Альфа. В плену его ненависти

Миранда Шелтон

Альфа. В плену его ненависти

Глава 1

Риян

В ту ночь я проснулся от страшного рева. Подскочил на кровати и испуганно прислушался, пока не узнал в чудовищном зверином вое — голос своего отца, альфы стаи.

Мне было семь лет. Не думая, я бросился вон из детской, спустился вниз по лестнице, чуть не соскользнув со ступеней, но, не доходя до низа, застыл, увидев на полу гостиной ноги моей мамы и растекающуюся лужу крови.

Я не мог пошевелиться от страха. В доме, сотрясая стены, вновь раздался рев отца. Это заставило меня ожить и сделать еще несколько шагов, чтобы окончательно спуститься. Тогда мне открылась самая страшная картина, которую я когда-либо видел.

Моя мать лежала в луже крови с кинжалом, воткнутым в ее живот, а отец сидел рядом с ней на коленях, прижимал ее к себе и выл. Выл, как раненый зверь. Так, что кровь холодела в жилах.

Еще никогда в жизни я не видел своего отца, вожака стаи и самого сильного оборотня, таким сломленным. Его огромные плечи сотрясались от рыданий, а перепачканные кровью руки беспомощно обнимали бездыханное тело его истинной пары. Моей матери…

Услышав мои шаги, отец перевел полный слез взгляд на меня, но ничего не сказал. Вместо этого снова притянул к себе тело мамы и вновь завыл, зарываясь лицом в ее волосы. А я, не в силах удержаться на ногах, рухнул на пол.

Слезы подкатывали к горлу, но я боялся плакать. Боялся пошевелиться. Мечтал лишь о том, чтобы кошмар развеялся, и я проснулся в своей кровати. Чтобы мама громко позвала меня завтракать, а отец зашел и потрепал меня по плечу, прежде чем отправиться на обход стаи.

Но этого не происходило.

Не знаю, как долго я просидел на полу, когда отец резко поднял голову, и с рыком вскочил на ноги. Тело мамы он продолжал удерживать одной рукой, и при этом в мгновение ока очутился рядом со мной и полоснул острыми когтями кого-то за моей спиной.

Я вздрогнул и отполз, в страхе глядя на незнакомого оборотня. Он так бесшумно проник в наш дом, что, если бы отец не защитил меня, серебряный кинжал, который убийца держал в руках, уже торчал бы из моей спины.

Даже одной рукой мой отец расправился с убийцей, и я выдохнул с облегчением, но, как оказалось, рано. Окна разбились вдребезги от череды серебряных пуль, а вслед за ними в наш дом проникли еще пятеро незнакомцев с кинжалами и пистолетами.

— Риян, беги к опушке леса! — заорал отец. — Жди меня там!

Не выпуская тело мамы из рук, он принялся сражаться с нападавшими. Я выбежал из дома, но продолжал смотреть в окно на поединок. Дрожь проняла все тело, и мне хотелось закричать отцу, чтобы он оставил маму. Чтобы использовал обе руки. Потому что их было слишком много, и у них было оружие… Но он вцепился в ее тело и не хотел отпускать.

В нескольких сантиметрах от моей головы пролетела пуля, и я с криком отпрянул. Бросился бежать к опушке леса, как велел отец, но кто-то сбил меня с ног. Я успел увидеть полузвериное лицо чужака и сверкнувшее в воздухе лезвие кинжала, как волк, в котором я узнал бету нашей стаи, кинулся на нападавшего и впился клыками в его руку.

Они покатились по земле, сцепившись в смертельной схватке, а я сначала отполз, а потом вновь вскочил и принялся бежать со всех ног. То и дело в воздухе свистели пули, разносились крики и звериное рычание. Я ничего не видел перед собой, а потом почувствовал обжигающую боль в боку.

Это была самая сильная боль, которую я когда-либо испытывал. Воздух застыл в легких, и я повалился на землю, держась за окровавленный бок. Догадался, что в меня угодила пуля, и начал испуганно озираться.

Бешеный страх заставил меня подняться на ноги и идти дальше. Капли крови падали на траву под моими ногами, а перед глазами постоянно темнело, но я упорно продолжал идти. Дошел до опушки леса, куда уже почти не доносился шум сражения, и рухнул на землю.

