Помощь нужна, Снегурочка?

Это…

Это…

Это просто отвал башки.

Игнат снимает с себя мое обессиленное тело. Переворачивает меня на бок и входит сзади.

Что? Еще?

Я опустошена, поэтому просто лежу и не шевелюсь, пытаясь восстановить дыхание. Игнат уткнулся лицом мне в затылок, глубоко втягивает мой запах и продолжает меня трахать. Одна его рука держит мою грудь, вторая у меня между ног. Внизу живота появляются приятные ощущения. Губы растягиваются в блаженной улыбке. Игнат входит в меня быстрыми резкими толчками. Один, второй, третий. По его свистящему дыханию догадываюсь: сейчас кончит.

Да. Издав громкий стон мне в затылок, Игнат сильно сжимает мое тело и бурно кончает. Выходит из меня, наверное, только через минуту, когда ослабевает хватку на теле. Он переворачивается на спину, а я остаюсь лежать на боку. До ушей начинает доноситься шум с улицы. Постепенно возвращается реальность.

— Иди ко мне, — тихо зовёт.

Не дожидаясь, когда я повернусь, Игнат сам берет меня и укладывает на свое плечо. Перекидываю руку через его тело. Похоть, страсть и действие алкоголя прошли. Теперь работает здравый смысл. О чем он говорит? О том, что я ни о чем не жалею. Мне было хорошо. До безумия хорошо.

— Обожаю, как ты пахнешь, Снегурочка, — Игнат зарылся носом в мою макушку. — Ты вся такая мягкая, теплая, манкая, — ощупывает руками мое тело. — Кайф.

Я радуюсь комплиментам, но не могу выдать должной реакции. Насыщенный день, глинтвейн и секс сделали своё дело — я выключаюсь.

— Я пойду к себе, спать хочу, — порываюсь встать с кровати, но Игнат не дает мне этого сделать.

— Куда собралась, Снегурочка? Теперь будешь со мной спать, каждую ночь, пока ты у меня.

Глава 18. Доброе утро

Утром я просыпаюсь в прекрасном расположении духа. Даже горло больше не болит. Быстро я выздоровела.

У меня было хорошее лекарство.

Потягиваюсь на кровати и поворачиваю голову к Игнату. Он всю ночь обнимал меня и дышал мне в волосы. А я вдыхала аромат его груди. Игнат пахнет чем-то древесно-терпким. Теперь этот запах ассоциируется у меня с силой и мужественностью.

Одеяло прикрывает лишь бедра Игната. Любуюсь его атлетическим телосложением. Ровные кубики пресса, объемные бицепсы на руках, массивная шея. Черты лица строгие и чуть заостренные даже во сне. Тянусь ладонью и провожу кончиками пальцев по контуру губ. Целовать их — все равно что есть сладкую вату. Нет ничего вкуснее и желаннее.

Игнат чуть дергается от моих прикосновений, трет лицо, зевает и, наконец, открывает глаза. Смотрит на меня сквозь пелену сна в глазах.

— Доброе утро, Снегурочка, — спросонья его красивый голос звучит чуть с хрипотцой. — Как спалось?

— Замечательно спалось.

Я переворачиваюсь на живот. Мое тело полностью обнажено. Ночью мы уснули и не потрудились надеть хотя бы трусы. Одеяло сползает до поясницы, голую грудь не прикрывают даже распущенные волосы. Цепкий взгляд Игната сразу устремляется на нее.

Между ног немного побаливает и ноет. Мы занимались сексом еще один раз в душе, а потом ночью. Я захотела перевернуться на другой бок, случайно разбудила Игната и дальше он уже не дал мне спать. Судя по взгляду айтишника на мою наготу, он что-то задумал. Одеяло в районе паха поднимается вверх…

— Пойду приготовлю завтрак, — подскакиваю на постели. — Что ты будешь?

Игнат смеется. Хватает меня за руку и хочет привлечь к себе.

— Нет-нет. Сначала завтрак, а потом все остальное.

