Тёмная академия: жена Дракона

Контракт – не просто бумажка. Это магический договор, скреплённый кровью и печатью Совета.

Срок в один год – стандартный. Если по истечении данного времени Совет официально признаёт наш брак с Драконом действительным, я стану частью рода Дарк'Аррен со всеми вытекающими. До истечения срока дракон вправе самолично, в одностороннем порядке, разорвать договор без объяснения причин.

Дорога заняла три часа. В полудрёме я прокручивала в голове всё, что знала о Дарк’Аррене.

Возраст около четырёхсот лет. Для дракона молодо, для человека –древний дед, успевший забыть, каково это – бояться смерти. Любит: порядок, тишину, жареную баранину, чёрный кофе и абсолютную власть. Ненавидит: беспорядок, ложь и когда ему перечат.

Академия открылась передо мной внезапно – серая громада на фоне сумрачного неба. Карета въехала во внутренний двор и остановилась у главного входа.

Двор был пуст, если не считать нескольких студентов, мелькнувших вдалеке. Они оглядывали карету с любопытством и опаской. Я знала этот взгляд. Сама так всегда смотрю на новеньких.

Дверца открылась, и я шагнула наружу, одёргивая платье – то самое, розовое, с бантами. Из главного входа вышел он – Дарк’Аррен. Дракон в человеческой форме.

В этой жизни наша первая встреча состоялась совсем иначе – не так, как в прошлый раз. В тот раз он явился за мной лично. В этот раз не стал себя утруждать, ограничившись тем, что отцу прислал мешок золота, а за мной – карету.

Но одной оставалось неизменным: он был всё такой же высокий, а я по-прежнему едва доставала ему до плеча.

У Дракона были длинные, иссиня-чёрные волосы с седыми прядями на висках, но седина это его волшебным образом его не старила – лишь добавляла облику обаяния. Лицо казалось вырезанным из мрамора умелым скульптором, который в последний момент слишком увлёкся острыми углами. Глубокие морщины, прорезавшиеся между бровей, говорили о вечном недовольстве своего носителя.

А глаза – я никогда не могла их забыть. Золотые, с вертикальными зрачками. Они заглядывали прямо в душу.

– Мирослава Нортридж, – приветствовал он низким голосом. – Добро пожаловать.

– Ваша светлость, – присела я в книксене, потупляя взор.

Выходя, я «случайно» споткнулась о ступеньку, взмахнула руками – и дракон вынужден был поддержать меня за локоть. Его пальцы были горячими, почти обжигающими.

– Осторожнее, – он помог мне выпрямиться, но руку не убрал.

– Благодарю, ваша светлость.

Какое-то время мы обменивались взглядами, составляя впечатление друг о друге.

Потом Дракон отпустил мою руку.

– Следуйте за мной. Правила контракта знаете?

– Конечно, – закивала я часто, словно игрушечный болванчик. – Пункт первый – слушаться вас, пункт второй — слушаться ваших коллег, пункт третий — слушаться всех в Академии и не при каких обстоятельствах не ходить куда не надо.

Он посмотрел на меня долгим взглядом, в котором читалось: «Ты или придурковатая, или притворяешься?».

Мы поднялись на третий этаж. Я узнавала каждую дверь, каждый охранный артефакт на стенах.

– Ваша комната, – распахнул передо мною дверь Дарк’Аррен

Комната была прежней – окно с толстыми стёклами, выходило на северную стену, узкая железная кровать без балдахина стояла в углу.

Я подошла к ней, надавливая рукой на матрас. Жёсткая.

– Можно сломать спину, – прокомментировала я деловито.

– Полезно для осанки, – парировал он бесстрастно. – Здесь все на таким спят, включая меня.

– Я надеялась, что для жены вы сделаете послабление, господин ректор, – сладко улыбнулась я.

Он не поморщился, стойко переварив мой сироп и елей.

– Мне нужны иголка и нитки, – пропела я.

– Зачем? – удивился он.

– Люблю вышивать. Очень успокаивает нервы. А перемены всегда, знаете ли, нервируют?

– Распоряжусь прислать.

– Спасибо. Вы такой заботливый.

