я тебе обещаю. Ты меня знаешь, — ещё раз попросил он.

Глаза девушки прояснились, а краска отхлынула со щёк.

— Я тебе верю, па, — тихо ответила она, и её глаза стали мокрыми, адреналин ушёл, и её начинало лихорадить от страха.

— Держись, — прошептал он. — Если до сих пор не тронули, значит, есть шанс.

Девушка стиснула зубы, желваки заходили, и острая боль от разбитой скулы заставила её взять себя в руки.

Адриан Драк с интересом наблюдал за ними. Чёрный Дик, тоже следивший фасеточными глазами за отцом и дочерью, проскрипел:

— Что, струсила?

Джемма Ро молчала, глядя исподлобья на монстра, и сильно сжала руку Сильвестру.

— Заткнись, Дик, — начал транслировать Драк. — Если ты не успокоишься, я снесу тебе башку, а кишки, когда начнут жрать опарыши, отдам на съедение воинам.

Приор взглянул на адмирала.

— Драк, ты что, жалеешь эту сучку? — транслировал он.

— Это не твоего ума дело, — ответил адмирал и спросил: — Где сейчас Цы Мэй?

— В Хохатуне, — доложил приор. — Только не пойму, зачем нужна нам эта старая примэго?

— Тебе и не надо понимать, — транслировал Драк. — Четыре летуна пусть несут Сильвестра и Джемму в Хохатун, а оттуда двенадцать летунов должны доставить всех троих в Мунгуен, куда скоро прибудет Селина Аварсус. Выполнять.

Старый пират и девушка с недоумением смотрели на эту немую беседу приоров, не понимая, что происходит.

Четыре