Академия Магов Магнус. Том 1

Один тащил за собой свиток, который волочился по полу на добрых пять метров, другой карабкался по приставной лестнице, едва не срываясь, третий бегал с огромными песочными часами, постоянно сверяясь с календарем. Они смешно стукались друг о друга, ругались на непонятном «каменном» ворчании и швырялись свитками пергамента, свертками и длинными футлярами.

Наконец, перед Элио в воздухе замерли три варианта жезлов.

Он сразу выделил его.

Из светлой, почти белой рябины, с непрозрачным малиновым кристаллом граната на конце рукоятки оплетённой медью, внутри которого, подмигивала искра. Как только пальцы Элио коснулись рукояти, узоры на дереве замерцали мягким свечением, принимая нового хозяина.

Габриэль тем временем долго выбирал из тяжёлых, узловатых посохов. Он остановился на одном – простом, без лишних украшений, разве что с несколькими руническими узорами, из древесины яблони. В его каменных руках он выглядел прекрасным дополнением, и так же ответил ему теплом и мерцанием налившим резные руны светом.

Гномы, закончив дело, быстро нацарапали что–то в документах для Профессора Эридана, зафиксировав выбор, и с сухим треском буквально вросли обратно в стены, снова став неподвижным барельефом.

– Красота! Выбор сделан! – хлопнул в ладоши Профессор Эридан и убрал бумаги за пазуху, – Пора познакомиться с теми, кто сделает из вас мастеров.

****

Главный Ритуальный Зал открылся перед ними. Это был диковинный гибрид храма и уютной, обжитой библиотеки. Всюду запах старого пергамента, пчелиного воска, смол и эфирных масел. Высокие стрельчатые своды терялись в полумраке, но внизу, на каменном полу, кипела жизнь:

Вдоль стен тянулись ряды книжных шкафов, между которыми были хаотично разбросаны мягкие кресла–подушки, пушистые ковры и низкие столики. В глубине зала, под огромным круглым окном–витражом, через которое лился разноцветный свет, возвышался алтарь, разделённый на четыре сектора. Там, в торжественном ожидании, сидели четыре фигуры – кураторы Векторов, чьи лица пока скрывала игра теней и света.

Зал был полон. Студенты самых разных курсов и направлений, занимались своими делами, и эта будничное волшебство окончательно вдохновило Элио.

За одним из длинных столов девушка лениво водила пальцем по воздуху, и перо само строчило текст в её тетради. Группа парней в углу увлечённо наблюдала за миниатюрной грозовой тучкой, зависшей над горшком с растением – из неё шёл настоящий крошечный дождь. Кто–то читал, левитируя книгу перед собой, кто–то медитировал на ковре, пока вокруг него в воздухе раскладывались карты для предсказаний «Астралофаторум».

Гул голосов стих. Появление Профессора Эридана всегда приковывало внимание. Даже сейчас – он не удержался и ненадолго поменял цвет волос у одного из студентов, от чего его одногруппники засмеялись как заведённые, а под ноги девушек он пустил бегать мышей, что растворились, столкнувшись с летящими в них предметами. Конечно, не обошлось без колких комментариев шёпотом в сторону тех, кого Профессор Эридан привёл с собой.

Элио, впрочем, почти не замечал косых взглядов. Его глаза лихорадочно бегали по залу, пытаясь впитать каждую деталь: от самодвижущихся стремянок у шкафов до танцующих пылинок в лучах витража. Ему нестерпимо хотелось вырваться из–под невидимого «поводка» Профессора, подбежать к столам, сунуть нос в книги и начать впитывать каждую малейшую деталь! Он буквально дрожал от возбуждения и любопытства, готовый раствориться в этом новом мире без остатка.

Габриэль же, напротив, весь подобрался, как пружина. Он шёл тяжело, нарочито «угрожающе» чеканя шаг посохом, и его оранжевые глаза настороженно сканировали толпу, выискивая угрозу. Он чутко чувствовал насмешливое любопытство аристократов.

Они подошли к алтарю. Профессор Эридан остановился и жестом пригласил их вперёд:

– Прикоснитесь к камню, – его голос, усиленный акустикой зала, звучал мягко, но властно, – Не думайте о том, кем вы хотите казаться. Сфокусируйтесь на своём внутреннем «Я». О котором не знает никто. На подлинном, свободном и диком.

