Академия Магов Магнус. Том 1

– Габриэль, – произнёс Горн и протянул руку. Его голос был низким, с мягким «песочным» бархатом, – Рад, что я здесь… не один такой.

Элио неловко улыбнулся в ответ и ответил ему рукопожатием. Глядя на заношенный рюкзак и мешковатую одежду Габриэля, было трудно не заметить, как сильно они оба не вписываются в торжественную браваду Академии. Эридан коснулся железных ворот. С тихим, утробным стоном металл поддался.

– Идёмте. Нам предстоит пересечь территорию до того, как погаснут огни, – наставник повёл их по широкой аллее, выложенной дорожками из потемневшего от времени сланца, – Завтра вам предстоит распределение по Векторам. Система Академии – политический скелет Империи.

Эридан зашагал быстрее, и юноши последовали за ним.

– Существует четыре пути, – продолжал профессор. – Фир – огненная каста творцов и бунтарей, чья эмблема – саламандра. Ошу – последователи воды, стремящиеся к абсолютной самореализации и экспансии под знаком русалки. Атмос – вольный воздух и чистое знание, чья фея символизирует свободу разума и тайны мира. И Грот – земля, верность подлинности и традициям под сенью Энта. Вам обоим придётся найти своё место в этой структуре и послужить Великим Домам своего Вектора на благо Империи Гимниэль.

Они миновали учебные сектора замка, и Элио почувствовал на себе десятки взглядов. Студенты в безупречных синих мантиях, с тонкими, холёными лицами, провожали их брезгливым шёпотом. Элио видел, как сужаются их глаза при взгляде на Габриэля – в столице к Горнам относились как к говорящему строительному материалу, неспособному на тонкую работу с Эфиром.

«Нонсенс! Это новая прислуга по уборке территории? Не может же быть, чтобы слухи студентов Атмоса были правдивы…» – доносились шёпоты.

Габриэль шёл, глядя строго перед собой, но его лавовые вены на мгновение вспыхнули ярче, выдавая внутреннее напряжение. Элио невольно придвинулся к нему ближе, словно пытаясь создать общий фронт против этой «позолочённой» враждебной среды.

– Чтобы направить вашу силу, – Эридан прервал тяжёлое молчание, вводя их в главный холл между корпусами рядом со столовой, где мягко пахло пряностями, – вам завтра предстоит также выбрать инструмент фокусировки. Академия предоставит вам выбор из четырёх базовых инструментов: классический жезл, длинный посох, кристалл–фокусировки или рунические гравировки прямо на кожу рук для тех, кто не боится близости со стихиями.

Они поднимались по широкой винтовой лестнице. Замок Магнус не блистал столичным золотом; он был строгим, функциональным и по–своему уютным в своей древности. Тяжёлые дубовые двери, гобелены, выцветшие от времени, и мягкий свет масляных ламп на каменных стенах создавали атмосферу места, которое видело тысячи таких, как они, и увидит ещё столько же. За каждым поворотом он менял антураж и обстановку. Всё это не позволило им запомнить дорогу и становилось страшно потеряться в его лабиринтах.

На третьем ярусе Эридан остановился перед неприметной дверью.

– На сегодня – пока всё. Ваша комната. Завтра утром я зайду за вами, чтобы объяснить расписание, порядок лекций и прочие тонкости. Отдыхайте.

Внутри гостевая спальня оказалась на удивление скромной: две добротные кровати, застеленные шерстяными одеялами, небольшой камин, в котором уже теплились угли, и окно, выходящее на тёмную стену леса. Однако подобного рода простота – уже была для обоих невиданной роскошью.

Габриэль осторожно опустил свой рюкзак на пол и присел на край кровати. Элио сбросил рюкзак, чувствуя, как ноют плечи.

– Ты как?.. – тихо спросил он, глядя на Горна.

Габриэль поднял оранжевые глаза. В них отражалось пламя камина.

– Ничего, – просто ответил он.

Небольшая неловкая пауза, и его лицо смягчилось:

– Если ты про учащихся, то стоило быть готовыми. Хотя… я уже привык, что на меня смотрят как на… – запнулся он и решил не продолжать.

Элио молча кивнул. Он подошёл к окну, глядя куда–то в даль тёмного леса.

Завтра всё изменится.

– Поверить не могу... Это всё похоже на какой–то сон... Мы и вправду здесь... – тихо проговорил он, мечтательно разглядывая лиловые облака.