Я ждал отца. Ждал, что он вот-вот придет ко мне, как обещал. Поможет мне справиться с ранением, вернет порядок в стае и все снова будет хорошо… Мой отец был сильнейшим из оборотней. Настоящим альфой. Он сможет все исправить.

Я ждал его долго, до самого рассвета. Глаза болели из-за того, что я, не отрываясь, смотрел вдаль на очертания земель стаи. Ветер доносил до меня отголоски ликующих выкриков. Незнакомых, чужих…

Боль в боку только усиливалась, и в конце концов мне стало трудно сидеть. Я лег и заплакал, держась за рану. В голове пугающе отчетливо промелькнула мысль, что отец уже не придет.

Никто не придет.

И когда я в отчаянии закрыл глаза, совсем рядом послышались неровные шаги. Они доносились не со стороны стаи, а со стороны леса. Я вновь открыл глаза и увидел перед собой калеку — оборотня, навеки застрявшего в переходной форме. Часть его лица была звериной, часть человеческой. Тело местами было покрыто седой шерстью. Одна нога хромала, и он шел, опираясь на трость.

Такие, как он, были позором для стаи. Их изгоняли, обрекая на смерть или отшельническую жизнь.

Калека посмотрел на меня сверху вниз. Я напрягся и попытался отползти от него, но он приложил палец к губам и, присев, протянул костлявую старческую руку к моей ране.

Глава 2

Риян

— Альфа, можно войти?

Голос моего беты, Войта, вывел меня из воспоминаний. Окинув напоследок взглядом бригаду оборотней, расчищавших территорию стаи, я отошел от окна своего нового кабинета, сел в кресло и только после этого приказал:

— Входи.

Войт вошел. Прикрыв дверь, он поприветствовал меня, а потом, немного поколебавшись, кивнул сидевшему в углу Алистеру. Войт, как и многие в моей стае, с трудом принимал тот факт, что я возвел престарелого калеку и отшельника в круг своих ближайших соратников. Оно и понятно, ведь оборотни в первую очередь уважали силу. А Алистер был не только слаб телом, но практически не имел зверя. Навеки застряв в переходной форме, он уже никогда не мог полноценно оборачиваться. Именно из-за этого он старел гораздо быстрее других оборотней.

Несмотря на все, я относился к Алистеру как к отцу и требовал почтительного отношения к нему от всех, кто хотел быть частью моей стаи.

— Ты выяснил все, о чем я просил? — спросил я подошедшего ближе Войта.

Бета кивнул. Он положил передо мной папку и, пока я листал ее, принялся пояснять:

— Мне удалось выйти на наемников, которые устроили переворот в стае двадцать лет назад. Их главарь — некий Свирепый Роди. Настоящего имени выяснить не удалось. Он скрытный, переезжает с места на место, нигде особо не задерживается. Раньше активно брал заказы и, судя по тому, что мне удалось выяснить, он мастер своего дела. Но и стоят его услуги недешево.

Кулаки сжались сами собой. Я увидел в папке фотографию мужчины — оборотня. Пытался вспомнить, видел ли я его в тот день, но память отказывалась воспроизводить лица нападавших. Все они стали одним размытым пятном, и только тело моей матери и содрогающиеся в рыданиях плечи отца вспоминались с пугающей четкостью.

— У него есть истинная? — тихо спросил я.

Войт покачал головой.

— Мы ничего такого не нашли. Он не дурак, знает, что в мире полно желающих его смерти. Он скрывает все свои связи с женщинами. И с волчицами, и с человеческими. Про детей тоже ничего достоверно неизвестно, хотя по некоторым слухам у него есть дочь. Но про нее мы так ничего не выяснили.

Я стиснул зубы. Мне мало было просто убить того, кто разрушил жизнь моих родителей и мою. Я хотел заставить его прочувствовать все то же самое. Отомстить за отца, убив его пару у него на глазах. Но раз у него не было пары, пришлось довольствоваться малым.

— Вы выяснили его местонахождение? — спросил я.

— Последнюю неделю он живет по этому адресу, — Войт перевернул страницу в папке и пальцем показал на нужную строчку.

Всего в двух часах езды от моей стаи. Надо же, какое совпадение.

— Скажи парням, чтобы продолжали слежку. Сегодня вечером я нагряну с визитом.

Войт кивнул и вышел из кабинета, а я вновь встал и подошел к окну. Взгляд против воли снова приковался к развалинам дома. Бывшего дома альфы.

Дома, в котором убили моих родителей.