Ему самому-то не хочется отдохнуть от секса? Какой ненасытный.

— Давай полежим пять минут, — Игнат все же валит меня обратно на кровать.

Он укладывает меня себе на грудь и обнимает. Это так… нежно. Я слушаю сердцебиение Игната и расплываюсь в дурацкой улыбке. Тоже обнимаю его за тело. Оно такое теплое и ласковое. Игнат перебирает пальцами мои волосы. Не предпринимает попыток снова заняться сексом, хотя под одеялом отчетливо виден утренний стояк.

Кажется, я пропала. То, что я чувствую к Игнату, нельзя ни с чем спутать. Я влюблена. Как бы странно это ни было. Несколько дней назад у меня был парень, к которому я спешила на Новый год, а сегодня я лежу в объятиях другого и плавлюсь как воск.

С Игнатом у меня ощущение, будто за спиной выросли крылья. Я лечу, я парю. Утыкаюсь носом в его грудь, глубоко вдыхаю. Мммм… Мой любимый запах. У меня зависимость.

Игнат резко переворачивает меня на подушку и целует в губы. У меня аж сердце к горлу подпрыгивает. Я с удовольствием отвечаю на поцелуй, хотя за ночь стерла губы.

— От тебя не оторваться, — говорит, продолжая целовать меня.

От тебя тоже…

Смеясь, я вылезаю из-под Игната.

— Завтрак! — объявляю.

На всю комнату звучит обреченный вздох. Кстати, это совсем небольшая спальня. Наконец-то оглядываю апартаменты Игната. Даже меньше той, что я заняла на втором этаже. Здесь всего одна не очень широкая кровать, на которой мы спали, тумбочка и супер-навороченный компьютер. Игнат здесь работает, догадываюсь.

Моя одежда осталась валяться в гостиной, поэтому я стягиваю с компьютерного стула футболку Игната и надеваю. Она мне как платье. Ощущаю на себе взгляд айтишника, но не оборачиваюсь. В гостиной подбираю свою одежду и отношу наверх. Не переодеваюсь. Я хочу быть в футболке Игната. Я хочу чувствовать его на себе даже таким образом.

Нахожу в кухонных ящиках муку и принимаюсь замешивать тесто для блинчиков. Они получаются тоненькими и ровными. Надеюсь, Игнату понравятся. Я хочу, чтобы ему нравилось все, что я делаю.

— Ммм, как пахнет, — Игнат появляется на кухне.

На нем только спортивные штаны, на шее и груди капельки от воды. Он подходит сзади и обнимает, заглядывает через мое плечо в сковородку.

— Ты умеешь готовить?

— Да.

— А что ты умеешь готовить?

Вопросы немного удивляют.

— Не знаю… — теряюсь. — Блины вот умею. Борщ тоже умею.

— Умеешь варить борщ? — изумляется. — Серьезно?

— Да. А что тебя удивляет?

— Всё. Никогда не встречал девушку, умеющую варить борщ.

Теперь моя очередь изумляться.

— Ты, наверное, не в тех местах искал себе девушек.

Игнат хохочет мне в шею. Затем несколько раз целует.

— Ты права. Не в тех местах искал. Надо было на автотрассе искать.

Теперь мы оба смеемся.

Я снимаю со сковородки блин и выливаю последний половник теста. Игнат пошел ставить на стол тарелки. Кофемашина уже сварила два ароматных капучино. Беру одну кружку, делаю маленький глоток и задумчиво гляжу на засыпанную снегом ель за окном. Год начался отлично. Да, совершенно точно. Я избавилась от старых отношений, которые давно превратились в токсичные, и встретила новую любовь. Всё как в сказке.

— Ты идёшь? — приводит меня в чувство голос Игната.

Отмираю. Несу в гостиную две кружки кофе, затем тарелку с блинами. Нахожу в холодильнике сметану, джем и сгущенку. Мы садимся за стол. И я понимаю, что это один из самых счастливых завтраков в моей жизни. Вот так просто. Я, Игнат и блины.

— Очень вкусно, — хвалит с набитым ртом.