И прежде чем он успел отстраниться, я быстро наклонилась и коснулась губами его щеки. Это был лёгкий, почти невесомый поцелуй. Не «чмок», а скорее благодарность, которую служанка могла бы отвесить господину.

Но для дракона это стало шоком. Он застыл. Весь, от кончиков ушей до краёв сюртука.

– Никогда, – произнёс он ледяным тоном. – Не делайте этого больше.

– А что такого? – невинно захлопала я ресницами. – Мы же муж и жена? – протянула я разочарованным голосом ребёнка, которому вдруг сообщили, что десерта не будет. – В контракте не было пункта о запрете поцелуев.

Дракон сжал челюсти, развернулся и вышел.

Оставшись одна в своей каморке, я села на жёсткую кровать и достала из сапога кинжал – старый, ржавый, но заточенный. Спрятала под матрас. Так, на всякий случай.

Затем разделась, натянула ночную рубашку и легла. Одеяло кололось, пружины впивались в спину. Но я не жаловалась.

«Пробный брак» даёт мне фору в год.

У меня лишь год на то, чтобы всё и всех переиграть, найти способ переписать правила и переломить ход игры. Жалкий год на попытку избежать горькой судьбы и не сдохнуть от проклятия «любимого мужа».

Глава 5. Под маской овечки

В три часа ночи по моим предположениям всем в Академия полагалось спать. Я лежала на спине, прислушиваясь, как где-то внизу, в подвалах, гудели печи, да ветер завывал в башенных шпилях.

Пора. Сейчас или никогда. С этой мыслью я бесшумно скатилась с кровати. Доски пола предательски скрипнули под моими ногами. Они (полы) в Академии нарочно такие скрипучие? Но, ничего – где наша не пропадала? В прошлой жизни я ходила по сухим листьям, не шелестя, а уж доски – это вообще не проблема.

Натянув рубашку и штаны для верховой езды, сапоги (естественно), замотав волосы в тугой узел, чтобы не мешались, я выскользнула за дверь в коридор, где не было в этот час ни души.

Охранные артефакты на стенах тускло пульсировали магией, но я знала их слабые места – каждый пятый камень на стене давал мёртвую зону в три шага.

Не собираясь саботировать все правила сразу с первого дня, я решила нарушить лишь одно – в такой час студентам нельзя было покидать свои комнаты. С другой стороны, я не студент? Я – жена.

Моей целью был подвал в восточном крыле. Он не был под запретом. Возможно, по той простой причине, что не находилось чудаков, решавшихся спускаться сюда ночью. По-крайней мере, они появлялись нечасто.

Моей целью была старая кладовая для реквизита. Я помнила это место по прошлой жизни – тогда я использовала её, чтобы запереться от всех и втайне порыдать над безответной любовью к сиятельному мужу. Теперь у меня были менее возвышенные, но более рациональные планы.

В кладовке оставалось достаточно места, чтобы размахнуться, а главное, там была абсолютная звукоизоляция. Толстые каменные стены, отсутствие окон – то, что нужно и что доктор приписал.

Засветит тусклую лампу, я встала в центр комнаты и закрыла глаза, погружаясь в дыхательные практики. Спина прямая. Плечи держать расправленными, а вес тела перенесли на переднюю часть стопы.

Я начала с того, что в прошлой жизни делала на автомате, каждое утро, ещё до завтрака – базовый комплекс.

Приседания. Сто – медленных, глубоких, до жжения в бёдрах.

Увы мне! Ноги начали трястись уже на счёте «тридцать». Я сжала зубы и продолжила.

За приседания – отжимания. Решила начать в десяти, уговорила себя добавить ещё восемь, а дальше сдалась. Руки тряслись так, что я чуть не упала лицом в пыльный пол.

– Давай, Мия, – подбадривала я себя. – Ты можешь. Ты справишься. Ты делала это!

На этой подбадривающей «волне от успеха» я смогла отжаться ещё целых пять раз. Но дальше – всё! Ничего не работало.

За отжиманиями полагалось сделать растяжку. Я помнила каждое движение. Как выворачивать плечи, чтобы уходить от удара, сгибаясь в пояснице так, чтобы клинок прошёл в миллиметре над головой, а не снёс её ко всем чертям с туловища.

