Дракон-куратор и уроки межмировой магии

После этих слов он, должно быть, вернулся в академию, так как следом хлопнули тяжелые двери.

– Ты имерс?

– Мне так сказали, да, – ответила в темноту.

– Идем, – буркнул Франций и, схватив меня за запястье, довольно грубо потащил за собой.

Я уже поняла, что в новом мире все неприлично высокие и всё время куда-то спешат, но этот парень по скорости превзошел всех. Он несся вперед, словно за золотой медалью на Олимпийских играх, а я едва касалась ногами земли и думала лишь об одном: «только бы не споткнуться!». Падение на такой скорости гарантированно приведет к ранениям, несовместимым с жизнью.

Всё закончилось довольно быстро и болезненно. Франций на полном ходу остановился, и по законам инерции, которые, очевидно, в этом мире действуют точно так же, меня впечатало в его широкую спину.

– Уф, – выдохнула я, ощупывая пальцами пострадавший нос.

– Аккуратней! – разозлился парень, отталкивая меня от себя. – Иначе я посчитаю это нападением на представителя рода Альцаган, и мой брат упечет тебя за решетку.

– Да ты! – я набрала полный рот воздуха, намереваясь высказать ему всё, что в этот момент думала о нем и его спине, но замерла.

Мы стояли у подножия высокой круглой башни из белого камня, над входными воротами которой висела небольшая лампочка. В её свете я увидела стоящего перед собой парня в серо-голубой рубашке и темном кожаном жилете, застегнутом на одну пуговицу. Его идеальные аристократические черты не портила даже неприязненная гримаса, а светлые волосы и после недавнего забега оставались элегантно уложенными. В стальных глазах с чуть более вытянутыми, чем у обычного человека, зрачками плескалось настоящее негодование.

«Красивый, паршивец…» – подумала я, захлопнув отвисшую челюсть.

Заметив мою реакцию, Альцаган приосанился, и в его взгляде что-то изменилось. Приподняв подбородок, он довольно усмехнулся.

– Ладно, прощаю на этот раз, – лениво протянул блондин. – После того как заселишься, приходи ко мне. Комната 201.

– Непременно, – улыбнулась я, тут же теряя к нему всякий интерес.

Франций подмигнул и, что-то насвистывая под нос, скрылся в башне, оставляя меня у входа одну.

Привратник, уже привычно высокий крупный мужчина с непримечательной внешностью, не стал задавать вопросов, а сразу протянул мне ключ и бумажный пакет.

– Свободная койка осталась только в комнате генсу. Восемьсот вторая.

Поднявшись на последний этаж, перевела дыхание и постучала в дверь с указанным номером. Та распахнулась через секунду, явив первую девушку, которую мне довелось встретить в этом мире. Высокая, как и все местные мужчины, стройная брюнетка с раскосыми янтарными глазами прошлась по мне быстрым взглядом. Будь мы на Земле, я бы предположила, что она родом из Восточной Азии. Скрестив на груди руки, скрытые шелком накидки, похожей на кимоно, она нахмурила тонкие черные брови и резко спросила:

– Ты еще кто?

– Твоя новая соседка, – я приветливо махнула рукой. – Пропустишь?

Девушка шагнула в сторону, открывая проход в полукруглую просторную комнату. Обстановка была довольно уютная. Две кровати и две тумбочки, два стола, два стула, с каждой стороны по большому шкафу, два окна, пара настенных часов и одно зеркало в полный рост. В противоположном от входа конце заметила еще одну дверь, которая, как я убедилась, вела в отдельную ванную комнату со всеми удобствами.

– Меня зовут Я… Реяна Маррен, но ты можешь звать меня просто Яна. А тебя как?

– Меня зовут Шу Фэнг, – соседка закрыла дверь и прошла к своей кровати, – и ты можешь звать меня Шу Фэнг.

– Ха, вижу ты с чувством юмора, мы поладим, – усмехнулась я, доставая вещи из выданного привратником пакета.

В нем обнаружились несколько аккуратно сложенных комплектов академической формы, спортивная экипировка и мягкие туфли. Разложив немногочисленный скарб, полученный в секретном центральном управлении Тайной службы, устроилась в теплой уютной постели и устало выдохнула.

«Ну и денёк!»

Шу погасила лампу, погрузив нас в непроглядный мрак. За окнами раздался раскат грома, в небе сверкнула молния, на мгновение освещая комнату.