Приглядываюсь к Игнату, чтобы понять: не обманывает ли? Ест с большим аппетитом, накладывает в тарелку еще блинов. Действительно нравятся. Мне жутко приятно.

— Что будем сегодня делать? — спрашивает. — Как твое самочувствие?

— Все хорошо. Даже горло больше не болит.

— Тогда как насчёт бассейна?

— У меня нет купальника.

— Купайся без него, — парирует.

У меня аж вилка из рук выпадает. Это прикол? Но Игнат серьёзен.

— В смысле — без купальника?

— Мы будем только вдвоем, а я у тебя уже все видел, Снегурочка. Ну и честно скажу: без белья ты мне нравишься намного больше, чем в нем.

Меня заливает алой краской. Я хоть и не девственница давно, а к такой откровенности не привыкла. Ну и да: я смущаюсь Игната. Вдруг при свете дня ему что-то не понравится в моем теле?

— Да брось, только не говори, что ты стесняешься.

— Ну вообще, я нудизмом не занимаюсь, — бормочу, глядя в тарелку.

— Так мы же только вдвоем будем.

— Ну и что.

— Я уже видел тебя голой и внимательно рассмотрел. Мне все понравилось.

Он продолжает вгонять меня в краску! Ну что за человек? Вот не зря при первой встрече взбесил меня. Есть в Игнате бесячие черты.

— Ну тогда купайся в нижнем белье или в моей футболке, раз стесняешься.

— В твоей футболке буду! — рявкаю. Свое белье мочить не хочется.

— Не вопрос. Идем плавать?

Я, Игнат и бассейн. Меня захлестывает то самое чувство, когда и хочется, и страшно.

— Идем, — соглашаюсь на свой страх и риск.

Глава 19. Его секреты

После завтрака Игнат отправляется чистить от снега двор и дорожку к бассейну. Он находится в отдельном здании на одном участке с домом. Я остаюсь сидеть в гостиной. Пью горячий шоколад и украдкой любуюсь в окно Игнатом с лопатой в руках.

Я, наверное, в сотый раз повторю, но какой же Игнат сильный и мужественный! От него тестостероном несет за версту. Сегодня мороз не сильный, всего минус пять. Игнат в теплых спортивных штанах, свитере и шапке. Кажется, я вижу, как под шерстяными рукавами перекатываются бицепсы. Игнат запыхался: глубоко втягивает воздух, а выдыхает через рот пар.

Я влюблена. Совершенно точно, окончательно и бесповоротно. Отчетливо понимаю это именно в данную секунду: когда Игнат чистит лопатой снег, а я пялюсь на него как ненормальная сталкерша. Я чувствую себя счастливой, и от этого космического ощущения голова кружится. Все, что было со мной до встречи с Игнатом, меркнет.

Андрей? Боже, кто это вообще? Кто-то из прошлой жизни.

С Игнатом хорошо, тепло и уютно. А еще безопасно. Очень странно испытывать подобные чувства по сути с незнакомым человеком, но это так. А что если мы с Игнатом созданы друг для друга? Неожиданная мысль, но она мне нравится. Хочу, чтобы оказалась правдой.

— Дорога к бассейну готова, — Игнат заходит в дом и громко топает ногами, чтобы стряхнуть с ботинок снег.

Он красный. Вытирает тыльной стороной ладони испарину на лбу. Скидывает ботинки, бросает на стул свитер и, оставшись в футболке, шагает ко мне. Падает рядом на диван.

— Устал? — спрашиваю и прижимаюсь к нему.

— Немного.

Большая рука Игната ложится мне на спину. Под майкой сразу разбегается россыпь мурашек. От айтишника исходит жар. Он будоражит меня. Закусываю губу. Соски напряглись, между ног начинает ныть.

— Пойдем плавать? — отстраняюсь от Игната.

Мне срочно нужно охладиться.

— Пойдем.