Но тело было как деревянное. Связки ныли, мышцы тянуло до спазмов.

Моя голова точно знала, как должна двигаться рука, но рука с ней была не согласна. Мышцы категорически возражали, отказываясь подчиняться.

– Всё хуже, чем я думала, – пришлось признать меня. – Я опытный наёмник в теле балетной мыши. Но не сдаёмся, Мия! Надо всё исправить.

Схватив найденную швабру – толстую, с тяжёлым деревянным древком, – я встала в боевую стойку. Удар слева – за ним блок. Контратака. Медленно, представь, что танцуешь. Игнорируй боль. Просто игнорируй её.

Каждое движение отзывалось болью в непослушных суставах, но я упрямо продолжала «не сдаваться» согласно составленному ранее плану.

Через час была вся мокрой. Сердце колотилось, как у загнанного зайца, грозя инфарктом миокарды. На этом светлом месте я решила завершить ночные приключения и вернуться к себе.

По дороге сделала ещё одно «нарушение». Завернула к библиотеке.

Тёмная академия славилась коллекцией запрещённых книг, но меня интересовала вовсе не демонология. Мне нужны были элементарные учебники по контролю магии, в которых не было ничего запрещённого.

Я знала, где хранятся «Общие основы магического резерва» и «Практика восстановления дара».

Проведя пальцами по корешкам, я выбрала две тонких книжки и сунула за пояс – теперь я смогу изучать теорию магии самостоятельно.

Утро. Пять часов. Солнце ещё не взошло, но небо уже серело. В коридоре послышались шаги – слуги просыпаясь и шли по своим делам.

От недосыпа начала болела голова, но после прохладного душа стало легче. И в общем я осталась собой очень довольна.

Проспав до полудня, я проснулась и обнаружила оставленный у двери поднос с завтраком.

Я взяла его, поставила на стол и, захватила книгу, принялась совмещать еду и чтения. Всегда так делала. С самого детства.

«Магический резерв — это не мышца, но его можно тренировать», – гласила первая строчка и это было многообещающее начало.

Покончив с теорией, я решила немного обратиться к магической практике. Закрыв глаза, попыталась нащупать внутри себя магический резерв.

Тишина. Гулкая, пустая, как колодец без дна.

Я сосредоточилась. Представила маленькую искру в центре ладони. Ту самую, с которой начинала почти двадцать лет назад. В прошлый раз на это ушли недели, но и тогда я достигла результата только после того, когда Арей дал мне артефакт.

Сейчас я питала робкую надежду на то, что моя память и опыт ускорят процесс. Но прошла минута, другая. Пять. Ничего!

– Чёрт, – прошептала я. – Ну давай же!

В груди задрожала тонкая, почти невидимая ниточка и я замерла, боясь дышать.

Она была! Существовала! Где-то там, в глубине. В том месте, где в прошлой жизни бушевал огонь, сейчас теплился крошечный, размером с булавочную головку, огонёк. Слабее, чем дыхание мотылька. Но он – был!

– Тихо, маленькая, – прошептала я, обращаясь к этому огоньку. – Я тебя выкормлю. Ещё станешь пожаром. Мы с тобой зажжём!

Час спустя раздался стук в дверь.

Быстро спрятав книгу под матрас, едва слышным движением я метнулась к столу у окна, делая вид, что поправляю вазу с засохшими цветами.

– Войдите!

Дарк’Аррен выглядел безупречно. Я даже подумала: у него, наверное, есть тайный ритуал или драконья тайна, как вставать с постели и мгновенно сделаться идеально нарисованной картинкой.

– Доброе утро, ваша светлость, – сказала я, чуть склонив голову. – Завтрак был восхитительный. Благодарю за заботу.

– Я рад, – ответил он с таким выражением, будто ему было глубоко плевать, восхитительный был завтрак или возмутительный. – Сегодня вечером состоится ужин с деканами факультетов. Вы будете присутствовать.

– Как прикажите, муж мой. Приду на ужин, даже если придётся ползти на четвереньках.

– Таких жертв не требуется. Если не можете держаться на ногах, лучше оставайтесь в своей комнате.

– Смогу, – пообещала я.

Хотя после вчерашней тренировки тело ломило так, что… в общем, фраза про «на четвереньках» была сказана не просто так.