Габриэль не сразу ответил. Он сидел на краю кровати, глядя на то, как тени от огня пляшут по стенам, и в его взгляде читалось то же замешательство, что и у Элио, только спрятанное глубже.

– Да, – наконец, тихо отозвался он и вновь замолчал, вглядываясь в пламя камина. Его лицо снова стало непроницаемым.

– Профессор Эридан говорит, что мы здесь из–за дара… Но я всё никак не могу понять: они и правда собираются учить нас параллельно с этими «позолоченными»? Или мы здесь просто для того, чтобы им было на ком практиковать своё высокомерие? – перевёл Габриэль взгляд на Элио, а в голосе заиграла дружелюбная самоирония.

– Да пошли они... Уверен, те, кто добился великих вещей – никогда бы их не достигли, если бы слушали кого–попало… – дерзко возразил Элио.

– Звучит… смело, хотя я и надеюсь, что среди них найдутся действительно благородные люди… – ответил Габриэль.

Он говорил спокойно, взгляд его был часто бесстрастный, и словно бы сочувствующий, немного «переживательный».

Какое–то время им было нужно, чтобы переварить долгое путешествие, они рассмотрели убранство и сели у камина в холодной комнате, обменявшись парочкой фраз и впечатлений об их первом испытании.

– Сфинкс?! Ничего себе… Меня привезли прямо к кромке леса, где меня встретил Эридан. В чаще он исчез, а я остался один. Доверился чутью, последовал за возникшими блуждающими огнями, что чуть не увели меня в болото. Лес проверял меня, шептал множеством голосов… Долгая история, – делился Габриэль.

– Разве это честно? Мы были не в равных условиях… Или у них для каждого своё испытание?

– Видимо у каждого свой путь, и они это чувствуют. Слушай, а ты… уже думал, что выберешь завтра? Ну, этот их предмет «фокусировки». Эридан говорил про посохи, кристаллы… – Габриэль замялся, бросив короткий взгляд на свои пальцы с ороговевшими пластинами, – Я видел, как когда–то боевые маги из Дома Ферро держали жезлы. Тонкие, изящные штуки. Мне кажется, в моих руках такая щепка просто треснет.

– Жезл кажется, чем–то… надежным. Ловкое движение из–за пазухи, и ты вооружён! Мне он напоминает кисть… я… любил рисовать, когда ещё жил в деревне, – ответил Элио и вскочив спародировав фехтовальщика.

– Ого… Я никогда не рисовал…

– А вот руны на коже – звучит дико, будто ты становишься каким–то «заложником» чар что–ли. Немного пугающе, не находишь?.. – плюхнулся Элио обратно на кровать и утонул в пышном одеяле.

Габриэль вздохнул, и его плечи наконец расслабились.

– Надеюсь у нас всё получится… Я даже не знаю какие здесь предметы предстоит учить… Для меня всё это в новинку.

– Понимаю… – мягко улыбнулся Элио.

– Да–а… Просто в Оренкоре волшебников и вовсе практически не встретишь, разве что «Скользящих по Скалам», но это иное. А уж среди Горнов – это какая–то дикость, поверь мне…

Габриэль отличался от обычных представителей своего народа. Обычно они крупные – под два, а то и больше, метра ростом. А он был ростом чуть ниже Элио и не выделялся физической силой.

Габриэль поднял брови, в свойственной ему «сочувствующей» манере, и перевёл взгляд на Элио:

– Как думаешь, если завтра нас раскидает по разным этим «Векторам»… нам всё еще позволят общаться? Или здесь принято держаться только своих?

– Нам стоит держаться вместе в любом случае, – напряжённо ответил Элио сползая с кровати на пол. Бесконечные мыли о завтрашнем дне тот старался отогнать прочь, и у него это не получалось. Он уткнулся в носом в свои колени, что заключил в объятия, – Что бы они не сказали, я сделаю так, как посчитаю нужным… наверное.

– Ого… – шепнул Горн, украдкой улыбнулся и ничего более не сказал.

– Кстати, Профессор Эридан болтнул что ты… имеешь покровителя? – осмелился спросить Элио.

Судя по лицу Габриэля, этот вопрос прозвучал, как что–то очень личное.

– Никому не говори, прошу. Он мне… непокровитель уж точно.

– А кто?..

– Это долгая история… Похвастаться в ней нечем. Нет у меня ни родни, ни какой–либо опоры, – тяжело выдохнул он, – Моя задача – быть максимально сосредоточенным на учёбе, чтобы пробыть здесь как можно дольше...