— Ты думаешь, что месть сделает тебя счастливее, но она ничего не изменит, — подал голос Алистер. — Даже если ты убьешь наемника, это уже не вернет твоих родителей, Риян.

— Пусть родителей это и не вернет, но зато их убийца не будет расхаживать безнаказанно по этой земле, — процедил я.

— Ты уже поквитался с настоящим убийцей. С тем, кто нанял этого Свирепого Роди, чтобы сместить твоего отца. Ты вернул себе стаю, Риян. И что? Тебе стало легче?

Я зарычал и повернулся к старику, но он даже не дрогнул. Алистер единственный во всем мире не боялся меня. Как можно бояться того, кого вырастил с семилетнего возраста? Наоборот, старик наклонился ближе и повторил:

— Твоя месть ничего не изменит.

— И что ты предлагаешь?! Позволить убийце уйти от ответственности?

— Он всего лишь наемник. Ты уже наказал заказчика, Риян. Теперь нужно успокоиться. Забыть о прошлом и жить дальше.

— Я не могу забыть! — ярость во мне вскипела так сильно, что кожа частично покрылась пламенем, как бывало с моим отцом, когда он был жив и руководил стаей. — И я не успокоюсь, пока не убью этого наемника.

Алистер вздохнул.

— Я скажу тебе то, чего никогда не посмеют сказать другие. Ты и тогда не успокоишься, Риян. Проблема не во внешних врагах. Она внутри тебя. В твоей ненависти.

Старик встал и, опираясь на трость, подошел ко мне. Коснулся моего плеча своей сморщенной ладонью. Его предплечье поросло редкой седой шерстью, а глаза были разными: один — человеческим, с полузакрытым веком. Другой — волчьим.

— Остановись, пока не поздно, — сказал он. — Ты уже вернул стаю. Ты уже отомстил. Этого достаточно.

Я убрал от себя его руку.

— Недостаточно.

И не дожидаясь ответа, я выхватил со стола ключи от машины и вышел за дверь.

Глава 3

Тина

Выйдя из аудитории, я услышала оповещение на телефоне и взглянула на экран. Сообщение от него.

Подумав, я смахнула уведомление, не собираясь даже открывать.

— Бывший? — усмехнулась Натали, беря меня под руку.

— Не совсем, — сказала я. — Отец.

— О… Он снова объявился?

— Да какая разница? Я устала уже, что он то появляется, то исчезает. Наверняка, просто не смог найти маму, вот и написал мне.

— Так открой, посмотри.

— Не хочу.

Подруга пожала плечами и повела меня в столовую, где мы, выждав минут десять в длиннющей очереди, взяли себе еды. Натали принялась делиться со мной последними сплетнями, на что я участливо кивала, но сама думала о другом.

Может, все-таки написать ему? Даже интересно было посмотреть на его реакцию, когда он узнает, что женщина, которой он пользовался каждый раз, когда был проездом в нашем городе, нашла свою истинную пару и думать о нем забыла. А ведь когда-то мне приходилось вытаскивать маму из депрессии после того, как он уезжал. То есть постоянно.

— Ну вот, ты вообще не слушаешь, — упрекнула меня Натали.

Я вздохнула. Подругу я, конечно, любила и могла многим с ней поделиться. Многим, но не всем.

Натали была обычным человеком и понятия не имела о другой стороне моей жизни. И как бы я ей ни доверяла, но рассказать всю правду не могла. Пусть официально я не принадлежала ни к одной стае, но если в мире оборотней станет известно о моем длинном языке, меня может настичь кара. Да и Натали может попросту не понять и посчитать меня сумасшедшей, если я признаюсь ей, что умею превращаться в волчицу.

Вот и в этот раз я не могла с ней посоветоваться. Не скажу же я, что мой отец, одинокий волк, который занимается чем-то мутным, умудрился заделать ребенка от случайной связи с моей мамой, изгнанной из стаи волчицей, которая пыталась жить как обычный человек и все равно на свою голову связалась с оборотнем, да еще и нечистым на руку.

Ей повезло, что она встретила своего истинного и уехала с ним в его стаю. Я искренне надеялась, что теперь ее жизнь наладится. Меня она позвала чисто из приличия, но я прекрасно видела по ее лицу и по лицу ее истинного, что они мне будут вовсе не рады. Да и я сама не представляла уже своей жизни в стае, среди других оборотней. Может быть, в чем-то это было бы и легче: например, не нужно никого избегать во время полнолуния и не искать укромные места для оборота. Но, с другой стороны, нужно будет жить по законам стаи: подчиняться альфе и все такое. А я привыкла к свободной жизни и не хотела ни на что ее менять.