– До вечера, Мирослава. Я пришлю служанок, чтобы помогли вам одеться. Не опаздывайте.

Я выдохнула с облегчением, как только дверь за Дарк’Арреном закрылась.

Глава 6. Танец с драконом

В Большом зале было шумно. Длинные столы, драконьи головы на стенах, магические светильники, парящие под потолком. Студентов и преподавателей собралось около полусотни. И все смотрели на меня как на виновницу торжества.

– Четвёртая жена ректора, –шептались у меня за спиной. – Говорят, из обедневшего рода. Отец проиграл её в карты. Увы! Но долго не протянет, бедняжка…

Делая вид, что ничего не слышу, что сие вообще не про меня, я гордо восседала на своем месте в конце стола между двумя преподавателями. Справа оказался магистр боевой магии, здоровяк с седой бородой и шрамами на лице, а слева – магистр зельеварения, возрастная дама с морщинистыми руками.

Дракон восседал во главе стола, в центре, на возвышении. На нём был парадный мундир – чёрный с серебряным. И драконья брошь на груди. Красота!

На меня муж взглянул лишь мельком, без малейшего намёка на интерес. Словно я была частью декораций.

Подали суп из тыквы – жидкий, и безвкусный.

– Вы принцесса? – вдруг спросил магистр боевой магии

– Нет, – опешила я. – Просто… жена ректора.

– Жен у него было три, – хмыкнул он мне в лицо. И добавил противным голосом. – Все пропали.

– Может быть, мне повезёт больше?

Он отвернулся, утратив ко мне всякий интерес.

Я перевела дыхание и, убедившись, что сосед справа больше не собирается мне докучать, повернулась к Грете. Магистр зельеварения рассматривала на меня в упор, прямо.

– Не обращай внимания на болвана, – выгнула она бровь. – Глупец считает, что раз умеет крушить стены, то может не утруждать себя этикетом. Извилины в его мозгу если когда-то и были, то давно заржавели. К несчастью для всех, язык его работает лучше извилин.

– Вы давно с ним знакомы? – натянуто улыбнулась я.

– Я здесь уже пятьдесят лет, девочка. Он приблизительно столько же. Так что да – выходит, почитай, что всю жизнь и знакомы. Всегда был дубиной, дубиной и помрёт, – усмехнулась она лукаво. – С годами не всякое вино становится лучше, некоторое превращается в уксус. Не обижайся на глупого старика.

– Что же тут обижаться? – обречённо вздохнула я. – Он сказал чистую правду. Я действительно четвёртая жена. Очередная, так сказать… пешка в руках вашего ректора

– Что ещё за глупости? – осадила меня Грета. – Если ты и пешка, то в руках Совета, а не Дарк’Аррена. Он, поверь, хотел жениться на тебе не больше, чем ты идти за него замуж. И с твоими предшественницами было то же самое.

Нахмурившись, я удивлённо посмотрела на собеседницу.

– Если он не хотел на мне жениться, зачем тогда было заключать контракт?

– Затем, что у него не было выбора.

Она медленно отпила вино, будто смакуя не его, а сказанные слова

– Это Совет требует от него браков. Каждые несколько десятилетий они заставляют Дарк’Аррен искать жену, а он вынужден соглашаться, потому что отказ означает не просто скандал, а… – она запнулась, подбирая слово, – …последствия.

– Какие?

Грета покосилась на магистра боевой магии. Тот увлечённо налегал на хлеб, и убедившись, что он не слушает, наклонилась ко мне ближе.

От неё пахло травами и старой бумагой.

– В Совете есть один тип. Зовут его Аркей. Он заседает там уже не одно столетие и питает к нашему ректору какую-то прямо-таки противоестественную ненависть. Уж не знаю, с чем она связана. Он – главный кукловод, что дёргает за ниточки. Именно магистр Аркей настаивает на том, чтобы ректор женился на тебе.

Вот это поворот…

– Зачем? – я едва удержалась, чтобы не открыть рот от удивления.

Грета развела руками:

– Не знаю.

«Аркей». Так звали моего тёмного Хранителя, что в прошлой жизни спасал от проклятия Дарк’Аррена. Без Аркея я бы прожила гораздо меньше. Он был идейным вдохновителем моего «повстанчества» и самым верным мои союзником.