– Не хочешь возвращаться?

– Не хочу… – отвернулся Габриэль.

Элио почувствовал, что наговорил лишнего и перевёл тему на историю о том, как он попал сюда.

– …Так что, в чём–то Профессор Эридан прав. У нас много общего. Всё будет хорошо, я уверен. – закончил Элио свой рассказ, - У меня вот, например, у самого не было друзей в родной деревне, а родня скорее, как… погонщики. – хитро продолжал прощупывать почву он, зная, что Горны – народ невольный.

Габриэль тепло улыбнулся, глядя в пол, но не решался что–либо дополнить.

Элио вновь столкнулся с тишиной, но всё же продолжил:

– А теперь… друг у меня есть. И у тебя, – толкнул Элио его кулачком, – Либо мы, либо они. Мы справимся. Что скажешь?

Горн посмотрел на него с надеждой.

– Согласен. Надеюсь, так оно и будет.

Камин тлел, Элио сонливо облокотился о край кровати, сидя на полу. Мечтательный взгляд проводил свет солнца за горизонт в последние минуты дня, и комната погрузилась во тьму. Остатки сил покинули обоих. По началу уснуть было сложно. Завтра - ты проснешься совсем другим человеком… Они долго лежали в темноте молча, пока наконец не заснули, так сладко, как никогда ранее. Ночью разразилась страшная гроза, что, на удивление, не потревожила их сон.

Глава 2 – Академия Магнус

Утро в Академии наступило не с пением птиц, а с пронизывающим, влажным холодом, просочившимся сквозь каменную кладку. Гроза ушла, оставив за окном густой туман, который лип к стеклам, словно пытаясь заглянуть внутрь.

Элио открыл глаза и тут же зажмурился, прячась обратно под пуховое одеяло. Вылезать не хотелось. В этом коконе тепла он чувствовал себя в безопасности, словно бы мог оттянуть время, ведь снаружи его ждал день, который грозил перевернуть всё с ног на голову.

– Уже не спишь? – хриплым спросонья голосом пробормотал он, заметив силуэт в полумраке.

Габриэль сидел на идеально заправленной кровати. Он был уже одет, его грубые ботинки стояли аккуратно у ножки стула с рюкзаком. Горн смотрел на свои руки, в которых медленно вертел какую–то латунную безделушку. Над ним нависла тень и оранжевые прожилки вен под «глиняной» кожей, что светились и пульсировали, еще сильнее стали выдавать его волнение.

– Привычка, – тихо отозвался Габриэль, не поднимая головы, – В Оренкоре встают ещё до рассвета. Если опоздаешь к перекличке – останешься без завтрака. А здесь… здесь довольно тихо. Я впервые проснулся от… тишины.

Элио со стоном сел, свесив ноги на ледяной пол.

– Тихо – это хорошо, – поёжился он и потянулся к своей одежде, – Волнуешься?

Габриэль наконец повернулся.

– Не знаю, – честно ответил он, – Скорее… чувствую себя лишним. Как галька в ботинке. Вроде и маленький, но... так боюсь, что сегодня они решат просто меня «вытряхнуть».

– Эй, брось, – Элио натянул кафтан, путаясь в рукавах, и фыркнул, пытаясь придать себе бодрый вид. – Ничего они нам не сделают. Профессор Эридан же сказал: у нас есть дар и за на нами теперь «присмотрят». Мы их… «ценность», что–ли.

Он подошел к умывальнику, плеснул холодной водой в лицо, пытаясь смыть остатки сна и липкий страх, который, вопреки его браваде, скребся, где–то внутри.

– Меня больше пугает, что мы вдруг выберем не то, что нужно, – тихо сказал Элио, глядя на своё мокрое отражение в мутном зеркале, – Вдруг этот «Вектор»… это как клеймо? Ошибёшься – и всю жизнь будешь не на своём месте.

Габриэль встал и подошёл ближе. От него исходило едва уловимое, сухое тепло, как от нагретой солнцем стены.

– Ты говорил, что тонко чувствуешь, – мягко сказал Горн, – Вот и слушай это чувство. Ты же художник, Элио. Думаю, твой Вектор сам тебя найдет. Главное быть честным. Если бы не честность – я бы погиб в болоте по дороге сюда.

После пережитых впечатлений с сфинксом Элио старался гнать это слово прочь. Испытания… Какая ещё жуткая проверка их ждёт на этом пути?

Элио хотел ответить, поблагодарить за эти простые, но такие нужные слова, но в дверь постучали.