В конце концов, мне уже двадцать два года. Как-нибудь справлюсь без материнской опеки, особенно учитывая, что это скорее я о ней заботилась, чем она обо мне. Теперь у нее есть истинный, вот он пусть и ухаживает за ней. Что он, собственно, и делал, причем с удовольствием.

А я решила полностью построить свою жизнь в мире людей. Получала образование, подрабатывала в кофейне в ожидании диплома и возможности построить нормальную карьеру, ну и пыталась найти себе парня.

Вот с этим были сложности, потому что привлекала я многих, но никто не выдерживал со мной больше недели. Я изо всех сил подавляла свою звериную сущность и пыталась быть в их глазах эдаким беспомощным цветком, который даже бутылку с водой не может открыть, но притворяться долго было сложно. А когда парни понимали, что я не только была физически сильнее их, но еще и более активной в сексуальном плане, они меня бросали. Кто-то делал это трусливо и молча, кто-то честно говорил: «Я тебя не вывожу» или «Рядом с тобой я не чувствую себя мужчиной».

Это бесило, но я не знала, что делать. Чтобы мужчина рядом со мной чувствовал себя мужчиной, а не слабаком, он должен быть оборотнем. Вот у кого силы было хоть отбавляй. Но с оборотнями я наотрез отказывалась иметь дело. Вот и получался замкнутый круг.

— Да прочитай ты уже сообщение, — с усмешкой сказала Натали. — Как будто я и так не знаю, о чем ты думаешь? Отвечать же необязательно, просто посмотри и все.

И то верно.

Я достала телефон и все-таки открыла последнее сообщение. В нем оборотень, благодаря которому я появилась на свет, писал:

«Тина, я в городе. Хотел бы встретиться с тобой».

— Ну что?

Подруга с любопытством наклонилась через весь стол, чтобы заглянуть в мой телефон. А я поджала губы и, прежде чем успела подумать, набрала ему ответ.

«Если ты ищешь маму, то поезд ушел».

Отложив телефон, я взялась за ложку, но почти сразу поступил ответ:

«Я хочу встретиться с тобой. В кафе через дорогу от твоего университета. Приходи, как сможешь. Я тебя жду».

Фыркнув, я убрала телефон подальше в сумку. Ждет он меня. Двадцать лет то был, то его не было, а тут «ждет».

— Я бы на твоем месте сходила, — сказала Натали. — Может, у него рак, или что-то в этом роде. Решил переосмыслить свою жизнь.

Я рассмеялась.

— Нет, поверь, это точно не про него.

— Откуда ты знаешь? Люди меняются.

— Угу.

Только он не человек.

Стоило мне снова взяться за свой обед, как из сумки в очередной раз раздалось треньканье. Пять настойчивых уведомлений друг за другом.

Раздраженно зарычав, я вновь вытащила телефон, чтобы уже прямым текстом послать отца, но увидела денежные поступления на свой счет.

Пять переводов по двести тысяч долларов…

— Что за…

Я растерянно открыла приложение банка и застыла, видя семизначную сумму на своем балансе. Он совсем с ума сошел? Что он делает?

Несколько секунд я пялилась на экран, а потом встала.

— Мне нужно идти, — бросила я подруге.

Та недоуменно взглянула на меня и не успела ничего спросить, потому что рот у нее был набит едой. А я схватила сумку и быстрым шагом вышла из столовой.

Стремительно прошла через весь корпус к выходу и направилась к пешеходному переходу, чтобы перейти дорогу и попасть в нужное кафе.

Глава 4

Тина

Стоило мне войти в кафе, и я сразу же увидела его. Мой отец, как и любой оборотень, выделялся на фоне людей широкими плечами, опасной аурой и хищным взглядом.

Он встал, когда заметил меня, а я быстрым шагом подошла и без лишних слов показала ему экран телефона с открытым приложением банка.

— Что это значит?

— И тебе привет, дочь, — усмехнулся отец.

— Ты издеваешься?! Зачем ты перевел мне деньги?

Он пожал плечами.