– А почему снаружи башни не виден свет? – поинтересовалась я, вспоминая, что заметила сооружение, только когда оказалась у входа.

– На стеклах стоят кристаллические решетки.

– Как они работают?

– Без понятия. Если так интересно, спроси у хангаров.

– Кого?

– Студентов с технофакторики.

– Техно…чего?

Шу промолчала.

«Ладно, с этим разберусь позже».

– А остальные башни? Кто живет в них?

Когда мы с Дехаром приближались к академии, я разглядела не меньше шести.

– Преподаватели и студенты других факультетов.

– Например?

– Почему ты об этом спрашиваешь меня?

– А кого? – озадачилась я.

Шу что-то тихо пробормотала себе под нос. Затем всё же ответила:

– В Эж-Дере учатся маги пяти направлений: менталы, огналы, хангары, имерсы и иксиры. Все, кроме иммерсивной магии, делятся на несколько узких специализаций, у менталов это гипнотики, кладовики, иллюзионы…

Она продолжила перечислять магические курсы, большую часть которых я тут же забывала, а когда закончила, спокойно добавила:

– Повторять не буду.

Комнату озарило вспышкой новой молнии, и я увидела, что соседка повернулась ко мне спиной и укрылась с головой одеялом.

– Шу? – позвала я, когда у меня возник новый вопрос. – Шу?

Но девушка молчала, а через несколько минут до меня донеслось ее приглушенное и немного сердитое сопение.

Пожав плечами, я опустил голову на подушку и моментально уснула.

***

Мне снилось нечто большое, горячее и очень уютное. Когда я прикасалась к нему, оно забавно урчало и фыркало, а потом обдавало меня теплым паром. Лица нежно касалось что-то шершавое, щекоча и вызывая глупый счастливый смех. Эту идиллию вдруг нарушил неприятный нарастающий свист, большое и уютное недовольно заворчало и куда-то делось, а я дернулась на кровати, просыпаясь.

Часы над головой разрывались от запредельно громкого трезвона, проникавшего в самое сознание. Через секунду к нему прибавилось протяжное жужжание, стрекот и стук. Вторые часы над кроватью Шу тоже ожили, создавая невыносимую какофонию. Словно я проснулась в тот миг, когда все соседи разом начали сверлить, забивать гвозди, упражняться на тромбоне и стучать по батареям.

С огромным трудом разлепив веки, я зло уставилась на стрелки часов. Они показывали просто нечеловеческое время – 5:40 утра!

– Почему так рано? – простонала я, уткнувшись лицом в подушку.

– Так ведь занятие у Гленневаля, – отозвалась Шу, вставая с кровати.

– В такое время?

– Это же Гленневаль, – просто сказала соседка, словно это всё объясняло.

Собрав волю в кулак, я сползла на пол и поплелась в ванную. Мне потребовалось еще какое-то время, чтобы окончательно проснуться. Зевая каждую минуту, привела себя в относительный порядок, надела спортивную форму и последовала за соседкой, сетуя на то, как трудно вставать в такую рань.

Но я даже не догадывалась, что настоящие испытания еще впереди.

Глава 9. Первые испытания

Мы с Шу вышли на дорожку, вдоль которой тянулись аккуратно подстриженные зеленые кусты, и направились в сторону главного корпуса. Вдохнув свежий утренний воздух, я осмотрелась, разглядывая всё то, что вчера не могла увидеть в темноте.

Снаружи академия представляла собой огромный светлый замок с четырьмя внушительных размеров башнями, которые соединяли узкие переходы. Главное здание окружали еще пять башен разного цвета и конфигурации, расположенные дугой. Чуть дальше простирался густой лес, за которым высились могучие горы. Как и те, что я видела в столице, они, казалось, переливались золотом, отражая розовые рассветные лучи.

Я бы с удовольствием остановилась, чтобы вдоволь насладиться красивым видом, но Шу и несколько других студентов в такой же черной спортивной форме свернули с дорожки и стремительно зашагали к полигону – большой площадке, огороженной скоплениями валунов с выглядывающими из трещин голубыми кристаллами. За полигоном же открывались бескрайние поля, засеянные незнакомыми мне растениями.

Небольшая группа студентов уже стояла у входа, и мы поспешили к ним присоединиться. По пути я несколько раз пыталась задать Шу новые вопросы об академии и утренних занятиях, но соседка как воды в рот набрала.