Дверь распахнулась, не дожидаясь ответа. На пороге стоял Эридан. Профессор выглядел так, словно вообще не ложился: тот же безупречный сюртук, та же выправка, но в глазах плескалась какая–то особая энергичность.

– Доброе утро, господа, – его голос звучал бодро, разрезая сонную атмосферу комнаты, – Надеюсь, ночная аномальная гроза не помешала вам набраться сил. Они вам понадобятся. Завтрак откладывается – перекусите после церемонии. Эфир лучше реагирует на голодный желудок, меньше помех от… земного притяжения. Мы немного спешим.

Он окинул их быстрым, оценивающим взглядом, задержавшись на аккуратно заправленной кровати Габриэля и взъерошенной голове Элио.

– Вы же… готовы к сортировке? – это был даже не вопрос, а приказное утверждение, – Главный Зал уже готов. Вас ждёт просто небольшой резонанс со стихиями на алтаре – никаких лишних спец–эффектов. – подмигнул он Элио, заметив как тот меняется в цвете лица.

– А если… и вовсе ничего не произойдет? – не удержался Элио, натягивая ботинки.

Профессор Эридан усмехнулся.

– Тогда, мой друг, вы станете первым в истории магом, которого отвергла сама магия. Но судя по тому, как фонит пространство вокруг вас двоих… нам стоит беспокоиться скорее об обратном. Идёмте! У меня мало времени, так как я нужен в столице. Там какое–то ЧП случилось в Коллегии этой ночью…

Габриэль и Элио переглянулись. В глазах Горна читалось: «Ну, была не была», а Элио лишь нервно куснул губу.

Юноши шагнули в коридор, навстречу неизвестности.

****

Оставив позади гулкие коридоры гостевого этажа, они спустились на первый этаж и выдвинулись в северную сторону замка, угодив в длинную, залитую тёплым светом галерею, а через неё в особое место. Это место напоминало гигантскую длинную теплицу–флорариум. Стеклянный сводчатый потолок был увит лозами неизвестных растений с мясистыми, качающимися листьями, а воздух здесь был густым, влажным и пах сладким дождём вперемешку с пряной землёй.

Сквозь высокие арочные окна справа открывался вид на пологие зелёные холмы, усеянные круглыми дверцами и маленькими дымоходами, из которых поднимался уютный сизый дымок.

– Общежития Вектора Грот, – коротко кивнул Профессор Эридан, заметив улыбку Габриэля, – Они предпочитают быть ближе к земле, буквально. Но наш путь лежит западнее, через двор.

Профессор шёл быстро, его каблуки гулко цокали по каменным плитам, задавая ритм всей процессии.

– Вы будете зачислены в поток «Летнего Солнцестояния», – начал он, не оборачиваясь, словно читал лекцию, – Колесо Года имеет восемь спиц, восемь точек входа, где есть четыре важнейшие солярные даты открывающие особенные «врата». Учеников принимают в эти дни, но вас приняли раньше других, по неизвестной мне причине. В любом случае от потока «Весеннего Равноденствия» мы уже сильно опоздали. Столица будет праздновать завтра. Большая часть студентов скорее всего сегодня будут в городе. У вас будет время освоится в стенах Академии без лишнего внимания.

– А много обычно учеников? – поинтересовался Габриэль.

– Четыре раза в год мы отбираем тридцать три человека и распределяем по Векторам. После распределения на Вектор – вы попадаете на общеобразовательный первый курс, а далее вам предстоит выбрать свой образовательный маршрут самостоятельно. И поверьте, это сложнее, чем кажется.

Элио едва поспевал, вертя головой по сторонам. Растения в кадках, мимо которых они проходили, иногда поворачивали свои бутоны вслед за ними.

– У нас преподают девять основных наук, – продолжал Эридан, загибая пальцы в перчатке, – Первая и обязательная для всех – Квадраменталистика. Это «азбука» магии. Понимание стихий, Эфира, самой структуры магии. Без неё вы просто детишки со спичками на пороховом складе. А дальше... дальше начинаются особенные «дисциплины» чародейства.

Он остановился у винтовой лестницы ведущей в подземелья старого корпуса Академии.

- Школы? – переспросил Элио.