— Мне нужно было, чтобы ты пришла, и, как видишь, это сработало. А деньги в любом случае твои. Я собирался отдать их тебе на совершеннолетие, но опоздал немного.

— «Немного»? Мы чужие друг другу, и мне от тебя ничего не нужно. Можешь забрать эти деньги, я прекрасно выживаю и без них.

Его лицо помрачнело, и как раз в этот момент между нами вклинилась официантка с меню.

— Желаете посмотреть наше сезонное предло…

Мы с отцом резко повернулись к ней, и, не договорив, она быстро положила меню на стол и отошла, со страхом оглядываясь на нас. Я сделала глубокий вдох и села, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Не хватало еще выдать себя в пылу эмоций.

Отец сел напротив и подался немного вперед.

— Я понимаю, что ты не считаешь меня родным. Ничего другого я и не ожидал, но иначе я не мог. Моя работа слишком опасна, чтобы заводить семью. Я просто не хотел подводить под удар ни тебя, ни твою мать.

— Тогда зачем ты пришел? Иди и дальше выполняй свою «работу».

— Я отошел от дел. Мне все это надоело, Тина. Я устал от такой жизни. Мне жаль, что твоя мать меня не дождалась, но, возможно, мы с тобой все еще можем быть семьей.

— Жаль? — хмыкнула я. — Какой же ты эгоист. Двадцать лет ты изводил ее тем, что появлялся раз в год и то не факт, а теперь, когда она наконец счастлива, тебе жаль?!

— Ты же знаешь, что я не то имел в виду. Если Элина нашла свою пару, я за нее только рад, хоть мне и хотелось бы вернуть ее. Я уже сказал тебе, что не мог иначе. Если бы я навещал вас чаще, то подставил бы под удар. У меня слишком много врагов, Тина.

— Интересно почему. Чем ты таким занимался, что можешь теперь с легкостью перевести мне миллион долларов?

Отец долго молчал, а потом коротко ответил:

— Это все в прошлом.

— Правильно, не отвечай. Какой смысл со мной откровенничать, если мы друг другу чужие? Да и я не хочу знать. Ничего не хочу знать ни о тебе, ни о твоих грязных делах.

Я встала, но отец поймал меня за руку и крепко сжал ее в своей.

— Дай мне еще хотя бы минуту, — попросил он.

В тот момент в его взгляде промелькнуло что-то новое, просящее. Не знаю почему, но моя решимость дрогнула, и я села обратно. Вырвала у него свою руку и скрестила их на груди.

— Ну?

— Кроме тебя у меня больше никого нет. Может, ты снова назовешь меня эгоистом, но я хотел бы, чтобы мы общались. Я не жду, что ты переедешь ко мне, хоть я и был бы очень рад этому. Но я хотел бы, чтобы ты просто дала мне шанс все исправить. Сейчас я живу тут. — Он протянул мне бумажку с написанным от руки адресом. — Если ты не захочешь больше никогда меня видеть, я пойму. Прими хотя бы деньги, потому что мне одному в любом случае столько не нужно. Это наименьшее, чем я могу восполнить годы своего отсутствия. Но если ты согласна дать мне шанс, приходи вечером. Я приготовлю ужин, и мы просто посидим по-семейному.

Я нахмурилась.

— Вряд ли из этого что-то получится.

Отец пожал плечами, но бумажку не убрал, и, вздохнув, я забрала ее.

— Если ты не придешь, я молча соберусь и уеду и больше никогда не побеспокою тебя, — сказал он. — Но, если есть хоть малейший шанс для нас стать семьей, я буду за него держаться.

Ничего не ответив, я встала. Убрала бумажку и телефон в сумку и, не оглядываясь, пошла к выходу из кафе. Специально не оглядывалась, потому что его глаза в тот момент были слишком просящими и болезненными. Сбивающими с толку.

А я боялась в очередной раз разочароваться в нем и теперь не понимала, что мне с этим делать.

Глава 5

Тина

У меня еще оставалось несколько пар, но после разговора с отцом уже не было настроения идти на учебу. Я написала Натали, что не приду, а сама неспешным шагом направилась в кофейню, где подрабатывала.

Моя смена должна была начаться только через три часа, но хозяин всегда был рад лишней паре рук, а для меня это были дополнительные деньги. Ведь, что бы ни говорил мой отец, его подачки я принимать не собиралась. Мне даже подумать было страшно, как именно ему досталась такая сумма.