«Ладно, найду еще время её обо всем расспросить, интересно, что сейчас будет происходить».

В течение нескольких минут на полигоне собрались около двух десятков человек, и к моей немалой зависти многие выглядели вполне бодрыми и веселыми. Постояв рядом с ними некоторое время, я поняла и приняла, кажется, неоспоримый факт: в этом мире абсолютно все выше меня. Мои метр девяносто не дотягивали ни до одной девушки в группе, что уж говорить о парнях, которые были еще крупнее. Они косились в мою сторону, чему-то улыбались и перешептывались.

Все, кроме Франция. Блондин стоял с прямой спиной и приподнятым подбородком, делая вид, что вообще никого вокруг себя не замечает. Отмер он, только когда на дорожке к полигону показалась фигура преподавателя. К нам широким четким шагом приближался мускулистый мужчина в серой обтягивающей водолазке, с небольшой папкой в руках. Я успела отметить волнистые темные волосы, сурово сдвинутые густые брови над большими карими глазами и твердый подбородок, подчеркнутый аккуратной бородкой. Гленневаль, как назвала его соседка, остановился напротив нашей группы и резко скомандовал:

– В строй!

Студенты споро выстроились в ровную линию, а я поспешила притулиться в самом конце. Преподаватель раскрыл папку и произнес грубым голосом:

– Альцаган.

– Здесь, – зевнув, ответил Франций.

– Вьёрн.

На это имя отозвался блондин с длинной косой и выбритыми висками.

– Фэнг.

Соседка громким четким голосом подтвердила свое присутствие. Преподаватель продолжил перечислять имена студентов, не отрывая взгляда от папки.

– Маррен?

На этот раз никто не откликнулся.

– Маррен? – Гленневаль рыкнул громче, подняв на нас темные глаза.

– А, это я, – ответила с заминкой. В такую рань соображалось плохо, и новое имя вспомнила не сразу.

Преподаватель окинул меня внимательным взглядом. На его губах появилась легкая усмешка, когда он произнес:

– Слушай и запоминай, коротышка – мне плевать, какие связи помогли тебе попасть сюда в середине учебного семестра. На моих занятиях поблажек не будет.

С другого конца строя раздался тихий смешок. Я поджала губы, но не стала ничего говорить, подозревая, что в таком заспанном состоянии вряд ли смогу ответить достойно.

«Так меня еще никто не называл! Даже смешно».

– Для разминки сегодня пробежите двенадцать кругов, – кивнул Гленневаль, захлопнув папку. – Марш!

Теперь из строя студентов доносились тихие горестные вздохи, однако все как один повернулись и побежали вокруг полигона.

На земле еще оставались следы ночного ненастья, ноги проваливались в грязь и разбрызгивали во все стороны мелкие лужи, отчего спортивная одежда очень быстро приобрела новый пятнистый окрас. Бежать в таких условиях было невыносимо, и с трудом преодолев несколько кругов, я замедлилась, а вскоре и вовсе остановилась. Согнувшись пополам, уперлась руками в колени и с тоской наблюдала, как остальные продолжали двигаться в бодром темпе.

– Коротышка, у тебя со слухом проблемы или с арифметикой? Я сказал двенадцать кругов, а не два, – произнес появившийся рядом преподаватель.

И вдруг рявкнул:

– Побежала!

– Не могу, – шумно выдохнула я, схватившись за горящий бок.

– Что-что? – Гленневаль выгнул бровь.

– Не могу, я уста… Ай!

Что-то очень болезненно ужалило меня в правую ляжку. Опустив взгляд, увидела крошечную прожженную дырочку на ткани брюк. Подняв глаза на преподавателя, я испуганно вскрикнула и отшатнулась. С его пальцев соскочили несколько алых искр и тут же полетели в меня. Я рванула вперед, но увернуться от них не удалось, вторую ляжку обожгло новой болью, в несколько раз чувствительнее предыдущей.

Вдогонку мне донесся насмешливый голос:

– Если мне покажется, что ты бежишь недостаточно быстро…

Очередной укол пришелся прямо под ягодицу. Взвизгнув, я припустила изо всех сил, обгоняя нескольких раскрасневшихся девушек. Так и бежала, не останавливаясь ни на мгновение. Когда преодолела последний круг, с удивлением обнаружила, что полигонов, как и студентов, стало больше. Ноги тряслись, едва удерживая меня в вертикальном положении, желудок судорожно сжимался и, казалось, всячески стремился сменить статус внутреннего органа на внешний.