Повисла тишина. Габриэль, желая покончить с этим тягостным вниманием, решительно шагнул вперёд. Он хотел показать, что ему не страшно, хотя костяшки его влажных пальцев на посохе побелели.

Он положил широкую ладонь на холодную поверхность алтаря.

Мгновение ничего не происходило. А затем камень под его рукой низко загудел, входя с ним в резонанс. Кольцо камней пола, на котором стоял Габриэль, дрогнуло и медленно, с величественным скрежетом, начало поворачиваться. Габриэля протащило по окружности, пока он не оказался спиной строго на Север.

Алтарь вспыхнул глубоким, бархатистым зелёным светом.

– Грот, – провозгласил голос шелеста трав и стука камушков.

Профессор Эридан аплодируя шагнул ближе, обращаясь к замершему Габриэлю:

– Север, Земля, Грот – обитель тех, кто ценит суть выше формы. Грот не ищет пустой славы, богатств или ответов на все вопросы. Их ценность – это Подлинность. Это труд, который приносит плоды, это умение создавать комфорт и гармонию там, где был хаос. Это верность традициям, что питают корни, и забота о том, что действительноважно... Ты… принимаешь этот путь, Габриэль? Или выберешь иной?

Горн выдохнул. «Право быть собой, жить в мире с самим миром…»

– Да, – твердо ответил он и радостно улыбнулся.

В ту же секунду магия окутала его. Старый, висевший мешком кафтан истлел, рассыпавшись искрами, а на его месте тутже возникла новая одежда: добротные штаны, туфли и рубашка цвета мха, заправленная под бурый жилет. По его ткани вился сложный коричневый узор, напоминающий переплетение корней и плюща, складывающийся на груди в стилизованную эмблему деревянного старца Энта.

Со стороны столов, где сидели студенты Грота раздались аплодисменты. Они были тёплыми и настоящими. Кто–то приветственно поднял кубок.

Габриэль моргнул, не веря своим ушам. Его плечи, привыкшие быть втянутыми в ожидании удара, наконец опустились. На лицо, вечно каменном и напряжённом, сияла широкая, немного растерянная, но абсолютно счастливая улыбка. Его приняли. Он был дома.

Габриэль сошёл с круга, и Профессор Эридан повернулся ко второму новичку.

– Элио. Твой черёд.

Юноша встрепенулся. Восхитившись триумфом своего друга, тот уверенно пошёл вперёд… Ему нужно было просто сделать шаг, положить руку и узнать, кто он, но тут… он замер.

Нога зависла в воздухе. Внезапный страх сковал движения. Элио смотрел на мерцающий камень алтаря, и ему вдруг показалось, что это не дверь в новый дом, а ловушка, что вновь обернётся пронзающим взглядом Сфинкса. Что, если камень не загорится? Или, что ещё страшнее… загорится под эгидой, которая ему не подойдёт?

Он стоял, не в силах опустить ногу, чувствуя, как гомон в зале становится всё более заинтересованным в процессии.

Элио чувствовал, как десятки глаз сверлят его спину. Шум в зале стал вязким и давящим. Он искал спасения и нашел его в единственной точке опоры – во взгляде Габриэля. Горн, уже сошедший с платформы, едва заметно подбадривающе кивнул.

Этого хватило. Элио выдохнул, прогоняя оцепенение, и сделал шаг.

Его ладонь легла на шершавый камень алтаря. В то же мгновение реальность вокруг померкла, звуки зала исчезли, и в голове, словно эхо в пустом колодце, всплыл тот самый… леденящий голос Сфинкса:

«Страх сжигаеттвою душу... В тебе мало силы и воли, дитя. Ты не был создан для подвигов... И всё же...»

«И всё же?..» – повторил про себя Элио.

Камень под его рукой раскалился. Плиты под ногами дрогнули, и механизм пришёл в движение. Его развернуло в противоположную сторону, прочь от Габриэля, прочь от спокойного Севера, и остановило спиной к Югу.

Алтарь вспыхнул багряным винным. Цветом артериальной крови.