Я знала, что многие оборотни были тесно связаны с криминалом, но о делах своего отца имела только смутное представление. В детстве я ни на что не обращала внимания и просто радовалась, что он вообще приходил. Приносил подарки, чтобы откупиться за долгое отсутствие, а потом снова исчезал. Только взрослея, я начала замечать странные детали. Видела арсенал, полный оружия, в его машине. Пистолет, заряженный серебряными пулями во внутреннем кармане куртки. Фотографии мрачного вида оборотней в его телефоне. Это пугало, но я так и не решилась спросить его напрямую, чем он занимался.

В голове вновь прозвучали его слова. Он предлагал мне вот так с ходу решить, хотела ли я вообще видеть его в своей жизни. Правда в том, что я хотела, но раньше. Пока не повзрослела и не поняла, что отца у меня никогда и не было. Будь моя мама его истинной, вряд ли бы он смог так с нами обходиться. Не зря у оборотней браком считается только союз с истинной парой. Все остальное несерьезно. Вот и мы никогда не были настоящей семьей.

И вроде бы все логично, и мне просто нужно проигнорировать его. Ведь он сам обещал уехать, если я не приду на ужин. Вот только в груди оставалось какое-то щемящее чувство. Он сказал, что отошел от дел… Быть может, стоит хотя бы попытаться сблизиться с ним?

Весь день я только и делала, что думала об этом. Даже посетители кофейни не смогли отвлечь меня от этих мыслей. Я на автомате готовила напитки и, пока грела молоко для латте, почему-то вспомнила вкус сливочного мороженого, которое отец купил мне. Давным-давно, мне было лет пять. Господи, один единственный раз угостил меня мороженым, а я до сих пор помнила его вкус…

Мне в голову вдруг пришла мысль, что тот маленький стаканчик мороженого был для меня гораздо ценнее, чем миллион долларов, который он подарил мне, пытаясь расположить к себе.

Вздохнув, я вновь взялась за телефон и отправила отцу сообщение:

«Хорошо. Я приду».

Стоило решиться, и на душе стало неожиданно легче. Я подумала, что, даже если ничего не выйдет, я всегда успею вычеркнуть его из жизни. Но если вдруг он не врет и больше не будет исчезать без предупреждения, то, быть может, из нас все же получится семья.

Подождав еще несколько часов до конца смены, я помыла кофемашину, попрощалась с хозяином кофейни и вышла на улицу. Сумерки уже сгущались, но я неплохо видела в темноте и без труда разглядела написанный на бумажке адрес.

Район был знакомым и находился не так далеко, поэтому я снова решила пойти пешком. Надеялась, что отец и правда что-нибудь приготовил или, на худой конец, заказал, потому что пропущенный обед уже дал о себе знать урчанием в животе.

Минут двадцать я шла, сверяясь с картами в телефоне, пока не отыскала нужное здание. Дом был многоквартирным, поэтому я не удивилась, увидев рядом с ним парковку, полную автомобилей. Но когда мой взгляд наткнулся на мужчину, стоявшего возле черного BMW, я невольно вздрогнула.

Я могла поклясться, что он был оборотнем. И видок у него был, мягко говоря, устрашающий, из-за чего я даже остановилась и всерьез подумала о том, чтобы уйти. Ведь не может же быть совпадением то, что по новому адресу моего отца приехал еще один оборотень. Вдруг отец соврал мне и вовсе не отошел от своих преступных дел?

Оборотень скользнул по мне равнодушным взглядом, а потом открыл дверцу и сел в машину. Я ждала, что он будет делать, но он все не выходил.

Если бы он сразу вошел в здание, я бы, пожалуй, ушла, но от того, что он просто сидел в машине, в голову прокрались сомнения. Возможно, он не был никак связан с отцом, а просто приехал по другим делам. Мало ли в мире оборотней?

Кивнув своим мыслям, я сделала еще несколько шагов и вошла в здание.

Глава 6

Риян

Сначала я хотел пойти один, но, подумав, все же взял с собой бету. Пусть посидит в машине, лишним не будет.

Войт предложил запастись огнестрельным оружием, но я сразу отказался. Я не собирался нападать на убийцу издали, как трус. Нет, пусть этими игрушками пользуются те, кто действует исподтишка. Наемники, как он. Больше ни один уважающий себя оборотень не предпочел бы пистолет ближнему бою в звериной форме.