– Главное правило имерса? – гаркнул преподаватель, когда мы снова выстроились перед ним в шеренгу.

– Яснум и кретело… – вразнобой заговорили студенты.

– Что? Еще раз и четче!

– Ясный ум, крепкое тело, железные нервы...

– И?

– Здоровые почки.

– Маррен, что ты там бормочешь? – Гленневаль сверкнул в мою сторону глазами, и только сейчас в них стали видны черные вытянутые зрачки.

– Ничего, – буркнула я, глядя на преподавателя исподлобья. В нынешней ситуации это оказалось несложно.

К счастью, троиться в глазах перестало, и передо мной стоял лишь один неприятный преподаватель.

– Дисциплина, – подала голос Шу, расправив плечи.

– Всё верно, Фэнг, дисциплина. Если хотите добиться успеха в иммерсивной магии, вы должны уметь слушать и четко выполнять приказы.

Он снова посмотрел на меня и многозначительно дернул бровью.

– Сто приседаний. Раз! Два!

Беззвучно проклиная всех драконов, и этого садиста в особенности, я послушно выполняла все упражнения. К концу занятия не осталось ни единого участка тела, которое бы не изнывало от боли и усталости.

– Плохо, – сказал мне Гленневаль, когда группа покидала полигон, – на следующем занятии я надеюсь увидеть больше рвения.

– А когда следующее занятие?

Он криво ухмыльнулся и сказал довольным голосом:

– Завтра, коротышка. В то же время.

После чего, весело насвистывая незатейливую мелодию, бодро зашагал в сторону академии.

– Мало того что вымотал глупыми упражнениями, так еще и форму мне прожег, – пожаловалась соседке, когда мы поднимались обратно в комнату. После такой утренней тренировки подъем на верхний этаж башни казался форменным издевательством.

– Чего ноешь? Просто залатай магией, – пожала плечами Шу.

– Как это… магией? – я даже на мгновение забыла про усталость и боль в мышцах.

Соседка остановилась напротив меня и удивленно моргнула.

– Бытовой, – сказала она странным тоном.

– А-а, – чуть заторможенно протянула я, – ты ей владеешь?

– Ей все владеют, – Шу нахмурила тонкие брови.

Тут я вспомнила, что именно следовало говорить в подобном случае.

– Понимаешь, я росла в приюте, и там не нашлось квалифицированного специалиста. Одним словом, меня никто не обучал магии.

– Как же тебя взяли в Эж-Дер? – воскликнула Шу, у нее даже глаза заметно расширились, что выглядело немного забавно.

Хмыкнув, я медленно продолжила подниматься.

– Ты же слышала. Связи.

Соседка покачала головой и снова пробормотала что-то невразумительное себе под тонкий вздернутый нос. Она махнула рукой в мою сторону, после чего ускорилась и, первой пройдя в комнату, заняла ванную. Осмотрев пострадавшие брюки, я не обнаружила на них ни одной дырки.

После душа единственное, что хотелось сделать – залечь в кровать, накрыться теплым мягким одеялом и забыть это утро как ужасный сон. Но стрелки часов сдвинулись на цифру семь, намекая, что пришло время завтрака. Преисполнившись надеждой заесть утренний стресс чем-нибудь вкусным, я натянула академическую форму и направилась к главному корпусу.

Серо-голубая рубашка из тонкой мягкой ткани приятно льнула к телу, а надетый поверх нее черный кожаный комбинезон красиво подчеркивал талию и бедра, при этом совершенно не сковывая движения. Этот комплект хорошо сочетался с моими смоляными волосами и подчеркивал светло-серые глаза с синими крапинками. Отражение в зеркале меня приятно удивило, а потому в столовую я шла немного повеселевшая.

«Я в академии магии, где можно взмахом руки заштопать одежду или высушить мокрые волосы. С ума сойти!»

Улыбаясь своим мыслям, добралась до уже знакомого зала под стеклянным куполом. В воздухе витали всевозможные ароматы, но один из них слышался особенно ярко.

«О да, это именно то, что сейчас нужно!» – обрадовалась я, подходя к окну раздачи, на которое указал прошлым вечером ректор.