Чтобы дойти до бассейна, приходится одеться в куртку, шапку и сапоги. Я только выздоровела, не хочется снова простыть. Бассейн оказывается достаточно просторным. Метров двадцать, наверное. Выложен аккуратной плиткой, по бокам несколько шезлонгов. В помещении очень тепло, специальное отопление работает на полную мощность. Здесь же находится дверь в сауну и душ. В углу расположена барная стойка.

— За всем этим, наверное, нужен специальный уход? — оглядываю пространство.

— Да, в городе есть фирма, которая ухаживает за крытыми домашними бассейнами. Они регулярно приезжают и сами тут все делают. Я особо не вникал.

Игнат раздевается и идет в душ. Через десять минут выходит в плавках и с разбега ныряет вниз головой.

— Снегурочка, давай ко мне!

А я так и сижу на шезлонге в джинсах. Не могу решиться. Но майку Игната для плавания я с собой взяла.

— Может, я лучше посмотрю, как ты ныряешь?

— Я тебя сейчас в одежде сюда затащу, — грозно предупреждает.

По глазам вижу: не врет. Поэтому мне лучше не испытывать терпение Игната на прочность. Тоже ухожу в душ. Вытеревшись полотенцем, долго смотрю на белую футболку с логотипом футбольного клуба «Спартак». Посомневавшись, все же надеваю на голое тело. Она едва прикрывает ягодицы. Эх, надо было взять другую, подлиннее.

Спускаюсь в бассейн аккуратно по лестнице. В воде футболка тут же поднимается вверх, оголяя меня ниже пояса. О Боже! Лучше бы я залезла в нижнем белье! Футболка мокнет на груди, и через мокрую белую ткань тут же просвечиваются соски.

— Я переоденусь, — поворачиваюсь обратно к лестнице, но Игнат не дает мне даже ногу на нее поднять.

Разворачивает лицом к себе.

— Останься так. Мне нравится.

Айтишник сразу вжимает меня в стену бассейна и целует в губы. Я не достаю до дна, поэтому крепко держу Игната за шею. Его руки гладят мои обнаженные ягодицы. Низ живота простреливает спазм.

Это без преувеличения самый эротичный момент в моей жизни. Необычность ситуации и моей одежды пробуждают желание. Я чувствую животом эрекцию Игната, но не хочу поддаваться страсти так быстро. Я хочу растянуть удовольствие.

Разрываю поцелуй и высвобождаюсь от захвата Игната. Отплываю на метр.

— Какая здесь глубина?

— От метра шестидесяти до двух с половиной.

— Мне с моими метр пятьдесят два везде будет с головой.

Заплываю на середину бассейна. Задирающаяся футболка больше не пугает. Мне нравится, как Игнат разглядывает меня. Он не сводит глаз. В его зрачках плещутся похоть и желание. Моя самооценка растёт в геометрической прогрессии. Клянусь, еще ни один мужчина не смотрел на меня ТАК.

Я тоже любуюсь красивым телом Игната. Как он плавает, ныряет, достает до дна. Периодически Игнат утаскивает под воду меня. Когда выныриваем на поверхность, сливаемся в страстном поцелуе. Я обхватываю ногами спину Игната, он не упускает возможности полапать мои ягодицы.

— Может, отдохнем на шезлонгах? — томно спрашивает на ухо и прикусывает мочку уха.

Я сама уже еле терплю. Трусь грудью о грудь Игната. Соски ноют в ожидании продолжения.

— Давай.

Мы вылезаем из бассейна. Я сразу снимаю с себя мокрую футболку, с которой течет ручьём, и заматываюсь в полотенце. Ложусь на шезлонг, а Игнат направляется к бару.

— Будешь что-нибудь пить? — спрашивает.

— А что есть?

— Могу сделать тебе коктейль.

— Какой?

— А какой ты хочешь? У меня почти для всех популярных коктейлей есть ингредиенты.

Задумываюсь.

— Можно апероль?

— Да.

Игнат открывает холодильник и достает из него бутылки. Ставит на барную стойку два больших бокала и принимается замешивать коктейль. С нескрываемым любопытством наблюдаю за этой картиной. Последний штрих — дольки апельсина. Игнат разрезает их посередине и надевает на края бокалов.