– Фир, – провозгласил голос камня, и в нём слышался рокот огня.

Элио отдернул руки, словно обжёгшись. Он попятился, с ужасом глядя на алую пульсацию камня.

– Огонь?.. – прошептал он, и перед глазами снова горящий амбар, – Нет, это ошибка…

Профессор Эридан, стоявший чуть в стороне, вдруг широко и хищно улыбнулся. Его глаза блеснули торжеством, ведь он сам носил эмблему этого Вектора.

– Фир – это не просто огонь, Элио, – его голос зазвучал громче, наполненный жгучей интригой, – Это обитель тех, кто не согласен с миром таким, какой он есть. Это страсть, что меняет историю. Ценность Фира – это «Творчество»через «преодоление». Мы не храним покой – мы создаём бурю, чтобы в её пламени родилось нечто великое! Иерархия, эмоции, воля перекроить реальность под свой идеал – вот наш путь! Саламандра не сгорает в огне, она питается им, она и есть огонь.

Слова профессора тронули душу, но Элио всё еще был в растерянности. Он метнул быстрый взгляд на Габриэля. Тот стоял, слегка приподняв брови, удивлённый, но сдержанный. Там, рядом с ним, было безопасно и понятно. Там не требовали… «перекраивать реальность».

Элио, повинуясь импульсу страха, снова неловко схватился в края алтаря. Его пальцы побелели. Он с силой, неуклюже, навалился на каменный диск, пытаясь физически провернуть его дальше – туда, к Северу, к зелёному свету, и его спасительной тени, к которой он привык.

«О чём они вообще… Я точно не воин. Сфинкс сам так сказал, и он прав! Я просто деревенский парень... Я не создан для подвигов. То, что твердил камень под руками Габриэля – вот что я хочу! Покоя, укрытия… Я...»

Круг спокойно поддался, со скрежетом сдвинувшись на пару дюймов. Свет алтаря задрожал, сменяясь грязновато–бурым. Профессор Эридан перестал улыбаться. Его лиц резко исказило, словно он увидел нечто возмутительное. Зал замер в недоумении, до него даже донеслись какие–то колкие возгласы и свист.

В тот момент, когда Элио почти повернул колесо фортуны, он застыл. Внутри, под слоем страха, что–то царапнуло. Острая игла… гордости?

«Укрытия?» – прозвучал его собственный внутренний голос. – «Ты, уродец, зачем вообще сюда пришёл?! Зачем проделал весь этот путь? Снова стать никем? Снова смотреть, как другие совершают великое, пока ты подаешь им инструменты? Ты хочешь всю жизнь провести в их тени? Или ты хочешь, чтобы твой голос однажды услышали?»

Он вспомнил взгляды аристократов. Презрительные, скользящие сквозь него… Элио медленно разжал пальцы.

«Я... я хочубольшего…» – осознал он.

Алтарь, освобождённый от сопротивления, с песочным хрустом вернулся на исходную позицию Юга. Алый свет вспыхнул с новой силой, заливая лицо Элио светом, и на этот раз – он не отвернулся.

Его лохмотья охватило пламя. Ткань, казалось, обуглилась, но не рассыпалась, а уплотнилась, переплавляясь в элегантный, строгий наряд. Брюки, чёрный пиджак. На груди, вышитый серебряными линиями пламенных дуг, изогнулся узор Саламандры.

Элио посмотрел на свои руки, обтянутые новыми рукавами. Профессор Эридан одобрительно кивнул, хоть и не сводил свой подозрительный взгляд с неофита.

Элио поднял взгляд и нашел глазами Габриэля. Они были по разные полюса – Север и Юг, Земля и Огонь. Но когда их взгляды встретились, Элио слабо, неуверенно улыбнулся, словно неловко извиняясь.

К слову, не все студенты из Фира захлопали новичку. Минутная слабость Элио была многим из них неприятна или вовсе считывалась чуть ли ни как предательство. Н-да… Что же теперь будет…

– Профессора Олаф Торп и Алистер Харт, главные преподаватели Созидания и Разрушения – будут вашими кураторами, – обратился Профессор Эридан к новичкам и представил их покровителям Грота и Фира, а также не забыл поклонился двум удаляю