Открыла рот, собираясь назвать свое имя, однако этого не потребовалось, панель отъехала еще до того, как я успела что-либо произнести. Передо мной возник поднос с накрытой тарелкой и стаканом воды. Досадливо поморщившись, я постучала во вновь закрывшееся окошко и позвала:

– Простите, а могу я получить кофе? Пожалуйста!

Из-за стены раздался цокот, но мне ничего не ответили. Подходившие к соседним окошкам студенты странно поглядывали на меня, кто-то тихо посмеивался. Стараясь сдержать недовольство, я забрала поднос и поспешила в большой зал.

Столовая стремительно наполнялась людьми и, поразмыслив, я прошла в ту часть, где сидели студенты в такой же, как у меня форме. Соседка ушла раньше меня и уже доедала завтрак в компании других девушек в серо-голубых рубашках. Под крылом железного дракона-статуи заметила свободный столик, опустила на него поднос и в предвкушении приподняла крышку.

На этот раз сдержать разочарованный вздох не удалось. На тарелке меня ждала серая, совершенно неаппетитная на вид каша.

«Первое впечатление всегда самое верное, но вдруг в этот раз окажется по-другому…»

Зачерпнув полную ложку, я сунула её в рот и… выплюнула обратно в тарелку. Нет, чуда не произошло. Сама по себе каша, может, и пришлась бы мне по душе, но есть ее было невозможно из-за перемешанной в ней мелкой каменной крошки. Она отвратительно скрипела на зубах, а рот наполнялся горьким привкусом земли и мела.

Помотав головой, я присмотрелась к тому, что ели другие студенты. В нашем сегменте почти у каждого на столе была тарелка с кашей, но на кого бы я ни взглянула, казалось, каждый за обе щеки уплетал свой завтрак. На лицах некоторых расцветали довольные улыбки, и те, кто только что выглядели уставшими после тренировки, сияли бодростью.

Снова опустив глаза на свою порцию, я скривилась. Собравшись с силами, подчерпнула еще немного каши и поднесла к губам. Вторая попытка оказалась не лучше первой. Даже выпив стакан воды, я не смогла полностью очистить рецепторы, мне продолжали мерещиться на языке каменные кусочки.

В мрачном расположении духа я поставила поднос с почти нетронутым завтраком в специальный контейнер и покинула столовую. В таком настроении совершенно не хотелось идти на следующее занятие, но я плелась за остальными студентами с нашего факультета.

Вдруг в коридоре меня остановил незнакомый парень в белой форме.

– Реяна Маррен?

– Да, – устало кивнула.

– Для тебя письмо.

Он протянул мне коричневый конверт, на котором значился адрес: академия Эж-Дер и мое имя. Все прочие мысли тут же вылетели из головы.

«Неужели мне прислали ответ насчет моих родителей? Уже?»

Глава 10. Напарник

Парень, который передал мне письмо, с нескрываемым изумлением смотрел, как я судорожно разрываю конверт, трясущимися руками достаю и разворачиваю сложенный в несколько раз тонкий лист.

– Ненормальная, – донеслось приглушенное, когда он, покачав головой, поспешил поскорее скрыться.

Шумно втянув носом воздух, я попыталась вчитаться в строчки, но они упрямо разбегались в разные стороны. Пришлось прикрыть глаза и несколько мгновений просто дышать, успокаивая взбунтовавшиеся нервы. Когда в виске перестало напряженно стучать, а перед глазами расплываться, я снова заглянула в письмо.

«Г-жа Маррен, сообщаем, что по вашему запросу получен ответ от службы безопасности Тахтар-Лиета. Сведения о Владимире и Анне Маренковых в архивах не найдены. Упоминание в них других лиц, подходящих под предоставленное описание, также отсутствует.

Желаем вам хорошего дня!»

Последняя строчка показалась насмешкой. Я смяла лист и, поднеся кулак ко рту, впилась в него зубами. Каких же сил мне стоило сдержать слезы! Но проходящие мимо студенты уже и так косились на меня, а меньшее, что мне сейчас хотелось – это привлекать внимание.

Сунув смятое письмо в карман форменного комбинезона, медленно двинулась дальше, выискивая глазами серо-голубые рубашки. С учетом превосходящего роста всех окружающих, это оказалось непросто. К счастью, нужная мне форма мелькнула поблизости, и я ускорила шаг, чтобы не потерять ее из виду. Преследуемая мной девушка выделялась из толпы густыми рыжими локонами, что значительно облегчало задачу. Ее подскакивающие на ходу волнистые пряди напоминали танцующие язычки пламени, такие же яркие и подвижные.