— Держи, — подаёт мне коктейль.

Игнат пододвигает ко мне шезлонг и ложится рядом. Делаю маленький глоток. Вкусно. Очень вкусно.

— Какие еще таланты ты в себе скрываешь?

Нет, серьезно. Игнат — это ящик Пандоры. Он окутан ореолом загадочности. Мне нравится потихоньку разгадывать этого парня.

— Я играю на барабанах и немного говорю по-китайски.

Делает большой глоток апероля. Я несколько секунд перевариваю услышанное.

— Это шутка?

— Нет, правда. В десятом классе школы я подумал, что язык будущего — это китайский, а не английский, поэтому пошел на курсы китайского. Но в одиннадцатом классе надо было готовиться к поступлению в универ, поэтому бросил китайский. Ну и он оказался очень сложным. Выучить все их иероглифы просто нереально. А что касается барабанов, то в детстве я ходил в музыкальную школу. Бабушка хотела отдать меня на скрипку, но я согласился только на барабаны.

Отпиваю из бокала. К щекам прилил жар, голову повело.

— А где научился делать коктейли?

— На первом курсе универа я подрабатывал барменом в ночном клубе.

Что еще скрывает в себе этот парень? Я обязательно узнаю каждый его секрет. Но не сейчас, а потом. Сейчас есть дела поважнее.

Делаю еще один большой глоток и ставлю бокал на пол. В следующую секунду перекидываю через Игната ногу и оказываюсь на нем сверху. Полотенце само распахивается и падает к бедрам, оставляя меня полностью обнаженной.

Игнат тоже ставит на пол свой бокал. Кладет руки мне на талию, ведет их вверх, накрывает грудь, сжимает ее. С восхищением разглядывает мое тело. Я сижу ровно на члене Игната и чувствую через шорты, как он возбуждается. Слегка трусь об него. Алкоголь ударил в голову. Больше нет стеснения. Между ног нестерпимо ноет.

— Я тебя хочу, — говорю и склоняюсь к губам.

Игнат отбрасывает в сторону мое полотенце. Я тяну вниз его шорты. Мы слишком долго терпели, пока плавали в бассейне, поэтому сейчас без долгой прелюдии я сразу опускаюсь на член.

Мммм, как сладко. Медленно двигаюсь, Игнат помогает мне, придерживая за бедра. По телу проходят приятные волны. Я прерываю поцелуй, выпрямляюсь и откидываю голову назад. От мокрых волос по спине стекают ручейки холодной воды. Они чуть отрезвляют, иначе я бы совсем поплыла и утонула в Игнате.

Я ускоряю темп. Со всей силы прыгаю на Игнате. Мы оба громко стонем. Я так возбуждена и так сильно хочу кончить, как будто у меня несколько лет не было секса. Мы занимались любовью всю ночь, а я снова завелась с пол-оборота.

Мой оргазм совсем близко. Я начинаю прыгать еще сильнее. Три, два, один…

— Аааааа.

— Бляяяяядь.

Я не сразу понимаю, что произошло. Сначала громкий треск, затем я падаю с Игната на кафель. Удар и боль. Зажмуриваюсь. Боль такая сильная, что оглушает. Когда она постепенно стихает, открываю глаза и сквозь пелену слез смотрю на Игната.

— Твою мать, мы сломали шезлонг.

Если бы мне не было так больно, я бы засмеялась. Но по лицу бегут слезы, нога ноет. Я сильно ударилась о пол.

— У тебя кровь!

По ноге Игната обильно течет алая жидкость. Сморщившись, он пытается сесть, опирается рукой о пол, но тут же вскрикивает:

— Блядь!

— Что такое? — подползаю к нему.

— Не приближайся, тут осколки.

Резко останавливаюсь. Только сейчас замечаю, что бокал с коктейлем Игната разбился. Осколки вонзились ему в ногу и в ладонь.

Мамочки.