Очень странно было услышать про то, что именно он был одним из организаторов того, от чего позже будет меня спасать.

– Аркей? – переспросила я, изображая невинное любопытство. – Он тоже маг?

– Маг-то, маг. Да, по слухам, не просто человек, как ты или я. Злые языки утверждают, что он сам – дракон. Правда сам Аркей говорит, что он лишь полукровка. Его мать, мол, была эльфийкой, вот отсюда и нечеловеческое плетение маги. Да только я лично, своими глазами, видела его магию. Может, он и полукровка… да только не эльф. Драконья кровь в нём определённо есть.

Это я и без неё знала.

– И этот, как его… Аркей? – я захлопала ресницами. – Недолюбливает вашего ректора?

– Недолюбливает – мягко сказано, девочка, – прищурилась Грета. – Он его ненавидит. Его ненависть отравляет жизнь не только Дарк’Арренц, но и всем нам. Думаешь, почему студентов на экзаменах допрашивают с таким пристрастием? Почему любой неосторожный шаг преподавателя может стать поводом вызова в Совет или того хуже, проверки? Всё потому, что Аркей ищет любой повод, чтобы зацепиться и докопаться до Дарк’Аррена. Ищетслабости и ошибки, а когда находит хоть малейший повод – больно бьёт. Мы тоже под ударом. Так и живём.

–Ну, по крайней мере, не скучно, – улыбнулась я.

– Это да. Все как на вулкане. Любая ошибка в отчёте, любой лишний разговор – и к тебе приходит «гость» с вежливым, но настойчивым допросом. Я сама уже трижды ходила на ковёр за прошлый год.

– И что?

– Да пока – ничего. Выхожу сухой из воды.

Она снова поднесла бокал к губам, давая понять, что разговор окончен.

После супа подали жареного карпа – большого, с золотистой корочкой. Я съела половину. Стараясь держаться со спокойным достоинством. В карпе куча костей, а тут ещё и студенты пялятся так, что хоть под стол ныряй. Всё время боялась подавиться.

В конце ужина Дарк’Аррен поднялся из-за стола.

– Дамы и господа, преподаватели и студенты, все вы в курсе, по какому поводу устроен сегодняшний банкет, – сказал он сухо. – Позвольте представить вам мою жену – Мирославу Нортридж.

Мне тоже пришлось подняться под всеобщие аплодисменты.

– Прошу относиться к ней с должным уважением. И по старинной традиции, я приглашаю свою жену на первый танец, открывая бал.

Спустившись с возвышения, Дарк'Аррен встретил меня у края танцевального круга и протянул руку. Я вложила в неё свою ладонь. Музыканты заиграли медленную, тягучую мелодию и мы закружились в центре зала.

– Прекрасно танцуете, – отвесил он вежливый комплимент, подобающий случаю. – У вас прирождённое чувство ритма, – добавил он тише с ехидной усмешкой.

– В моёй семье считалось, что достойная леди просто обязана уметь вышивать и танцевать, даже если других талантов за ней не числится. Особенно, когда приданного нет, как в моём случае, и порадовать мужа кроме как свеженьким личиком и танцевальным па – нечем.

– Вы остроумны, – усмехнулся он. – Здесь это редкость.

– Я думала, что редкость здесь – это искренность.

Мы продолжали кружиться. Я чувствовала, как магия, исходящая от Дарк’Аррена, окутывает и меня – тёплая.

С оттенком корицы…

– Вы боитесь меня? – спросил он вдруг, заставив меня вздрогнуть от неожиданного вопроса.

– Боюсь, – честно призналась я. – Конечно, боюсь. Вас все боятся. Вы же – дракон. Никому не хочется обратиться в пепел.

Он замедлил шаг. Золотые глаза встретились с моими и на мгновение мне показалось, что я вижу в них отражение той же боли, что жила и во мне. Долгие годы – до самой смерти. Пока я не сгорела в выпущенном им в мою сторону пламени.

–Вы можете говорить что угодно, Мирослава, но в ваших глазах страха я не вижу, – мы вновь вернулись к прежнему темпу вращения. – Вы словно любопытный ребёнок, тянущийся к кисточке хвоста у льва. Задавшийся целью непременно дёрнуть и посмотреть, что будет.