Когда мы поравнялись, девушка тут же меня заметила, улыбнулась и указала пальцем на раскрытую настежь дверь дальше по коридору.

– Сто двенадцатый. У нас сейчас история.

Звонкий голос, миловидные черты и открытый приветливый взгляд больших карих глаз никого бы не оставили равнодушным, но я не нашла в себе силы ответить хотя бы взаимной улыбкой. Ограничившись кивком, молча вошла в кабинет и заняла первое же попавшееся пустое место на заднем ряду.

«Тех, кого вы ищете, может здесь и не быть», – на ум невольно пришли слова, сказанные мне накануне. «Что, если он прав? А я ошибаюсь, и они никогда здесь не появлялись? Тогда мне нет смысла находиться в этой академии, где к тому же так ужасно кормят…»

Стараясь отвлечь себя от подобных мыслей, осмотрелась по сторонам. В небольшом помещении, где проходила лекция по истории, располагалось всего два десятка парт и преподавательский стол. Помимо классической черной доски, навеявшей воспоминания о школе, на стенах висели плакаты и географические карты. Одна из них тут же привлекла мое внимание изображением двух континентов. Тот, что напоминал по форме перевернутую ступню, полностью занимало одно государство, второй же делился на пять, самым большим из которых значился Демир-Лиет. Я достала из кармана смятое письмо и сверилась с названиями на карте.

Ответ пришел из соседнего королевства – Тахтар-Лиета, но оставалось еще как минимум четыре, в которых могли сейчас находиться родители.

«Надежда еще есть, и пока я не получу сведения со всех уголков этого мира, я не сдамся!»

За размышлениями я совершенно не заметила, в какой момент в кабинете появился преподаватель и начал читать лекцию. Рассеянно помотав головой, попыталась сосредоточиться на его словах, но все они пролетали мимо, не попадая ни в одно ухо.

События, которые упоминал преподаватель, ни о чем мне не говорили, и я не могла уловить ни смысл, ни хронологию его повествования. Оставалось лишь записывать в тетрадь имена и даты, чтобы потом отыскать их в учебнике. У всех, кроме меня, они лежали на столах, и студенты периодически пролистывали страницы с портретами и схемами. Решив, что узнаю позже, где и как получить учебную литературу, я перестала слушать скучный драконий эпос и снова задумалась о своем.

– Завтра мы рассмотрим правящие династии трех королевств, – сообщил преподаватель, когда лекция подошла к концу. – Параграфы с пятнадцатого по двадцатый.

«Я не ослышалась?» – объем заданного просто ужасал.

После этого он сухо попрощался и покинул кабинет. Я приготовилась пойти на следующее занятие, однако все продолжали сидеть на своих местах. Настроение в группе заметно изменилось. Девушки доставали зеркальца и поправляли прически, весело перешептываясь, а наблюдавшие за этим парни поджимали губы и закатывали глаза.

– Каждый день одно и то же, – буркнул блондин с длинной косой и выбритыми висками, названный Вьёрном на утренней экзекуции, по какому-то недоразумению считающейся здесь физподготовкой. – Ты бы хоть слюни не пускала.

Эти слова предназначались сидящей на следующем ряду темноволосой девушке, чьи длинные пряди были заплетены в множество тонких косичек и так же выбриты у висков. Повернувшись к соседу, она свела на переносице брови и произнесла очень серьезным тоном:

– Зависть не красит мужчину, Ульрик.

– Эски никому не завидуют, – проворчал тот в ответ.

– Не забывай себе это почаще повторять.

– Астрид!

Слушая их небольшую перепалку, я с легким любопытством наблюдала за остальными. Наша группа имерсов, как нас здесь называли, состояла из тринадцати человек. Семь девушек и шесть парней. Помимо Астрид, мне были знакомы Шу и рыжеволосая милашка, которую я встретила в коридоре. Все они, даже моя серьезная неразговорчивая соседка, выглядели немного взволнованными. Причина такого поведения появилась через несколько минут. Вошла легкой неспешной поступью, приподняла элегантную руку и поправила тонкими пальцами выбившуюся светлую прядь из обманчиво небрежной прически.