– Магия – это отражение того, как работает ваш разум. Коллегия Магов делит дисциплины по типу воздействия, что отражают фундаментальные основы психики мага и способа познавать и влиять на мир. Остры умом? Хотите сотворить что–то новое? Ваш путь – Созидание. Это облачение формы идеи во внешний контур используя чёткие системы. Предпочитаете понимать суть вещей? Следуя формулам, варить зелья и трансмутировать материю? Добро пожаловать в Алхимиюи так далее…

Габриэль внимательно слушал, слегка нахмурив густые брови.

– А если... если твоя сила не в материи, а чём–то более тонком? – тихо спросил он.

– Для этого существуют другие науки, связанные с чувственным миром, – кивнул Эридан, – Псионикаучит влиять на разум и эмоции живых. Я её преподаватель. Инвокация– это искусство связывания и призыва сущностей, а также работа с тонкими материями – завесами между мирами.

– А боевая магия?.. – вдруг подал голос Элио. Ему вновь вспомнился Сфинкс и гнетущее ощущение беспомощности, что лишь усиливалось стоило им спускаться всё ниже в недра замка.

– Разрушение, – ответил профессор, – Воля, пространство, кинетическая сила. К слову, это любимая наука Вектора Фир. Но есть и обратная сторона – Сохранение. Целительство, защитные чары, гармония. Это ближе Гроту. И наконец, мир тонких образов мысли... Изменение- наука трансмутации объектов. Для тех, кто видит тысячи креативных идей в одном источнике. И Мистика…

При слове Мистика голос Профессора Эридана стал тихим, почти благоговейным.

– Предвидение, сокровенные тайны времени, тёмные искусства, всё самое непостижимое... – увлекал их за собой Профессор, наслаждаясь эхом своего голоса, что дополнял атмосферу таинственности этой дисциплины.

В какой-то момент ребята даже переглянулись, прочитав в глазах друг друга мысль о том, что их прямо сейчас словно бы ведут в одно из таких жутких мистических мест. Поскольку оба они понятия не имели куда держат путь.

Спустившись по лестнице, они двинулись вперёд. Коридоры стали уже, каменная кладка грубее. Это была древняя подземная часть замка, ведущая к Хранилищу.

– Звучит... круто. Так много вариантов… – шептал заинтригованный Элио, но пытаясь уложить всё это в голове – поник, – А нам… нужно учить всё это сразу?

– В начале – да, – выдохнул Эридан, – Вы обязаны посетить все дисциплины в нашем особом свободном расписании. Попробовать всё на вкус. Но к середине первого курса вы должны будете выбрать четыре–пять основных предметов. Они лягут в основу вашей будущей профессии.

– Профессии? Так сразу? – взволновано переспросил Габриэль.

– Именно. В магическом сообществе Моу есть шестнадцать признанных профессий. Например, – Профессор Эридан назидательно поднял палец, – если вы учитесь на «Боевого Мага», то Разрушениеи какая–нибудь Алхимиядля вас крайне важны, а вот Мистикаи успехи в ней – не оцениваются и не экзаменуются вовсе. Вы можете быть полным профаном в предсказаниях, но, если вы умеете испепелить врага – вы получитезаветный диплом.

– А как мы узнаем, что именно нужно для каждой профессии? – Габриэль, казалось, уже начал выстраивать в голове план действий.

– Библиотека, – махнул рукой Эридан, – Она не далеко от Главного Зала, в восточном крыле, во владениях Вектора Атмос. Ваши кураторы передадут вам списки, но первым делом возьмите там копию «Хартии Коллегии Магов». Там все перечни, таблицы и требования – всё систематизировано. Отличная вещь! Без неё вы непременно утонете.

Они подошли к массивным дверям.

Это был вход в «Хранилище Артефактов».

– Кстати у Векторов и их учителей имеются свои предпочтения и преференции в конкретных науках, – добавил Профессор Эридан, останавливаясь у входа. – Если попадёте к нам, на Вектор Фир, мы можем расширенно помочь с науками Разрушенияи Псионики, например... У других Векторов так же. Науки могут пересекаться. Но помните: Вектор – это дом, а не тюрьма. Вы можете быть студентом Вектора Ошу и свободно изучать целительство науки Сохранения. Если докажете, что сможете преобразовать эти знания в прибыль, и это будет продуктивным, на что в конечном итоге и нацелен их Вектор. Среди них полно «Стражей», «Призывателей», что имеют достаточные успехи в этом деле, даже если сам Вектор немного о другом.

Он положил ладонь на бронзовый засов двери.

– Сейчас мы войдём внутрь. Там вы выберете свой первый инструмент фокусировки. А затем – Главный Зал и обед. Там уже собрались кураторы и воздвигнут «Алтарь Путей». Именно там решится, в какой цвет облачатся ваши одеяния и какое общежитие примет вас в свои ряды.