– Может быть, я просто хорошо умею прятать свои чувства? За годы жизни с отцом-игроком научилась носить маску. Это помогает выживать… А вы хотите, чтобы я вас боялась? – добавила я после непродолжительной паузы.

– Нет, – он пристально разглядывал меня так, будто видел впервые. – Откровенно говоря, выиграв в карты дочь вашего отца, я ожидал увидеть нечто… иное.

– Какое?

– Менее милое и обаятельное. К сожалению, вы мне нравитесь, Мирослава, – вздохнул он.

– К сожалению – для вас или для меня? И почему вы об этом сожалеете?

– Вам не говорили, что вы задаёте слишком много вопросов сразу?

– Ни разу.

– В таком случае – вы задаёте слишком много вопросов, Мирослава.

– А где ответы?

– Ответы могут вам не понравиться. Некоторых лучше не знать.

Я чувствовала себя пушинкой в его руках. Лицо дракона оставалось непроницаемым.

– Слишком много видеть опасно, – добавил он. – Особенно в Тёмной Академии.

– Ещё опаснее закрывать в темноте глаза. А знание наш щит и меч. Часто единственное оружие, доступное женщине.

– Этому тебя тоже научил твой отец-игрок?

– Этому я научилась сама.

– Умная девочка, – от его пристального взгляда у меня по коже побежали мурашки и показалось, что он читает меня. Показалось, что он догадывается о моей тайне. – Слишком умная для столь юного возраста.

Танец закончился и Дарк’Аррен отпустил меня. Холодный воздух зала коснулся разгорячённой кожи, лишившейся тепла его рук.

Он коротко поклонился. Я присела в реверансе. Студенты и преподаватели вежливо зааплодировали.

– Благодарю за танец, ваша светлость.

– Мирослава, – откланялся он.

По дороге к выходу я вновь натолкнулась на магистра Грету. Та предусмотрительно протянула мне бокал с водой.

– Освежись, милая. Рядом с драконами всегда слишком… жарко. Но ты держалась молодцом.

–Старалась не наступать партнёру на ноги, как и учил меня учитель танцев.

Грета фыркнула. В её глазах мелькнула искра одобрения.

– Поосторожнее, милочка. Тёмная Академия может быть опасной для светлых душ. Но нам тут, как мне думается, лучик света точно не помешает.

Заговорщицки подмигнув мне, она исчезла в толпе.

Я сделала глоток воды и посмотрела на Дарк'Аррена, успевшего занять своё место на возвышении. На мгновение наши взгляды скрестились. В его золотых глазах я прочла не холод, а скорее любопытство.

Как будто он тоже пытался разгадать меня.

Глава 7. Карта в книге

Меня разбудил стук в дверь.

– Вставайте, – раздался голос «любимого» мужа. – Завтрак через час. Жду вас в малой столовой.

Когда я спустилась, дракон уже занял своё место за столом. Перед ним стояли кофе и стейк с кровью. Мне подали овсянку.

– Вы бледны, – заметил он, отпивая из чашки. – Не выспались?

– Кровать жёсткая, – ответила я.

– Велю положить дополнительный матрас.

– Не нужно. Я не жалуюсь. Просто констатирую факт.

Он посмотрел на меня пристально, исподлобья:

– Вы сегодня другая.

– Я всегда разная, – я помешала овсянку и тоже взглянула на него исподлобья. – Зависит от настроения.

– И какое настроение у вас сейчас?

– Рабочее.

Завтрак прошёл в молчании. Съела овсянку, я допила выпила чай.

– Что мне делать сегодня, ваша светлость?

– Ну, раз настроение у рабочее… изучайте академию, – устало потёр он переносицу. – Я приставлю к вам провожатого… да хотя бы и магистра Грету? Вы, кажется, не плохо поладили? Она отличный зельевар. Если заболит голова или возникнут ещё какие-то проблемы, лучше обращаться прямо к ней… Пусть покажет вам библиотеку и… да всё, что захотите. Только запретные зоны, разумеется, под запретом.

– Разумеется, – с преувеличенным пониманием кивнула я.