— Так, спокойно, не реви. Я сейчас смотаюсь в клинику. У тебя ран нет? — обеспокоенно оглядывает меня.

— Вроде нет, я только ногу ударила.

— Попробуй встать.

Послушно поднимаюсь на ноги и делаю несколько шагов в противоположную от осколков сторону.

— Со мной все в порядке.

— Давай тоже к врачу.

— Нет, не надо. Все в порядке. Просто ушибла ногу. Не вывих и не перелом.

Я знаю, о чем говорю, потому что в детстве у меня были и вывих ноги, и ее перелом. Мне есть с чем сравнить.

У Игната дела обстоят гораздо хуже, чем у меня. У него осколки бокала и в ноге и в ладони. Кровь хлещет. Я быстро одеваюсь и помогаю одеться Игнату. Только выйдя из бассейна на улицу, оба понимаем, что у нас мокрые головы. Но нам не до этого. Игнат сразу вызывает такси и едет в частную клинику к дежурному хирургу. Я порываюсь поехать за компанию, но Игнат меня с собой не берет, потому что у меня мокрая голова, а сушить ее некогда.

Без Игната я сажусь на диван и, подмяв под себя ноги, шмыгаю носом. Ну вот что я за неудачница такая? Сегодня был отличный, прекрасный день, пока ровно за одну секунду до оргазма я не проломила шезлонг. Хоть бы у Игната обошлось без серьезных ран.

Настроение испоганено окончательно. Боль в ноге уже не такая сильная, но большой синяк точно будет. Я ложусь на диван, свернувшись калачиком, и тупо жду Игната. Его долго нет. Или мне так кажется, потому что время тянется словно резина. Наверное, это все-таки Игната долго нет, потому что у меня успевает высохнуть голова, а за окном стемнеть.

Наконец-то я слышу шум подъезжающей машины за окнами. Встрепенувшись, сажусь на диване. Калитка во двор громко открывается и закрывается. Дергается ручка в дом, но у меня закрыто. Тогда в замочную скважину залезает ключ, и замок проворачивается.

Я подскакиваю на ноги, готовясь встретить Игната. Делаю шаг к двери, но тут же останавливаюсь как вкопанная.

В дом заходит девушка. Эффектная брюнетка в красивой норковой шубе. Увидев меня, она удивляется не меньше. Оторопело разглядывает меня так же, как я ее. Нас разделяют каких-то десять метров, а свет в доме яркий, так что нам обеим прекрасно друг друга видно. Незнакомка замечает мое опухшее от слез лицо. Я замечаю аккуратные ровные стрелки на ее глазах.

Девушка совершенно точно не ожидала встретить в доме Игната меня. Думаю, не только меня, а вообще кого бы то ни было, кроме хозяина. Не знаю, сколько мы так изумленно таращимся друг на друга. Я прихожу в себя первой.

— Здравствуйте, — говорю. — А вы кто?

Девушка еще несколько секунд на меня смотрит, плотно сжимая в пальцах ключи от дома. Ее красивое лицо не выражает ровным счётом никаких эмоций.

— Здравствуйте, — наконец, тоже приходит в себя. — Я хозяйка этого дома. А кто вы?

Недоуменно моргаю.

— В смысле хозяйка? Это дом Игната.

— Да. А я жена Игната. — Незнакомка снимает с плеча сумку и кладет ее на пуфик. Прищуривается, снова разглядывая меня. — Девушка, а кто вы такая и где мой супруг?

Глава 20. Шок

Тишина виснет свинцовой тяжестью.

Я оглушена словами девушки. Пока мозг судорожно пытается переварить их смысл, от лица отливает кровь. Меня не просто покидают силы. Меня покидает жизнь.

Язык прирос к нёбу, я не могу вымолвить ни слова. Тем временем девушка, не сводя с меня подозрительного взгляда, снимает высокие кожаные сапоги и шубу. На ней красивые джинсы по фигуре и темная водолазка. А на мне…

А на мне бесформенные спортивные штаны и футболка Игната.

— Так где Игнат? — повторяет вопрос и поднимает с порога небо