Профессор Эридан обернулся к ним, и его взгляд стал серьёзным.

– Вопросы есть?

Элио переглянулся с Габриэлем. Голова шла кругом от обилия терминов, но странное чувство предвкушения уже начинало вытеснять страх.

– Только один, – выдохнул Элио, – Инструмент и сортировка… будут безболезненны?.. И насколько выбор принудителен?..

– Ох, нет, – усмехнулся Профессор Эридан, направив свою брошь с кристаллом к зачарованной двери, – Во всём далее – выбор за вами. И это, пожалуй, немногое, в чём Академия даёт вам полную свободу. Хотя вводное «испытание» – было необходимо. Для мягкого наставления в выборе, по мнению академической системы. Алтарь воззовёт к тому, что ближе вам по духу, что считал Эфир, но выбор – вы всегда делаете сами.

Тяжёлая дверь открылась с глухим рокотом сама по себе. Элио ожидал увидеть старые могущественные артефакты древности, но реальность оказалась куда более приземлённой. Это был тёмный склад, высеченный прямо в скальной породе. Бесконечные ряды полок уходили ввысь в темень потолка. Они были заставленны старыми пузатыми котлами, связками сушёных трав, банками с мерцающими ингредиентами и ящиками с необработанными камнями. Воздух здесь был сухим и холодным, пах горькой полынью и вековой пылью.

Эридан остановился у небольшой меловой доски, стоявшей на треноге. По его щелчку кусок мела сам собой взвился в воздух и, противно скрипя, начал чертить таблицу, пока профессор давал пояснения:

– Артефакторики, мастера Вектора Грот, определили, что у каждого «фокуса» свой характер, определяемый четырьмя свойствами: Интенсивностьюпотока для боевых или же моментальных чар, Проводимостью– способностью инструмента пропустить большое количество энергии, Лабильностью– скоростью смены одного заклятья на другое, и Долговечностью– то, как долго ваши долгоиграющие чары продержатся без подпитки, в отличии от моментальных.

Мел лихорадочно стучал по доске, выводя цифры:

– Кристаллы– это аккумуляторы. Они неповоротливы в смене чар, зато хранят колоссальный запас энергии и отлично держат долгосрочные заклятия. Рунына коже – их полная противоположность. Максимальная интенсивность, способность к мгновенной смене плетений, но никакой долговечности, и риск перегрева для самого мага. Посохии жезлы– это ваша золотая середина с небольшим отличием.

Эридан указал на итоговую схему с выверенными им пропорциями:

Инструмент:

Интенсивность / Проводимость / Лабильность / Долговечность:

Кристалл: 2 – 5 – 1 – 4.

Посох: 3 – 4 – 2 – 3.

Жезл: 4 – 3 – 3 – 2.

Руны: 5 – 2 – 4 – 1.

Габриэль и Элио замерли перед доской. Элио закусил губу, прикидывая: ему не хотелось «перегорать» от рун, но и медлительность кристаллов смущала. Жезл всё ещё казался самым подходящим – кисть, при этом требующая твёрдой руки.

– Я точно возьму жезл, – наконец произнес Элио.

– А я посох, – эхом отозвался Габриэль, – Мне нужно что–то... на что всегда можно «опереться».

Эридан кивнул и подошел к латунному колокольчику, висевшему у стены. Резкий звон разрезал тишину Хранилища. В ту же секунду части каменного барельефа... зашевелились. Остроконечные камни, которые Элио принял за декоративный орнамент, внезапно издали коллективный стон, и «фигуры» соскочили на пол.

Это были гномы – элементали земли. Коренастые, с кожей цвета серого сланца и бородами из переплетенных корней и лишайника. Они дружно заткнули уши короткими пальцами и принялись ворчать так, будто их только что лишили лучшего сна в жизни.

– Чего трезвонишь?! – проскрипел самый старый гном и даже пнул крохотной ножкой профессора, – Уши не казённые!

– Есть работа для вас, мастера, – невозмутимо ответил Эридан. – Нужен жезл для этого юноши Моу и посох для юноши Горна. По системе двадцати шести, как положено.

Гномы тут же преобразились. Ворчание сменилось суетой. Они окружили парней, засыпая их странными вопросами. Узнав всякие причудливые подробности их жизни и примерные даты рождения, элементали принялись носиться по складу, как стайка серых мышей.